Леди книжного царства

Глава 1

Это должен был быть обычный день — работа, дом, быт, если бы не одно “но” ... Проснулась я не под трель будильника в уютной однушке, не под тёплым одеялом на мягкой двуспальной кровати, а от холода. Откуда может быть холод знойным летом в квартире? Попытка оглядеться ничего не дала — может, потому, что в комнате стояла непроглядная темень, а может, потому, что спросонья один глаз всё ещё не открылся? Плотнее укутываясь в тонюсенький колючий шерстяной плед, неизвестно откуда взявшийся, я спустила ногу под скрип шатающейся узкой кровати, пытаясь нашарить любимые пушистые тапочки. От пола голые ноги моментом заледенели, и я поджала пальчики. На смену сонливости приходило непонимание и страх. Это не моя квартира — уже точно понятно. И явно не сон. Где мои пушистые ковры, рабочий уголок с удобным столом и компьютером, лёгкий тюль на окнах, туалетный столик, заставленный уходовой косметикой? Вместо этого — холодные полы, жуткий морозный сквозняк из дыры в стене, пытающейся выполнить функцию окна. Только вместо стëкол был такой же тонкий дырявый плед. Сдёрнув его, запустила лунный свет, позволяющий мне лучше разглядеть обстановку. Тесная комната, у стены — хлипкая односпальная кровать, напротив массивный сундук, рядом с дверью небольшой шатающийся круглый столик с кувшином воды. И как же я здесь оказалась?

Стоило об этом подумать, на меня обрушилась жуткая головная боль, придавив к полу, а с ней и понимание. Меня, Анастасии, больше нет. По крайней мере — в моём мире. Ушла я тихо, во сне, без боли. Почему? Просто остановилось сердце. Я частенько откладывала визиты к врачам на “потом”, не обращая внимания на лëгкие недомогания. Кара за это меня настигла, но был дан ещё один шанс. Кем? Не знаю. В воспоминании отложился только голос, который сообщил, что у судьбы на меня ещё есть планы. А потом я очнулась здесь.

Дрожащими руками я попыталась нащупать опору, чтобы встать. Слëзы застилали глаза, срываясь с щëк. Так и не найдя точку опоры, я просто легла прямо на холодный пол и разрыдалась, до боли сжимая кулаки, вонзая ногти в ладошки. Эмоции требовали выхода, и я дала себе время оплакать потерянную жизнь. Там только всё стало налаживаться. Я взяла в ипотеку маленькую однушку на окраине городка, окна которой выходили на зелëную аллею, навела в ней уют, расставила любимые мелочи. Работа приносила пусть не огромный, но стабильный доход, которого хватало и на платежи по ипотеке, и на жизнь, хоть и без излишеств. Я только недавно закрыла для себя страницу уже далëкого прошлого, когда после потери ребёнка столкнулась с предательством мужа. И начала роман с привлекательным и надëжным мужчиной. Родителей давно не было, с подругами общие темы для разговоров иссякли ещё лет десять назад, а новых я не завела. Но, несмотря на все сложности, мне нравилась моя жизнь. А здесь что меня ждёт? Что это за мир, кто я в нëм? Чтобы найти ответы на эти вопросы, мне следовало успокоиться и понять для начала, где я нахожусь. Благо слëзы уже подходили к концу, я успокаивалась и меня накрывало пониманием, что ещё десять минут моей истерики на полу — и я превращусь в ледышку.

Сделав пять глубоких вдохов и выдохов, я утëрла слëзы тыльной стороной ладони и, наконец, поднялась.

Всё так же кутаясь в плед, который нисколько не грел, я аккуратно открыла дверь из комнаты и прислушалась. В доме стояла тишина, нарушаемая лишь скрипом половиц под моими ногами. Чувствуя себя более уверенно оттого, что не слышала других людей, я вышла из комнаты. В полумраке много не разглядеть, но это и не сильно требовалось. Узкий короткий коридор привëл меня на кухню, где прямо по центру была выложена печь. У одной стены грубо сколоченный стол, вдоль другой на кривых полках стояли чугуны, сковороды и посуда. На столе я нашла огарок свечи, но вот чем её зажигать? С досадой оглянулась, но ничего знакомого для розжига не увидела. Решив отложить пристальный обход кухни и растопку печи лежащими рядом дровами, подошла к окну, которое хотя бы здесь было целым. Сквозь мутное стекло на улице были видны проталины снега и начинающееся окрашивание неба в розово-золотые цвета. Когда бы ещё я, сова до кончиков пальцев, могла полюбоваться рассветом. Пока местное светило медленно карабкалось на небо, мои мысли так же медленно текли. Что-то ещё осматривать в доме я не стала — всё равно пока толком ничего не видно. Пусть сначала рассветёт. Со вздохом я присела на крепкую скамью, стоящую у кухонного стола, и поджала под себя озябшие ноги, плотнее кутаясь в плед — хотя плотнее уже некуда. Положила голову на скрещённые руки на столе, и сама не заметила, как заснула.

Проснулась спустя несколько часов в уже светлом помещении, жаль, что не в тëплом. Потянулась, умылась холодной водой, которая стояла в деревянной бадье в углу кухни и получила, наконец, возможность осмотреть дом. Но первым делом всё же проверка сундука в спальне на наличие тëплых вещей.

Вернулась в комнату, с трудом открыла тяжëлую крышку, и каким же счастьем для меня оказалась первая же находка! Застиранное штопанное шерстяное платье было чистым, и я с удовольствием сменила свою шëлковую пижамку, единственное воспоминание о доме. Обычное серое платье, без украшений, длиной в пол и со шнуровкой по бокам, оно отлично село по фигуре и меня полностью устроило. Следующей находкой стали шерстяные чулки и вязаная шаль.

Утеплившись, я чувствовала себя уже уверенней и начала отогреваться, хотя, конечно, окно без стëкол сильно старалось этому помешать. А складывая пижаму и услышав глухой стук об пол, почувствовала себя полностью счастливой! Бросая дурную привычку курить, иногда я всё же не выдерживала и покупала сигаретку, выкуривая ночью на балконе под ароматный чай. И вчера был как раз такой день, и подкурившись, я по привычке засунула в карман шортиков любимую зажигалку. А от сильной усталости даже не почувствовала её, ложась спать. И пусть ещё дома газ заканчивался, а заправлять я её принципиально не хотела, чтобы быстрее бросить пагубную привычку — сейчас я и этому была рада. Выходить на улицу я точно ещё не готова, а дома полный дубак!

Глава 2

Сегодняшнее утро мне понравилось значительно больше. Пусть за ночь дом и остыл, но всё ещё было тепло, у меня была еда, одежда и даже немного денег.

Умывание холодной водой дало заряд бодрости, но вот с зубной щëткой пора бы что-то решить, пальцем я много не начищу. Интересно, что тут в ходу? Воспоминаний тела никаких не было, я очень надеялась, что хотя бы читать и разговаривать смогу на местном языке, но это я уже скоро узнаю. А пока обычное деревенское утро: растопить печь, поставить в её угол ведро с водой, пусть весь день тëплая будет, не привыкла я в холодной возиться. Чугунок с кипятком для заваривания листьев трав, вчерашние остатки картошки для разогрева. Из погреба вытащила плошку капусты, к чаю у меня варенье есть, которому катастрофически не хватало хлеба с маслом. Пусть это не тот завтрак, который я бы себе сделала в прошлой жизни, но какая разница?

Перекусив и напившись мятного отвара, остро пожалела об отсутствии ручки и ежедневника. Как же мне с ним было проще! Всегда накидывала туда планы на день, и рабочие, и бытовые, не надеясь на свою память, а тут придётся запоминать. Но как бы ни было страшно, первым делом я решила выйти “в люди”. Пора бы узнать, что и кто меня окружает, могу ли я разговаривать и понимать чужую речь, а главное — на что мне хватит найденных денег. Сборы долгими не были — переплела высохшую за ночь косу, переоделась в чистое платье, которое от вчерашнего отличалось лишь цветом и было синим. Поблагодарила мысленно длинный подол, который скрывал резиновые сапоги — другой обуви я пока не видела. Шаль, накинутая на голову, тулуп и перчатки завершили сборы. Монетки я спрятала в карман. Угли в печи ещё тлели, но дожидаться я не стала — долго ходить не планирую, приду и растоплю печь заново, за это время через приоткрытую заслонку сильно тепло не выдует.

На улице сегодня было теплее, снежок таял, весело пела капель, срываясь с сосулек. Я даже перчатки сняла, наслаждаясь ранней весной. Выходить за калитку было страшновато, но — надо.

С любопытством огляделась. Я явно была в деревне, её шум ни с чем не спутать. Кудахтанье птицы, мычание коров, блеяние овец. Интересно, они будут такие же, как в моём мире, или чем-то отличаться? Обычные деревянные дома, узкая улочка — конь-то пройдëт, а вот телега уже вряд ли. Пройдя до конца улицы, остановилась, выбирая направление. Прямо или налево? И там, и там, пока были видны только дома. Ну пусть будет прямо — может, проще будет дорогу запомнить, если всё время по прямой, а то пока единственное отличие моего дома от других на внешний вид было в заборе — у остальных они были хорошие, добротные, у кого-то даже резные.

С направлением я не прогадала — улица привела на небольшую площадь с помостом и крытыми торговыми рядами по краям. Самый обычный деревенский рынок, на котором стоял людской гул, споры о свежести и ценах.

“Ну уж это во всех мирах одинаково” — с этой мыслью я с улыбкой подошла к ближайшему прилавку, на котором были разложены яйца непривычного синего цвета, молоко, творог, сметана — эти, к счастью, привычные. Интересно, значит ли это, что коровы будут похожи, а птица — нет? Скоро узнаю. А пока наблюдала за торгующейся покупательницей. Торговались они с азартом, я так никогда не умела, но вот пришли к одной цене и с выражением удовлетворённости на лице продавец — положил в корзину крынку молока и плошку творога, а покупательница — вытащила пять круглых медных монеток. Таких у меня в мешочке было большинство. Ещё несколько монет было медных квадратных и треугольных, и пара серебряных кругляшков.

Пока продавец не переключился на меня, я ушла к соседнему прилавку с овощами. Половину узнала, часть незнакомые. Здесь задерживаться не стала, а вот следующий прилавок меня порадовал мукой, рисом, и на этом узнавание закончилось. Покупатель за мешок муки отстегнул квадратный медяк — значит кругляшки явно ниже по номиналу. Дальнейшие ряды были с травами и специями, пара мясных, а на другой стороне площади можно было найти ткани в рулонах, иглы, нитки и ленты, гребешки и даже маленькие зеркала! Вот тут-то я тормознула. Под предлогом осмотра товара внимательно изучала новую себя. Большие глаза насыщенного синего цвета в обрамлении длинных ресниц не имели ничего общего с моим родным болотным. И даже, о радость, не было нависшего века! Я-то планировала после ипотеки заняться операцией. Прямой нос, средней полноты губы, красивые скулы, тëмные брови вразлëт, это совпадало и с моим прошлым обликом. Да, не писаная красавица, но очень даже хороша. Обладательница этого тела была более юной, чем я, по крайней мере, на моём новом лице больше не было начинающихся мелких мимических морщин, а в волосах — первой седины. Если мне настоящей было уже тридцать шесть, то тут я бы дала двадцать, ну, может, с хвостиком.

— Девушка, вы брать-то будете или полюбоваться пришли? — грубо окликнул меня торговец, вырывая зеркало из рук.

— Извините, — смущённо буркнула, поскорее отходя от прилавка.

— Аннет, дорогая! — я почувствовала прикосновение к локтю и обернулась.

— Тëтушка Марта! — среагировала я неожиданно для самой себя, — как ваши дела?

— Милая, лучше просто не бывает, — рассмеялась пышная высокая женщина, лет пятидесяти на вид. Но возраст ей был только к лицу, придавая шарма, и даже морщинки нисколько не портили вид. Она подхватила меня под локоток и увлекла вдоль ряда торговцев.

— Ты-то как, дорогая моя? После такой потери… — она запнулась на миг, — я волновалась за тебя. С осени из дома носа не показывала, на порог никого не пускала. Я понимаю, что такое потеря сына, ты же знаешь, — тень прошлой боли набежала на лицо улыбчивой женщины, — особенно вместе с мужем, но надо жить дальше. Всемилостивая Богиня не даëт ношу не по плечам.

“А вот Аннет, похоже, дала”, — мелькнула в голове мысль в укор этой самой Богине, а вслух сказала лишь:

— Вы правы, тëтушка. Я пережила своё горе. Но представляете, сегодня пришла на рынок, а сориентироваться так и не могу. Как будто в голове пусто.

Глава 3

По результатам недели выяснила: часть растений и животных с нашими были схожи из-за соседства миров. Другую же приходилось изучать, благо были старые, но хорошие книги и журналы по овощеводству, садоводству, справочник по грибам с чëткими картинками — подобный я и у мамы в детстве видела. Географии и описания мира я не нашла ни в одной из книг и ужасно расстроилась. Зато был этикет — интересно, зачем он был нужен в деревне Аннет? Его я бегло пролистала, подивившись куче условностей, и отложила в сторону. С крупами тоже разобралась — две идеально подходили для молочных сладких каш, одна напоминала по вкусу пшëнку, другая была ближе к нашей овсянке, но с каким-то терпким послевкусием. Пробовала в один холодный день и хлеб приготовить, понадеявшись на память тела. Тело-то не подвело, вышло хорошо, но вот плотно заниматься этим делом я так и не захотела. Деньги тем временем подходили к концу. А на восьмой день случилось то, чего я ожидала и боялась: закончился газ в зажигалке.

Я тут же собралась к тëтушке Марте, пытаясь придумать, как аккуратно узнать способ розжига огня. Идей не было никаких, учитывая, что местные встают на рассвете и печи у всех уже затоплены, а я, как обычно, проснулась по моим ощущениям около девяти-десяти. Часов тут не было в принципе, все ориентировались на солнце, но я пока к этому не привыкла.

Решив действовать по обстоятельствам, всё же выдвинулась в гости.

— Аннет, дорогая! — Тëтушка Марта распахнула объятия.

— Здравствуй, тëтушка, — с улыбкой обняла я её.

— Ты за молочком пришла? Сейчас всë соберу, проходи пока, отвару попьëм, поговорим.

Заходя в дом, я с любопытством осматривалась. Раньше зайти в гости не было возможности — у тëтушки гостили внуки, и нам обеим было бы неудобно.

Дом был очень уютный. Весëлые яркие занавески в крупный цветок на окнах, повсюду кружевные салфетки, на стенах детские картинки — или внуков, или детей. Самотканый ковëр покрывал полностью поверхности полов везде, кроме кухни.

На кухне же крепкий стол застелен чистой накрахмаленной белой скатертью, в плетëнных из лозы корзиночках лежало домашнее печенье, сухофрукты и орехи. Уютно трещал огонь, скворчало сало на чугунной сковороде. Скамья тоже была укрыта разноцветным ковриком.

Марта быстро собрала на стол, выставив к бодрящему отвару глиняные тарелочки с домашним сыром, вареньем, оладьями.

— Нагостились внуки? — я окунула пышный оладушек в розовое кисловатое варенье. У себя такого в погребе не видела, даже интересно, что это за ягода?

— Ох, и непоседы они у меня, — рассмеялась тëтушка, — нагостились, да на парном молочке щëчки отъели. Весь дом разнесли! Но теперь-то уж только по теплу приедут, с огородом помогут хоть. Так-то они в это время и не приезжают, но внучка старшая замуж намедни выходит, вот дочка и привезла сорванцов, чтобы меньше с подготовкой мешали. А внучка-то с мужем к нам в деревню переезжать хотят, представляешь радость-то какая под старость лет!

— Тëтушка Марта, ну какая вам старость, — я рассмеялась, — да вы любому молодняку фору дадите!

— Ну скажешь уж тоже, — слегка смутилась она.

— А дом где ставить будут?

— Готовый хотят купить, пойду вот со старостой общаться, может, продаëт у нас кто.

— Мой подойдëт? — эти слова вырвались неожиданно даже для меня. Чего это я? А сама жить где буду? Тут хоть и страшно с соседями пересекаться, боюсь выдать, что Аннет уже нет, но всё же стабильность и крыша над головой. А с другой стороны — кто сказал, что будет хуже? Крышу над головой найду, стабильность… Зачем за неё держаться, если она не комфортна?

— Милая, никак переезжать надумала? И куда же ты? Тут и дом свой, и знаешь всех, всё легче.

— Не знаю, тëтушка. Но не могу я тут… — опустила глаза, позволяя ей самой додумать предложение. Пусть считает, что мне всё о горе напоминает.

— Как же так, родненькая, — сокрушённо заохала тëтушка, — я же тебя с младенчества знаю, матушке твоей помогала нянчиться, ты же мне как дочка. Как же ты будешь в чужом месте то, вдруг случись чего и за помощью некуда пойти!

— Не волнуйтесь, тëтушка, — я ободряюще слегка сжала её руку, — я справлюсь, и писать вам часто буду. Пойдёмте лучше дом посмотрите? Там так много доделать надо, мужская рука ему нужна. Ваша внучка с мужем вдохнут в него новую жизнь.

— Не передумаешь, милая?

— Нет, — я не дала себе шанса на отступление. Теперь как бы страшно ни было, если дом устроит, мне надо будет уезжать.

— Пошли тогда, гляну мельком. Так-то я там каждую половицу знаю, но ремонт надо прикинуть, да печка справная ли, или перекладывать пора.

На сборы у тëтушки ушла всего пара минут, и вот мы уже стоим у меня в коридоре. Близость домов должна сыграть мне на руку.

— Совсем у тебя накопители разрядились, — вздохнула женщина, не получив воды из трубы, ведущей к лохани, да света из подвешенных к потолку круглых светильников.

Стазисом же оказалась та самая кладовая, где я нашла в первый же день крупы и травы, но накопитель и тут был разряжен. А о каких накопителях вообще речь?

Осмотр комнат много времени не занял, сухой погреб её тоже порадовал. Недочётов набралось мало — окно вставить, рассохшиеся двери поменять, тротуар с забором, да давно покосившийся сарай для птицы. Зарядить опять же непонятные накопители. Если я правильно оцениваю обстановку, то эти небольшие недочёты как раз из самых дорогих — ну, по крайней мере, как минимум половина. А проверяя тягу в печи, я и узнала тот самый секрет розжига, который оказался очень прост. Тëтушка выверенными движениями закинула дрова, закрыла дверцу и дотронулась до слегка выпирающего камушка рядом с заслонкой. В этот же момент дрова весело вспыхнули, отдаваясь во власть танцующего пламени.

— Сколько за дом хочешь? — по результатам осмотра мы устроились за столом, я налила нам горячего отвара и выставила оставшиеся со вчера ленивые вареники — благо они холодные ещё вкуснее, а завтрак-то я сегодня и не делала, не на чем.

Глава 4

На подъезде к городу я поняла, зачем тëтушка Марта настойчиво советовала накинуть на плечи шаль, которая совсем не подходила к плащу. Затыкая нос тканью и сощурив глаза от режущей вони, я молилась, чтобы портальщики оказались где-то поближе и нам не пришлось ехать через весь город. Ну вот как так? Да у нас в деревне, где почти в каждом доме скотина, и не одна, воздух свежее! Гнилые овощи, протухшая рыба, конские отходы, лежавшие на дорогах, которые по виду не убирались много лет — всё это смешивалось в жуткую какофонию запахов. Грязные, покосившиеся дома вдоль дороги. В одном открылось окно и на улицу выплеснули помои. Гордое звание “город” это место явно не оправдывало. Боже, а если тут это норма? Правильно ли я сделала, что уехала из деревни, где даже канализация была! И почему её нет тут?

— Много лет этим городом управлял племянник короля, — вполголоса начал мне объяснять муж тëтушки Марты, — разворовал всё, что можно, душил жителей непомерными налогами. А дяде отчитывался о красоте и процветании. Кто-то пытался жаловаться королю, но пропадал без вести, не доезжая до столицы. Поэтому тут… так. Недавно он умер, на счастье всех жителей, город ждëт нового управленца. И никто не знает, как всё будет дальше.

— А дочка ваша тоже здесь живëт?

— Нет, сюда бы мы её не отпустили. Тут зятëк наш обитал, а как по работе ездил в соседнее село, там и познакомились они с внучкой. Сам человек хороший, но не позволили мы им свадьбы, пока с местом жительства не решили. Не дам сюда внучку привезти, какая великая любовь бы ни была. Пришлось ему продать дом родительский, во как ценит свою жëнушку, — с лëгкой гордостью закончил он рассказ, а я почувствовала, что, наконец, перестало щипать глаза и можно их раскрыть.

Мы стояли на большой площади. Людей тут было немного, телег и того меньше. По центру — пятиугольный невысокий помост, над которым то и дело мелькали разноцветные искорки. Воздух тут явно как-то магически очищался, так как ароматы витали вполне приятные — свежей выпечки из трактира на другом краю площади, хвоëй от стоящих по периметру елей странного бордового цвета. Прямо на входе был большой стенд, на котором я даже нашла карту! Эх, её бы мне раньше, может, и с точкой назначения определилась бы. А так… Сначала я хотела остановиться тут на постоялом дворе на пару дней, найти книги по географии, определиться с дальнейшим движением. Теперь же понимала, что единственное моё желание — убраться из этого города побыстрее.

— Леди желает воспользоваться услугами носильщика? — подскочил к нашей телеге молодой парнишка в форме голубого цвета, которую носили все сотрудники на площади, насколько мне было видно.

— Да, пожалуйста, — насколько бы ни было дорого, сама я не осилю тащить всю поклажу, а мужчин задерживать не хотелось. Попрощалась с ними и налегке отправилась к стенду. “Богиня, ты меня сюда прислала, так укажи мне путь. В чëм моë предназначение? Куда мне надо двигаться? “ — с этими мыслями, зажмурившись, я ткнула в карту. А открыв глаза, прочитала название “Арилея”, и это было сильно дальше того места, где была я. А я сейчас… Нашла на карте точку, где крестиком обозначалось наше местоположение — город Горный. Интересно, учитывая, что ни одной горы в округе, пока мы сюда ехали, я не видела. Наш город располагался на севере, а Арилея — на юге материка.

— Леди, вы определились? — громкий голос портальщика сбил меня с изучения карты, успела только заметить, что тут было два материка, наш самый большой.

Дав себе зарок после обустройства купить и изучить карту, а также географию этого мира, я подошла к портальщику, озвучила название города, оплатила целую серебрушку и забралась на помост, где стояли мои вещи. Только успела зажмуриться — а лицо уже обдувает тëплый ветерок, неся с собой ароматы цветущих деревьев.

С любопытством осмотрелась, слезая с аналогичного помоста. Размеры площади тут были больше раза в два, но даже такое огромное пространство было забито людьми! “Как метро в час пик”, — хихикнула мысленно, подчиняясь течению людского моря, которое выносило меня к выходу с площади. Все мои сундуки уже подхватили, и они плыли над нашими головами в таком же плотном потоке багажа. Ох, даже представлять не хочу, что будет, если у кого-то из магов что-то пойдёт не так!

На выходе увидела много телег, повозок и карет. Кто-то молча стоит и ждëт, кто-то усиленно зазывает. Ну прям как таксисты на вокзале!

И куда же мне теперь? Я отошла чуть в сторону, чтобы не мешать потоку входящих и выходящих людей, и задумалась. Прежде чем выбирать, куда дальше путь держать, не помешало бы город посмотреть, окрестности объехать.

Я направилась к телеге, которая привлекла моё внимание. Стояла она чуть в стороне, смущённо рядом перетаптывался возница, наглаживая шею гнедой кобылки. Совершенно непритязательный вид телеги дарил надежду, что много с меня не сдерут.

— Леди, — уважительно поклонился мужчина, а я в очередной раз отметила разницу в обращении. В родной для Аннет деревни никогда не слышала “леди” по отношению ко мне. — Куда вас отвезти?

— Постоялый двор, буду благодарна, если подскажете вариант не очень дорогой, но приличный.

— А на какой срок приехали? — он задумался.

— Пока сама не знаю. Может, около месяца. Хочу осесть в этих краях, но вот где именно… Надо изучить округу.

— Тогда, если вы позволите, я порекомендовал бы вам сразу дом арендовать. Моя матушка сдаёт недорого, всего пара серебрушек в месяц. — Ого у них тут недорого! — Дом не очень далеко от торговых кварталов, соседи тихие.

— Хорошо, — попробую довериться. Махнула рукой портальному грузчику, который быстро перенёс всё моё барахло на телегу, и мы двинулись в путь.

Этот город разительно отличался. Кусты радовали глаз молодой листвой или набухшими почками, цвели фруктовые деревья. Мы проехали центральную площадь, на которой расположился каскадный фонтан, в окружении клумб и скамеек. Дорога сияла чистотой, как будто и не ездят тут лошади. Впрочем, причину я поняла быстро, как только наша лошадка махнула хвостом, отгоняя назойливое насекомое — под ним был аккуратно привязан мешок. После торговой площади с рынком и множеством лавок мы въехали в жилой квартал. Аккуратные домики, крепкие деревянные резные заборы, деревья вдоль дороги, большие участки. То тут, то там доносилось кудахтанье птицы и мычание коров, блеяние овец и ржание лошадей. Пару звуков мне было незнакомо — возможно, те животные, которых нет в нашем мире. Проехав по ощущениям минут десять, мы остановились около небольшого синего дома. Помимо калитки, были и ворота для заезда лошади. Заехав во двор, возница убежал за сыном, пообещав быстро обернуться и сгрузить сундуки, да матушку привести, а я осталась осматривать двор.

Глава 5

И только на подходе к дому старосты меня осенило: а зачем мне жильё в торговом квартале? Что я буду продавать? Единственное, что я могу сейчас предложить, — это топлёное молоко. Ну, возможно, у меня получится ещё сделать ещё йогурты. Сыр? Ну максимум творожный. Но в таких масштабах, чтобы прям торговую точку открывать — точно нет, одна не справлюсь. Помощникам платить нечем. А что ещё?

Но вспомнив ощущение уюта и покоя от прикосновения к дому, я оставила сомнения. Я же просила богов этого мира меня направить? Может это оно и есть. А уж в каком направлении мне двигаться, решу.

— Это снова я, — старосту я нашла на огороде, — я нашла дом, который хотела бы. Есть возможность сейчас его просмотреть и обсудить цену?

— Может, выберете несколько вариантов, чтобы сразу всё обойти? — разогнув спину, он глянул на меня, поднеся ладошку ко лбу и прикрывая глаза от яркого солнечного света за моей спиной.

Я чуть замялась. Врать не хотелось. Но и говорить правду, что я уже выбрала именно этот дом и только его — а ну как цену поднимет? Не знаю, как в новом мире, но в своём доверие обычно дорого обходилось.

— Ладно, — избавил он меня от выбора, — пошлите сейчас. Вижу, крепко дом вам приглянулся. Дайте только пару минут.

— Да, конечно, — облегчённо выдохнула, — я пока буду за калиткой.

Пока ждала Мирея, нервно меряла шагами пыльную заезженную дорогу. К счастью, собрался он быстро, и мы двинулись в путь.

У дверей нужного дома староста достал огромную связку ключей и с тихим щелчком замок открылся. Лëгкий скрип входной двери будто приглашал войти. В окна сквозь щели досок ещё проникал солнечный свет, позволяющий разглядеть обстановку.

Напротив входа стоял крепкий прилавок из тëмного дерева. Вдоль стен приколочены широкие полки, которые мне тут же захотелось снять, настолько они рассохлись. Сделать бы новые стеллажи, да покрасить стены, начисто отмыть и натереть воском пол — и будет очень светлое и красивое место. При желании даже можно в углу или вдоль одной стены поставить небольшие столики со стульями, места хватило бы, но это уже смотря чем я буду тут заниматься. Если молочными продуктами, можно сделать уголок дегустации. Из запасных идей только трактир, постоялого двора не выйдет — не настолько большой дом.

По левой стене, в углу от прилавка располагалась неприметная дверь. Отсюда уходила лестница наверх, а под ней подсобное помещение, с парой узких окошек.

А сразу за прилавком я нашла дверь на просторную кухню.

Большая печь по центру, напротив — выход на задний двор. По правой стене окно, по обеим сторонам которого расположились полки, а по левой — длинный деревянный стол, весь в зарубках — на нëм явно много и часто готовили.

— Артефакты все разряжены, надо заряжать, — Мирей ответил на мой невысказанный вопрос, когда я подошла к раковине в углу и дотронулась до одного из кранов. На моё счастье, тут были и горячая, и холодная вода.

А вот обеденного места я не нашла, возможно, ели прямо за разделочным столом.

Дверь в стазисную комнату располагалась в углу у выхода, и та поражала своими размерами! На всю длину кухни, достаточно широкая для того, чтобы между полок осталось место разойтись двум людям средней комплекции.

— Тут тоже надо заряжать?

— Да, артефакты во всём доме разрядились, даже освещения.

— А в деревне есть кто-то, кто может их зарядить?

— Да, заехал у нас маг один на днях.

— А на каких условиях, сам купил или отрабатывает? — поднимаясь по узкой поскрипывающей лестнице на второй этаж, поинтересовалась я.

— Контракт на отработку заключил. Сирота он, практику у нас в баронстве проходил. Вот закончил академию, и к нам подался. Молодой, но старательный очень.

Конец фразы сопровождался моим ярким выражением эмоций. Нет, это не судьба молодого мага меня так зацепила — просто в этой темноте, когда свет пытается проникнуть лишь через щели заколоченного оконца, не видно ничего! И это привело к ожидаемому результату: я споткнулась о ступеньку и ушиблась именно мизинчиком!

— Дико извиняюсь, — я смущëнно покраснела, — обычно я так не выражаюсь.

— Ничего, — Мирей спрятал усмешку в кулак, — я даже заслушался. Откуда вы нам такие выражения принесли?

— В академии от кого-то слышала, — легко выкрутилась из ненужных вопросов. Уж кто-кто, а молодëжь каких только словечек не придумает, на них всё можно списывать.

Я отпустила, наконец, пострадавшую конечность, и осмотрелась. Мы стояли в узком коридоре, который заканчивался высоким окном. По левую сторону две двери, через которые я попала в светлые небольшие комнатки. По правую — также, но уже в просторные комнаты, в каждой из которых были даже небольшие гардеробные и санузлы. Одну из них, самую светлую, я решила сделать своей спальней.

В маленьких — в одной, пожалуй, кабинет. Назначение второй тоже пока не придумала. Все помещения пустые, без мебели. Оно и к лучшему — обустрою на свой вкус.

— Какая стоимость дома?

— Пятьдесят серебрушек. Снижена из-за разряженных артефактов, сад запущен, лестница скрипит, починить бы, погреб требует доделок — часто его в сильные дожди топит. Но это торговый квартал, потому за счëт расположения цену ещё снизить не выйдет.

Я уловила намëк на отсутствие торга, но меня и так порадовала информация, учитывая, что свой дом — гораздо меньше и разрушенней — я продала вполовину дороже. Видимо, сказалось разрушенное баронство, которое только начало свой путь к возрождению. Ещё и тридцать пять серебрушек останется, которые уйдут на ремонт и жизнь в первое время.

— Я беру.

Вернулись к старосте мы быстро, так же быстро подписали договор, и я стала обладательницей этого дома. Тëплый климат, речка под боком, на выезде лес. Идеальное место для начала новой жизни! А то, что деревня ещё не заселена — так это ничего, разрастëтся. По словам старосты, с началом весны уже много семей приехали и продолжают заселяться, пока можно подготовить землю и успеть высадить урожай.

Глава 6

— И долго ещё собираешься пялиться? Ты не в моём вкусе. — Насмешливый вопрос вывел меня из оцепенения, и всё очарование момента вмиг разрушилось, вызвав злость и досаду. Красивый, да, не спорю, но явно скотина.

— Вы Алрнэ?

— Нет, сейчас позову. — Он резко закрыл дверь у меня перед носом, а я вздрогнула и отступила на шаг. Ну и что это было?! Я вроде уже не невинная девица, притом и душой, и телом, чтобы на всех подряд красавчиков кидаться. Толку-то с той внешности, если характер оставляет желать лучшего.

Представила мысленно его образ: высокий, подкачанный, брюнет с длинными волосами. Карие глаза, широкие скулы, аккуратный прямой нос. Видела в своей жизни и покрасивее, но от них что-то дар речи не теряла.

— Вы меня звали? — На порог вышел парень, симпатичный, улыбчивый, с добрыми глазами. На контрасте с первым они были как день и ночь — Алрнэ блондин среднего роста, худощавый и светлоглазый.

— Да, Мирей сказал, что к вам можно обратиться по зарядке артефактов?

— Как срочно вам нужно?

— Желательно сейчас, — я застенчиво улыбнулась, — я только вселилась в дом, там нет даже воды.

— Ох… Ко мне приехал друг, всего на день. Но раз у вас такая срочность… Подождите минутку, я предупрежу его, и пойдём.

— Хорошо, спасибо вам большое, что вошли в положение!

Вышел он действительно быстро и всю дорогу до дома трещал без умолку. Вот вроде такой хороший парень на первый взгляд, а уши от него уже болят. Зато почерпнула много нового. Например, что того нахала его зовут Кейл, они вместе учились в академии, только друг на боевика, а Алрнэ — маг-универсал. Универсал — это самое частое направление в магии, учатся на него те, кому уровня искры хватило поступить, но предрасположенности к какой-либо определённой направленности не было. Умеют всего по чуть-чуть, но, естественно, не на таком уровне, как узкие специальности. К примеру, из лекарского могут принять роды, обезболить, и даже срастить перелом, если хватит сил — но вот что-то серьёзнее уже не смогут. И так во всех отраслях. Поэтому универсалы были не столь востребованы, и Алрнэ после окончания обучения ничего не оставалось, как искать место в жизни самому. А учитывая, что тут он уже проходил практику, знал условия для получения дома в своё распоряжение, и нашёл общий язык с местными — сюда он и подался. Также в его речи промелькнул и возраст — ему было сорок семь лет, хотя выглядел он при этом на двадцать максимум. А выловив из его историй и возраст нескольких преподавателей, я поняла, что средняя продолжительность жизни тут в два раза выше, чем у нас. И когда мы пришли к дому, я даже не знала, радоваться мне или огорчаться — он оказался кладезем информации о мире, но уже так хотелось тишины…

Показывать артефакты мне не пришлось — и к счастью, потому что я понятия не имею, где они располагаются. Он сам просканировал дом, пробежался по нему, затем провёл меня для проверки работоспособности всего необходимого, и, взяв плату в пять серебряных, умчался. Жаба на моём горле усиленно не хотела отдавать деньги, но куда деваться. Зато маг уверил, что ещё лет десять не придётся задумываться об этом вопросе, кроме, разве что, печи и водопроводов.

От него я узнала, что в доме стоят не только артефакты на подачу воды, нагрев, слив, печной, стазисный — но и от любых грызунов и насекомых, а в торговом зале ещё и артефакт на охлаждение воздуха. Учитывая жаркое лето, это было очень кстати. Заодно в ходе проверки поняла, как пользоваться печью без дров — достаточно нажать на пару рун и нагревается только плита на поверхности, не раскаляя печь и помещения. На лето — идеально! Но ночи прохладные, вопросом дров всё же следует озадачиться.

Пока мы с ним бегали и проверяли его работу, Тира уже привела пару мужчин, которые сняли доски со всех окон, полки с торгового зала, и притащили нам две кровати — самые простые, узкие, деревянные, сколоченные на скорую руку. Один из них являлся мебельщиком, второй был у него на подхвате. Договорились подойти к нему через пару дней, когда дом будет приведён в относительный порядок и мы будем иметь представление, какая мебель и в каком количестве нам нужна.

— Что делаем дальше? — оставшись одни, мы налили себе отвар и отдыхали. Была только середина дня, времени у нас вагон. Кровати нас уже ждали наверху, но вот матрас у меня был только один. Да и обед надо готовить. Значит, что?

— В первую очередь помоем стазисную комнату. Потом разложим продукты, и всё, что имеет отношение к кухне. Ещё бы найти матрас, одеяло или плед, подушку. А дальше уже уборка дома и готовка, на сегодня, думаю, этого достаточно.

Так у нас и прошёл день. Тира была отличной помощницей — весёлая, трудолюбивая, старательная. Но вот с готовкой у неё не ладилось, поэтому обед и ужин лёг на меня. Учитывая объём работы, заморачиваться с готовкой я не стала, ограничившись отварной картошкой и вскрытой банкой зимнего салата. А как хотелось пельменей! Сочных, с ароматным бульоном, со сметанкой или уксусом. Но, увы, это на потом.

Следующий день мы также посвятили уборке и распаковке вещей, и к ночи могли смело сказать: дом снова ожил. Витрины радовали нас идеальной чистотой и раскрашивали торговый зал красками заката. Кухня благоухала ароматами жаркого, которое томилось в печи. Стены, помытые Тирой, вернули первозданный вид красивой древесины и не нуждались в дополнительном уходе. Дощатый пол услаждал глаза своим природным рисунком спила. Второй этаж также был чист и светел, осталось обставить. Даже привели в порядок террасу перед домом — убрали сухие ветки плетущегося растения, намыли и начистили. С удовольствием бы сама тут отдохнула, с интересной книгой, чашечкой кофе и вкусным рассыпчатым печеньем. Жаль, этого напитка в мире нет. А может…?

— Леди Ани! — прибежавшая Тира сбила меня с размышлений.

— Что? — обернулась, с досадой понимая, что пробегающая умная мысль оказалась быстрее меня. Хотя, может, не очень умная она и была.

Глава 7

— Вы переселенка? — прямой вопрос моей помощницы заставил меня вздрогнуть. Мы уже спустились с чердака и пили отвар, обдумывая всё случившееся. Своей реакцией я выдала сама себя, но сдержаться, увы, не получилось. И что ответить? Может, её значение этого слова совсем не совпадает с моим пониманием.

— Вы переселенка. — Это уже утвердительно, после затянувшегося молчания. — А что случилось с хозяйкой тела?

— Умерла, это всё, что я знаю. Кем она была, как жила, я не помню. — рассказывая всё это, судорожно перебирала варианты сохранения тайны. Стребовать обещание — глупо. А если у них таких сжигают? Тогда тем более рисковать не могу. Кинула оценивающий взгляд на Тиру, мысленно поморщилась — ну не убивать же её, на такое я не пойду.

— Леди Ани, вы не переживайте, у нас часто бывают переселенцы с соседних миров. Только вам надо зарегистрироваться в храме под новым именем. Если бывший хозяин тела был без имущества, выдают небольшие подъёмные, но я правильно понимаю, это не ваш случай?

— Да, у Аннет был дом в деревне.

— Значит, достаточно регистрации.

— А что будет за то, что я не сделала этого сразу?

— Переселенцам даётся два сезона на понимание, изучение информации по миру, обустройство и смену имени. В это время продолжает действовать слепок души бывшего хозяина тела, поэтому такие сроки.

“Ага, так вот почему мне удалось так спокойно подписать документы и на продажу, и на покупку дома” — пока я размышляла, прослушала часть информации от Тиры.

— А где храм найти?

— Так говорю же, в город когда поедем, — слегка удивлённо посмотрела она на меня.

— Ага, точно. Значит, выезжаем, как только сможем.

На этом и порешили, и спокойно разошлись спать. Информация вызвала большое облегчение — я очень боялась выдать свою тайну, а, оказывается, не стоило. Может, и по магии в храме мне объяснят? Я вытянула перед собой руку, пытаясь разглядеть в темноте. Как я “вылечила” книгу? Ничего особенного вроде и не почувствовала. А получится ли и с остальными так же сделать? Вот было бы здорово! На чердаке же их много, целое сокровище будет, если всё восстановить! Уж не знаю, про что в них, но информация лишней никогда не бывает, так же как и художественная литература. А уж в условиях отсутствия интернета, привычного мне способа получения всех необходимых и не очень знаний, так это вообще настоящий клад! А если получится их восстановить, можно было бы и библиотеку открыть — в этом мире такого нет. Или частные, или в академиях с доступом для учащихся. А остальные как? Или покупка, или обойтись без книг. Вот только как с библиотеки доход получать? Вводить читательские билеты — нет, не вариант, или стоимость должна быть копейки, или она будет недоступна обычным людям. Надо об этом подумать.

Следующий день уже радовал нас солнышком и подсохшими лужами, и сразу после завтрака мы с Тирой отправились к мебельщику вместе с её рисунками. Обговорив все нюансы, отдала предоплату, получила обещание уложиться в неделю, и отправились по его рекомендации к строителю — ступеньки нуждались в починке, с лестницей шутки плохи. Договорившись на приход уже сегодня, а также на завоз небольшого количества дров, отправились к следующей цели: на рынок. Нам надо было узнать, кто катается в город и когда состоится следующая поездка.

— Дорогу размыло, минимум седмицу ждать, когда высохнет, если дождей не случится. Там и можно будет ехать, — такой информацией нас порадовали на рынке. Переглянувшись с Тирой, мы лишь вздохнули. Через неделю, так через неделю.

— А с вами можно будет поехать?

— Да, только не обессудьте — плату возьму, по медяку за каждую.

— Конечно, спасибо, мы согласны!

— Вы тогда через полдюжины дней подойдите сюда, тут жинка будет, она вам скажет, когда точно выезжаем и во сколько.

На том и порешили. А раз уж у нас есть свободная неделя, займусь-ка я тем, чем изначально планировала — буду пробовать создать любимую молочку! А там поглядим — может, и на рынок с ней выйдем, пока с работой ничего не решено. Или ещё что придумаем.

С этой целью я скупила очень много молочных продуктов. Если идеальное время выдержки в печи для топлёного молока я уже знала, то вот с йогуртами ещё предстояли эксперименты.

Пока мастер нам ремонтировал лестницы, пару поскрипывающих половиц, и подоконник, я закрылась на кухне.

Растопить печь, дождаться, когда прогреется. Пока жду — найти чистый кусок ткани, который максимально похож на марлю. К счастью, у Аннет такой был. Дома творожный сыр я не делала ни разу, только читала несколько рецептов, даже сохраняла себе, но руки попробовать так и не дошли. Вот сейчас и дойдут. Первый вариант — просто выложить сметану на ткань, подвесить на что-то и оставить на сутки. На одной из кухонных полок с посудой я это и проделала, поставив под висящую ткань плошку для сыворотки. Второй способ — разложить марлю на сите для муки, сито в тару, сверху пресс. В качестве пресса использовала широкий глиняный горшочек. На сколько оставлять не помню, но пусть тоже будет сутки. Если всё получится, завтра можно будет добавить зелени, натёртый солёный огурчик, немножко чеснока. Поэкспериментировать и с местными овощами, но пока навскидку ничего из них в голову не приходило.

Следующий пункт — йогурт. Всё, что я помнила — в нагретое молоко добавить закваску, перемешать и оставить в тёплом месте на восемь часов. У меня дома роль тёплого места выполняла мультиварка, а роль закваски — натуральный йогурт из магазина. Тут же закваску не найти, но читала ещё дома, что можно в её качестве использовать ту же сметану. А в каких пропорциях? Да кто же знает. А вот с тёплым местом сложнее — перегреть или недогреть нельзя. Поставить к печи — неравномерно будет, не буду же я постоянно бегать её вертеть. На печь если? Когда уже достаточно остынет. И как без градусника определить? Ладно, попробую несколько вариантов, там видно будет.

Как только угли начали затухать, я подогрела молоко, проверив температуру мизинцем. Тёплое — значит можно разливать по горшочкам и пробовать. Взяла разные размеры, для лёгкости отслеживания, чистый лист бумаги с карандашом, пожалев об отсутствии ручек, и начала записывать. В какие-то добавила поменьше сметаны, куда-то побольше. Часть горшочков оставила на печи под крышкой, другую убрала всё-таки на пол, к печке под бок, завернув в пледы. Ещё пару поставила в большой чугун с тёплой водой, так же накрыв крышкой и его. Под конец осталось только поставить молоко в печь и первый день экспериментов окончен. К этому моменту мастер уже закончил ремонт, Тира прибралась и оплатила его работу с заранее выданных денег, и появилось немного времени на пробу магии. Притащив несколько книг с чердака в свою комнату, я села на пол, подогнув под себя ноги. Аккуратно стёрла пыль и песок с разбухшей обложки — похоже, когда-то она падала в воду. Положила ладонь на книгу, попытавшись вернуть те ощущения, что были вчера. Что же я тогда чувствовала? Жалость к книге — уж очень я любила читать ещё с детства и больно было видеть, как с такими сокровищами обращаются так непочтительно и неаккуратно. Ведь книга — это как портал в другой мир. Там ты можешь побыть принцессой или разбойницей, простушкой или аристократкой, красивой или дурнушкой, пережить их эмоции, приключения, разгадать тайны. Открыть новую книгу, ощутить запах типографской краски и лёгкую древесную нотку, отстраниться от мира и почувствовать новую, не свою, жизнь, под шелест тонких страничек.

Глава 8

Растерянно оглянулись, выбирая дальнейший путь. Хотелось сделать так много всего, но сначала, пожалуй, завтрак, дома не успели. Так манила таверна, стоявшая тут же на площади, из которой доносились божественные ароматы, но я боялась, что тогда нам не хватит денег на всё необходимое. Поэтому мы решили отправиться на рынок, откуда слышался гомон бойкой торговли. Сразу при входе стояла лоточница, предлагающая ароматные жареные пирожки. Выбрав себе по два — один с мясом, второй с ягодами — отправились назад к площади, не торопясь, перекусывая на ходу. Первым в списке дел у нас стоял храм, затем нужен законник, а потом уже можно и за покупками.

Жрица меня удивила. Красивая, с распущенными неприкрытыми длинными волосами, босая. Из общего с нашими монашками — только просторная одежда в пол. Да и мужчин не было видно в служении. Интересно, почему? Надо будет посмотреть, может и по местной религии у меня есть книги.

Всё тут прошло быстро. У меня лишь спросили новое имя, под которым я хочу жить в этом мире, и сняли слепок души, как тут называли, но я больше склонялась к названию “аура”, мне так было проще для понимания. Никакой особой процедуры не было — прислонила ладонь к раскрытой книге с пустыми листами, на которой вспыхнула надпись: “Замена душ. Баронесса Аннет Мадора Линисская — магиня Ани Линисская”. Имя рода мне оставили, а вот титул — нет. Хотя само его наличие меня удивило, но не сильно. Я уже подозревала это, когда увидела богатую форму с обучения в академии, очень хорошее приданое, да и обращение ко мне “леди” на это указывало.

Замер искры тоже прошёл легко, я просто прошла через арку, в которой вспыхнуло голубоватое свечение.

— Бытовая магия, слабая искра, уровень один, — буднично проговорила жрица, внося себе запись. Ну и ладно, я рада и такой!

У законника, на счастье, тоже не задержались, хотя я боялась очередей. После консультации вышли, присели на скамейку к фонтану, и я задумалась. Получается у меня только три варианта: или полностью продать рецепты и забрать сразу деньги, или оформить патент и заниматься самой, или выбрать партнëрское соглашение, согласно которому производство и сбыт берёт на себя партнёр, а я получаю лишь от двух до четырёх процентов от продажи товаров. Притом четыре — это редкость. Второй вариант отвергла сразу — на это средств не хватит, а вдвоём мы ничего не добьёмся. Остались первый и третий, и оба не нравились. В первом нет стабильности, но сразу деньги, в последнем стабильный, но маленький доход.

— Леди Ани, может, пообедаем?

Я вынырнула из мыслей, заметив жалобный взгляд Тиры, устремлëнный на таверну. Эта была попроще, чем на центральной площади, и была надежда, что и цены не настолько задерут.

— Пошли, — я вскочила с лавки, отправляясь к открытым дверям. Тут даже были столики на улице, на каждом чистая накрахмаленная белая скатерть, вазочка с ароматными мелкими цветами. Подавальщица, подошедшая принять заказ, выглядела так же опрятно и чисто. Гигиену тут знают, и это радует. И даже заказанные две порции кролика с овощами и кувшин ягодного компота принесли очень быстро. Еда была безумно вкусная, пряная, и даже зелёное мясо кролика меня не смутило — курицы тут и вовсе синие или фиолетовые. Главное, что вкусно. Потягивая компот, я оглядывала город. Мы были недалеко от центральной площади, но это уже было начало торгово-административного квартала. По обеим сторонам широкой дороги стояли двухэтажные каменные дома. У каждого разбит небольшой цветник. Висели ажурные вывески в одном стиле. А по центру дороги высились деревья, в тени которых прятались скамейки. Взгляд зацепился за лавку готовой одежды. У нас в деревне была одна такая, но выбор невелик, да и цены слегка кусались. Может, тут нам повезёт?

— Тира, поела? — я обратилась к помощнице, как только заметила, что она отставила тарелку, тщательно собрав с неё хлебом весь соус.

— Да, леди Ани. Ой, вы же уже не леди, — тут она ойкнула и закрыла рот ладошкой. Я весело улыбнулась.

— Не переживай, отсутствие этого обращения меня не задевает, у нас в мире аристократия осталась в далёком прошлом, все равны. Пошли лучше за обновками? — я кивнула на лавку, отметив, как загорелся взгляд Тиры.

Расплатившись за обед, отправились в царство шопинга. И не пожалели, что зашли сюда! Приятные цены, красивые фасоны и цвета, мягкие ткани — лавка нас просто покорила! Помучившись в выборе, взяли каждой сорочки и пару халатов, а также по три платья: два на выход, яркие, с кружевами или расшитые мелким цветным стеклом, с пышными нижними юбками. И по одному домашнему, но в котором и гостей принять будет не стыдно. Приглушённые цвета — синее у меня и изумрудное у Тиры. Лëгкое украшение вышивкой на горловине, поясе и по подолу. Все были с боковыми шнуровками, что не могло не радовать. В комплект к платьям на выход приобрели также атласные перчатки выше локтя и шляпки.

— И как теперь с этой поклажей нам ходить по рынку? — вопрос был риторический, услышать ответ я и не надеялась.

— Носильщики стоят в начале квартала. Увидите, мальчишки с тачками, берут мелкую монетку, сопровождают сколько надо, — я обернулась на мелодичный голос и густо покраснела, вспомнив недавний сон. Рядом с молодой, невероятной красоты девушкой, с длинными волнистыми волосами цвета расплавленного золота, стоял тот самый маг. На сравнении с этой красоткой я ощутила себя страшной замарашкой и нервно одëрнула подол платья. Так вот почему я не в его вкусе! Насмешливый взгляд его карих глаз явно указывал, что он меня узнал.

— Спасибо! — моего самообладания даже хватило на то, чтобы взять себя в руки и вежливо улыбнуться на своевременный совет. После чего, подхватив Тиру под локоток, устремилась к началу квартала. В душе бушевали эмоции: горечь, обида, даже ревность. И вот откуда бы им взяться, я его вижу второй раз в жизни! Ну ладно, третий, если считать и сон. Ситуация из серии “сама придумала, сама обиделась”.

Пока дошли, разбушевавшиеся гормоны улеглись, и уже спокойно мы смогли продолжить путь. Накупили всякой кухонной ерунды, столь необходимой и не очень, каждой хозяйке. Наткнулись на уличного художника с прекрасными пейзажами и не удержались, взяв пару картин себе в комнаты. Да уж, с экономией в этом мире у меня как-то не складывается. Что явно говорит о том, что при продаже рецептов лучше выбрать стабильный небольшой ручеёк денег, чем сразу всё получить и быстро потратить.