Леди Сторм. Империя на реконструкции

Глава 1. Протокол безопасности и алые губы

Поцелуй Виктора все еще горел на моих губах — дерзкий, со вкусом моей новой помады и его отчаянной жажды. Но звук имперского рога, прорезавший тишину ночи, подействовал как ушат ледяной воды.
​— Не вовремя, — прорычал Виктор, нехотя отстраняясь. Его кольцо на пальце пульсировало багровым. Замок чувствовал чужаков и требовал приказа.
— Они никогда не приходят вовремя, милый, — я поправила растерзанный ворот шелкового платья и подошла к зеркалу. Помада размазалась, придавая мне вид не то хищницы, не то женщины, которая только что вышла из битвы. — Но именно сейчас мы покажем им, что Сторм перестал быть проходным двором.
​Я активировала кольцо. В голове мгновенно развернулась схема замка. Синие точки — наши стражники на стенах. Большая золотая клякса у главных ворот — имперская делегация. Пятьдесят человек. Слишком много для «простого письма» и слишком мало для настоящей осады.
​— Нико! — мысленно позвала я техдиректора через сеть.
— Я на связи, мадам! — отозвался он мгновенно. Голос его дрожал от возбуждения. — Они требуют открыть. Говорят, у них ордер на «временное управление».
— Включи режим «Гостевой доступ», Нико. Пусть ворота откроются, но внутренний периметр заблокируй. И... подними давление в трубах во дворе. На всякий случай.
​Мы с Виктором вышли на балкон, возвышающийся над внутренним двором. Внизу, под лязг доспехов, в ворота въехал Аудитор Крелл. Маленький, сухой старик в пышной мантии, который выглядел как сушеная слива в сахарной пудре. За ним теснились гвардейцы в золоченых кирасах.
​— Лорд Сторм! — взвизгнул Крелл, задирая голову. — Именем Императора! Грозовой Створ объявляется объектом государственного интереса. Мы здесь, чтобы принять ключи и провести полную инвентаризацию ваших... ресурсов!
​Я сделала шаг вперед, опираясь на каменные перила. Свет магических фонарей полыхнул на моих губах.
— Господин Аудитор, — мой голос, усиленный акустикой замка, буквально прижал его к седлу. — Ключей от Сторма не существует.
— Что?! Это бунт!
— Это технология, — я мило улыбнулась, демонстрируя идеальную белизну зубов (спасибо моей новой зубной пасте). — Грозовой Створ — это магическая операционная система. И у неё только два администратора: я и мой муж. Вы можете войти в замок, но через пять минут у вас отключится отопление, заблокируются двери в уборные, а кухня перестанет выдавать еду, потому что вы не прошли авторизацию.
​Крелл поперхнулся воздухом. Гвардейцы за его спиной начали испуганно переглядываться.
​— Вы не можете конфисковать то, чем не умеете управлять, — добавил Виктор, и его голос прозвучал как удар меча по щиту. — Замок признает только нас. Если мы уйдем, он «уснет», превратившись в холодный каменный мешок.
​— И что же вы предлагаете? — прошипел Крелл, осознавая, что его план «быстрого захвата» летит в бездну.
— Мы предлагаем переговоры, — я выдержала паузу. — Мы с Лордом Виктором завтра же выезжаем в Столицу к Императору. Мы обсудим наши налоги, наш бетон и наше лояльное участие в жизни страны. А вы...
​Я кивнула в сторону выхода.
— ...вы можете подождать нас в Приюте №10 на границе. Ганс и Марта подготовят для вас лучшие комнаты. Там отличный сервис, зубастые цветы на окнах и очень вкусная репа. Поверьте, это гораздо лучше, чем сидеть в заблокированном замке без горячей воды.
​Я видела, как Аудитор дрожит от ярости, но замок за моей спиной выдал короткий, трескучий разряд статики — Нико явно «поиграл» с настройками защиты.
​— Три дня, Крелл, — отрезала я. — Через три дня мы будем во Дворце. А сейчас — уезжайте. Нам с мужем нужно закончить... неоконченные дела.
​Виктор собственнически обнял меня за талию, и мы демонстративно развернулись, уходя вглубь освещенных покоев.

Двери балкона закрылись, отсекая шум ветра и лязг доспехов внизу. Тишина в комнате повисла тяжелая, плотная.
Я всё еще чувствовала, как адреналин гуляет в крови шампанским.
— Видел их лица? — я повернулась к мужу, ожидая привычной похвалы. — Крелл чуть не подавился собственным жабо! Мы выиграли время, Виктор.
​— Мы не выиграли, Матильда.
Голос Виктора прозвучал пугающе тихо. Он не подошел ко мне. Он стоял у стола, медленно снимая перчатки, и каждое его движение было пропитано сдерживаемой яростью.
​Я замерла, не донеся руку до воротника.
— О чем ты? Я защитила наш дом. Я использовала...
— Ты использовала тон, за который в Столице отрезают язык, — Виктор поднял на меня взгляд. В его серых глазах не было ни искорки веселья. Только лед. — Ты понимаешь, что ты только что сделала?
​— Поставила на место зарвавшегося чиновника?
— Нет. Ты публично унизила Голос Императора.
Он подошел ко мне вплотную. Я невольно отступила, упершись поясницей в край стола. Виктор навис надо мной — огромный, в черном металле, пахнущий угрозой. Сейчас передо мной был не влюбленный муж, а Лорд Сторм.
​— Матильда, послушай меня, — он говорил медленно, чеканя каждое слово. — Женщина — это украшение, тень мужа или мать наследников.
Он взял меня за подбородок — не больно, но жестко, заставляя смотреть в глаза.
​— Леди не угрожают. Леди не говорят про «мокрые штаны» и «замерзшие трубы» с балкона перед полусотней солдат. Леди улыбаются, наливают вино и подсыпают в него яд так тихо, что никто не замечает. А ты... ты вела себя как портовая торговка, получившая в руки магический молот.
​Меня словно ударили. Обида вспыхнула горячей волной.
— Я спасла нас от конфискации!
— Ты превратила Крелла в своего кровного врага, — отрезал Виктор. — Если бы ты была мужчиной, он вызвал бы меня на дуэль. Но ты женщина. И теперь он не успокоится, пока не увидит тебя на коленях. Или на костре. Ты думаешь, они простят тебе этот спектакль? Ты дала им повод назвать тебя ведьмой, Матильда. Не хозяйкой, не партнером. Ведьмой, которая захватила древний замок.
​Он отпустил меня и отошел к окну.
— Ты думаешь, что твоя помада и бетон защитят тебя в Столице? Там другие правила. Там улыбаются в лицо, а нож в спину втыкают, пока ты кланяешься. Сегодня ты выступила не как Дама. Ты выступила как мишень.
​Я молчала. Адреналин ушел, и на смену ему пришел холодный, липкий страх. Я вдруг поняла, что он прав. Я заигралась в «бизнес-леди», забыв, что вокруг — мир мечей и эшафотов. Я привыкла, что в Сторме меня боготворят, но за его стенами я — никто. Просто выскочка из провинции.
​— Что теперь? — мой голос дрогнул.
​Виктор обернулся. Гнев в его глазах угас, сменившись усталостью.
— Теперь мы едем в Столицу не как победители. А как те, кому нужно очень быстро загладить вину.
Он подошел и, вздохнув, обнял меня. Тяжело, крепко, словно пытаясь защитить от моей собственной глупости.
​— Запомни, Матильда. В Столице ты будешь молчать. Ты будешь милой, глупой провинциалкой, которая в восторге от столичных мод. Ты будешь хлопать ресницами и восхищаться Императором. А дела... дела буду вести я. Пока ты не поймешь, как играть по их правилам, не подставляя свою красивую шею под топор.
​Я уткнулась лбом в его холодный нагрудник.
— Я поняла, Виктор. Прости. Я... заигралась.
— Знаю, — он поцеловал меня в макушку. — Твоя дерзость — это то, за что я тебя люблю. Но это же и то, что может тебя убить. Спрячь свои когти, моя королева. Доставай их только тогда, когда готова нанести смертельный удар.

Глава 2. Граница комфорта

Рассвет над Грозовым Створом был холодным и пронзительно чистым. Наша карета выкатилась из ворот, мягко шурша колесами по бетону. Виктор ехал верхом рядом, его черный плащ развевался на ветру, а за нами тянулся небольшой, но внушительный обоз: две телеги с «образцами продукции» и десяток лучших бойцов в серых мундирах с молниями на рукавах.

Я откинула шторку. Замок оставался позади — огромный, темный, но теперь я знала, что внутри он теплый и живой. На самой высокой башне я разглядела крошечную фигурку Нико, который махал нам чем-то белым.

— Не скучай, сисадмин, — прошептала я. — И не взорви мой дом.

Первые три часа пути были похожи на рекламный ролик. Мы летели. Моя дорога, выложенная по технологии «сэндвича» (камень-бетон-гранит), держала колеса идеально. Никакой тряски. Я даже смогла налить себе травяной чай, не пролив ни капли.

Мы проносились мимо приютов. Я видела, как трактирщики выбегали на крыльцо, вытягиваясь во фрунт. У каждого на подоконнике сидел Мурз, а на столах сверкали наши квадратные бутылки. Это была моя империя, и она работала как часы.

Но вот впереди показался Приют №10. Граница.

Здесь заканчивался бетон и начиналась... Империя.

Ганс и Марта встретили нас с тревожными лицами.

— Леди Матильда! — Марта присела в реверансе. — Тот господин... Аудитор... он здесь. Занял «Люкс», требует фазана и кричит, что вы заплатите за это унижение.

— Пусть кричит, — я улыбнулась, не выходя из кареты. — Запиши фазана на счет Короны по тройному тарифу. И скажи ему, что если он будет шуметь, Мурз в коридоре может принять его за грабителя.

Я посмотрела вперед. Там, за последним мильным столбом с гербом Сторма, дорога резко менялась. Ровный серый камень обрывался, переходя в месиво из глины, глубоких колей и луж, в которых отражалось серое небо.

— Ну что, Виктор, — я посмотрела на мужа, который подъехал к окну. — Добро пожаловать в реальный мир.

— Держись крепче, — усмехнулся он. — Дальше рессоры Яна будут работать на пределе.

Стоило колесам съехать с бетона, как карета ухнула вниз. БАМ!

Чай в моей кружке плеснул на платье (благо, дорожное, темное). Меня подбросило так, что я прикусила язык.

— Черт побери эту логистику! — выругалась я, хватаясь за поручень.

Скорость упала с «полета» до «ползком». Мы тащились по грязи, и я видела, как колеса телег с товаром вязнут по ступицу.

— Это не дорога, — прокомментировала Яра, заглядывая в окно. Её конь был забрызган грязью по брюхо. — Это направление для самоубийц. И за это они берут налоги?

Через час мучений мы увидели затор.

Впереди, перегородив единственный сухой участок пути, стояла роскошная карета с гербом — золотая лилия на синем фоне. Одно колесо у неё было безнадежно сломано, ось треснула, а вокруг суетились слуги в шелках, которые явно не привыкли месить грязь.

— Герцоги, — определил Виктор, прищурившись. — Судя по гербу — род Валуа. Богатые, надменные и... застрявшие.

Я поправила шляпку.

— Виктор, это не затор. Это наша целевая аудитория. Останови караван.

Я вышла из кареты. Мои сапоги тут же чавкнули в жиже, но я шла так, словно под ногами был паркет бального зала.

У сломанной кареты стояла молодая женщина. Она была прекрасна той хрупкой, бесполезной красотой, которую культивируют в столице: бледная кожа, сложное платье (уже безнадежно испорченное снизу) и выражение полного отчаяния на лице.

Рядом с ней мужчина в бархатном камзоле орал на кучера:

— Ты, криворукий идиот! Мы опаздываем на бал к Принцу!

— Добрый день, — мой голос прозвучал спокойно и весомо.

Мужчина осекся, обернувшись. Он увидел меня, затем Виктора в черном доспехе за моей спиной, и его спесь немного угасла.

— Лорд Сторм? — он узнал герб. — Я Герцог Валуа. Эта проклятая яма...

— Дороги Империи требуют терпения, — кивнула я. — Или хороших технологий. Я вижу, ваша ось не выдержала.

— Ось из лучшего дуба! — взвизгнул Герцог. — Но эта грязь... Мы застряли здесь на вечность!

Я подошла ближе. Герцогиня посмотрела на меня с надеждой. Её лицо было покрыто красными пятнами от ветра и слез. Нос распух, губы потрескались, а из-под модной шляпки выбивались спутанные пряди волос.

Бедняжка явно провела в этой луже не один час. Её изящные туфли безнадежно погрузли в грязь, подол платья был мокрым и тяжелым. Она дрожала — то ли от холода, то ли от унижения.

— Мадам, — обратилась я к ней мягко, но достаточно громко, чтобы слышали слуги. — Погода сегодня действительно предательская. Ветер здесь такой резкий.

Я не сказала «у вас обветрилось лицо». Я не указала на проблему. Я просто констатировала факт о погоде, давая ей возможность сохранить лицо.

Она всхлипнула, прикрывая лицо веером.

— Я... я выгляжу ужасно, — прошептала она. — А нам завтра быть во Дворце!

— Вздор, — я улыбнулась. — Вы выглядите как женщина, которая попала в трудную ситуацию. Это может случиться с каждым. Но, знаете... — я понизила голос до доверительного, — у меня есть кое-что, что могло бы помочь. Если вы, конечно, не против.

Я не навязывалась. Я предлагала помощь как одолжение, а не как необходимость.

— Виктор, — я обернулась к мужу. — Не мог бы ты принести тот небольшой ящичек? Синий, с серебряной застежкой.

Пока Виктор (который смотрел на меня с легкой улыбкой понимания) доставал товар, я обратилась к Герцогу.

— Ваша Светлость, — я присела в легком реверансе, — мои люди могли бы взглянуть на вашу ось. У нас есть некоторый опыт в дорожных происшествиях. Это не займет много времени.

Я не сказала «мы починим». Я предложила «взглянуть», оставляя ему иллюзию контроля.

— Вы... вы сделаете это? — Герцог растерялся, явно не привыкший к помощи без немедленных требований. — Но... сколько вы хотите? Золото?

— Ваша Светлость, — я изобразила легкое удивление, — мы просто путники, которые оказались в нужном месте в нужное время. Считайте это... актом доброй воли между соседями. В конце концов, мы все служим Империи, не так ли?