Ледышка-поваришка

Глава 1

— Ударить вас веником! Что со мной? Почему так болит голова?

В глазах был туман, а боль вызывала тошноту. Голова кружилась, как после сотрясения мозга. Я с трудом приподняла спину, чтобы наклониться и освободить желудок.

— Наверное, у меня сотрясение мозга, — сказала я, сплюнув желчь.

Я умыла лицо холодной водой, чтобы прийти в себя. Когда я полностью открыла глаза, то смогла увидеть, что происходит вокруг.

Ледяной берег реки стремительно сбегал вниз. Изогнутые деревья сверкали инеем, словно драгоценными камнями. Солнце припекало, слепило глаза, и возникал вопрос: почему вокруг всё покрыто льдом? И почему чуть дальше виднелись цветы и свежая зелень травы?

— Где я нахожусь? — новый вопрос вырвался сквозь боль. Голова кружилась, и я подняла руку, проведя ладонью по лицу. Кровь окрасила пальцы, я поморщилась и смыла её. — Я что, головой ударилась? Может, я умерла и оказалась в аду? Или это сон? Что вообще происходит? Наверное, это сон. Но как же сильно болит голова.

— Ты не просто головой ударилась, ты умом тронулась! — мужской голос грубо прорвался сквозь звон в ушах, заставив меня открыть глаза шире и внимательнее посмотреть на мир вокруг. — Глупая девчонка! Надумала утопиться и сорвать свадьбу? Да кто тебе это позволит!

Я подняла взгляд и увидела его. Высокий, широкоплечий мужчина лет тридцати. Не слишком молодой, но и не старый. Его белые волосы были мокрыми и длинными, спадали до плеч, прилипая к коже. Он был в лёгкой белой рубашке, которая промокла до прозрачности и плотно облепила его тело. Под рубашкой чётко выделялись линии мышц: грудь, плечи, живот. Они были точёными, словно выточенными из камня, а не выросшими. Он не был похож на спортсмена. В нём было что-то неестественное. Как будто его тело было создано не для жизни, а для того, чтобы служить объектом восхищения, как статуя древнего бога.

Его лицо было строгим. Ни малейшей улыбки. Ни жеста, ни движения — только взгляд. Его глаза — голубые и очень яркие, почти ледяные — смотрели прямо на меня. Не любопытно. Не агрессивно. А как будто он уже знал, кто я и почему я здесь. В них не было гнева, но была ярость. Тихая, глубокая, будто она годами кипела внутри, и он просто не позволял ей вырваться наружу.

— Кто ты такой вообще? — Я хотела сказать что-то резкое, чтобы скрыть дрожь в голосе. Отодвинулась в сторону и старалась держаться строго. Звучало глупо. Навязчиво. Но я не могла сказать ничего другого. Хотя в голове бегали другие мысли. Хотелось прокричать: «О боже, какой он красавчик. Как будто с гравюры. Как будто из сна. Как будто… не из этого мира!» — но я держала это всё в себе и только смотрела на него. Суровый взгляд и полные ярости голубые глаза. Я просто смотрела. И пыталась дышать. Потому что, когда он смотрел на меня — воздух становился тяжелее. Как будто в окрестности реки не хватало кислорода. Как будто он забирал его.

— Кто я? — он поднял руку и замахнулся, но не ударил. Его ладонь оказалась в сантиметрах от моего лица. Внезапно я подумала: «Он что, собирается меня ударить? Кухонный боец, не иначе!»

— Ты еще смеешь спрашивать, кто я такой? — Он встал на ноги и закричал на меня, не стесняясь окружающих. — Сумасшедшая! Сначала сопротивлялась, потом пыталась утопиться, а теперь делаешь вид, что не помнишь меня?!

— Но я правда не знаю тебя, — сказала я, согнув ноги в коленях и устроившись поудобнее на берегу. Теперь я начала понимать его слова, хотя и не до конца. Мокрое белое платье, испачканное илом, холодило кожу и вызывало неприятное ощущение сырости. — Впервые в жизни вижу вас всех.

— Нет. Вы все слышали такую наглость? — он встал в позу индюка, и его крик теперь, похоже, слышали не только та кучка окружающих нас людей, но и на несколько километров дальше этой реки. — Претворяешься? Сделать вид, что не узнаешь родного брата?

И тут мне стало грустно. Какое разочарование! Красивый мужчина, а оказывается, мой брат. Почему мне так не везёт? Хотелось надуть губы и сложить руки на груди в обиде. Или закрыть уши, чтобы не слышать его слов и оскорблений.

«Неужели все красивые мужчины ведут себя как бабы?» — думала я, наблюдая, как он ходит туда-сюда, размахивает руками и что-то говорит. Как же хорошо, что я вовремя закрыла уши и перестала слушать его. Вместо этого я напевала весёлую мелодию про себя.

— Даже не думай, что я буду тебя слушать. Крикливый дурак, — сказала я вслух, не заметив, что произнесла это громко. За что получила пощёчину. Не сильную, не оставившую след, но всё же неприятную. Казалось, он хотел не навредить мне, а лишь показать, кто главный.

— Не смей говорить, когда я говорю! — заорал он на меня. В этот момент я окончательно возненавидела его.

— Значит, брат, да? — процедила я сквозь зубы. — Ты просто мерзавец, а не брат!

Эти слова я не произнесла вслух, чтобы не получить новую пощёчину.

Брат, хватит кричать. Сестрёнка, может, и правда потеряла память? — я подняла взгляд на молодого мужчину рядом. Ему было лет восемнадцать, худощавый, с ровными чертами лица и красивыми голубыми глазами, способными затмить даже звёздное небо. Такие глаза, казалось, могли быть только у человека с чистой душой.

Он был похож на того громилу внешне, но был тихим и спокойным. Лёгкая улыбка на его лице говорила о насмешке над братом. В этой семье, похоже, было принято насмехаться друг над другом. Может, это было в их крови или в их воспитании. Какое счастье, что я не помнила своего детства с такими братьями.

— У сестры рана на голове. Надо её обработать и убрать следы. Дай ей прийти в себя, а потом ругайся, — сказал он, облокотившись о повозку спиной. Руки сложены на груди, нога согнута в колене. Одежда говорила о долгом пути. Я задумалась, сколько мы уже проехали и сколько ещё предстоит. Дорога была грязной, с глубокой колеёй, камнями и неровностями.

— К тому же нас ждёт ещё дальняя дорога.

— Мы что, вот на этой повозке поедем? По этой ухабистой дороге? — Меня снова затошнило при мысли о том, как сильно укачает в этой коробке на колёсах, запряжённой лошадьми. — Бедный мой вестибулярный аппарат, — пробормотала я, склонившись над рекой и умыв лицо. — Ой, вода ледяная! — Но тут старший из них сделал тяжёлый шаг, схватил меня за предплечья и, резко потянув на себя, заставил подняться на ноги.

Глава 2

— Господин, пожалуйста, — за его руку схватилась невысокая, хрупкая девушка с тоненьким, но приятным голоском. — Госпожа совершила ошибку. Больше такого не повторится. Пожалуйста, пощадите её.

– Ты тоже хороша, – оттолкнул он её так сильно, что она отлетела в сторону. Девушка быстро перебрала ногами, расставив руки в стороны, чтобы не упасть. К счастью, младший успел её поймать, ловко зажав в своих объятьях. Но заметив яркий румянец на её щеках, он тут же отпустил её.

— Ты обязана следить за хозяйкой и не позволять ей бросаться в воду или совершать других ошибок! Не забывай, что в царстве огненного трона меня рядом не будет! — добавил он строго.

— Простите, господин. — Казалось, той девчонке просто больше нечего сказать. Он отошел от меня, отпустил мою руку и замахнулся в желании наказать бедняжку. Которая поспешила спрятаться за спиной младшего мужчины.

— Хватит, только я могу наказывать мою служанку! — в гневе я вклинилась между ними, закрывая собой девушку и парня, который явно не собирался её бросать. Но, похоже, боялся разозлить брата и поэтому не реагировал на его слова. Я же не собиралась отступать.

— На это имею право только я, — произнесла я, расправив плечи и сдвинув брови, чтобы выглядеть серьёзнее. — К тому же я просто хочу искупаться. Река красивая, вода замечательная, холодная такая. И как тебе не стыдно поднимать руку на девушку? Кухонный боец.

— Да, — подтвердила я. — Виновата я, а не она. Она такая худая, что не сможет меня удержать, если я что-то задумаю.

— Хочешь загладить вину? — Он опустил руку и пригрозил пальцем. В голове пронеслось множество мыслей, не связанных между собой. Я молча кивнула, соглашаясь слушать его.

— Тогда выполни волю отца и отправляйся в царство огненных драконов. Стань женой принца и делай всё, как мы обсуждали, — продолжил он. Я снова кивнула. Что ещё оставалось? Ситуация была сложной и явно не в мою пользу. Он – здоровый мужчина, а я – хрупкая, но бойкая девушка. Одной храбростью такого великана мне не победить, поэтому оставалось только соглашаться.

— Если всё поняла, иди переоденься, — сказал он. — Приведи себя в порядок и готовься встретить мужа. Но не забывай, что должна выглядеть покорной женой, иначе будет только хуже.

— А у вас есть еще одно платье? — я решила подыграть этому грубому человеку. Он и так считал меня дурочкой, так что сыграть эту роль мне было несложно. — Мне же нужно переодеться во что-то.

Белобрысик посмотрел на служанку, которая неловко кивнула, не решаясь выйти из-за спины молодого парня.

— Значит, иди переодевайся и поехали дальше, — сказал он. — Живо в повозку.

Девушка снова кивнула, выбралась из своего укрытия и потянула меня за руку, приглашая в повозку.

Я подчинилась, ведь что еще оставалось. Кто я, где нахожусь и кто эти люди — вот главные загадки, которые нужно было разгадать. Поэтому я решила подыграть. Я забралась в повозку и устроилась на широкой скамейке. Девчушка тоже забралась внутрь, заперла дверцу и закрыла окна.

— А почему эти двое не поедут с нами? — спросила я, вызвав звонкий смех у девушки.

— Я глупость сказала? — услышав её смех, я решила снова прикрыться ярлыком дурочки.

— Ну что вы, госпожа, — сказала она. — Ваши братья проводят вас до городских ворот Замка огненного трона. Они едут верхом рядом.

Я вздохнула с облегчением. Хоть какая-то защита — пусть и в виде одного болвана и молодого паренька. То, что они не едут со мной в одной повозке, а где-то на улице, тоже успокаивало. Не под сильным мужским контролем, и то хорошо.

Девушка наклонилась, достала из-под сиденья чистое платье и протянула мне.

— Госпожа, снимите грязное платье и переоденьтесь в чистое. И прическу поправьте, и макияж.

— Фух, — я снова вздохнула. Конечно, нужно было быстрее переодеться, но как это сделать, оставалось загадкой. — Прости. Как тебя зовут?

— Госпожа, — девушка скрестила руки на груди, прижала ладони к сердцу и резко опустилась на сиденье напротив меня. — Неужели вы совсем ничего не помните? Я покачала головой, отрицая. — Бедная, бедная моя госпожа! Вы, наверное, сильно ударились головой, прыгнув в реку.

— А вот еще один вопрос. Зачем я прыгнула в реку? — спросила я. Моя служанка, нахмурив брови и округлив глаза, посмотрела на меня, словно пытаясь найти ответ. Было ясно, что она не понимает моих мотивов. Она встала, подошла ко мне, развязала шнуровку на спине и начала снимать грязное платье.

— Так зачем? Или мой жених настолько плох? Я сама не могу понять своих действий. Ничего не помню.

— Я бы на вашем месте тоже утопилась, — тихо сказала девушка, словно боялась, что её услышит тот бугай, которого называли моим братом. — Выйти замуж за принца огненных драконов, даже не увидев его ни разу в жизни, — это жестоко.

Она начала стягивать с меня грязное платье и протирать моё тело салфеткой.

— Говорят, этот принц очень суров. Он не боится давать затрещины своим жёнам. А их у него шесть уже. А ещё он страшный, отвратительный и уродливый, — добавила она.

— Да уж! — новость явно не обрадовала меня, и это было заметно по моему лицу. — Как я вообще оказалась в такой ситуации? И что значит, я не видела мужа? Как тогда проходила свадьба? — вопросы посыпались с моих уст. Мне не терпелось узнать все подробности. — Наверное, мои вопросы пугают тебя, но я ничего не помню, поэтому и спрашиваю.

— Ох, госпожа, — служанка помогла мне надеть другое белое платье, более простое, но всё же элегантное. Она присела ко мне и начала пудрить и красить моё лицо. — Ваш батюшка и король огненных драконов заключили перемирие, скрепив его вашим браком с принцем. Противостояние между нашими народами длилось столетиями, и ваш брак стал спасением для многих ледяных драконов. Поэтому ваши братья так возбуждены всю дорогу. Их ненависть понятна.

— Ударить бы вас всех веником, — сказала я, используя свою любимую фразу. — Похоже, перед сном я пересмотрела дорам.

Глава 3

— Но госпожа, — она успокоилась, хотя продолжала шмыгать носом. Качала головой и молчала. Похоже, этот бесстрашный разбиватель женских лиц её пугал. Как жаль, что я не могу дать ему отпор. Ох, если бы я была двухсоткилограммовым стероидным шкафом... — подумала я про себя, но не стала произносить эти мысли вслух, чтобы не напугать служанку ещё больше. — Вы никогда не говорили таких странных вещей.

— Головой ударилась, вот и заклинило, — сказала я, не зная, как еще оправдаться. Сейчас для меня самое важное было успокоить эту юную любительницу сентиментальных сцен. — Не обращай на меня внимания. Прошу тебя, не паникуй и не реагируй так. Слезы тут точно не помогут. Вот проснусь — и буду смеяться. И с даромами сделаю перерыв на месяц, чтобы больше таких снов не видеть.

Я снова рассмеялась, не осознавая, что вновь высказываю свои мысли вслух и пугаю девушку.

— Прости. Я опять несу чушь и пугаю тебя. Просто скажи мне, как тебя зовут и имена тех двух, кто нас сопровождает. Мои братья, кажется. И вообще, расскажи немного о себе и об этом месте. Не хочу ударить в грязь лицом при встрече с мужем.

— Меня зовут Аша, — простонала девушка, снова закрывая лицо руками и выдавая подобие жалости. — Госпожа, вы правда ничего не помните? — Я одобрительно кивнула. — Нас сопровождают ваши братья. Старшего зовут Каэль. Он считает себя главным в семье и поэтому позволяет себе пинать каждого, кто, по его мнению, этого заслуживает. А вот младший брат, Эриан, хороший и спокойный. Он никогда не ведет себя так, как ваш старший брат, — говорила девушка с вдохновением и неприкрытой влюбленностью.

— А еще он тебе очень нравится, — заметила я. Слова вызвали румянец и стыд на лице девушки.

— Сколько тебе лет? — спросила я, хотя зачем мне это знать? Разве могла служанка рассчитывать на взаимность от хозяина? Взаимность между господином и служанкой возможна, я согласна. Но такая связь не приведет к хорошему концу.

— Хотя... Можешь не говорить. Мой брат тебе все равно не пара.

— Я это и сама знаю, — девушка опустила глаза и сжалась. — Вашего мужа зовут Дамир. Он принц огненных драконов и генерал их армии, не раз проявлявший доблесть и бесстрашие в боях. Ходят слухи, что его тело покрыто шрамами. Он не любит, когда женщины вмешиваются в его дела. И наш род ему не по душе. Он резко высказался о браке. Но он не мог ослушаться воли отца. Так что неизвестно, что вас ждет в его доме, госпожа. А что до меня, то я с вами с детства, уже почти девятнадцать лет прислуживаю.

— Не ссы, подруга. Не переживай. Прорвёмся. — хотела я сказать, но, благо, вовремя опомнилась и не высказала эти мысли вслух. — Не страшно. Сон этот закончится и забудется. — Ну а что я еще могла сказать? Тем более сейчас и тем более ей.

Девушка смотрела на меня с недоумением, не произнося ни слова. Мне вдруг захотелось лучше рассмотреть её, хотя я и не знала, почему. Её милое лицо, ярко-синие глаза, медные волосы и едва заметные веснушки на щеках привлекали внимание. Простое голубое платье сидело на её худеньких плечах. Но внезапное головокружение и тошнота заставили меня отвлечься от этого образа. Всё, что я хотела сейчас, — это выбраться из тряской повозки, которая раскачивалась на кочках дороги. Мне нужно было срочно переключиться на что-то другое, поэтому я резко спросила:

— Аша, скажи, почему сейчас я вижу зелёные листья на деревьях и цветы, а когда была на берегу, всё вокруг было покрыто льдом?

Я приоткрыла шторку и выглянула в окно. Передо мной раскинулись красивые поля, усеянные солнечными цветами. Голубое небо с облаками, похожими на сладкую вату, и крупные головы подсолнухов создавали завораживающую картину.

— Как же красиво! — выдохнула я с восхищением.

— Я не знаю, — ответила Аша, глубоко вздохнув и не поднимая на меня глаз. — Никогда такого не видела. Иней появился на берегу именно в тот момент, когда вы прыгнули в реку, пытаясь утопиться. Хотя у нашего народа есть одно поверье.

— Это что еще за поверите? — спросила я.

— В нашем народе верят, что, когда ледяной дракон хочет умереть, его тело начинает искать новую душу. Оно пробивается сквозь стены миров и сознаний, и в этот момент вокруг него земля покрывается инеем.

— Ого, — хмыкнула я. Эта история меня напугала. Хотелось проснуться, но сон не отпускал. Я ущипнула себя за руку — боль пробежала по коже. — Нет, это бред, — прошептала я неуверенно. Мне было больно, казалось, по-настоящему. Но как такое возможно? Я знаю, кто я и как меня зовут. Но сейчас я не тот человек. Возможно, это сон, наполненный воспоминаниями о фильмах, которые я смотрела последнее время. Почему бы и нет? Мне нравятся фильмы, где девушка из нашего времени попадает в прошлое. Видимо, это и спровоцировало мою реакцию. Я думала об этом всю дорогу, и эти мысли отвлекали от укачивания на ухабистой дороге.

Я смотрела в окно, Аша тоже молчала. Казалось, она не знала, что сказать. Её обеспокоенное лицо говорило за неё. Слова были бы излишни: смятение, страх, непонимание, нервозность. Чего она боялась больше всего? Что я не могу понять, кто я, о чём свидетельствовали мои вопросы? Или места, куда мы направлялись? По её словам, это было логово врага. Я помнила, что по историческим фактам и фильмам такие браки редко бывают счастливыми. Если только это не сказка со счастливым концом. Стать опальной принцессой меня не пугало, но что ожидать от заточения? Оставалось лишь ждать и надеяться на лучшее.

— Приехали! — резкий голос и стук по каркасу повозки вывели меня из задумчивости. Я даже не заметила, как мы остановились, возможно, из-за того, что повозка все еще раскачивалась.

Глава 4

Дверца открылась, и я поняла, что пора выходить. Я подняла подол, чтобы удобнее было двигаться, и попыталась спуститься из повозки. Но высокая ступенька оказалась для меня проблемой. Я не знала, как спуститься на землю.

И тут Каэль проявил благородство. Он обхватил меня за талию, плавно поднял и поставил на землю.

— Благодарю за помощь, брат, — прошептала я, опустив взгляд.

Сейчас мне казалось, что его поступок был правильным. Я поняла, что в этом мире женский голос ничего не значит, поэтому мне нужно было казаться послушной и податливой.

Следом вышла Аша. Она быстро подошла ко мне и надела на голову плотную фату из кружева, скрыв моё лицо.

— Слушай меня внимательно, сестра. Как только пересечешь черту и войдёшь в здание, я не смогу тебя защитить. Никто из ледяных драконов не сможет повлиять на твою судьбу. Возьми это. — Он вложил в мою руку маленький свисток, похожий на птичий манок. — Посмотри на крышу повозки, — велел он. Я развернулась и увидела на крыше маленькую птичку с синими и голубыми перьями и длинным клювом. — Позови её, и она прилетит к тебе. Привяжи к её лапке записку. Пиши аккуратно, каждое слово. Твоя задача — передавать нам всё, что слышишь и видишь в логове врага. Но так, чтобы письмо выглядело как послание семье, о которой ты скучаешь. Тщательно продумывай каждое слово.

— Значит, перемирие между нашими народами — это фикция? — прошептала я.

— Не отрицай и этого, — сказал он, обвил меня руками и крепко обнял. — Мне жаль, что ты вынуждена стать частью этого фарса, сестрёнка. Но у нас нет другого выхода. Если огненные драконы узнают, они уничтожат наш род. Будь другой способ решить конфликт, я бы никогда не позволил отцу отдать тебя замуж за принца.

— Я всё поняла, — оставалось лишь кивнуть и обнять его в ответ. Я не ожидала, что он может быть таким заботливым и чутким ко мне. Видимо, старший брат должен быть именно таким — строгим, но в то же время нежным и понимающим. — Мне, наверное, пора идти? — спросила я, ощущая неуверенность и не зная, что делать дальше.

— Да, — он разомкнул объятия и отстранился. Голос снова стал сухим, взгляд жестким, хотя в глазах читалась печаль. Младший брат подошел ко мне, быстро обнял и так же быстро вернулся к повозке.

Резкий лязг металлических засовов заставил меня вздрогнуть и мгновенно обернуться к воротам. Широкие створки медленно раскрывались, обнажая величественные стены, защищающие вход в царство огненных драконов. На пороге возникла женская фигура. Она была высокой и плотной, хотя это могло быть иллюзией из-за мешковатой одежды, висевшей на её плечах. Это был плащ из нескольких слоев плотной ткани. Длинные вьющиеся волосы, заплетенные в две косы, достигали бёдер. Женщина приблизилась к нам и приветствовала нас легким холодным поклоном.

— Госпожа, вы готовы? — спросила она. Я кивнула, не отрывая от неё взгляда. Однако она не смотрела на меня. Её глаза были устремлены на Каэля, и я поняла, что он ей понравился. Её красивые каре-зелёные глаза светились изумрудными искрами, выдавая её молодость. Непонятно, почему она скрывала лицо под вуалью, но, возможно, так было принято.

— Дальше вы пойдёте только с вашей служанкой, госпожа, — продолжила она своим сладким голосом, который обволакивал, как мёд на хлебе. — Принц позволил вам взять одну из служанок, чтобы вы не чувствовали себя одинокой и не страдали по родному дому.

— Благодарим принца за щедрость и понимание. — Каэль посмотрел на младшего брата, который, сжав губы, стоял у повозки. Его кулаки были крепко сжаты, словно он сдерживал себя от какого-то резкого поступка, который мог бы привести к роковой ошибке.

— Пойдёмте, госпожа, — снова раздался мелодичный голос женщины, и я последовала за ней. Хотелось оглянуться на братьев, но странное и пугающее чувство удерживало меня. Казалось, за любой неверный жест меня ждёт наказание или что-то ещё более ужасное. Женщина, хоть и не выглядела устрашающе, всё же вызывала тревогу. Её суровый взгляд заставлял держаться на расстоянии. Я старалась не отставать, с трудом удерживая юбку, чтобы не запутаться в ней. Аша бежала следом, её маленькие ножки едва поспевали за широким шагом женщины.

Мы шли по центральной улице города мимо уютных домиков с красными черепичными крышами, увитыми цветущими вьюнами и зелёными плющами. Люди выходили на улицу, смотрели на меня и перешёптывались, показывая пальцем. Я чувствовала себя диким зверем в клетке, выставленным на всеобщее обозрение. Видимо, поэтому мне не позволили въехать на территорию в повозке и заставили идти пешком.

Мы прошли через рыночную площадь, где уже собралась большая толпа.

— Смотрите, это новая жена принца! Да, она! — громко говорили люди. — Она же из ледяных? Почему принц взял эту падаль в жёны?

Эти обидные слова ранили меня, но ещё больнее было видеть слёзы на глазах Аши. Хотелось поддержать её, но сейчас нужно было не отставать от женщины.

— Не отставайте, — сказала она, заметив, что мы с Ашей запыхались, и замедлила шаг. Дышать стало легче, хотя ноги начали гудеть. Но мы продолжали идти, не позволяя себе расслабляться или жаловаться на усталость.

Рыночная площадь закончилась, и перед нами открылись ворота, ведущие к замку. Стражники у входа выглядели сурово и внушительно. Мы вздохнули с облегчением. Дальше мы шли медленно и осторожно, стараясь не издавать ни звука, чтобы не привлекать внимания. Мы прошли через парк, полный цветов и невысоких фруктовых деревьев, и поднялись по каменной лестнице, ведущей на гору, где стоял замок. С каждым шагом становилось всё жарче. То ли от усталости, то ли от горячего воздуха в этом районе — трудно сказать. Наконец перед нами открылась очередная дверь, и мы вошли в замок. Коридоры были такими же длинными, как и лестницы, по которым мы уже устали подниматься. Единственное, что радовало, — прохлада от темных каменных стен. Странный запах наполнял коридоры: одновременно сырой и горячий, дурманящий и пугающий. Мы шли по новым коридорам, мимо множества дверей, и всё это перемешалось в моей голове, вызывая головокружение. Остановившись перед одной из дверей, женщина достала из складок платья связку ключей, перебрала их и открыла нужную.

Глава 5

— Госпожа, вам сейчас нельзя есть. Сначала нужно дождаться мужа. Выпейте с ним вина и скрепите ваш союз. — Аша преградила мне путь к столу, раскинув руки.

— Ладно. — Вздохнула я, опустив руку и отступив назад. — Тогда объясняй, что я должна делать сейчас.

Аша подошла ко мне, снова накрыла лицо фатой и отвела к кровати. Помогла сесть посередине и расправила юбку. — Сидите здесь и ждите мужа. Он не должен увидеть ваше лицо сразу. Только во время слияния он снимет фату и увидит вас.

— Слияние? — хмыкнула я, не поняв сразу весь смысл, вложенный Ашей в это слово. Но потом до меня дошло, и я громко произнесла: — Ты говоришь про... близость? Я показала пальцами жест, тонко намекая на смысл.

— Госпожа! — воскликнула Аша, вспыхнув как спелый помидор. — Как вы можете так открыто говорить об этом? Невинной девушке такие слова не подобают.

— Если честно, я не только не хочу об этом говорить, но и заниматься с мужчиной, которого никогда не видела. Вдруг он страшный или толстый? Или кривой или старый, — начала я перечислять возможные недостатки. — А вдруг у него изо рта плохо пахнет?

— Госпожа! — протянула Аша жалостливо, будто сама представила всё, о чём я говорила. Её лицо исказилось едва заметным отвращением. — Пожалуйста, не думайте об этом сейчас. Просто дождитесь супруга и примите его таким, какой он есть.

Мне нечего было ответить, да и ничего не могла сделать. Оставалось лишь кивнуть.

— Я пойду в свою комнату, а вы ждите мужа. Не буду вас беспокоить, — сказала она и ушла, оставив меня одну в комнате, полной запаха еды. Издевательство, не иначе. Сидеть и ждать, не имея возможности утолить голод.

Прошло несколько часов. Глаза слипались, голова тяжёлая, как камень, то и дело падала на грудь или заваливалась набок. В такие моменты я с трудом приходила в себя, трясла головой, пытаясь прогнать сон.

— Так больше не могу, — прошептала я и, поднявшись с кровати, сделала несколько шагов к столу. Ноги гудели, их сводило судорогой. Я присела, растёрла ступни ладонями, потом выпрямилась и размяла их простыми упражнениями, которые все мы знаем с детства.

— Как же есть хочется, — желудок заурчал, звук эхом разнёсся по маленькой комнате. Я схватилась за живот, слегка согнулась и подошла к столу. Протянув руку, взяла красное глянцевое яблоко.

— Ничего страшного, если съем одно, — подумала я и, по привычке обтерев яблоко о одежду, поднесла его ко рту. Но вдруг за дверью послышались голоса и резкий звук. Я вздрогнула, метнулась обратно к кровати и бросила яблоко на стол. Оно не удержалось и, скатившись, закатилось под стол.

— Принц так и не пришел навестить свою новую жену. Какой позор для ее семьи! — мужские голоса раздавались за дверью. Они были такими громкими, что стало ясно: их цель – унизить и высмеять не только меня, но и весь мой род.

— Я слышал, что она некрасива и кривоглаза. Брак с нашим господином был её единственным шансом выйти замуж. Поэтому её отец так настойчиво предлагал её в жёны. А наш господин просто очень добр, поэтому согласился.

Обидно было слышать подобные слова в свой адрес. Скажу честно. Хотелось выйти в коридор и навалять им как следует.

Женский голос за дверью заставил меня вздрогнуть. Он был мне уже знаком.

— Как вы смеете бездельничать и болтать всякую чепуху? — строго произнесла женщина.

Её слова прервали мужчин, и я почувствовала облегчение. Хорошо, что хотя бы слугам не позволяют выказывать своё пренебрежение ко мне.

— Принц решил принять омовение перед встречей с новой женой. Поэтому он не смог сразу её увидеть.

— Простите, госпожа, — дрожащим голосом сказали слуги.

— Что здесь происходит? — раздался суровый мужской голос. Сразу стало ясно, что это хозяин дома. — Пошли все вон! — его фраза напугала и меня. Я быстро юркнула под стол. Найдя укатившееся яблоко, обрадовалась. Схватила его, вытерла о платье и откусила кусочек. Кисло-сладкий сок с медовыми нотками пробежал по горлу, вызвав внутренний восторг.

Дверь резко распахнулась, и он вошел. Интуитивно дернув рукой, я прикрыла лицо фатой, хотя и так меня было трудно разглядеть.

— Что ты делаешь под столом? — его голос был полон гнева и ненависти. Перед глазами мелькнули черные кожаные сапоги. Я попятилась назад, решив вылезти из-под стола.

— Хотя можешь не отвечать. Я пришел сказать, что между нами не может быть никаких отношений. Ты для меня всего лишь девка из ненавистного народа. И что бы ни требовал отец, я никогда не назову женщину из ледяного народа своей женой.

— Да без проблем, чувак. Я сама не особо в желании женихаться и всякое такое. — выдала я фразу, совсем не подумав, что мои слова могут не понять в этом мире.

— Что? — его вопрос прозвучал одновременно с недоумением и насмешкой. — Ваш народ настолько жалок, что даже говорить на нормальном языке не способен? Отвратительные создания, — бросил он и, громко хлопнув дверью, вышел из комнаты.

— Ушел… – выдохнула я, растягивая это слово. Вылезла из-под стола, уселась на пол и, стянув с головы раздражающую ткань, начала есть яблоко. — Хоть теперь можно спокойно поесть.

Аша выбежала из своей комнаты, услышав ругань и хлопок двери. Она упала передо мной на колени и спросила:

— Госпожа, что случилось? Он вас ударил?

Она тревожно осмотрела мои руки, шею и лицо.

— Нет, — ответила я, откусив яблоко. С наслаждением закрыла глаза и принялась его жевать. — Он бы меня не достал. Я сидела под столом.

— Но зачем вы сидели под столом, госпожа? — простонала Аша новую фразу.

— Я хотела есть, поэтому залезла под стол. Хотела, чтобы никто не видел, как я ем яблоко. — Что еще я могла сказать? Наверное, это лучший ответ на её вопрос.

— Теперь мы с ним всё решили и пришли к соглашению. Он больше не будет меня беспокоить, а я не буду лезть к нему. В результате оба будем счастливы и спокойны.

— Может, поедим? — предложила я.

Аша радостно улыбнулась, вскочила на ноги, взяла со стола поднос и поставила его на пол. Затем она подняла второй поднос и сама села на пол, чтобы насладиться угощением.

Глава 6

Обычный осенний вечер наполнялся прохладой и шелестом опавшей листвы. Это было мое любимое время года — тихое, спокойное, но уже зовущее укутаться в теплый плед. Можно взять чашку черного кофе и, устроившись на диване у окна, предаться воспоминаниям и мечтам.

Однако в последнее время такие моменты омрачались одиночеством. Родственники постоянно напоминали, что пора замуж. Что женщине моего возраста нужна семья и дети.

Звучит так, будто мне уже за сорок, хотя мне всего двадцать семь. Я понимаю, что в прошлом девушки моего возраста считались старыми девами. Но сейчас 2025 год, и это уже неактуально. Хотя, честно говоря, я не против замужества и детей. Кто не мечтает о семье, сидя у холодного окна в одиночестве?

А еще я совсем недавно рассталась с парнем. С мужчинами мне не везло. Хотелось бы встретить человека, который бы меня поддерживал. Чтобы был заботливым, но не навязчивым. Понимал меня и не позволял совершать глупости. Но при этом не ругал, если я их всё же совершу. Чтобы тактично указывал на мои недостатки и помогал их исправить. Или хотя бы принимал их такими, какие они есть.

Речь идёт о моих привычках: высказывать личное мнение, шутить и общаться. Моя манера общения даже для нашего времени была довольно необычной.

— Пора на работу, — прошептала я, поставив пустую чашку на подоконник. Аккуратно сложила клетчатый зелёный плед и положила его на диванчик. Надела джинсы и вязаный зелёный свитшот, накинула кожаную куртку и любимые удобные ботинки, в которых планировала ходить до самой зимы. Распустила светлые кудри и повесила сумку на плечо.

Моя работа была недалеко от дома. Она не приносила особого удовольствия, но позволяла быть ближе к любимому занятию — готовке. Правда, это было преувеличением. Мечтая стать поваром, я училась заочно. Сейчас я работаю официанткой в маленьком ресторане «Сияющая звезда». Хозяин и большинство сотрудников здесь русские, поэтому общаться с ними легко. Сегодня у меня вечерняя смена. Днем я была на учебе, потом немного отдохнула и пошла на работу.

Небольшое заведение, где можно было заказать горячие блюда, вкусную выпечку, закуски, салаты и пирожные. Раньше это место было моим любимым, куда я заходила перекусить несложными закусками в перерывах между учебой и работой. До тех пор, пока сама не устроилась сюда на работу.

Уютные стены, окрашенные в тёмно-кофейный цвет, с металлическими вставками. Мягкие кресла, диваны с деревянными подлокотниками и столы, покрытые бежевыми скатертями, стояли на приподнятой платформе за резным деревянным заборчиком. Тёплый приглушённый свет от низких конусных ламп и полупрозрачные шторы, закрывающие окна наполовину. Всё это мне очень нравилось, и я обычно шла на работу как на праздник. Но не сегодня.

В голове крутились мысли о недавней ссоре и разлуке. Я осознавала, что этот человек не подходит мне по характеру и отношению. Для него важны были только его собственные интересы, а мои не имели значения. Было грустно. Разлука всегда приносит боль, даже если она ожидаема. Мама узнала о случившемся и рассказала всем родственникам. Они начали писать мне сообщения, давать советы, как вести себя с мужчинами. Это только усугубляло моё подавленное состояние. Обида сдавливала горло, мешая дышать и ясно мыслить. Я переоделась в рабочую форму, повязала фартук, положила в карман блокнот и ручку. Собрав светлые кудряшки в хвост, я вышла в зал.

Сегодня в ресторанчике было тихо. На улице шел дождь, но никто не спешил укрыться под его крышей. Я сидела на высоком табурете у барной стойки и смотрела в окно. Дождь беспощадно стучал по стеклу, стекая толстыми струями. Мне хотелось, чтобы все прохожие зашли в ресторан, заполнив его. Тогда бы мой разум был занят работой, и я перестала бы думать о том, что последнее время мне все время напоминали знакомые.

В ресторанчик зашла тётушка Маша, завсегдатай нашего заведения. Добрая и весёлая женщина, уже перешагнувшая пятый десяток и пережившая шесть браков. Она всегда радовала нас своей жизнелюбивой улыбкой и щедрыми чаевыми. Но сегодня я увидела в ней не только возможность заработать пару сотен, но и способ отвлечься от ненужных мыслей. Я тут же направилась к её столику, достала блокнот и ручку из кармана.

— Добрый вечер. Вы уже решили, что будете заказывать? — задала я вопрос в попытке скрыть за улыбкой свою печаль.

— Как всегда, дорогая, - ответила тётушка, машинально листая меню. — Двойной эспрессо и французские вафли с вишнёвым вареньем, - она положила меню на край стола. — На сегодня всё!

Я кивнула и поспешила отнести заказ. Подождала, пока бариста приготовит кофе, и принесла его тётушке вместе с вафлями.

— Ваш заказ, — сказала я с той же искусственной улыбкой, ставя перед женщиной тарелку и чашку.

— Присядь со мной, — сказала она, будто заметив, что я пытаюсь скрыть свои эмоции. — Пока посетителей нет.

Я послушно кивнула и села на диванчик напротив нее.

— Танюша, расскажи, что случилось? Почему ты такая грустная? — засыпала меня вопросами она.

— Ничего особенного, — я пожала плечами и обхватила поднос руками. — Просто рассталась с парнем, и теперь родственники постоянно напоминают о возрасте и замужестве.

— А сама-то ты что хочешь? — Тетушка сделала глоток кофе и поставила чашку на стол.

— Не знаю, — я пожала плечами и опустила глаза в недоумении. — Конечно, я хочу замуж и семейного счастья. Но где найти такого, кто хотя бы немного мне подходит?

— Какие глупости, — усмехнулась женщина. — Из-за чего плакать? Подумаешь, бросили. Подумаешь, родственники достали. Главное — иметь своё мнение и свои желания.

Она подняла чашку и сделала глоток кофе.

— Я в шестом браке, и что? Каждый был по-своему счастливым, мужья — хорошими людьми. Но пятерых уже похоронила. Шестой тоже шутит: говорит, что ждёт, когда я ему чего в еду подмешаю.

Она снова усмехнулась.

— Если совсем плохо с мужчинами и сложно найти вторую половину, может, обратишься к гадалке?

Глава 7

Вот в ресторанчик зашли ещё посетители и наградили меня желанной работой.

— Простите, я пойду работать. Приятного аппетита, — сказала я с искренней улыбкой и направилась к столикам. Люди приходили и уходили, и я не заметила, как рабочий день пролетел.

Уже позже, переодеваясь, я вспомнила про салфетку с адресом. Достала её из кармана фартука и убрала в сумку. Уходя, попрощалась с коллегами и снова окунулась в прохладу сентябрьского вечера. Но домой идти не хотелось, и я побрела куда глаза глядят. Сколько времени прошло, я не знала. Не заметила, как оказалась у чужого подъезда.

«Что это за дом?» — спросила я себя и посмотрела на адрес. «Кажется, я уже видела этот адрес?» — продолжала я говорить вслух, как дурочка. Вспомнила про салфетку, порылась в сумке и поняла: это тот самый адрес. Адрес на салфетке совпадал с адресом дома, к которому я пришла.

«Странно это», — пробормотала я. Вдруг кто-то толкнул меня в спину. Я вскрикнула от страха и обернулась.

— Девонька, ты что тут стоишь посреди ночи? — передо мной стояла женщина лет сорока пяти, может, немного старше, и смотрела на меня странным взглядом. Хотя её взгляд можно было понять, ведь на часах уже было три часа ночи. — Ищешь кого? Или просто заблудилась?

— Я даже не знаю, — я слабо улыбнулась, осознавая, что сегодня уже не в первый раз произношу эту фразу. — Мне дали адрес гадалки, которая, как говорят, может решить проблемы в личной жизни.

— Неужели всё так плохо, что ты решила пойти к гадалке? — Она обошла меня, набрала номер домофона, открыла дверь и остановилась, повернувшись ко мне. — Так ты идёшь?

— Куда? – спросила я, чувствуя, что мой вопрос прозвучал глупо.

— Ну как куда? — хмыкнула женщина, натянув вязанную шапку бежевого цвета на уши. — Ты же к гадалке собиралась идти или просто решила постоять у подъезда?

—Вы знаете, где она живет? — спросила я, задавая очередной бессмысленный вопрос.

— Вряд ли в нашем подъезде много гадалок, — усмехнулась она, открывая дверь шире, чтобы я мог войти. — Или ты решила, что даже гадалки спят в три часа ночи и их не стоит беспокоить?

— Сколько времени? — я снова нервно поковырялась в сумке и достала телефон, вглядываясь в цифры, вырисовывающие ровно три часа ночи. — О боже! Как поздно! — воскликнула я в панике. — Хоть одно радует, что завтра воскресенье и не надо ехать в колледж.

— Тогда тебе точно стоит зайти ко мне. Выпьем чаю, ты успокоишься и расскажешь, что случилось. Я постараюсь понять, чем могу помочь.

— Вы и есть та самая гадалка? — Я подбежала к женщине, схватилась за дверь и распахнула её шире, стремясь войти в подъезд.

— Я еще думала, почему не могу уснуть и брожу по ночам. И вдруг поняла: мне не зря сегодня не спалось, хотелось выйти и прогуляться у дома. Заходи, не стой на холоде.

Я послушала её и забежала в подъезд. Быстро поднялась по ступенькам и остановилась у лифта. Куда идти дальше, я не знала, оставалось только ждать. Почему я так безоговорочно доверяла этой женщине? Почему верила каждому её слову и ждала, что она сделает дальше? Может, стоило уйти прямо сейчас, вызвать такси и поехать домой? Наверное, это было бы лучшее решение для меня. Но я стояла и ждала, пока женщина откроет свой почтовый ящик и достанет оттуда стопку счетов за квартплату, рекламные бланки и газеты. Она разложила их на столике возле окошка рядом с дверью подъезда, выбросила рекламные бланки, вложила счета внутрь газеты, свернула её в трубочку и убрала в карман красной куртки из болоньи. Затем неспешно поднялась по лестнице и так же медленно нажала на кнопку вызова лифта.

— Не волнуйся, у нас с тобой ещё много времени впереди, — проговорила она, словно прочитав мои мысли. Я именно об этом и думала. И не понимала, почему она так медленно всё делает и не торопится вернуться домой, тем более что к ней пришёл клиент.

— Пугаться не стоит, — продолжила она. — Время — такая интересная штука: то бежит, не догонишь, то замирает.

Перед нами открылась дверца лифта, и я вошла первой. Встала у задней стенки, чтобы мы могли уместиться в этом узком пространстве. Залезла в сумочку и снова посмотрела на экран телефона, желая узнать, сколько сейчас времени. Но часы показывали три часа ночи. Ни минутой больше. Это показалось мне странным, хотя всё, что происходило после того, как я ушла с работы, было странным. То, как я добралась до этого дома, не понимая, где нахожусь и какой это район города. То, что эта женщина встретила меня у подъезда, словно именно меня ждала. И время, которое словно остановилось и не отпускало меня.

— Всё очень сложно объяснить. — Женщина говорила со мной, даже не глядя в мою сторону. Мы вышли из лифта на пятом этаже, и она отперла дверь. Я запомнила номер её квартиры — 126 — и вошла внутрь. Меня встретила крошечная прихожая, в которой едва можно было разминуться. На передней стене висело большое зеркало, а рядом — маленькая полочка с телефоном. Телефон был дисковый, но не работал: провод свисал над аппаратом, скрученный и перевязанный проволокой. Справа от входа стоял шкаф с раздвижными дверцами, в который хозяйка повесила свою куртку.

— Сними куртку и сними кроссовки. — проговорила она, показав мне пальцем на тапочки, после чего помогла снять мне куртку. Точнее сказать, она практически стянула её с меня силой и повесила в тот же шкаф. — Тапочки надень и проходи на кухню. Сейчас я заварю чай, и поговорим.

Женщина скрылась в дверном проёме без двери, и я смогла заглянуть в комнату. Это было просторное и светлое помещение, окрашенное в персиковый цвет. Мебель тоже была светлой. В углу стоял одноместный диван, который явно служил кроватью, о чем свидетельствовало постельное бельё с рисунком полевых цветов. Шторы такого же цвета полностью закрывали окно. У окна находился стол, а у стены — большой шкаф.

Я не собиралась смущать хозяйку и уж тем более наблюдать за тем, как она переодевается в домашнюю одежду. Поэтому я пошла дальше по узкому коридорчику, мимо ванной и туалета, разделённых на две комнатки, и зашла на маленькую кухню. Там стояла светлая мебель, а в углу громко гудел старенький холодильник.