Лекси Истан-Тур. Империя Ветров

Пролог

Лекси

Магия Туманов – это не дар. Это проклятый голодный зверь, которого я ношу внутри. Он все сильнее просится наружу – хочет домой, в Туманы, ведя меня навстречу верной смерти.
С каждым взмахом лезвия я ощущала, как он царапается изнутри, питаемый моей яростью.

Два года в Разломе отучили меня от долгих ожиданий. Еще по утренним сумеркам я примчалась сюда, во Дворец Юникса. Мне нужна была тренировка перед сбором Совета Юникса – первого для меня, после возвращения домой из Разлома.

Песчаная арена была пуста. Парные клинки из аларама гудели, описывая в воздухе смертоносные восьмерки.

Я осторожно выпустила Туманы – тусклым сиянием потоки заструились вдоль черных лезвий. Одновременно поймала поток магии воздуха – и он подхватил мои движения, превратив танец в стремительный вихрь. Песок взвивался вокруг меня спиралями, подчиняясь воле ветра.

— Готовишься к разносу?

От знакомого голоса по спине прошел холодок.

Я завершила комплекс, сделав бросок. Левый аларам, ведомый магией воздуха, вонзился в деревянную стойку на входе арены – совсем рядом с командором. Правый, опутанный туманным потоком, с свистом остановился в сантиметре от его горла.

Рубин Таурус. Он стоял, не моргнув. Его мундир был как всегда безупречен. Через плечо привычно спускалась длинная черная коса, аккуратно подвязанная черной лентой. Те же глаза цвета драгоценного камня, в честь которого он и получил свое имя. Глаза, в которых я когда-то видела такую же ярость и жажду победы. Теперь же его взгляд померк – в них поселилась боль, что и в моём сердце. Боль от того, что всё пошло не так.

Два года назад он был моим лучшим другом. Но я исчезла. А он – остался. И теперь, когда я вернулась, Рубин смотрел на меня как на проблему.

— Туманы не дают покоя? — усмехнулся он. — Держи себя в руках. Совет и без того на взводе. Господин Истан-Тур не одобрит твоих выходок.

Он был выстроен в линию – прямая спина, точно выбритые виски, форма без единой складки – все сообщало о дисциплине и непоколебимой уверенности в своей правоте. Он был частью двора, стен Юникса и этого гнилого компромисса, что они называли миром.

Но я – нет.

— А мне нужно его одобрение, чтобы напомнить всем, что такое война? – я опустила лезвие, чуть повела запястьем, и след Туманов на лезвии тут же рассеялся. — Буду молчать до тех пор, пока не заговорят обо мне. Удобно?

Я всегда была занозой под израненной кожей Юникса. Тенью на знамени Белых Ветров. Дорожное боевое платье, пропахшее землей и чужой кровью. Короткие пряди волос не знали изящных причесок и выглядели так, будто их резали в спешке, об лезвие. Оружие всегда под рукой и магия всегда наготове.

Рубин вздохнул.

— Здесь нет твоих врагов, Лекси.

Я сделала шаг вперед, и на его безупречный мундир легла моя тень.

— Через час зал Совета заполнят те, кто смирился. Смирение – это пособничество. Ты научился этому за два года. Преуспел.

В его глазах, наконец, вспыхнул огонь – тот, что я помнила.

— Пока ты героически открывала новые пути в Туманы, — он отбросил дисциплину и повысил голос, — кто-то должен был принимать решения, чтобы спасти то, что осталось!

Правый аларам тут же снова оказался направлен на командора:

— Поэтому вы решили не спасать меня? Избавиться от проблемы, да?!

Рубин отшатнулся, увидев в моих глазах угрозу. Его рука взметнулась, запястье дрогнуло – и в воздухе вспыхнуло багровое сплетение. В его кулаке воплотился длинный пламенный клинок. Призванный меч.

Он принял вызов и перешел в атаку. Я парировала, песок взметнулся под нашими ногами. Его удары были тяжелыми и яростными, совсем не похожими на выверенные движения командора.

— Ты вообще понимаешь, в каком… положении мы были?! — он нанес диагональный удар, который я едва успела отбивать одним лезвием. — Каждый день – бесконечные поиски, невозможные решения… вытаскивать бойцов из Туманов или… оставить там, принести в жертву Туманам! И ты... ты исчезла!

— Меня изгнали! — крикнула я, отскакивая и создавая из воздуха резкий порыв, чтобы сбить его с ног. — Прокляли!

Он выставил вперед руку, и огненный щит поглотил удар.

Одиночество вдруг накатило такой волной, что на мгновение перехватило дыхание. Мы бились друг с другом, как враги на поле боя.

— Мы искали тебя! Роуди искал!

Я едва успела отскочить, чувствуя, как ветер от лезвия прошелся по моей коже. Его меч выжег в песке черную полосу. Затем глаза обнаружили в шаге от меня второй аларам.

— И где он?! — завопила я, с разворота сведя клинки вместе, и Туман между ними сгустился в черный дым.

— Что ты… – Рубин тут же остановился.

— Роуди! Единственный, кто пошел против всех и вытащил меня из Разлома. Где он?

Вопрос оказался ударом ниже пояса.

— Роуди на своем месте, — устало выдохнул Рубин. — Он выполняет приказы. В отличие от некоторых.

Я использовала его замешательство, провернулась и оказалась за спиной, приставив лезвие аларама к горлу.

— Он больше не Принц Юникса! В Совете не нашлось для него места? — зашипела я в его ухо. — Или его действия тоже оказались слишком неудобными?

Он замер, его грудь тяжело вздымалась. Песок медленно оседал вокруг нас.

— Мы на одной стороне, Лекси, – произнес он, не двигаясь.

Я опустила аларамы и резким движением вонзила их в песок. Туманы рассеялись темным облаком у наших ног. Мы стояли, тяжело дыша, разделенные ими. Ярость постепенно притупилась, пальцы снова похолодели – признак взятия проклятой магии под контроль.

— Готовься к отсутствию поддержки сегодня. Совет пытается сохранить хрупкий мир, — он еще раз попытался убедить меня, пока я доставала аларамы из песка.

— Нет, это ты готовься, — обернувшись, я встретила его тревожный взгляд, волосы выбились из идеальной косы. — Сегодня ваш хрупкий мир даст трещину.

Пройдя мимо, я задела плечом его мундир, испачканный в пыли и песке.

Часть 1. Совет Юникса

Лекси

— Вы предлагаете прятаться от Черных Ветров за стенами Юникса! – в ярости я вонзила кинжал в карту пограничья.

Совет продолжался уже несколько часов, но уставшие советники тут же взбодрились и наградили меня блеском ошарашенных глаз.

— Госпожа Лекси! Я понимаю, что после Разлома вам сложно контролировать эмоции. Но это Совет Юникса, а не кабак! Немедленно успокойтесь и уберите клинок! — воскликнул Мастер безопасности Руми.

Предводитель сопротивления, мой отец, с силой сжал кулаки. Но я не дала ему заговорить:

— Это унизительно! Династия Дель едва нас не поглотила, — на имени врага голос предательски дрогнул. — Сотни магов ушли в Туманы! И теперь мы должны спрятаться и ждать, когда они снова нападут на нас?

В горле встал ком. Отец тихо выдохнул:

— Лекси, пойми, мы не можем рисковать хрупким миром ради мести…

— Это не просто месть, это выживание! — Я почувствовала покалывающий холод на кончиках пальцев. Туманные потоки магии отзывались на ярость, как зверь на запах крови. Сдержись. Они не должны видеть эту слабость. — Принц Дель изгнал меня в Разлом на два года! Вам все равно?! Мне – нет! Я обязана отомстить!

— Принц Дель исчез, — возразил отец.

— Значит, мы должны найти его, пусть Роуди поможет. Он же нашел меня в Разломе, значит, и его…

— Роуди уже искал его! Всеми поисковыми сплетениями, — резко перебил меня Рубин. — Безрезультатно.

— И я получил этот отчет, — холодно парировал отец, давая понять, что решение принято на основе фактов. — Тема закрыта.

Римус Дар, советник, кашлянул в кулак:

— Вам следовало бы уяснить, госпожа Лекси , что принц Дель опасен. Не стоит тревожить его стражей раньше времени.

— Думаете, его кто-то скрывает? — тихо произнес Рубин, бросив взгляд на Римуса.

Воздух в зале стал густым. Рубин считал Римуса предателем, но доказать этого не мог. Все об этом знали, и теперь обсуждение приняло странный поворот, даже отец нахмурился.

— На что вы намекаете, господин Таурус?! — взвизгнул советник Римус.

— Как интересно, — оскалилась я.

— Мы не можем сейчас искать принца, — настороженно произнес отец в попытке вернуть разговор в конструктивное русло. — Нам нужно время, чтобы восстановить силы. После Второго Вторжения мы ослаблены.

— Именно! — тут же подхватила я. — Нельзя дать Черным Ветрам использовать это!

— Нельзя устраивать провокации! — он ударил кулаком по столу. По залу прокатилась волна магии воздуха, по столу зашелестели бумаги. — Нам нужно подготовить Юникс, а до тех пор мы будем избегать войны!

— Но она уже идет…

— Лекси, я объявляю Тринеат на поиски Морние Деля! Мое решение окончательно и касается всех без исключения.

Магия сгустилась в жилах, прожигая на коже тонкие черные вены. Туманы, готовые вырваться еще мгновение назад, застыли – будто остановились из-за предательского решения отца. Он ведь знает, что я права, но все равно выбирает удобную ложь…

Я вытащила клинок из стола – дерево треснуло, обнажив бледную щель, как шрам. Мастер безопасности Руми, сделавший мне замечание незадолго до этого, едва заметно покачал головой.

— Лекси, прислушайтесь к отцу, — слегка наигранно произнес советник Римус. — Господин Истан-Тур лучше знает, какая сейчас ситуация.

— Растра (несогласие), — прошипела я в ответ, и сложила руки на груди.

Отец сделал вид, что не слышит и перевел тему:

— Приступим к другим вопросам. Командор Светлана Виален, ваш доклад о нападении.

Девушку с алыми волосами я почти не слушала. Она что-то говорила о последниках Черных Ветров, отравленном клинке и выгоревшем маге. Обсуждали чужие проблемы вместо того, чтобы решать наши собственные. Взгляд упал на Рубина. Он внимательно слушал, его поза по-прежнему кричала о дисциплине и послушании. Как мне теперь с ним работать?

— Яд – тот же самый, из морочника? — голос отца вернул меня в зал.

— Да, господин Истан-Тур, — подтвердила командор.

— Туманы…, — выругался он. — Рубин, вы свели отчеты? Мастер Руми сообщил, что афиру прячут в морочнике. Подтвердилось?

— Да, господин Истан-Тур. Роуди Ветер поднял портовые документы. Бутоны афиры подмешивают в желтый морочник. Прямо сейчас он в порту, на проверке новой поставки.

Роуди. Его имя всколыхнуло во мне что-то теплое и яростное одновременно. Он единственный, кто действует. Я нервно крутила в руках кинжал.

Рубин продолжал, обращаясь к Совету, но его взгляд на мгновение задержался на мне:

— Мастер Руми заметил исправления в весе груза. Продавцом значится частная лавка на Сильве.

Мастер безопасности Руми кивнул:

— Я уже составил запрос императору Сильвы. Часть морочника мы, как и просили, передали для независимой проверки Дарриану Фиррелу. Он купил пустующее поместье со стеклянной оранжереей недалеко от порта – как раз для этих целей.

Я подняла голову, услышав незнакомое имя.

— Кто этот Фиррел?

Руми замешкался:

— Почетный посланник Огнь-Земли.

— Нас поддержала Огнь-Земля? И почему посланник занимается травами?

— В его характеристике указано, что он выращивал лекарственные растения, — пояснил Руми.

— Так может, это он возит афиру? — в зале повисла тишина.

— В силу почетного статуса доступ в поместье господина Фиррела для нас закрыт, — осторожно вступил Римус Дар. — Огнь-Земля вышла на диалог совсем недавно. Нам крупно повезло, что они вообще отправили своего человека.

Отец задумался под этот рваный ритм, и согласился с советником:

— Римус прав, мы не можем предъявлять подозрения потенциальному союзнику.

— Но исправленные документы…

— …косвенный факт, госпожа Лекси, — перебил меня мастер Руми. — Для проверки нужны прямые доказательства.

Что за тип этот Фиррел?!

Дальше Совет медленно тонул в обсуждении бюджетов, учебной оранжереи в Академии, медицины и травничества. Рубин что-то говорил о том, что расследования по морочнику и афире шли бы быстрее, будь у Академии свои травники. «Хотя бы как Фиррел».

Часть 2. Это все история…

Лекси

Я вышла из Зала Совета, и дверь с грохотом захлопнулась за спиной, словно отсекая меня от мира выученных фраз и удобной лжи. Глубокий вдох. Ледяной выдох. Два года... Кажется, что все изменилось, даже воздух ощущался чужим. Или это я теперь стала чужой?

Тринеат. Отец наверняка понимает, что я нарушу его с первой же зацепкой. Я – наследница его дела. И если он решил, что войне конец, значит, ее начало переходит в мои руки.

Быстрыми шагами я направилась в западное крыло Дворца. Эти стены выдержали два Вторжения. Мой взгляд скользнул по картинам в коридоре – хронике сопротивления Белых Ветров. Каждое полотно было уроком и напоминанием о выстраданной истории.

Я резко остановилась перед картиной Первого Совета – в нашем только что отстроенном поместье Истан-Тур. Отец, молодой, с горящими глазами, поднимал кулак, а вокруг него — первые последователи, те, кто не побоялся бросить вызов захватившей власть династии Дель. Гордость сжала мне горло. Он создал это. Из искры праведного гнева разжег пламя сопротивления. Я не позволю ему превратиться в тлеющие угли компромисса.

Мой взгляд скользнул к картине открытия Юникса – военный город-крепость, наш щит, где все дороги, как лучи, сходятся ко Дворцу. С тех пор именно здесь заседал Совет.

Следующие полотна напоминали о сражениях. Первое Вторжение мы отразили относительно легко – Юникс, еще неокрепший, но полный решимости, доказал свою силу. Но Второе Вторжение... Оно оставило кровавые шрамы. Черные Ветра обрушили на нас всю свою мощь.

Я прошла дальше, мимо портретов героев Второго Вторжения. Вот он, Рубин, на картине – его лицо испачкано сажей и кровью, в глазах дикая ярость, в руке – меч, вонзенный в шлем врага. Таким я его помнила. Таким он был до того, как научился говорить языком Советов. Мы с ним были похожи. Но его огонь они сумели погасить, засыпав пеплом приказов и долга. А я... лишь сильнее разозлилась в ледяной пустоте Разлома.

Глядя на следующее полотно, я громко хмыкнула. «Падение в Разлом».

Художник изобразил все так драматично: Морние Дель, простирающий ко мне руки, будто зовя в объятия, а я – отчаянно ставящая щит, лицо искажено ужасом. Фальшь.

Все было не так. Не было никаких протянутых рук. Был лишь ледяной, ничем не пахнущий ветер, выворачивающий магию наизнанку. Его проклятие окутало тишиной. Оно парализовало волю, делая всех вокруг беспомощными. Рубин, застывший с опущенным клинком. Роуди, бьющийся в невидимой клетке, его крик не издавал ни звука.

А я... я не ставила щит. Я пыталась ощутить слабый поток своей силы в этой пустоте, но он вытянул все, до последнего вздоха, и толчок в спину был лишь бессмысленной жестокостью, когда я уже и так падала.

Он создал новое, незнакомое прежде сплетение. Не смертельное, но... изощренное. Два года в Разломе, в изгнании – достаточное наказание за мою самоуверенность.

Я выпрямилась, глядя на свое искаженное изображение. И провела пальцами по шраму на запястье – напоминанию о том уроке. Художник был талантлив. Он уловил боль. Но теперь я знала – Морние Дель опаснее, чем кажется. И если он создал одно новое проклятие – создаст и другие. Значит, его нужно остановить.

Я почти бегом направилась к Залу с порталом – самый быстрый путь в портовую столицу Белых Ветров, где сейчас был Роуди.

Сюда я прибыла на вихре – скакуне, обученному ускоряться за счет воздушных потоков магии наездника. До этого момента я не решалась перемещаться между городами порталом – он работал как временная петля сквозь Разлом. Как один из тех, в котором я оказалась заперта на два года.
Но сейчас я должна была как можно скорее добраться до Роуди, пока он не покинул порт.

Стражи у дверей отдали приветствие и выпрямились по стойке.

Портал выглядел как темный тоннель с едва светящимися белесыми прожилками магии Туманных потоков. Из него тянуло холодным дыханием Разлома.

Для большинства магов шагнуть в эту тьму – как нырнуть в ледяную воду. Я вдохнула этот холод. Холодный ветер взметнул мои короткие пряди. Я расправила плечи, чувствуя, как Туман внутри меня отзывается на зов портала низким, одобрительным гулом. Он был моим проклятием, моей болью. И моей темной силой в этой войне.

— Госпожа Лекси, — один из стражей осторожно позвал меня, — вы уверены, что хотите идти одна? После… всего…

— После всего я уверена, — я шагнула вперед, и он невольно отпрянул.

Тьма сомкнулась вокруг, холодная и живая. Она обняла меня как давнюю знакомую. Где-то впереди была столица, Белый город. Был порт и Роуди. А вместе с ним ждала и битва за будущее – за которое отец теперь боялся воевать.

Часть 3. Незваные гости

Роуди

Соленый ветер гулял между подгнивающими деревянными складами и раскачивал фонари на ржавых цепях. Надоедливый скрип металла, крики водяных шлейфок, грохот бочек – обычный вечер в столичном порту Большой Воды.

Рабочие, потные и недовольные, в грязных мокрых рубахах с закатанными рукавами, разгружали ящики от причала к складу, бросая косые взгляды на стражников за моей спиной.

— Сколько раз можно пересчитывать одни и те же ящики? — проворчал один и плюнул в воду.

Я ухмыльнулся. Они ненавидели проверки, особенно на «Сулане» – небольшом судне с трюмами, полными ароматных трав. Они старались скорее разгрузить их, чтобы перестать чихать.

— Осторожнее! — рявкнул я, увидев, как двое грузчиков швырнули ящик на причал.

Я сжимал в руках отсыревшие документы. Чернила на некоторых строчках расплылись, но проблема была не только в этом. Исправления. Такие же, как в прошлой поставке – той, что проверял мастер Руми. Изменения почти незаметные, если не знать, где искать. Схема повторялась.

— Даже чернила другого цвета, халтура... — Я направил лист бумаги на солнце и прищурил один глаз, чтобы подтвердить догадку.

Все привыкли, что приемщики не сверяют фактуры с реальным грузом.

Я оглядел причал в поисках дежурного приемщика.

— Апчха! — один из рабочих громко чихнул, — Да будь проклята эта трава!

Рядом играла в «ножички» толпа мальчишек. Шкипер «Суланы» выслушивал свежую портовую историю, как шлейки наелись забродивших синих ягод из забытой бочки, и в ответ хрипло смеялся. У груды ящиков с морочником стоял долговязый грузчик и, щурясь, раскуривал трубку.

— Эй, туши трубку или отойди от груза! Пожара мне только не хватало! — возмутился я.

— Да ничего не будет, что я, совсем что ли, — парень хмыкнул, но все же послушался и сделал шаг в сторону.

— Долго еще будете ползать по причалу? Вода не ждет, отходить пора! — крикнул шкипер вымотанным рабочим.

Сквозь шум порта послышался стук копыт. Лекси въехала в мощеный камнем двор на своем любимом вихре – обычная лошадь была для нее слишком медленной. Остановившись, она поправила едва касавшиеся плеч пряди волос, растрепавшиеся на ветру. Она всегда так делала – я помнил это даже спустя два года.

— Истани (приветствие – выражение искренности)! Ты все же успела. Как прошел Совет?

Она одним движением покинула седло и ушла от вопроса:

— Рассказали об афире и поддельных документах. Расскажи подробнее, что с поставками? Что-то уже нашел? — Лекси тут же принялась осматривать ящики – проверять крышки и искать следы вскрытия.

Я вздохнул и протянул ей бумаги:

— Вот, смотри. Слегка размыты чернила, поверх высохших пятен – тут и тут, – написаны новые цифры. Кто-то уменьшил вес.

Лекси провела пальцем по строкам, где были размыты чернила.

— Да, вижу.

— Кто должен был сегодня проверять поставку? — крикнул я шкиперу.

— Дежурный сегодня Гартор Роддер, но что-то его не видно. Не похоже на него.

— Может, проспал после ночной, — отозвался долговязый грузчик, — Сходите к нему, вон тот дом, на углу, красный.

Он указал трубкой в сторону жилого квартала.

— Понял, Аманиста (благодарность - пожелание света Истины).

Рабочий фыркнул, и переглянулся с напарником. Я запоздало осознал, что зря ляпнул протокольную Лиру. Здесь в качестве благодарности молчали или кивали, но точно не обменивались церемонными словами из канцелярий.

— Нужно взять образцы морочника, - обратился я к Лекси.

— На Совете рассказали – с ним мешают афиру?

— Угу, — я сунул документы за пазуху. Новая головная боль для мастера безопасности.

— К приемщику или возьмем образцы?

— Идем к Роддеру. Пока ящики еще здесь. Потом разберемся с пробами. Руми предложил новый стандарт учета.

Лекси обреченно вздохнула – бюрократия была для нее особой пыткой.

Мы пересекли площадь, минуя груды пустых палет, и направились к жилому кварталу. Молчание между нами было привычным, но сегодня Лекси не выдержала:

— Как тебе новая должность? — в непринужденном вопросе читалось… беспокойство. Ей никогда не удавалось скрыть от меня настоящие эмоции.

— Уже не новая, — я тоскливо улыбнулся. — Второй год бегаю по поручениям Руми, бывает увлекательно. С афирой так и вовсе нет времени тосковать по тренировкам.

«Я занимаюсь этим, потому что не смог тебя защитить».

Руки сами сжались в кулаки. Раньше она была Сердцем, я – Принцем Юникса. Сперва нам обоим было сложно и научиться доверять друг другу, и работать вместе. Но все же удалось в какой-то степени наладить связь. А потом я ее подвел.

После ее исчезновения я едва мог дышать от чувства вины. Болезненное осознание накрывало так, что я не мог встать с кровати.

Мне было жизненно необходимо найти и вернуть ее. Я напросился в помощники к мастеру безопасности, едва не попал в тюрьмы Юникса – за проникновение в поместье Истан-Тур и кражу разработок Инджиона по поисковым сплетениям.

Но когда я увидел ее в Разломе… Если бы понадобилось разрушить Миры Истины, чтобы вытащить ее – я бы сделал это. В Туманы должности, глупые запреты и опасения. Когда она оказалась на моих руках, бледная, истощенная, но живая – я, наконец, почувствовал воздух в груди.

— Роуди, этот дом? — Лекси слегка коснулась моего плеча.

— М? А, да… мы пришли.

Деревянный дом был недавно выкрашен в красный – хижины в порту часто покрывали свежим слоем краски из-за сильной влажности, чтобы доски гнили не так быстро. Запах красителя резко ударил в нос. Но в порту бывали запахи и похуже…

— Как думаешь, он… спит? — настороженно спросила Лекси.

— Может быть.

Я шагнул к двери и уверенно постучал в деревянный косяк.

К нашему удивлению, хозяин дома открыл почти сразу же. Коренастый краснолицый мужчина с седыми бровями растерянно застыл на пороге.

— Гартор Роддер?

— Кто спрашивает? — настороженно спросил он и сложил руки на груди.

Часть 4. Символ надежд

Лекси

Всю дорогу вихрь чувствовал напряжение. Туманы внутри меня суетились, ощущение тревоги не покидало до тех пор, пока я не добралась до дома.

Перед ужином я привела себя в порядок в чистой комнате и наспех переоделась в первое же платье. Когда служанка сообщила, что отец вернулся из Юникса и ждет меня в своем кабинете, я тут же отправилась к нему.

— Лекси, проходи. Куда ты ушла? — он отобрал два листа и отложил их в стопку слева. — Совет обсуждал праздник в честь твоего возвращения.

Кабинет отца был таким же, как я запомнила его в детстве – высокие дубовые панели, высокие шкафы, переполненные фолиантами. Запах старых книг и кожаных переплетов пропитал стены.

Но сегодня здесь было прохладно и неуютно – ветер трепал штору на окне, в углу едва теплился камин. На краю стола, захламленного бумагами, стояла стеклянная баночка с горстью смертельно-опасных желтых соцветий. Афира. Образец.

Отец сидел за рабочим столом и перебирал какие-то списки. Было темно – погода к вечеру испортилась. Я с тревогой посмотрела на шумящие кроны деревьев за окном. Роуди наверняка еще в порту, разбирает обугленные ящики. Если начнется ливень, он промокнет насквозь... Нужно разжечь камин в комнате.

— В порту сегодня был пожар. Кто-то поджег ящики с морочником. Там была афира.

— Ты ездила в порт? — отец тут же оторвался от бумаг. — Зачем?! Я же…

— На Совете мне ничего не объяснили, — я сложила руки на груди. — Советник Римус сказал пару слов, и на этом все. Я хотела увидеть все своими глазами.

На самом деле я хотела увидеть Роуди.

— Что там произошло? — устало вздохнул отец и сцепил перед собой пальцы.

— Приемщик не явился в назначенный час, мы отправились к нему домой. В это время загорелся морочник, пришлось бежать обратно на причал тушить огонь.

— Ты уверена, что это был поджог?

— Рабочие не смогли погасить его водой – это была стихийная магия. Слишком яркие искры, желтый дым и запах афиры на весь порт. Роуди еще там, выясняет детали. Я позвала его сюда, он расскажет подробнее.

Отец нахмурился.

— Это не просто контрабанда. Кто-то работает с Черными Ветрами, Юникс пытаются ослабить.

— Этот кто-то – Дарриан Фиррел? — если отец опасался говорить это прямо, я была готова сделать это за него.

— Амариам (прошу), не нужно делать поспешных выводов, — он сразу же напрягся.

— Объясни, почему? Я не понимаю…

— Осмотрительность, Лекси, — он постучал пальцем по столу. — Без доказательств такие слова – кинжал в наши спины. Если Фиррел замешан, нам ни в коем случае нельзя подавать виду, что мы что-то знаем. Из-за обвинений Огнь-Земля может отозвать посланника. Черные Ветра только и ждут этого – мы на грани новой войны.

— И ты предлагаешь просто ждать, что все вскроется само собой? Что Фиррел пригласит нас в свою оранжерею, покажет, как готовит наркотики?

Он вздохнул и накрыл ладонью лоб.

— Лекси… я понимаю, ты хочешь справедливости, - он направил на меня взгляд исподлобья. - Но не стоит тебе вмешиваться в дело с афирой. Я разберусь сам. Это… самая грязь…

— Тринеат на поиски Морние, бездействие с наркотиком и еще этот Туманный праздник!

— Вот, занимайся праздником, Амариам. Подготовь наряд, выступление с аларамами, напиши речь.

Я надеюсь, он понимал, что предлагает какой-то бред.

— Но я могу помочь, могу работать с Роуди…

— Нет, Лекси, никакой помощи! — отчеканил он в ответ. — Роуди соберет отчет по афире, и я решу этот вопрос сам, когда соберу достаточно информации.

Погода совсем разбушевась. Я закрыла окно и резким движением задернула шторы. Кабинет тут же окутала тяжелая тишина.

— Ты ожидаешь, что до праздника буду выбирать платье? — спросила я, скрестив руки на груди. — Я вообще не понимаю, зачем все это… Сейчас абсолютно не время устраивать торжества. Быть у всех на виду – ты знаешь, для меня это пытка.

Это действительно было так. Лишнее внимание, оценивающие взгляды, лицемерие и игры в любезность. Плечи опустились, я начала осознавать, насколько сложно будет провести целый вечер с маской дружелюбия на лице.

— Ты исчезла в Разломе на два года. Подтверждение, что ты жива, сыграет в нашу пользу.

Он действительно сейчас это говорил?! В ответ на мое недоумение, он принялся объяснять:

— Твое появление на празднике – демонстрация нашей выносливости. Ты – символ наших… надежд! — на последнем слове его голос слегка дрогнул.

— Я никакой не символ. Пустой самообман. Ты не хуже меня понимаешь – на самом деле я приманка.

Отец застыл, не найдя слов, даже взгляд потемнел.

Несколько дней назад, когда Роуди вынес меня из Разлома, отец сидел у моей постели и следил за состоянием. Он был обычным отцом. Но сейчас передо мной снова был господин Инджион Истан-Тур – предводитель сопротивления, главный самоназванный Юникс Белых Ветров в эпицентре династийной войны. С каменным лицом он снова принялся просматривать приглашения.

— Прием в честь твоего возвращения через неделю. Списки гостей уже готовы. К нам прибудут все наши союзники – нам нужно поддерживать с ними связь.

— Посланник Фиррел тоже будет? — съязвила я.

Повисла напряженная пауза, но он все же ответил:

— Да, — и даже не поднял взгляд.

— Это точно необходимо? — постаралась говорить как можно ровнее, хоть внутри все напряглось.

— Мы не можем игнорировать посланника Огнь-Земли. Это будет проявлением неуважения, — холодно отозвался он.

Я замерла, готовая излить новую порцию гнева.

«Неуважение? А манипуляции с морочником – это уважение?»

Но я поймала его взгляд – спорить с ним было бесполезно. Что бы я ни сказала, праздник состоится. Мое присутствие на нем – приказ.

Я закрыла глаза на секунду, смиряясь с неизбежным. И тут его слова словно зажглись в моей голове. Фиррел. Будет здесь. Лично. Вся ярость тут же улеглась, сменившись леденящей, ясной концентрацией.

А почему бы не использовать эту роль «символа»? Пусть и не совсем понятно, зачем мной размахивать, словно знаменем… Но ведь никто не будет ожидать от меня ничего, кроме учтивой улыбки. А улыбка — лучшее прикрытие для оскала.

Часть 5. Мне так тебя не хватало…

Лекси

То, что он позволил Роуди отогреться, а не отправил сразу в Юникс – было на него совсем не похоже.

Я попросила служанку Эрину разжечь в моей спальне камин пожарче.

— Ягодное вино? Или травяной чай?

— Вино.

Эрина достала со стеллажа припасенную темную бутылку. Разлив вино по двум железным кубкам, она поклонилась и оставила нас наедине.

— Ты весь мокрый, — сказала я очевидную мысль.

— Разреши, я высушу ее здесь?

Его взгляд оказался полным смущения.

— Конечно. Помощь нужна?

— Нет…

Получив согласие, Роуди снял рубашку и повесил на деревянную напольную вешалку у камина. Затем чуть повел запястьем, призывая потоки магии воздуха.

В оранжевых отсветах огня его почти прозрачная кожа казалась загорелой. Потом я заметила огромный синяк на его предплечье.

— Туманы…, — и еще один на боку. — Что с тобой случилось? — я нахмурилась.

— Не обращай внимания, это со вчерашней тренировки.

— Кто тебя так?

Он мог не отвечать, я уже догадалась.

— Рубин. Отрабатывали новое движение. Не переживай, я его тоже хорошенько побил, — он довольно улыбнулся.

Я хмыкнула в ответ. Они любили драться на тренировках по-настоящему.

Роуди быстро досушил рубаху, оделся, и мы заняли наше когда-то излюбленное место – на шерстяном ковре у камина. За окном шел сильный ливень, и капли настойчиво стучали по стеклу. До ужина оставалось немного времени, и это был идеальный шанс поговорить.

— Ты сегодня спас половину порта. А отец даже не поблагодарил. Сделаю это за него – бокал за тебя, — я отсалютовала Роуди кубком и сделала первый глоток. Ароматный терпкий напиток разлился теплом по горлу, оставляя горьковатое послевкусие.

— Мы вместе остановили пожар, — улыбнулся он в ответ. — Главное – груз не сгорел полностью.

Роуди устало вздохнул и отпил немного вина. Капелька красной жидкости осталась на его подбородке. Когда я легонько смахнула ее пальцем, Роуди поймал мою руку и прикоснулся к ней теплыми губами. Я не смогла сдержать улыбки, затем придвинулась поближе – к нему в объятия.

Некоторое время мы сидели так, молчали и смотрели на огонь. Под мирный треск поленьев я вспоминала пожар в порту, и как мы слаженно потушили его, несмотря на двухлетний перерыв в совместных тренировках.

Я подняла голову с его плеча, чтобы посмотреть в глаза. В них танцевали отблески пламени. А меня накрыло чувство вины:

— Роуди... Я же так и не поблагодарила тебя за то, что ты вытащил меня из Разлома…

— Ну нет, не нужно. Ты попала туда из-за меня. Я обязан был…

Не дослушав, я высвободилась из его рук, села перед ним на колени и взяла за руки. А затем прошептала со всей любовью, на которую только была способна:

— Астанта, — и опустила голову в поклоне (благодарю/форма выражения глубокой благодарности).

Роуди коснулся моего лица, возвращая зрительный контакт. Изучив мои глаза, мягко поцеловал в щеку и уткнулся в плечо.

— Мне так тебя не хватало…

Мы еще немного посидели в тишине. Яростный стук капель в окно затих, ливень сменился на мирный спокойный дождь. В последний раз я чувствовала капли на лице в тот день, когда Морние отправил меня в Разлом. Сейчас была отличная возможность обсудить его поиски.

— Я хочу найти Морние.

Роуди замер. Потом потянулся к кубку и сделал большой глоток.

— Я искал его.

— Я знаю. Рубин сегодня сказал, ты использовал сплетения поиска?

Я поджала ноги и приготовилась слушать. Роуди вздохнул и посмотрел на огонь.

— Без доступа к ресурсам искателей я оказался бессилен. Даже со своими новыми сплетениями.

Сцепленные в замок пальцы, напряженная спина. Роуди нравилось изучать тему поисков, он часто проявлял себя как отличный искатель. Но отец не доверил ему эту важнейшую должность Юникса.

— Нужен доступ к поисковому залу, — я уже начала намечать план.

— В закрытой библиотеке искателей должны храниться карты старых Разломов.

Вот это уже было интересно…

— Ты думаешь, он тоже исчез в Разломе? Как и я?

Его взгляд стал отстраненным. Роуди смотрел куда-то сквозь огонь – кажется, погрузился в мысли.

— Не уверен. Первые два поиска показали, что он был где-то рядом – на границе с Белыми Ветрами. Но вот в последний раз… Он был в Разломе. Что если он нашел какой-то способ для стихийников проникать в Разломы без порталов?…

— Это невозможно, — тут же возразила я, не подумав, куда может зайти этот разговор. — Сплетение стихийника не может истончить границу между мирами. Так могут только Туманные и Истинные маги.

— Но он не Истинный, и не Туманный. И попал в Разлом. И тебя он как-то проклял… — он бросил короткий взгляд на мой шрам на руке.

Я тут же прикрыла его рукавом, но промолчала. Тайна Братства Воронов – дороже доверия.

Вороны всегда были просто легендой. В них никто не верил, и их никто никогда не видел. Оборотные туманные маги выбрали путь наемников – им дарована магия Туманов взамен на постоянных жертв Туманному миру.

Лишь я, мой отец и господин Феир Нави во всей Империи знали, что в Роще на юго-восточной границе Белых Ветров находится огромный Туманный Разлом, в котором и нашли дом Вороны.

Роуди не знал, что я училась в Роще Воронов. Не знал, что я обрела Туманные потоки еще шестнадцать лет назад. Я не стала частью Братства, но научилась пересекать Разломы без портала.

Именно так Морние удалось отправить меня в другой, неизвестный прежде Туманный Разлом. Проклятое совпадение случайностей…

Пусть он думает, что Туманные потоки стали болезнью, моим изъяном после двухлетнего изгнания в Разломе. Я не имела право рассказать ему правду. Эта тайна – не моя, а Братства Воронов.

— А что отец говорил по поводу поисков Морние? — я решила увести его с опасной темы. — Сегодня на Совете я пыталась убедить его, но он наложил запрет.

— Инджион не хочет связываться с поисками в Разломах. Он закрыл поисковый зал, когда ты пропала, и пускал туда только по личному дозволению. Видимо, боится повторения истории с его родителями… То есть, с твоими…

Часть 6. Ничего не смог сделать

Рубин

— Представляешь, она воткнула кинжал в карту! Прямо в стол в Зале Совета! — я провёл рукой по лицу, всё ещё не веря в произошедшее.

Камин в зале отдыха трещал поленьями. Рядом со мной на длинной тахте сидела Рисалина, поджав изящные ноги в кожаных сапогах. Ее мягкие, золотистые волосы подсвечивались бликами огня.

Мы отдыхали здесь вместе каждый вечер – лучшие моменты. Но сегодня я все не мог выбросить из головы прошедший Совет.

— И после этого еще потребовала возобновить поиски Морние. За два года в Разломе совсем обезумела...

Риса крутила мою черную косу в своих пальцах, немного мозолистых от постоянной работы в лекарском крыле.

— Она же только вернулась. Это ее первый Совет с возвращения. Её переполняют эмоции. Гнев... боль...

— Боль? — я фыркнул, но без злобы. Боль я понимал слишком хорошо. — Она никогда не искала легких путей. Но сейчас... Сейчас это опасно. Для неё самой и для всех нас. Поднять такой вопрос на Совете, когда каждое слово на учёте. Римус что-то скрывает, посланник, этот Фиррел, со своими ядовитыми цветами...

Риса положила голову мне на плечо. Её прикосновение всегда меня успокаивало.

— Это не первый раз. Она всегда шла наперекор. Так она и исчезла в том Разломе...

— Там есть и моя вина, — я тяжело вздохнул. Я не любил эти воспоминания. Слишком... обидно и… стыдно. Но невольно перед глазами снова возникли те события.

Мы на позиции у руин третьей, последней стены перед Дворцом – я, Лекси и Роуди. Я тогда был командором, и управлял группой Юниксов – создавал огненные завесы и перекрывал подходы. Лекси была "стрелой" – врезалась во фланги, рассеивала строй врага, исчезала до контратаки. Ее клинки из аларама так сверкали, что уставали глаза. Роуди, будучи Принцем Юникса, прикрывал её. Его магия воздуха создавала невидимые щиты, отклоняя стрелы и атакующие залпы магии Черных Ветров.

— Слева! — крикнул я.

Лекси резко развернулась. Взмах, за ним еще. Она подрезала сразу двух нападающих. Роуди тут же подхватил, сбив третьего порывом ветра. Чисто. Чётко. Как на тренировках. Она сражалась с холодной яростью. Никакой бравады – удары в горло, ребра, сердце. Аларамы наносили только смертельные раны.

Роуди защищал. Каждый его жест – точный расчёт. Воздушные сферы ловили вражеские стрелы, вихри сбивали с ног. Но я видел, как он отвлекается на Лекси – слишком часто, он терял концентрацию.

Я держал строй. Скомандовал для отряда на создание сплетений-ловушек, которые вынуждали Чёрных Ветров менять позиции – прямо под клинки Лекси. Загонял добычу в сети.

— Сдвигаемся к башне! — скомандовал я.

Роуди кивнул, создав воздушный коридор для Лекси. Она рванула вперёд... и тут всё пошло наперекосяк.

Сначала Роуди вдруг схватился за голову. Потом я почувствовал, как магия в жилах застывает как тягучий раскаленный металл. Лекси оглянулась, и её глаза расширились.

— Морние Дель…

Он возник из ниоткуда. Без клинка. Без доспехов, в плаще. Просто... вышел из дыма, который сам только что создал. Я тогда ещё не понял, кто это. Пока не увидел, как Роуди согнулся пополам, хватая себя за грудь.

— Магия... Он давит... — он захрипел, падая на колени.

И в тот же миг боль ударила по мне. Как тысяча игл под кожей. Я потерял ощущение всех магических потоков, и не мог ничего сделать. Как и все вокруг.

Люди вокруг меня падали, как подкошенные. Кто-то орал, кто-то молча корчился.

Лекси стояла в центре. Одна. С раскинутыми руками. Она пыталась собрать воздух вокруг себя, но её потоки рвались, как паутина.

— Держись! — закричал я.

Но ее уже окутали темные клубы дыма. Воздух вокруг нее стал отравлен.

Роуди, весь измазанный в черной пыли, попытался подняться с колен, но этот проклятый дым не давал сделать и шага. Густые потоки опутали его, он закашлялся, споткнулся на ровном месте и упал навзничь.

Лекси стояла на дрожащих ногах, и раскинувши руки в стороны, хватала потоки воздуха. Потом… закричала, и смрад поглотил ее полностью, как в кокон.

Когда дым исчез, вместе с ним исчезли и Морние, и Лекси. Я оглянулся. А вокруг... вокруг клубился Туман. Я не помню, как собрал уцелевших. Как нашёл Инджиона. Как мы перестроили оборону. Помню только одно: когда мы замкнули кольцо вокруг Черных Ветров, я смотрел на то место, где час назад была Лекси. И думал: "Я ничего не сделал".

Потом был лазарет. Я пришел в себя почти сразу, Роуди очнулся только спустя сутки. Первое, что он спросил: «Где Лекси?» . Когда лекари покачали головами, он закрыл лицо руками.

С того момента, как Лекси окутал дым, ее никто не мог отыскать. Думали, погибла... Поисковые сплетения гасли еще до активации потоков.

С Роуди мы не общались несколько недель. Пока он не пришёл ко мне с чертежами какого-то безумного сплетения. «Поможешь искать?» — спросил он. Я хотел отказаться. Но тогда... тогда я увидел его глаза. Такие же, как у меня в зеркале – полные вины.

— Ты считаешь виноватым себя? — Риса уставилась на меня. Ее чуть раскосые темные глаза блестели, как сталь.

— Нет... — я сгорбился, смотря на огонь. — Это... сложнее. Я всегда хвастался перед ней, своими навыками, и что все контролирую – в отличие от нее. В тот день я был совсем рядом! Но ничего не смог сделать…

Я заметил огромную тень на стене, отбрасываемую выставочным доспехом у камина.

— И сегодня я видел в её глазах то же упрямство. Она готова рушить всё на своём пути, а я снова ничего не могу сделать. Ни помочь, ни остановить.

Риса покачала головой и провела пальцами по царапинам и шрамам – памятные следы кровавых событий.

— Вину носят те, кто предал. Ты же был рядом с ней. Даже если бы встал между ней и Морние... Он сперва сломал бы тебя. Этот маг проклял целый отряд одним сплетением...

— Но Лекси будет его искать. Я уверен, она ни за что не послушает Инджиона. И мне придется выбрать – снова наблюдать со стороны или на этот раз найти способ её прикрыть.

Часть 7. Скрытник в шелках

Лекси

«Ты ожидаешь, что до праздника буду выбирать платье? Я вообще не понимаю, зачем все это…»

К удивлению, за несколько дней до праздника я действительно занялась подготовкой платья. Моя преданная служанка Эрина уже разместила его на вешалке рядом с зеркалом.

— Как вы сегодня спали, госпожа? — непринужденно поинтересовалась Эрина.

— Хорошо, отдохнула перед… насыщенным днем.

В поместье сегодня было шумно с самого утра. Из открытого окна доносились голоса прибывающих гостей, ржание лошадей и скрип повозок. Беспокойный шелест деревьев отвечал неспокойствием. Я тревожилась с самого утра, и не могла даже нормально убрать волосы. Короткие пряди никак не хотели выглядеть хотя бы немного как прическа.

— Позвольте мне, — обратилась Эрина.

— Аманиста (благодарю), — выдохнула я, улыбнувшись в ответ.

Эрина, разбирая мои локоны, принялась рассказывать по обстановке в поместье:

— Высочайшие гости с острова Сильва прибыли самыми первыми.

— Надеюсь, они не застали шторм на Большой Воде сегодня ночью.

Служка улыбнулась в отражение зеркала, в несмелой попытке унять мое беспокойство:

— Император Траан чувствует себя хорошо. Его советник, господин Ваймин-Тар, постоянно суетится и требует лучших условий для сильвийцев. Господин Инджион разместил их в первом гостевом крыле. Меня чуть не отправили к ним, но я попросилась остаться с вами.

— Эрина, я так тебе благодарна. Ты действительно меня успокаиваешь перед всем этим безумием, - честно ответила я, глядя как она легко укладывает передние пряди волос, оставляя их красиво лежать у лица.

Она улыбнулась.

— Ну вот! Сейчас добавлю заколку, и готово, — хорошо, что я заранее подготовила замаскированную камнями металлическую шпильку, которая при необходимости может стать клинком-иглой.

Эрина продолжила:

— А еще в поместье прибыли… эээ… госпожа Мария Литир с сыном Эрием.

Я застыла. Мачеха. На моем празднике. В списках ее не было.

— Давно они приехали? — в зеркальном отражении на моем лице возникло явное недовольство. Тоже мне, скрытник…

— Точно не знаю, кажется, сегодня утром.

Я знала, что последние годы они жили в Империи Чистого Света. Последний раз мы виделись, когда я вернулась домой после обучения в Роще.

Я уже успела забыть, как не терплю Марию и ее заносчивого отпрыска под вечным материнским присмотром.

« – Эрий, отойди от Лекси! Туманова дочь… Прекратите! — Госпожа Мария подбежала к моему противнику и вырвала из его рук деревянный меч.

Ее длинные рыжие волосы всегда были уложены в сложную прическу со множеством кос. Сейчас они напомнили мне птичье гнездо.

Схватив Эрия за локоть, она утащила его на занятия танцами – под громкий, полный досады детский плач».

В детстве Эрий без конца ныл. Я до сих пор помню его вечно заплаканные глаза и розовые, мокрые от слюней губы. Тогда цвет волос и лица сливались, и он был похож на помидор.

Мать не разрешала ему драться со мной, играть в магическую версию «вышибай», где сферами воздуха стараешься попасть в противника. Мы только учились и трапезничали вместе. Под неустанным присмотром Марии.

Однако, чем старше я становилась, тем сильнее мачеха отстранялась. Она не ругала, не воспитывала. Просто присматривала за сыном, чтобы я не навредила ему. А Эрий все больше превращался в заносчивого, грубого мальчишку. Он сопротивлялся учебе, отказался ходить на танцы. Но зато увлекался рисованием.

Отец тогда много работал, мы редко проводили время вместе. Тем более всем семейством. Эрий всегда был рядом с матерью. А я была одна. До тех пор, пока не уехала в Рощу.

— Туманы… Ладно.

— Госпожа, посмотрите, какие красивое платье! — попыталась отвлечь меня Эрина.

— Пошито, как я просила?

— Да, конечно. Я следила.

Длинное, из черного шелка, с тонким кружевом. По боковым швам юбки прошитые незаметной одинарной нитью разрезы до колена. На высоком воротнике металлическое плетеное колье - повторяет кружево на платье.

Но если посмотреть глазами скрытника…

Горло закрыто массивным защитным украшением. Если сегодня придется драться или бежать, разорву разрезы до бедра и достану короткий металлический кинжал, скрытый под юбкой. И в Туманы туфли – надену высокие мягкие сапоги.

Эрина затянула шнуровку на спине так туго, что стало сложно дышать.

— Амари Амани (прошу прощения/понимания), госпожа, но иначе складки на юбке не лягут.

Я не ответила. В зеркале отражалась озлобленная тень меня. Скрытник в шелках с клинком на бедре и Туманами в крови.

— Очень красиво, госпожа. Вы такая… стройная и хрупкая! — прошептала служанка.

— Растра (несогласие). Сегодня я символ непобедимости Белых Ветров, — в голосе звенела сталь.

« – Я объявляю открытым первый Совет Юникса Белых Ветров! — торжественно произнес отец.

Новоиспеченные советники начали аплодировать. Рядом с предводителем Белых Ветров захлопала в ладошки маленькая девочка в серебристом платьице. Я улыбалась, глядя на лица незнакомых мне мужчин и женщин. Они обменивались поздравлениями, хватали друг друга за запястья и пили противное ягодное вино.

— Сегодня – день, когда мы бросаем вызов лжи. Нам предстоит создать новый порядок. Будет очень тяжело. Но мы обязаны сделать это ради нашего будущего, ради продолжения наших династий. Ради наших детей, — отец поднял меня на руки, и снова раздались овации».

Я взглянула на аларамы, оставленные на оружейной стойке у камина. Показалось, они разочарованно потускнели.

Было непривычно выходить без них из комнаты, и еще сильнее – выходить без них на публику. Туманы под кожей зашевелились, чувствуя мою тревогу. Я сжала кулаки.

Туманные потоки в связке с аларамами давно стали моими союзниками. Я прислушивалась к потокам, они всегда безошибочно определяли опасность. Я доверяла им и действовала по малейшему зову, опережая стихийных противников.

Часть 8. Этот танец мой по праву

Поместье Истан-Тур. Лекси

За дверью моих комнат поместье было совсем другим. Воздух гудел от влажной духоты снизу доносились приглушенные голоса, лязг посуды и натянутый смех.

Второй этаж словно замер – даже прислуга растворилась в зале приемов, оставив коридоры пустынными. Единственный дежурный стражник в конце коридора скучал, глядя в приоткрытое окно.

Я спускалась по лестнице под первые аккорды музыки. И мысленно прокручивала первый танец с отцом – обязательную церемонию на глазах сотни гостей.

«Пришел ли Роуди?» — мелькнула спасительная мысль. Единственный желанный взгляд среди лицемерия и любопытства.

Я уже почти прошла к дверям зала, когда в глубокой нише под лестницей заметила резкое движение. Господин Минериал Дар застыл, зажав в руке стеклянный пузырек с мутно-желтой жидкостью. Афира.

Увидев меня, он судорожно сжал пальцы, но было уже поздно. Мое настроение мгновенно переключилось с тоскливой тревоги на ледяную собранность. Первый змей выполз из травы.

— Госпожа Лекси, — его голос прозвучал слишком сладко, как вино с примесью яда. — Вы опаздываете на собственный праздник. Весь зал в нетерпении.

Я сделала три чётких шага вперёд, отрезая ему единственный путь к отступлению. Шелковая юбка платья шелестела, словно предупреждая об опасности.

— Интересный способ готовиться к торжеству, господин Дар, — взгляд скользнул к пузырьку, который он тщательно пытался спрятать в сжатом кулаке. — Лекарство от скуки? Или... подарок для особого гостя?

Он сжал челюсть.

— Это… конфискат из порта, — прошипел он, и я почувствовала, как Туманы под кожей распознали ложь.

Холодная усмешка скользнула по моим губам:

— У вас два выхода, Минериал: я поднимаю тревогу, и через мгновение здесь будет половина Юникса... Или вы отдаете мне это, а я делаю вид, что ничего не видела. Пока что.

Его глаза метнулись в сторону зала, к спасительному шуму, и я понизила голос до опасного шёпота:

— Я не требую объяснений. Только пузырек. И мы забываем об этом... на время.

— Вы наивны, — он фыркнул, но все же нехотя протянул мне флакон. — Я как раз собирался отдать это Инджиону.

Я ловко перехватила пузырек, спрятав его в рукаве платья. Холодное стекло приятно коснулось кожи

— Хотите, я сделаю это сама?

— Вы ведете себя вызывающе, — его голос стал жестче. — На вас и так устремлены взгляды всего двора Истан-Тур. Излишнее внимание может дорого вам обойтись.

— Это угроза?

— Нет, конечно, нет. Но… вы не знаете?

Туманы, всего мгновение назад спокойные, встрепенулись. Пальцы сами собой потянулись к скрытому клинку на бедре.

— Сегодня ночью на юго-западной стене Юникса схватили последника Черных Ветров. На вас объявлена охота.

— Охота? Даже если это так, мне не отчитывались..

— Да… Вероятно, не хотели беспокоить перед праздником.

Я вонзилась в него взглядом в попытке понять, лжет он или говорит правду. Минериал продолжил угрожать:

— Опасайтесь, Морние Дель исчез, но кто знает... Может, на этот раз он закончит дело.

Мне вспомнилось, как на Совете несколько дней назад Рубин намекал на неверность Римуса Дара. Туманы… Братья Дар действительно могут прятать Морние…

— Вы знаете, где он?

— Откуда же мне знать, — возмутился Минериал. — Морние Дель мой враг, также как и ваш.

Я чуть наклонилась:

— А Фиррел тоже ваш... враг?

Его лицо исказилось.

— Вам следует быть осторожнее в своих словах, госпожа.

За моей спиной раздались шаги. Минериал тут же воспользовался моментом, скользнул мимо меня, задев плечом, и скрылся за дверью зала.

— Лекси? — из-за поворота появился Роуди. Его взгляд, беспокойный и цепкий, скользнул по мне, выискивая малейшие признаки тревоги. — Опаздываем, Инджион ждет. Что-то случилось?

Я встряхнула рукавом, демонстрируя зловещий пузырек.

— Откуда это у тебя?! — его глаза расширились.

— Подарок от «доброжелателя», — скомкано усмехнулась я, ощущая эхо ярости, еще клокочущей внутри. — Обсудим позже… Нас ждет праздник.

Я спрятала афиру в скрытом кармане – так и знала, что он пригодится. Теперь у меня был подарок для Фиррела.

Мы двинулись в сторону зала. Каждый шаг по блестящему паркету отдавался в висках гулом. Шум веселья за тяжелыми дверями нарастал, превращаясь в оглушающий шум – смех, голоса, навязчивая танцевальная мелодия на скрипке и стук каблуков, выбивающих дроби общего танца.

Шум становился все более тяжелым. Я шла, чувствуя на спине несуществующие взгляды, а в кулаке – воображаемую рукоять клинка.

У дверей, ведущих в зал приемов, я остановилась, отчетливо ощущая нерешительность. Там играла музыка, гости уже собрались, они общались и веселились.

— Готова? — спросил Роуди.

Мне захотелось взять его руку и сбежать. Прочь, подальше от внимания и взглядов.

— Отец хотел открыть праздник приветственным танцем. Но, кажется, мы опоздали к началу, — выдохнула я. Еще несколько секунд отсрочки.

Взгляд Роуди задержался на моем лице, легко прочитав все, что я пыталась скрыть – остатки ярости, горечь предательства, усталость от необходимости сейчас надевать маску.

— Подожди, — он мягко коснулся моей руки теплыми пальцами. — Все уже началось без нас. Гости подождут.

Я взглянула на него, и он шагнул ближе, понизив голос до шепота, который перекрывал гул из-за двери:

— Я хочу танцевать с тобой. Прямо сейчас. Вместо Инджиона. Первый танец на этом празднике должен быть наш.

Внутри все перевернулось, и воздух вдруг перестал давить.

— Отец будет в ярости, — прошептала я, сильнее сжимая руку Роуди.

— Пусть. Это я тебя нашел. Этот танец мой по праву.

Он не спрашивал. Он утверждал. И в этой твердости была такая надежная опора, что все тревоги разом отступили на шаг. Минериал, охота, афира – все это существовало в другом, враждебном мире. А здесь, в полуметре от него, был только он и музыка, льющаяся из-за двери.

Часть 9. Принцип вне протокола

Лекси

— Два лета назад в Туманном Разломе исчез свет наших надежд. Но сегодня – он вернулся! Мой свет, моя дочь Лекси Истан-Тур снова с нами.

Голос отца гремел под сводами зала, но до меня долетали лишь обрывки фраз. Я стояла с застывшей улыбкой, кивала в такт его словам, но мысли вихрем проносились в голове. Мой взгляд скользил по толпе, выхватывая детали, которые были важнее речей.

Я видела, как Феир Нави с интересом изучал узор на своем кубке, и думала, когда будет лучше к нему подойти. Я заметила, как Траан Лигхи кивал с чисто придворной, натянутой вежливостью, и его пальцы нервно барабанили по ручке кресла. Я поймала взгляд Дарриана Фиррела — он не смотрел на отца. Его скучающие, холодные глаза были прикованы ко мне. Он изучал мою реакцию, как хищник, ждущий слабины. Этот взгляд заставлял Туманы под кожей тревожно шевелиться.

— Благодарю остров Сильва и императора Траана Лигхи за верность, Огнь-Землю – императора Аркона Таира и посланника Дарриана Фиррела за поддержку.

В этот момент боковым зрением я уловила движение у самого выхода из зала – мелькнула знакомая фигура. Минериал Дар, откровенно не слушая речь, жестом подозвал к себе брата. Римус, суетливый и встревоженный, поспешил к нему. Они что-то быстро обсудили, и оба, озираясь, бесшумно скользнули за дверь.

Сердце замерло. Они что-то задумали. Это не было простой невежливостью – это был побег.

— И каждого из вас – за то, что не дали угаснуть нашему делу. Мы здесь благодаря мудрости и терпению! Мы сильны, пока помним – даже самый жестокий шторм не вечен.

Зал разразился аплодисментами, звоном кубков и торжественными возгласами. Гости улыбались, поддерживая слова предводителя Белых Ветров. Но их улыбки казались мне масками, натянутыми на страх и лицемерие.

Но все тут же затихли, когда отец жестом пригласил меня сказать свое слово. И я сделала шаг вперед, но мысли уже были там, за дверью, вместе с предателями.

Казалось, даже стены замерли. Ветер, летающий под потолком, стал гудеть словно вечно печальный Туум. Гости не знали, что от меня ожидать, и напряженно сжимали кто рукояти парадных клинков, кто кубки с вином. И правильно делали.

— Два лета среди Туманов – ничто. По сравнению с тем, какую боль я чувствую, когда заседает Совет. — Я направила взгляд на отца, и его улыбка вмиг сменилась растерянностью.

В зале повисло напряжение.

— Отец говорил, что Белые Ветра снова начали дышать. Однако, я чувствую дыхание войны на нашем пороге. Терпению рано или поздно придет конец. Сегодня мы должны понять, что время ждать – закончилось. Настало время снова собраться и довести дело до конца.

Среди гостей послышались удивленные вздохи и тихие восклицания:

— Немыслимо!…

— Что же это…

Я снова бросила взгляд на дверь. Они все не возвращались. Это вселяло худшие подозрения. Я заметила в толпе Рубина Тауруса, тот пристально смотрел на меня, но думал о чем-то своем. И я продолжила, уже почти не осмысляя речь, торопясь закончить и выйти:

— Последнее слово… — я взглянула на посланника Огнь-Земли, словно обращаясь к нему, — всегда остается за теми, кто выстоял. Сегодня оно остается за Истан-Тур и Белыми Ветрами.

Первая реакция – неловкое молчание. Что ж… Ожидаемо. Отец первым решил поддержать меня громкими хлопками.

— Аманиста (благодарю), Лекси! Друзья, давайте поддержим нашу непобедимую дочь Белых Ветров!

Все послушно начали аплодировать, но столько сомнений в этом зале не было никогда. «Как же мы справимся с Черными Ветрами?…» — скользнула непрошеная мысль.

— Господа, мы будем рады пообщаться лично с каждом из вас! Не стесняйтесь, подходите!

Едва музыка заиграла, я тут же повернулась к отцу, он приобнял меня за плечи.

— Как обычно – впечатляешь… непредсказуемостью, — в его голосе сквозило разочарование.

Но сейчас было дело поважнее эмоций:

— Отец, я скоро вернусь, — бросила я, уже отстраняясь от него и пробираясь сквозь толпу к выходу. Мне нужно было найти братьев Дар. Сейчас же.

Роуди тут же пересек зал и присоединился ко мне.

— Ты видела? Они словно сбежали, — тихо сказал он, и в его голосе звучала та же тревога.

— Пойдем, выясним, — из толпы к нам вышел Рубин. Он тоже заметил.

Я спиной почувствовала взгляд. Фиррел внимательно следил за нами, отставив в сторону свой кубок.

— Останьтесь в зале, — резко сказала я Рубину. — Присмотрите за Фиррелом. Я узнаю, что задумали Дар.

— Та афира – от Римуса? — еще тише спросил Роуди, наклонясь ко мне.

— Афира?! — прошипел Рубин, его глаза расширились.

Я не стала объяснять, только тихо ответила:

— От Минериала, — и неосознанно бросила взгляд на Фиррела.

Он сделал вид, что общался с отцом. Но по-прежнему наблюдал за мной. Неотрывно, изучающе. Будто пытается вычислить слабое место.

Роуди

Не успел я кивнуть, как Лекси уже растворилась в дверном проеме, преследуя братьев.

— Куда…?! — Рубин было бросился в сторону выхода, но я молниеносно шагнул ему наперерез, преградив путь.

— Рубин, стой, нет...

— С дороги, Ветер, — его голос зазвучал низко и опасно. — Я не буду говорить дважды.

— Пойдешь туда – поднимешь шум на все поместье. Они ее заметят, ты все испортишь.

Он замер, его глаза сузились. Гнев боролся с пониманием. Наконец, он с силой отвел мою руку, но остался на месте.

— На нас уже смотрит Фиррел, — я метнул взгляд в сторону посланника, который с преувеличенным интересом изучал роспись на потолке, явно стараясь не смотреть на нашу небольшую дуэль.

— Туманы..., — он прошипел, отступая, но его взгляд уже был прикован к Фиррелу, а не к двери. — Если с ней что-то случится, Инджион нас...

— Она знает, что делает, — перебил я. — Твоя паника не поможет.

Фиррел о чем-то говорил с Инджионом. В его глазах читалась скука, но взгляд был слишком цепким и оценивающим, чтобы быть искренним. Инджион что-то объяснял, размахивал руками и наигранно смеялся. Политика… Игра, в которой опасность для Лекси все сильнее нарастала, а я – становился все менее эффективной защитой.