Личный ад босса

√1 Влипла!

Солнце сквозь неплотно задернутые шторы било прямо в глаз.

Вероника заворочалась.

Не то.

Снова перевернулась на другой бок.

Опять не то.

Вчерашнее "шампанское-пати" давало о себе знать мерзкой пульсацией в висках и ощущением песка во рту.

– Сука… – прохрипела Вероника, нашаривая в полумраке прикроватную тумбочку. Нашла пульт от жалюзи. Надавила кнопку. Стало еще хуже.

Она ненавидела утро.

Особенно такое.

Поднявшись с постели, девушка поплелась в ванную, оставляя за собой шлейф аромата дорогущих духов, смешанного с запахом перегара. В зеркале на нее смотрела помятая версия самой себя. Круги под глазами, растрепанные волосы и выражение вселенской тоски на лице.

Охренеть просто… – подумала Вероника, открывая кран. Холодная вода немного привела ее в чувство.

Но стоило ей вспомнить вчерашний вечер и “небольшую” аварию, как тошнота подкатила к горлу с новой силой.

– Я влипла… – пробормотала она, глядя на свое отражение. – В какую же ты жопу, Вероника, умудрилась залезть на этот раз?

В голове всплыла картина: она, под градусом, за рулем любимого "Бентли", и этот… этот…

– Козел! – выплюнула она в зеркало. – Самодовольный козел на своей сраной тачке!

И ведь ни капли сочувствия!

Ни тени сомнения!

Просто выписал ей сумму и сказал привезти деньги завтра!

Да кто он вообще такой?

Вероника вышла из ванной, попутно натягивая на себя шелковый халат.

– Маша! – заорала она. – Маша, где тебя черти носят?!

Через минуту в спальню влетела запыхавшаяся горничная.

– Да, Вероника Аркадьевна? Что случилось?

– Случилось! Ты хоть представляешь, сколько сейчас времени?! Почему ты меня не разбудила раньше?!

– Но… вы просили не беспокоить вас до полудня…

– Маша, ты меня бесишь! – огрызнулась Вероника. – Принеси мне кофе и что-нибудь от головы. И найди мне папу! Он где?

– Аркадий Петрович в кабинете, – ответила Маша, испуганно оглядываясь на хозяйку.

– Отлично! Сейчас он у меня попляшет! – прошипела Вероника, направляясь к выходу из спальни.

Аркадий Петрович, отец Вероники, сидел за огромным дубовым столом, погруженный в изучение каких-то документов. В его кабинете царил деловой полумрак, нарушаемый лишь ярким светом настольной лампы.

– Пап! – ворвалась в кабинет Вероника.

Аркадий Петрович поднял голову и устало посмотрел на дочь.

– Вероника, я же просил не врываться… Что-то случилось?

– Случилось! Еще как случилось! – возмущенно ответила Вероника, плюхаясь в кресло напротив отца. – Я, кажется, немного… поцарапала машину.

Аркадий Петрович вздохнул.

– Вероника, сколько раз я тебе говорил…

– Да-да, я знаю! Будь осторожнее", води аккуратнее", ты же девочка! – передразнила его Вероника. – Но дело не в этом! Там… короче, я въехала в какую-то дорогущую тачку! И этот мудак…

– Вероника, следи за выражениями! – перебил ее отец.

– Да какая разница! – отмахнулась Вероника. – Он мне выставил счет! 30 миллионов! 30, Карл!

Аркадий Петрович нахмурился. 30 миллионов – это, конечно, деньги, но для него вполне подъемные. Вот только избалованность дочери его действительно начинала раздражать.

– И что ты предлагаешь? – спросил он, стараясь сохранять спокойствие.

– Что предлагаю? Пап, ну ты же знаешь! Разберись с ним! Заплати! Ну, ты же мой папа!

Аркадий Петрович откинулся на спинку кресла и пристально посмотрел на дочь.

– Вероника, ты думаешь, деньги растут на деревьях? Ты раз за разом творишь какую-то дичь, а я должен все это разгребать?

– Ну, пап! Я же твоя единственная дочь! – Вероника попыталась выдавить слезу, но безуспешно.

– Вероника, это не работает, – устало сказал Аркадий Петрович. – Я заплачу. Но это последний раз. Слышишь? Последний!

– Да, папочка! Конечно, последний! – радостно воскликнула Вероника, бросаясь обнимать отца. – Ты самый лучший!

Аркадий Петрович отстранил дочь и взял в руки телефон.

– Ладно, давай сюда его телефон и эти… реквизиты.

Вероника протянула отцу клочок бумаги, на котором корявым почерком была написана сумма и адрес.

Аркадий Петрович внимательно изучил адрес.

– Интересно… – пробормотал он– Очень интересно…

Что-то в этом адресе ему показалось знакомым…

Аркадий Петрович немного подумав произнес.

—А знаешь, я передумал! Оплачивай ка ты свой долг сама!

Вероника опешила.

—В смысле? Ну па-а-ап.

Нарочито жалобно протянула девушка.

—С этого дня, свои проблемы решаешь самостоятельно. Точка! И твои карты и счета я закрываю до тех пор, пока не вернёшь весь долг!

Отец был непреклонен, несмотря на то, какую истерику закатила ему Вероника.

—И что мне теперь делать?

Прошептала девушка, снова плюхнувшись на свою огромную кровать, поскольку голова разболелась уже совсем не на шутку.