Лира: Тень и Пепел

Пролог. Наследие Серебряного Века

ЛИРА: ТЕНЬ И ПЕПЕЛ

КНИГА ПЕРВАЯ. УСЛОВИЯ ПЕРЕМИРИЯ

Пролог. Наследие Серебряного Века

Они называли это Серебряным Веком. Эпохой, когда дым фабрик смешался с туманом сумерек, а прогресс стал удобной цепью. Триста лет прошло с того дня, когда в Багровом Зале король и лорд пожали друг другу руки, скрепив договор о крови и защите. Сангвис Фоэдус. Кровный Союз.

Теперь от того пакта осталась лишь изнанка. Улицы мегаполиса Нео-Аурелии освещались холодным голубоватым светом ультрафиолетовых фонарей, безопасным для людей и мучительным для тех, кто был вынужден прятаться от дня. В воздухе висела невидимая сеть контроля: частота, подавляющая вампирскую магию, и сигнал, всегда готовый активировать Ошейник Повиновения.

Аристократы вампирских кланов томились в «золочёных клетках» небоскрёбов, их сила стала предметом коллекционирования для нуворишей. Молодые же, те, кто не помнил былой гордости, были «контрактниками». Живой инвентарь. Арендованные тела для грязной работы, ночной охраны или извращённых развлечений. Дампиры виляли между мирами, не принадлежа ни одному, часто становясь надсмотрщиками над своими полукровными родичами.

Но в самых тёмных уголках города, где ультрафиолетовые фонари мигали и гасли, зрело семя гнева. Они называли себя «Кровавые Кружки». И их терпению пришёл конец.

Часть I. ВХОД БЕЗ СТУКА Глава 1. Ржавый Котёл и пароль на двоих

Кофейня «Ржавый Котёл» ютилась в арке заброшенного тоннеля, где сходились три канализационные магистрали. Это место не значилось на картах. Запах был его лучшей защитой: густая смесь прогорклого кофе, плесени, ржавого металла и чего-то ещё, что заставляло случайных прохожих морщиться и ускорять шаг. Того самого медного, сладковатого и горького одновременно, запаха крови.

Барменом, а по совместительству хозяином, управляющим и судьёй, был Гаррет. Мужчина лет пятидесяти с телом, изрубленным невидимыми войнами, и жёлтыми, как у старого волка, глазами. Он выжил там, где другие сгорали. Выжил после Восстания Полуночи, после зачисток, после предательств. Его гильдия «Ржавый Якорь» была не самой крупной, но одной из самых живучих. Они не гнались за славой охотников за головами. Они торговали информацией, устраняли проблемы и иногда - очень осторожно - помогали тем, кого система решила стереть.

Тяжёлая дверь, обитая старым железом, со скрипом отворилась, впустив струю ледяного ночного воздуха и одинокую фигуру.

Посетитель был закутан в длинный, поношенный плащ из грубой, тёмной ткани, без единого намёка на стиль или происхождение. Капюшон наглухо скрывал лицо. Фигура могла принадлежать и юноше, и девушке, будучи лишена явных признаков пола — просто тень, оторвавшаяся от стены.

Гаррет не оторвался от протирания стеклянной кружки, но каждый мускул в его спине напрягся. Его периферийное зрение зафиксировало мельчайшие детали: походка — бесшумная, скользящая, неестественно плавная. Рост — средний. Руки — скрыты в складках ткани. Запах… он сделал почти незаметный вдох. Пыль, старый камень, сухая трава. Ни следа пота, парфюма, человеческого тепла. Нездешний.

В углу, у мёртвого камина, сидели двое: Грим и Эльза. Грим, человек со шрамом через всё лицо и взглядом пустого колодца, замер, прекратив своё вечное занятие — чистку компактного арбалета. Его пальцы застыли на тетиве. Эльза, молодая женщина с усталыми глазами и тонкими, вечно дрожащими руками, резко оборвала тихую беседу и уставилась на нового гостя, как кролик на удава.

Тень подошла к стойке, не издав ни звука.

- Что-то будет? - голос Гаррета прозвучал низко, хрипло, как скрип несмазанной двери.

- Раф, - ответил гость. Голос был тихим, но с металлическим, прорезающим любые шумы тембром. Возраст уловить было невозможно. - С двумя ложками сахара.

В воздухе повисла пауза, густая и липкая. «Раф с двумя ложками сахара». В меню «Ржавого Котла» такого не было. Это был пароль. Старый, почти забытый код, означавший одно: «Мне нужен лекарь. Подпольный. Срочно. И я готов заплатить».

Гаррет медленно поставил кружку. Его жёлтые глаза сузились.

- Со свежим молоком? - спросил он, следуя протоколу. - У нас, знаешь ли, свежего мало. В основном консервированное

Он кивнул, повернулся к закопчённой, шипящей кофемашине - старому гибриду парового агрегата и алхимического реторто-нагревателя. Его движения были размеренными, но мозг работал на пределе. Кто ты? Беглый контрактник? Шпион Ордена? Обезумевший от жажды бродяга?

С потолка капала вода, попадая в ржавую консервную банку. Тик-так. Тик-так

Из-за чёрной, засаленной занавеси в глубине зала донёсся звук. Не скрежет точильного камня, который умолк минуту назад. А сдержанное, яростное бормотание. Голос Кедра.

Гаррет нахмурился. Горячий юнец был проблемой. Проблемой с рыжими волосами, горящими глазами и татуировкой перечёркнутого удавки на груди. Его ненависть была топливом, но и слабостью.

Поставив перед гостем дымящуюся кружку с жидкостью цвета грязной глины, Гаррет отодвинул её.

- сахар уже внутри, - прошипел он. - Может, пройдёшь в уютный уголок? Там… спокойнее пить.

Его взгляд метнулся к чёрной занавеси. Приглашение. Или ловушка.