Love is...

Пролог.

Нейт.

Коппердейл. Конец мая.

Я думал, что возвращение домой вызовет у меня хоть какие-то эмоции. Может, ностальгию, или облегчение. Но, стоя на пороге своего дома, я чувствовал... ничего.

Четыре года в университете пролетели быстрее, чем я ожидал. Окончание учёбы должно было стать важной вехой, но я даже не успел осознать, что этот этап завершён. Возможно, потому что я не знал, что делать дальше. Какая ирония. Четыре года бессонных ночей, тренировок до рвоты, сломанных рёбер — и всё ради клочка бумаги, который теперь кажется ненужным. Эрик говорил, что я сошёл с ума, когда сразу не согласился на предложение «Золотых Львов».

«Тебе надо отдохнуть», — сказал тренер в день выпуска. Может, он прав.

Коппердейл встретил меня влажным, тяжёлым воздухом — классическая майская духота перед грозой. Воздух пах свежей листвой и асфальтом, нагретым за день. Где-то вдалеке гудела машина, лаяла собака, но в целом город оставался таким же тихим и провинциальным, каким я его запомнил. Маленькие улочки, привычные дома с облупившейся краской, местные кафе, в которых все друг друга знают. Даже трещина в асфальте перед гаражом осталась той же.

Я не скучал по этому месту. Оно казалось мне застывшим во времени. Я изменился, а Коппердейл – нет.

Я вошёл в дом, закрыл за собой дверь и на секунду замер. В доме было тихо, почти глухо. Даже слишком. Четыре года назад я мечтал уехать отсюда, а теперь вот стою в этой пустоте.

Знакомая обстановка встретила меня безразличием. Комната была точно такой же, какой я её оставил – те же стены, где до сих пор висят постеры с игроками, которых я боготворил в пятнадцать, та же мебель, даже стопка книг на полке пылилась в том же порядке. Старый футбольный мяч валялся в углу. Всё будто бы ждало меня.

Я сбросил рюкзак, выдохнул и, не теряя времени, начал разминку.

Движение – вот что спасало от лишних мыслей. Пока мышцы работают, разум отдыхает. Пока тело двигается, мне не приходится задумываться о будущем.

Я занялся привычной тренировкой: отжимания, пресс, ещё один подход. На экране планшета, установленного на подставке, усмехался Эрик.

— Ну чё? Почувствовал, как скучал по родному дому?

Я фыркнул, продолжая качать пресс:

— Нет. В отличие от тебя, меня совсем не тянет в родные стены.

Эрик засмеялся:

— Ну ты хотя бы чуть-чуть рад, что вернулся?

Я выдохнул, переходя к следующему упражнению.

— Нет, — бросаю, стараясь, чтобы дыхание не сбивалось.

Эрик ухмыльнулся:

— Кстати, что там с «Золотыми Львами»? Ответил им?

Я задержал дыхание, сделав последнее отжимание, и сел на пол.

— Пока нет. Решил передохнуть и собраться с мыслями. Они ждут моего решения к концу августа.

Эрик закатил глаза:

— Да чего тут думать?! Уже вижу тебя главным нападающим!

Я промолчал. Думал ли я об этом? Да. Но, чёрт возьми, неужели у меня правда не было выбора?

Я знал, что от меня ждут. Что все вокруг уверены: я соглашусь, потому что это мой путь. Потому что я должен.

Но чего хочу я сам?

Ответа у меня не было.

— Кстати, у Тесс на выходных день рождения, — внезапно сказал Эрик. — Ты приглашён! И отказы не принимаются. Мама уже готовит твой любимый пирог.

Я фыркнул, стараясь не выдать своей благодарности за это приглашение.

— Ну раз пирог...

— Посидим чисто по-семейному, как раньше, — продолжал он. — Давай, Тесс будет рада.

Тесс.

Я невольно замешкался. Мы не виделись с момента моего отъезда. В моей памяти она осталась той же девчонкой в очках, и с вечно растрёпанными каштановыми волосами, которая бегала за нами с Эриком по двору, требуя, чтобы её взяли играть.

— А что ей подарить-то? — спросил я, немного неуверенно. — Что она вообще любит?

Эрик задумался.

— Эээ... Честно говоря, не знаю. Ну, купи ей какие-нибудь украшения, она часами перед зеркалом вертится.

Я кивнул, хотя не был уверен, что это подходящий подарок.

— Ладно, что-нибудь придумаю. Увидимся.

Я завершил звонок, убрал телефон и провёл рукой по лицу.

В комнате снова стало слишком тихо.

Я знал, что это будет странное лето. Не потому, что я вернулся в Коппердейл. А потому, что в глубине души чувствовал — что-то должно измениться.

Глава 1.

Нейт.

Дом семьи Хардер.

Четыре года. Четыре долбаных года, а всё, кажется, стоит на месте.

Дом семьи Хардер выглядел так же, каким я его помнил, разве что появилось пара новых горшков с цветами на крыльце. Я сжал в руках коробку с подарком, ощущая, как ладони слегка вспотели.

Какого чёрта я вообще нервничаю?

Дверь скрипнула, и я вошел, бросая взгляд на знакомые фотографии в рамках. Маленький Эрик с разбитым коленом. И... Тесс. Маленькая Тесс с торчащими ушами, в очках с толстыми линзами.

Но она уже не маленькая, верно?

Розовые шары, гирлянды, растяжка «С 18-летием!», а в воздухе витал сладкий запах ванили и выпечки. Значит, миссис Хардер снова испекла свой фирменный яблочный пирог. Где-то на кухне громко играла музыка и звенела посуда. Я двинулся туда, но застыл, увидев её.

Девушка в лиловом платье стояла спиной, наклоняясь к столу. Ткань облегала её талию, подчеркивая изгибы, а длинные каштановые волосы спадали мягкими волнами.

И почему-то у меня вдруг пересохло во рту.

У меня давно не было девушки, и, возможно, именно поэтому я уставился на неё, как голодный пёс на кусок мяса. Или же дело было в другом. В том, как плавно двигались её руки, в том, как изящно очерчивалась линия её шеи.

Кто она? Может, Тесс пригласила кого-то из подруг?

Поставив подарок на комод, шагнул ближе, не сводя глаз с её длинных, загорелых ног. Хотел было заговорить, но внезапно меня накрыло желание подойти ближе, чтобы разглядеть её ещё внимательнее.

Ну что ж, возвращение домой не проходит даром. Лёгкий флирт не помешает, правда?

Я уже практически представил тепло её кожи в своих фантазиях, когда девушка резко развернулась ко мне.

Я замер.

Это была Тесс.

Меня, наверное, можно было сравнить с идиотом, который на полной скорости несётся к краю обрыва и только в последний момент осознаёт, что дальше — падение.

— Нейт?!

Она взвизгнула от радости, а её глаза широко распахнулись. А потом — прежде чем я успел хоть как-то среагировать — Тесс бросилась ко мне, обхватив руками мою шею.

Чёрт. Чёрт. Чёрт.

Я чувствовал тепло её тела, тонкий аромат ванили и чего-то цветочного, но больше всего я чувствовал, как внутри меня что-то холодное упало вниз.

— Я так рада, что ты пришел! — Тесс сияла. — Неужели мамин пирог оказался настолько соблазнительным, что ты решил нас навестить?

Я сглотнул.

— Да, очень... соблазнительный ...пирог.

Я почти застонал от ужаса, когда до меня наконец дошло, что именно я только что думал о Тесс. О малышке Тесс, о сестре моего лучшего друга, о девчонке, которая ещё четыре года назад ходила за нами хвостиком и раздражала нас своими глупыми вопросами.

Господи, Нейт, ты только что мысленно разложил её на этом столе, как последнюю шлюху. Она тебе как сестра. Ты видел, как она в 12 лет ревела из-за прыща. Ты вытирал ей сопли. ТЫ ВЫТИРАЛ ЕЙ СОПЛИ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ! Отвращение к самому себе накрыло меня с головой. Я помотал головой, пытаясь избавиться от мерзкого чувства вины, и глубоко вдохнул.

— Ой, это мне? — Тесс заглянула мне за спину.

Подарок. Точно.

Я поспешно схватил коробку и сунул ей в руки.

— Эээ, да. Тебе, конечно.

Она быстро распаковала коробку и ахнула.

— Это что? Камера?

— Ага. И альбом. — Я пожал плечами. — Подумал, что это твоё последнее лето дома, перед университетом. Будешь фотографировать, а потом пересматривать в студенческие вечера, когда накроет ностальгия.

Тесс медленно подняла на меня глаза, полные восхищения.

— Нейт, это просто потрясающий подарок. Спасибо!

— Да не за что. С днем рождения! — сказал я, глядя на ее восторженную реакцию

— Чур, первое фото с тобой! — воскликнула Тесс, И снова кинулась обнимать меня, направив камеру на нас.

Я застыл, чувствуя, как меня прошибает холодный пот. Это было неправильно. Внутри всё перевернулось, напоминая о том, что буквально пять минут назад я пялился на её ноги и думал... о том, о чём не должен был думать.

Щёлк.

Маленькая фотография выехала из фотоаппарата.

Тесс поднесла снимок ближе, разглядывая мое лицо полное паники.

— Круто получилось, да?

— Наверное... Я пойду поищу Эрика — пробормотал я, всё ещё находясь в каком-то оцепенении.

Я сглотнул, стараясь прийти в себя и направился на задний двор.

Чёрт, мне срочно нужно выпить.

Вот тебе и возвращение домой, Нейт.

Пять баллов за сообразительность

Глава 2.

Тесс.

Мне было десять, когда я впервые увидела Нейта Дэнсона.

Моему брату Эрику, как раз исполнилось 14, он перешёл в среднюю школу и стал заводить новых друзей.

В один обычный день я услышала звонок в дверь и побежала открывать.

На пороге стоял мальчишка. Высокий, худощавый, с растрёпанными тёмными волосами.

— Привет, я Нейт. Эрик тут живёт? — спросил он уверенно, будто мы уже были знакомы.

— Д-да, — выдавила я, поправляя съехавшие к носу очки.

Почему я вдруг так занервничала?

Он выглядел... по-другому. Не так, как мальчики из моего класса, которые устраивали дурацкие догонялки и задирали девчонок. Он казался старше, смелее.

Меня смущало, как он смотрел на меня. Мальчишки обычно не обращали на меня внимания. Я была толстой, с короткими волосами и слишком большими очками, из-за которых меня дразнили «ботаном».

Он посмотрел мне в глаза, затем опустил взгляд на рисунок маленького цветочка на моей футболке.

— Цветочек, а позови Эрика, не хочу портить своей грязной обувью ваш шикарный ковёр, — с ухмылкой сказал он.

Цветочек.

Я почувствовала, как щеки начинают гореть, я кивнула и быстро побежала наверх, спотыкаясь о ступеньки. Сердце колотилось так, будто я бежала кросс на уроке физкультуры.

Почему он так меня назвал?

Это было просто слово. Но почему от него у меня сжалось в животе, а в груди появилось странное щекотное чувство?

— Эрик! Твой друг... Нейт... ждёт! — выпалила я, врываясь в его комнату.

Брат закатил глаза, не отрываясь от любимой компьютерной игры:

— Не ори, Тесс. Я не глухой.

Когда мы с братом спустились, Нейт уже сидел на краю дивана, вертя мяч в руках. Его кроссовки, вопреки словам, были безупречно чистыми.

— Привет, Нейт! Не сильно Тесс тебя донимала?— усмехнулся Эрик, скосив на меня взгляд.

Я почувствовала, как внутри что-то сжалось.

Пожалуйста, скажи, что я тебя донимала, что я хоть как-то тебя задела, что ты хоть на секунду обратил на меня внимание.

Но Нейт только пожал плечами и улыбнулся.

— Да нет, мы с Цветочком очень даже подружились. Правда же? — Нейт подмигнул мне, и я почувствовала, как земля уходит из-под ног.

Он назвал меня снова.

Цветочек.

Я знала, что он просто шутит, но от его взгляда мне захотелось провалиться сквозь землю. Я чувствовала себя глупой, маленькой, нелепой девчонкой, которая ни за что не будет ему интересна.

Я просто молча кивнула, не зная, что сказать.

— Ну тогда пошли, пока дождь не начался, — сказал Эрик.

— Бери Цветочка с собой, будет судьёй, — усмехнулся Нейт, кивая в мою сторону.

Я не знала, радоваться мне или обижаться.

Меня взяли с собой.

Этот день был тёплым, воздух на школьном стадионе пах свежескошенной травой. Ребята гоняли мяч, бегали, смеялись, а я сидела в стороне, наблюдая за ними.

Наблюдала за Нейтом.

Он будет называть меня Цветочком долгие годы. Будет теребить мне волосы, играть со мной в приставку, снимать меня с дерева, когда я сама не смогла слезть, будет говорить, что он с Эриком, будут всегда меня защищать.

А потом... потом он просто уйдёт.

Уедет в свой чёртов университет и оставит меня позади.

И теперь, он вернулся.

Вернулся и не узнал меня..