Ловить луну в стоячей воде

1. Начало пути. Столица государства Май Цзя

Линань была великой столицей, расположенной высоко в облаках. Она находилась даже выше самых высоких гор, исследованных людьми в настоящее время. Цвета, насыщавшие каждый переулок, были плавными, а оттенки — нежными и возвышенными. Строения вызывали чувство чего-то неземного, прекрасного, что сразу указывало на принадлежность к мифическому, нереальному месту. Всё почти так и было, потому что великую и огромную столицу населяли не люди, а небожители и их преемники.

Различные боги обитали в этом месте уже многие столетия и мирно сосуществовали между собой, исполняя молитвы людей.

Но были и такие, которые не успевали насладиться сладкой жизнью без забот, ведь столица не держалась на воле божьей, как бы иронично ни звучало. Для поддержки огромной территории приходилось растрачивать много сил. На границах находились высокие столбы света, ежедневно пожиравшие тонны энергии, которую боги, назначенные на эту должность, преподносили. Эти божества считались покровительствующими и особого влияния не имели, но ценились на своих территориях как многоуважаемые господа.

Младшие служители неба жили не в само́й столице, а в строениях на вершинах гор. Они несли обязанность охранять и оберегать место от надоедливых демонов и алчных людей, которые погружались в эти путешествия с головой и бросали все, чтобы достичь своей цели — попасть в столицу и жить беззаботно среди высших существ. Увы, это считалось невозможным: единственный способ подняться в столицу — путь вознесения, который был довольно сложен и требовал с ранних лет упорства, но людей это не останавливало.

Всё началось с того, когда простой люд некогда увидел персон в изысканных одеждах, что спускались с гор и называли себя богами. Никто точно не знал, правда ли это и стали бы настоящие боги бахваляться своим происхождением, чтобы получить сразу хорошее расположение к себе.

Начали распространяться слухи о том, что можно стать небожителем, лишь добравшись до небесной столицы. Врата в которую были расположены на вершине той самой горы. Постепенно эти сплетни стали повсеместной легендой, которая укоренилась в умах и сердцах людей. Её передавали из поколения в поколение, всё с бóльшими прикрасами и деталями, но, как ни странно, та не потеряла своей изначальной сути — взобраться на гору и стать богом. Некоторые смельчаки, по своей наивной дурости, поверили, что можно с легкостью добраться до обители богов, ведь путь на вершину горы был довольно прост для них. Это стало большой и дорогостоящей ошибкой. Многие так и не вернулись, погибнув либо по пути, либо после поединка с менее сильными небожителями, посланных туда на патруль или охрану врат.

По иронии судьбы две столицы находились в одном и том же месте, только одна возвышалась над облаками, а другая среди гор и рек.

Человеческая столица носила название Сиань и находилась в великом государстве, именовавшемся Май Цзя. Оно славилось своими прекрасными видами, хорошей выпивкой, которую не найти ещё где-либо, вековой историей и традициями. Насколько это преувеличивалось, сложно сказать, но отчасти — правда. Государство было процветающим и спокойным. Стало оно таким впоследствии революции, поменявшая всё раз и навсегда. Изменилась политика страны так, что в итоге всего за четыре года государство встало с колен и продвинулось к успеху. А также полностью стало таким, каким его можно увидеть сейчас. Возможно перемены готовилась годами, за кулисами, где велись постоянные подготовки. Возможно сотни великих умов приложили к этому свои руки, однако до простого люда это всё не дошло.

Чужеземцы, которые когда-либо слышали об этом государстве, сразу задавались вопросом, какой же император правит так благополучно.

А правил великим государством никто иной, как дочь почившего императора Си Вея, Си Ши — двадцати четырех летняя, несказанно красивая девушка, умная не по годам, точно мудрейшая из небожительниц.

Поговаривали, у неё имелись свои связи в Линань, поэтому она и была так успешна. Но, кто бы что ни говорил, это всего лишь слухи. Всем и так было известно, что обратиться к богам может лишь Верховный Жрец. В случае, если молитвы обычного люда не были услышаны, он сжигал благовония в дворцовом храме, который являлся ближайшими вратами к богу, и читал мантры разных путей.

Это и происходило в последнее время по отношению к двум небожителям покровителям рода. Сколько бы они ни молились, просьбы или выполнялись через раз, или не были услышаны вовсе.

Этими двумя богами являлись брат и сестра, Боги Бедствия и Природы.

Кто-то просил о лучшем урожае, кто-то о лучшем росте деревьев, чтобы можно было спрятаться от жары в тени раскидистых ветвей, о более зелёных и сочных лугах на пастбищах. На дворе стояло самое тёплое время года, жаркие дни убивали всю работу на полях, и люди не могли слишком долго там работать.

Все эти требования предназначались богине Природы – Мэйли.

А вот к её брату требования были просты: погодные явления не должны усложнять жизнь смертным. Он мог разразить сильнейшую бурю, сжигать поля и леса, устраивать землетрясения и наводнения. Из-за таких способностей люди содрогались в ужасе. Если они не будут молиться и как следует почитать его, то не будет ли господин разгневан?

Поэтому большая часть верующих молилась из страха, другая же желала несчастья простому люду, своему врагу. Почти не было того, кто бы любил его и проявлял должного уважения без задней мысли.

Только вот, кажется, этот Хайян Фэнбао, как называли Бога Бедствий, находился не в настроении последнее время. Всё больше было слышно новостей о бурях, что сносили деревья и уничтожали дома. Всё чаще происходили землетрясения и наводнения на границах государства. Люди стали страшиться гнева божества. Некоторые благодарили за то, что гнев его разразился не суровой зимой, а в теплое время года. Но всё-таки от этого зависел их будущий урожай и не факт, смогут ли они после такого прожить зиму с заморозками.

2. Безумный юноша, осмелившийся наговорить на богов

— Барышни, зачем устраивать балаган среди ясного дня? Лучше скажите, к чему такая очередь собралась?

После заданного вопроса воцарилось молчание. Может, женщины от возмущения подавились воздухом или же лишь залюбовались юношей, который посмел прервать их акт «правосудия». Этим наглецом оказался высокий стройный парень, примерно лет двадцати или чуть больше, но точно до тридцати не дошел ещё.

Несмотря на то что такой еще довольно молодой цветок посмел прервать эту беседу, женщина с ребенком не была зла, она любила отстаивать свою точку зрения, но не получать по лицу, так что была благодарна этому незнакомцу. А вот остальные два участника явно не испытывали восторга, это читалось по их лицам.

Но даже так девушка, которая оказалась схвачена, не спешила высвободить свою руку из крепкого захвата. Да и логично это, ведь не каждый день встречались такие красивые юноши. Кроме роста, у этого незнакомца были роскошные длинные светлые волосы: не белые, а ближе к блонду. Ясные выразительные зеленые глаза смотрели на девушку с недовольством. Она лишь представила, как бы могли эти глаза смотреть на неё с теплотой, с горящей страстью, и её уже бросило в дрожь, а щеки приобрели розоватый оттенок.

Стоять так дальше было невозможно, ведь всё-таки уже собралось много желающих поглядеть на эту заманчивую картину. Парень вздохнул и убрал свою руку с запястья виновницы, поглядел на неё из-под полуопущенных ресниц и наконец сказал, оборвав тишину:

— Ответа, видимо, я сегодня не дождусь, да? Спрошу еще раз. Что за сборище людей в такую жару?

От резкой смены атмосферы женщины начали говорить, перебивая друг друга и создавая балаган, но в итоге так и не выдали ничего полезного. Юноша хоть и был терпелив, но в последнее время пребывал в скверном настроении, которое менялось довольно быстро. Сейчас он еле сдерживал себя, когда в разговор вмешался маленький мальчик, что спас всех:

— Господин, мама мне сказала, что эти все люди хотят получить аудиенции у жреца во дворце, дабы обратиться к Мэйли и… и…

— Хайяну Фэнбао? — перебил юноша мальчика, видя, что тот мямлит, не зная, как выразиться.

— А! Да! Чтобы он не разрушил наш дом в приступе злости. Вот… Я… я сказал что-то не так? — уже тише добавил мальчик, испугавшись взгляда незнакомца. Теперь эти глаза сурово смотрели куда-то вперед, где перед вратами на страже стояли люди в форме.

Неожиданно один из них вышел из прохода и быстро встретился взглядом со светлыми глазами юноши. Или, может, ему так показалось с расстояния. Но, после того как стоящий в начале что-то сказал, люди стали недовольно расходиться. Вскоре весть достигла и конца очереди: придворный Жрец больше не принимал людей сегодня. Многие женщины и дети просидели тут с самого утра, но пришлось разойтись по домам, так и не добившись своей цели.

— Какой же это жрец, раз в середине дня уже никого не принимает? — задумчиво произнес незнакомец, глядя в даль, на дворец, скрываемый за массивными железными воротами. Тут ему не пришлось спрашивать дважды, чтобы получить ответ. Та самая женщина, являющаяся матерью ребенка, сказала:

— Уважаемый, большинство из нас хотели аудиенции по причине переживаний о наших домах и полях. Жрец устал слушать одно и то же… Видимо, мы его рассердили.

Светловолосый внимательно слушал всё, но в итоге сказал лишь короткое «ага», замолчав на некоторое время. И, только когда женщина взяла за руку сына, чтобы удалиться, вновь заговорил:

— Хотите сказать, что этот, так называемый, Хайян Фэнбао настолько безжалостен, что по настроению выбирает регион и уничтожает всё, что ему не нравится?

— А… Ну, если вы так поставили вопрос… Многие о нем именно такого мнения. Тем более сейчас, на севере отсюда, начались непрерывные бури и землетрясения.

— О, интересно, интересно. А с чего все решили, что это его рук дело, а не каких-то там мелких Богов Погоды или Земли, что толком ничего и не умеют? — В его взгляде читалась еле заметная издевка и неприкрытая вражда по отношению к ним.

— Да что вы такое говорите, уважаемый? Разве вы не боитесь кары небес? — тихим голосом добавила женщина, будто боясь быть услышанной небесами.

— Ха. Ещё чего. Благодарю за столь увлекательный рассказ.

Широко улыбнувшись, юноша первым поспешил удалиться с места событий подальше. Его действительно развеселили эти слова. Простой люд имел явно завышенное мнение о небожителях.

А тем временем мать и сын остались на месте. Женщина с удивлением смотрела вслед юноше, который сейчас в её глазах казался безумцем. А мальчик просто ждал маму, не понимая развернувшейся ситуации.

Безумец же пребывал в более лучшем настроении, потому прогулочным шагом вышел за пределы столицы и ближе к вечеру добрался до своего дома, который находился на небольшом горном склоне среди леса, недалеко от столицы.

Рядом располагалась маленькая речка, где можно было спокойно искупаться в жаркий летний день и даже поймать кое-каких рыб, которыми возможно полакомиться вечером. Подумав об этом, юноша направился к берегу и поймал несколько, затем принес их в дом.

Обстановка внутри была тихой и спокойной. Всё выглядело не слишком роскошно, но и не бедно. О таком говорят: «Просто и со стилем». Жить с комфортом можно было не только в столице, но и в таком простом доме, расположенном где-то в лесу. Самое главное — не где, а с кем, так всегда думал таинственный незнакомец, живший со своей сестрой в этом месте. Сейчас он открыл дверь, довольно улыбнувшись.

— Я дома!

3. Волнение доводящее до безумия

— Я дома! — воскликнул юноша, переступив порог дома. Никто не отозвался в ответ, отчего стоящий у входа заволновался и прошел глубже в дом, по пути оставив свой улов на столе в кухне. Когда он прошёл в небольшую гостиную, первое, что бросилось в глаза, — это ярко-желтые цветы в прозрачной вазе, нарциссы. Они были любимыми цветами Лю Минь, сестры юноши.

Лю Минь являлась очаровательной девушкой, с черными, как воронье крыло, волосами и светло-карими глазами, которые красиво светились и блестели на солнце… Но, увы, это осталось в прошлом. В настоящее время радужная оболочка потускнела, а глаза девушки ничего не видели. Так уже продолжалось года три, этот будет четвертым с того несчастья, что пережила девушка, вследствие которого она осталась сиротой.

С тех самых пор о девушке и заботится юноша, уже ставший ей родным братом. Молодой человек делал всё для благополучия своей сестры, даже предлагал ей переехать в более хороший дом в столице, однако Лю Минь постоянно отказывалась и говорила, что тут, посреди леса, ей спокойнее и куда уютнее, чем в шумной столице.

По большей части это связано было с тем, что до смерти родителей она и так жила в довольно далекой и тихой местности. По правде говоря, дева вообще предпочла бы никуда не уезжать, а оставаться в родных краях. Однако брат настоял на переезде поближе к столице, аргументировав это тем, что, чем дальше от несчастного места, тем лучше. Деве Лю не оставалось иного выбора, как согласиться на эту поездку.

Юноша отвел взгляд от вазы с цветами, осмотрел комнату на присутствие других людей. Никого не оказалось, тревога никуда не ушла. Он ещё раз позвал девушку:

— Сестрица Лю, ты дома?

Голос еле заметно дрожал от нарастающего волнения, мысли стали хаотично путаться, создавая ужасную картину в голове. С тяжелым сердцем юноша вышел из гостиной и поспешил к комнате сестры. Остановившись у двери, он чувствовал и даже слышал собственное сердце. Рука, готовая постучать в дверь, поднялась, но в нерешительности застыла. Картины перед глазами не спешили пропадать, а волнение — уходить. Когда молодой человек набрался сил, стук в дверь всё же раздался. А вот ожидаемого ответа не последовало…

Не выдержав, юный парнишка открыл дверь в комнату сестры и обнаружил ее, лежащей на кровати. Кажется, она спала. Увидев это, братец девы Лю успокоился и вздохнул. Даже улыбнулся своей панике, захлестнувшей его пару минут назад. Чего это он так разволновался? Должно быть, последние события, произошедшие в его жизни, сильно задели психику, и теперь он жутко беспокоился за близких ему людей.

Пока юноша успокаивался и смотрел на спящую девушку, та успела скинуть одеяло с себя на пол. Младший брат умилился этой картине, с легкой улыбкой на лице подошел поближе и бережно укрыл ее одеялом. Немного постояв, он решил поцеловать в лоб свою милую сестру, и тогда его недавно восстановленное спокойствие тут же рухнуло и рассыпалось на миллион частиц, будто витраж.

Лоб у девушки горел, и только сейчас молодой человек увидел, что и лицо её было довольно-таки красным.

Успокоившись через силу, юноша принес таз с прохладной водой и тряпку, которую, как следует намочив и выжав, чтобы не капало, опустил на лоб сестры. Закончив с этим, он быстрым шагом вышел из дома и стал спускаться к главной дороге, ведущей к столице, чтобы оттуда вызвать лекаря, который не один раз им уже помогал.

Выйдя наконец к тропинке и пройдя некоторое расстояние, молодой парень почувствовал, что в него кто-то врезался, и он инстинктивно поймал того человека, не позволив упасть, и лишь потом взглянул, кто же это всё-таки был. Оказалось, что это тот самый мальчик, встреченный в столице сегодня. Отпустив его, парень всё же поинтересовался:

— О, мальчик, а ты чего тут ходишь в такой час?

— М? А! Это же ты тот герой сегодняшний!

Услышав такое о себе, «герой» не смог сдержать смеха.

— Ничего подобного, просто случайный прохожий. Где твоя мать?

— А, она позади идет. Матушка сильно устала и приказала мне идти вперед, мы направляемся домой.

— Хм… В такой час опасно возвращаться. Ах! Ты уж прости малец, я спешу к лекарю: моей сестре плохо.

Юноша уже хотел было дальше пойти по тропинке, но его задержали, схватив за рукав.

— М-м… Постойте… Я… я быстро бегаю… схожу к лекарю за вас, а вы, пожалуйста, помогите моей матушке… Примите нас на ночлег… Наша деревня ещё далеко, я волнуюсь за свою мать.

Молодой человек сильно удивился такому предложению, этот маленький ребенок, на удивление, оказался способным.

— Хо-хо, хорошо, малец, смотри мне тогда — не подведи. Лекарь живет рядом с лавкой, имеющую вывеску с травами. Найди его там и скажи, что деве Лю нездоровится.

Мальчишка кивнул и побежал вперед, а другой пошел следом, чтобы помочь матери. Сестра Лю вечно учила его, что нужно быть добрыми с людьми и помогать им. Он, конечно, и сам это знал, но всё же, не помогать же всем подряд?

Пройдя немного по тропинке, юноша заметил, что мальчика уже и не видно, и изумился, подумав: «Не соврал малец, действительно быстро бегает. Хорошо быть молодым».

Наконец, увидев женщину, он подошел к ней и объяснил ситуацию. Мать тоже была удивлена, но согласилась с тем, что ночлег им понадобится.

Обговорив всё, молодой человек опустился на корточки, позволяя женщине залезть на его спину, казавшуюся сначала не очень крепкой, ведь она была настолько уставшей, что не смогла бы самостоятельно и шагу ступить. Парень выпрямился, твердо стоя на ногах, а затем направился к дому.

По пути никто не говорил. Может, это произошло из-за усталости женщины и наличия совершенно других мыслей в голове юноши. Первым он не хотел начинать разговор. Ему это было не нужно. Однако на полпути старая матушка не выдержала и вновь завела тему о небожителях, которая была поднята днем в столице. Несший ее парень не желал поддерживать эту тему, поэтому лишь слушал, не отвечая. И только на следующий вопрос удостоил женщину ответом.

4. Лекарь ставший родным

— Молодой господин, позвольте узнать имя того, кто спасает мою ничтожную жизнь? — слабо улыбнулась женщина измученной улыбкой. Юноша, несший её на спине, этого, конечно, не видел, но он знал, что она крайне измоталась за дорогу, которую проделала сюда, и приподнял уголки губ, потому что, несмотря на усталость, эта дама всё ещё хотела поддержать разговор, затем мягко сказал:

— Моё имя? Ничего такого, имя моё Хуа, а фамилия Хэ.

— Хэ Хуа… — себе под нос сказала женщина, будто если сама произнесет, то лучше поймет услышанное. После вновь улыбнулась. — Хорошо, господин Хэ. Благодарю ещё раз за оказанную милость.

Хэ Хуа улыбнулся, открыл было рот для того, чтобы что-то сказать, но тут же передумал и закрыл обратно. Нечего было более тут добавить. Эти действия остались не замечены женщиной, имя которой так и было неизвестным, ведь юноша даже не удосужился спросить его или же это особо и не интересовало его.

Остальной их путь снова прошел в молчании. Юный Хэ вернулся к мыслям о своей сестре и состоянии, в котором оставил её.

Вскоре они дошли до небольшого домика. Парень опустил даму на землю и открыл дверь, пропустив женщину, чтобы она вошла первой, и уже следом зашел, закрыв дверь. Гостью он повел в гостиную, где предложил чаю. Так как женщина согласилась, то следом направился на кухню, оставив её осматривать помещение вокруг себя.

Тем временем в столице маленький мальчик бежал по улицам, ища ту самую лавку лекаря. Дороги всё ещё были освещены маленькими фонарями. В окнах таверн и гостиниц горели свечи и виднелись тени людей. Город пока и не собирался уходить спать, чтобы оставить улицы пустыми и шум ветра единственным звуком.

Наконец, отыскав ту самую лавку, мальчик поспешил войти, но столкнулся с хозяином, который уже закрывал дверь. Мужчина посмотрел на мальчика и слегка раздражённо принялся его прогонять:

— Мальчик, чего тебе? Я уже закрываюсь, если ничего серьезного, то не трать моё время.

День у этого лекаря точно не задался, обычно он был приветливым и добрым, любил детей. Вот только в раздражении его лучше не видеть.

— Господин лекарь, меня послали к вам сказать, что деве Лю нездоровится…

Когда мужчина услышал это обращение, его лицо смягчилось и тут же сделалось взволнованным. Лекарю всегда было жалко этих детей, а особенно девушку: она была очаровательной, и когда он её увидел впервые, то даже захотел выдать своего сына за неё замуж. Но, только узнав, что она слепа и слаба здоровьем, он усомнился, понравится ли вообще его сыну такая кандидатура. Девушка была хорошей, воспитанной, скромной, предпочитала жить там, в лесу, хоть лекарь и предлагал пожить у него: сын в другом городе, и мужчина сейчас один с женой. Возможно, он питал надежды, что та сможет чему-то научить деву, однако Лю Минь отказалась со словами, что в столице ей не спокойно, слишком шумно.

И, собрав всё нужное, мужчина уже направился к стойлам у своего дома и вывел оттуда коня. Так будет быстрее, да и ноги уже не те, чтобы такие расстояния пешком проходить.

Верхом на коне лекарь с мальчиком быстрее добрались до нужного им дома. Но даже так путь их занял около получаса. За это время Хэ Хуа, казалось, потерял где-то половину своих нервов, ожидая лекаря и сильно волнуясь за свою дорогую сестру.

Несмотря на то что она была ему не родной и их не связывали кровные узы, он дорожил девушкой и хотел ей лишь добра и мирной спокойной жизни. Поэтому даже согласился на проживание в таких условиях, далеко от развлечений в столице, хотя это вовсе не мешало ему ходить туда, развлекаться и узнавать свежие новости, которые можно было с легкостью услышать в чайных домах.

Никто никогда не задавался вопросом, откуда у них деньги, ведь оба не работали, но всё же юноша честно покупал продукты на рынке. А может, у них свои сбережения остались и им пока достаточно.

Лекарь постучал в дверь, чем вывел Хэ Хуа из тревожных размышлений. Он открыл её, пропустив мужчину внутрь, и тот сам проследовал в нужном направлении, будто бывал тут уже сотню раз и это место стало ему домом. Хотя, на самом деле, оно так и было — мужчина часто наведывался в гости к девушке, чтобы проверить её состояние.

Вот и сейчас, сняв свою сумку, он положил её на стол, подошел к кровати, где и лежала больная дева Лю, и приступил к осмотру без лишних формальностей. Лекарь уже привык к этому, но раньше всегда соблюдал правила приличия и этикет, отчего юноша

злился и торопил мужчину.

После недолгого осмотра мужчина поднялся и прописал новые лекарства, которые было бы хорошо принимать в этот период года для укрепления иммунитета. Благо, они не являлись слишком дорогими, но даже так лекарь бы всё равно продал их в полцены, чтобы только помочь деве Лю.

— Господин, что-то серьезное? — обеспокоено спросил юноша, переместив взгляд с бледного лица сестры на врача, и тот похлопал его по плечу, успокоив:

— Ох, господин Хэ, вы слишком волнуетесь. Может, вам прописать чай на успокаивающих травах? Одна моя пациентка пьет, ей хорошо помогает перестать нервничать.

Хэ Хуа остался поражен такому и не знал, что и сказать. Попытавшись себя сдержать, он натянул улыбку и вежливо сказал:

— Господину лекарю нет нужды заботиться о моих нервах, с ними всё в полном порядке, не утруждайте себя.

— Я всё же оставлю вам рецепт, так, на всякий случай. У вашей сестры ничего серьезного, лишь сезонная простуда. Выпьет лекарство, и пройдет через пару дней.

— Хорошо. Благодарю, — кратко ответил юноша, уже выходя из себя из-за проделок этого мужчины. Внешне он ещё держался и выглядел спокойным.

Когда они попрощались, в доме вновь воцарилась тишина. Гости не хотели сильно шуметь, чтобы вдруг не разбудить юную деву Лю, поэтому вели себя тихо, а Хэ Хуа, в свою очередь, погрузился в размышления, не замечая ничего вокруг. Спустя минут десять он вспомнил о гостях, а также, что неприлично вот так их оставлять, поэтому вернулся к ним в гостиную и вновь подал чай и пряники, ведь ребенок еще не ел.

5. Сон терзающий душу

Хэ Хуа, услышав слова маленького мальчика, пришел в оцепенение. Он совершенно не ожидал услышать подобное от такого человека, как он. Тот казался простым сельским ребенком, неужели он мог видеть ауры людей? Возможно, у него еще даже был шанс стать великим заклинателем, если вовремя отдадут в какую-нибудь духовную школу? Чтобы точно быть уверенным, что не ослышался, парень попросил ещё раз повторить слова.

— Я сказал, что вокруг этой девушки витает демоническая аура, — совершенно обыденно сказал малец, глядя в неопределенном направлении.

— Ха, а ты неплох, у тебя есть прирожденный талант. Ты прав, моя сестра пала жертвой заклятья демонов и в итоге лишилась зрения.

— А вокруг вас, господин, я не могу заметить ничего подобного…

Хэ Хуа одарил мальчика улыбкой и потрепал по волосам, сказав необычайно мягким тоном для него:

— Ты ещё слишком мал, я обычный человек, поэтому ты и не видишь ничего такого.

Услышав это, глаза мальчика вдруг засияли надеждой, и он воодушевлено произнес:

— Господин, господин, это значит, что я смогу стать куда сильнее, когда буду старше?

— Это вполне возможно, если ты только поступишь в подходящую духовную школу. Там, конечно, будет нелегко, но ты сможешь стать уважаемым бессмертным, которым будут восхищаться другие.

— А когда я смогу вступить в эти школы?

— Обычно с тринадцати-четырнадцати лет уже принимают. А тебе, кажется, и двенадцати нет, я прав?

Потенциальный будущий заклинатель смутился и кивнул.

— Вы правы, мне всего десять.

— Всё еще впереди, до тринадцати ты можешь повысить свою выдержу и улучшить другие свои качества, чтобы в практиках тела и духа тебе было легче.

— Господин, а вы не могли бы помочь мне с этим и потренировать меня?!

— Я весьма плохой учитель… Но если ты пойдешь в ближайший храм и помолишься за благополучие моей сестры, то я могу и подумать.

Женщина, которая всё время молчала, сейчас обеспокоенно обратилась к своему сыну:

— А-Лин, ты уверен, что хочешь этого? Мне будет тревожно, если ты будешь далеко от дома в таком возрасте.

— Да, мама! Я хочу стать сильнее и устроить нам лучшую жизнь! Господин Хэ, мы ведь сможем жить лучше, если я стану заклинателем?

— Всё зависит от твоих усилий. Будешь усердно стараться — сможешь жить лучше.

— Только я совсем не знаю, где искать эти самые школы…

— Ну, их довольно много. Главное, выбрать хорошую секту. Если ты хочешь недалеко от дома, то секта Цветущего Пиона — хороший вариант. Там изучают стрельбу из лука и владение мечом. А также духовную практику, основанную на врожденной духовной силе человека. Люди там довольно искренние и открытые. Почитают богов и придерживаются традиций.

— Господин Хэ так много знает, неужели он также принадлежит к одной из сект духовных школ? — почтительно обратилась женщина.

— Да, но увы, в своей школе я давно не бывал, она пришла в запустение и вскоре распалась. Секта Гремящего Грома была великой школой… Увы, ее постиг такой плачевный исход.

Под конец своей речи Хэ Хуа вспомнил далекие дни, проведенные с соучениками в своей секте. Днями напролет они тренировались, мечтая о будущем… И вот оно каким оказалось — члены некогда великой секты сейчас разбрелись по свету кто куда.

— Ох… Мне так жаль. А чего же вы не вступили в другую секту?

— Моя дорогая сестра слишком слаба и не подходит для этого, мне не хотелось причинять ей неудобства. Деньги у нас пока есть, и мы можем протянуть тут ещё какое-то время. Теперь прошу извинить меня, я откланиваюсь: усталость свалилась на меня неожиданно.

— О… Да, конечно, спокойной вам ночи, господин.

— Благодарю, вам также приятных снов.

С этими словами Хэ Хуа вышел из гостиной, закрыв за собой дверь. Тяжело вздохнув, он зашел к себе, разделся и обессилено рухнул на кровать. В мгновение ока сон накрыл его с головой, но жаль только, что он был отнюдь не спокойным, а пропитан кошмаром далеких лет.

Высокая гора возвышалась над другими, выделяясь своей красотой и неприступностью среди других, более маленьких гор в округе. Казалось, на ней никто не жил и она давно не служила людям в чем-либо, оставив суетный мир позади.

У подножия рос кленовый лес, озаряя своей красотой всё вокруг. Жаль, эту красоту некому было увидеть.

Всё выше и выше, почти до самой вершины, простирался лес из высоких деревьев с лианами, редкие мелкие животные использовали их как скамьи и вели оживленные беседы между собой.

Поднявшись чуть выше в намеренных поисках, можно было найти одинокую тропу, которая вела через ряд деревьев, поднимающихся ввысь. В конце тропинки во всей красе представала величественная каменная арка. Пройдя через неё, тропинки уже было не видать, зато появлялись более широкие каменные ступени, ведущие вверх, на самую вершину горы.

Именно по этим ступеням сейчас и ступал юный путник. Солнце нещадно палило, отчего казалось, что проделать такой путь довольно сложно, однако юноша шел как ни в чем не бывало, укрываясь от солнца под капюшоном плаща.

Он всё шел и шел. Создавалось такое ощущение, что ступени никогда не закончатся и будут бесконечно идти наверх, обрывая все надежды на достижение цели. Однако спустя минуту стало видно крышу большого здания с черной черепицей. Когда ты поднимался на последнюю ступень, сразу становилось понятно, что здание это занимало бóльшую часть площади, вытесняя остальные дома, строение которых явно тускнело на фоне дворца Шилэ.

Так называлось главное здание всемирно известного пика Гремящего Грома.

Черная черепица надежно и ответственно выполняла свою роль, закрывая дворец Шилэ от упрямых солнечных лучей, оставляя внутри приятную прохладу летом, из-за чего зимой было холоднее.

6. Тренировки. Хороший ли учитель этот заклинатель?

После такого сновидения о продолжении сна и речи не могло идти. Старые воспоминания, казавшиеся блеклыми от времени, вновь всплыли в памяти и обрели краски, да ещё и такие яркие, будто это было только вчера.

Хэ Хуа кинул взгляд на свою сестру, которая мирно спала. Было видно, что жар спал и ей намного лучше, от этого факта стало определенно лучше. Улыбнувшись, он отвел взгляд и аккуратно вышел из комнаты, так же тихо пройдя мимо зала, где спали гости. Этот маленький мальчик напоминал юноше себя в детстве, Хэ Хуа хотел помочь ему хоть чего-то добиться, чтобы такой потенциал не пропадал зря. С такими мыслями он и дошел до двери, ведущей наружу, но неожиданно не захотел открыть её, будто боялся, что там, за ней, то далекое прошлое, а не спокойная ночная атмосфера, сохранявшаяся на окраине леса. Поборов этот странный страх, юноша всё-таки открыл дверь, запустив в дом прохладный свежий воздух.

Снаружи луна еще ярко светила, освещая ночное небо и играя бликами на поверхности речки, к которой и направился потерявший сон человек. Даже звезды казались сегодня ярче, отчего стали ещё более обворожительными и привлекающими к себе взор. Рассматривание ночного неба приносило спокойствие и умиротворение; тревожность, оставшаяся после сна, стала медленно проходить, утекать сквозь пальцы, будто вода, и вновь превращаться в те далекие события, происходившие однажды.

По правде говоря, после того рокового дня Хэ Хуа стал всё реже появляется на горе. Даже сейчас он не мог набраться решимости и посетить то место, точнее, его останки, если там уже не построили новую школу со своей историей и знаниями. К чему ворошить прошлое зря? Всё давным-давно прошло, даже чувство вины осталось, как давний отголосок, мучивший его однажды.

В раздумьях о прошлом и прошла оставшаяся часть ночи, всё это время Хэ Хуа сидел, уставившись на речку, но он словно смотрел сквозь неё, настолько погрузившись в себя и не заметив восхода солнца. Очнулся он только спустя минут десять и поспешил обратно к дому. Впереди предстояло ещё много дел и планов, а вот сколько осталось времени — неизвестно, нужно дальше заниматься поисками, оповестив для начала сестру и нагло попросив присмотреть за ней ту женщину хотя бы до обеда. Тщательно всё обдумав, юноша решительно толкнул дверь и вошел вовнутрь, где сразу начал ощущаться легкий запах еды.

Это был приятный аромат, чем-то напоминавший домашний уют, где вся семья собиралась за одним столом и мирно ела, обсуждая последние события. Такого в жизни молодого господина Хэ давно не было, да и он не скучал, ему хватало сидеть вместе со своей любимой сестрой, знать, что она счастлива и может позволить себе все лакомства мира. Пока воспоминания вновь не наплыли, Хэ Хуа поспешил отбросить лишние мысли и с улыбкой на лице зашел на кухню. Оказалось, женщина, которой он помог вчера, сейчас стояла перед котлом с едой, с довольным и счастливым видом, пока не заметила хозяина дома, отчего ей стало неловко.

— Доброго утра, господин Хэ, я тут решила немного похозяйничать и приготовить всем поесть, так как не знала, спите вы или нет, а будить не рискнула.

— Да, доброе утро. Всё хорошо, я не спал, благодарю за ваше беспокойство. Вам помочь? — по-доброму улыбнулся Хэ Хуа, явно опять что-то вспомнив. Про себя даже усмехнулся, подумав: «Слишком много воспоминаний за такое короткое время, к чему бы это?»

— Ох, не стоит, я почти всё приготовила уже, это меньшее, чем я могу отплатить вам за вашу доброту.

— Хорошо, если что-нибудь будет нужно, то зовите. Буду у себя пока.

Прежде чем уйти, молодой господин слегка поклонился женщине, сказав что-то наподобие: «Благодарю за вашу заботу», — и удалился. Кажется, из-за воспоминаний минувших дней даже старые привычки вновь стали появляться. Это маленькое действие улучшило настроение и окончательно развеяло ощущение кошмара.

Лю Минь всё также крепко спала на том же месте, где её оставил Хэ Хуа, поэтому он не стал её будить, а только сел перед небольшим зеркалом, чтобы расчесать волосы и собрать в хвост. Заклинателям ведь подобало представать перед другими в самом лучшем виде, источать элегантность и утонченность.

Рассматривать свою внешность было не интересно: чего он там не видел? Всё те же зеленые глаза, светлые волосы цвета пшеницы, редко собиравшиеся в хвост, а также челка, которую пора бы подстричь, иначе будет лишь мешать, но сейчас было не время. Да, можно ещё потерпеть немного, а пока что, мешающие волосы можно и за ухо убрать.

«Ухо… Точно!» — вдруг вспомнил парень, тут же потрогав своё ухо, несмотря на то что мог легко рассмотреть его в зеркале. Недолго потерев пальцами мочку, будто что-то раздумывая, Хэ Хуа потянулся к шкатулке и вытащил оттуда сломанную сережку с красивым переливающимся на свету камнем, которая сломалась относительно недавно. Это было его любимое украшение, очень давний подарок, износившийся со временем, но расстаться с ним не получалось. Быстро починив крепление сережки, юноша надел её и ощутил приятную тяжесть у уха. Теперь уж точно всё было идеально.

После завтрака мальчик настоял на тренировке, а после обещал выполнить своё обещание пойти помолиться за благополучие сестры наставника. Хэ Хуа не особо горел желанием кого-то чему-то учить, учитель из него плохой, объяснять не умеет, быстро злится, терпения не хватает. И как его, такого мальца, учитель вытерпел и даже обучил чему-то…

Осознав, что никуда ему не деться от этого, пришлось смириться и покорно выйти на улицу, чтобы для начала взглянуть на способности Лина. Так, кажется, вчера мать его назвала, а так как он сам не интересовался полным именем нового ученика, то и знать фамилию того было неоткуда. Да и разве важно это сейчас? Их жизненные пути не будут долго переплетены, и вскоре они расстанутся.

— Так, Лин, послушай. Первым делом мне нужно посмотреть на твою физическую подготовку. Поэтому пробеги вокруг дома кругов десять. После — посмотрим.

7. Лес и опасная провокация этого заклинателя

— Я вспомнил, что у меня есть некоторые дела. Однако я волнуюсь за сестру, она ещё не до конца поправилась, и оставлять её одну — тревожно.

— Ах… Да, конечно, — нерешительно согласилась женщина, поэтому юноша добавил:

— По возвращении я вам заплачу, ведь вы теряете своё время тут. Извините.

Услышав о деньгах, женщина вдруг более уверенно ответила, согласившись оказать услугу. Доброта добротой, а есть хочется всем. Деньги никогда не будут лишними в их и так несладкой жизни.

— Удачи, господин Хэ, и будьте осторожны в пути.

— Благодарю. А-Минь, не грусти, я вернусь к вечеру, — нежно улыбнулся Хэ Хуа деве, хоть и знал, что та не сможет этого увидеть, но ничего, когда-нибудь он сможет очистить её тело от скверны, нужно лишь найти того демона, который виноват в этом деле.

Дав указания мальчику, юноша вышел из дома и стал спускаться к главной дороге. Его беспокойство о сестре никуда не делось, волнение по поводу того, что она там осталась с незнакомцами, не покидало сердце юного заклинателя. В любом случае они казались добрыми людьми, которые держат своё слово. Но если вдруг они осмелятся тронуть Лю Минь, то не видать покоя им и будущим поколениям этой семьи.

Дойдя до главной дороги, по которой можно было добраться до столицы, Хэ Хуа остановился и свернул налево, к неприметной тропинке, ведущей вглубь леса. Этой дорогой почти не пользовались, отчего та была нечёткой и не имела определённого направления. Без знания леса можно легко заблудиться в нём.

Но даже если бы была хорошая тропинка, люди не стали бы туда идти, ведь ходили слухи, что там обитала нечистая сила. Правительство, конечно, не оставило этот слух без внимания, так как лес находился вблизи столицы, нужно было убедиться в праведности слуха или же опровергнуть его, чтобы обеспечить безопасность простых людей.

В итоге было объявлено, что это лишь лживые слухи и лес чист, однако некоторые продолжали верить, что там, в зарослях, за высокими деревьями, кто-то тёмный всё-таки обитает.

Только зайдя в лес, ничего необычного не обнаружилось: просто лес, трава, животные и деревья. Лишь последние были уж чересчур высокие, они почти закрывали собой солнце, но оставался небольшой участок, куда могли проникнуть лучи и осветить дорогу. Продвигаясь дальше по лесу, казалось бы, в неопределённом направлении, Хэ Хуа думал, как именно найти того, кто ему нужен, и узнать то, ради чего и явился в этот лес. Он, конечно, мог бы решить всё одним махом, но тогда появлялась возможность его быстрого обнаружения, поэтому лучше действовать тихо.

Чем глубже юноша продвигался в лес, тем мрачнее становилось все вокруг. Это значило, что он шел в правильном направлении и вскоре сможет встретить цель своего визита.

Ради этого он нарушил правило и сбежал, а теперь вынужден прятаться, продвигая своё расследование всё дальше. Блуждая в своих мыслях, Хэ Хуа не заметил, как звуки вокруг стихли. Зловещая тишина опустилась на лес, деревья окончательно затмили собой небо, полностью оградив лес от попадания в него солнечных лучей. Даже животные больше не появлялись в поле зрения.

— Оно где-то здесь… Нужно ещё глубже зайти, — тихо и задумчиво говорил сам с собой незваный гость этого леса, продвигаясь всё дальше в чужие владения и не зная страха.

Пройдя ещё некоторое расстояние, за высокими деревьями показалось озеро средних размеров с абсолютно черной водой. Упадешь туда — не выберешься, тьма захватит тебя полностью и не оставит надежд на спасение. Даже держась подальше от озера, невозможно было удержаться от его манящих, будто зовущих чар. Вода, словно живая нимфа, заманивала путников присмотреться к её темноте, прикоснуться к ней и увидеть там себя и ту темную сторону своего отражения, которое будет и дальше питать озеро следующие несколько лет.

Несмотря на все предостережения, юноша не страшился и шел прямо к озеру, всё ближе и ближе. С каждым шагом ощущалось, как сгущалась тьма вокруг и воздух становился тяжелее, наполняя легкие вязким, неприятным и затхлым воздухом, отбивая желание и дальше вдыхать его. У самого берега не только воздух потяжелел окончательно, но и температура опустилась, что было ненормально для этого времени года, следом подул прохладный ветерок, развевая светлые рукава одежд.

Опустившись ближе к озеру, Хэ Хуа стал смотреть на своё отражение, точнее туда, где оно должно было находиться, однако ничего не увидел, кроме темноты, и, вздохнув, казалось бы, от разочарования, встал, поправив рукава и осмотревшись вокруг. Поначалу он думал, что этот странный лес будет куда интереснее и скрывает куда больше тайн, однако тот оказался совсем не так хорош, как о нем говорили. Сплошное разочарование. Стояла гробовая тишина, которая напоминала о недавнем кошмаре, оставшемся тяжелым следом на сердце. Бросив последний взгляд на озеро, заклинатель меланхолично заговорил:

— Ну и долго ты собираешься прятаться? Я ведь знаю, ты здесь… Водяной демон…

Не успели эти слова полностью слететь с уст, как резкий звук просвистел у самого уха Хэ Хуа. Увернувшись в последний момент — но не потому, что промедлил, а лишь для того, чтобы узнать, откуда будет удар, и следом атаковать в том направлении, — кинул один из своих кинжалов, спрятанных в рукаве.

Оружие попало точно в цель: пролетело мимо существа в темноте, врезавшись в камень. Так, тот, кто скрывался во мраке, был вынужден выйти на свет.

— А ты неплох, человек. Что тебе нужно от великого меня?

— Не такой уж и великий, как я представлял себе, — фыркнув, ответил юноша, потеряв интерес рассматривать этого демона. Собой он не представлял ничего особо выдающегося: цвет кожи тёмный, ближе к грязи, глаза были болотного оттенка, а волосы мерзко покрывали липкое тело.

— Да как ты смеешь смотреть на меня свысока, человек!