Луна для Дракона 4

IV Часть. Глава 1

Они летели трое суток, периодически останавливаясь, чтобы перекусить и немного отдохнуть. Ари не уставала поначалу, но ближе к сумеркам третьего дня её полёт начал замедляться — она потихоньку отставала. Крэй не хотел передышки и не останавливался в гостиницах на перевалах. В итоге Ари оказалась в его лапах.

Девушку клонило в сон, было холодно, начался сильный ветер. И тогда Крэй смилостивился и отдал команду остановиться в ближайшей гостинице — из‑за этого они сделали крюк.

Как только они приземлились, Ари выдали ключ от номера. Она сразу же прошла внутрь, поужинала, переоделась и завалилась спать. Не ожидала она, что так вымотается.

На следующий день они снова летели – молчаливые, быстрые, грозные.

Через двое суток полёта они остановились в гостинице. Ари тут же ушла в номер и заваилась спать даже не поужинав.

А на утро, едва распахнув глаза, Ари подбежала к окну и ахнула. Деревья были полностью укутаны белым снегом, хлопья лежали на ветках толстым слоем. Она улыбнулась — как же она любила вот такую безветренную, снежную зиму!

Ари быстро привела себя в порядок, оделась, прихватила вещи и спустилась в холл. Там за столом сидели четыре молчаливых мужчины и не спеша завтракали. Ари присоединилась к ним, но заговаривать не решалась — слишком уж хмурыми они выглядели.

Позавтракав в молчаливой компании, Ари решила выйти на улицу и дожидаться драконов во дворе.

А там… Солнечные лучи отражались от белоснежных сугробов, создавая ослепительную игру света. Свежий, морозный воздух проникал в лёгкие, и от холода щёки окрасились в розовый румянец. В такое прекрасное утро хотелось прогуляться по зимнему лесу и насладиться красотой белоснежной природы.

Несмотря на мороз и яркий, слепящий глаза свет, зимнее утро казалось волшебной порой. Вокруг всё преображалось: снег на солнце переливался, словно миллион бриллиантов, и за этим можно было наблюдать бесконечно. Ничто не способно было испортить этот день.

С неба посыпались лёгкие снежинки — почти незаметное серебро, — и всё утро из‑за этого становилось праздничным. Хотелось дышать и дышать чистым морозным воздухом!

Ари ловила снежинки на ладонь и улыбалась. На душе было радостно и спокойно. Она не сразу заметила, как подошёл Крэй. Он надел перчатки и взглянул на девушку.

На него смотрели огромные глаза — широко раскрытые, полные невинной радости. Ей было здесь хорошо. В глазах девушки плясали искры, на щеках играл румянец, а улыбка казалась такой искренней, что на его губах невольно появилась ответная улыбка.

В эту минуту Крэйю очень захотелось её поцеловать. Но он сдержался. Он не хотел с ней ссориться, тем более что его так угнетали зима, ветра и морозы. А чувство радости, которое переполняло Арину, его не вдохновляло — оно казалось чужим, далёким, не вписывающимся в его привычный мир.

Вместо этого он хрипловато произнёс:

— Пора лететь. Мы и так потеряли время из‑за остановок.

Ари обернулась, её улыбка чуть померкла, но не исчезла совсем.

— Да, конечно, — кивнула она. — Просто… здесь так красиво.

Ничто не могло омрачить её настроения — даже непроницаемо‑холодный вид дракона.

— Я люблю зиму, особенно Новый год и Рождество, — улыбнулась Ари, ловя снежинки, которые таяли на её ладонях. — Люблю снег и зимнее солнце…

— Завтра, к полудню мы должны достичь Белой Долины. Нас там ждут представители короля.

— Ты не любишь зиму, — кивнула Ари. — Жаль.

— Я существо теплокровное и огненное, — отозвался Крэй. — Север и лунная магия мне неприятны. Ты знаешь это.

Ари раздосадовано кивнула.

— А тебе, я вижу, здесь комфортно, — усмехнулся он.

— Так же, как и на вашей стороне юга, — улыбнулась девушка. — Мне везде хорошо.

Крэй долго на неё смотрел, будто бы заново изучая. В его взгляде мелькнуло что‑то, чего Ари не успела распознать.

— Ты и правда сокровище, — наконец произнёс он.

Через некоторое время они взлетели, и Ари наслаждалась полётом. Она забыла, что такое полное чувство свободы — и как много оно значит.

— Как замечательно! — почти мурлыкнула она. — Я ещё ни разу не чувствовала себя такой свободной! И почему‑то именно здесь…

Скорость, которой она теперь наслаждалась, — так долго пробыв под чужой волей и властью — опьяняла. Арина ощущала, как каждый взмах крыльев возвращает ей контроль над собственной жизнью. Ловко и слаженно махая крыльями, она добилась максимальной скорости и поддерживала её, порой планируя с потоками ветра.

Остались далеко позади стены замка, которые её порой тяготили, — постоянное напряжение исчезло. Остались только горы, снег, яркое солнце и пьянящее чувство свободы. Ари наслаждалась своим полётом, не обращая внимания на группу впереди.

Вдруг она почувствовала чьё‑то приближение. Инстинкт зверя легко улавливал знакомые, врезавшиеся в память запахи. Ари тут же повернула голову.

Их догонял Арг, на котором сидела Софи в соболиной шубе. В лапах дракона был зажат и порой позвякивал завёрнутый в тулуп шаман. Имрын, судя по всему, мирно дремал, несмотря на высоту и скорость.

Глава 2

Они вошли в большой добротный дом и сразу оказались в просторном трапезном зале. В центре пылал очаг, отбрасывая тёплые отблески на стены. Длинный стол, накрытый полотняными скатертями, окружали резные скамьи. Широкая лестница вела на второй этаж, где, видимо, располагались комнаты.

Как только гости расселись, забегали шустрые прислужники: они разносили еду и расставляли блюда на столе. Вскоре он был уставлен основными кушаньями, тарелками с закусками и кувшинами с напитками. Местные поглядывали на вновь прибывших — особенно на драконов — настороженно, а некоторые даже со страхом. Сами же драконы не обращали ни на кого внимания: они давно привыкли к такому отношению со стороны людей — и не только лунных.

Воины Луны и гости сидели напротив друг друга. Крэй усадил Ари рядом с собой. Девушка проголодалась, но к еде не притрагивалась — она продолжала разглядывать воинов. Их внешность по‑прежнему казалась ей необычной, хотя она понемногу начинала привыкать к их облику.

Воины Луны скинули капюшоны, и Ари увидела символы на их лицах, висках, руках и шее. Сердце её невольно кольнуло, глухо застучав от воспоминаний. Она вновь и вновь ловила на себе взгляды воинов, и от этого ей становилось не по себе. Хватит одного взгляда на них, чтобы захотеть скрыться где‑нибудь далеко и никогда больше не появляться в поле их зрения. Такое же впечатление на неё произвёл и Сэтан, когда она впервые его увидела. В памяти всплыли их встречи: его сдержанность, взгляд, сила, которую он не стремился скрывать.

Софи сидела рядом с Аргом в дальнем конце стола. Она не сводила взгляда с жреца — смотрела на него с нескрываемым любопытством, словно хотела увидеть его насквозь. Впрочем, того же хотелось и Ари.

«Что же он за человек? — думала она. — Знает ли он причину нашего появления? Зол ли он на нас за то, что случилось с его воспитанником? Но жрец выглядит спокойным… На первый взгляд — добрый, милый пожилой человек. Или первое впечатление обманчиво?».

Ари ни на минуту не забывала, что перед ней Жрец Луны — тот, кто воспитал этих воинов так, словно они сами были оружием. «Знает ли он правду о смерти Сэтана? — мучилась она вопросом. — Хотя откуда…».

Нервничая, Ари старалась успокоиться: она водила пальцами по подлокотнику резного кресла, ощущая под кончиками пальцев узор резьбы.

Она заметила, что Крэй внимательно осматривает зал и людей за столами. Казалось, он пытается понять, что у них на уме. Ари украдкой наблюдала за ним и всё больше убеждалась: он чем‑то встревожен.

«Но что же его беспокоит? — размышляла она. — Неужели он полагает, что вооруженные воины вот‑вот ворвутся в зал?».

Марах спокойно обвёл взглядом всех присутствующих. Путей обратно уже не существовало. Присутствие двух представителей обоих континентов перевернуло страничку их истории, безвозвратно унося в небытие тысячу лет неизменных правил и традиций.

Жрец был абсолютно уверен: драконы сделали шаг навстречу отнюдь не просто так. Долгая дипломатическая игра могла увенчаться успехом только при взаимности интересов. Хотя Марах до конца не понимал целей драконов, он не терял надежды обрести полную картину их замысла.

«Не столь уж драконы и отличаются от людей, если говорить откровенно, — размышлял жрец. — По крайней мере, маги и короли обоих народов во все времена демонстрировали очень похожий нрав и наклонности».

Марах внимательно посмотрел на девушку. Она была невысока и стройна, с белокурыми волосами, заплетёнными в косу. Светло‑голубая, украшенная вышивкой длинная туника надета поверх брюк. Но старец не обратил особого внимания на её одежду — он не мог оторвать взгляд от глаз Ари. Таких глаз Марах прежде никогда не видел: в них читалась одновременно детская непосредственность и какая‑то древняя мудрость, будто в этой юной девушке сошлись два мира.

Лицо её было нежным, с тонкими правильными чертами. «Потрясающая красавица, — подумал жрец. — Она похожа на коренных лунных девушек, но всё же другая…».

Марах пристально разглядывал её, прекрасно понимая: это именно та, о ком расспрашивал Сэтан. Но старцу не нравилось, что она прибыла с драконами, а сам главнокомандующий сидел рядом с ней.

Взгляд жреца скользнул к руке девушки — там поблёскивало кольцо. «Какие у них отношения? — мысленно спрашивал себя Марах. — Почему Сэтан ей открылся? Почему доверял?». Глаза жреца подернулись пеленой тщательно скрываемой печали. Воспоминания о воспитаннике нахлынули волной — он вспомнил его решимость, упорство, ту особую искру, что когда‑то разглядел в мальчике.

Точно такие же мысли бродили и в головах лунных воинов. В особенности — у Айнона Дарга. Он тоже заметил кольцо на пальце девушки и нахмурился. Его пальцы невольно сжались на рукояти скрытого под плащом кинжала. Взгляд воина стал ещё более пронзительным — он изучал Ари, пытаясь прочесть в её чертах ответы на свои вопросы.

Айнон переглянулся с другим воином, знак того, что он тоже заметил кольцо и разделяет настороженность товарища.

Ари почувствовала на себе эти взгляды и невольно поежилась. Она подняла глаза и встретилась взглядом с Айноном. На мгновение между ними возникло странное взаимопонимание — будто они оба знали что‑то, чего не знали остальные. Но воин тут же отвернулся, скрывая свои мысли за маской бесстрастности.

Крэй, уловив напряжение, чуть подвинулся ближе к Ари. Его рука незаметно легла на рукоять меча под столом. Он тоже заметил обмен взглядами между воинами.

Глава 3

— К нам прилетела делегация драконов и посланников короля Винаэлла, — тихо произнёс Айнон Дарг, подойдя ближе к Сэтану.

Лунный воин, пока жрец беседовал с делегацией, устремился к другу, чтобы предупредить.

— Наставник просил тебя не появляться. Это опасно. Драконы могут учуять тебя.

Сэтан прищурился:

— У меня есть артефакт, скрывающий мою сущность. Меня не заметят. Цель их прибытия? — натянуто спросил он, готовый к любому ответу.

— Мирная. Хотят, чтобы мы сражались с тварями и активировали клетки.

— Условия были озвучены с их стороны?

— Нам даруют неприкосновенность и полную свободу действий в уничтожении тварей. Свои условия мы не выдвигали — только согласились. И мы, в свою очередь, сделаем всё возможное, чтобы они поняли, кто мы и что из себя представляем — не только как воины, но и как люди. Мы не будем в тени.

— Должны пойти не все, только пять воинов из ордена.

— Идан и Вэон, и ещё трое воинов готовы. А я останусь с тобой, — Айнон нервно отвёл взгляд от Сэтана. — Есть кое‑что ещё… — замялся он.

— Говори, — потребовал Сэтан, чувствуя что‑то нехорошее: Айнон никогда не вёл себя так, всегда смело смотрел в глаза, кто бы ни стоял перед ним.

В голосе Сэтана зазвучали вибрирующие рычащие нотки — он и сам от себя такого не ожидал. Айнон внимательно посмотрел на друга.

— Тебе удалось пробудить дракона? Как справляешься?

— Отлично, Айнон. Не тяни… Что означает «есть ещё кое‑что»?

Айнон глубоко вздохнул:

— Девушка… та… твоя подруга. Она прибыла вместе с делегацией драконов. И она — невеста главнокомандующего Эр‑Тэгина. Поэтому, Сэт, не стоит с ней искать встреч…

Сердце Сэтана болезненно сжалось. На него обрушилась волна глухого одиночества, пустоты и беспросветности. Что‑то грызло изнутри, щемило тупой болью — не страх, нет, страх прошёл. Он, как боль, к нему привыкаешь, смиряешься, и кажется, будто его просто нет.

Плохие новости ударили, словно резкие удары по телу: сначала — дикая, неожиданная боль, сила которой была прежде всего в неожиданности. Потом привыкаешь — и уже её не чувствуешь. Но щемило от бездействия, от самой гнусной роли в этой жизни — роли молчаливого наблюдателя, роли скота, которого гонят на бойню, а он ещё при этом пытается не мычать, чтобы не прикончили раньше намеченного. На редкость паскудное состояние.

Но вдруг душа встрепенулась, задышала полной грудью и потребовала к себе внимания. Животный инстинкт самосохранения, который так долго вёл его, догорал на фоне вспыхнувшей жажды любить и бороться — жажды, рождённой человеческими страстями.

Сэтан очнулся, глубоко вдохнул и почувствовал под ногами твёрдую землю. Он выпрямился, взгляд стал твёрже.

— Марах сказал, что тебе не стоит искать с нею встреч и… — начал было Айнон Дарг, намереваясь добавить «и перестать думать о ней», но Сэтан его перебил:

— Можешь идти, Айнон, — холодно произнёс он. Развернулся и, не оглядываясь, исчез в глубине храма.

Айнон остался стоять на месте, глядя вслед другу. Он провёл рукой по лицу, вздохнул и тихо пробормотал:

— Прости, Сэт. Но ты должен был знать.

***

Через полчаса Арина, Крэй, Софи, Арг и шаман стояли в ритуальном зале Храма — он находился на площади, недалеко от усадьбы, где они недавно трапезничали. Пока они шли по главной улице, Ари с любопытством наблюдала за происходящим: зажигались костры, лунные собирались в небольшие группки, зажигая магические светлячки. Те плавно взмывали вверх, мерцая в сумерках, словно миниатюрные звёзды. Отовсюду доносилась лёгкая музыка и гомон голосов — казалось, весь город готовился к какому‑то таинственному обряду.

Они вошли в Храм, прошли по длинному коридору с резными стенами, украшенными древними символами, и оказались в небольшом зале. Ари поежилась, глядя на алтарь: именно его она видела, когда проникла в сознание Сэтана. На миг девушка прикрыла глаза, похолодев от вновь нахлынувших воспоминаний.

— Что с тобой? — обеспокоенно спросил Крэй, коснувшись её плеча.

— Всё в порядке, — тут же ответила Ари и выдавила улыбку. — Просто нервничаю.

В это время жрец достал старинный ларец. Ари глядела на него словно заворожённая, не в силах оторвать взгляд. Её внимание приковала гравировка на крышке — неуловимо напоминавшая проявляющиеся на её коже символы. В горле встал ком, и слова будто застряли где‑то внутри. Она очнулась лишь тогда, когда её подвели к столу, на который торжественно водрузили ларец.

— Что я должна делать? — тихо и чуть невнятно спросила Ари: язык плохо её слушался от волнения.

— Не бойся, дитя моё, — мягко проговорил старик. Его голос звучал на диво умиротворяюще, почти убаюкивающе. Так и тянуло довериться ему без лишних вопросов. — От тебя ничего не требуется, только приложить ладонь к камню.

Марах провернул ключ в замке и откинул крышку. Внутри лежал камень — округлый, словно выпуклая линза, туманно‑белого цвета со светлыми прожилками, складывающимися в причудливый узор. Он едва заметно мерцал, будто дыша в такт невидимому ритму.

Глава 4

Сэтан влетел в храм, как смерч. Бившееся внутри желание неистово терзало тело. Даже вылитое на голову корыто с ледяной водой не помогло остудить разгорячённую кровь.

Он сам не понимал, как сумел продержаться целую вечность рядом с ней. Как не сорвался, когда она мимолётно коснулась его… Когда смотрела на него так, словно он был для неё всей вселенной? Столько мыслей пронеслось в голове, столько чувств!

Почему он не открылся ей? Почему не захотел обнаружить себя именно в тот момент? Он и сам не знал — почему.

А потом это кольцо… Сэтан разжал ладонь, посмотрел на кольцо и крепко зажал его в кулаке — так, что побелели костяшки пальцев. Он вернулся и нашёл его, обдав всю местность ледяной магией, — снег мгновенно превратился в лёд. Так он и обнаружил кольцо. Ему захотелось его выкинуть… Но он не смог. «У неё будут неприятности», — ведь так она сказала.

Она приняла его кольцо. Почему? Они не истинные — он понял это сразу. Но почему она приняла его кольцо?!

Вновь ладони невольно сжались в кулаки, и Сэтан ударил по стене с такой силой, что сверху посыпались мелкие камни. Он глубоко задышал, стараясь контролировать и усмирять свою сущность.

И какая она была прекрасная драконница — изящная, такая совершенная… Такая его.

Сэт глухо застонал и вцепился рукой в раму окна. Тело отозвалось странной слабостью, а внутри вновь всколыхнулось желание. Он до сих пор чувствовал её запах — и это медленно, неотвратимо сводило его с ума. Несколько раз глубоко вдохнув, он призвал себя успокоиться.

Когда чувства вновь оказались под контролем, он вышел во двор и обернулся в дракона. Позже, наблюдая с холма, он заметил её: она направлялась к школе. Именно в этот момент он бесшумно появился перед её домиком, положил конверт и так же бесшумно удалился в храм ледяного дракона.

— Сэт… — окликнул его друг. — Тренируешься?

— Айнон, — кивнул Сэтан, прекращая тренировку.

— Не замёрзнешь с голым торсом на морозе?

— Мне не страшен мороз, — едва улыбнулся он. — Ты пришёл так поздно, чтобы сообщить мне об этом?

— И да, и нет, — спокойно ответил Айнон, за многие годы дружбы привыкший к подобному тону. — Собственно, я хотел поделиться с тобой новостями.

— Какими? — Сэтан на ходу надел рубаху и взглянул на друга.

— Как и решили, пять воинов ушли, а вот женщины и ещё один странный человек будут учиться в нашей школе. Арина… — замялся Айнон и задумчиво почесал подбородок.

— Что? — резко обернулся Сэтан.

— У неё необычная магия, сам наставник будет заниматься с ней. Но сегодня она мне показалась какой‑то странной — тихой и задумчивой. Ты виделся с ней?

— Тебя это не касается, Айнон, — жёстко произнёс Сэтан.

— Просто будь осторожен, — Айнон положил руку на его плечо, пытливо заглядывая в глаза. — Я не хочу лезть в твою личную жизнь, Сэт, но, если нужно, я тебя прикрою. И всё же… Она невеста дракона, самого Эр‑Тэгина, и она на его стороне. Хотя на переговорах она смело высказалась в защиту лунных воинов — словно шла наперекор главнокомандующему. Я так и не понял, какие у них отношения. И знаешь, они не похожи на влюблённых.

Сэтан отвернулся и направился к дому.

— Через пять дней жду тебя с провизией и новостями. Спасибо, Айнон, что зашёл.

— Может, выпьем? — крикнул Дарг.

— Нет, — усмехнулся Сэтан, повернувшись на ходу и махнув ему рукой. — Будь осторожен в обратной дороге.

Он не хотел выпивать: ему нужна была ясность ума, и было о чём поразмыслить. Все его мысли были о девушке, и его тянуло к ней так сильно, что он боялся не выдержать и сорваться к ней прямо сейчас. Но что‑то его сдерживало — что‑то, что не давало ему раскрыть себя.

Он поднял взгляд к неполной луне. Та, словно насмехаясь над ним, улыбалась в небесах. Сэтан почувствовал, как натянулась его внутренняя нить — будто он был на поводке. Он выругался и практически всю ночь простоял у окна, чтобы на утро рвануть в то место, где встретил её. Именно на утро — когда луна не властвовала, а была слепа и глуха. Внутри него поселилась странная тревога. А рисковать жизнью Арины он был не намерен.

Глава 5

Арина просто проснулась и поняла, что не дома и не в замке. Понимание пришло даже раньше, чем она открыла глаза. Отсутствовали не только привычные запахи, но и знакомые звуки, а ещё было очень холодно.

Огонь в камине потух, а кристаллы закончились ещё вчера. Кутаясь в одеяло, она перевела взгляд на вязанку дров в углу и мысленно застонала. К тому же нужно было идти завтракать в школу, в общую столовую. Хорошо хоть уборная не на улице: приличный туалет и душ были пристроены к домику, и вход находился изнутри — через небольшую дверцу.

Ари ещё раз посмотрела на дрова и решительно откинула одеяло. У неё даже тапочек не было — так и подбежала к камину в тёплых носках, бросила в него дрова и специальным устройством разожгла огонь.

— Вот тебе, чудовище! — воскликнула Ари, энергично ударяя кочергой по едва тлеющим углям.

Полчаса назад пламя разгорелось в камине со страшной силой, наполнив домик дымом, — пришлось настежь распахнуть створку окна, чтобы впустить свежий воздух. А теперь огонь, как нарочно, погас, и в проветренном помещении сразу стало холодно.

— Что ж, прекрасно, — пробормотала Ари и, разозлившись, с грохотом швырнула кочергу на место. — Пусть будет по‑твоему! — Закрыв окно, она начала быстро одеваться.

Ей срочно нужно было кого‑нибудь найти, чтобы выяснить, где взять или купить кристаллы — иначе она здесь просто околеет. Ари застегнула плащ и выглянула в окно. Погода совсем не располагала к горячему чаю, уютному пледу и красивым сказкам: низко нависли серые облака, мела метель, и всё вокруг было занесено снегом. На улицах не видно было ни души. Только по жёлтым огонькам, мерцавшим в окнах, можно было догадаться, что на этом белом, занесённом снегом острове всё‑таки живут люди.

«Интересно, — подумала Ари, — а здесь отмечают такие праздники, как Рождество и Новый год? И если нет, то что празднуют?».

Она вспомнила, как Эйтан рассказывал: у драконов последние десять дней в конце еара посвящают поклонению Богу Мирозданья в Храме, а также посещают Храмы Стихий. На десятый день наступает праздник — переход в новый еар. Сейчас 5121‑еар Великого Дракона. «Выходит, — посчитала Ари, — этот праздник ещё не скоро».

А вот лунные… Всё же снег навевал воспоминания о таком родном и домашнем празднике — как она с мамой и папой наряжала ёлку, ходила по магазинам, выбирала ёлочные игрушки… Столько детской радости и счастья!

Даже просто нарядить ёлку было уже весело и празднично. Ждёшь и ждёшь Нового года, загадываешь желания, готовишь всякие салаты, а по телевизору фоном — «Ирония судьбы» на всех каналах: одно и то же, но без этого никак — человеческий-магический-предновогодний ритуал. Ведь Новый год — это как день рождения каждого человека, и празднуешь не один, а со всей страной.

«А как же мама? — подумала Ари. — Она что, одна будет праздновать? Или, как всегда, с подругами?». Хотя… Мама Новый год не отмечает — у неё пост. А вот Рождество с подругами — обязательно.

Ари твёрдо решила: после того как вернётся с севера, обязательно увидится с мамой. Она подумала, что как только увидит жреца или Айнона Дарга, то сразу расспросит их о местных праздниках. «Вон сколько елей растёт, — мелькнуло в голове. — Нарядить бы одну, и пусть перед моим окошком мигает огоньками!». Ари улыбнулась. Надо бы тётушку задействовать — а то тут тоска зелёная и метельная.

Арина попыталась открыть дверь. Кажется, её занесло снегом. Она вспомнила, что видела лопату и метлу около домика. «Выходит, я сама должна расчищать от снега крыльцо? — пронеслось в мыслях. — Или всё же это делают маги, владеющие определённой стихией?».

Ари снова попыталась открыть дверь, но от порыва ледяного ветра та не поддавалась.

— Просто прекрасно! — воскликнула она. — Меня что, откапывать будут? Я же тут с ума сойду, изолированная, без еды и питья!

Она вздохнула, представив тётушку и Арга: те, наверное, сейчас лежат в обнимку и смотрят на огонь в камине — тепло, уютно и мило.

«Боже… — подумала Ари с досадой. — Я не владею стихиями, чтобы по щелчку зажигать огонь». И почему здесь всё так… по‑человечески? Сама Ари уже привыкла ко всему магическому — даже к завтракам, которые ей раньше приносили прямо в комнату. Расслабилась.

Арина с силой упёрлась и всё‑таки открыла дверь. Ругаясь и ворча, она наконец вышла на крыльцо.

Снег крупными хлопьями валил с затянутого тучами неба. Холодный ветер бушевал, как бешеный: словно лютый зверь, с цепи спущенный, он носился по улице, рвал и метал, дико завывал в трубах, а затем с рёвом и стоном уносился прочь, вздымая облака снежной пыли. Под его напором деревья гнулись и жалобно скрипели.

Ари поёжилась: да она же улетит, стоит ей только сойти с крыльца! Но потом она посмотрела вдаль — и замерла.

Кажется, на высоком холме стоял мужчина. То, что это один из воинов, Ари поняла сразу — по его одеянию. Но зачем он в такую погоду забрался туда? Она силилась его разглядеть, но это плохо удавалось, даже несмотря на зоркий взгляд дракона, к которому она перешла. Метель создавала призрачную завесу, не давая как следует рассмотреть незнакомца.

Ни метель, ни снег, поразилась Ари, не причиняли ему вреда — словно он вовсе их не чувствовал. Несколько долгих минут она испуганно смотрела на него, уговаривая саму себя, что мужчина никак не может видеть её… И всё же ей казалось, что он смотрит именно в её сторону.