Lux in tenebris

Глава 1

«Дерьмовое утро, дерьмовая работа, дерьмовая погода» – такие мысли крутились по кругу в голове у детектива Джеймса Аллена, пока он шёл по нечищеной парковке до дверей Департамента полиции Детройта. Мокрый снег щедро сыпался сверху, что не добавляло позитива в и без того серый трудовыебудень. На сон удалось урвать всего несколько часов, а после нестись обратно на работу, без возможности принять душ или позавтракать (терять же премию из-за участившихся опозданий ой как не хотелось). Джеймс не признавался даже себе, что перестал справляться с работой: он не сделался вдруг менее способным детективом, нет, просто количество свалившихся на него дел росло в геометрической прогрессии.

Не поднимая взгляда от промокших кроссовок самого бомжацкого вида (надо бы выбраться за покупками, но когда, если в выходные тупо отсыпаешься?!), он едва не столкнулся с кем-то выходящим из дверей Департамента.

– Смотри, блядь, куда идёшь! – найдя на кого выплеснуть скопившееся недовольство, мужчина резко вскинул голову и... враз потерял весь боевой настрой. Серые до прозрачности глаза смотрели на него с участием, а тёплая улыбка незнакомца была полна дружелюбия, того, что детектив уже давно не встречал. Светловолосому мужчине, стоящему перед ним, на вид было лет двадцать три – двадцать пять, но он каким-то чудесным образом не утратил какой-то детской искренности, что встречалась лишь у тех людей, кто в своей жизни ни разу не сталкивался с несправедливостью.

– Прошу меня простить, – незнакомец посторонился и придержал дверь, пропуская Джеймса внутрь. Проходя рядом, детектив уловил слабый древесный аромат: если Аллен правильно помнил, то эта туалетная вода стоила неприлично дорого. Незнакомец, кивнув, заторопился по своим делам, а Джеймс ещё несколько секунд позволил себе понаблюдать за ним через стеклянные двери главного входа.

Даже рутина не изгнала из мыслей встреченного утром парня. Аллен по долгу службы сталкивался с пороками рода человеческого и очень редко ему на глаза попадался кто-то, столь резко выделяющийся из толпы. Впрочем, все посторонние, не рабочие, размышления отошли на второй план, когда Джеймс увидел пришедшее ему на терминал новое дело. Капитан Браун, видимо, решил всё же избавиться от проблемного сотрудника, завалив того работой: детектив уже и не помнил, когда уходил домой вовремя.

– Аллен, ко мне в кабинет! – голос начальства погремел по притихшему офису обещанием бури. Подавив зевок, мужчина поднялся и сомнамбулой потащился к капитану на ковёр. Косяков за детективом в последнее время не водилось, потому тот был абсолютно спокоен (да и сил на переживания просто не оставалось).

– Что нужно, кэп? – на правах старого знакомого тет-а-тет Джеймс опускался до панибратства. С Брауном его связывали давние дружеские отношения, ведь когда-то именно он направил малолетнего преступника на путь исправления, дав ему цель и смысл жизни.

Уже давно не молодой мужчина, в чьих чёрных волосах, впрочем, седины не наблюдалось, тяжёлым взглядом упёрся в лоб подчинённого, будто беря его на прицел.

– Не мне нужно, а тебе. Первый отдел отправил к нам одного из своих лучших агентов, и я хочу, чтобы вы с ним работали вместе. Тебе необходим напарник, пока не загнулся от переутомления.

– Может, тогда не будешь сваливать на меня столько работы?! Я не собираюсь нянчиться с выродком-псиоником! Их же из лабораторий выпускать нельзя, а ты собираешься скинуть его на меня! Кто знает, когда он захочет сыграть головой своего напарника в футбол!..

Покашливание со стороны двери отвлекло Джеймса от буйства: чувствуя, как деревенеет тело, он повернулся в сторону звука и столкнулся с глазами цвета предгрозового неба (кто виноват, что самым запоминающимся в его внешности были именно глаза, с серо-прозрачной радужкой и чёрным зрачком, будто бы плавающим в пустоте!). С нейтральным выражением лица мужчина смотрел на детектива, никак не показывая того, что слова, которые тот не должен был услышать, как-то задели его.

– Уверяю вас, детектив Аллен, я полностью стабилен и не доставлю вам никаких проблем, – мужчина прошёл внутрь кабинета, плотно притворяя дверь (от сквозняка она приоткрылась, что, собственно, и позволило псионику появиться столь эффектно).

– А... да...

Растерявшись, Джеймс с молчаливой просьбой глянул в сторону начальства, заварившего всю эту кашу.

– Знакомься, Аллен, твой напарник Алекс Крамер, псионик пятой категории.

«Пятой?! И что он забыл в полиции?!» – промелькнуло в голове детектива, пока он старался не пялиться на Крамера совсем уж неприлично. Пятый круг способностей открывал прямую дорогу в ФБР, где специалисты подобного профиля были очень востребованы. Настоящие боевые машины, способные в одиночку раскатать вооружённый отряд террористов!.. При условии, конечно, что псионик умел сдерживаться, ведь, чем пси сильнее, тем неустойчивее психика. Если же Крамер не соврал, то... Его бы с руками-ногами оторвали иные организации, не позволяя подобному таланту прозябать среди простых убийц да насильников.

В напряжённой тишине Алекс заговорил первым:

– Если детектив Аллен не хочет работать со мной, может, подберёте мне другого напарника?

– Кто сказал, что я против?! – на возмущённо закричавшем мужчине скрестились два одинаково удивлённых взгляда. Мысленно капитан пожелал псионику терпения, громадного терпения, чтобы в итоге слова Джеймса об игре его головой в футбол не стали пророческими. Не смотря на прекрасную раскрываемость дел, отличные результаты в стрельбе и сдаваемую вовремя отчётность, как человек Аллен был весьма... своеобразен. К такому или привыкаешь или однажды обнаруживаешь себя сжимающим его горло.

– В таком случае почему вы ещё здесь? Если мало висящих дел, могу ещё подкинуть!

Детектив, подхватив под локоть своего (теперь уже) напарника, поспешил убраться из зоны поражения, пока капитан не выполнил угрозу. Под пальцами был мягкий тренч, да и сам псионик не выглядел как человек, готовый лазить по городским улицам в любую погоду: дорогая одежда и обувь, идеальная причёска с таким ровным пробором, что казалось, будто тот делали по линейке. Алекс явно принадлежал к состоятельным людям, отчего вдвойне непонятны его мотивы неблагодарной работы полицейского. Перечитал детективных романов, что ль? Если да, здесь он надолго не задержится.

Глава 2

Утром в офисе было оживлённее обычного: глуша усталость кофе из забегаловки по пути, Джеймс с удивлением обнаружил непривычное столпотворение у своего стола. Несколько офицеров и детективов окружили Алекса, выделяющегося бежевой курткой (ещё на первых патрулях быстро отвыкаешь надевать что-то светлое или яркое – испачкавшись, вещь можно смело выбрасывать, но вряд ли Крамер когда сталкивался с этим). Под восторженные овации псионик своей силой приподнял стол, а после опустил его на прежнее место. Тем, кто не боялся обладающих силой, было интересно посмотреть на сверха вблизи. Даже в ДПД не набиралось и пары дружелюбных псиоников, обычно ни во что не ставящих других полицейских.

– Разойдитесь, блядь, чего столпились?! – протолкавшись к своему месту, Аллен недружелюбно зыркнул на коллег. Нашли цирковую обезьянку! До мужчины долетели восторги нескольких дам в адрес Алекса, мол, и начитанный, и сильный – настоящий идеал.

Невысокая блондинка, едва достающая макушкой до плеча стоящего рядом Крамера, вернула враждебный взгляд отправителю. Работать (как и находиться рядом) с Алленом не любил никто из коллег. Виной всему была его словесная несдержанность и излишняя вспыльчивость.

– Пришёл главный мудак отдела. Я позвоню вечером, Ал, а там договорися. До встречи! – И, понизив голос, добавила. – Если убьёшь своего напарника – никто не осудит, так и знай! Труп пройдёт как неопознанный с не выявленными причинами смерти.

Доброта коллег, конечно, поражала. Скрипя зубами, детектив провожал удаляющихся полицейских. Желание выпустить пар, сорвавшись на первом встречном, было как никогда сильным, и, раз уж это его вина, то достаться должно было Крамеру, но тот вновь повёл себя не типично. Склонил голову, улыбнулся и произнёс:

– С добрым утром, детектив.

Глаз задёргался от такого – стресс и с самого утра. Чёртов напарник напоминал добродушного ретривера, пнуть которого казалось кощунством. Если Крамер что-то употреблял для поднятия настроения, то Джеймс обязан был узнать что именно. Ибо невозможно показывать подобную радость от созерцания хмурой небритой рожи!

– Как погляжу, успел вписаться в коллектив? – сказал мужчина вместо приветствия, всё же опуская зад на жёсткий стул. Покупной кофе пах ещё более мерзотно, чем раньше, и пустить его в мусорное ведро тянуло с невообразимой силой. Однако, это был весь его завтрак, потому Джеймс поморщился и отхлебнул едва тёплый напиток.

– Можно сказать и так. В Департаменте работают хорошие люди.

«Конечно, блядь, у тебя все люди хорошие! Как же меня это бесит!..» – подумал он, косясь на буквально светящееся приветливостью лицо. Алекс протянул напарнику папку, в которой находились новые материалы по их вчерашнему расследованию, но тот, махнув рукой, сказал, чтобы Крамер зачитал их вслух. Должно же быть хоть что-то приятное утром? Например, послушать как напарник, с охрененным голосом, читал для него.

– Простите, детектив, но это будет сложно, – кашлянув, Алекс сильнее сжал бумажную папку, сминая картонную обложку.

– Если не хочешь, так и скажи!

Офицер замялся и, пожевав нижнюю губу, негромко произнёс:

– Я хочу, только вам вряд ли понравится слушать чтение по слогам, словно у младшеклассника.

Отчего-то захотелось треснуть себя по лбу за невнимательность. Псионики почти все являлись дислексиками – такова была плата за обладание силой. В юности Джеймс читал научные исследования по данному феномену, но мало что понимал из заумных статей. В памяти отложилось нарушение работы полушария, отвечающего за рационализм, и чрезмерное развитие того, что связано с эмоциями. Это и влекло за собой проблемы с чтением, математикой и остальным, из-за чего многие псионики даже не учились в школе.

– Но я слышал, как вчера вы с офицерами обсуждали новую книгу, как его... Уокера! – прозвучало почти обвинительно, Джеймс и сам понял это. Он никогда не был хорош в социальных взаимодействиях, всю жизнь придерживаясь позиции одиночки, потому старался не заводить близких отношений, чтобы не ранить человека своей эмоциональной инвалидностью. Не хотелось бы нарваться на осуждающий взгляд напарника, к которому проникся симпатией, потому детектив не смотрел на него, изучая свои руки. Шрамов было много, даже слишком: отчего-то потянуло натянуть рукава пониже.

– Чтобы понять смысл, мне необходимо посмотреть текс не меньше пяти раз, – прозвучало над головой, когда Крамер приблизился и положил папку на край стола напарника, – Я не считаю это чем-то плохим, но вслух, к сожалению, почитать не смогу, простите.

– Всё окей, не грузись. Это мне стоит извиниться.
Пробормотав нечто приемлемое (в кой-то веки!), детектив открыл предоставленный отчёт и углубился в его изучение. Машину опознать не удалось, зато засветивший личико Томас Майлз был хорошо знаком детроинтским копам, которым не раз приходилось брать говнюка на очередном преступлении. До тех пор, пока тот не вступил в какую-то секту, ибо после просто исчез с радаров.

Пальцы привычно запорхали над клавиатурой, оформляя ордер на задержание и розыск подозреваемого. Вряд ли Майлз сунется в город, но даже на сельских дорогах теперь есть камеры.

– Не нравится мне всё это, – побарабанив пальцами по столу, Джеймс пробежался по биографии Томаса. Торговля наркотиками, разбойное нападение, попытка изнасилования – ублюдок был из разряда тех, кому стоило сидеть за решёткой до конца жизни, но он раз за разом выходил досрочно за примерное поведение. На фоне приводов ещё более подозрительным смотрелась девственно-чистая история последних семи лет. – Такие люди не способны остановиться, так почему Майлз вдруг резко одумался и стал примерным гражданином?

Неожиданно, Алекс ответил на вопрос, заданный вслух лишь для стимулирования мыслительного процесса:

– Думаю, всё дело в человеке, которого он встретил.

– Поясни?

Указательный палец с идеальным маникюром ткнул в строку о вступлении в секту (ДПД старалась отслеживать неблагонадёжных горожан), а его обладатель произнёс: