Любимая злодейка третьего принца

Глава 1

Прекрасный темноволосый мужчина лежал в хрустальном гробу тихо и неподвижно. Лишь мощная мускулистая грудь изредка вздымалась и опадала, показывая, что он все еще жив.

При взгляде на него я испытывала лишь две эмоции.

Страх и ненависть.

Сама не знаю почему — ведь лично мне он ничего плохого не сделал.

Я его вообще впервые вижу.

— Кто здесь?

Двери в склеп распахнулись, пропуская двоих вооруженных стражей.

Меня что, на съемки дорамы занесло или в прошлое? Мечи, доспехи, характерные восточные черты лица...

Часть сознания лениво раздумывала над ненормальностью происходящего, другая действовала быстро и сноровисто. Перебирая руками и ногами, я отползла от гроба и нырнула в тень, содрогаясь от ужаса.

Дышать отчего-то было тяжело, словно сверху на меня сел дракон.

Мощные крылатые туши пришли на ум первыми из-за росписи на потолке и резных фигурок по углам. Здоровенные зубастые распахнутые пасти были повсюду, даже подставку под гроб украшал вьющийся вдоль горизонта и то и дело выныривающий вместо солнца ящер.

— Я уверен, что видел, как открывалась дверь, — прогудел один из стражей.

Он стоял у стола, под которым я скрывалась, и при желании я могла потрогать блестящую кожу его сапог и коснуться лезвия длинного меча.

Вот спасибо, не надо. Похоже, я и есть главный нарушитель, которого все ищут.

Кем бы я ни была, нельзя чтобы меня обнаружили!

Протяжный вздох пронесся по комнате, заставив бравых вояк подпрыгнуть на месте от неожиданности.

Скрипнула поднимаемая хрустальная крышка.

— Ваше высочество! — оба рухнули на одно колено в слитном движении, прикладывая свободную руку к груди.

Он еще и принц? Вот я влипла!

— Кто здесь? — низкий, хрипловатый голос провибрировал по помещению и по моей спине, вызвав кучу мурашек.

Таким нужно разговаривать строго ночью, в спальне и под одеялом, чтобы не смущать невинных девиц!

И тем более так не имеет права звучать голос того, кого я ненавижу всей душой. Хоть и сама не понимаю, почему.

— Простите, что потревожили ваш покой, — заискивающе извинился страж. — Показалось, что в храм проник посторонний. Проверяем вот.

— А ее вы не заметили, что ли?

Поднявшийся из гроба мужчина уставился прямо мне в лицо. Ему пришлось изрядно нагнуться, чтобы заглянуть с возвышения под стол, но факт — он меня прекрасно видел.

— Кого? — завертели головами воины. Наконец догадались заглянуть в нишу и, ухватив меня за предплечья, грубо извлекли из ненадежного убежища. — Ах ты тварь! Пробралась-таки! Простите, ваше высочество. Больше этого не повторится. Ее сейчас же казнят!

Меня? За что?!

— Погодите. — Незнакомец сел поудобнее. В гробу оказалось на удивление уютно: и одеяло, и подушка — все на месте. Сам он был одет в короткий халат и просторные штаны, при этом верх от движения распахнулся, обнажая рельефные мышцы и гладкую бронзовую кожу. — Что ты здесь делала?

— Да чего тут думать — подлить наверняка чего хотела или в благовония подмешать… — проворчал один из охранников, но под тяжелым взглядом принца смолк.

— Я ничего не делала! Только посмотреть хотела! — выпалила чистую правду.

Во сне я действительно только наблюдала, и никаких дурных замыслов не лелеяла.

Мужчина наклонился вперед, так что торс обнажился еще сильнее. Я как завороженная уставилась на убегающую за пояс узкую дорожку темных волос.

Может, это все еще сон?

Пересмотрела исторических дорам на ночь, вот и мерещится всякое.

Причем это не в первый раз. Мне и раньше снились эти старинные коридоры, закрытые бумагой окна и белоснежный гранитный пол, отполированный до зеркальности.

Только во сне я не должна чувствовать боли или запахов. А ноздри отчетливо щекочут нотки сандала, корицы и мускуса. Да и впившиеся в предплечья пальцы стражей, не позволяющие и шевельнуться, добавляют натуральности.

Кажется, я еще и меньше ростом стала.

Стараясь сдержать нарастающую панику, оглядела себя как могла. Тонкие запястья, длинные пальцы, хрупкая, изящная фигурка укутана в серовато-зеленый халат, ниже ощущаются еще слои ткани, но и так понятно, что девушка худа до болезненности. Это точно не про меня — я всегда отличалась и хорошим аппетитом, и соответствующими формами.

Возможно ли, что я сейчас не в своем теле?

От дикой мысли закружилась голова.

— Защита на входе не пропустит ни яда, ни вредоносных артефактов, — медленно, задумчиво протянул принц. — Разве что холодное оружие… Обыщите ее! Хотя нет, оставьте.

Протянувшие было ко мне свои лапищи стражи — именно к груди, самое опасное место, разумеется, — отдернули их как обжегшись.

— Я сам.

Грациозным кошачьим движением мужчина спрыгнул с постамента и подошел ко мне. Рослый, мощный, он возвышался надо мной головы на полторы.

Я остро почувствовала себя маленькой и уязвимой.

Закрыла глаза, все еще надеясь проснуться, и чуть не подпрыгнула, когда на талию легли горячие мужские ладони.

Принц бегло ощупал складки платья, задержался на поясе, деликатно проверил вырез — даже не подумал тронуть самое интересное, надо же!

— Не боишься? — теплое дыхание коснулось виска.

— Мне нечего скрывать, — мой голос все же дрогнул.

Не уверена, что прежняя хозяйка этого тела не припрятала на себе сюрприз-другой.

Как я вообще здесь оказалась — понятия не имею. Заснула дома, проснулась у гроба. А до того видела очередной реалистичный сон. Будто бы иду по коридору, оглядываясь, а вокруг все те же скалящиеся драконы. Прихожу в этот зал, зачем-то пытаюсь снять хрустальную крышку…

С ума сошла, не иначе.

Зачем тревожить это чудовище?

От острой ненависти, сжавшей сердце ледяным кулаком, я чуть не задохнулась.

Откуда столько эмоций? Я ведь даже не знаю, кто это.

«Генерал Гуангмин, — пришел ответ из глубин памяти. И волна ярости, на мгновение застившая зрение алым. — Убийца».

Глава 2

Девица притащила меня в просторные, роскошно обставленные покои.

Не наши, разумеется.

Принца.

Поскольку я тоже служанка, мне положено было их убирать. Протирать специальной пушистой щеточкой вазы и перетряхивать постель, на которой уже несколько месяцев никто не спал.

Все это мне поведала щебечущая без остановки Мейли. Имя я тоже узнала из болтовни — она постоянно выдавала фразы в третьем лице. Сначала мне даже казалось, что она про кого-то другого — но нет, про себя.

— Мейли знает, что мы, простые сливы, не пара величественному лотосу. Я держусь за свое место, а ты? — осуждающе махая метелкой, она продолжала меня отчитывать. — Мейли слышала, его высочество вчера посетили целители. Вышли озабоченные и испуганные. Говорят, принц на них нарычал.

— Он может, — пробормотала я себе под нос, передвигая по тумбочке безделушки.

Изящные статуэтки казались музейными экспонатами, трогать их было боязно, но, по словам служанки, чистота должна быть идеальной.

— Так ничего удивительного, что его высочество Гуангмин недоволен! Сколько он уже лежит? Не меньше года. Только недавно ему ходить разрешили. Еще и говорят, дракон к нему никак не вернется, потому и злой он.

Я покачала головой, мысленно прикидывая, о каком драконе может идти речь. Приходил на ум только один.

Значит, принц — импотент.

Не повезло бедолаге.

— Чем вы здесь заняты? Опять болтаете, бездельницы? — рявкнула, врываясь без стука в спальню, дородная дама.

При виде нее Мейли ойкнула и неловко взмахнула щеточкой. Громадная ваза пошатнулась, грозя рухнуть и разбиться на тысячу кусочков.

Я непроизвольно дернула рукой.

Кончики пальцев заиндевели, по руке к плечу пробежали мурашки.

Дно вазы с хрустом вернулось на место и застыло, примороженное насмерть.

Я сглотнула и недоумевающе уставилась на свою ладонь.

Что это было?

Ни Мейли, ни угрожающе нахмуренная начальница моего жеста не заметили. Они были заняты друг другом. Одна стояла потупившись, вторая упоенно отчитывала халтурщицу. Заодно досталось и мне — за нерасторопность и нерадивость.

К счастью, слух о том, что меня застукали у принца в храме, до прочих еще не дошел.

Под бдительным взором почтенной госпожи Тунь мы споро разобрались с остатками пыли, заменили цветы в вазах, сменили ароматические палочки — вот уж без чего бы лично я отлично обошлась: запах от них стоял тяжелый и приторно-сладкий.

К тому моменту, как начальница разрешила нам прерваться на перекус, в голове моей уже клубился дурманный туман.

— Бегом, в комнату и обратно! — приказала она строго. — Нам еще занавески менять над кроватью.

— Зачем, если его высочество все равно здесь не появляется? — заикнулась было я, но Мейли поспешно дернула меня за рукав, заставляя замолкнуть на полуслове.

Далеко мы не ушли.

Чуть не столкнулись на крыльце с уже знакомыми стражами.

— Принц Гуангмин желает тебя видеть, — буркнул один из них.

— Зачем? — удивилась я и получила увесистый тычок в спину от Мейли.

— Там и узнаешь! — прошипела она, подталкивая меня снова и таким образом придавая ускорения. — Приказ исполняй, пока не наказали и тебя, и меня, и их заодно!

— А их-то за что? — я сочувственно покосилась на воинов.

— За неповиновение!

Мысленно закатив глаза, я последовала за стражами в храм.

Незрелое у них высочество: сам не знает, чего хочет. То выгоняет, то снова зовёт.

Гуангмин по-прежнему возлежал на алтаре и даже головы не повернул при моем появлении.

Зато сборище стариков в одинаковых серо-белых халатах страшно оживилось.

— Подойдите ближе. Ведите ее сюда! — наперебой заголосили они.

Стражи подхватили меня под локти и переставили, как хрустальную фигурку. Аккуратно, но без уважения.

— Что вы чувствуете, ваше высочество? —подобострастно уточнил один из дедов, у которого холеная борода острым клинышком почти достигала колен.

— Ничего особенного, уважаемый Фанму. — Тоном принца можно было воду морозить.

— Ближе, ближе! — засигнализировал старец.

Меня подволокли вплотную к алтарю.

Его высочество лениво приоткрыл один глаз, скосил его на меня и неожиданно ухватил за запястье.

— Вот теперь, пожалуй, да, — удовлетворенно проурчал он.

Целители оживленно загалдели. Шепотом, чтобы не отвлекать принца от важного дела — полуденной дремы.

Я потопталась на месте, неуверенно оглядываясь то на стражу, то на бормочущих стариков.

— А что происходит? — одними губами поинтересовалась у них.

От меня отмахнулись, как от мухи.

Понятно, стой и не выступай.

Взгляд невольно упал на наши сплетенные руки. Длинные, сильные мужские пальцы сжимали мое запястье бережно, даже нежно, но не было никаких сомнений, что они могут сломать мне кости одним движением.

От места, где наша кожа соприкасалась, исходило едва уловимое тепло. Приятно-щекочущие мурашки взбегали по руке к плечу и ниже, собираясь крохотным солнышком внизу живота.

— Какой у тебя дар? — негромко спросил Гуангмин.

В храме моментально воцарилась абсолютная тишина. Все смолкли, не смея открывать рот одновременно с принцем.

Я замялась. Что ему можно сказать? Учитывая, что прежняя хозяйка этого тела пришла сюда с нехорошими намерениями и скрывает свою личность, не выдаст ли ее направление магии?

— Не знаешь? — по-своему истолковал мое молчание Гуангмин. — Ничего удивительного, ты же из народа. Не училась?

— Нет, — выдохнула я.

Чистая правда. До сегодняшнего дня я была уверена, что магия — это сказки. Пока не приморозила вазу силой мысли…

— И не нужно. С этого момента твой резерв — мой.

Губы принца изогнула усмешка.

— Присвойте этой… как тебя? Шулинь! Присвойте ей звание младшей наложницы и отведите комнату рядом с моими покоями. Раз вы считаете, что она может быть полезна в исцелении, попробуем.

— Вы крайне мудры, ваше высочество! — нестройным хором сообщили целители, несколько раз поклонились и удалились.