Любить опасно

Глава 1. Добро пожаловать в Ад

Я прикрываю глаза, когда слышу скрежет металла об асфальт. Машина моего отца медленно умирает, но его это, кажется, нисколько не беспокоит. Странно: имея за плечами несколько лет грязных дел с местной мафией, он так и не смог заработать на что-нибудь поприличнее «Кадиллака» восьмидесятого года выпуска.

Отец притормаживает и поворачивается ко мне.

– Ладно, детка. Хорошего дня.

Я отвожу взгляд. Выбираюсь из машины и заставляю себя улыбнуться.

– Пока, папа.

Дверь захлопывается, и металл снова жалобно скрипит. Я смотрю, как отец выезжает с университетской парковки, и только потом оборачиваюсь к людям вокруг. Некоторые парни пускают слюни глядя на меня, некоторые девушек машут рукой в знак приветствия. Но большинство просто проходят мимо, даже не задерживая взгляд.

Видите ли, я и не популярна и не изгой. Я что-то между.

Просто Джованна.

Красивая? Безусловно. Если я захочу, половина парней университета окажется у моих ног. Но в Редвуд-Хайс популярность измеряется не взглядами и не слухами. Она измеряется деньгами. А с этим у меня, как вы уже догадались, большие проблемы.

Услышав приближающуюся громкую музыку, я поворачиваю голову и вижу розовый кабриолет, направляющийся в мою сторону. Мне приходится отскочить назад, чтобы увернуться от капота.

– Черт! – выкрикиваю я, застыв в шоке. – Куда ты едешь?!

Из машины выходит Барбара и ее туповатая подруга Лейла.

– О, боже мой. Я тебя даже не заметила, – саркастически произносит она сквозь хихиканье.

Я делаю шаг вперед.

– О, боже мой. Правда? Может, тебе нужны очки? Быстро, сколько пальцев я показываю? – говорю я, показав средний палец.

Раздается приглушенный смех Лейлы. Барбара пихает ее в бок и хмурится, глядя на меня с нескрываемым отвращением.

– Извини, я не понимаю язык бедняков.

Лейла начинает смеяться громче. Барбара подхватывает ее под руку и уводит в сторону университета.

Я закатываю глаза, глядя им вслед. Затем поправляю короткое черное платье и, вытащив из сумки помаду, подкрашиваю губы. Мои огненно-красные волосы развеваются на ветру. Я поднимаю голову к небу, вдыхаю поглубже и, встряхнув плечами, направляюсь к парадному входу. Желтая табличка над дверьми гласит: «Добро пожаловать в университет Редвуд-Хайс», но мне кажется, что здесь должно висеть что-то типа: «Добро пожаловать в Ад».

Придя на первую пару, я направляюсь прямиком к своему месту. Звенит звонок, и через несколько минут в аудиторию вбегает Лаура. Она тихо пробирается через ряды в надежде остаться незамеченной.

Присев рядом со мной, она шепчет:

– Как ты думаешь, он заметил?

– Мистер Браун замечает все, – хихикаю я.

Профессор поворачивается к нам, смиряя Лауру взглядом, и говорит:

– Я понимаю, что первому курсу нужно время, чтобы освоиться и отвыкнуть от безалаберности, которую вам прививают в старшей школе. Но теперь вы студенты Редвуд-Хайс и обязаны следовать местным правилам. Правило первое: опаздывать на мои лекции запрещено.

Лаура глубоко вздыхает.

– Прошу прощения, мистер Браун. Видите ли, у меня была ужасная неделя…

– Хм, – мистер Браун складывает руки на груди. – И почему же у тебя была ужасная неделя?

– Потому что Бог решил наказать всех женщин с тех пор, как Ева съела яблоко. И теперь каждый месяц…

Мистер Браун прочищает горло.

– Я понял. Можешь не продолжать.

Лаура подмигивает мне, и я отчаянно пытаюсь не рассмеяться.

Мы дружим с Лаурой с начальной школы. И все равно это кажется странным. Она выросла в мире золотых погремушек и дорогостоящих нянечек. Дочь мафиозного клана, где роскошь всегда идет рука об руку с опасностью.

Моя жизнь – совсем другая. Я родилась в простой семье и знала о мафии только из голливудских фильмов. Пока однажды отец не связал свою судьбу с преступным миром. Он стал солдатом клана Моретти как раз в тот момент, когда большие боссы объявили войну за власть в Редвуд-Хайс. Именно тогда все пошло под откос: привычная безопасность рассыпалась в пыль, а мир, в котором я росла, развалился на куски.

Вскоре Моретти выиграли войну, но по счетам платить все равно пришлось. Отца и еще несколько киллеров посадили на долгие годы, а мою мать выдали замуж за члена клана. Возможно, она влюбилась по-настоящему и сама выбрала этот путь, но я предпочитаю думать, что все эти годы ее держат в логове зла и разврата насильно.

До пятнадцати лет я жила с бабушкой, но когда рак забрал ее, мне пришлось переехать к матери и ее новому мужу. Это было худшее время в моей жизни. Я презирала каждого члена моей новой «семьи» и даже мать, за то, что она выбрала их, а не меня. Единственным светом в этом чужом и грязном мире была Лаура. Она поддерживала меня на протяжении всего пути.

Нет, не подумайте, я не делю бандитов на плохих и хороших.

Но Лаура не выбирала где родиться. Прежде всего я вижу в ней хорошего человека, а не наследницу мафиозного клана.

Пару лет назад, когда отца освободили, я без раздумий собрала вещи и переехала к нему. В убогий район, где он купил себе домик на деньги, что у него остались от прежней жизни. Теперь я живу на две семьи: по будням с отцом, по выходным – с матерью.

Прозвеневший звонок развеивает мои воспоминания. Я вздрагиваю, когда Лаура пихает меня локтем в бок.

– Ты чего застыла? – спрашивает она, прищурившись.

– Да так, – отмахиваюсь я.

Мы выходим из аудитории в душный коридор. Остановившись у шкафчика, я начинаю вынимать учебники из сумки, но только для того, чтобы снова наполнить ее другими учебниками.

– О, смотри! – Лаура указывает на Барбару, направляющуюся в нашу сторону. – К нам приближается дьяволица. И, должна заметить, выражение её лица не предвещает ничего хорошего.

Захлопнув шкаф, я прислоняюсь к нему спиной и складываю руки на груди.

– Сегодня утром я ее отшила, когда она попыталась переехать меня на своем кукольном кабриолете.