Любовь по вызову

Часть 1 Глава 1

Визг тормозов, крутой вираж, звук удара, вылетел с трассы!

Леха выругался, снял наушники, бросил джойстик. Совершенно пустой вторник. Даже играть уже надоело.

Потянулся в кресле, потёр глаза, встал. За окном серое небо крупными каплями падало на землю. Выходить лень и противно. Посмотрел на спортивную сумку – в зале уже был. Не идти же ещё раз. Вспомнил, что вроде по вторникам в ближайшем кинотеатре снижены цены на билеты. Потянулся к телефону, посмотреть расписание и поискать компанию. Тот неожиданно призывно пропиликал.

Оператор: Леха, тетка до 40, одна, особых предпочтений нет. Сегодня в шесть. Берешь?

Взгляд сам собой скользнул на часы. Сейчас четыре. То есть, у него есть время на душ и на дорогу. Отлично! «Беру», – набрал в мессенджере и бросил телефон на кровать.

Он уже подхватил полотенце и бритвенный станок, когда телефон снова ожил. Леха знал, что это в чат пришел адрес клиентки. У него полчаса, чтобы привести себя в товарный вид.

***

Это был обычный спальный район. Стандартная панелька. Квартиры просторные, но без изысков.

Вызвала на дом. Значит, ни мужа, ни детей, ни престарелой мамаши. Уже хорошо. Леха не любил эти излияния про мужа-скотину или мать-тирана. Квартира – однушка. Чистая, просторная. В прихожей – гардеробная. Комната отдана полностью под спальню. Гостей если и принимали, то на кухне. Женщина впустила его в квартиру и замерла в коридоре.

Леха окинул ее оценивающим взглядом. Выглядит молодо. Косметики нет. Волосы густые, русые, очень красивые. Мордашка милая. Одета в футболку и трико. Фигура в норме. Какое тут "до сорока"! Едва ли есть тридцать. Ухоженная, но не лощеная. Классная, в общем. Зачем ей я? Интересно, что будет в этот раз, «мне вас подруги подарили» или «я так устала от одиночества!»? Женщина посмотрела на него требовательно и будто вопросительно.

– Я – Алекс, – представился парень.

Она кивнула. Себя в ответ не назвала. «Ну что ж. Пусть так. Будешь киско-птичко-рыбкой», – с досадой и нарастающим раздражением подумал Леха.

– Нужно в душ? – вместо имени.

– Вообще нет, но если настаиваете…

Она изучающе его осмотрела. Как товар на рынке.

– Не настаиваю, – и ушла в комнату.

Леха мысленно чертыхнулся и последовал за ней. И как прикажете ее удовлетворить, если никакого контакта нет?! Женщине же нужно, как минимум, расслабиться! А эта?! В голову, вперемешку с ругательствами, лезли самые радикальные идеи: от массажа и бокала вина до…

Зашел в комнату, огляделся. Темная железная кровать изголовьем к окну, журнальный столик, кресло в углу. Стены выкрашены в бежевый цвет, напротив кровати телевизор, на окнах плотные однотонные шторы. Красиво, стильно, лаконично. Посмотрел на ажурный столик у кровати. Вина не наблюдалось. Фигово.

– Может, включим музыку?

– Если хотите, – она разбирала кровать и ответила, не оборачиваясь.

Я хочу?! Я здесь вообще не для того, чтобы делать то, что я хочу, черт возьми! Одернул себя, выдохнул. Она обернулась и принялась стягивать футболку. Под ней – спортивный топ.

– Вы не будете раздеваться? – голос напряженный. Она нервничает.

Черт, зачем ты вообще меня вызвала?!

– А может, – Леха добавил голосу немного хрипотцы и опустил глаза, – поможете?

– А что, сам никак?

Да твою ж мать! С какой стороны к тебе вообще подходить?

Леха ухмыльнулся и принялся расстегивать рубаху. Сначала верх. Дать ей полюбоваться своим торсом. Потом стянуть носки, расстегнуть ширинку. Джинсы дамочки обычно стаскивали с него сами. Уж больно им нравилась его фигура и то, что под брюками. Носки уже отлетели в сторону. Она разделась до нижнего белья и села на край кровати. Смотрит на него. Оценивает. И сейчас он не мог бы сказать, нравится ей то, что она видит, или нет. Лицо было непроницаемым. Расстегнул джинсы. Нет, эта подходить не будет. Спустил. Остался в одних боксерах.

Он знал, что красив. Светло-русые волосы, серые глаза, высокий, статный. И природа не обделила, и годы тренировок давали себя знать. Хорошо накачанный торс, узкие бедра, длинные сильные ноги. Он нравился теткам, чем и пользовался.

На ее лице по-прежнему никаких эмоций.

– Классика? – он вздернул бровь. – Или хотите чего-то… особенного?

– Особенного? – О! Первая эмоция. Ей как минимум любопытно! – Например?

– Ну… Я могу вас связать, – Леха ляпнул первое, что пришло в голову.

– Садо-мазо? – она брезгливо скривилась.

– Зачем сразу садо-мазо? – Леха резко пошел на попятную. – Можно так… лайтово. Чисто перчинки добавить!

Обычно у него язык работал не хуже члена, но эта дамочка почему-то вывела его из себя, и сейчас у него в голове были одни ругательства. Понимал, что ведет себя по-дурацки, так же сейчас себя и чувствовал.

Она неожиданно хмыкнула:

– Лайтово? Ну, давайте попробуем!

Леха еле сдержал вздох облегчения. Хоть что-то! Потянулся к рюкзаку. Рука сама нащупала наручники. Нет. Не пойдет. Сейчас откажется, и всё насмарку. Отодвинул браслеты, нащупал поглубже шелковый шарф. Достаточно прочный и длинный. Дамочки его любят. Медленно подошел к ней, опустился на край кровати.

– Знаете, если не использовать руки, ощущения меняются, – говорил он уже вкрадчиво, уводя свои руки ей за спину,– Становятся острее, – перешел на шепот.

Потянулся ее поцеловать – отвернулась. Мысленно чертыхнулся, коснулся губами щеки, прихватил мочку. Она вкусно пахла. Не духами, а гелем для душа, но Лехе понравилось. Глубоко вздохнул, опустился по шее к ключице. Она чуть дрогнула, отозвалась. Обнял, потянул к себе только затем, чтобы схватить за запястья. Она, похоже, уже забыла, о чем они говорили. Но в одно мгновенье ее удивленный взгляд сменился понимающим. Леха снял с нее топ и хорошо отработанным способом затянул шарф вокруг правого запястья, налег на нее, чтобы подтянуть руку к изголовью кровати. Она шумно вздохнула, казалось, еще одно резкое движение, и начнет сопротивляться, но нет. Посмотрела, как он перекидывает шарф через перекладину, и подала другую руку.

Часть 1 Глава 2

В выходные, как всегда, было плотненько. Дамочки устраивали девичники, отправляли детей на ночь к бабушке или папаше, если были разведены, гуляли в клубах. В общем, ночь с субботы на воскресенье всю неделю кормила. Это был третий вызов за сутки. Женщина в отеле. Леха знал, что это значит, но старался не думать о том, что дома у нее, скорее всего, муж и дети, а она «ночует у Маринки». Было противно. Леха давно сам себе пообещал, что никогда не женится, тем и успокоился, но сегодня почему-то было особенно мерзко.

Хихикая и жеманничая, дамочка завела привычную пластинку: у нее недавно был день рождения.

– Мне снова исполнилось восемнадцать! – заливистый смех. – Девчонки такие шутницы, – покраснела, глаза в пол.

Леха все эти спектакли знал на зубок. Ухмыльнулся, что-то ответил. Бархатным голосом, как умел. Подошел, приобнял, поцеловал в шею. Дамочка обмякла, а он чертыхнулся. Эта дура вся духами облилась! Запах резкий, на языке горько. Чуть отстранился, принялся расстегивать блузку.

– Давайте я вам помогу, – голос с хрипотцой, как положено, изнываем от страсти.

– Ах, какой милый мальчик! – дамочка закатила глаза.

Восемнадцать тебе, как же! Тридцать восемь минимум, раз я для тебя мальчик! Леха скривился и понял, что у него не стоит. Черт! И для виагры поздновато. Зажмурился, выдохнул. Опустился перед ней на колени, прошелся пальцами по кружевному лифу, коснулся губами ее тела. Вспомнил вторник. Живот, который все время пытался увернуться от его губ. Ноги, которые то обхватывали его, то отталкивали. Взгляд, который обжигал яростью и страстью. Кровь хлынула вниз, к пояснице. Леха открыл глаза, посмотрел на томную матрону, нависающую над ним с похабной улыбкой, и снова уткнулся носом в пупок, заставляя себя вспомнить совершенно другое тело. Член послушно вставал, а в голове крутилась только одна мысль: «Бля, брат, ты попал!»

***

Адрес у него остался. Да и не будь его в мессенджере, он бы нашел этот дом и так. И дом, и квартиру. Стоял поодаль, курил. Сам не знал, зачем, но наблюдал за подъездом. Никак не мог высчитать ее график. Похоже, работает удаленно, а выезжает из дома лишь на встречи. За те пару недель, что он шпионил, она раз пять выходила из дома на полдня или дольше явно в офис: костюм, туфли, тонкий портфель с ноутбуком. Несколько раз – в магазин или на прогулку: джинсы, футболка, джемпер. И она бегает по утрам.

Это он выяснил, заявившись прямо из чужой койки. Часов в шесть. Так вот, как раз между шестью и половиной седьмого она бегает. Это была засада. Улица пустая, только редкие собачники. Они чуть не столкнулись нос к носу. Еле успел нырнуть в арку двора.

Сейчас она шла по улице с какой-то невероятной херней в руках. Легкой, но огромной, вроде вешалки. Зубы стиснула, мордашка серьезная, смотрит на свою «вешалку» строго. Чуть не роняя сумку, достала ключи, открыла железную дверь подъезда. Дверь, словно издеваясь, приоткрылась и попробовала снова захлопнуться. «Встречаться с клиентками без вызова запрещено, – напомнил себе Леха, когда она снова рывком открыла дверь, а та опять не захотела ее пускать. – Запрещено!»

Она сунула колено в проем, но дверь была слишком тяжелой. Видимо, больно придавила ей ногу. Женщина ойкнула, дернулась, чуть не роняя свою несуразную ношу. И тут Леха не выдержал. Подскочил, подхватил «вешалку» или что она там несла. Второй рукой уперся в дверь, не давая ей снова закрыться. Женщина подняла на него взгляд, сначала растерянный, но почти сразу ставший злым. Глаза сузились в щелочки.

– Ты?!

– Я, – смысла отпираться не было. Еще бы она его не узнала!

– Откуда ты здесь?

– Да вот, просто мимо проходил, – наглый взгляд, морда кирпичом.

– Мимо проходил? – сощурила глаза еще сильнее.

– Угу!

– Ну так и проходи, – вырвала у него «вешалку» и юркнула в подъезд.

Леха стиснул зубы, выругался про себя и закрыл дверь. Идиот. Просто идиот.

***

Несколько дней он в ее район не совался. Не то что боялся санкций, просто считал бессмысленным. Из конторы не позвонили. Значит, она не настучала. Сыпались обычные сообщения в мессенджере. Сначала с адресом, потом с оценкой и кучей дурацких смайлов. Леха все гадал, кто у них оператор, парень или девушка. С одной стороны, такой херней мужик заниматься не будет, а с другой, подколы иногда были совсем не женские. А потом ему дали заказ в соседнем доме. Его аж тошнило, когда он ехал. Шел и думал. Вот сейчас встречу ее на улице, и что скажу? Опять мимо проходил. Или не встречу? Тогда еще хуже. А почему хуже? Хрен знает. А ладони вспотели.

Вышел из метро, пошел знакомой дорогой. Здесь поворот, тут она срезает за гаражами. Крик и хохот! Черт, какие-то подонки бабу щиплют. Блин, и не поздно же еще. Леха подумал было вызвать милицию. Самому лезть недосуг. Во-первых, время, а во-вторых, фейс беречь надо. Но тут его взгляд упал на вырванный у женщины портфель. Тонкий портфель с ноутбуком. Он знал его. Совершенно точно знал!

– Э, мужики! – Леха свистнул и быстрым шагом пошел к ним. – Вы че, вдвоем на одну бабу?

– А ты че? – один из подонков осклабился. – Третьим хочешь?

Леха отступил на шаг, просчитывая его движения:

– Да ну, давайте лучше двое на двое!

В сумерках белой молнией блеснуло лезвие. «Плохой нож», безо всяких эмоций успел подумать Леха.

Рывок, захват.

На тхэквандо Леха ходил с шести лет. Красивое тело не на пустом месте берется. Сейчас уже, конечно, в спарринг практически не вставал, но еще помнил годами отработанные движения. Звонко хрустнула вывернутая рука, подонок заорал на весь район. Второй подскочил, неумело вмазал Лехе по лицу. Тот уклонился, ударил его в живот, коленом в лоб. Слегка, чтоб порядочным людям вечер портить неповадно было. Второй тоже взвыл и не очень ровно побежал вдоль гаражей, догоняя уже умотавшего туда первого.

Сплюнув, Леха провел рукой по щеке. Все же губу разбили, твари. Перевел взгляд на женщину. Она стояла в оцепенении и ошарашенно смотрела на него. Он наклонился, поднял ее портфель, молча протянул ей.

Часть 1 Глава 3

Тот же коридор, только теперь не комната, а кухня. Просторная. Красивая. Темно-серый гарнитур, белые жалюзи, белая посуда и какой-то цветок на окне. Очень чисто. Лехе нравилось.

Она швырнула сумку на пол и ушла в ванную. Шум воды. Возня. Переодевается. Ее всю трясло, хотя старалась не подавать виду. Леха молча ждал. Вышла быстро. В знакомом трико. Смыла косметику. Плакала? Прошла мимо Лехи, не глядя на него. Набрала в чайник воды, включила. Полезла за чашками. Посуда нервно вздрогнула у нее в руках и полетела вниз. Чашка, тоскливо взвизгнув, разбилась вдребезги. Леха вскочил, присел на полу. Она тоже опустилась, но руки явно дрожали.

– Слушай, давай я сам.

Он не трогал ее, но голос мягко обволакивал. Успокаивал. Татьяна отпрянула и кивнула. Села на стул, зажала руки между коленями. Посмотрел на нее, спросил:

– У тебя есть что-нибудь типа коньяка?

Отрицательно помотала головой.

– Мне еще работать.

– Просто добавь немного в чай, не обязательно же напиваться.

Зашипел, выключаясь, чайник. Она так и сидела, рассматривая осколки чашки у Лехи в руках.

– Хочешь, сбегаю?

Опять мотнула головой. Подняла на него резкий взгляд:

– А ты сам никуда не спешишь? Тебе не нужно… работать? – последнее слово произнесла с нажимом, сквозь зубы.

Леха хмыкнул. Неосознанно коснулся разбитой губы.

– Сегодня уже нет.

Она нахмурилась:

– Лед дать?

– Давай.

Встала, чем-то зашуршала в морозилке. Он достал две чашки с полки, налил кипяток, оглянулся в поисках заварки.

Татьяна протянула ему лед, завернутый в кухонное полотенце, потянулась к нему за спину, достала чайные пакетики. Старалась не смотреть в глаза. Не касаться.

– Ты бы заявление написала.

– А толку?

– Ну, если не написать, точно толку не будет.

– Они ничего не украли, ничего не сделали.

– Как не сделали?! – Леха аж повысил голос. – Было совершено нападение!

Она ехидно на него посмотрела.

– Никто этим заниматься не будет.

– А ты как домой ходить будешь?

– По прямой освещенной дороге!

Леха стиснул зубы. Бессмысленно. Не пойдет в полицию. Очень аккуратно накрыл ее ладонь своей. Напряглась, но руки не отдернула.

– Ты хоть по ночам не ходи.

Одарила его презрительным взглядом. Отошла. Села за стол.

– Постараюсь.

Хотелось обнять. Прижать к себе. Погладить по волосам. А она даже за руку не дает подержать! Твою мать, он ее трахал две недели назад, а сейчас она его коснуться боится. Сидит молчит.

Убрал лед от губы.

– Мне уйти?

Пожала плечами.

– Спешишь?

– Сказал же, что нет, – он сам начинал злиться.

– Тогда нет, – подняла на него взгляд. – Не уйти.

Шумно выдохнул, взял свою чашку, сел за стол напротив нее. Посмотрела каким-то странным взглядом.

– Алекс?.. Это Алексей? Александр?

– Леха.

– Значит, Алексей, – удовлетворенно кивнула.

– Леха, – с трудом сдерживая улыбку, поправил он.

– Леха, – только она умела говорить еле слышно, но с вызовом. Кивнула. – Спасибо. Большое спасибо, что помог.

Он в ответ просто улыбнулся.

***

Этот вечер они провели вместе. Сначала долго молча пили чай. Потом она почему-то решила, что Леху обязательно надо накормить ужином, потому что уже поздно, а он явно не обедал. Залезла в холодильник, разозлилась, что там ничего нет.

– Я не собиралась есть, я собиралась работать!

В общем, Леха все же пошел в магаз за сыром и куриной грудкой. Конечно, купил и спиртного. Они жарили курицу. Вдвоем. Он резал, она стояла над сковородой. Потом он-таки налил ей полчашки коньяка в чай, добавил лимона, а она позволила укутать себя в одеяло. Унес ее на кровать, укрыл, как замерзшего котенка.

– Дай ноут.

– Какой тебе ноут? Ложись спать, – пытался уговорить ее.

– Мне завтра презентацию сдавать! Она, сука, громадная.

– И что, совсем не сделана?

– Текст набит, надо картинки и диаграммы вставить, – завозилась, высвобождаясь из одеяла.

– Давай помогу.

– Ты?

– А что, по-твоему, я не способен фотографии по слайдам разнести?

– Да кто ж тебя знает, на что ты способен?! – возмутилась она яростным шепотом.

Он уселся на пол, оперевшись спиной о кровать, поставил ноут себе на колени и укоризненно посмотрел на нее снизу вверх.

– Ну ладно, – она свесилась и набрала пароль. – Вот с этой папки прямо в том же порядке по слайдам. Потом три слайда с диаграммами. Вот видишь, график. А потом снова дальше фото. Комментарии к ним уже есть.

– Если что накосячу, утром поправишь.

– Поправлю, – согласилась она.

Леха привычно взялся за мышку и навел курсор на презентацию. Фотографии объектов недвижимости, склады, какие-то скрины из интернета. А еще рабочая визитка с ее мейлом и телефоном. Обернулся, чтобы что-то спросить, но она уже спала. Расставил все, что понял, подумал, списал себе ее номер телефона, оставил ей на листе блокнота свой, тихо закрыл крышку. Хотел поправить одеяло, но побоялся разбудить. Посмотрел на нее минуты три и ушел, захлопнув дверь.

Утром написал ей смску.

Леха: Привет. Это Леха. Ты как? Презентация в норме?

Татьяна: Да, все в норме, спасибо.

Вот же!.. Что он без спроса ее номер стащил – не возмутилась, но… Ни «как дела», ни «я отлично, а ты?» Сука! Начальница, стопудово! Отшвырнул телефон. Да на кой черт она мне вообще сдалась?!

Собрал сумку, ушел в спортзал. Таскал железо до седьмого пота, пока тренер не остановил его:

– Э, але, спину сорвешь! Полегче.

Тряхнул головой, посидел на лавке и ушел в душ. В раздевалке достал телефон, открыл мессенджер. Там, конечно, сообщение.

Оператор: Заказ возьмешь?

Леха: Не могу. Губу разбил в зале. Пара дней простоя.

Оператор: Замажь тонаком! Это твоя постоянная. Она простит.

Посмотрел на себя в зеркало. Поморщился. А! Какого черта!

Часть 1 Глава 4

Выходные работал на злости. Смотрел на других баб, и все клокотало внутри. Вы, суки, думаете, это мы продажные, а вы порядочные. Какие вы порядочные, когда мужика, как пиццу, на дом заказываете? Рычал, и, наверное, кого-то слишком сильно сжимал. Одна из клиенток ойкнула, хотя на жесть запроса не было. Остановился. Извинился. Долго целовал запястье, ласкал пальцы. А после стоял под душем часа полтора и ненавидел себя. Не выдержал. Достал телефон. Нашел ее номер.

Леха: Привет. Как дела?

Набрал. Стер.

Леха: Привет. Что делаешь?

Опять стер.

Леха: Я приеду?

Отправил, пока вообще не запретил себе писать.

Двадцать секунд. Тридцать. Минута. Ладони вспотели, в ушах стучит. Да что за хрень! Телефон отозвался веселой трелью:

Татьяна: Бессмысленно. У меня месячные.

Ах, значит так?! Решила поиздеваться. Ну, получи ответку.

Леха: Я сегодня трахался уже четыре раза. Не хлебом единым…

Двадцать секунд. Тридцать.

Татьяна: Ну, приезжай.

Стук в ушах сменился звоном. Захотелось смеяться и кричать! Еще раз пиликнул мессенджер:

Татьяна: И хлеба купи.

Теперь уже точно засмеялся.

Леха: Какого?

Татьяна: Обычного. Бородинского.

***

Заскочил в магазин уже в ее районе. Только по полупустым прилавкам понял, что поздно. Почти десять вечера. Помрачнел. Ей завтра на работу. Ладно, хоть увидеть. Взял последний «бородинский», постоял, посмотрел на остатки выкладки и подхватил коробку с пирожными. Эклеры. Всегда любил.

На ней была длинная туника и высокие теплые носки. Уставшая, с кругами под глазами. Волосы собраны в пучок, заколоты карандашом. В руках листы с текстом. Открыла молча, пропустила в квартиру и ушла на кухню. Постоял в пустом коридоре, хмыкнул, разделся и пошел следом.

Весь стол был завален бумагами с пометками, она сидела спиной к двери и смотрела в распечатку какой-то таблицы. Обводила отдельные столбцы. Тем самым карандашом, что был в прическе. Волосы рассыпались по спине волнистым водопадом. Постоял пару секунд, полюбовался. Потом все же шагнул в кухню.

– Хлеб, – выложил «бородинский». – И пирожные.

И бровью не повела.

– Поставь чайник, – не оборачиваясь.

Набрал воды, включил, сел напротив.

– Опять важная работа?

– Угу… Отчёты смежных отделов…

И опять молчание, только шум чайника.

– Хочешь, помогу?

Подняла на него взгляд, полный упрека.

– Чем?

– Ну... не знаю… разложу листы в алфавитном порядке, – добавил с нотками гордости: – Я буквы знаю!

Засмеялась. Черт, действительно засмеялась! Смела листы в стопку.

– Фиг с ними, не могу уже, – потерла глаза. – Завтра доделаю.

– Да? Можно завтра? Это не срочно?

– К среде…

Откинулась на спинку стула, посмотрела на него так, будто только что увидела. Хотела сказать гадость или колкость, но передумала и обернулась к столу, на котором стоял чайник.

– Ты пирожные притащил?

– Ага, эклеры!

– А с каким кремом?

– А ты какой любишь?

Прищурилась, улыбнулась. Встала, подошла к коробке.

– Ассорти! Чур, мои белые!

– Отлично, я больше люблю шоколадные!

– М… значит, ты решил испортить мне фигуру, – она уже открывала коробку.

– Надо же иногда и есть, а не только работать, – он ухмыльнулся. – Я понимаю, должность и все такое …

– В смысле «должность»? – опять напрягалась.

– Ну, ты же, скорее всего, руководитель, – чертыхнулся про себя, но отступать было поздно.

– Да? С чего ты взял? – в голосе вызов.

– Поведение проанализировал. И предпочтения, – говорил осторожно. Шагал по тонкому льду.

– И что такого в моем поведении?

– Ты привыкла говорить коротко и четко. Явно руководишь. Молодая еще. Так что вряд ли свое дело. Отдел или подразделение в фирме, – подумал и добавил: – И у тебя в подчинении точно есть мужчины.

Ее брови взлетели вверх:

– А это ты как понял?

– Ты хочешь, чтобы в постели мужчина был сильнее, – смотрел ей прямо в глаза. Говорил буднично, словно они список покупок обсуждали. – Значит, в жизни тебе приходится мужиков под себя подминать.

Она побледнела, сжала челюсти. А он продолжил.

– Но с самооценкой и самоуважением у тебя все в порядке, поэтому не хочешь унижения и издевательств, – постарался завершить непринужденно.

Она шумно выдохнула и дернула подбородком.

– А что, встречаются такие, кто хотят унижения?

Леха отвёл взгляд.

– Знаешь, чего только не встречается, – легкость ушла из его голоса.– Смотришь иной раз, стоит женщина. Аккуратный макияж, хорошая одежда, след от кольца на пальце. И понимаешь, что у нее скорее всего муж, дом, работа, двое детей, – он скривился, – а она требует такого, что не каждая девка за деньги с собой позволит сделать.

Он замолчал. Она тоже не произнесла ни слова. Забурлил и отщелкнулся чайник. Только тут он поднял на нее взгляд. Татьяна смотрела на него без брезгливости, без раздражения. Спокойно, оценивающе и, как на секунду ему показалось, понимающе. Резко вдохнула, обернулась к чайнику. Разлила кипяток по чашкам и поставила их на стол.

– Значит, – рядом шлёпнулась коробка с эклерами, – твои шоколадные!

Они молча жевали сладости, запивая их чаем. Татьяна то и дело пытливо поглядывала на Леху. Он не выдержал, ухмыльнулся.

– Ну, спрашивай!

– Что? – она чуть прищурилась.

– Как я вообще попал в этот бизнес.

– Ну, это-то как раз понятно. Молодо-зелено. Хотелось быстрых и больших денег, – она подняла одну бровь, – так?

– Так, – ухмыльнулся он.

– Наверное, какой-то старший товарищ подкатил на пьяной вечеринке… А потом уже отказываться было стрёмно, – прищурившись рассуждала она.

– Не, – улыбнулся. – В спортзале. Сначала предложили поработать моделями для плакатов зала. Потом тем, кто нормально себя чувствовал перед камерой, – фото обнаженки. А если на фото эрекция, то вообще шикарно по деньгам выходило, – он смотрел на нее нагло, если не сказать вызывающе. Но она взгляд не отводила. – А ты? – он решил довести откровенный разговор до конца. – Почему ты заказала эскорт-услугу?

Часть 1 Глава 5

Следующим утром смартфон ожил ровно в шесть.

Татьяна: Доброе утро!

Он спал, крепко спал, но телефон выдернул его в реальность. Вместо того чтобы выругаться, широко улыбнулся, зажмурился, тряхнул головой.

Леха: И тебе! Хорошей пробежки!

Прошла минута.

Татьяна: Откуда ты знаешь, что я бегаю?

В ответ много-много улыбающихся смайлов.

Татьяна: А что еще ты обо мне знаешь?

Леха: Немного. Хочу знать больше.

Теперь смайлик от нее. Потом тишина. Убежала.

Потянулся. Подумал, что тоже неплохо бы начать утро со спортзала. Собрал сумку и, не завтракая, ушел. Час на тренажерах, бассейн, душ. Достал в раздевалке телефон.

Непрочитанные:

Татьяна: Всему свое время.

Оператор: Заказ на ночь. Пара. Берешь?

Чуть не отшвырнул телефон. Ну надо же так испоганить настроение. Оделся, вышел из зала, купил кофе на улице. Вздохнул раз, еще… Подумал, что пара будет, наверное, легче, чем четыре бабы, а по деньгам столько же. Достал телефон. Открыл чат с оператором. Набрал: «Беру». Стер. Сплюнул, выругался, снова набрал. Отправил.

***

Ночь была омерзительная. Чуть позже шести вышел на улицу и, несмотря на красивое раннее утро, почувствовал себя крайне паршиво. Постоял, вдохнул ещё чистого весеннего воздуха, достал телефон и набрал сообщение:

Леха: Завтраком накормишь?

Он знал, что она уже не спит. Ответ пришел, к его удивлению, быстро.

Татьяна: Накормлю. Минут через двадцать.

Улыбнулся, услышал вдруг, что вовсю щебечут птицы, и облака по небу плывут красивые, розовые. Пошел к ней пешком. Как раз полчаса. По пути зашел в круглосуточный супермаркет, купил два кофе – ей капучино, себе американо, и какие-то плюшки с сыром.

Татьяна явно была только из душа. Влажные волосы, собранные в хвост, трико, знакомая футболка. Впустила его, как обычно, без вопросов и комментариев. Открыла дверь и ушла на кухню. Он скинул куртку, зашел в ванную, вымыл руки, умылся.

– Омлет будешь? – буднично спросила его из кухни.

– Буду! Я кофе купил!

– Капучино мне? – улыбнулась. – Спасибо!

– Пей, пока горячий, – Леха взял свой стакан и сел на стул у стены.

Татьяна скрылась за дверцей холодильника доставая яйца, молоко и что-то ещё на завтрак.

– Чего пасмурный? – она обернулась.

– Ниче, – мотнул головой, отвёл взгляд. – Все норм.

– Да ладно, – протянула она с ехидцей в голосе, – рассказывай!

Леха нахмурился, все так же не глядя на нее.

– Заказ дурацкий был. Не люблю такие, – и чуть раздосадовано протянул: – Пара…

– В смысле пара? Пара женщин?

– Муж с женой! Причем молодые, – поймал ее недоуменный взгляд. – Я ее ебу, а он смотрит и дрочит! И оба охренеть как довольны!

На ее лице за пару мгновений промелькнуло удивление, возмущение, брезгливость, отвращение. Он это все увидел.

– Вот и я о том же, – прокомментировал еле слышно. Подумал и продолжил: – Знаешь, если бы тебя кто-то попробовал отыметь на моих глазах, я бы его убил, ну или, как минимум, покалечил. А там мужик просто счастлив был…

У нее округлились глаза от его признания. Она чуть вздрогнула, будто отряхиваясь.

– Ну, мало ли что у людей на уме. Может, им уже скучно!

– Может, – тихо отозвался Леха.

Она выключила конфорку, Леха потянулся за хлебом, выложил в корзинку, поставил на стол. Татьяна наблюдала за его движениями.

– А кто у тебя типичный клиент?

Он поднял на нее недоуменный взгляд.

– Ну, самый частый, – зачем-то пояснила она.

Леха пожал плечами:

– Женщины тридцать пять – сорок пять. Либо разведена, либо с мужем секс только по праздникам, а тело ещё чего-то хочет.

Татьяна поморщилась:

– А тебе нормально с женщиной, которая тебе в матери годится?

Леха резко обернулся, пристально посмотрел на нее, глаза сузились. Он тоже умел быть острым на язык.

– Слушай, давай не будем?

– Почему? – она невинно вздернула брови.

– Потому что я хочу спать с тобой, а не рассказывать, как спал с другими!

Она так и замерла с ножом в руках. Секунд пять внимательно на него смотрела. Потом улыбнулась. Без ехидства, но бесенята плясали в ее глазах. Протянула ему нож:

– Сыр нарежь!

А сама потянулась за тарелками.

Леха молча настругал сыр, выложил рядом с хлебом. Сел пить кофе. Если честно, не было сил на их обычную пикировку: сутки не спал. Валился с ног. Татьяна подняла на него взгляд:

– Мне в девять уехать надо будет.

Кивнул.

– На завтрак времени хватит, большего я не просил.

Она нетерпеливо поерзала на стуле, вдохнула, будто хотела что-то сказать.

– Что? – не выдержал Леха.

Татьяна кокетливо вскинула брови:

– А вечер у меня свободный!

Леха улыбнулся.

– Сходим в кино? – предложила она.

– Отлично, – довольный откинулся на спинку стула. – Выбери сеанс.

***

Домой приехал в начале одиннадцатого. Завалился спать. Сквозь сон подумал, что не завел будильник. Проснулся от звука открываемой двери. Подскочил. Первым делом посмотрел время. Два часа. Уф. Норм. Выдохнул.

– Серый? – позвал Леха.

– Ага! – откликнулся друг. – Кого другого ждал?

– Не… – откинулся на подушке. Потянулся. – Как дела?

– У меня норм, – Серый бросил ключи, зашел в Лехе в комнату. – Ты с ночи?

– Да-а, – протянул Леха. Сел на кровати, потер лицо руками. – Ночь мерзкая, зато утро хорошее! – резко встал. – Ты в душ пойдешь?

– Хотелось бы!

– Давай тогда ты первый, а я пока сделаю кофе.

– И на меня.

– Ага, – Леха уже ушел на кухню.

Они с Серегой снимали вместе квартиру уже третий год. Это был его единственный друг не из спортзала, они познакомились уже в конторе (1). В качалке таких не встретишь: мелкий, тщедушный, заостренные черты лица, темные короткие волосы, косая челка, падающая на неожиданно большие и красивые глаза. На вызовы надевал шелковую рубаху с отложным воротником, а иногда повязывал шейный платок. Женщины его любили. Особенно, богатые и возрастные. Для всех этих дамочек он был Серж, и ему это очень шло.

Часть 1 Глава 6

Он надел костюм. Светлый летний костюм: серые брюки, голубой пиджак, рубашка без галстука, чуть расстегнутая у ворота. Прошелся гелем по волосам, поправил триммером контур небритости.

Она шла от метро, поглядывая в телефон. Деловая, чуть уставшая, быстрый шаг. Леха увидел ее первым, смотрел не отрываясь. Подняла глаза, увидела, дернулась, замерла. Парень, шедший сзади, чуть не налетел на нее, благо, она вовремя опомнилась. Леха ехидно улыбнулся про себя. Что, не ожидала, да? Мы еще и не так умеем. Сделал пару шагов ей навстречу, аккуратно наклонился, поцеловал в щеку:

– Привет, – протянул белые розы.

– Привет, – она уже пришла в себя. – Цветы?

– Угу. Если мешают – подаришь актерам.

Улыбнулась, взяла его под руку. Ну чем не пара?!

Постановка в театре Сатиры отличалась эмоциональным накалом. Режиссер убрал все возможные детали, оставив только грубые штрихи, отсылающие к обстановке. Одинокая железная кровать на сцене, дающая понять, что действие происходит в личный покоях короля. Цепь на ноге, намекающая на темницу.

Да, собственно, даже костюмов не было. Все актеры были одеты в черное. Это позволяло оторваться от условностей и окунуться в мир страстей, актуальный и в XVII веке, и сейчас. Особенно силен был образ королевы-матери, созданный мужчиной. Никаких трансгендерных намеков. Просто актер блестяще воплотил женские тоску и отчаяние. Тут и Леха аплодировал искренне.

Татьяна же была просто восхищена происходящим на сцене. Ее взгляд был прикован к действию, и Лешка мог не стесняясь ее рассматривать: это ему было интереснее, чем спектакль. Она задыхалась от восторга и украдкой утирала слезы. На финальных овациях она вскочила и аплодировала стоя. Отнесла свои розы королеве. Вернулась, посмотрела на Лешку горящими от восторга глазами:

– Они не мешали, я просто…

– Я понимаю, – кивнул, улыбнулся.

До метро шли не спеша, наслаждаясь послевкусием от спектакля.

– Спасибо! Я не ожидала, что это будет так…

– Ярко?

– Да! Несмотря на черные костюмы и пустую сцену. Ты прав. Ярко!

– Да, в театре Сатиры вообще стараются передавать именно эмоции. Как раз этого они и добиваются, убирая детали. Хотя, – чуть сменил тон, – я все же люблю академического Шекспира. Но королева, бесспорно, был шикарен!

Татьяна удивленно на него посмотрела.

– Что?

– Ничего… Я просто не ожидала…

– Чего? Что я знаю разницу между академической и режиссерской постановкой? Или что понимаю, чего добивался Райкин?

Она шумно выдохнула и покачала головой:

– Я чуть не забыла! Мы же умные!

– Ага! – Леха шутливо задрал подбородок. – И красивые!

Татьяна остановилась, ошарашенная, посмотрела на него, открыв рот, и засмеялась. В голос засмеялась!

Довел ее до самого подъезда. Внутрь не заходил. Чутье подсказывало, что лучше не спешить и сегодня на чай не напрашиваться. К тому же, ночью у него был заказ.

Татьяна так же замерла у памятной тяжелой двери:

– Чувствую себя школьницей, – пожала плечами она.

– Вернуться домой не позже девяти? – усмехнулся Леха.

– Вроде того, – Татьяна растерялась.

– Ну, значит, иди, – он даже не пытался ее поцеловать. Просто стоял и смотрел в ее красивые, растерянные глаза.

– Значит, пойду, – чуть бодрее, чем хотелось, ответила она.

Леха наклонился и поцеловал. В щеку. Так же, как и при встрече.

– Спокойной ночи, – отступил на шаг назад.

– Спокойной.

Она хотела его удержать. Это было видно. Хотела, но запрещала себе.

Леха улыбнулся, развернулся и пошел к метро. Он умеет ждать.

***

Татьяна: Вспомнила, где ещё видела королеву! Он снимался в «Острове»!

Татьяна: Привет!

Посмотрел на часы. 6:37. Вернулась с пробежки и решила написать. То есть, она всю ночь думала… Пусть не о нем, а о спектакле, но о спектакле, на который ее пригласил он! Леха победоносно улыбнулся:

Леха: Доброе утро! Не смотрел «Остров».

Татьяна: Как так? Его на каждом углу показывали.

Леха: Ну вот так.

Татьяна: Ты не много потерял.

В ответ смайл.

Леха: Уже раздразнила, поищу в интернете.

Татьяна: Хочешь, вместе посмотрим? Собирались же в кино.

Опа! Вот это поворот!

Леха: Хочу.

Татьяна: Только завтра. Сегодня целый день на работе. Ок?

Леха: Ок.

Ещё бы не ок! Леха перевернулся в кровати. Завтра! Усмехнулся, довольный, как кот. Надо будет на завтра заказы не брать. Потянулся, ушел в душ.

***

Приехал к ней ранним вечером. В этот раз никакого выпендрежа. Просто джинсы, футболка, ветровка. Купил две пачки попкорна и газировки.

– А кино без этого разве смотрят? – ответил на ее вопросительный взгляд.

Ничего не сказала. Указала ему на спальню, сама ушла на кухню – засунуть попкорн в микроволновку. На маленьком столике в комнате были расставлены закуски. На полу валялась куча подушек. Она не планировала трогать постель. Понял. Уселся, оперевшись спиной о кровать. Удобно, в общем-то. Фильм уже был включен, стоял на паузе.

– Прости, кресел, как в кинотеатре, у меня нет, – протянула большую миску с попкорном и два стакана.

Улыбнулся:

– И так пойдет.

Села рядом. Более чем на пионерском расстоянии. Нет, он на секс не настраивался, но безумно хотелось хотя бы обнять ее, взять за руку. Черт! Поставил миску между ними, поджал ноги, внимательно уставился на экран.

– Оператор просто великолепен!

– Угу, и спецэффекты хороши! Вот что за фигня? Почему он на блокбастер не тянет?

– Любой фильм складывается из работы режиссера, сценария, и воплощения.

– Воплощение нормальное.

– Да, согласен. И актеры неплохи.

– Сценарий вообще шикарен.

– Значит, режиссер.

– Ну да. Нет какого-то напряжения, непредсказуемости. Не ждешь «когда же вот, когда!» – развернулся к ней. – Но в целом норм!

Часть 1 Глава 7

– Угу, – мурлыкнул.

– Но при этом сидишь в метре от меня. И даже не пытаешься прикоснуться.

В голосе возмущение. Чем она возмущается? Тем, что лапать не пытаюсь? Может, я туплю? Посмотрел в ее глаза. Э, нет… Не готова ты. Отвернулся снова к экрану.

– Я в теории русского и в формах слов не очень силен, но слово «спать» подразумевает некую длительность действия. Хотел бы один раз тебя трахнуть, сказал бы «пере-спать», – замолчал, покосился на нее.

– Ну да, – смотрит на него чуть прищурившись, оценивает. – К тому же, один раз уже был.

– Первый, – поправил ее.

– Что? – нахмурилась.

– Не один, а первый.

Она опешила, чуть рот приоткрыла. А он по привычке нагло смотрел ей прямо в глаза. Но так и не притронулся.

Фыркнула, подхватила пустую миску из-под попкорна, унесла ее на кухню. Встал, прошел следом. Остановился в дверях, опершись плечом на косяк. Она бросила миску в мойку и так и замерла над ней, вцепившись руками в край столешницы.

– Тань, – позвал тихонько.

Обернулась. В глазах слезы.

Черт! Что творится у тебя в голове, женщина?! Медленно подошел, провел пальцами по щекам под глазами. Ни тени улыбки, никаких усмешек. Она скривилась, отвернулась, но тут же передумала и уткнулась носом в его грудь. У него дыхание замерло где-то под ключицей. Бережно, как нежный цветок, обнял ее. Склонился к волосам. Поцеловал, погладил. Она оторвалась, судорожно вздохнула.

– Что дальше делать будем? – в глазах боль и ярость.

Ты же моя девочка. Что ж ты себе навыдумывала?

– Мне ехать надо, – соврал он.

– Да? Работа?

– Нет, – в этот раз ответил честно.

Она, конечно, не поверила. Но напряжение спало. Резко выдохнула.

– Прости, – закрыла лицо ладонями. Еще раз вздохнула. Опустила руки.

Молча провел рукой по волосам. Безумно хотелось поцеловать. Безумно. Но черт, спугну же.

– Проводишь?

Кивнула. Уже в коридоре попросила:

– Пиши, когда будешь свободен. Я не каждый день на работу уезжаю, – пожала плечами.

Кивнул. Знаю, что не каждый. А ей просто сказал:

– Напишу, – помолчал и добавил: – Спасибо за вечер.

И ушел. Без поцелуя, без объятий. Уже в лифте гадал, почему же она так боится быть любимой?

***

Пару дней общались только в мессенджере.

Леха: Доброе утро.

Леха: Как прошел день?

Леха: Как настроение?

Леха: Смотри, сегодня солнце шикарное, пошли гулять?

Татьяна: Пошли.

Через пятнадцать минут.

Татьяна: Блин! Нет. Не могу уйти. Работа. (грустный смайлик)

Леха: Погуляем завтра?

Татьяна: Обязательно.

***

А назавтра лил дождь.

Леха придумывал, куда бы ее вытащить, чтобы не намочить, когда пришло сообщение:

Татьяна: Дождь. На целый день.

Леха: Да. Но можно куда-нибудь сходить пообедать. Например, на теплоходе. Сверху вода, снизу вода – романтика!

В ответ несколько улыбок.

Татьяна: Приезжай лучше ко мне. Я как раз обед готовлю.

Не поверил глазам.

Леха: Сейчас?

Татьяна: Ты занят?

Леха: Нет. Через полтора часа буду.

Татьяна: Жду. (улыбающийся смайлик)

У Лехи внутри все запело. Зовет к себе. Хочет его видеть. Вылетел из дома за десять минут. У нее был уже через час. У метро заскочил в ларек, купил букет цветов. Нежные эустомы. Белые с розовым. Специально выбрал такие. Просто красивые цветы. Безо всяких намеков.

Зашел в квартиру, отряхиваясь:

– Быстро ты! – забрала его мокрую куртку и цветы. Уткнулась в букет, чуть-чуть покраснела. Моя ты девочка!

– Ну... сама заметила, что на улице находиться приятного мало, – зябко поежился, смахнул капли воды с волос.

Улыбнулась:

– Проходи, сделаю горячий чай. Или лучше кофе? – донеслось уже из кухни.

– Не, давай чай.

Достала чашку. включила чайник. Пока тот закипал, подвинула к Лехе терку:

– Потри морковку.

Помешала что-то в сковородке. Леха не понял, что это будет, но пахло уже вкусно. Молча взялся за овощи.

– Потер! Что еще потереть? – в шутку скользнул взглядом по ее попе.

– Нет! Там тереть ничего не надо!

– Это еще почему?

– У тебя руки заняты! – она протянула ему горячую чашку и снова отвернулась к сковороде.

– Зато язык свободен! – сам не понял, зачем ляпнул.

– Да? И что ты языком тереть собрался? – спросила через плечо.

Заигрывает! Она со мной заигрывает! Черт!

Забыл о чае и подошел к ней, развернул лицом к себе. Не ожидала – посмотрела удивленно, но не оттолкнула.

Можно! Вперед!

Не отрывая взгляда, поднял ее и усадил на столешницу, сдвинув в сторону разделочную доску. Развел ноги, подтянул ее вплотную, практически прижав к своему животу и впился в ее губы. Целовал долго, сильно, страстно. Она не оттолкнула. Сейчас уже было плевать на обед. Существовала только Татьяна. Он обводил кончиком языка ее губы, чуть прикусывал, дразнился. Думал о том, что первый раз она себя целовать не позволила. О том, что у него все переворачивается в животе, как у школьника. О том, как же ему кайфово с ней. Отстранился, поймал ее взгляд. Удивленный, если не сказать ошеломленный, – и голодный. Улыбнулся одними глазами и опустился перед ней на колени.

Она попыталась отодвинуться, но он не дал. Удержал ее бедра на краю стола, залез под трусики и провел кончиком языка у нее между ног.

– Ай, – она вся напряглась, а его язык продолжил путь вглубь, он прижался губами, подвинул ее попу ближе к себе. Она запрокинула голову и застонала: – Лешка…

Чуть отстранился, посмотрел на нее снизу вверх, хитро улыбаясь. Она прерывисто дышала:

– Пошли в кровать, – голос не слушался ее, заметно дрожал.

Он улыбнулся шире, довольный результатом:

– Пошли.

Часть 1 Глава 8

В этот раз она сама снимала с него рубаху. Дрожа от нетерпения, подставляя плечи для поцелуев, лихорадочно расстегивала пуговицы и стягивала рукава. Трусы Леха снял вместе с джинсами. На ней была только длинная футболка, которая слетела в одно мгновенье. Татьяна упала спиной на кровать, а он попытался вернуться к тому месту, которое до этого целовал.

– Нет, иди ко мне! – она потянула его за руку. Поцеловала сама, обхватила ногами.

– Да? Прямо к тебе? – ему нравилось, когда она сжимала его коленями.

– Ага, – она хитро прищурилась, и, оттолкнувшись, перевернулась. Он оказался на спине, а она сверху.

– Даже так? – Леха был приятно удивлен.

– Не ожидал?

Он не ответил. Устроился на спине поудобнее, уперся ногами. Обхватил ее бедра, сдвинул ее вниз, туда, куда ему хотелось. Она чуть выгнулась, и глубоко вдохнув, села на его член. У Лехи все внутри превратилось в напряженный комок. Черт, как долго он этого ждал. Наблюдал за ней из-под полуприкрытых век. Она двигалась, ерзая на нем, чуть приподнимаясь, подкручивая бедра.

Поскакала, наездница. Леха знал, что ему сейчас лучше не шевелиться. Просто не мешать ей. Поднял руки на ее грудь, поймал в ладонь, сжал сосок. Она застонала, стала двигаться быстрее. Ух ты! Какая резвая. Сейчас кончит. Татьяна вдруг замерла, открыла глаза и посмотрела на Леху.

– Черт! Не тормози! – он приподнял ее за бедра и зашевелился сам, не давая ей остановиться. – Пожалуйста!

Двинулась неуверенно.

– Таня, – смотрит на нее с мольбой. – Давай до конца.

Она закрыла глаза и снова заерзала на члене взад-вперед, вгоняя его в себя глубже, прижимаясь плотнее, ускоряясь. Замерла на вдохе, застонала, впилась ногтями в его грудь, и, медленно выдохнув, упала, уткнувшись носом в его ключицу. Он обнял ее, погладил по волосам, по спине. Она лежала у него на груди и не могла отдышаться. Вдруг резко поднялась, принюхалась к запахам с кухни:

-- Блин! Там сгорело все! -- сорвалась с постели, голышом убежала на кухню.

Лешка встал следом. Она выключила конфорку, открыла окно:

-- Ну вот! Обедом не накормлю! -- растеряно улыбалась.

-- Да ну и черт с ним, -- расхохотался он, -- Пиццу закажем!

Подошел ближе, обнял, провел рукой по спине, прижал к себе, аккуратно коснулся ее шеи губами. Татьяна вздрогнула. Лешка улыбнулся:

-- Останемся тут? Или вернемся?

-- Ну, -- протянула она, -- Теперь моя очередь упрашивать тебя "до конца"!

Усмехнулся:

-- Упрашивать меня совсем не обязательно. -- и прошептал, наклонившись к ее шее, -- Мне интереснее работать на твой кайф.

Татьяна чуть отстранилась:

– Работать? – что-то нехорошее послышалось в ее голосе. – А в этот раз платить так же в агентство? Или тебе лично?

Вдох тяжёлым камнем собрался в лёгких и опустился куда-то в солнечное сплетение. Во рту стало горько. Кашлянул, чтобы выдохнуть это все. Ещё раз вдохнул.

– В этот раз можно не платить.

Она усмехнулась, поймал ее взгляд:

– А можно спросить?

– Спроси, – голос напряженный.

– А ты издеваешься по привычке или тебе так нравится?

Глаза моментально сузились, уперлась руками в его грудь, воинственно опустила подбородок.

– Обидно, да? – выкрикнула. – А нехрен выпендриваться! Мы вдвоем в постели! Что значит, тебе не обязательно?

– Да? – несмотря на колкость, не смог сдержать довольную улыбку. – Вот так, значит?

– Вот так! – подтвердила с вызовом.

Он надавил ей на плечо, направляя:

– Тогда вниз…

Смешно, но поняла не сразу. Секунда недоумения, а потом, улыбнувшись, спустилась и хищно облизнулась. Леха уперся спиной в стену и расслабился.

***

Ночью были заказы. Пытался об этом не думать, вспоминал вечер, ее губы, ее грудь, ее искаженное удовольствием лицо. Вернулся домой под утро, еле отмылся, упал спать.

Проснулся уже в обед. Первым делом достал телефон и написал ей.

Леха: Я приеду?

Ответила быстро.

Татьяна: Я не дома.

Черт!

Леха: Когда вернешься?

Татьяна: После восьми, наверное. Может, и позже.

Может и позже? Намек, чтобы вообще не собирался? Рыкнул от досады. Вздохнул.

Леха: Жаль. Соскучился. (анимированный поцелуйчик)

В ответ смайлик. Просто улыбка. Теперь уже реально зарычал!

Ладно. Где наша не пропадала. Справимся и с тобою.

На следующий день молчал. Чуть не бил себя по рукам, но не писал ничего. Ушел в спортзал, вернулся, затеял дома уборку, запустил стиральную машинку. Ближе к вечеру ожил телефон. Чуть не подбежал к нему. Она? Нет… Вызов. Сначала отбросил смартфон в сторону, закурил от досады. А потом подумал: «А какого черта!» Ответил оператору: «Беру», – и пошел в душ.

Было тяжело. Всего два вызова за ночь, но тяжело. Материл сам себя на чем свет стоит. Два раза открывал мессенджер и перечитывал переписку. Она не хочет его видеть! Не хочет! Внутри все саднило и обрывалось. Да что за хрень?!

Утром вернулся в квартиру, не раздеваясь, подхватил сумку и поехал в спортзал. На татами был Андрюха, его старый друг. Они вместе жили в студенческой общаге, вместе попали в контору. Только Андрей был почти единственным из них, кто не бросил учебу. Сейчас, несмотря на ночные заказы, он числился в зале старшим менеджером отдела продаж. По факту, управлял почти всей бухгалтерией. Ну и подбирал молодежь им на смену. Спускался в зал по утрам, или когда какие-то тупые бумажки выбешивали. Сейчас, видимо, был второй случай. Хотел выпустить пар.(1)

– Пошли в спарринг?

– Давай! – Андрей был разогрет. Видно, уже давно в зале.

– Фига се, ты злой! – уже после первого блока крикнул ему партнер.

– Да не, – отмахнулся Леха. – Давно не боролся.

И тут же подсечка, рывок. Андрей выставил защиту, увернулся, отпрыгнул.

– Так, але, не калечим друг друга!

– Сорян, – Леха примирительно выставил руки. – Сбавлю обороты.

Часть 1 Глава 9

Твою мать! Леха расплылся в улыбке, победоносно вскинул кулак. Да! Посмотрел на часы. Время – начало девятого. Он мог бы быть у нее через сорок минут, но не-ет. Положил перед собой телефон и стал ждать. Минута. Две. Все, больше сил не было.

Леха: Могу быть у тебя к одиннадцати.

Ответ пришел сразу.

Татьяна: Пойдет. Жду.

Отложил телефон, довольный вернулся к турке. Снова схватил, перечитал переписку. Какого черта? Почему к одиннадцати? Хотя бы к десяти написал. Сам себя одернул, выпил кофе и пошел в душ. Не выдержал и подпрыгнул в коридоре, коснувшись потолка. К одиннадцати!

***

А вот теперь ему хотелось намекнуть. Хотел купить большой букет красных роз. Громадный! Весь вчерашний доход готов был спустить на цветы. Но понимал, что скорее всего смутит ее. Взял одну. Крупную, темную. Очень красивую. Не стал ни во что оборачивать, забрал так. В супермаркете взял два кофе с булочками и поднялся на знакомый этаж. Она открыла дверь, отступила в коридор и… не ушла на кухню, как обычно. Смотрела на него и улыбалась.

– Привет, – он шагнул внутрь, потянулся к ее губам.

На поцелуй ответила, но несмело. Зажато. Что за хрень?

Поднял розу, провел лепестками ей по шее, по ключице:

– Это тебе.

Опустила глаза, покраснела. Розу взяла и потянулась за бумажным пакетом.

– Давай кофе, – не поднимая взгляда.

Так. Не понял, она меня стесняется, что ли? Глазки в пол, краснеем тут, целоваться не хотим. Догнал ее в проеме кухни и прижал к себе спиной, целуя волосы. Вся сжалась в пружину.

– Эй, кофе разолью, – вывернулась.

Точно стесняется. Черт! Черт! Выдохнул.

– Тань, а пошли на улицу?

– Что? – явно не ждала такого предложения.

– Погода шикарная, там в парке какая-то движуха. Музыка играет, народ танцует, – он пожал плечами. – Пошли, мороженого поедим, на роликах покатаемся.

– Я не умею, – растерялась, как ребенок.

– Мороженое есть? Я научу!

Улыбнулась! Пожала плечами.

– Сейчас, переоденусь, – ушла в комнату.

Он остался стоять в кухне.

– Там ветренно, – крикнул ей. – Солнце яркое, но ветер холодный.

– Возьму куртку, – отозвалась уже из коридора.

Джинсы, яркая футболка. Из макияжа – только ресницы накрашены. Волосы собрала в высокий хвост. Какая же классная! Леха смотрел на нее и улыбался. Татьяна обувалась:

– Только надо будет вернуться не позже четырех! А то я опоздаю.

Кофе забрали с собой. Пили по дороге, занимая неловкие паузы. Тему для разговора найти было трудно.

– Спасибо, – она приподняла стакан с капучино. – Я с утра без кофе. У меня молоко кончилось, а в магазин идти было жутко лень.

– Могла бы мне написать, я б принес, – посмотрел на нее.

Вскинула бровь, улыбнулась.

– Да? Уже можно?

– Что значит «уже»?

– Ну, анекдот знаешь? Про стадии развития отношений в смсках. Когда «Люблю, целую, жить не могу» меняется на «Купи батон».

Леха рассмеялся.

– Мы будем двигаться в обратном порядке. Сначала батон, потом «жить не могу». К тому же, хлеб ты уже заказывала, – напомнил ей.

– Да? Точно! – Татьяна шутливо удивилась, но посмотрела укоризненно.

Леха ругнулся про себя и потянул ее к ларьку с мороженым у входа в парк.

– Пошли! Я обещал тебя научить!

– Нет! – она засмеялась. – Я не смогу! Это выше моих сил.

– Ну смотри, там нет ничего сложного, – он на полном серьезе состроил умное лицо и повернулся к ней, будто собирался читать лекцию, чуть понизил тон: – Сначала аккуратно облизываешь снизу вверх.

Она заливисто расхохоталась.

– Ай, нет! Я не смогу!

Он засмеялся в ответ:

– Тебе какого?

– Фруктовое есть? – она подошла к прилавку, утирая слезы. – Вон, фруктовый лед, возьми.

Он взял ей фруктовый лед, себе шоколадное. Татьяна без задней мысли сняла упаковку, потянулась к мороженому и поймала его внимательный изучающий взгляд. Не выдержала, опять прыснула со смеху!

Он хитро улыбнулся и отвернулся. Нет, после такого есть мороженое было совершенно невозможно! Она коснулась льда губами, опять поймала его взгляд, опять хохотнула. Потом, собрав волю в кулак, демонстративно откусила. Леха состроил страдальческую гримасу:

– Боже, жестокая женщина! Разве так можно?

Она довольно ухмыльнулась, взяла его под руку и повела к пруду.

– Расскажи о себе? – попросила.

Леха задумался. Что рассказать?

– Эммм. Родился, вырос, живу!

– Как познавательно!

– Не, ну а что рассказать… – помолчал. – Мне двадцать пять. Я не москвич. Приехал сюда на учебу. В общем, все неплохо получалось, пока легкие деньги не вмешались в мамин план, – в голосе звучали и смех, и досада, – бросил, считай, на последнем курсе. Точнее, на предпоследнем, – пожал плечами. – С тех пор живу вот так. Снимаем с товарищем квартиру, хожу в зал, периодически путешествую, езжу к матери. Обычная жизнь.

– Обычная, – она аж фыркнула. – Это вот это вот обычно?

Он укоризненно на нее посмотрел. Ну, не надо портить прогулку! Не начинай!

Татьяна поняла. Посмотрела в сторону, протянула:

– У кого обычная, так это у меня. Родилась, училась, работала. Карьера, квартира в ипотеку. Веришь, нет? Даже не уезжала никуда уже года два.

Он аккуратно сжал ее пальцы:

– Ты делала то, что хотела. Это не повод расстраиваться.

– По-твоему, я хотела жить одна в маленькой квартирке? – голос наигранно возмущенный, но, кажется, она пыталась за показным бахвальством скрыть настоящую грусть. – Работать ночами и по выходным?

– Ты хотела кому-то что-то доказать. И скорее всего, уже доказала, раз задумалась, что пора меняться, – внимательно посмотрел на нее, давая понять – он не станет копаться в ее биографии, но все понимает.

Она опять замолчала. Не мог понять: то ли расстроилась, то ли злится. Повернулась к нему:

– А ты случайно не на психолога учился?

Часть 1 Глава 10

Что-то не очень быстрое, но страстное, зажигательное. К ее удивлению, на берегу танцевали вовсе не старички. Профессиональная пара на сцене показывала порядок движений, а вокруг кружились люди в спортивных костюмах, вряд ли сильно старше их с Лехой. Несколько случайных прохожих, которые, судя по всему, только что познакомились, две седые женщины в шляпках самозабвенно крутили бедрами соло, не попадая в такт и не замечая никого вокруг.

Леха кивнул на одну из них:

– Вот! Бери пример!

– В ее возрасте я тоже так смогу!

– Ты будешь в любом возрасте прекрасна! – замер, посмотрел на тренеров на сцене, протянул ей руку: – Давай!

Раз, два, три – и…

Вроде ничего сложного. Татьяна сосредоточилась на ногах, выписывающих квадрат. Еще попытка, вторая. К ее удивлению, у Лехи получалось очень плавно и… красиво.

Раз, два, три, четыре… Он потянул ее за руку, на счет «три» завернул в свои объятья, прижав к себе спиной. На «четыре» раскрутил, поставив снова напротив. Татьяна улыбнулась. Ей понравилось. Лешка взял ее за вторую руку. Они шагали симметрично.

Раз, два, три, четыре... Между ними было от силы сантиметров десять, но их тела не касались друг друга, и почему-то это безумно заводило. Она смотрела ему в глаза и отдавалась ритму музыки. Он еще раз потянул ее на себя, потом оттолкнул, вернул на прежнюю позицию. От его взгляда теплая волна растекалась по спине.

Раз, два, три, четыре… То ли кровь стучит в ушах, то ли ударные. Не слышала. Не видела. Все, чего хотелось сейчас, это двигаться в одном с ним ритме. Татьяна не сразу поняла, что он ведет ее в танце, и очень неплохо ведет! Вбок, назад, на него, поворот, снова объятья!

Музыка вдруг стихла, пары зааплодировали друг другу. Татьяна с удивлением обнаружила, что некоторые смотрят на них, одобрительно кивая. Подошел тренер со сцены:

– Приглашаем в наш клуб! Уверен, вам понравится, – быстро проговорил, выравнивая дыхание, протянул им листовку и вернулся.

Снова заиграла музыка. Пары стали в исходную позицию. Татьяна удивленно рассматривала рекламку. Не сразу услышала Лехин голос:

– Останемся еще?

– А? Нет! – потянула его прочь. – Пойдем.

Согласился с ней, ушел, хитро улыбаясь.

– Чего такой довольный? – настороженно спросила она.

– Танцевать с тобой понравилось.

– Да ладно!

– Да правда! – отозвался эхом, повернул ее к себе.

Никакого утреннего смущения или напряжения. Сейчас она двигалась в одном с ним ритме, и без тени стеснения прижималась к нему. Склонился, аккуратно коснулся ее губ, резко отступил на шаг:

– Пошли на роликах покатаемся?

– Не хочу на роликах! Я не умею!

– Танцевать тоже не умела.

– В танце себе колени не разобьешь! Если я появлюсь на встрече с синяками и ссадинами, меня неправильно поймут.

– А ты собралась показывать на встрече коленки? – с притворным возмущением спросил он.

Татьяна покраснела и так же наигранно разозлилась.

– Да чтоб тебя! – хлопнула его по плечу.

Леха рассмеялся и все же потянул ее к прокату.

– Хочешь, электросамокат возьмем. Просто по парку покатаемся.

– Вот ты неугомонный!

– Это да... – протянул Леха. – Движение – жизнь!

Татьяна мотнула головой.

– Ну ладно. Сдаюсь. Пошли кататься.

– Самокат?

– Нет! Давай уж ролики!

Леха расплылся в довольной улыбке:

– Я возьму тебе защиту.

Он зашнуровал ее ролики.

– В детстве на коньках каталась?

Встать она встала, но двинуться не могла. Он легонько тянул ее на себя, ожидая, пока она поймает равновесие.

– Каталась. Еще в школе.

– Значит, сейчас поедешь. Принцип тот же. Ребром толкаешься и вперед.

Она попробовала. Вроде вышло. Еще раз, снова. Поехала!

– Ай! – Леха отпустил ее руку, и она тут же споткнулась. Он подхватил снова.

– Стоп! Не бойся. Давай вместе!

Они съехали на ровную асфальтированную дорожку. Там Татьяна почувствовала себя увереннее.

– Эй, – крикнул Леха, – не разгоняйся, пока тормозить не научилась!

– Что?

– Тормози!

Дорожка, подчиняясь рельефу парка, уходила чуть вниз и поворачивала. Татьяна поняла, что в поворот она точно не впишется. За долю секунды просчитала, куда мягче свалиться!

– Ай! – сильные руки поймали ее за талию. Леха объехал, встал перед ней, остановился сам, остановил ее. Она краснела, а он довольно улыбался.

– Я же сказала, что не умею! – попробовала возмутиться Татьяна.

– А мне нравится!

– Что нравится?

– Постоянно тебя ловить!

Фыркнула, оттолкнулась от него. Справилась с ногами и равновесием, поехала сама. Неожиданно тело почувствовало, что надо делать. Сама не заметила, что Леха уже какое-то время молча едет рядом. Поймала его взгляд. Спокойный, не смеется, просто доволен прогулкой.

– Смотри, – он указал на ее правый ролик. – Здесь у тебя на пятке тормоз. Попробуй остановиться.

И сам приподнял носок, замедлился. Татьяна тоже попробовала. В этот раз получилось.

– Ну круто! – одобрительно кивнул он! – Поехали вокруг пруда!

Дорожки сливались в единую сеть. Вдоль аллей, мимо танцевальной площадки, где музыка уже стихла, через торговые развалы с картинами и хенд-мейдом. У прилавков они притормозили отдышаться и поглазеть. Расшитые кожаные кошельки, смешные обложки на паспорт и лубочные картины с примитивными пейзажами и забавными зверушками.

– Какой еж!

Небольшая картина, нарисованная всеми оттенками серого. У Татьяны аж глаза загорелись. Леха не видел в еже ничего особенного, кроме того, что он по цвету хорошо подойдет к ее кухне, но это было и неважно.

– Можно, я куплю? – посмотрел ей в глаза.

Покраснела, смутилась.

– Да не надо!

– Почему? Действительно же милота. И тебе нравится. – Добавил вкрадчиво: – Ну, пожалуйста!

Поджала губы, насупилась и… кивнула.

Часть 1 Глава 11

Она с силой двинула его в плечо, вызвав новый приступ смеха. Попробовала встать, как он учил. Не смогла. Обиженно на него посмотрела. Лешка поднялся, протянул ей руку, и уже не отпуская, довез до проката.

Вернулись на развалы, купили ежа. Проходя мимо ларька, взяли кофе с пончиками. Шли, обнявшись, и говорили обо всякой ерунде вроде смешной старушки или полоумного самокатчика. Сами не заметили, как пролетело время.

– Ты не опоздаешь? – Леха достал телефон.

– Ой, пора уже?

– Угу.

Вздохнув, направились к выходу из парка. Уже в подъезде Татьяна прижалась к нему всем телом:

– Спасибо! Прогулка получилась прекрасная!

– Да! Классическое первое свидание, – сыронизировал Леха.

– Что, и секса не будет? – она удивленно вскинула брови.

– Угу. Я же говорил, что у нас будет все наоборот. Сначала секс, потом невинные встречи.

– Да? – она продолжала подтрунивать. – И даже не зайдешь?

– Тебе же надо было уезжать.

– Слушай, да! – тоскливо протянула она, глядя на экран смартфона. – Время! Почти опаздываю.

Вошли в лифт. Татьяна посмотрела на Леху, улыбнулась, вспоминая их прогулку, прижалась к нему. Совершенно открытая, такая близкая.

– Жаль, – сказала вслух то, о чем думал он.

Леха хитро сощурился:

– Ну, десять минут у нас еще есть!

– Ты издеваешься? – она недоверчиво вскинула брови.

– А что? Если не увлекаться – вполне успеем, – в его голосе были слышны азарт и нетерпение.

Она, все еще улыбаясь, полезла за ключами. Ничего не сказала, но взгляд был зовущий. В любом случае, Лехе нужно было забрать рюкзак. Открыла квартиру. Он шагнул в коридор следом за ней, захлопнул дверь и поймал ее в свои объятья.

– Лешка, – она шутливо удивилась. – Ты что, серьезно?

Голосом вроде возражала, но все тело подалось к нему, словно в утреннем танце. Он обхватил ее бедра руками, прижал к себе так, что сквозь два слоя джинсы она почувствовала его член, наклонился, вдохнул ее запах. Аромат цветочного шампуня в волосах, ее тело после прогулки, аж голова кружилась от терпкого, еле ощутимого запаха ее пота. У Лехи просто башню сорвало от этой близости, а джинсы быстро становились тесны.

Снял с нее куртку, бросил на пол, запустил руки под футболку, сжал грудь. Она застонала, выгнулась ему навстречу, поймала его губы, впилась в них. Расстегнул ее джинсы, запустил руку ей в трусы. Горячо и зовуще влажно. Черт! Леха рывком спустил ее джинсы с бедер на колени.

– Что ты?...

Он не дал ей договорить. Развернул к себе попой и толкнул вниз, животом на пуф, стоявший в коридоре. Расстегнул штаны, опустился на колени, секунда на резинку и вошел. Резко, быстро, властно. Она застонала, а он подхватил ее бедра руками и задвигался, насаживая на себя. Его торс толкал ее вперед так, что пуф съезжал с места, она уперлась рукой в стену, выгнулась, чтобы ему было удобнее. Леха улыбнулся, видя это, а тело требовало шевелиться быстрее.

– Лешка, – она стонала, а он почувствовал, что у него все внутри вибрирует.

– Леха! – она почти кричала.

Рывок, толчок, быстрее, еще! Сейчас он, наверное, не смог бы остановиться, даже если бы понимал, что она еще не кончила.

– Леша! – уже кричит.

Стиснул зубы, впился пальцами в ее бедра, притянул ее к себе так близко, как только мог. Еще одно движение! Все кончилось безумно быстро. Он склонился над ней, коснулся губами ее шеи. Оба тяжело дышали. Потянулся к телефону, выпавшему из кармана ее куртки. Тронул экран. 15:56.

– У тебя есть еще четыре минуты на душ! – прошептал ей на ухо, выравнивая дыхание.

Она засмеялась, развернулась, прямо голой попой села на пол, согнув колени:

– Ты сумасшедший!

Он потянулся к ее губам:

– Это чтобы было приятнее ждать следующей встречи!

Сейчас ее взгляд был мечтательным, можно сказать, счастливым. У него внутри все рвалось на части при мысли, что надо уходить. Надо! Целуя ее, застегнул ширинку, подхватил рюкзак.

– До вторника! – прошептал, целуя в щеку.

– Пиши, – она улыбалась, чуть прикусив губу.

Леха открыл незапертую дверь, выскользнул в коридор и вызвал лифт. Двери, шурша, открылись – кабина еще не успела уехать с этажа. Он стоял в лифте и смотрел на себя в зеркало: взъерошенный, довольный, счастливый. Смотрел и широко, по-детски улыбался своему отражению.

***

От Татьяны Леха поехал не домой, а в институт. Нашел свой деканат, взял список документов для восстановления. Поговорил с секретарями. Ситуация не очень радовала, но шансы были. У Лехи была частично закрыта последняя сессия. То есть, его реально могли восстановить сразу на последний курс с академической задолженностью. Один экзамен и пару зачетов надо будет сдать в сентябре.

Леха подумал, что если восстановится, одного месяца на то, чтобы вспомнить материал, не хватит, договорился на кафедре о читательском, чтобы взять учебники. Все вызовы отбил.

Утром следующего дня был дома. Открылась дверь. Вернулся с заказов Серый. Леха сидел на кухне с учебниками и книжками, которые не успел выбросить. Пил кофе, курил, читал. Хотя, по ощущениям, скорее искал знакомые буквы. Психовал, как быстро все выветрилось из головы.

Серега изучающе смотрел на Леху.

– Давно не виделись.

– Ага, – хохотнул тот, – графики не совпадают.

Серега помолчал, наблюдая, как Леха рычит над формулами и определениями.

– И как ее зовут? – наливая себе кофе, спросил друг.

Часть 1 Глава 12

– Кого?

– Ну ту, из-за которой ты заказы сбрасываешь и, – Серый многозначительно указал на учебник, – вот...

Леха замер, посмотрел на друга. Ведь реально ж друг. Сто лет знакомы, не раз проверен. Нехотя и абсолютно серьезно ответил:

– Татьяна.

Серый молча покачал головой. Пикнул Лехин телефон, лежащий на столе. Сообщение из конторы. Серый тоже знал этого отправителя. На Лехином лице отразилась целая гамма эмоций – и не одной положительной. Серега потянулся за своим смартфоном и, будто сжалившись, буркнул:

– Ладно, пересылай уж.

Леха улыбнулся. На сегодня у него было назначено собеседование.

***

Они перестали играть в эту забавную, но жестокую игру. Леха просто отправил сообщение.

Леха: Могу сегодня приехать.

Ответ пришел через несколько мгновений.

Татьяна: Да! После трех?

Расплылся в улыбке, утонул в волне нежности.

Леха: Буду.

Татьяна: (поцелуй)

Леха: (три поцелуя)

После трех, значит, утро свободное. Леха собрал документы, которые не донес в прошлый раз на кафедру, и поехал в библиотеку за учебниками. Того, что у него осталось дома, для сдачи хвостов не хватало.

Подошел к ее дому одновременно с ней. Она его не заметила. Он подхватил тяжелую подъездную дверь, придержал. Татьяна испуганно обернулась, увидела его лицо и расплылась в улыбке:

– Привет!

Наклонился, легонько коснулся ее губ.

– Привет. Я слишком рано?

– Нет, это я задержалась. Вредный поставщик. Торгуется за каждую мелочь, будто сестру замуж выдает.

Леха улыбнулся:

– Смешное сравнение!

– Так он же кавказец! – подняла открытую ладонь кверху. – Честь семьи!

Усмехнулся.

— Да, они такие.

Зашли в квартиру. Она обернулась, обвила его шею руками и жарко, жадно поцеловала. У Лехи земля ушла из под ног. Она! Его! Целует!

Оторвалась. Отошла на шаг. Глаза блестят, щеки горят.

– Раздевайся! – скинула плащ, прошла в комнату. – Я голодная! Будешь со мной обедать?

– Я вроде ел, но кофе выпью, – бросил рюкзак на пол, тот глухо ударился о кафель.

– Что у тебя там? – вышла из комнаты, натягивая футболку. – Кирпичи?

– Почти! – поймал ее на выходе, обхватил еще голое тело, провел ладонями по животу, по спине.

Прильнула к нему, но вопрос в глазах остался. Усмехнулся:

– Там книги.

– Книги?

– Угу, – пошел на кухню. – Мы все учились понемногу, чему-нибудь и как-нибудь.

– Да, да, – покачала головой. – Я помню, ты умный!

Засмеялся:

– Учебники там, – пояснил, заметив, что она все еще недоумевает. – Если получится восстановиться, то прямо в сентябре придется сдавать один экзамен и два зачета. Я уже мало что помню.

– Восстановиться?

Отвернулся. Включил чайник

– Угу. Тебе помочь с обедом?

Она поняла. Больше ничего спрашивать не стала, но он то и дело ловил ее задумчивый и немного восхищенный взгляд. Блин! В лепешку разобьюсь, но восстановлюсь! Ей важно.

После обеда мыли вдвоем посуду. Он, конечно, больше мешал, чем помогал. Прижался к ней со спины, забирал чистые тарелки и делал вид, что вытирает. Если успевал ловить, потому что она посуду то и дело роняла назад в раковину: его близость волновала и вызывала дрожь во всем теле.

В конце концов, смирившись с тем, что целыми тарелки останутся, только если их оставить немытыми, повернулась к нему, обвила руками, уперлась попой о край столешницы, закинула ноги ему на талию. Лешка урчал, по-хозяйски прижимал ее к себе, ласкал языком шею, ушко. Притянул, подхватил и унес в постель. Татьяна светилась от удовольствия.

Валялись в постели, уже насытившись, но все еще крепко обнявшись. Он водил пальцами по ее ключице, по линии плеча, поднимался на шею, ушко. Она тихо млела, прикрыв глаза, и уже дремала.

– А мне в конце недели уехать придется…

– Надолго?

– На пару дней. У партнеров склады смотреть.

– М… – наклонился, поцеловал шею. – Начальница.

Захихикала.

– Щекотно! Прекрати!

Снова просто лег рядом:

– Пара дней это недолго.

– Да. Лишь бы не застрять еще и на выходные, – пробормотала с досадой. – Устроят какое-нибудь шоу, с дорогими ужинами и экскурсиями по богом забытым историческим местам… Шеф такое любит. Останется он, придется оставаться всем.

– Ну, ты же сама говорила, что два года никуда не ездила, – он подпер голову рукой и посмотрел на нее сверху вниз. – Хоть развлечешься.

– Да разве это развлечение?! – фыркнула.

– А что развлечение?

Помолчала.

– Я бы в горы ушла. Как в детстве. С палаткой, – мечтательно вздохнула она и горячо добавила: – Желательно, чтобы там не было людей и сотовой связи!

– Совсем не было людей? – он хитро прищурился.

– Ну… – снисходительно протянула, – одного можно.

Леха широко улыбнулся:

– Мы пару лет назад с ребятами-альпинистами ходили по Крыму. Места офигительно красивые! Недолго, буквально три дня. С удовольствием бы туда вернулся.

– Ты занимаешься альпинизмом?

– Не-ет, я чисто так, по склонам пройтись. Они да, они поднимались по стенкам. Я такой решил попробовать, че, сам себя не подниму, что ли. Выбрал стенку. Поднялся. Довольный! Чувствую себя практически человеком-пауком! Они смотрят, говорят: «А! Молодец, мы там детей учим!»

Татьяна засмеялась. Леха откинулся на подушку, завел руку под голову и, мечтательно вздохнув, продолжил:

– А вообще там круто. Мы были в конце весны. Водопады полноводные. Красиво.

– А если летом поехать, – подхватила она его тон, – то можно к морю дикарями спуститься.

– Я бы еще в сторону Ай-Петри съездил. И к Воронцовскому дворцу. Можно машину напрокат взять.

– Ты водишь?

– Угу.

– Тогда и в ботанический сад! – она уже строила планы.

Запоздало это поняла, осеклась, подняла на него испуганные глаза и увидела его довольную улыбку. Леха был счастлив.

Часть 1 Глава 13

Она опустила глаза. А он подкрался к ней поднялся выше, целуя ногу, ткнулся носом ей в живот, погладил грудь и уселся сзади, укутав ее объятиями.

Татьяна обиженно засопела, но выворачиваться не стала, он наклонился, поцеловал шею, поймал руки. Уложив ее ладони в свои, коснулся тела и повёл руки вниз. Она снова напряглась, попыталась вывернуться, а он втолкнул ее пальцы ей же между ног.

– Знаешь, – прохрипел он ей на ухо, – это дико возбуждает.

– Что? – она чуть обернулась и с вызовом посмотрела ему в глаза, – опять игра в одни ворота?

– Почему ? – снова хриплый шепот, – Давай вместе!

– Давай! – резко обернулась, посмотрела с вызовом.

Решила его на слабо, что ли, взять? Его? Леха улыбнулся, ещё раз поцеловал ее плечо, поднял ее руку, медленно облизал уже испачканные в соке пальцы и чуть отстранился.

– Отлично, садись.

Он подтолкнул ее к спинке кровати. Сам устроился напротив. Его рука методично двигалась по твердому члену, чуть сжимая у основания, обнажая головку на спуске. Ей не оставалось выбора. Поджав губы и мучительно краснея, она опустила ладонь между ног.

– Раздвинь колени, – хрипло попросил он, поднял на секунду взгляд. – Хочу видеть, – и снова опустил глаза.

Ее пальцы двигались по лону вверх и вниз, аккуратно переходя на круг у входа во влагалище, иногда поднимаясь выше, иногда, наоборот, входя внутрь. Она задышала часто, глубоко, откинула голову, второй рукой поймала грудь, сжала сосок. Татьяна уже не видела Леху, только слышала его шумное сопение и чувствовала, как качается кровать в ритме его движений. Сама себе улыбнулась, поймала этот ритм, пальцы метались по промежности. Ниже, глубже, кругом, ещё раз, ее дыхание перешло в стон.

– Таня, – Леха стиснул челюсти и чуть подался вперёд, он не отрывал взгляда от ее тела. – Сейчас кончу…

Она смотрела на его готовый кончить член, представила его в себе, двинула рукой резко вглубь, уходя во влагалище, резче, быстрее.

Леха застонал, дернул рукой ещё раз, замер. Татьяна увидела его выступающее белое семя и подалась вперёд, насаживаясь на свою же ладонь. Качнула бедрами, ещё раз.

– А-а, – выгнулась на вдохе, застонала замерла, закрыла глаза.

Он подвинулся и обнял ее.

– Ты ж моя девочка, – тихо прошептал на ухо.

А она тяжело дышала и блаженно улыбалась.

***

Леха: Доброе утро, маленькая. Как добралась?

Татьяна: Прекрасно! Эти Ласточки как самолеты. Мягкие кресла, стюарты в салоне. Один косяк, на их столик четыре ноута не помещаются!

Леха: Вам там всем в пути надо работать?! (смеющийся смайлик)

Татьяна: Ну да! Но мне, как единственной девочке, стол уступили. (краснеющий смайлик)

Леха: Подожди, ты хочешь сказать, что ты поехала туда одна женщина и три мужика? (смайлик, краснеющий от злости, смайлик, хватающийся за голову, смайлик бегающий по кругу, кричащий «а-а-а»)

Татьяна: (три смеющихся смайлика) Пять! Я одна и пять мужиков! И встречают три мужика. А уж видел бы ты их складских работников!

Леха хохотнул, поставил в сообщение злой смайлик, умирающий смайлик и смайлик с жалобными глазками. Смотрел в телефон, ожидая ее реакции, но ожил совсем другой чат.

Оператор: Леха, ты че, себе отпуск устроил? Две недели заказов не берешь!

Бля-а-а. Резко сел на диване. Еще раз посмотрел в экран смартфона.

Контору он действительно игнорил. Пока без объяснений. Потихоньку таскал деньги со своего счета и ходил по собеседованиям. Но все как одно – неудачное. Последнее вообще порадовало. Умная женщина средних лет недоверчиво посматривала то на Леху, то на распечатку резюме. Они уже минут пятнадцать обсуждали что-то из новых схем ведения бизнеса.

– Скажите, а как вы относитесь к бизнес-модели Остервальдера?

— Удобный инструмент моделирования, – Леха пожал плечами. – Здорово помогает при презентации, особенно непрофильным пользователям. Иногда удобно ее выстроить, чтобы самому просчитать все нюансы. Когда чертишь, просто физически чувствуешь, что вот тут чего-то не хватает! – Леха улыбнулся.

– Прекрасно! – кадровичка была поражена. – Вы все великолепно понимаете… Я удивлена, что вы не закончии обучение.

– Так сложилось, – пожал плечами Леха.

– Да, я понимаю, – она сцепила пальцы, еще раз посмотрела на лист. – И вы меня поймите. Мне нужен сотрудник хотя бы на год. А в идеале надолго. А вам нужно начать карьеру. Я не знаю, что произошло в вашей жизни, но собирать интернет-заказы вам будет однозначно скучно. Вы откроете стаж и уйдете. А мне снова человека искать, – она развела руками.

Леха сжал зубы, натянуто улыбнулся.

– Мне надо как минимум закончить год. Я точно буду работать у вас до окончания учебы.

– Это восемь месяцев, – ее тон не подразумевал возражений.

Леха кивнул, встал, попрощался.

Черт! Не знает ничего – плохо. Знает что-то – тоже плохо! Как люди вообще на работу устраиваются? Чуть не пнул входную дверь. Каким же он был идиотом, когда бросал.

Работы не было. Зато было сообщение от конторы.

Оператор: Ты все еще с нами? А то, может, нам вообще пора тебя вычеркивать?

Помедлил, подумал, чертыхнулся.

Леха: Нет, не пора. Болел.Теперь в строю.

Оператор: Справку в студию!

Смешно. Как в школе. Только им не от терапевта справка нужна.

Леха: К вечеру будет.

Оператор: Ок. Покажешь справку – вышлю заказы. Сегодня жарко.

И тут же сообщение в другом чате:

Татьяна: Скучаю без тебя. Пойду работать.

Леха скривился, как от боли. Хотя почему как. Было больно. Открыл чат, набрал сообщение.

Леха: Обнимаю, моя маленькая. Скоро увидимся. (куча поцелуев и сердечек)

Добавил еще одну гифку с песиком, облизывающим экран. Намек на любимые ласки. Она поняла. Прислала в ответ краснеющие смайлики. Смеющиеся смайлики.

Часть 1 Глава 14

Контора явно понизила его в ранге. Ни одной серьезной дамы, готовой хорошо платить. Вечеринка с тремя студентками – девичий день рождения; потасканная женщина-вамп, взявшая его ровно на час; пара домохозяек. Одна краснеющая, просившая выключить свет, вторая – уже пьяная, пытавшаяся напоить его. С ней было сложнее всего. Пытался ее хотя бы пожалеть, но упорно злился. Дико злился. Конечно, на самого себя.

Ему, как обычно, выставили пять звездочек, и оператор, как обычно, прислал пару издевок на этот счет. Леха думал, что с его профессией странно удивляться похабным шуткам, но они всегда его бесили. Всегда. Не только сейчас.

Сбросить злость пошел в зал. Столкнулся с Андрюхой.

– О! Ты снова вернулся в наши ряды!

– Да я вроде из зала не пропадал, – отмахнулся Леха.

– Да я не о зале, – хохотнул Андрей.

Леха отвел взгляд и промолчал. Мужики сплетничают не меньше баб. Наверняка уже вся их тусовка знает, что происходит.

– У меня скоро днюха, – сел рядом Андрей.

– Я помню! Заранее не поздравляют, – Андрей смотрел на Леху спокойно и внимательно.

– Своих всех приглашаю, – помолчал. – Можно с парами.

Вот так, да? С парами. Значит, про Татьяну уже все в курсе. Сам Андрюха тоже жил с девушкой. С Иринкой. Она когда-то была стриптизершей. Сейчас ставит танцы и приподает в их же зале.(1) Леха попытался вспомнить, сколько они вместе. Давно. Очень давно. Подумал о Татьяне:

– Спрошу.

– Ага. Давай, – щелкнул друга полотенцем по плечу. – Если согласится – праздновать будем у меня на даче. Сам помнишь, ночевать там негде, но я плачу за такси.

– Разберемся.

Леха предпочитал каршеринг. И удобнее, и есть отмазка, чтобы не напиваться.

Татьяна: Возвращаемся в воскресенье. (грустный смайлик) Но зато потом можно будет взять отгул!

Леха: Круто! А нас на др пригласили.

Татьяна: Нас?!

Леха: Угу. Хороший товарищ. Шашлыки на даче, гитара, пруд. Без ночевки. Что скажешь?

Пауза. Слишком долгая пауза.

Татьяна: Давай вернусь – обсудим.

Слова царапнули Леху по груди, причем изнутри.

Леха: Давай.

Ответил коротко. Помедлив, набрал еще одно сообщение.

Леха: Тебя можно встретить на вокзале?

Татьяна: Не стоит, нас корпоративный автобус развозит.

Когтистая гадина в груди провернулась еще раз. Но тут телефон снова призывно пикнул.

Татьяна: Буду рада, если встретишь дома.

Гадина лопнула от досады, оставив пространство, которое тут же наполнилось нежностью.

Леха: Конечно. Скажи, во сколько.

В ответ пришло время прибытия. Улыбнулся. Надо ей приготовить что-нибудь особенное. И большой букет цветов!

***

Дорога от метро до ее дома показалась какой-то слишком длинной. Дверь открывалась нехотя, лифт ехал медленно. Да что ж они все, сговорились, что ли? Внутри все напряжено, вытянулось в струну. Звонит в дверь.

Открыла. Бросилась на шею. Прижалась. Выдохнул. Сжал ее в объятьях, замер. По груди разливалось тепло. Отпустило.

– Привет, – прошептала она.

Завел волосы за ухо, прижался лбом к ее лицу.

– Привет.

Не выпускал ее из своих рук. Целовал губы, щеки.

Она засмеялась:

– Тебе раздеваться будет неудобно!

– Почему? – не понял.

– Ну, если ты так и будешь меня держать, то как же куртку снимешь?

Смутился. Выпустил ее. Разделся.

Забрала цветы. Все так же уткнулась в них носом и слегка покраснела. Прелесть маленькая.

В коридоре стоял распакованный чемодан, по спальне еще были разбросаны вещи. Она не прибавила себе час на уборку. Ей тоже не терпелось его увидеть. От этой мысли стало сладко.

Татьяна обернулась:

– Закинь чемодан наверх, пожалуйста, – указала на кладовку.

– Угу, – взялся за ручку. А она стоит его рассматривает.

– Какой-то у тебя вид…

– Какой? – он расплылся в улыбке.

– Хитрый! – прищурилась. – Что придумал?

– М… Что-то.

– Что?

– Потом.

Вздернула бровь. Смотрит молча.

– Ладно, только не говори сразу «нет».

– А промолчать будет можно?

– А промолчать ты не сможешь, – он снова потянулся ее поцеловать, обнял, соскользнул к рукам и вложил в ее ладонь что-то силиконовое.

Она отпрянула. В ее ладони лежал розовый мешочек. Точнее, два, соединённых между собой. Один чуть длиннее и тоньше, второй меньше, круглый.

– Что это? – на ее лице отразилось полнейшее недоумение.

Леха взглядом указал на спальню:

– Пошли покажу.

Догадка озарила ее лицо. Она дернулась, как ошпаренная, чуть не бросила игрушку:

– Нет!

Леха рассмеялся.

– Я ж говорил, промолчать не сможешь.

– Но я сказала «нет» не сразу! – она всучила ему стимулятор. – Так что условие выполнено!

– Угу… – протянул он, по-прежнему хитро на нее глядя. Спрятал игрушку куда-то в карман.

Татьяна шумно дышала и сердито смотрела на Леху. Он засмеялся.

– Чего злишься? Пошли, что ли, чаю попьем?

– Да иди ты, – она фыркнула и резко развернулась, ушла на кухню.

Леха спокойно последовал за ней.

– Ты уже обедала?

Она сидела за столом, нахохлившись, как мокрый воробей.

– Эй, ты чего? – присел перед ней, обнял колени. – Ты обедала?

– Нет! Тебя ждала, – голос обиженный. Будто не получила желаемого.

Леха усмехнулся:

– А пошли пообедаем на улице?

– В смысле?

– Погода шикарная! Можно сесть на открытой веранде.

Она прищурилась.

– И никаких игрушек?

– На улице?! – картинно удивился он. – Никаких игрушек!

_______________________________

1, Эту историю можно прочесть в книге (не) Моя Кукла.

https://litnet.com/ru/book/ne-moya-kukla-b440938

Часть 1 Глава 15

Они нашли премилую веранду недалеко от парка. Белая обрешетка, текстильные шторы, цветущая герань в кадках. Татьяна заказала какой-то овощной салат «главное, чтобы без помидоров» и рыбу, а Леха – крем-суп и мясо. Ей принесли громадную тарелку на полстола, усыпанную листьями разных цветов и форм. Они смеялись, перебирая зелень и гадая, что бы это могло быть.

– Вот это точно родственник одуванчика! – Татьяна приподняла маленький листок с характерными зазубринами, пожевала. – И на вкус такой же.

Она притворно поморщилась. Леха тихо усмехнулся.

Ей очень нравился его смех. Искренний, свободный, красивый. Он ей рассказывал какую-то ерунду про несуразную аварию сегодня на дороге, а она смотрела на него украдкой и любовалась. Сильный, умный мужчина. Одернула сама себя. Просто мужчина!

Чай в кафе пить не стали, вышли сытые, ленивые, решили прогуляться пешком, зашли в парк. Тень от деревьев создавала приятную прохладу. Где-то вдалеке шумели машины, вокруг катались на самокатах дети, чинно шли на поводках собаки.

– Давай посидим?

– Давай. К пруду?

– Пошли.

Она устроилась у него под мышкой и прикрыла глаза, посматривая на воду из-под ресниц. На противоположном берегу пара старичков с помоста удили рыбу.

– Смешные, – лениво протянула она. – Что они тут хотят поймать?

– М… Слушай, это как в сексе: важен сам процесс!

– Да ну тебя! – она шутливо толкнула его в бок. – Все к сексу сводишь.

Он закинул лицо к небу и рассмеялся.

– Не все, – провел ладонью по волосам. – У меня дед был рыбак. В любую погоду, кроме дождя, в субботу у него рыбалка! И зимняя, и летняя, и какая хочешь. А рыбы дома не помню. Если только кошке приносил. Только когда повзрослел, это понял.

– Понял что?

– Что ему просто нужен был отдых от дома, от забот. Перезагрузка, – вздохнул. – Посидит с удочкой пару часов в тишине и снова готов в бой! Усмирять бабушку, помогать маме, воспитывать меня…

– А папа?

– В смысле?

– Ты назвал дедушку, бабушку и маму… А отец?

Замолчал. Надолго. Татьяна думала уже, что зря спросила.

– Отец с нами не жил никогда, – голос напряжен. – Он платил маме алименты, но я не помню, чтобы он приезжал или звонил.

– Прости, – погладила его по груди, будто извиняясь.

– За что? – дернул плечами. – Это не бог весть какая трагедия! Пацаном переживал. Особенно когда деда не стало, а с матерью ругался по любому поводу. Выдумал себе, что вот папа-то у меня идеальный, это они все плохие. И его ко мне не пускают! Сейчас за такие мысли стыдно.

Она крепче прижалась к нему. Молчала.

– А у меня отец военный. Хотел солдата из меня вырастить. Все время повторял: «Ты должна уметь преодолевать трудности!»

– Ну, преодолевать трудности он тебя точно научил, – погладил ее по волосам.

– Не уверена. Рассчитывать только на себя – это да...

Обнял ее крепко, чуть сжал.

– Эй! Не знаю, чего добивался твой отец, но ты классная!

– Классная? И встречаюсь с мужчиной по вызову.

Твою мать! Удар под дых. Сжал челюсти.

– Ну, на этот факт можно посмотреть с другой стороны.

– С какой?

– Давай посчитаем. У меня в среднем десять заказов в неделю. В году пятьдесят две недели. Есть простои, есть постоянные клиентки, поэтому округлим до пятисот женщин в год. Я в этом бизнесе около четырех лет. То есть, примерно две тысячи женщин, – сделал паузу. – Я попробовал порядка двух тысяч женщин и решил что ты лучшая!

Она хмыкнула и изумленно на него посмотрела. Удивительно, но ему удалось преподнести все именно так, как он хотел. Из двух тысяч – она лучшая.

– Да? – широко распахнула глаза.

– Да! – чмокнул ее в нос. Оба засмеялись. Он довольно, она – растерянно.

– Пошли домой? – отстранилась, села на лавке.

– Пошли, – протянул, почему-то игриво.

Посмотрела на него округлившимися глазами.

– Нет!

Поджал губы, сдерживая довольную ухмылку.

– Я говорю «нет»!

Прищурился:

– Ну а если чуть-чуть? – заговорщически. – Только попробовать.

Она шутливо зарычала и ткнула его в бок локтем. С хохотом отпрыгнул, потом поймал ее и обнял. Поцеловал в макушку:

– Я обещаю тебе делать только приятно!

Дома она зашла в ванную. Ничего не могла с собой поделать – дико стеснялась естественного запаха тела. Считала обязательным перед близостью помыться.

– Я быстро.

– Давай.

Когда она вышла, вытираясь полотенцем, он уже был в постели. Рубашку снял, остался в джинсах. Что-то листал в телефоне. Лицо серьезное, спокойное. Постояла пару секунд, любуясь. Он поднял взгляд, отложил телефон и тихонько похлопал по кровати рядом с собой. Прищурилась.

– Да? Зовешь в постель?

– Угу, – он подался вперед, протягивая ей руку.

Потянул ее на себя, убрал полотенце.

– Обожаю твой запах, – уткнулся носом ей в шею. – Зачем ты его все время смываешь?

– А гель для душа не нравится? – вывернулась из объятий, села на кровать.

– Нравится, – улыбнулся, – но ты нравишься больше.

Ничего не сказала, позволила себя поцеловать. Он привычно накрыл ее губы, провел рукой по спине. Опустился с поцелуями на шею, взял в ладонь грудь. Она подползла под него и потянулась к поясу брюк.

– Не спеши, – отстранился, не давая снять джинсы.

– Почему?

– А ты куда-то опаздываешь? – он спустился чуть ниже и целовал уже ее сосок.

– Нет, – протянула она, едва справляясь с дыханием.

– Тогда, значит, не спеши, – он сжал соски пальцами, а губами опустился к ее пупку. Целовал ее живот, щекотал языком, опускался ниже.

Она уже хорошо знала эту ласку и совершенно не сопротивлялась. Даже наоборот, подвинула попу так, чтобы ему было удобнее. Он не смог сдержать усмешку:

– Умничка моя.

Она закатила глаза, но оставила без комментариев. Сейчас было не до этого. Все ощущения сконцентрировались внизу живота. Там, где его язык спускался между ее губ к лону, где он прихватывал клитор и втягивал в себя, где его пальцы ласкали вход во влагалище, проникая все глубже, все настойчивее.

Часть 1 Глава 16

Она уже стонала и извивалась, и, если честно, была близка к финалу, когда почувствовала что-то новое внутри себя.

– Эй! – он все же достал игрушку.

– Чшшш, – оставил руки у нее между ног, а сам поднялся, поцеловал. – Просто поверь мне.

– Леш!

Он не убирал пальцы от клитора, поэтому она совершенно не могла ни о чем думать. Сопротивляться не было сил.

– Просто доверься…

Леха потянулся к телефону, который, оказывается, не убрал с кровати, и включил управление стимулятором. Тот завибрировал, вызывая мелкую дрожь наслаждения во всем теле. Татьяна выгнулась, застонала.

– Лешка!

Он улыбался, все так же лаская пальцами ее клитор и что-то регулируя на телефоне.

Вибрации стали сильнее, Татьяна застонала еще громче. Выгнулась, закрыла глаза. Тогда он подхватил вторую часть стимулятора и прижал чуть выше входа во влагалище. Она попросту закричала. Впервые она орала в постели в голос. Где-то на задворках сознания промелькнула мысль: «Что скажут соседи?» – но эта глупость тут же исчезла из головы. В ее теле сейчас было место только наслаждению. Стимулятор вибрировал у нее во влагалище, массировал клитор, Татьяна содрогалась от экстаза, хватая Леху за плечи, впиваясь в него ногтями. Приоткрыла глаза, увидела его безумно довольное лицо. Прохрипела:

– А ты?

– Буду и я, – загадочно ответил.

Он еще раз изменил интенсивность стимуляции и потянул за шнур. Длинная часть выскользнула из влагалища, тогда как на клиторе вибрации наоборот усилились. Его пальцы нырнули внутрь, он набрал сока и растер его по всей промежности.

– Что ты делаешь?

– Доверься мне, – по голосу было ясно, что он тоже дико возбужден.

Татьяна подумала, что уже поздно сопротивляться, и просто откинулась на подушку. Лешкины пальцы спустились к анусу, смазывая его ее же соком, разминая, пытаясь нырнуть внутрь.

– Леш, – она все же попробовала остановить его.

– Верь мне, – он уже почти рычал. А еще снял штаны. Когда успел?

Размяв анус, Леха ввел стимулятор туда. Татьяна ойкнула. Хоть он был и тонкий, но ощущение было непривычное. Леха снова потянулся за телефоном, увеличил интенсивность длинной части. Татьяна застонала, все в ней вибрировало. Это был кайф, самый настоящий кайф! Сама не заметила, как задвигала попой взад-вперед, имитируя секс. И тут произошло то, чего она совсем не ждала. Оставив включенный стимулятор у нее в попе, Леха лег сверху и вошел во влагалище. Резко, сильно. Он был перевозбужден, совсем не мог держать себя в руках.

Волна удовольствия пронзила Татьяну. Она никогда не испытывала ничего подобного. Экстаз накатывал и не желал отступать. Леха двигался резкими толчками, а она кричала, просто кричала от наслаждения. Ее разрывало на части, и весь мир перестал существовать. Сейчас были только она, Леха и то, что она чувствовала между ног. Это был – один сплошной оргазм. Так не бывает. Так попросту не может быть.

Леха задвигался быстрее. Татьяна поняла, что он сейчас кончит. Из-за стимулятора она очень хорошо ощущала его член. Сейчас он увеличился, еще толчок, Лешка сжал ее в объятьях и просто насадил на себя. Она кричала от безумного оргазма. Дрожь сокращающегося члена, вибрации стимулятора. Лехин стон удовольствия. Такого кайфа Татьяна не испытывала никогда. Она вообще не верила, что это возможно.

Он остановился, вышел, вытащил стимулятор и посмотрел на нее, нависая сверху. У нее не было сил что-либо говорить, она пыталась отдышаться, спрятаться на его груди. Засмеялся и дал ей к себе прижаться.

– Так все же нет? – переводя дыхание, спросил он. – Или да?

– Иди к черту! – ответила Татьяна, не поднимая лица.

Леха смеялся. И они оба знали, что да. Теперь – да.

За окном сгущались сумерки. Они лежали, обнявшись. Татьяна, не отдохнувшая с дороги, дремала. Ей было безумно лениво вставать и провожать Лешку. Хотя… Если совсем честно, ей совершенно не хотелось с ним расставаться.

– Останься на ночь, – шепотом попросила она, почувствовала, что он замер, очнулась. – Если можешь.

Он молчал, только сжимал ее плечо. Татьяна не выдержала:

– Можешь?

Шумно выдохнул:

– Давай попробуем.

Потянулся за телефоном. На экране два сообщения, оставленные в непрочитанных: «адрес…» и ещё раз «адрес…» Леха, не таясь от Татьяны, открыл мессенджер.

Леха: Серый, можешь заказы перехватить?

Ответ пришел через пару секунд.

Серый: Время?

Леха: 23.00 и 3.00.

Серый: 3.00 могу, шли адрес.

Леха зашёл в другой чат, переслал сообщение, подумал с полминуты. Набрал похожий текст абоненту Андрей.

Андрей: Не сегодня.

То же самое абоненту «Рыжий».

Рыжий: Могу. Адрес?

Леха перекинул адрес, отложил телефон.

– Теперь могу.

Татьяна судорожно вздохнула и прижалась носом к его груди. Хотелось плакать и смеяться одновременно! Он останется. Он из-за нее отменил два заказа! От этого ее охватывала радость, но… Два заказа. Помимо нее он собирался переспать сегодня ещё с двумя женщинами. От этого хотелось выть и рыдать.

***

Утро было чудесное. И это не о сексе. Он встал чуть раньше, принял душ, вернулся в постель свежий, мокрый. Обнял ее, чем вызвал визг и шутливые ругательства.

– Ты сегодня поедешь на работу?

Он жарил омлет, когда уже она вышла из ванной. Мокрая. И прислонилась, к нему сухому. Выгнулся, обернулся к ней, сжал ее в своих объятьях.

– Ага, – устроила подбородок у него на груди. Он чмокнул ее в носик. – Надо отчитаться.

– Опять будешь собирать большую презентацию?

– Да, но это к пятнице. Может, даже без аврала управлюсь, – она сделала большой глоток кофе.

– Кстати! О пятнице и аврале, – он разложил омлет по тарелкам, – в следующий вторник Андрюха собирает.

Она замерла с вилкой в руках, поджала губы.

– Ну что? – спросил Леха.

– Ты все-таки хочешь втравить меня в эту историю! – отозвалась с укором.

Часть 1 Глава 17

Татьяне как раз пригодился ее отгул. Даже она не спросила, почему собираются среди недели. И так все было ясно.

С ними ехали ещё двое парней.

– Сергей, – представил Леха своего соседа по квартире.

По его взгляду Татьяна поняла, что Сергей о ней знает много. Очень много.

– Илья, – приветливо протянул ей руку парень с огненной шевелюрой.

Татьяна подумала, что слышит его имя в первый и последний раз. «Рыжий» в Лехином телефоне совершенно точно он.

Леха взял машину напрокат. Хорошую, бизнес-класса. Увидев удивленные глаза Татьяны, коротко прокомментировал:

– Часто беру, хорошо вожу. Рейтинг высокий.

– Еще и водишь хорошо, – с досадой протянула Татьяна, чем вызвала смех в салоне.

Леха широко улыбался, Татьяна тоже улыбнулась. Еще три месяца назад такие двусмысленности она сочла бы верхом скабрезности. А сейчас чувствовала себя совершенно нормально. Все всё поняли правильно. Просто шутка.

Машина плавно катилась по трассе в сторону области. До дачного поселка было чуть больше часа пути. В салоне тихо играла музыка. Парни сзади вполголоса разговаривали между собой. Татьяна смотрела на спокойное Лешкино лицо и любовалась им. Сильный, красивый. Хорошо знает, что делает. Она неосознанно потянулась к его руке, лежащей на рычаге коробки передач. Он подхватил ее пальцы, сжал в своей ладони. Стало тепло и по-настоящему хорошо. Чуть с опозданием Татьяна поняла, что ребята сзади притихли. Этот жест никто не прокомментировал.

– О! – хозяин вечеринки встретил их у ворот, показывая, где лучше припарковаться. – Любишь же ты все шикарное! – с досадой воскликнул он, упёрся Лехе пальцем в грудь. – И это я не о машине!

На Татьяну он не смотрел, но она покраснела до самых до ушей. Рыжий с Серым одобрительно хохотнули, а Лешка вообще надулся от удовольствия и гордости. Ему понравилось, как их встретили.

Как это часто бывает на таких вечеринках, быстро разделились. Мальчики – направо, девочки – налево. В смысле, мужчины к мангалу, а женщины – фрукты-овощи мыть и резать.

Андрей подвел Татьяну к компании разношерстных дам: одна маленькая, в цветастой юбке, совсем ненакрашенная, по виду – еще ребенок, другая высокая, ухоженная, с дорогим маникюром, третья в водолазке, несмотря на жару, и с учительским пучком на голове, ещё одна – грудастая блондинка в спортивном костюме, грациозная, словно пантера.

– Прошу любить и жаловать, – представил ее хозяин. – Лехина Танюха!

Женщины обернулись, все как одна улыбнулись.

– Ира.

– Катя.

– Настя.

– Тая.

Татьяна не сразу запомнила, кто есть кто (1). А мелкая хиппи тут же всучила ей пакет с фруктами:

– Помой, пожалуйста!

Татьяна послушно взяла пакет, пустую миску и направилась к фляге с питьевой водой – мыть фрукты и приходить в себя. Танюхой ее давно никто не называл. А уж Лехиной вообще никогда.

– Куда фрукты ставить? К мангалу?

– Да зачем к мангалу? – протянула ухоженная дама. – Оставляй тут. Все равно мальчики их не едят. Это нам!

– Ага, им мы сейчас бурритос отдадим, – девушка в спортивном костюме, который не мог скрыть ее крайне аппетитные формы, что-то заворачивала в лаваш.

– Там майонез! – скривилась холеная дама. И тут же поправилась, – Это если ты думаешь, что ешь.

Татьяна улыбнулась:

– Иногда думаю.

Женщины засмеялись. Громче всех хохотала та самая мелкая, в цветастой юбке. Она как раз облизывала с рук соус и майонез, оставляя следы на носу и щеках.

– Ща, мальчишки их обжарят! Будет вкусно.

– Ну да, все голодные, – протянула «училка». – Пока мясо поспеет…

– Давай винишка? Белое, красное? Белое холодное… – взяла ее под руку «дама».

Татьяна кивнула:

– Давай белого.

Ирина, фигуристая девушка именинника, разлила вино по стаканчикам, подала подругам и обернулась к Татьяне:

– Давай я тебе наших мальчишек покажу!

Она указывала на мужчин – таких разных, но всех привлекательных, и называла имена. Татьяна пыталась сосредоточиться, но, видимо, ее лицо все выдало, потому что Ирина по-дружески хлопнула ее по руке и проговорила:

– Ниче, к вечеру запомнишь!

Опять смех. День обещал быть приятным.

***

Она стояла на берегу пруда, потягивала вино из бумажного стаканчика. Закатные лучи причудливо подкрашивали воду, тихо мучилась гитара в чьих-то руках, от мангала доносились взрывы хохота. Татьяна неожиданно поймала себя на мысли, что ей тут нравится, что она действительно отдохнула.

– Держи, – к ней сзади подошла девушка в длинной юбке – Тая. Она протягивала ей кусок мяса, завернутого в лаваш.

– Ой, в меня больше не влезет.

– Да ладно! Хоть попробуй! Маринад шикарный!

Татьяна усмехнулась и взяла угощение. Пряное, чуть сладковатое мясо и правда просто таяло во рту.

– Обалдеть! Это в чем?

– Шоевый шоус и ефе какие-то шпеции, – не заморачиваясь, ответила Тая с набитым ртом. – Андрюха никому не рассказывает!

Татьяна улыбнулась. И вкусному мясу, и красивому закату, и ее непосредственности:

– Спасибо, – поблагодарила она, тоже за все.

– Фигня вопрос! – девушка смешно отсалютовала ей импровизированной шаурмой и ушла к садовым качелям. Плюхнулась в них, поджав ноги, кто-то подал ей плед. Кажется, Сергей. Милые. И они и вся компания.

Татьяна отпила еще глоток из стакана, снова обернулась к воде.

– А вы давно Леху знаете?

Рядом стоял уже парень. Вроде Саша. Нет. Саня. Все его звали Саней. Его заметно пошатывало, футболка была кое-где заляпана. Крупный торс выдавал в нем спортсмена, а округлившийся живот красноречиво говорил, что спортсмен он бывший.

– Нет, не очень, – призналась Татьяна. – А что?

– Да вот мне почему-то кажется, что он вам не пара, – парень неприятно осклабился.

– Почему? – Татьяна изобразила искреннее удивление.

– Да так! – парень сделал вид, что не хочет рассказывать, картинно помялся, но тут же продолжил: – Вы бы его спросили, как он деньги зарабатывает!

Часть 1 Глава 18

– Он работает в сфере обслуживания, – Татьяне уже самой стало интересна эта игра. Она старательно придала лицу выражение святой наивности.

– Обслуживания, – Саня мерзко хохотнул. – Это точно! Вы бы спросили, кого он обслуживает! И как! Вот удивились бы!

– Какая разница, кого и как, – настаивала Татьяна. – Не бывает стыдных профессий.

– Да? – тут Саню понесло. – Обслуживание бывает порядочное, а бывает непорядочное, – он скривился и сплюнул в сторону. – Вы его спросите!

Татьяна сделала изумленное лицо:

– Вы явно что-то путаете!

– Я ничего не путаю. А вы бы держались от него подальше. Не пара он вам, – Саня икнул и, довольный собой, шатаясь, ушел.

Татьяна поискала глазами Леху. Он выходил из домика с какой-то кастрюлей в руках. Неужели еще порция шашлыка?! Заметил, что Татьяна его ищет. Оставил кастрюлю у мангала, подошел.

– Ты как?

– Прекрасно! Волшебный вечер.

Леха расплылся в улыбке:

– Я рад, что тебе нравится!

– Скажи, ты что, еще шашлыка притащил?

– Ага. Вроде последний!

– Боже, он же ни в кого не влезет!

– Да ладно, – хмыкнул Леха , – ребята пьют, будут закусывать.

Татьяна привалилась к нему спиной, снова обернувшись к воде. Он ее приобнял, поцеловав волосы.

– Скажи, а тут все занимаются тем же, чем и ты?

Леха напрягся:

– Ну, почти. Мы ж из одной тусовки. А что?

– Да так…. Меня решили просветить на тему твоей профессии!

Леху это позабавило.

– Серьезно? Кто отличился?

Таня кивнула в сторону шатающегося неопрятного мужика.

– Вот он.

– А… Саня. Понятно. Перебрал, – сделал вывод Леха.

– Он не из твоей … компании?

– Да как сказать. Он вроде с нами дружит, но в контору не пошел. Типа, он порядочный!

– А, да. Он так и сказал.

– Да он просто пьян, видимо, с Ленкой опять погрызлись, раз ее здесь нет. Вот и решил пакость сделать, – Леха усмехнулся.

Татьяна тоже улыбнулась в ответ. Ей нравился этот пруд, эта компания и даже садист, упорно мучивший гитару. Какой-то Саня с его глупыми инсинуациями совершенно не могли этого испортить. Она прижалась к Лехе плотнее. Обвела взглядом собравшихся людей.

– А кто из них?.. – пауза была очень красноречивой. Леха все понял.

– А присмотрись, – усмехнулся. – Сама увидишь.

Татьяна всмотрелась в мужчин. Этот девицу усадил на колени, запустил ей руку под футболку, чуть не прилюдно грудь лапает.

– Точно не он!

– Угадала.

Смотрела дальше. Вот этот свою спутницу держит за руку. За весь вечер даже не приобнял. Только нежно гладит пальцы, когда задумывается.

– А вот этот может быть.

– Опять угадала, – хмыкнул Леха.

Татьяна рассматривала пары.

– Вы своих женщин не лапаете. Никаких поцелуев в засос или рук под футболкой.

– Есть такое.

– Почему так? Телесного контакта перебор?

Он пожал плечами.

– Наверное. Хотя… У каждой пары свои тараканы, – Леха вздохнул и оглянулся. – Вон видишь девчонку, – он указал на ту самую с учительским пучком.

Маленькая симпатичная женщина. Ей должно было быть лет двадцать, но она совсем не смеялась, отчего казалась сильно старше.

– Это Настюха. Он классная, реально классная, но у нее какая-то жуткая история из детства. Ее то ли пытались изнасиловать, то ли изнасиловали. В общем, в ее жизни секса не было от слова «совсем», – к девчонке подошел мужчина, похожий на Аполлона. – Но они живут с Игорем вместе. Ведут хозяйство, спят в одной постели. Первые года три точно не трахались. Сейчас, наверное, уже да, но их все равно вместе не это держит.

– Понятно… Имитация семьи, а трах он получает на стороне.

– Он работает, – в его голосе послышалась лёгкая досада. – Или вон, – он показал на очень ухоженную даму и интересного изящного мужчину рядом, – Катя и Марк. Они оба…

– В смысле? Она тоже? – поразилась Татьяна.

– Угу. Катя – элитка. Дорогая, – сказал с намеком на уважение.

– И они тоже не трахаются? – зачем-то спросила Татьяна.

– Думаю, трахаются, – протянул Леха. – По крайней мере, я видел, как они целуются. Точно трахаются.

Татьяна тряхнула головой:

– Извращение какое-то!

– Почему? – он действительно удивился.

– Они семья, один спит с другими, другой знает, но не против, – Татьяна поморщилась. – Я, наверное, тоже извращенка.

– Почему? – снова спросил Леха.

– Ну, я же тоже знаю и не против.

Помолчал пару мгновений. Качнул головой.

– Ты против.

Татьяна замерла. Больше всего на свете ей сейчас хотелось не встретить его взгляд. Она смотрела на воду и не видела, что Леха нашел глазами Саню. Посмотрел на него, нахмурился. Саня, увидевший, что Леха смотрит на него, как-то неестественно расправил плечи и решил уйти с поляны. На крыльце обернулся, снова наткнулся на потемневший Лехин взгляд, почему-то споткнулся и все же ушел в дом.

***

Возвращались поздно. Рыжий и Серый дремали на заднем сиденье. Татьяна не спала, смотрела на дорогу. Ночь буднего дня. Машина долетела назад меньше, чем за час. Леха притормозил у Татьяниного подъезда. Обернулся к друзьям:

– Подождите пять минут.

– Пять минут? – переспросил Рыжий у Сереги. – Он что, успеет?

– Иди ты… – отмахнулся Серый и снова закрыл глаза. Рыжий хохотнул.

Он пожалел об этой не самой остроумной шутке уже через четверть часа. Леха все не возвращался.

Часть 1 Глава 19

– Не, я понимаю, он суперпрофессионал своего дела, – опять попробовал шутить, на что получили приблизительно такой же ответ Серого:

– Рыжий, отвянь! Сейчас он спустится.

В подтверждение его слов тут же распахнулась капризная железная дверь и вылетел Леха. Сел за руль, будто ни в чем не бывало.

– Счастливые часов не наблюдают, – протянул Рыжий.

– Да ладно вам.

– Че ты у нее ночевать не остался? – это спросил Серый.

– Ну, во-первых, вас отвезти надо, остряки.

– Нас можно до метро. Еще не закрыто.

– А во-вторых, завтра у меня собеседование. Я ж не пойду туда в джинсах и футболке, – посмотрел на друзей в зеркало заднего вида, шутливо прищурился. – Хотя… Место такое, что можно, наверное, и просто джинсы. Да?

– Угу. – проворчал Рыжий, – Особенно пропахшие костром. Тебе на собеседовании обрадуются!

Серый долго молча смотрел на Леху, потом повернулся к Рыжему:

– Слышь, Илюх, а тебе случайно квартира не нужна? У нас удобно. Близко к кольцевой.

– Так у вас же две комнаты, – не въехал хмельной Рыжий.

– Так, по ходу, скоро одна освободится.

– Не гони, Серый, – прервал мечтания друга Леха. – Рано еще.

– Ага… А у самого-то глаза блестят.

Тут уж Леха ничего не смог поделать. Расплылся в счастливой улыбке и прибавил скорости.

***

Мужики, все, кроме Сергея и еще пары личностей, практически каждый день виделись в спортзале. Это был их студенческий зал, в который они прибегали молодыми, жадными первокурсниками. В котором им подогнали заработок. И в котором они чувствовали себя в своей тарелке. Многие из них сейчас с легкостью могли бы оплатить более дорогой клуб. Некоторые и оплачивали, исключительно ради понтов. Но потусить, побыть «как дома» по-прежнему приходили сюда.

Неудивительно, что старые тренерские уже давно использовались ими, как комнаты отдыха. Сейчас в такой сидели Рыжий, Саня и еще пара мужиков, которые в контору не пошли, но в фотобизнесе остались. Шел ни к чему не обязывающий разговор о белковых коктейлях и спортивном питании. На столе стояли чашки с кофе и пластиковые шейкеры. В общем, всем было хорошо и лениво. Пока дверь тренерской со стуком не влетела в стену. На пороге появился Леха, медленно подошел к столу, угрожающе уперся в него руками, склонился:

– Что, Сань? Решил моей женщине рассказать, каким способом я деньги зарабатываю? – глаза у него сверкали недобрым огнем, голос был напряжен, дыхание сбито. – Не нравится тебе, что она со мной живет?

– Че-его? – Саня отпрянул, старался не смотреть прямо в глаза ни Лехе, ни кому-то в компании. – Ты бы сбавил обороты. Ну сказал, ну что такого? Она все равно бы узнала! Она – порядочная, а ты нет. Нефиг ей рядом с тобой делать!

– Я не порядочный? А ты, значит, у нас порядочный? В чужих постелях порядок свой наводишь? – голос у Лехи стал тише, вкрадчивее, только никого эти интонации не обманули. – А хочешь, я тебе расскажу, как твои насквозь порядочные деньги легко становятся моими непорядочными?

Саня нахмурил лоб, желваки заиграли на скулах:

– О чем ты тут рассказывать собрался?

– Ну например, о Ленкиных любимых позах. Или о любимых игрушках. Хочешь, научу пользоваться? – Саня бледнел, а Лехины губы растягивала ехидная ухмылка. – Что, съел, порядочный ты наш?

– Пиздишь!

Саня рванулся вперед, замахиваясь, но Рыжий перехватил его руку, удержал. Полетел набок стол, зазвенело, разбиваясь все, что на нем стояло. Леха отпрянул, вцепившись в Саню презрительным взглядом:

– Что, не нравится? – он дышал как взбешенный зверь. Полезть к его женщине! Вмешаться в их отношения! Растопчу, суку! – Не рой другому яму, Сань!

– Врешь, тварь!

Леха просто молчал, но всем, вплоть до гипсового Ленина, стало ясно – не врет. Саня было еще раз дернулся вперед, но замер, а потом как-то грузно осел на стул. Леха хмыкнул, развернулся и в полной тишине вышел из комнаты.

Мужики переглянулись:

– А у него, походу, серьезно, – задумчиво протянул один из них и отпрянул от Сани, как от прокаженного.

***

Леха бесился не просто так. Утром получил отказ на собеседовании. Снова! Пятый. За две недели пятый! Его приглашали в агентства, которые предоставляли работу студентам: выкладка товара в магазине, курьерские доставки. Даже официантом устроиться не получилось. Заведующая, грузная тетка с выжженными волосами, смотрела на него томным взглядом и рассказывала:

– Ну вы же понимаете, нам вас надо научить всему, поэтому на первые полгода точно только минималка. Но будут чаевые! Хорошо себя покажете – поставим смен побольше.

Минималка – это восемнадцать тысяч. Леха смотрел на нее, сцепив зубы, и думал, что с нее бы он за час больше взял. Постарался вежливо попрощаться, улыбнулся, ушел. А у самого в голове крутилось одно: не отпустит его эта жизнь! Не соскочить.

Зашел в зал, увидел Саню… Нет, он собирался с ним поговорить, но, наверное, не так. Сейчас, сгорая от злости, выходил из раздевалки. Забил на тренировку, хотел уйти. Нос к носу столкнулся с Андреем.

– Лех, чё бешеный? – Андрей выходил из душа. Вытирался.

– Да Саня, козел!

– Чё?

– Решил Татьяне рассказать, чем я на жизнь зарабатываю.

Андрюха побледнел.

– Она не знала?

– Знала! Но его какое дело?

– Фух… я бы себе не простил, – у мужика явно отлегло.

– Да ты тут причем?

– Ну… У меня ж на днюхе дело было…Да-а, он чё-то стал за воротник закладывать знатно, говорит, из-за Ленки.

– Ленка! – выплюнул Леха. – На кой вообще такая баба? Она, по-моему, из спортивного интереса со всеми нами переспала

– Да вот же ж… – поддакнул Андрюха. – Только зуб даю, Саня не в курсе.

– Был, – отвел глаза Леха.

– Ты ему сказал? – Андрей замер, задержав полотенце на волосах.

– Сказал… Получается, клиента слил.

– Не бери в голову, – спокойно посмотрел на друга Андрей. – Ленка в контору жаловаться не пойдет. Есть у меня способ на нее повлиять, – и хитро прищурился.