Любовь последней степени

Любовь — это улика

Лира Вельт не верила в любовь.

Она верила в цифры, отчёты и холодные факты.

Поэтому, когда система прислала уведомление о третьей степени, она сразу поняла — кто-то сегодня умрёт.

Комната была пустой. Ни следов борьбы, ни крови.

Только человек, сидящий у стены, с закрытыми глазами.

На его лице не было страха.

— Имя? — спросила Лира.

— Каэл Норд, — ответил он спокойно.

Она подняла взгляд.

— Вы знаете, за что вас вызвали?

— За любовь, — сказал он. — Как и всех остальных.

Лира отметила это в планшете.

— Вы осознаёте, что третья степень — последняя?

— Осознаю.

— И всё равно сделали выбор?

Он открыл глаза и посмотрел прямо на неё.

— Я сделал его раньше. Сегодня вы просто это увидели.

Лира почувствовала раздражение. Такие люди всегда говорили красиво.

Но цифры редко ошибались.

— Назовите имя, — сказала она. — Кого вы любили.

Каэл улыбнулся. Едва заметно.

— Вас это не спасёт.

— Это не ваш выбор решать, — холодно ответила Лира.

Он наклонился чуть ближе.

— Ошибаетесь.

Любовь — всегда выбор.

И всегда чей-то последний.

Система подала короткий сигнал.

Лира взглянула на экран.

ОТКЛОНЕНИЕ ЗАФИКСИРОВАНО.

СТЕПЕНЬ: ПЕРВАЯ.

Она замерла.

Это было невозможно.

Она ещё не знала, что именно в этот момент

расследование закончилось.

И началось преступление.

Лира не двигалась. Экран всё ещё светился у неё перед глазами.

Первая степень.

Ошибка. Сбой. Ложное срабатывание — что угодно, только не это.

Она резко закрыла планшет и убрала его в сторону, будто так могла стереть произошедшее. Потом подняла взгляд на Каэла.

Он смотрел спокойно. Слишком спокойно для человека, которого официально должны стереть из системы в течение часа.

— Это невозможно, — сказала Лира.

— Обычно так и начинается, — ответил он.

Она сделала шаг назад.

— Вы что-то сделали?

— Я просто ответил на ваши вопросы.

— Этого достаточно для первой степени? — резко спросила она. — Разговор? Взгляд?

Каэл пожал плечами.

— Иногда — да.

Лира сжала зубы. Она работала в Бюро восемь лет.

Она видела сотни дел.

И ни разу — ни разу — система не ошибалась с ней.

— Вы манипулируете, — сказала она. — Это зафиксировано. Такие, как вы, всегда пытаются вызвать отклонение.

— Зачем? — спросил Каэл. — Мне уже нечего терять.

Он говорил без вызова, без просьбы. Просто как факт.

Лира снова подошла к стене, где он сидел. Между ними оставалось меньше метра — слишком близко по протоколу, но сейчас ей было всё равно.

— Вы понимаете, что третья степень — это конец? — сказала она. — Не тюрьма. Не изоляция. Конец.

— Понимаю.

— Тогда почему вы здесь?

Каэл на секунду задумался.

— Потому что вы ещё не сделали свой выбор.

Эта фраза задела сильнее, чем должна была.

— Я не делаю выборы, — холодно сказала Лира. — Я фиксирую чужие.

— Все так говорят, — ответил он. — До второй степени.

Лира резко выпрямилась.

— Следите за словами.

— Или что? — спокойно спросил он. — Вы меня уничтожите?

Она открыла планшет снова. Пальцы двигались быстро, чётко, будто это могло вернуть контроль.

— Каэл Норд, — начала она официальным тоном. — Вы подозреваетесь в достижении третьей степени любви. Назовите имя человека, с которым у вас была связь.

— Связь? — он усмехнулся. — Это вы так называете любовь?

— Назовите имя.

— Если я назову, — сказал он, — вы исчезнете вместе со мной.

Лира подняла глаза.

— Угрожаете?

— Предупреждаю.

Система снова подала короткий сигнал.