Любовь с загадочным привкусом

Глава 1

Ливения Хлёст

Я шла на собеседование, как на свой последний шанс наконец хорошо устроиться в жизни. Шла медленно, стараясь дышать глубоко и ровно, чтобы сердце не отбивало бешеный ритм, а щёки не алели, выдавая с головой мой трепет.

Но как же трудно убедить себя, что всё будет хорошо, ведь мне так нужна работа, и желательно по специальности, а не какой-то подавальщицей в трактире.

Я отучилась в академии, хоть чем-то родной отец помог, оплатив это недешёвое мероприятие, так как своих денег у меня не было, а у матери — тем более.

Меня давно интересует вопрос: «Как боги допускают союзы между столь непохожими созданиями?»

Моя мать — лесная дриада ночи, что уже не придаёт ей популярности, так как эти создания леса выделяют яд в свою кровь и могут отравить прикосновением. Просто не все знают, что они это могут делать по желанию, а не постоянно, поэтому бояться их до полусмерти. А ведь дриады всего лишь оберегают лес!

О таком родстве я молчала, это была моя тайна, которую я бережно хранила, отец меня в этом полностью поддерживал, понимая все сложности моей жизни, если об этом узнают окружающие.

Отец же маг земли и был смотрителем того участка леса, где живёт мать. Так они и встретились.

Но, как показало время, надолго их страсти не хватило, и они разошлись, оставив меня на память о том времени. Я жила у матери, пока не пришла пора учиться, это на себя взял отец. Так как я полукровка, то являлась неполноценной дриадой, и жить в лесу постоянно мне было неудобно, да и вдобавок проснулся мощный дар магии земли, которым надо было как-то научиться владеть.

Матери пришлось меня отпустить, а то были шансы, что я нечаянно уничтожу наш лес. Сила из меня хлестала во все стороны, отчего лес ходуном ходил, и это никого не радовало.

По уровню дара меня сразу же записали на боевой факультет, хотя никакой особой тяги к насилию и боям я не испытывала. А с течением времени приняла решение, что буду работать следователем. Там и увлекательно, и не надо всё время кого-то побеждать, если только интеллектуально.

И всё бы хорошо, если бы не моя внешность! Дриады по определению не бывают страшными, а я, по человеческим меркам, непозволительно хороша, что стало просто мукой в моей жизни среди людей.

Мужчины не давали мне прохода, никому не было интересно, что я хочу учиться или работать, меня всё время звали на свидания, отпускали сомнительные комплименты, а особо одарённые пытались щипать за все доступные места. Тут-то мой дар и навыки с боевого факультета пригодились как никогда.

Никто не относился серьёзно к моим амбициям и уму, даже отец. Всё ждал, когда же я перестану баловать и приведу ему жениха на смотрины.

Да, я высокая, стройная, с красивой фигурой, роскошными смоляными волосами, бледно-голубыми глазами и пухлыми губками — я сотрудник правопорядка небольшого городка, что находится в сорока минутах езды от столицы. И я ненавижу этот отдел!

Совершенно случайно услышала в городе в разговоре двух кумушек, что начальником одного из отделов столицы стала женщина, и ушам своим не поверила! Неужели?!

Мне необходимо перевестись к ней работать. Уж если она не оценит мои таланты, то уже никто!

Вот сегодня я иду к ней на собеседование. Я написала ей с замиранием сердца и получила приглашение. Если было бы возможно, то сразу бы приехала, но пришлось ждать три дня. Они были бесконечны!

Но всё же я здесь, в столице, и я буду не я, если позволю себе упустить этот шанс!

До нужного отдела шла пешком со станции, чтобы успокоиться и привести дыхание в порядок, но пока плохо получалось, от этого я нервничала ещё сильнее.

Нужного места достигла как-то подозрительно быстро, не уходить же теперь.

Поправила форму и толкнула дверь, чтобы войти, но, видимо, слишком сильно, или стоящий с той стороны, зазевался, и вышло неловко. Дверь ему врезала прямо в лоб, отчего мужчина упал.

От ужаса я обмерла, так как дверь была дубовой, ею и убить можно! Устроилась, называется, на работу!

— Вы как? — Я присела возле упавшего и дрожащей рукой потрясла его за плечо.

Меня удивило, что никто не кинулся на помощь, не вскрикнул, голову не повернул, кроме секретаря. Такой симпатичной и стройной девушки, что с неодобрением посмотрела на распростёртое тело незнакомца.

— Нечего болтать в дверях, Вил! Сто раз тебе говорили. Встанешь как столб и ни туда, ни обратно! Хорош придуриваться! Вставай, пока кто-то не споткнулся о твою тушу! — грозно сказала девушка и повернулась ко мне. — Вы к кому?

— К начальнику отдела, госпоже Крост, — чётко ответила я.

Тут мужчина открыл глаза и с интересом уставился на меня красными зрачками, что говорило о том, что он вампир. Неожиданно, но если тут берут на работу и их, то у меня неплохие шансы.

— Дорогая, леди, ваша сила сразила меня наповал! — заявил он, улыбаясь во все свои идеально белые и клыкастые зубы.

— Да, я заметила, а теперь простите, я опаздываю на собеседование.

— Конечно, конечно, не обращайте на меня внимания, я пока тут полежу, приду в себя и оклемаюсь, — сообщил незнакомец совершенно спокойным голосом смиренного человека и даже руки на груди сложил.

Глава 2

Ливения Хлёст

— Войдите, — ответила мне госпожа Крост уже нормальным голосом.

Я вошла в её кабинет, стараясь выглядеть уверенной в своих силах, но ладошки предательски потели.

— Присаживайтесь, — предложила она мне, указав на кресло перед столом.

Я села с идеально прямой спиной, едва касаясь спинки.

— Благодарю.

Так и сидели некоторое время в тишине, рассматривая друг друга. Несмотря на то что госпожа Крост выглядела несколько более упитанной, чем принято в силах правопорядка, у неё был цепкий взгляд, и, раз смогла пробиться в начальники, мозгами всевышний не обидел. Возможно, есть кое-какие связи.

Она очень органично смотрелась в кресле начальника. Я бы сказала, солидно.

— Что же, — наконец произнесла женщина, — расскажите мне свою историю.

— Какую именно? — несколько растерялась я, ведь готовилась отвечать на вопросы о моих достижениях, а тут про историю спрашивают.

— Как вы докатились до жизни такой? — чуть усмехнулась она. — Я ещё и объявление дать не успела о поиске сотрудника, а вы уже со мной связались. Я пока только по своим знакомым искала.

— Понимаете, мне не очень нравится моё нынешнее место, и я подумала, что, возможно, вы сможете меня принять, — несколько сбивчиво начала я свой рассказ.

— Хотите работать в центре? Здесь престижно служить, — понимающе кивнула госпожа Крост.

— Нет, я не поэтому к вам хочу.

— А почему же?

— У меня большие проблемы с внешностью, — выдохнула я.

— Э, я бы сказала, что с вашей внешностью полный порядок. — Она ещё раз окинула меня взглядом. — Хорошая физическая форма. Что с вами не так?

— Всё со мной хорошо, кроме излишнего внимания коллег. Мне прохода не дают. Я нормально работать не могу! Только и доказываю всем вокруг, что я ценный кадр, а не только симпатичная мордашка. Но никому нет до этого дела! А у меня мозги есть! У меня в дипломе большинство отметок «отлично»!

Опять наступила пауза в разговоре, в течение которой я успела подумать, что не слишком ли разоткровенничалась, а то вдруг госпоже Крост лишние проблемы не нужны. Она только приняла пост, а тут я!

— Так, мне понятна суть вашей речи. Но у меня в отделе тоже мужчины, и они не менее склонны замечать симпатичные мордашки, — вздохнула она.

— Но вы-то женщина и сможете оценить мои таланты! — Я подалась к ней в порыве чувств. — Вы-то на мою фигуру любоваться не будете, когда я рапорт зачитываю!

— Если только с завистью, мне таких форм не достичь никогда, — лукаво улыбнулась она. — Но в целом я поняла, чем вам приглянулся наш отдел.

— Да, я очень хочу работать, может даже по службе продвинуться смогу.

— Есть ещё что-то, что я должна о вас знать, кроме того, что было в вашем деле? Сила вашего дара впечатляет, скрывать не буду, но всегда есть что-то ещё. Если у меня будет сотрудник, которого надо прикрывать от начальства и коллег, то мне хотелось бы быть уверенной, что неприятные сюрпризы не вылезут внезапно.

Вот и как тут что-то сказать и не соврать? Мой дар не опасен, но может отвернуть от меня. Предрассудки живучи, даже слишком.

— Нет ничего, что могло бы помешать моей работе.

Я постаралась ответить так, чтобы слова не были ложью. Моя ядовитость не может помешать мне быть следователем.

— Но имей в виду, что твой напарник тоже не подарок, так как чувство юмора у него специфическое, силы полно, а вот магического дара кот наплакал. Вместе вы чудная пара с точки зрения работы, но вот вытерпеть его ещё надо суметь.

— Я уверена, мы сработаемся! Терплю я уже давно, так что, думаю, и тут не подведу.

— Что же, твой энтузиазм радует, тогда не вижу препятствий, чтобы не принять тебя в наш коллектив.

— Когда же я смогу познакомиться с напарником? — уточнила я.

Может, стоит сразу узнать, что за чудо мне досталось, пока я не ушла.

— А ты с ним уже знакома, — улыбнулась теперь уже начальница. — Вил Фрост был моим напарником, так что передаю тебе его по наследству.

И тут с опозданием до меня дошло, что тот комедиант, которого я сшибла дверью, и есть мой новый напарник.

Повезло! Знакомство состоялось феерично, что сказать.

Однако стоит учесть, что бывшие напарники, видимо, хорошо общаются, возможно дружат, не хватало мне только попасть в новые неприятности, если этот комедиант жаловаться на меня будет.

И делать нечего, я же сама попросилась работать тут, остаётся только держать лицо.

— Что ж, раз мы уже заочно знакомы, то я могу идти. Когда мне приступать к службе?

— Три дня хватит на переезд? — спросила госпожа Крост.

Это, конечно, мало, учитывая, что жильё в столице мне нужно ещё найти, и не слишком дорогое, но я решила не наглеть.

— Три дня — отлично!

Глава 3

Ливения Хлёст

Мы быстро зашли ко мне. Было как-то неловко собирать свои небогатые пожитки под взором незнакомого мужчины, но он не особо на меня и пялился, больше на обстановку и вид из окна.

— Ничего, в столице твои дела пойдут лучше, — констатировал Вил. — Там и дела поинтереснее, и оклад повыше, да и премией начальство не обделяет, если не ленишься, а ты, судя по всему, не склонна дремать на дежурствах.

— Тебе это откуда может быть известно? — удивилась я такому быстрому выводу.

— Сам факт того, что ты работаешь следователем с такой-то внешностью, повествует о силе решения. А то, что ты пришла устраиваться на место, вакансия на которое ещё не была объявлена, говорит о многом.

Я хмуро на него посмотрела.

Не нравится мне его упоминание моей внешности, вот честное слово — не сдержусь и врежу ему, если он попробует руки свои распускать!

— Не хмурься. С фактом, что ты красотка, жить придётся мне, а также отстаивать твои интересы!

Я уже открыла рот, чтобы возмутиться, что его никто, в общем-то, и не просил ничего отстаивать, как напарник меня перебил:

— Но я и от тебя того же жду!

— Что?! — Я даже не смогла сдержать своего удивления.

Нить разговора я, что ли, потеряла?

— То! Я парень весь из себя красавец, могуч, шикарное тело, красотки на меня вешаются. Так что, будь добра, и ты меня отбивай, если что. Они тебе никто, а я с тобой надолго связан. Роднее дяди, ближе сестры родной, а столы впритык!

— И это нас роднит?

— Роднить нас будут общие отчёты по ночам и выволочки от начальства. Мариса умеет быть иной раз той ещё занудой, но это половина беды, а просто беда, если нагрянут начальники повыше. Не люблю я этих бюрократов! — Вил скривился.

Чему я точно поражалась, так это его умению говорить без остановки. Откуда только столько тем и слов, и ведь язык не отсыхает!

— Готова? — вырвал меня из раздумий голос напарника.

Я осмотрелась и поняла, что, действительно, всё собрала и мне надо только забрать мешок с вещами и две сумки — вся моя жизнь уместилась в них.

— Всё, — выдохнула я.

— Отлично, цветики забираем?

— Да, — твёрдо ответила я ему.

Не стала говорить, что я их из семечек сама выращивала, а они очень капризные. Но я, как и всякая дриада, любила растения. Мне легче дышится среди моих подопечных.

Мы вышли из комнаты, я расплатилась с хозяйкой, что неодобрительно косилась на Вила, видимо его красные глаза ей категорически не нравились.

— Чего это она на меня косится? — прошептал Вил мне тихо, когда мы немного отошли от неё.

— Ревнует ко мне, видимо, ты же красавец-мужчина, а тут я лахудра, и она кладезь всех добродетелей! — подколола я напарника.

— А ты схватываешь прямо на лету! Молодец. Теперь всё твоё красноречие пригодится, так как найти приличное жильё в столице за умеренную плату — задачка не из лёгких!

Что сказать? Он оказался прав.

Мы действительно заехали к нему на съёмную квартиру, сразу видно, что холостяцкую, оставили мои вещи и цветы и сразу ринулись на поиски.

Я-то думала, что он спешит напоказ, даже пирожки жевали на ходу, но оказалась, что в многотысячном городе жилья сдаётся довольно мало, а то, что сдаётся, очень дорого, даже если не представляет из себя ничего ценного.

Я насмотрелась на обшарпанные двери, убогие обстановки и ломаную мебель.

— Слушай, есть в провинции один большой плюс: там бы такой кошмар сдавали за три медяшки! — воскликнула я, когда мы вышли из очередного дома, что, согласно объявлению, был очень уютным и недорогим.

Три раза «ха!» Такое наглое враньё могла вынести только бумага. Облупившиеся стены, кровать без одной ножки и рваная занавеска на окне, из которого дует, но хозяйка упорно настаивала, что свежий воздух полезен для здоровья, никто не будет любоваться моими занавесками, а на кровати надо приноровиться спать, вот и всё!

— Так то в провинции, а тут гостиница тоже не самый дешёвый вариант, да и наивных лопухов никто не отменял. И на этот клоповник найдётся клиент.

У меня такое в голове не укладывалось. Ну кто согласится так жить? Если только действительно от отчаяния.

Я осмотрелась. Вечерние сумерки опускались на город, и длинные тени угрожающе ползли в мою сторону. Как-то невесело начался мой переезд.

— Послушай, может снять номер, пока не поздно? — спросила я, а то и вправду останусь на улице.

— Не придумывай, моя квартира в твоём распоряжении — на самый крайний случай. Но ты права, надо найти тебе номер и сходить куда-нибудь поужинать, а то что-то ты захандрила, и это нехорошо. Есть у меня идейка, как поискать тебе место жительства, но это надо завтра с утра осуществлять.

Посмотрела в его сторону с интересом. Что это он такое задумал-то?

— Поделишься?

Глава 4

Ливения Хлёст

После ужина Вил меня покинул, а я отправилась в своё временное жилище. Делать здесь абсолютно нечего, поэтому я просто легла на кровать, закинув руки за голову, размышляя о своей судьбе.

Вот бы мне пришла дельная мысль спросить хоть о новом деле у напарника, может быть поразмышляла бы сейчас, а то и думать-то не о чем и делать нечего, хоть вой.

Встала и прошла несколько шагов по комнате, больше тут не развернуться. Вздохнув, открыла окно и посмотрела на луну. Она была сегодня просто огромной, и можно подпитаться её светом. Он давал силу всем ночным созданиям, в том числе и мне. Так что я устроилась на подоконнике и, чуть прикрыв глаза, стала настраиваться на серебристый свет. Занятие это завораживало и вводило в транс. Как я легла спать, даже не запомнила, но чувствовала себя прекрасно.

Утром же меня разбудил громовой стук в дверь, хотя что я говорю — грохот! Напарник хотел скорее выломать дверь, чем предупредить о своём появлении. А если я вдруг не догадалась, что это он, то он ещё и громко сообщал об этом.

— Вставай, соня, всё своё счастье проспишь! Вставай!

Хорошо, что я вчера даже не разделась, поэтому дверь открыла быстро, и вид у меня почти дружелюбный.

— Горим?! — рявкнула я голосом женщины, что не успела умыться и в туалет сходить, а гостей уже принимает.

— Что? Нет! Опаздываем жильё тебе искать, — уже более спокойно сказал Вил и как-то странно на меня посмотрел. — Знаешь, с утра ты выглядишь как-то не так. Агрессивнее, что ли? Внизу тебя подожду, пожалуй. Минут пять на сборы, и спускайся завтракать.

На этом он меня и покинул, а я захлопнула дверь так, что соседи меня могли и возненавидеть, но я уже была зла, и меня ничто бы не остановило.

Мне переодеться не во что, так как все вещи стоят у напарника, а судя по его крику, зайти к нему он не даст. Мы же опаздываем!

Буду теперь как крыса помойная: мятая и непричёсанная, народу на смех.

Кое-как заплела волосы, чтобы не так было видно, что расчёски у меня нет, и умыла лицо. Вот и все мои сборы.

Вил уже заказал завтрак в виде пирожков и чая. Так что я даже сидя их смогла съесть, а не на ходу, хотя под его пристальным взглядом можно было и подавиться.

— Ради всего сущего прекрати на меня так пристально смотреть! Сил уже никаких от тебя нет! ­— наконец, не выдержала я его высматривание во мне не знаю чего.

— Прости, нечаянно выходит. — Напарник даже смутился.

— Расскажи мне, где ты собрался искать мне квартиру в такую рань.

— О, это не секрет. На рынке!

— В каком смысле? Там разве сдают квартиры или комнаты?

— Нет конечно, но там собираются торговки, а они знают всё про всех, да и прислуга утром ходит закупаться — они те ещё сплетники, ничего не скроешь, так что нам нужно потолкаться среди этой публики и узнать все самые свежие сплетни! — сияя, словно золотая монета, сообщил Вил.

В общем-то, его мысль была не так плоха, жаль, я сама не додумалась, хотя могла бы.

Так что мы отправились в указанное место.

Рынок располагался несколько в стороне от центра, чтобы не тревожить богатых горожан шумом и запахами, от моей таверны туда было идти не очень далеко, так как мы находились в нужном районе.

Он встретил нас гомоном, скрипом колёс, криками торговок и непередаваемой смесью ароматов. Здесь слышался запах рыбы, тины, свежих булочек, подгнившего лука и много чего ещё, но, как ни странно, эта какофония не раздражала. Так тут и должно быть.

Мы влились в поток желающих приобрести товары первыми за день и стали слушать разговоры. Пока не попадалось ничего ценного.

— Ты слышала, что Мария ушла к лорду Стиксу? — спрашивала толстуха в чепце, что потрошила рыбину, у своей соседки.

— И что? Давно к этому шло, он скупердяй.

— А о том, что нашёлся пропавший сын лорда Майори? Тот, что уехал учиться и как в воду канул. Это ж лет восемь назад было.

— Да, дело помню, не могли его никак отыскать! Магический поиск ничего не показал, — охотно отозвалась соседка. — Магом-то виднее, конечно, что они там видят, но мне думается, что это самозванец. Родной бы сын свою семью так страдать бы не заставил, как мне кажется.

— Да кто их, богатеев, разберёт-то? — вздохнула торговка рыбой.

Мне было интересно послушать дальше, но Вил не останавливался, и я боялась потерять его в толпе, да и пришли мы сюда по другому поводу.

Бродили с час примерно, когда я увидела, что напарник остановился и поманил меня к себе.

Очень худая женщина средних лет, вся в чёрном стояла и рассказывала своей знакомой, что её положение после смерти мужа стало совсем печальным и скоро ей на свечи начнёт не хватать, а питается она уже и так более чем скромно.

— Не знаю, на чём я могу ещё сэкономить? Уже и так во всём себе отказываю, — вздыхала она. — Детей у нас не было, некому помочь мне, а Джонс не сделал никаких накоплений.

— Почему бы вам не сдать комнату? — ввернул напарник в разговор, будто его кто-то спрашивал.

Глава 5

Ливения Хлёст

— Слушай, но тебе правда понравилось жильё? — чуть ли не в сто первый раз переспросил напарник.

— Вил, не пойму, в чём проблема. Ты сам его нашёл, всё видел, а теперь так спрашиваешь, будто оно тебя чем-то не устраивает.

— Да нет, просто там такой тихий район, сад этот, вдова. Всё такое респектабельное, будто ты уже семейная матрона, а не молодая девчонка. Может, ты поторопилась, согласившись на эту глушь и тишину? — неуверенно поинтересовался Вил.

— Что за глупости? Сад — это прекрасно! Я даже надеяться не могла найти такую роскошь! И я не любитель криков и шума. Ночью я сплю, и шуршание листьев за окном меня более чем устраивает.

— Тогда хорошо. — Он пожал плечами. — Жильё, конечно, халявное попалось. Эта женщина не в курсе цен. Такая комната с садом должны стоить минимум золотой! Тем более что ты единственный жилец, и кухня с ванной в твоём распоряжении.

— Мне неловко, ощущение, что я обираю бедную женщину.

— Ничего подобного! Цену она сама назначила, ты её не сбивала. И потом ты ценный жилец, ведь что случись, а ты сотрудник следственного отдела! Так что это тоже нужно принимать в расчёт.

— Да, ты своего нигде не упустишь, — рассмеялась я. — Мне бы и в голову не пришло, что это можно так вывернуть.

— Я вижу перспективы, нужно смотреть в своё будущее и знать сильные стороны, тогда всё будет хорошо.

Под эти разговоры мы забрали мои вещи и перенесли их в мой новый дом, расплатились с трактирщиком и направились на работу.

— И что мне дома сидеть? У тебя же есть дело?

— Есть.

— Так давай браться за работу, оно само себя не раскроет, как я полагаю.

— Но тебе же дали три дня на переезд.

— Предлагаешь ещё в течение полутора суток вещи туда-сюда возить, что соблюсти выделенные сроки?

— А вещи распаковать?

— Слушай, не зли меня, на это мне и часа хватит, если вместе со временем для протирки полок и глажкой всех вещей.

— Уговорила, пошли в управление.

Так я и оказалась на новом рабочем месте, где все на меня уставились, когда Вил громко объявил, что я его новая напарница, меня зовут Ливения Хёрст и он лично вышибет мозги с одного удара тому, кто меня обидит, а особо рукастым укоротит ненужные органы.

— И зачем ты это сделал? Я сама могу за себя постоять.

— Я и не возражаю, но, чтобы было понятно, что, после того как ты за себя постоишь, я их доуложу для надёжности. Ты моя напарница, так что, считай, ближайшая моей душе женщина теперь, когда Мариса пристроена.

Я только головой покачала. С этим мужчиной всё было не так. Он и шут, и балагур, вот теперь защитник, а до этого помощник и спаситель девиц в беде. Короче, очень неоднозначный мужчина. Хотя часто так и хочется его по голове огреть, чтобы угомонился. Голова от него кругом.

Надо признать, красивых мужчин в управлении хватало. Их тут будто по признаку внешности отбирали, а не по интеллекту, но сомневаюсь, что на этой работе можно продержаться за счёт красоты.

— Так, напарница, вот это твой стол, — указал напарник на стол напротив своего. Мне он понравился, так как рядом было окно, и солнечный свет мог проникать сюда.

Подоконник был совершенно пустым, так что я решила, что надо бы его украсить растениями, а то как-то совсем нет растительной жизни. Нехорошо это.

Села за своё рабочее место и с интересом посмотрела на Вила.

— Теперь-то я услышу об этом таинственном деле? — Я приподняла одну бровь. — А то столько танцев с бубнами вокруг, и толку никакого.

— Дело как раз известное, но деликатности требует прорву. Тут нельзя торопиться и лишнее болтать.

— Что ты говоришь. И о чём же оно? Почему я не слышала?

— Как не слышала? Слышала. — Напарник откинулся на спинку стула. — Сегодня на рынке обсуждали, просто ты внимания не обратила. Вспомни, про то, что нашёлся пропавший сын лорда Майори, который уехал учиться, и пропал.

— Это наше дело? Надо же. Ты уже встречался с ним?

— Да, в тот незабываемый день нашего знакомства я как раз и был направлен для беседы с его отцом, но и сын зашёл поздороваться.

— Что скажешь? Он? Народ не особо верит, что он настоящий.

— Им легче, ведь не они должны давать официальное заключение по этому делу, это нам ошибиться нельзя, а то не только звания лишат.

— Но ты заметил какие-то несоответствия?

— В том-то и дело, что нет. Лично я его не знал, а все факты он излагает — только держись, отец всеми руками за то, что он его наследник. Но мне хочется поговорить наедине с младшим братом пропавшего, мне показалось, что тот держался как-то напряжённо.

— Это можно понять, он брата долго не видел, может и вовсе его не помнит. Ему сколько было, когда тот пропал?

— Восемь лет.

— Да, много он помнить не будет, сейчас он ещё несовершеннолетний, может даже стесняется.

Глава 6

Ливения Хлёст

Через несколько часов я уже готова была лично разыскать школьных друзей парня и вытрясти из них хоть что-то. Когда я подняла глаза, то поняла, что мы с Вилом остались почти одни, не считая дежурных магов, что кемарили в дежурке.

Напарник отправлял вестников одного за другим, как заведённый, и выглядел так, будто совсем не устал, я же с удовольствием бы легла на удобную кровать новой хозяйки дома.

— Может, на сегодня всё? — предложила я, видя, что Вил останавливаться не собирается. — А то ты пригласишь всю академию, и на завтра тут соберётся такая толпа, что мы их просто не успеем опросить, ведь придут ещё и мои приглашённые.

Напарник откинулся на спинку стула и потёр шею, его красные глаза опасно поблёскивали в полумраке, так как верхний свет дежурные выключили, чтобы он им не мешал, а нас освещали только настольные шары, создавая уютную атмосферу.

— Пожалуй, ты права, надо завязывать, а то что-то я и вправду слишком разошёлся, — решил он и вскочил на ноги. — Надо бы и поужинать.

— Ночь уже на дворе.

— Значит, поночёвничать!

— Хозяйке только сказала, что я приличная девушка, и в первую же ночь явлюсь с работы.

— Теперь уже часом раньше ты придёшь или часом позже — совсем неважно. Если тебя это терзает, то думай о том, что она, может, крепко спит и знать не будет, во сколько ты пришла! Неужели ты не хочешь есть?

— Хочу, — вздохнула я, потому что от его вопросов только аппетит разыгрался, подкидывая мне в фантазию поджаренные кусочки мяса, ножки курочки и другие вкусности.

— Тогда идём, нечего тянуть, а то наши посиделки плавно перерастут в завтрак, и будет ещё неудобнее возвращаться домой. Но, помни, на все вопросы ты должна отвечать, что идёшь со службы, и всё! Ты и так не обманываешь, ведь заработались, а на голодный желудок спать невозможно, будешь крутиться с бока на бок. Вот что в этом хорошего? А тут недалеко есть такая таверна, что специализируется на рыбных блюдах, — просто закачаешься! Пошли!

Напарник меня буквально выдернул со стула и повёл к двери. Что ж, он умеет быть убедительным, когда хочет.

Рыбу я тоже любила, а после того как Вил всю дорогу описывал, какая это вкуснятина, так и вовсе глотала слюни. Вот что-что, а поесть этот индивид явно любил, а также найти сторонников этой любви.

Место мне и вправду понравилось, было чисто, народу в такое время уже не наблюдалось. Последняя пару посетителей и мы.

— Мы скоро закрываемся, — крикнул хозяин, а когда увидел напарника, то разулыбался. — А это ты, Вил, заходи, сейчас подам вам коронное блюдо, только недолго.

— Отлично, мы и на ходу можем поесть, а то и вправду поздно, — отозвался этот вампирёныш.

Я не сильно хотела есть на ходу, но раз хозяин уже собрался закрываться, то хорошо, что вообще что-то нам выдаст.

— Не переживай, — будто прочитал мои мысли напарник, — он так божественно готовит, что подавиться костями тебе не грозит, и у него фирменная удобная упаковка! Ты ещё оценишь её удобство!

— Надеюсь, — усмехнулась я.

Через пару минут появился хозяин с двумя кульками приличного размера промасленной бумаги.

— Держите, наслаждайтесь едой и свежим воздухом, — сказал хозяин таверны, — а я уже с ног валюсь.

Я приняла свой кулёк с интересом. Внутри оказалась жаренная ломтиками картошка, кусочки рыбы, пожаренные полосочками, и хлеб, нарезанный кубиками. В общем, столовые приборы для поедания этого блюда не нужны.

Мы расплатились и вышли в ночь. Свежий ветерок шевелил мои волосы, а тёплый пакет согревал руки, и было в этом что-то такое приятное.

— Идём, провожу тебя до дома, как раз съесть всё успеешь.

— Тут такая огромная порция, что я не уверена. — Я с сомнением покосилась на содержимое кулька.

— А ты не сомневайся, просто ешь. Вот увидишь, такую вкуснятину умнёшь и не заметишь.

Надо признаться, что и вправду свежий воздух, прогулочный шаг и беседа нагоняли аппетит.

Первые минут десять мы молчали, так как наслаждались едой, но потом, когда первый голод был утолён, напарник решил, что беседа нам не помешает.

— Слушай, Лив, может, ты что-то расскажешь о себе, а то как-то нехорошо, что я ничего о тебе не знаю, а ведь так не должно быть.

— С чего это? — Я приподняла брови.

— Мы же теперь самые близкие друг другу люди, а ты не хочешь со мной поделиться хоть чем-то, — вздохнул он.

— Как-то быстро мы стали самыми близкими, не находишь? — усмехнулась я. — Что же ты хочешь знать?

— А что ты хочешь рассказать?

— Боги, ну почему ты не можешь ответить ни на один вопрос прямо, а только с какими-то увёртками и недомолвками! — возмутилась я. — Я на душещипательные беседы не напрашивалась, если ты вдруг забыл!

— Не забыл. Что ты так бурно реагируешь?

— Я могу и молча идти, — пожала я плечами и замолчала. — Есть даже удобнее, когда не болтаешь.

Глава 7

Ливения Хлёст

Домой я зашла очень тихо. Что-что, а передвигаться в темноте для меня не представлялось сложным, ведь ночное зрение было превосходным. Оно досталось в наследство от матери, а также умение бесшумно ходить.

Создавать звуки при ходьбе я училась специально, когда обучалась в академии, так как люди жутко пугаются, когда не слышат твоих шагов.

Так что теперь я шелестела одеждой, стучала подошвами сапог, говорила или шумно дышала, что было для меня совершенно неестественным состоянием.

Но ночью, когда хозяйка спит, врождённые особенности очень уместны.

Я прошла к себе, открыла окно, чтобы свежий воздух попадал в комнату, и мгновенно уснула. Этот дом мне очень нравился, спокойно здесь очень.

Утром я подхватила свои цветы в горшках и отправилась на работу. Хозяйка была столь добра, что приготовила мне завтрак. Оладьи пришлись очень кстати, поэтому я оставила ей ещё серебряную монету на закупку продуктов, отчего она раскраснелась и засмущалась, но сказала, что сходит обязательно за самыми свежими.

Вила ещё не было на месте, зато присутствовала моя новая начальница. Она сама подошла ко мне.

— Доброе утро, Ливения, смотрю, тебе не терпится приступить к делу, — улыбнулась женщина.

— Да, с вопросом перевода и жилья мне очень помог напарник, так что ничто не мешает теперь работать над делом.

— Да, Вил, когда хочет, может горы свернуть, так что я уверена, что вы будете плодотворно сотрудничать, — кивнула госпожа Крост и обернулась к входной двери, несколько секунд глядела туда.

— Так, видимо, очередная эльфийка отшила твоего напарника, — протянула она.

— С чего вы взяли? — Я удивлённо посмотрела на Марису.

— У него всегда такой вид делается, будто умерла любимая кошка на руках, но он держится.

— А он часто делает предложения?

— Только эльфийским девам. У него пунктик такой, он уверен, что они ему очень нравятся.

— А на самом деле? — решила я узнать всё до конца.

— На самом деле нельзя выбрать, кого любить, это чувство не поддаётся планам и логике.

— Трудно не согласиться, — кивнула я многозначительно.

— Тебе нетрудно, а я всё никак не могу его убедить, что ему это не нужно, — вздохнула женщина. — Ладно, отойду и не буду вам мешать работать.

Я осталась одна и, когда напарник подошёл, поздоровалась, будто предыдущего разговора и не было.

— И тебе доброе утро, — спокойно отозвался Вил, что было совсем на него не похоже. — Скоро начнут прибывать все, кого мы вызвали на допрос. Сама будешь вести или мне начать?

— Предлагаю поступить по обстоятельствам.

— Тоже правильно, — решил Вил. — Смотрю, ты тут обустраиваешься, даже цветы принесла.

— Да, удивилась, что тут нет никакой зелени. Пусто уж очень.

— Ну, — как-то смущённо протянул напарник, — были обстоятельства, которые не способствовали разведению растений.

— Это какие? — не поняла я.

— Ну, разные, надеюсь, они не повторятся. О, вон первые наши клиенты. Идём-ка.

Я тут же забыла про наш разговор, так как предстоял допрос и нужно собраться. Я уже накидала на листочек вопросы, которые нужно задать, так что чувствовала себя готовой ко всему.

Первой зашла женщина, которая была няней этого вернувшегося сына. Она была ещё совсем не старой, ясный взгляд, никаких лишних движений. Мне она сразу понравилась.

— Добрый день, присаживайтесь, пожалуйста, — сказала я, указывая на стул, таким образом перехватив инициативу в разговоре.

И напарник не стал меня перебивать.

— Как вас зовут?

— Госпожа Милли Таст.

— Вы были няней Джастина Майори?

— Да. Я воспитывала его с десяти лет и до побега.

— Скажите, вы сможете определить, он ли это? — прямо спросила я у женщины.

— Могу попробовать. Мы с ним много общались, но теперь-то он не мальчик, а мужчина, так что можно только гадать, как он изменился.

— Но вы не против сходить с нами к нему домой?

— Конечно нет, мне будет очень приятно снова увидеться с ним. Он был таким приятным ребёнком, спокойным подростком, я очень сильно переживала его пропажу.

— Следователи думали, что его украли ради выкупа. — напомнил Вил, просматривая дело. — Вы в это верили?

— Нет, учитывая, что ничего не попросили, то было бы странно винить похитителей, — покачала головой госпожа Таст. — Его мать умерла в тот год. Это было тяжёлое время, местами просто невыносимое. Трое мужчин в доме, которые без связующего звена будто перестали понимать друг друга. Скажу честно, я была уверена, что он сбежал, не выдержав давления, но не думала, что пропадёт настолько долго.

— Понятно, — кивнула я. — Вы не продолжили работать в доме?

Глава 8

Ливения Хлёст

Мы опрашивали одного за другим, но, по моему скромному мнению, ничего особо нового не узнали. Самым интересным, пожалуй, было то, что Джошуа, кроме лошадей, любил шоколадные конфеты с марципаном, никогда не ходил в оперу, так как ненавидел её, обожал свою няню, так как она заменяла ему мать и была переводчиком между ним и отцом.

Удивительное дело с этими отцами. Мой тоже относился ко мне очень интересно. Будто я не родная его дочь, а что-то вроде четвероюродной племянницы, которая вроде и родная кровь, но седьмая вода на киселе.

Разговаривал со мной слегка отстранённо и сообщал свои мысли так, будто я стул, которому всё равно, что с ним сделают. Никак не мог понять, почему я возражаю ему. Когда я уехала учиться, нам обоим стало легче — это нужно признать и не беспокоиться об этом.

Маму я любила, она нежная и добрая, но несколько ветреная, иногда я была готова поверить, что лес она любит больше меня. Возможно, так и есть, или это два разных вида любви, но в целом мне не хватало семьи, куда можно возвращаться вечерами.

— Он был увлечён учёбой, и я был очень удивлён, когда Джад не явился в новом семестре.

Вырвали меня из размышлений слова друга по академии нашего найдёныша.

— То есть вы сильно удивились? — уточнил напарник. — Не ожидали от него такого?

— Точно нет, единственное, что я смог предположить, — он встретил какую-нибудь очаровашку и не смог от неё оторваться, но и это было под большим вопросом.

— Почему? — не поняла я.

— Он терялся рядом с девушками. Всегда собранный и аккуратный, он совсем не любил вечеринки и не бегал на свидания. Сомнительно, что он вдруг стал другим, но мало ли? Вдруг влюбился и осмелел. Однако, когда прошёл месяц, а он так и не появился, я отбросил эту идею, как нежизнеспособную. — Мужчина взъерошил свои волосы, не замечая, что испортил элегантную причёску.

— А вы ходили его проведать? — мягко спросила я.

— Нет, — отчего-то смутился он.

— Отчего же?

— Понимаете… — Гость опять запустил руки в волосы. — Мне кажется, что он не рад будет меня видеть. Ведь мы жили в одной комнате, а я ничего не сделал, когда он пропал. Да, меня допрашивали, и я всё, что мог, припомнил, но в целом от меня не было никакого толка! Получается, что не такими уж мы и друзья были? Так любой пропадет, и через пару месяцев о нём будут вспоминать лишь иногда, а через полгода и вовсе забудут!

— Не волнуйтесь, — сказал напарник, — вы бы ничего не смогли сделать, раз уж следователи на его след напасть не смогли.

— Наверное, вы правы. Но почему же мне от этой мысли нисколько не легче? — вздохнул он.

— Просто всегда есть сожаления и сомнения, они пройдут, и вы сможете попытаться возродить вашу дружбу. Уверена, Джошуа будет рад старым друзьям, — постаралась я приободрить парня.

Когда он вышел, стало отчего-то грустно. Подумалось, что если пропаду я, то меня тоже особо искать будет некому. Отец, конечно, придёт и напишет заявление, мать поплачет и поволнуется, но в целом все опять вернутся к своим делам через какое-то время — в надежде, что я когда-нибудь вернусь сама.

Нет в моей жизни человека или нечеловека, который бы не успокоился до тех пор, пока не смог бы доказать, что меня больше нет.

— Эй, напарница, ты там заснула? — раздался голос Вила. — Притихла совсем и не моргаешь. Тебя так расстроила история этого парня?

— Есть немного. Просто думаю, как мало надо, чтобы о тебе забыли. Несколько месяцев, и река времени сгладит твою пропажу, — вздохнула я.

— Ого, на какие философские мысли тебя потянуло. Мне просто не по себе, сам-то я о таком, считай, и не думаю. Толку-то? Я фаталист. Если мне суждено жениться на фигуристой красотке, так тому и быть! — рассмеялся он.

— Скоморох ты, а не фаталист, — отмахнулась я.

— Ладно, не расстраивайся ты так! Хочешь, я дам тебе слово, что, если ты пропадёшь, я никогда не брошу твои поиски и либо найду тебя, либо твоё тело! — сказал он, глядя на меня с прищуром.

— Хочу, — твёрдо ответила я ему и протянула руку, на которой клубилась сила.

Вот тут весёлость с моего напарника слетела мигом, так как магическая клятва — это совсем не шутки.

— Я смотрю, всё серьёзно, — заметил он непривычно мрачным тоном. — Есть причины полагать, что тебе потребуется такая услуга с моей стороны?

— Нет, но мне будет спокойнее, что есть тот, кто не забудет про меня.

— Что ж, я от своих слов не отказываюсь, — проговорил он и положил свою руку поверх моей. — Но тогда прошу ответной любезности.

— Не возражаю.

Руки кольнуло, что значило: клятва произнесена и принята.

— Раз с важным закончили, предлагаю вызвать следующего свидетеля. — Вил откашлялся. — А то они там быстро устанут ждать.

— Конечно, народу ещё много, — кивнула я.

И мы продолжили работу.

В голове же у меня крутилась мысль: «Не подставились ли мы несколько опрометчиво и на эмоциях?»