Любовь серого оттенка

Пролог

Звонкий детский крик, разрезавший пространство темной квартиры, заставил супружескую пару одновременно открыть глаза и принять сидячее положение. В полусне мужчина нащупал фонарь и быстрым шагом направился в детскую комнату, взяв устремившуюся за ним жену за руку.

Свет позволил им разглядеть испуганную дочь — Аврору. Маленькая девочка прижалась к стене, зажмурила глаза и обмотала хрупкое тело большим одеялом. Ей казалось, что так она сможет защититься от ночного кошмара. Женщина немедленно подбежала к дочери и крепко обняла ее, завлекая в медленные покачивания и тихо напевая нежным голосом колыбельную. Девочка уткнулась в мамино плечо, а руками пыталась схватиться за ее сорочку.

— Мамочка, я что-то слышала. — Всхлипы перебивали приглушенную речь Авроры. Осветив окно, отец девочки заметил мрачную тень. Она проскользнула быстро, оставляя после себя стаю противных мурашек под кожей.

Родители прекрасно понимали, что из себя представляло мелькнувшее черное пятно. Эти существа вызывали панику и леденящий ужас у любого, кто лишь на секунду услышал их мерзкий шепот или посмотрел в наполненные мраком и страданиями глаза.

Так им всегда говорили. С этой мыслью они росли, проносили сквозь года свою ненависть к тем, кого на самом деле никогда не встречали. Да и разве могли они хоть раз их увидеть?

— Бен, закрой, пожалуйста, шторы, — обратилась женщина к своему мужу. Тот с осторожностью подошел к окну и быстро спрятал его за плотной тканью.

— Почему они не были закрыты, Роза?

— Забыла. — Она опустила глаза и сильнее прижала к себе дочь, чувствуя вину за случившееся.

— Мы живем на первом этаже, ты же знаешь, как это опасно. — Бен включил ночник, и вся комната наконец-то залилась теплым светом. Он был зол, но не на свою жену. На самом деле его раздражала необходимость каждый раз ночью переживать за безопасность дорогих ему людей. — Этому подобию человека только в радость издеваться над нами.

В это время девочка отпрянула от мамы и оглядела свою комнату. Свет окончательно ее успокоил и развеял страшные картинки, мелькавшие перед глазами.

— Кто был там, в окне? Я слышала шепот у себя в голове. — Девочка тараторила от сильного волнения.

Муж и жена в удивлении переглянулись. Шепот объяснить они не могли, но вот рассказать о загадочной тени было в их силах. Кивком Роза попросила мужа оставить ее с дочерью наедине, чтобы внимание ребенка было сосредоточено только на заготовленном рассказе, льющемся из уст матери. Она прекрасно понимала, что рано или поздно разговор пришлось бы провести, только вот планировалось отложить его до поступления в школу. Там одним из первых предметов для изучения была история. 

— Понимаешь, Аврора, — начала женщина, — человек, который тебя напугал, очень сильно отличается от нас. И он не один такой. Ночью, пока мы спокойно спим, чтобы бодрыми встретить новый день, на улицу выходят «темные» и иногда добираются до окрестностей нашей стороны. Они нарушают правила, живут в хаосе и раздоре. Ужасны и отвратительны.

— Но ты говорила, что таких людей нет, — перебила девочка.

— Среди нас нет. Они из другого мира, наша полная противоположность.

— А почему ему ночью можно на улицу? Он видит в темноте?! — В глазах ребенка загорелось нешуточное любопытство. Она хотела узнать абсолютно все об этих странных и загадочных темных.

— Да, они прекрасно видят в темноте, поэтому ночная жизнь им по душе.

— Как они появились? — не унималась девочка.

— Раньше мы все жили вместе и старались придерживаться одних правил. Внешне можно было легко отличить светлого от темного: их волосы, глаза и даже одежда были отражением души. Мы, светлые, всегда их боялись. Темные делали плохие вещи, обижали всех вокруг, хотя мы пытались с ними дружить. Из-за этого произошел переворот.

— Переворот?

— То есть изменение. Для них ввели специальные правила: выходить на улицу они могли только ночью, а к светлым им запретили прикасаться. Так мы жили несколько лет, пока, наконец, темные не решили отделиться.

— У них есть свое царство?

— Да, и оно находится за огромной зарослью кустов.

— А почему они видят в темноте, а мы нет?

— Произошло такое волшебство. Из-за того, что мы живем только днем, а они ночью, наши глаза стали работать по-разному. Они боятся света, а мы темноты. 

— Но получается, что мы все равно в опасности, — сделала вывод Аврора, не подавая признаков страха. Она лишь хмуро смотрела на маму и не совсем понимала, что за сказки ей сейчас рассказывают. — Это слишком запутанная история, мама.

— Ты еще маленькая для этого. Позже все встанет на свои места. Вам расскажут подробно обо всем.

— Но я слышала его. Этот шепот. — Аврора указала на спрятанное за шторами окно. — Он был здесь! Я хочу знать сейчас обо всем!

— Мы не знаем обо всех их способностях. Возможно, шепот и был…

— Ты мне не веришь?

— Верю, конечно! Но я думаю, тебе рано рассуждать на такие темы. Попытайся уснуть.

Девочка задумчиво посмотрела в сторону и, недовольная тем, что узнала слишком мало, легла обратно в кровать. Идеи, домыслы, теории крошечными змейками ползали в ее голове. Если бы она была менее любопытной и более пугливой, вряд ли осмелилась бы задавать вопросы и задумываться о том, что докопается до каждой детали, когда вырастет. Но сейчас она была просто обязана внушить себе, что ничего интересного в другом мире нет.

Глава 1

Пышное белоснежное платье, украшенное маленькими, сверкающими на солнце жемчужинами, идеально сидело на моем теле, подчеркивая изгиб талии и превращая меня в настоящую принцессу. Я несмело перебирала симпатичные кружева на кромке пышной юбки, гладила атласный поясок. На ногах красовались такого же цвета туфли на высоком каблуке. Светлые волосы аккуратной волной были уложены на моем плече. Губы отливали персиковым оттенком, подкрученные ресницы придавали выразительности светло-серым глазам.

Делаю глубокий вдох, после которого сразу следует медленный выдох, и смотрю на свое отражение. Внешне я полностью готова к одному из важнейших событий в моей жизни.

Сегодня — день моего совершеннолетия. Мне исполнилось двадцать лет, а это значит, что мне предстоит явиться на торжественную церемонию выбора будущего мужа.

— Доченька, ты готова? — Дверь моей комнаты приоткрылась, и в небольшой проем просочилась мама. На ней тоже было белое платье, только совершенно простое. Лишь на шее сверкала маленькая подвеска, которую ей подарил папа, когда у меня родился брат. — Какая же ты у меня красивая. — Мама от восторга прикрыла рот слегка морщинистыми ручками.

На безымянном пальце сверкнуло кольцо из белого золота, и в моей груди вновь вспыхнуло волнение. Из-за него у меня взмокли ладони, и я уже побоялась лишний раз трогать пышную юбку.

— Я точно хорошо выгляжу? — кинула я очередной неуверенный взгляд в зеркало.

— Идеально!  — Мамочка подошла ко мне и покрутила за талию, чтобы посмотреть на платье со всех сторон. — Бен, взгляни на свою дочь! — позвала мама папу. Она продолжала аккуратно трогать каждый миллиметр этого платья, стараясь не оторвать пришитые вручную бусинки.

— У меня самая красивая дочь. — На пороге появился папа, разглядывающий меня с ног до головы и гордо улыбающийся.

От смущения я опустила взгляд и себе под нос поблагодарила за комплимент. Больше не было желания разглядывать свое отражение, пытаться найти едва заметный изъян. Ожидание утомляло и заставляло сомневаться в себе с каждой секундой все сильнее. Я поспешила к столику с косметикой, чтобы воспользоваться духами. Но не успела я распылить сладкий аромат, как в комнату влетел неугомонный брат, который так же, как папа, был одет в белый смокинг.

— Смотри каблуки не сломай, красотка! — съязвил он и показал мне язык.

Сначала по привычке хотела скорчить ответную гримасу, но все же замерла и ощутила головокружение и боль в ступнях.

— Ма-а-ам, мне нужны балетки! — в панике вскрикнула я. Братец мог оказаться прав: в самый ответственный момент я любила что-нибудь испортить, а оказаться на полу перед толпой молодых парней мне совершенно не хотелось.

— Никаких балеток. Сегодня важный день, ты должна выглядеть неотразимо, — строго сказала мама, выхватывая из моих рук флакончик и разбрызгивая духи на все мое тело.

— Но я чувствую себя некомфортно. — Я начала канючить, как ребенок. — Будто эта одежда имеет что-то против меня.

— Прекрати, нет времени на твою неуверенность. Нам пора идти на церемонию. Лучше улыбнись.

— Это так обязательно?

— Хочешь нарушить закон? — Мама вручила мне небольшую сумочку и указала на дверь.

Все-таки последний раз посмотрела на себя в зеркало. Мне с детства говорили, что внешность — это всего лишь обложка. Мы можем наслаждаться всей этой красотой, но отдавать за это свое сердце — глупо. Главное — душа, которая у каждого по-своему прекрасна. Все без исключения способны только на добрые поступки, поэтому я уверена, что мой муж будет хорошим человеком.

Тогда что за парадокс с этим тщательным подбором наряда?

***

Мы шли к огромному белому зданию для церемоний, где уже собралась толпа. Семьи привели своих сыновей в возрасте от двадцати лет. Как правило, старше двадцати двух лет почти никого не было: молодые люди уже успели обрести свое счастье в браке. В толпе белых одеяний сложно было кого-либо рассмотреть, узнать знакомые лица. Да и от всей этой суматохи у меня кружилась голова.

— Привет, подруга! — Я услышала радостный вопль за спиной и, развернувшись, увидела как обычно веселую Джой. Блондинистые волосы она собрала в аккуратный пучок на голове. Легкая блузка, через которую немного виднелась майка на тоненьких лямках, была заправлена в юбку-карандаш. И все было в нашем традиционном и обязательном на праздниках цвете — белом.

— Привет.

— Ты потрясающе выглядишь.  — Она подняла большой палец в знак одобрения.

За ее спиной к нам приближался высокий статный парень, пристально осматривающий толпу. Его сдержанность и невозмутимость сильно контрастировали с волнением моей подружки.

— Аврора, знакомься, это мой будущий муж — Гейл. — Ее щеки мгновенно порозовели, когда молодой человек подошел уже достаточно близко к нам.

— Ты могла не использовать сегодня румяна, — сдерживая улыбку, прошептала я, а Джой в ужасе накрыла лицо ладонями и шикнула на меня. — Гейл, рада с тобой познакомиться!

Я не видела его ранее, так как несовершеннолетним друзьям запрещалось присутствовать на церемонии, но слышала о нем достаточно. Гейл показался Джой слишком взрослым для своих двадцати двух лет. Он постоянно был чем-то занят, у него было крайне мало друзей, не любил веселиться и сближаться с кем-то. Казалось, что настолько неподходящий для гиперактивной девушки человек никак не мог стать ее мужем. Но судьба посчитала иначе. И после своего выбора Джой каждый день хныкала мне по телефону, что ей тяжело найти подход к кому-то настолько серьезному.