Лютый Дед Мороз для Пышки Лакомки

Пролог

Лакомкина Полина Валентиновна

‒ Вы меня похитили?! Требую…, ‒ я осеклась, когда джип резко остановился.

‒ Ты добровольно пошла со мной, ‒ ответил мужчина, переведя суровый взгляд с дороги на меня. ‒ Ты моя, сладкая, и всё будет так, как я решил. Тебе понравится.

Я тут же хотела возразить: «‒ Я не «пошла», ты вынес меня из клуба на руках. А я не Дюймовочка, боялась, уронишь, поэтому и вцепилась двумя руками за твою шею. И вообще, я плохо соображала в тот момент!».

Как впрочем и сейчас я заворожено смотрела на то, как мужчина нажал на какую-то из миллиона кнопочек на панели и его кресло начало отодвигаться назад. Мой мозг запоздало обработал последние услышанные слова, и я неосознанно произнесла вслух.

‒ Что понравится?

‒ Всё! ‒ ответил мой похититель и легко пересадил меня к себе на колени. ‒ Всё понравится. Так понравится, что ты будешь просить, чтобы я повторил.

‒‒‒‒‒

Лютый Иван Тимофеевич

Да, я не собирался накидываться на неё прямо в машине. Думал доехать до дома, а уже там дать волю всем своим желаниям. Но когда она заговорила, меня переклинило. Вспомнил, как она прижималась ко мне там, в клубе, какой была послушной и с каким голодом ответила на мой поцелуй.

За несколько дней до этого, увидев её в офисе племянника, я решил, что трахну эту аппетитную малышку. Но тогда я решил не спешить, очень скоро бизнес племянника станет моим, за свои слова и поступки нужно отвечать и родство тут не причём. К тому же стоило определиться, Лакомкина Полина Валентиновна станет моей очередной любовницей до того как я уволю или уже после.

Но стоило сегодня увидеть её, прикоснуться к ней, прижать к своему телу, попробовать вкус её сладких пухлых розово‒вишнёвых губ, как меня понесло. Танец ещё не закончился, а мой член был каменным и я уже думал, о том, где уединиться с моей сладкой малышкой. Но пришлось взять себя в руки и на некоторое время отложить свои планы.

А потом она сама дала мне повод увезти её из клуба.

Но на полпути к моему дому, малышка решила пойти на попятную.

Нет, сладкая, обратной дороги нет. Теперь ты моя!

Она не сопротивлялась, в её глазах смешались удивление, непонимание и толика страха. Но меня это не остановило. Потому что я знал, что делал.

‒ Всё понравится. Так понравится, что ты будешь просить, чтобы я повторил.

У неё не было шансов. Её протесты я заглушил поцелуем.

Женское тело в моих руках ожило, она снова ответила на мой поцелуй, и в этот раз нас никто не остановил. Её наслаждение было не наигранным, а настоящим. Можно сымитировать стоны, но не дрожь и не спазмы внутренних мышц. Влагу её желание я почувствовал на своих пальцах, когда задрал подол платья и начал ласкать нежную плоть, готовя к тому, чтобы заменить пальцы членом. Моя сладкая малышка оказалась такой чувствительной, и я захотел растянуть удовольствие первого раза и сначала насладиться её оргазмом.

Глава 1

Полина

‒ Так значит, Лакомка? ‒ тихо переспросил почти незнакомец и чуть отстранился, чтобы перевести взгляд ниже.

Имя этого мужчины я знала, уже полгода его имя было на устах всех сплетниц нашего офиса. Кто-то даже уже встречался с ним лично. А вот я встретилась с ним сегодня впервые и точно не думала, что наше знакомство будет таким близким.

Задав вопрос, мужчина не убрал свои руки с моей талии, лишь чуть ослабил хватку, чтобы дать мне больше пространства. Хотя нет, он сделал это для того, чтобы вблизи оценить то, что первоначально привлекло его внимание при нашем знакомстве. И сейчас я не просто увидела, я ощутила его взгляд, от которого не просто мурашки побежали по позвоночнику. Я вообще забыла, что нужно дышать.

Как впрочем, забыла и о том, что следовало ему ответить, что я не Лакомка, а Лакомкина Полина Валентиновна. Но стоило мне оказаться слишком близко к этому представителю мужского пола, как я тут же растеряла всю свою храбрость, а вместе с ней и здравый смысл. Этому свидетельствовал тот факт, что я всё ещё стояла на середине танцпола и позволяла этому мужчине обнимать меня, а точнее уже беспардонно лапать мои нестандартные вторые окружности, делая вид, что мы танцуем.

А в этот момент, его взгляд делал практически то же самое с моими верхними «не девяноста». Кружевное декольте моего платья позволяло ему сверху увидеть больше, чем было дозволено. И всё потому что этот бугай был намного выше меня, даже десятисантиметровые каблуки не спасали. К тому же, и стоял он слишком близко.

Нужно было срочно с этим что-то делать и заканчивать спектакль. Я согласилась на этот танец лишь бы утереть нос своим коллегам, тощим девицам из нашего офиса, считающим, что я слишком толстая и поэтому не пользуюсь популярностью у мужчин.

Один бокал шампанского, один тост, ну и танец, а затем я незаметно уйду с корпоратива, решила я. Поеду домой собирать чемодан, чтобы на все праздники уехать к родителям.

Но в мои планы неожиданно вмешался ОН.

Мои мысли не поспевали за его действиями.

Оценив доставшееся ему сокровище, а именно меня, мужчина снова прижал меня к своему телу и, наклонившись, практически прикасаясь губами к моему ушку, сказал.

‒ Моя сладкая малышка.

Меня чуть ли током не прошибло. Я тут же попыталась отстраниться, чтобы заявить ему, что я вовсе не его. Мои руки упёрлись в каменную мужскую грудь, но это не помогло. Единственное что я смогла сделать, это повернуть голову, собираясь опротестовать его наглое заявление и потребовать дать мне свободу.

Наши взгляды встретились, и я тут же поняла, что это была ошибка.

Его губы накрыли мои, и я вообще забыла, что хотела сказать или сделать. Так меня ещё никто не целовал за все мои двадцать восемь лет.

Это был не осторожный поцелуй‒знакомство, нет, это был властный, требовательный и одурманивающий поцелуй‒присвоение. Он будто выжигал на мне клеймо собственника. Мужчина целовал, а я подчинялась и отвечала на этот совсем не нежный поцелуй. Мои губы раскрылись, впуская захватчика, и я наслаждалась происходящим. Со мной впервые происходило такое: один поцелуй, а у меня кружиться голова, ноги не держат и я уже не пытаюсь оттолкнуть бесцеремонного нахала, а сама обнимаю его за шею и неосознанно прижимаюсь к нему, чтобы тут же ощутить всю степень его возбуждения. Сквозь дурман поцелуя и грохот клубной музыки, я не могла бы услышать, но я почувствовала, как прямо в поцелуе мужчина застонал, стоило лишь мне прижаться к нему самой. Затем он практически впечатал меня в себя, и я почувствовала его твёрдость и размер. Но вместо того чтобы испугаться, я почувствовала, испытала то, чего до этого ни разу в жизни ещё не испытывала: внизу живота приятная тяжесть, а мои груди…

Стоп! Так не должно быть!

Собственное возбуждение тут же меня отрезвило!

Боже, что я творю?!

Это же не какой-то там случайный незнакомец!

Это же Лютый Иван Тимофеевич!

Не то чтобы я вот так могла себя вести с кем-то бы ни было, я вообще-то девушка скромная и не практикую случайные знакомства и прилюдные объятия с откровенными поцелуями. Да я вообще ничего не практикую, у меня нет жениха или любовника. Вообще никакой личной жизни нет. Но это вовсе не значит, что я кинусь на первого встречного мужчину, который оценил мои прелести и полез целоваться.

А тем более, если этот мужчина сам Лютый Иван Тимофеевич.

Как бы я выкручивалась из этой ситуации, не знаю.

Но мне на помощь пришло само провидение, а точнее ведущий нашего корпоратива. Музыка резко оборвалась, включился свет, раздался весёлый голос приглашённого ведущего, кто-то из гостей начал покидать танцпол и рассаживаться по своим местам. Поцелуй прервался, но меня не спешили отпустить, хотя и дали возможность отстраниться, но при этом одной рукой всё же обнимали за талию. Все взгляды были обращены на сцену.

‒ Ну, что пришла пора раздавать подарки! И для этого из заснеженного леса к нам сегодня пришёл, точнее, приехал не на санях с оленями, а на красном джипе с парой тысяч лошадок под капотом самый настоящий Дед Мороз! Давайте все дружно позовём его на сцену, ‒ продекламировал ведущий и как дирижёр начал водить руками, руководя хором гостей. ‒ Дед Мороз! Дед Мороз! Де‒душ‒ка Мороз!

Центром всеобщего внимания тут же стал тот, кого звали на сцену, высокий мужчина в красно белом костюме. Честно говоря, на традиционного нашего Деда Мороза он не очень походил. Дело было не в том, что мужчина был не в расшитом вышивкой длинном халате, а в костюме Санта Клауса, и борода была не такой длинной, как у нашего сказочного Деда, да ещё и не белой, а чёрного цвета.

Всё это было неважным.

Этого Деда Мороза просто нельзя было назвать Добрым Дедушкой, уж больно лютым взглядом он сейчас смотрел на сцену. Мужчине не понравилось, что его отвлекли от того, чем он только что занимался. Хотя, он всегда выглядел таким суровым и мрачным. Недаром за глаза его все называли его по фамилии очень созвучной ему хмурому образу.

Глава 2

Ведущий продолжил что-то говорить, а я неровной походкой направилась к указанному столику. Наверняка все коллеги решили, что я уже изрядна пьяная, обычно моя походка была прямой, и я не вешалась на мужчин. Но даже если моё появление рядом с ключевым гостем нашего сегодняшнего праздника и вызвало у кого-то интерес, то очень быстро все переключили своё внимание на сцену.

Прожектора осветили центр, и все гости увидели красивую елку и стройную блондинку в довольно фривольном костюмчике Снегурочки. Это была Альбина Вострикова. Очередная протеже моего босса, которая уже два месяца якобы проходила у меня стажировку, а на самом деле сопровождала босса на все деловые встречи вместо меня. По мнению босса, я не подходила по стандартам: слишком умная и слишком большая. А вот Альбина с внешностью модели очень подходила. Не говоря уже о том, что и внерабочее время она готова была на всё, лишь бы угодить боссу.

Я же могла пропадать на работе сутками, но таких близких отношений с боссом у меня не было. Как мужчина нынешний босс Никита Тимофеевич Лютый меня не привлекал. Хотя надо отдать должное он был хорош собой, невысокий, но спортивный, даже более того накаченный брюнет с харизмой. Но, увы, умом и деловой хваткой Никита Тимофеевич не блистал, так что работать мне приходилось и за себя, и за него.

Поэтому времени на личную жизнь у меня просто не было.

Да ещё и с моими габаритами найти подходящего мужика было сложно. Именно этим, я и объяснила свою реакцию на стоящего сейчас на сцене Ивана Тимофеевича Лютого. На его фоне мой босс выглядел мальчишкой. И теперь я понимала, что имели в виду те, кто был ранее знаком с Иваном Тимофеевичем, что Лютый это прям про него сказано.

Альбина кружилась рядом с Лютым Дед Морозом, раздавая подарки. Ведущий отпускал какие-то шутки, гости смеялись, аплодировали, ели, пили, то есть делали всё то, зачем и пришли на корпоратив. Лишь я сидела молча, выжидая момент, когда смогу улизнуть с этого всеобщего праздника.

Признаюсь первый шанс сбежать, я упустила, пребывая под впечатлением от поцелуя и слов Лютого Деда Мороза, я минут пять, а то и все пятнадцать, тупо просидела за VIP‒столиком одна. А потом ко мне подсел босс. Очнулась я на его словах.

‒ Смотри-смотри Полин, как Альбиночка дядю обхаживает,‒ сказал босс, наливая себе рюмку водки и выпивая её залпом. ‒ Знает сучка, что вполне возможно, скоро от него будет зависеть, кто останется, а кому укажут на дверь.

‒ Но мы же заключили контракт? ‒ опешила я.

Получалось, что слухи были вовсе не слухами.

‒ Да, заключили, но чуть было не упустили и условия не те, на которые я рассчитывал, ‒ обречённо вздохнул босс и опрокинул ещё одну рюмку. ‒ Так что ничего ещё не

Тут Никита Тимофеевич начал икать, и разобрать его речь было невозможно. Я не стала слушать пьяный лепет, и снова перевела взгляд на сцену, где Снегурочка Альбина и так и сяк, выставляла себя напоказ, красуясь перед Дедом Морозом.

Это заставило меня опомниться: «Чего я тут сижу, жду?!».

Понятное дело, что любой мужик выберет стройную Альбину, а не полненькую Полину, и неважно, что мозгов у меня больше и грудь тоже больше. Главное что с такой как Альбина, каждый мужик чувствует себя мачо, такую как она легко поднять на руки и унести.

А вот со мной это будет сделать сложнее. Стоило подумать об этом, как мой взгляд неосознанно скользнул по рукам Деда Мороза, и в голове мелькнула картинка, как этот мужчина поднимает меня на руки и уносит меня отсюда прямо на глазах у всех коллег.

Тут же я тряхнула головой, понимая, что это всего лишь глупая и несбыточная фантазия давно выросшей девочки.

Но говорят же, что мысли материализуются.

И хотя до настоящего нового года оставалась ещё несколько дней. Но вот это моё новогоднее желание сбылось. Это случилось неожиданно. Церемония выдачи подарков почти закончилась. Меня по какой-то причине не оказалось в списке тех, кто заслужил подарок в том году. Но я и не расстроилась, дождалась момента, когда Никита Тимофеевич допил бутылку водки и переместился за другой стол, наконец-то освободив мне путь к бегству. Всё это время он сидел на моей сумочке, а без неё я уйти не могла.

Но вот, сумочка с телефоном, ключами и брелком из гардероба у меня с собой и можно уходить. Я медленно направилась к выходу, и не прислушивалась к словам ведущего. Но не услышать своё имя я не смогла.

‒ Прошу выйти на сцену Полину Лакомкину, ВрИО директора по развитию, ‒ объявил ведущий.

По ушам полоснуло «ВрИО». Ведь я уже как полтора года занимаю эту должность, на моём счету несколько миллионных контрактов, а босс всё ещё говорит, что у меня мало опыта и не та квалификация. И всё же пришлось развернуться на сто восемьдесят градусов и идти к сцене.

А Альбина и тут не осталась стоять в стороне. Она не отдала конверт с моим именем Деду Морозу, чтобы он торжественно вручил его мне. Эта тощая стерва открыла конверт и, показав всем пластиковую карточку, объявила в микрофон.

‒ Полиночка, это годовой абонемент в фитнес‒зал! Ты же об этом мечтала.

Я застыла на месте, а уже изрядно подвыпившие коллеги начали смеяться и шутить.

‒ Ей это уже не поможет, ‒ выкрикнул кто-то.

Альбина же уже грациозно спустилась со сцены и вручила мне конверт, лицемерно улыбаясь и целуя меня в обе щеки. Пришлось ответить ей такой же фальшивой улыбкой и сделать вид, что я не расслышала злых шуток коллег. В сторону сцены, я старалась не смотреть. Ведь сейчас Альбина стояла рядом со мной и на её фоне, я казалась, ещё больше чем есть.

На миг меня захлестнули детские обиды. Но я тут же взяла себя в руки. Ведь я уже переросла это. Полюбила себя такой, какая я есть, и вот стоило появиться мужчине, который случайно обратил на меня внимание, как я снова стала уязвима?

Ну, уж нет!

Кто-то там у нас такой борзый шутник?

Посмотрев на столики, я выискала взглядом того, кто только что блеснул остроумием, и узнала его.

‒ Семёнов! Ты прав, мне абонемент не нужен, зачем портить то, что совершенно, ‒ громко сказала я, проведя рукой по своим изгибам, и швырнула подарочный конверт на столик коллеги. ‒ А вот тебе не помешает, а то уже зеркальная болезнь прогрессирует, твоя Люся только вчера жаловалась на это всему отделу маркетинга.