Маг, который меня купил

Глава 1

ЧЕРНОВИК

В подземелье тихо капала вода, чадили светильники и отвратительно воняло нечистотами. Серые стены сочились влагой. Совсем ледяной пол под ногами и постоянные сквозняки заставляли меня вздрагивать от холода. Тонкие старые одеяла и тюфяки, набитые соломой, почти не согревали морозными ночами, когда, обхватив себя руками, я тщетно пыталась сохранить остатки тепла.

Совсем скоро я покину эти стены, только осознание этого радости не приносило. Да и кто в здравом уме станет радоваться, зная, что уже через несколько часов поднимется на эшафот? Наверное, только безумец. Я же была истощена и физически, и духовно, но точно не была безумна.

Когда грубые руки толкнули в спину, мне едва хватило усилий, чтобы не повалиться кулем на пол камеры. Я устояла, хотя видят боги, чего мне это стоило.

Медленно обернувшись, я посмотрела на ухмыляющегося стражника, взгляд которого словно говорил: «Ну же, давай, наемница, покажи характер, и я с радостью ударю тебя еще раз, а затем и еще. Только дай повод!»

«Обойдешься», — подумала, стиснув зубы и, вместо того чтобы сделать так, как требовала вскипевшая от гнева кровь, спокойно протянула закованные руки к ухмыляющемуся мерзавцу. Месяц, проведенный в этих проклятых стенах, кое-чему меня все же научил. Но наука была горькой. Хорошо еще, что дальше избиения стражники не заходили.

— Какая-то ты стала скучная, — заявил стражник и снял со связки магический ключ. – Даже удивлен, что так быстро присмирела. Прежней ты мне нравилась больше. – Он разомкнул кандалы и поспешно отступил назад, едва мои руки получили свободу. На запястьях остались лишь обвивающие магические знаки, которые отрезали меня от собственной магии, дарованной богами.

Стражник ухмыльнулся, показав неровные зубы. В верхней челюсти не хватало одного переднего, видимо, потерянного в пьяной драке, отчего ухмылка вышла уродливой, как и ее владелец. Зато мне очень понравились глаза этого ничтожества, мутного болотного цвета. Глаза, в которых плескался потаенный страх.

Я мысленно улыбнулась, сознавая, что этот негодяй, пусть и пытается храбриться, но все еще меня боится. Даже такую, лишенную своей прежней силы. А ведь даже такая, как сейчас, я с легкостью могла свернуть ему шею, и в глубине души он это осознавал, поэтому и не переходил определенные границы. Ни он, ни его молчаливый приятель, державшийся в паре шагов позади.

Устало потерев запястья, покрытые ссадинами, я отступила вглубь своей клетки, следя, как стражник закрывает дверь в камеру. Вот остались только крошечное окошко и глаза этого мерзавца. Сверкающие. Полные чувства собственного достоинства, которого у него не было ни на грамм.

— До завтра, колючка. Это твоя последняя ночь на этом свете. Наслаждайся! — бросил стражник. Глаза его довольно сверкнули, и он ушел, а я обессиленно опустилась на низкую кровать, вытянув вперед худые ноги, прикрытые рваной юбкой.

Некоторое время я так и сидела, слушая удаляющиеся шаги стражника, а затем громкий скрип, когда, покинув темницу, он закрыл дубовую дверь на засов. Еще несколько минут слушала ветер, воющий за стеной, и только спустя несколько минут поднялась на ноги, повела плечами и принялась заниматься. Тренировки всегда помогали мне очистить разум и хорошенько поразмыслить о жизни, а еще окончательно не потерять себя и крохи прежней силы.

Впрочем, сколько ее осталось, этой самой жизни? Жалкие остатки длиною в менее чем сутки?

Я невольно усмехнулась и стала приседать, разминая ноги, чувствуя, как кровь быстрее побежала по венам, даря долгожданное тепло.

Сама не понимаю, что заставляло меня заниматься снова и снова. Даже зная, что обречена, я не могла просто сесть и смириться. Словно не верила в свою грядущую гибель.

Я принялась отжиматься от пола, когда очередной дверной скрип заставил меня застыть, а затем и вовсе подняться на ноги.

Стражник не должен был вернуться так скоро. До моего последнего в этой жизни ужина оставалось как минимум два часа. И все же засов заскрипел, дверь открылась. Я услышала шаги и едва уловимый пугливый шепот:

— Только вы это, осторожнее с ней, господин. Пусть вас не обманет ее хрупкий вид. Я бы вообще не советовал вам приближаться к ней. Шустрая, гадина, и ловкая, даже без магии.

Слова принадлежали стражнику, и я невольно напряглась. Кого это принесла нелегкая? Уж точно не священнослужителя. Я не собиралась исповедаться в грехах.

Приблизившись к окошку камеры, я выглянула в темный коридор, заметив, что в этот раз вместе со стражниками в темницу спустился кто-то еще.

Прищурившись, я оценивающе проследила, как высокий незнакомец в черном плаще приближается к моей камере. Вот его лицо попало в полосу света, падающего от магического факела, и я нахмурилась, потому что уже поняла, кого именно принесла нелегкая.

— Проклятие, — сорвалось с губ, прежде чем успела прикусить язык.

Мужчина остановился в шаге от моей камеры, и наши глаза встретились.

Он был красив, высок и молод. Черные, смоляные волосы спадали на широкие плечи. У него были острые скулы, волевой подбородок и темные, карие глаза, глядевшие на меня с холодным расчетом. Появление этого человека не предвещало ничего хорошего.

Я шумно сглотнула. Проклятие, ну почему именно он? Зачем он здесь? Его приход выбил меня из колеи.

— Чем обязана? – спросила. Голос прозвучал глухо. Маг криво улыбнулся и повернулся к одному из стражников, лениво бросив: — Отопри.

— Что? – искренне удивился тот. – Мне не давали подобного распоряжения! Капитан велел проводить вас вниз, позволить взглянуть на заключенную и…

— Отопри, — повторил маг, и его голос, густой, холодный, прозвучал так повелительно, что стражник не посмел более возразить.

Зазвенев ключами, он выбрал тот, что был от моей камеры.

Глава 1-1

Рука стражника предательски задрожала, пока он несколько раз тщетно пытался попасть ключом в замочную скважину. Ключ лишь со скрежетом скользил по металлу замка, вызывая во мне зарождающийся смех.

Стражник боялся. На этот раз, правда, не меня, а человека, стоявшего рядом.

Впрочем, был ли мужчина в черном плаще человеком? Признаться, я немного сомневалась. О нем ходили слухи и самые, мягко говоря, нелестные. Порой – пугающие.

Все то время, пока стражник сражался с замком, я неотрывно смотрела на мага через прямоугольное окно. Затем мой охранник чертыхнулся и облегченно вздохнул, когда ключ скользнул в скважину.

Раздался треск и секунду спустя дверь в мою камеру открылась.

Стражник тут же проворно отпрыгнул от камеры, выхватив из-за пояса магическую дубинку и наставив ее в мою сторону.

Я проследила за действиями труса холодным взглядом и даже не пошевелилась, оставшись стоять на месте. Лишь перевела взор на незваного гостя.

— Что же привело в темницу одного из величайших темных магов королевства? – спросила я, прищурив глаза. – Не ожидала увидеть здесь вас, господин Элиас Крейн.

Маг холодно улыбнулся и взглянул на мои руки, оценив сковывающие знаки.

— Хорошая работа, — произнес он, не соизволив ответить на прозвучавший вопрос. – Узнаю руку мастера Арклея.

Я стиснула зубы, вспомнив противного старичка в синей мантии, который запечатал мою силу. Арклей Вьятт служил при королевской темнице, выполняя грязную работу. Ходили слухи, что он любил присутствовать во время пыток заключенных. Я помнила морщинистое лицо, седые короткие волосы и широкую серебряную цепь, лежавшую на его тощей груди, скрытой мантией.

— Зачем вы здесь? – Я сделала еще одну попытку узнать причину, по которой Крейн появился в темнице, отчаянно надеясь, что он явился не по мою душу. Хотя кого я обманываю? Все знают, для чего нужны маги этому страшному человеку. Он выбирает для себя определенных заключенных, обреченных на смерть, выкупает их и отнимает силу через черный ритуал. А у меня магии было предостаточно. Немудрено, что Крейн заинтересовался моей особой, а не явился, как другие, чтобы узнать, действительно ли я убила младшего принца.

Элиас протянул ко мне руку. Я интуитивно отпрянула, но успела сделать всего шаг назад, когда ощутила мощь этого мужчины.

Его сила окутала меня, притянула через порог, приподняв над холодным каменным полом. Так, зависнув в воздухе, я смотрела на мага, стараясь не выказать страха, но сердце предательски сжалось, а затем забилось все быстрее и быстрее.

Я не боялась умереть. Топор и плаха – это секунда боли, после которой наступает вечное забвение. Но быть купленной таким чудовищем, пройти ритуал и потерять свою силу, а затем и жизнь через адские муки, не пожелала бы никому. И тем более, себе.

Крейн молча коснулся моей щеки теплой, сильной рукой. Я даже застыла, когда пальцы мага скользнули ниже, согревая подбородок, затем шею. Они переместились на плечо, а потом еще ниже, туда, где на запястье вспыхнули зеленые знаки.

Элиас на миг прикрыл глаза, словно прощупывая мой дар. Я попыталась дернуться, попыталась поднять ногу и ударить мерзавца, да не тут-то было. В силках его магии было невозможно даже пошевелиться! Вероятно, реши Крейн остановить мое дыхание, или сердце, – и я бы умерла. Но он лишь продолжал с отстраненной заинтересованностью изучать меня, после чего отступил и взмахнул рукой.

Меня тут же отшвырнуло в камеру. Приземлившись на пятую точку прямо на хлипкую кровать, я с радостью ощутила, как контроль над телом вернулся.

— Закрывай, — велел стражнику маг.

Просить дважды Крейну не пришлось. Стражник мигом оказался рядом, он с силой захлопнул дверь камеры и на удивление споро сунул ключ в замок, на этот раз не промахнувшись мимо замочной скважины.

В двери скрипнуло, и я бросилась к окошку, но увидела лишь спину Крейна, удаляющегося прочь.

— Эй, ты! – рявкнула зло.

Стражник, еще стоявший у двери, с силой ударил по ней дубинкой, а затем, наклонившись вперед, прошептал:

— Конец тебе, Кейтлин! Знаешь, кто это был? Кто приходил сюда, чтобы взглянуть на твою грязную рожу?

Я нахмурилась, а стражник чуть наклонился вперед, ближе к крошечному окошку, пересеченному стальной решеткой.

— Так вот, если ты не в курсе, это был черный маг Элиас Крейн. – Стражник говорил тихим, довольным голосом. – И если он выберет тебя, то выпотрошит для своего ритуала, отнимет силу, а затем выбросит подыхать на снег, и голодные псы…

«Откуда только у этого мерзавца столько ненависти ко мне, — успела подумать, собирая силу в кулак. – Зря ты подошел так близко, дурачок!» — Я резко отпрянула от окошка, молниеносно ударила в решетку раз, другой. Боль заставила сжать зубы, но зато я достигла своей цели, выбив один из стальных прутьев, пусть и, кажется, сломала пару пальцев. Прут я расшатала заранее. На это ушли все дни заключения и вот, как оказалось, все не зря! На свободу не вырвусь, зато получу моральное удовольствие.

Моя рука, вырвавшись из проломленного окошка, вцепилась в ворот стражника, дернула на себя.

Я улыбнулась, когда лоб этого сквернослова встретился с дубовой дверью моей камеры. Что-то неприятно хрустнуло. Кажется, слишком длинный нос мерзавца? Я даже успела ударить его наглой мордой об дверь еще раз, когда подоспела помощь.

— Ах ты…

Второй стражник, видимо, ждавший в темноте, бросился к товарищу. В его руке возникла магическая дубинка, и секунду спустя я уже отпрянула вглубь камеры и баюкала сломанную руку, а стражники, ругаясь, бросились следом за Крейном.

— Ты пожалеешь! – раздался яростный вопль моего мучителя.

Присев на кровать, я улыбнулась, чувствуя удовлетворение от того, что сделала.

Он давно напрашивался и вот получил. Сам ведь предупреждал Крейна, чтобы его не ввел в заблуждение мой хрупкий вид. А сам забылся, за что и поплатился.

А рука… Возможно, уже завтра, она мне не понадобится.

Глава 2

На удивление ночь перед казнью я спала сном младенца и проснулась, лишь когда рядом с дверью камеры загремели ключи. Открыв глаза, моргнула, уставившись в разбитое окошко, через которое на меня зло взирал стражник. Тот самый, которому я вчера подправила физиономию.

Нос и лоб мерзавца представляли собой жалкое зрелище. На лбу красовался широкий синяк, а нос распух и казался чем-то инородным на лице стражника.

— Ты! — рявкнул он и ногой открыл нижнее окошко, предназначавшееся для подачи еды. – Вставай! Пора жрать последний завтрак в твоей жизни.

Я спокойно села, откинув тонкое одеяло, и проследила, как стражник просунул мне тарелку с чем-то съестным и, надеюсь, съедобным. Обычно это была пережаренная каша, или густой суп. Но сегодня повар удивил, положив две крупные картофелины, кусок сала, и вдобавок к томатной подливе приложив шмат свежего хлеба. Наверное, это привилегия тех, кто должен умереть? Так или иначе, я была благодарна даже за такую подачку.

Невероятная щедрость, как для смертницы, подумала я и быстро метнулась к двери, успев подхватить тарелку до того, как стражник пнул ее ногой, надеясь перевернуть. Иногда он развлекался подобными мелкими пакостями, но я уже была научена горьким опытом.

— Ты когда-нибудь доиграешься, Хэнк, — сказала, распрямив спину и продемонстрировав стражнику невредимый завтрак. В руке отдалось болью, но я лишь стиснула зубы, чтобы не радовать негодяя.

— Ты мне еще будешь угрожать, — рявкнул мерзавец. – Знаешь, — добавил он и ухмыльнулся, — сегодня я не откажу себе в удовольствии сходить на главную площадь и посмотреть, как тебе отсекут голову. Наверняка, это будет приятное зрелище.

Я улыбнулась в ответ и села на кровать, поджав ноги, а затем принялась за еду.

Есть приходилось руками. Приборы мне не давали в соображениях безопасности. Конечно же, не моей. Впрочем, когда подпирает голод, есть будешь не только руками, но и ногами.

— Жри, — бросил стражник. – Скоро приду за тобой. Хотя, как по мне, лучше бы тебя забрал тот черный маг. А так…

— Жду не дождусь, — парировала я, отчаянно храбрясь.

Я понимала: смерти не избежать. Так какой смысл рыдать и умолять, если можно хотя бы уйти достойно?

Меня так воспитали.

Меня так учили.

Стражник ушел, а я не спеша доела последний завтрак и поставила тарелку на пол. Покосилась на сломанную руку и вздохнула. Когда скоро лишишься головы, над рукой не плачут.

Единственное, что утешало, это то, что, если верить словам стражника, господин Крейн не заинтересовался моей особой.

«Пусть лучше плаха, — подумала я. – Быстро и верная смерть, чем стать подопытным кроликом темного мага».

Через час после завтрака за мной пришли. Новые стражники, которые должны были сопроводить меня из темницы в тюремную повозку, и пожилой храмовник, с бегающим взглядом, прижимавший к груди книгу с молитвами.

— Я не просила священника, — сказала, когда дверь в мою камеру распахнулась и храмовник с ужасом заглянул внутрь.

— Положено, — пробасил рослый стражник, косая сажень в плече.

Я бросила быстрый взгляд на оружие в его руках, затем посмотрела на еще пятерых, стоявших позади. Один из стражников вышел вперед, держа магические оковы.

— Руки, — равнодушно потребовал он.

Я вышла из камеры, выполнив приказ. Миг спустя на запястьях защелкнулись оковы, а храмовник, раскрыв молитвенник, гнусавым голосом спросил:

— Желаешь ли ты, дочь моя, исповедаться во грехах?

Дочь не желала. Я демонстративно прошла мимо священника и, глядя на стражников, велела:

— Ведите меня.

— А покаяние? – удивился храмовник.

— Я чиста, как первый снег, — ответила ему с насмешкой и в окружении конвоя, пошла по коридору.

Священник потрусил следом, принявшись читать отходную молитву. Я слушала его краем уха, пока поднималась по лестнице из подземелья темницы и когда шла широкими коридорами пыточного зала.

На миг ослепнув от яркого солнечного света, заливавшего двор темницы, задержала шаг, полной грудью вдыхая чистый, морозный воздух. Я словно не видела заключенных, шагавших по периметру и тянувших за собой тяжелые чугунные ядра, прикрепленные к кандалам на ногах. Не видела и высокие стены, окружавшие двор.

Толчок в спину заставил идти дальше, туда, где стояла тюремная повозка. В подобных перевозят диких зверей. В такой же меня доставили сюда месяц назад.

— Хватит ворон ловить, — рявкнул старший стражник. – Полезай. – Он был настолько любезен, что подсадил меня, а затем запер клетку и крикнул вознице: — Трогай.

Я опустилась на сено и все то время, пока меня везли от темницы через город к большой площади с плахой, просто наслаждалась солнцем и воздухом.

Стражники шли рядом, окружив повозку. Я слышала, как они переговариваются. В какой—то момент слуха коснулись тихие слова:

— А меня заверяли, что она буйная! А ишь, сама в клетку полезла.

— Как—то не верится, чтобы такая дохлячка могла сперва работать телохранителем у принца, а затем укокошить его.

— Совсем дурак? – шикнули на подозрительного стража. – Не знаешь разве, кто она? Это же Кейтлин Платт! Неужели, не слышал о ней?

— Как-то не похожа…

— Понимал бы что…

Все эти разговоры разбавлялись бормотанием храмовника, оказавшегося очень настойчивым и пытавшимся наставить меня на путь истинный даже в последние минуты моей жизни.

Мне стало немного весело от таких разговоров и подвываний священника. Сидя в центре клетки, я сложила ноги на восточный манер и, прикрыв глаза, старательно делала вид, что не замечаю, как в меня тыкают пальцами прохожие. Хорошо хоть всякой дрянью не кидают и то дело.

Дорога до главной площади оказалась какой-то короткой, и когда мне было велено выбираться, я поняла, что время пролетело слишком быстро. А еще удивило, как мало любопытных собралось перед эшафотом, на котором уже стояли палач и глашатай смерти, тот, кто зачитывает приговор. Всего с пару десятков человек, да…

Глава 2-1

А мне не верилось, что стражник станет наблюдать за таким-то дивным зрелищем из-за угла.

Я развлекалась тем, что изучала толпу, пока глашатай рассказывал трагическую историю смерти младшего принца. Стараясь не слушать откровенную ложь, я мечтала о том, чтобы все закончилось быстро. Чтобы меч палача в один удар оборвал мою жизнь. Видела я, как эти заплечные мастера («заплечный мастер», то же, что и палач, прим.автора) иногда не справляются со своей работой, и тогда обреченный бедняга орет от боли с наполовину перерубленной шеей.

Поморщившись, насторожилась. Глашатай закончил зачитывать приговор. Свернув бумагу с королевской печатью, он несколько секунд просто молчал.

Меня взяли за плечо, толкнули к плахе. Я вздохнула, бросив быстрый и, как думала, последний взгляд на синее небо, а затем тяжело опустилась на колени.

«Не смей ныть и показывать страх!» — приказала себе. Все равно никто не пожалеет и не оценит. Пусть хотя бы после моей смерти говорят, что Кейтлин Платт держалась достойно до конца.

За спиной раздались тяжелые шаги. Я покосилась на вздыбленную тень, сообразив, что это рядом стоит палач. В тот миг мое сердце пропустило удар, а глазам стало невыносимо больно.

«Не смей!» — Я мысленно залепила себе оплеуху, чувствуя, что колени и руки все равно дрожат.

Не такая я оказалась смелая, как надеялась.

Кривая улыбка тронула мои губы. Я опустила голову на плаху, прижавшись к ней щекой. Палач размял пальцы, захрустев суставами, и взял тяжелый топор, который ему в раскрытом футляре подал мальчишка – помощник.

— Да простят боги твою душу, дитя мое! – противный голос храмовника вызывал смешок. Я успела представить, как палач поднимает топор и как тот с глухим свистом рассекает воздух и…

— Стойте!

Сердце чуть не подпрыгнуло к горлу, едва услышала знакомый голос.

Ну, конечно же! Крейн!

Я даже подняла голову и нашла темного мага глазами.

Элиас подошел ближе к эшафоту и встал, скрестив сильные руки на широкой груди. Взгляд его был мрачен.

— У меня есть разрешение выкупить осужденную на смерть, — произнес Крейн и достал из нагрудного кармана какую-то бумагу. – Подписано его высочеством принцем Эдвардом. Можете взглянуть.

Палач, уже было занесший топор над моей бренной головой, медленно его опустил, а глашатай сделал знак помощнику палача спуститься вниз и взять документ. Мальчишка принес бумагу и передал тем, кто стоял за моей спиной. Я не рискнула повернуть голову, но услышала, как глашатай сломал печать и развернул сверток.

Некоторое время он читал, а я смотрела в темные глаза Элиаса Крейна, взгляд которых не предвещал ничего хорошего.

— Да. – Спустя минуту глашатай соизволил заговорить. Видимо, перечитывал документ, или проверял подлинность печати. – У вас есть такое право, а у меня есть право назначить цену, с которой вы или согласитесь, господин Крейн, или нет.

Я даже задержала дыхание, а потом и вовсе чуть не рассмеялась, когда моя цена была оглашена на всю площадь. Даже горстка любопытных, пришедших посмотреть казнь, почти одновременно издала возглас удивления.

Сто золотых? Да он в своем уме? Да за такие деньги можно купить дюжину осужденных магов, а то и больше!

Я пристально следила за лицом Крейна, но на нем не дрогнул ни один мускул. Казалось, маг ожидал чего-то подобного. Он спокойно улыбнулся, сунул руку себе в карман и вытащил на свет увесистый бархатный кошель, который швырнул прямо к ногам жадного глашатая смерти, выполнявшего роль судьи.

— Здесь даже больше, — произнес Элиас. – Если желаете, можете пересчитать. А теперь приведите ко мне девушку. Я забираю свою покупку.

Тут я не выдержала, поднялась на ноги, оглянувшись на застывшего палача, таращившего глаза на кошель. О своем топорике он и думать забыл. Видимо, все помыслы бедолаги занимало золото и только золото. Меня же занимала совсем другая и крайне неприятная мысль: почему Эдвард дал разрешение Крейну купить меня после того, как я, якобы, убила его брата? Что-то здесь не вяжется. Возможно, наследник престола решил, что казнь для меня слишком легкое наказание? Что я достойна мук в казематах Крейна?

— Вы позволите, господин Фуллер? – пробасил палач и, не дожидаясь ответа глашатая, подошел и поднял брошенный магом кошель. Развязав тесемки, он высыпал часть тяжелых монет себе на ладонь и принялся считать.

— Я еще долго буду ждать? – холодно поинтересовался Крейн.

Глашатай смерти взглянул на меня и произнес, не скрывая своего недовольства:

— Казнь отменена, осужденная Платт. Теперь вы собственность господина Крейна, ступайте к нему.

Я сглотнула вязкий ком. Одного взгляда на Элиаса мне хватило, чтобы понять: возможно, смерть на плахе для меня была бы лучшим исходом. Но тело хотело жить, и ноги сами понесли меня к ступенькам, а затем к магу.

Остановившись перед Элиасом, я заглянула ему в глаза, но Крейн взглядом велел мне идти вперед, в сторону каменной арки с застывшими гаргульями. Там я увидела то, что не заметила сразу – огромный черный экипаж, запряженный парой жеребцов, стоявший в тени.

— Хорошего вам дня, господин Фуллер, — бросил глашатаю мой хозяин и я услышала его шаги за спиной. А несколько секунд спустя мы уже сидели в салоне кареты, увозившей нас прочь от главной площади и эшафота, так и не получившего сегодня свою очередную жертву.

Глава 3

Некоторое время ехали в молчании. Я бросала взгляды то на мага, сидевшего напротив, то в окно, следя, как мимо проплывают дома. В какой-то момент в голове промелькнула отчаянная мысль: распахнуть дверцу экипажа, выпрыгнуть прямо на ходу и метнуться тенью в один из проулков. Но Элиас словно прочел мои мысли и тихо, опасно, произнес:

— Не советую.

Я вскинула подбородок.

— Куда вы меня везете? С какой целью выкупили? – спросила, хотя прекрасно помнила слова своего тюремщика. Да и о Крейне я была наслышана. И все же, где-то в самой глубине души затаилась крошечная надежда, что все не так страшно, как кажется на первый взгляд.

— Полагаю, ты наслышана обо мне, — ответил маг и сел удобнее, скрестив на груди руки. Он всем своим видом подчеркивал, что не боится меня.

Зря.

— Да. – Я не стала тянуть с ответом, когда, покосившись в окно, увидела, что мы подъезжаем к крепостной стене. А значит, скоро покинем пределы столицы.

Куда он меня везет?

По спине пробежал холодок.

— Так вот, — продолжил Элиас, — почти все, что обо мне говорят, правда. Я покупаю таких, как ты, чтобы забрать вашу силу. Ведь это глупо расходовать подобный ресурс.

Я поджала губы.

Как спокойно он сообщает мне о том, что намерен убить! В глазах мага не было ни капли жалости. Один расчет, замешанный на цинизме и холоде.

— Если будешь вести себя как положено, проживешь последние дни в достатке и сытости, — продолжил Крейн. – Я не зверь какой-то.

— Вы не зверь, — позволила себе перебить мага. – Вы хуже. Вы – убийца! Звери просто так не убивают! – Слова сорвались с откровенной яростью. Я качнулась в сторону Элиаса, но он одним движением руки отшвырнул меня на спинку сидения. В темных глазах мага вспыхнули молнии.

— Кто бы говорил, — прошипел он зло. – То, что ты позволила сотворить с принцем…

— А вам не приходило в голову, что я не виновна? – Я сделала попытку. Не могла не сделать. Правда, шанс на то, что мне поверят, был ничтожный. Нет. Он был равен даже не нулю, а упал куда-то глубоко в минус.

Глаза Крейна вспыхнули.

— Не виновна? – Не сказал, а словно плюнул мне в лицо. – Считаешь, королевские дознаватели ошиблись? Тебя проверяли магией.

— Меня банально подставили! – парировала я, но Крейн не поверил. Он как-то резко успокоился, сел, не отводя от меня взгляда, и мрачно улыбнулся.

— Не люблю лжецов. Меня предупреждали, что ты лживая тварь, способная на все, лишь бы спасти свою шкуру. Вижу, так оно и есть.

— Кто это сказал? – Я сглотнула вязкий ком, вставший в горле.

— Его высочество Эдвард Нортбургский, — почти мягко ответил маг. – Знаешь такого? – Он явно издевался.

— Эдвард не мог назвать меня лгуньей, — прошептала я. – Только не он.

— Ты убила его брата и думаешь, что подобное прощается? – Элиас покачал головой. – Я был лучшего мнения о тебе, наемница. Ненавижу лжецов. Для меня правда, пусть даже самая страшная, всегда лучше, чем грязная ложь.

Я стиснула зубы.

«На что ты вообще надеялась, Кейтлин? — спросила себя. – Что он поверит, когда никто в стране не поверил? Когда даже тот, кого ты любишь, отвернулся от тебя?»

Вздохнув, опустила взгляд и несколько секунд рассматривала свои руки в оковах. Они не были для меня помехой. Точнее, прежде не были. Эти железки я бы сбросила за считаные секунды, если бы вернула свою магию.

«И, если бы рядом не было Элиаса Крейна!» — подсказал кто-то в голове.

Я посмотрела в окно. На смену городским стенам пришло чистое поле. Вырубка тянулась на несколько миль от столицы. Дальше начинался лес. Его темная полоса уже виднелась за желтой, жухлым пятном полей.

— Мы направляемся в мой фамильный замок, — неожиданно сообщил маг. – Там я провожу обряды.

«Какая ценная информация!» — подумала я зло, понимая, что у меня остался последний шанс. Если сейчас не сбегу, то умру. Этот мерзавец собирается забрать мою силу, а затем уничтожит меня. Та же казнь, только более мучительная, отложенная на несколько дней.

«Надо было бежать еще в городе! Там шансов улизнуть переулками было больше, чем здесь», — обругала себя и посмотрела на Элиаса, пытаясь прикинуть, как нанести удар, чтобы этот гад отключился и надолго. А затем, открыв дверцу экипажа, выпрыгнуть и бежать в лес, едва поля останутся позади. Сомневаюсь, что кучер Крейна бросится за мной в погоню. Так что, шанс на успех есть. И я бы сказала, неплохой.

Приняв обманчиво расслабленную позу, насколько позволяли оковы, я села, пристально глядя на мага. Экипаж резво катил в сторону леса, а я мысленно прицеливалась, чтобы нанести удар в грудь своему хозяину, а затем повалить его на пол экипажа, обхватить цепями за горло и душить, пока не потеряет сознание. А уж потом…

Моим планам не суждено было сбыться. Карету резко качнуло. Элиас наклонился вперед, а я чуть съехала набок.

Что должно было произойти потом, придумать так и не успела. Неожиданно стекло с моей стороны взорвалось градом осколков и в обивку над головой мага, где она была за секунду до, впилась тонкая стрела. Элиас бросился на пол экипажа, дернув меня за собой. Мы успели за мгновение до того, как в разбитое окно влетел рой острых стрел.

Элиас вскинул руку и меня обожгло магией Крейна. Над нами будто вырос защитный купол, но тут карету снова хорошенько тряхнуло и лошади остановились.

Глава 3-1

— Это еще что? Кому вы перешли дорогу? – спросила я шепотом, глядя на мага.

Он ничего не ответил, лишь зло сверкнул глазами, а затем вдавил меня рукой вниз, проговорив приказным тоном:

— Так и лежи. Не высовывайся!

Прижатая щекой к не самому чистому полу, я медленно кивнула. Маг приподнялся, изменив положение тела, лег на спину, чуть придавив меня, а затем медленно поднял руки.

Я скосила глаза, как только смогла, заметив самым краем взгляда, как по кистям рук Крейна ползет алое пламя магии. В следующий момент он поджал ноги и резко распрямил их, выбивая дверь экипажа. Я не успела удивиться, когда Элиас выпрыгнул наружу, после чего громыхнуло так, что у меня едва уши не заложило.

«Кому-то этот темный не нравится так же сильно, как и мне», — успела подумать, когда в воздухе громыхнуло повторно, а затем воцарилась жуткая тишина и запахло паленым.

«И что, это все? – Я немного приподнялась, посмотрев в провал, где прежде находилась дверь кареты. – Сколько же было нападавших?»

— Чисто, — услышала голос мага. – Томас, ты как? – Вопрос явно был адресован не мне, а бедняге кучеру. О нем-то я и забыла. Надеюсь, возница не получил стрелу в лоб от поклонников Крейна?

— Плечо, господин, — прозвучало в ответ хриплое.

— Спускайся с козел, — велел кучеру Элиас. – Забирайся в экипаж.

— А кто же поведет лошадей? – удивился Том.

— Я, — сказал Крейн, как отрезал.

За стеной экипажа послышался шум. Вот раненый Том спрыгнул на землю, закряхтел, застонал от боли, а я села на пятую точку, уставившись на скованные руки.

Элиас немного повозился со своим человеком, я же решила выбраться наружу, отчаянно лелея осуществить план. Вдруг маг сейчас занят кучером и все получится?

Осторожно ступив на холодную землю, посмотрела на Крейна. Маг возился со слугой – колдовал над его раненым плечом и, казалось, не обращал на меня ни малейшего внимания. Нас разделяла пара—тройка шагов. Стиснув зубы, я подобралась для прыжка, когда холодный голос мага произнес:

— Если не желаешь присоединиться к нападавшим, лучше стой там, где стоишь.

Говорил он холодно, уверенно. От такого голоса колени подгибаются от страха. Даже мне стало не по себе.

Оглядевшись, заметила несколько обгоревших тел. Судя по одежде, точнее, по тому, что от нее осталось, и по оружию, это были не простые разбойники. Вероятнее всего, наемники.

Я пригляделась внимательнее. Хотелось подойти ближе, осмотреть тела и понять, кто именно напал на Крейна. Вряд ли это была попытка спасти мою жизнь. Никто бы не дал сейчас за нее ломаного гроша. А значит, приходили по душеньку темного.

Впрочем, не удивительно, с его-то характером и работой. Скорее всего, банальная месть.

— Возвращайся в карету, — приказал Элиас, даже не взглянув на меня.

— Хорошо, — ответила, но тут мельком заметила, как едва уловимо качнулась веточка шагах в пяти от дороги. Деревья там стояли плотной стеной, укутанные высокими сугробами. Но эта веточка…

«Проклятие!» — успела подумать. Тело отреагировало раньше, чем я осознала, что вообще делаю. Моя привычка спасать принца… Моя работа, которая проникла мне под кожу, стала частью меня, как нога, или рука… Она всему виной, потому что я рывком бросилась на Крейна, сбивая его с ног.

В спину ударило, да с такой силой, что свет в глазах на несколько секунд потемнел. Я не успела увидеть, как мы вместе с темным падаем на землю. Не успела понять, что он всего за долю секунды остановил магический удар, предназначавшийся мне!

Я повалилась на грудь Крейну, а он обхватил меня руками, заглянув в помутневшие от боли глаза. В его ответном взоре было море удивления, а вот я, едва зрение восстановилось, была готова сама себя прибить на месте!

Упустить такой шанс!

Еще немного и я была бы свободна!

— Проклятие! – прошептала, а Крейн осторожно уложил меня на бок, рявкнув ошалевшему кучеру: — Пригляди за ней, — после чего взвился на ноги, прочертив над нами вспыхнувшую синюю линию.

— Какая же ты дура, Кейт! – прошептала одними губами. Спасла того, кого не должна была спасать. Действовала рефлекторно, вместо того чтобы, едва заметив последнего убийцу, затаившегося в отдалении, просто не отойти в сторону.

Крейн бросился в лес. Снова громыхнуло. На этот раз еще сильнее, чем прежде.

С веток на дорогу посыпался снег. Где-то, возмущенно каркая, в воздух взвилась ворона.

Кучер присел рядом со мной, поглядел с жалостью. Я прикусила губу от странной боли, растекавшейся по спине. Что-то было не так. Боль была другой! Она жгла каленым железом нутро, разрывая на части.

Попытавшись перевернуться и сесть, тут же стиснула зубы.

Крейн выбрался из леса, отряхнув налипший на одежду снег, и внимательно посмотрел на меня. Казалось, он не верил в то, что жертва спасла своего убийцу. А я продолжала ругать себя на чем свет стоит за подобную глупость.

Маг приблизился, опустился на одно колено, внимательно осмотрев мою рану. Его руки нагло стащили с меня одежду, обнажив кожу в месте, куда попала стрела. Я даже не попыталась прикрыть грудь, лишь охнула от наглости Элиаса.

Он тихо выругался и сделал то, чего я от него уж точно не ожидала: поправил одежду, поднял меня на руки и отнес в салон экипажа, велев кучеру:

— Присмотри за ней, Том.

— Конечно, господин, — последовал ответ.

Элиас сбросил с плеч плащ, накинул его на меня, словно одеяло, и выбрался из кареты. Несколько секунд спустя в воздухе свистнул хлыст, и лошади понеслись по заснеженной дороге, оставив позади мертвые тела невезучих наемников.

БОЛЬШОЕ ВСЕМ СПАСИБО ЗА ПОДДЕРЖКУ!

Дорогие Читатели, сегодня, 21го января, на 2 и 3 тома трилогии "ПОМОЩНИЦА ВЕДЬМАКА" действует скидка: (первая часть - бесплатно)
В истории есть: славянское фэнтези, расследования, магия, ведьмы и ведьмаки, приключения, оборотни, тайны, сильная любовь и ХЭ

Глава 4

Очнувшись, еще некоторое время я лежала с закрытыми глазами, притворяясь спящей в надежде прощупать обстановку и вообще понять, что к чему. Память подбросила картину заснеженной дороги, пару гнедых, несущую экипаж, и нападение наемников.

Она же напомнила мне о совершенной ошибке и, мысленно застонав, я вдруг ощутила прикосновение теплой руки к своему лбу.

— Она уже в порядке. Я нейтрализовал яд, — произнес старческий голос.

Навострив уши, продолжила делать вид, будто сплю.

— Какая отважная девушка, — заметил незнакомец. – Закрыла тебя собой! Женщина и такая храбрая!

— Это ее работа, — последовал ответ.

«Ага, — подумала я, — а вот это голос мне знаком!». Правда, положа руку на сердце, я бы предпочла его не знать.

— Она – наемница, — продолжил Элиас Крейн. – Телохранитель. И, думаю, закрывая меня, действовала скорее по выработанной годами привычке.

Несколько секунд вместо ответа царила тишина, нарушаемая лишь треском пламени и далеким стоном ветра. Кажется, за стенами этого места погода разбушевалась не на шутку.

Значит, я в доме Крейна.

Все плохо. Нет, я бы даже сказала, очень плохо, и это еще мягко выражаясь!

— Это ведь уже не первое покушение. – Теплая рука исчезла. Голос остался. Я услышала шаги, звук воды, едва уловимое тиканье часов и снова треск огня.

Где я? В темнице у Крейна? Где же еще, хотя, не особо похоже. Знаю я, что такое темницы. Там всегда холодно и сыро. А здесь, где я лежу, тепло, мягко и почти уютно.

Впрочем, о чем это я. Они говорят о яде. Видимо, стрела, которой в меня попали, была отравлена. Вот почему мне было так плохо! Вот почему так быстро отключилась.

— Не мне тебя учить, мальчик, — проговорил незнакомый старик, — но пора уже что—то предпринять, не находишь? Сколько это будет продолжаться? Однажды, помяни мое слово и не подумай, будто пытаюсь тебя напугать. Знаю, ты не пуганый. Видимо, в этом и проблема. Так вот, — повторил голос, — однажды ты можешь пожалеть, что был так неосторожен. Пора разобраться, кто открыл на тебя охоту, пока не поздно.

Крейн в ответ только тихо рассмеялся.

— Меня убить не так легко, — произнес он.

Слабые шаги и шершавая ладонь, та, что прежде заботливо касалась лба, забралась под шею, приподнимая мою голову. К губам прижалась стеклянная тара. Кажется, стакан.

— Ты слишком самоуверенный, мальчик мой. А самоуверенность может сослужить тебе плохую службу. Сейчас подойди и помоги напоить девушку. Она никак не придет в себя, — попросил старик.

Я мысленно приготовилась, что мне сейчас насильно разомкнут губы, но ничего не произошло. В опустившейся тишине что-то скрипнуло, раздались шаги, и голос темного мага насмешливо произнес:

— Она в состоянии выпить твое зелье без посторонней помощи, магистр. Девушка давно пришла в себя и лишь делает вид, что спит. На самом деле, полагаю, она подслушивает и выжидает. Не так ли, Кейтлин? – последняя фраза предназначалась уже именно мне. Сообразив, что притворяться более нет смысла, я открыла глаза и встретилась со взором старика, склонившегося надо мной.

Ему было далеко за восемьдесят. Белые волосы отливали желтизной. Лицо испещрено глубокими морщинами, но взгляд полон ума и сочувствия.

— Значит, не спит. – Губы старика, белые и тонкие, тронула улыбка. – Тогда пейте, дитя мое. Это зелье поможет вашей ране затянуться.

Я оперлась на локоть здоровой руки и немного отодвинувшись, скосила глаза на стакан у своих губ. Жидкость в нем пусть и была прозрачной, но ее насыщенный изумрудный цвет напоминал змеиный яд. Хотя были и некоторые травы, способные придать зелью подобный цвет.

— Пейте. Оно горькое, зато мигом поставит вас на ноги, — произнес старик. – А цвет… пусть он вас не смущает. Просто в зелье вытяжка из…

— Драконьей травы, — ответила за магистра, и его улыбка стала шире.

— Точно.

Я села, поморщившись от резкой боли. Старик перестал улыбаться и следил, как, приняв из его рук стакан, я начала медленно пить, скользнув взором в сторону Элиаса Крейна, застывшего в шаге от постели.

Темный не улыбался. Смотрел испытующе, словно пытался проникнуть в мои мысли.

Я отвела взгляд и принялась изучать обстановку. Она мало напоминала камеру в темнице. Скорее, комнату для гостей. Здесь было тепло. Напротив кровати алел широкий камин. На каменных стенах висели картины. На полу лежал овальный, и явно мягкий, ковер. Из мебели в помещении были кровать, туалетный столик, стул с высокой спинкой и широкое, наверняка уютное, кресло, стоявшее у окна.

— Что все это значит? – выпив лекарство, вернула опустевший стакан магистру и снова посмотрела на мага.

Элиас переплел сильные руки на груди.

Он сменил одежду. Широкая белоснежная рубашка была заправлена в черные кожаные штаны, обтягивающие стройные ноги мужчины. На серебряном поясе, украшенном красными камнями, ужасно похожими на капли крови, висели короткие ножны, из которых торчала рукоять кинжала. Я еще удивилась, как это маг в собственном доме носит оружие! Но вспомнив его отвратительную репутацию, решила, что Крейн поступает правильно. Лучше быть готовым всегда и везде, чем получить нож в спину.

«Или стрелу!» — промелькнула мысль.

— Желаешь узнать, почему ты еще не в темнице? – Глаза мага недобро сверкнули. Он покосился на старика-магистра, и тот, сообразив, что Крейн таким образом просит его оставить нас вдвоем, поспешно удалился.

— Не боишься, что нападу? – Я вопросительно изогнула бровь.

Крейн тихо рассмеялся.

— У тебя нет шансов, наемница, — последовал ответ. – Поэтому не советую даже мыслить о подобном. Впрочем, мы не о том говорим. – Он подошел ближе к кровати, возвышаясь надо мной.

— Мы должны поговорить, — сказал маг.

— Признаюсь, ты меня заставляешь бояться, — ответила Элиасу. – Всегда сторонилась людей, от которых никогда не знаешь, чего ожидать. А ты меня уже успел удивить. Почему я не в камере? Почему меня не готовят к ритуалу? – Я насмешливо изогнула бровь. – Или ждешь, пока из меня выйдет последняя капля яда? Не рискуешь замараться?

Глава 4-1

Впрочем, Элиас ведь обещал: буду вести себя хорошо, проживу последние дни в достатке и уюте.

Все же, надо было делать ноги, пока была возможность. Но после драки, как водится, кулаками не машут.

— Я не болтаю, — произнесла спокойно. – Просто пытаюсь понять…

— Я тоже кое-что пытаюсь понять. – Элиас скрестил руки на груди. – Вчера ты спасла мне жизнь.

— Это как-то повлияло на твое решение забрать мою? – Я вопросительно изогнула бровь.

— Скажем так: заставило меня под другим углом взглянуть на создавшуюся ситуацию. Возможно, я готов выслушать твою версию произошедшего. – Последняя фраза явно не относилась к нападению наемников. Видимо, темный маг самую малость начал сомневаться в справедливости вынесенного мне приговора и в моей вине.

— Я его не убивала. И да, понятия не имею, кто это сделал, — произнесла тяжело. Перед глазами встал кабинет принца. Стены, заляпанные кровью.

Меня даже немного затошнило.

Проклятие! Кровь там была везде: на полу, на мебели, на высоком зеркале, которое принц так любил.

«Габриэль, — напомнила себе сухо. – Его звали Габриэль, и он был твоим другом. Возможно, самым лучшим!»

— Расскажи подробнее, — попросил Крейн. – Только не смей лгать мне. Я сразу почувствую фальшь.

Мои губы тронула улыбка.

Рассказать? А что я могла рассказать, если сама ничего не знала, понимая только одно: меня крупно подставили. Но кому могла мешать наемница, защищающая младшего принца? Даже не старшего! Не наследника престола. На такую должность меня не утвердили. Тогда я еще немного обиделась. Теперь понимаю: не зря. Уж если я не спасла Габриэля, то, возможно, рядом со мной Эдвард был бы обречен.

— Ничего особенного. Полагаю, мне добавили что-то в еду или питье, — ответила бесцветным голосом. – Отрубило меня конкретно и быстро. Когда пришла в себя, увидела, что Габриэль мертв, а я нахожусь рядом с его телом. Руки мои и оружие были в крови. – Я вздохнула. – Там все было в крови.

Элиас нахмурился.

— Я видел работу дознавателей. Знаешь, что у них особая магия?

Я кивнула. Еще бы не знать!

— Эта магия показала, как ты убила принца. Жестоко. Цинично. Без колебаний. – Голос Крейна стал холоден, как лед. – Я видел все своими глазами, прежде чем подал запрос на использование твоей силы. Иначе не стал бы связываться, — добавил маг. – Те, кто попадает ко мне, безжалостные убийцы и насильники. Те, кого мне не жаль убивать. Ты должна была быть именно такой. Такой я тебя и увидел.

— Что же тогда изменилось? – Я старательно прогоняла из мыслей образ мертвого Габриэля и чувствовала, что никак не могу избавиться от него.

Все дни, проведенные в темнице, когда я чистила свой разум, оказались насмарку, стоило снова заговорить о принце.

— Изменилось то, что вчера ты спасла мне жизнь, — ответил Элиас. – Спасла, когда могла просто убежать.

Я прикусила язык, чтобы не ляпнуть лишнего.

— Я понял: ты действовала на грани инстинктов. – Крейн расплел руки и встал, возвышаясь надо мной. – Именно это перевесило чашу весов в пользу того, чтобы ты еще пожила. – Губы мужчины растянулись в холодной улыбке. Вчера ты заставила меня сомневаться. А я этого очень не люблю.

«Неужели, он поверил мне?» — подумала в отчаянии.

— Пока мы разговаривали с магистром Юнием, ты не спала. Значит, слышала все, о чем мы беседовали, и повторяться не вижу смысла.

— Слышала, — кивнула я.

Элиас повернулся ко мне спиной, выражая то ли глупое доверие, то ли нарочно провоцируя и проверяя, затем сделал несколько шагов к окну, за которым щедро сыпался снег, остановился, плавно развернулся ко мне и сказал:

— Меня пытаются убить.

— О! – Я чуть не рассмеялась в голос. – Кто бы мог подумать? Вы ведь такой милый человек и…

— Понимаю, — с сарказмом ответил маг.

— Полагаю, спрашивать, кто этот самоубийца, смысла нет? – Я легла. Рану нещадно тянуло. – Если бы ты знал, живого места бы от него или нее, не оставил.

— Твоя правда. Но я не знаю, кто это. Могу только предположить, что мой враг — влиятельная личность. А значит, мне нужен телохранитель, — ответил Крейн, и только тут я поняла, к чему он ведет.

— Я решил дать тебе шанс. – Элиас заложил руки за спину, а я покосилась на ножны, из которых торчала соблазнительная рукоять оружия. – Ты станешь моим телохранителем, и тогда, когда все закончится, я дам тебе свободу.

«Вот тебе раз, госпожа Платт», — подумала я, чувствуя, как нижняя челюсть плавно опускается вниз.

— Не ожидала? – усмехнулся Крейн, но тут же добавил, кривя губы: — Я и сам не ожидал, что предложу тебе нечто подобное.

— А ты рисковый. – Я даже села, поморщившись от боли. – Не боишься, что прирежу, когда повернешься спиной, расслабишься и забудешь, кто находится рядом?

И тут он снова улыбнулся, этот ужасный темный маг. Улыбнулся так, что у меня волосы зашевелились на макушке. Какой же он красивый и одновременно страшный!

Что Крейн задумал?

Я сглотнула вязкий ком, образовавшийся в горле. Отчаянно захотелось пить.

— Не рискнешь, — парировал Элиас. – Я проведу ритуал, который свяжет наши жизни. – Его глаза опасно сверкнули. – То есть, у тебя будет очень веский стимул беречь меня, как саму себя.

Он выдержал паузу, хотя я уже и так поняла, к чему клонит этот человек.

— Я свяжу наши жизни воедино. Пока жив я – будешь жива и ты. Умру – ты тут же отдашь душу богам.

— Нет! – вырвалось отчаянное. Я дернулась к Крейну, но он лишь провел ладонью в воздухе, будто мягко отталкивая, и меня буквально пригвоздило к постели, а руны на запястьях вспыхнули, обжигая нестерпимой болью.

— Магистр Юний подлатает твое тело. Я дам тебе время, чтобы вернуться в форму. Все равно, неделю, или даже две, буду занят. Но первым делом, как только ты встанешь на ноги и будешь в состоянии пережить ритуал, проведем его.

— Нет! – прошипела я разъяренной змеей. Не желаю становиться игрушкой мага. Это ведь не просто шанс – это разделит нашу жизнь на двоих!

Глава 5

Вымыться в ванной с горячей водой, ароматной пеной и травами, которые, как утверждал магистр Юний, помогают скорейшему заживлению раны, было сродни блаженству.

Я терла тело, пока кожа не начала скрипеть. А затем еще долго отмокала в воде, пока она совсем не остыла.

После жуткого месяца, проведенного в королевской темнице, возможность помыться показалась мне даром небес. На какое-то время я даже забыла о знаках на своих запястьях. Выбравшись из воды и закутавшись в пушистое огромное полотенце, еще какое—то время нежилась на шкуре перед огнем, пылающим в камине, и думала, думала, думала.

Как ни крути, сложившаяся ситуация не так плоха. Я жива, а это уже удача.

Вспомнив палача и его ужасный топор, я невольно подняла руку и прижала к горлу, сглотнув вязкий ком. Затем нервно усмехнулась.

Надо же, какая-то минута отделяла меня от смерти! И если бы не Крейн…

Впрочем, мы с ним квиты. Он спас мне жизнь – я отплатила тем же. Правда, так и осталась игрушкой в руках темного мага. И все же, это жизнь. Какая-никакая, а возможность выбраться из того дерьма, в которое попала.

Я поджала ноги, глядя на пляшущие языки огня за решеткой, отделявшей меня от пасти камина.

Кто же убил Габриэля? Кто меня подставил, но главное, кому мог помешать младший принц? Это милый, тихий, молодой человек без претензий на трон, с добрым, покладистым характером, любимец толпы и своего отца?

Я нахмурилась, вспоминая, как очнулась с окровавленным оружием в руках, стоя на коленях в кровавой луже.

Габриэль лежал на животе. Его голова была повернута от меня, и я видела только белые, цвета снега, волосы принца, перепачканные в крови.

Бросившись к нему, первым делом коснулась шеи, проверяя пульс. Его не было, но кожа Габриэля оставалась еще теплой.

Принц был мертв, но умер не так давно.

Я поднялась на ноги, стараясь ни к чему не прикасаться, изучая взглядом комнату, прогоняя безумие, пытавшееся ворваться в мысли.

Не справилась! Не уберегла!

Кто? Кто мог совершить подобное?

Когда в покои его высочества ворвались маги и гвардейцы, я не успела и слова сказать. Меня связали, ударив магией, вырывая меч из руки. Впрочем, я и не сопротивлялась, так как знала, что не виновата. И это могли с легкостью доказать дознаватели.

Как показала жизнь – я очень ошиблась. И тот, или те, кто меня подставил, действовал со знанием дела.

— Я принес тебе одежду. – Голос Крейна, раздавшийся одновременно со скрипом открывшейся двери, заставил меня вздрогнуть и повернуть голову на звук.

Элиас Крейн переступил порог и вошел, пристально глядя на меня. От его взгляда не ускользнуло то, что я не одета. Но маг и бровью не повел. Приблизившись, он швырнул на шкуру к моим ногам тугой сверток, велев:

— Наденешь это.

Без тени скромности и любопытства, потянулась к свертку, потянув бечевку. Внутри оказалось белье и мужской костюм из мягкой шерсти.

Откинув прочь полотенце, я встала. Теплые волны, идущие от огня в камине, окутали тело, пока под изучающим взором Элиаса начала одеваться.

В какой-то момент понадеялась, что хотя бы Крейн вспомнит о приличиях и отвернется, но он и не подумал этого сделать. Смотрел изучающе, скользя взглядом по моему худому телу. После месяца в темнице оно вряд ли выглядело аппетитно в мужских глазах.

— Мне дадут оружие? – спросила, поправив широкий пояс, украшенный вышивкой. Одежда села просто идеально, и я с брезгливостью взглянула на старую, лежавшую под ванной. Казалось, даже на расстоянии она источала вонь.

Элиас проследил за направлением моего взгляда, протянул в сторону одежды руку и щелкнул пальцами. Ткань мгновенно занялась пламенем, а несколько секунд спустя от нее осталась только горстка пепла.

— Подойди, — велел маг.

Я повиновалась, ступая босыми ногами по каменному полу и почти не чувствуя холода. Когда до мага остался шаг, я остановилась, вопросительно глядя ему в глаза.

— Как твоя рана? – спросил он равнодушно.

— Не жалуюсь. – Я вскинула подбородок, и Элиас усмехнулся.

— Повернись ко мне спиной, — приказал Крейн.

Решив, что темный хочет проверить мою рану, я повиновалась, подумав только о том, что уместнее было бы сделать это до того, как я оделась. Но Крейн умел удивлять.

Почувствовав прикосновение сильных рук к плечам, заметно напряглась. И тут пальцы Элиаса коснулись моих волос. Я ощутила, как голове стало тепло и легко, а когда рискнула поднять руки и потрогать светлые пряди, поняла, что маг своей силой высушил их.

— Белые, словно снег, — произнес Крейн задумчиво, пропуская пряди через пальцы. Неожиданная ласка насторожила. Я напряглась и тут Элиас отпустил мою гриву.

Глава 5-1

— Насколько понимаю, сидя в темнице, ты была лишена возможности оттачивать свои навыки, — проговорил он.

Я медленно обернулась и взглянула на мага. Крейн стоял, заложив руки за спину, продолжая изучать меня. На этот раз его взгляд скользил по моему телу. Он словно пытался понять, откуда в женских руках сила, достаточная, чтобы свернуть с легкостью шею здоровенному мужику.

— Будешь восстанавливать свои умения, — продолжил темный. – Как только рана затянется, тебе будет предоставлен зал для тренировок. – Он улыбнулся. – И учитель.

— Мне никто не нужен, — парировала я.

— Это не обсуждается. Человек, который приедет, чтобы помочь тебе вернуться в форму, даст заключение, насколько ты готова и когда будешь в состоянии защищать меня. – Странно было слышать подобное от всемогущего мага.

Я криво улыбнулась, и глаза Элиаса мрачно сверкнули.

— Тебе придется постараться, — напомнил он, — если хочешь жить. А жить ты, как я вижу, очень хочешь.

Промолчав, дождалась, когда маг бросит на меня еще один, будто финальный росчерк, взгляд, а затем удалиться.

Едва шаги Элиаса стихли, я опустилась на шкуру, поморщившись от боли, так некстати напомнившей о себе. Несколько секунд задумчиво смотрела на огонь, после чего решительно встала и направилась к двери. Дернула с силой ручку и тут же отпрянула, вскрикнув не столько от боли, сколько от гнева.

Магия! Проклятая магия не выпускает меня из комнаты!

Впрочем, следовало догадаться. Крейн мне не доверяет, даже несмотря на то, что я спасла его жизнь.

«Зря, — подумалось мне. – Очень зря».

Одним плавным движением встала на ноги и подошла к окну. Тяжелая рама поддалась при определенном усилии. Я распахнула ставни и в комнату ворвался ледяной ветер, бросивший мне в лицо горсть колючего снега.

За стенами дома бушевала метель. Темное небо было затянуто тяжелыми тучами и роняло вниз белые хлопья. Подхваченные ветром, они кружились в диком танце и падали, укладываясь на замерзшую землю.

Вдали, насколько позволяло зрение, стеной темнел лес. Видимо, дом стоял здесь особняком, потому что я не разглядела поблизости ни одного домишки.

Темный маг жил в еще более темной глуши, где и творил свои страшные дела. Но если он думает, что я смиренно сложу лапки и позволю использовать себя, как ему заблагорассудится, то он сильно ошибается.

«Мы квиты, Элиас Крейн! — подумала с кривой усмешкой. – Жизнь за жизнь. Я вполне отдала свой долг, а теперь мне пора подумать о себе. Найдешь другого телохранителя!»

Я наклонилась вперед, изучая каменную кладку стены и прикидывая возможность спуститься. Пока Крейн не связал нас ритуалом, еще есть шанс сбежать. Мне нужна свобода, чтобы отыскать настоящего убийцу принца и доказать Эдварду, что я не виновата. А ненастная погода лишь на руку – ветер заметет следы.

— Был бы нож, или что-то острое, — прошептала, скользнув ладонью по стене. По крайней мере, здесь не было магической защиты. Значит, следовало попробовать сбежать.

«Сейчас или никогда», — сказала себе и вернулась в комнату, изучая обстановку на предмет того, что могло бы пригодиться в побеге и после. Нехотя покосилась на знаки, сковывавшие запястья, и нахмурилась.

Было бы неплохо избавиться от них, но Крейн уберет руны только после ритуала, когда будет уверен в том, что я уже никуда от него не денусь. Для меня это не вариант.

Я прошлась по комнате, остановившись у камина. Тяжелая кочерга привлекла внимание, но только на несколько секунд. Как оружие, она была неплоха. Но спускаться с подобной тяжестью не вариант.

Недолго думая, я схватила кочергу и выбросила в окно, постаравшись, чтобы железка упала как можно ближе к стене дома. Когда спущусь, будет проще ее найти. В лесу пригодится. Особенно если там водится всякая гадость.

Продолжив бродить по помещению, остановилась у постели. Мысленно прикинула, насколько хватит длины веревки, если свить ее из простыни и одеяла. Довольно кивнула, решив, что остаток расстояния до земли смягчит выпавший снег, и взялась за работу.

Плела быстро, не обращая внимания на напоминавшую о себе боль. Когда веревка была готова, проверила узлы на прочность.

— Отлично.

Я направилась к кровати. Толкнула ее к окну и привязала один конец импровизированной веревки к деревянной резной ножке. Дернула, довольно улыбнулась и распрямила спину. Уже через минуту, я осторожно спускалась, упираясь ногами в стену и следя, как укрытая сугробами земля медленно приближается.

Как и предполагала, длины не хватило. Но недолго думая, я вцепилась в самый конец веревки, понадежнее уперлась ногами и дернула веревку на себя, распутывая мудреный узел.

В сугроб приземлилась, держа одеяло в руках. Почти мгновенно взвилась на ноги, перекинув добычу через плечо, и огляделась в поисках кочерги, когда через ветер и снег, услышала насмешливый голос.

— Рана не тревожит после таких-то упражнений?

Да он откровенно издевается!

Внутри все оборвалось. Я медленно повернулась и увидела, как от стены отделилась фигура в черном.

Крейн!

— Демоны тебя подери, — рявкнула зло.

Элиас шагнул вперед, поднимая руки, словно для магического удара.

— Я надеялся, ты не рискнешь сбежать, — сказал он спокойно.

— Я спасла тебе жизнь и более не считаю себя обязанной, — произнесла холодно.

— Увы, но я считаю иначе, — последовал ответ.