Мажор. Брак (не) по любви

Пролог

Я выхожу на террасу ресторана, жадно вдыхая прохладный вечерний воздух, который обволакивает меня, как спасительный бальзам. Ноги ноют от усталости, каждая клеточка тела требует передышки. Я окидываю взглядом пространство, ища укромный уголок, где можно присесть и забыться на пару минут, но вдруг меня привлекают мужские голоса, которые в ночной тишине звучат слишком резко, пусть и отдалённо.

— Ну так что ты хочешь, Глеб? — спрашивает мой муж, и его голос отдаётся эхом в пространстве.

Я поворачиваюсь, вижу Марка и его потенциального партнёра у перил. Они стоят спиной ко мне, не замечая моего присутствия в полумраке. Терраса сейчас пуста, освещена лишь тусклым светом из окон.

— Ты весь вечер меня мурыжишь, говори уже, иначе наши переговоры растянутся ещё на месяц, — раздражённый тон Марка вызывает во мне дрожь, которая пробегает по коже ледяными мурашками, заставляя затаить дыхание.

— А ты точно на всё готов ради нашей сделки? — в голосе Глеба сквозит провокация, и я чувствую, как он играет на нервах моего мужа.

— Что за чушь? Ты прекрасно знаешь, что мне позарез нужны эти вложения, — Марк начинает закипать от злости.

И хотя она не направлена на меня, моё дыхание сбивается, грудь сдавливает паника. Может, потому что весь вечер меня терзает это проклятое плохое предчувствие? С того самого момента, как я переступила порог этого ресторана, сердце бьётся в бешеном ритме, норовя вырваться из груди.

— Знаю, но, возможно, тебе мои условия не понравятся, — отвечает Казанский, и его слова повисают в воздухе, тяжёлые, как свинец.

— Хватит, Глеб! — рявкает мой муж, и этот рык заставляет вздрогнуть. — Что за таинственность? Валяй уже, ходишь вокруг да около весь вечер…

— Твоя жена, — перебивает его Глеб, и у меня дыхание спирает, мир вокруг замирает, а сердце пропускает удар.

— Что моя жена? — непонимающе переспрашивает Марк, и в его голосе сквозит растерянность.

— Я хочу твою жену на одну ночь в обмен на мои вложения в твой бизнес, — отвечает Казанский, поворачиваясь к моему мужу всем корпусом, и эти слова вонзаются в меня, как кинжал, разрывая на части.

— У вас всё в порядке? — дверь, к которой я прислонилась спиной, открывается, и над ухом раздаётся тихий мужской голос.

Я вздрагиваю так сильно, что чуть не падаю, отступая назад, и поворачиваюсь, уставившись на парня в форме официанта. Его внезапное появление бьёт по нервам, как удар током.

— Всё прекрасно, — язвительно шиплю я, стараясь скрыть дрожь в голосе. — Воздухом хочу подышать, в одиночестве, — добавляю с ядом, и он кивает, уходя, но внутри меня всё кипит от ярости.

Чёрт! Ну кто его просил вмешиваться в этот момент?!

Я осторожно шагаю вперёд, замечая, что мужчины не отвлеклись на шум, и снова прислушиваюсь, затаив дыхание, сердце колотится так, будто вот-вот разорвётся.

— Ну так что? — говорит Глеб, и я замираю, как статуя, мир вокруг сжимается до этих слов.

— По рукам, — отвечает мой муж, и они пожимают друг другу руки.

Хлопок ладоней звучит как приговор. Что это значит? В каком смысле по рукам? Он согласился? Марк продал меня?!

Нет, я не верю! Да, наша семья висит на волоске, балансируя над пропастью, но не до такой же степени? О чём ты, Милана? Ваш союз можно назвать семьёй? Это же фарс, иллюзия, которая вот-вот рухнет!

Из мыслей меня вырывают тяжёлые шаги. Я спешу скользнуть за дверь террасы и спрятаться за плотной шторкой, прижимаясь к стене и не дыша. Мужчины проходят мимо, и лишь когда они скрываются в общем зале, я срываюсь с места и бегу в туалет, ноги подкашиваются от ужаса.

Чёртов официант! Что произошло в эти несколько секунд? Марк действительно согласился на эту безумную сделку? Нет, он бы не смог. Кто в здравом уме на такое пойдёт?! Это же сюр, чистая чушь, фантазия больного разума, кошмар, от которого хочется проснуться!

Я мою руки ледяной водой, и холод проникает в кожу, немного остужая кипящую кровь. Прижимаю мокрые ладони к шее, пытаясь унять дрожь, и постепенно успокаиваюсь. Убеждаю себя, что всё нормально, я просто пропустила несколько секунд разговора. Наверняка Глеб рассмеялся, сказал, что это шутка, а потом озвучил реальное условие, и они пожали руки по-настоящему.

Смотрю в зеркало, заставляю губы растянуться в фальшивой, но убедительной улыбке и возвращаюсь в зал ресторана. Марк стоит в компании Глеба и ещё нескольких мужчин. Казанский первый замечает меня, улыбается одним уголком губ, и эта улыбка режет по живому, как лезвие. Мой муж следует за его взглядом, видит меня и тут же приближается размашистым шагом, полным решимости.

— Милана, где ты ходишь? Нам нужно поговорить, — бросает он, хватая меня под локоть и отводя подальше ото всех, в укромный уголок.

— О чём? — спрашиваю я, поднимая на него взгляд, полный смятения и надежды, которая тает на глазах.

— Тебе придётся провести эту ночь в другом месте, — отвечает он холодно.

И в этот миг мой мир не просто рушится, а взрывается, разлетаясь на тысячи острых осколков, которые впиваются в душу, оставляя кровоточащие раны. Я чувствую, как земля уходит из-под ног, воздух становится густым, а сердце разрывается от предательства, эхом отдаваясь в голове криком отчаяния: "Как ты мог?!" Вокруг все плывёт, голоса в зале сливаются в оглушающий гул, и я стою на краю бездны, где любовь превращается в пепел, а будущее в тёмный, безысходный хаос.

****

Добро пожаловать в новую историю, мои дорогие. Многие из вас уже знакомы с Марком и даже ждали эту книгу. Обещаю сделать всё по красоте))) В начале пути мне очень нужна ваша поддержка, и мы с музом будем очень благодарны за ваши *звёздочки и «мне нравится». Спасибо, что вы тут, и в добрый путь нам!

Глава 1. Знакомство с женихом

Она была готова к судьбе, выбранной не ею, но именно сегодня почувствовала, что внутри может родиться что-то своё

Милана

В доме суета и лёгкое напряжение, домработница в сотый раз проверяет, чтобы всё было идеально, повара в запаре, мама бегает из одной комнаты в другую. И только мне велели сидеть в своей спальне и готовиться к предстоящему событию. А именно ко встрече с мужчиной, с которым у нас свадьба через месяц и которого я ещё ни разу не видела.

Мне было не обязательно с ним знакомиться заранее, это ничего бы не изменило. Я всегда знала, что выйду замуж не по любви и всю жизнь готовилась к этому. Мне не суждено пойти в университет, получить высшее образование, потому что женщине это не нужно. Главное в девушке — это воспитание, умение следить за домом, вовремя накрыть мужу на стол и рожать детей.

Меня этому с детства учили, вбивали в голову, что так правильно. Как и правильно выйти замуж за того, кого выберет и одобрит отец. И на самом деле я не вижу ничего плохого во всём этом, кроме запрета на учёбу. Я бы хотела пойти в университет, получить образование и только потом связать свою жизнь с мужчиной. Но моя мама так же вышла замуж и уже двадцать лет с отцом душа в душу, а отсутствие диплома не мешало ей быть счастливой.

А ещё она обещала, что мой будущий муж молодой, симпатичный и богатый. Последнее важно для отца, а мне вроде как всё равно, мы и сами не бедствуем.

Конечно, я не удержалась и поискала информацию о нём в интернете. Он оказался чертовски красив. Высокий, широкоплечий, с сильной линией подбородка и резкими скулами. Тёмные волосы, короткая стрижка, холодные и сосредоточенные глаза. На каждом фото он выглядит безупречно: строгие костюмы, дорогие часы, уверенная осанка. Лицо спокойное, серьёзное, с лёгким оттенком усталости, как у человека, который слишком рано повзрослел.

В пятый раз смотрюсь в зеркало, поправляю волнистые длинные волосы, приглаживаю ладонями и так идеально сидящее платье. Оно до колен, закрытое и простое, из велюра изумрудного цвета с блестящими камушками, без декольте и с длинными рукавами. Единственная изюминка — это небольшой разрез с правой стороны. Интересно, я ему понравлюсь?

— Волнуешься? — раздаётся мамин голос за спиной.

— Немного, — улыбаюсь в ответ.

На самом деле я очень сильно переживаю, потому что лицом к лицу мы с моим женихом ещё не встречались. И если я его уже видела на фотографиях в сети, то такой, как он, вряд ли стал бы заниматься подобными делами.

— Всё будет хорошо, — улыбнувшись, она подходит ко мне и мягко обнимает за плечи.

С теплотой, но лёгкой отстранённостью, потому что в нашей семье не принято показывать эмоции. Я иногда думала, что это неправильно, что любовь нужно показывать, и пусть мама всё же более открыта, но отец никогда не позволял себе лишнего проявления чувств. И мы как-то незаметно стали такими же сдержанными, как и он.

— Наталия Андреевна, — к нам заходит управдом Борис. — Гости подъехали, — сдержанно сообщает.

— Спасибо, Борис, — кивает мама и возвращает взгляд ко мне. — Готова?

— Да, — отвечаю, но на деле я совсем не готова.

— Ты прекрасно выглядишь, и ты ему обязательно понравишься, по-другому просто быть не может, — проговаривает с улыбкой и, приобняв за плечи, подталкивает к выходу.

Выходим в коридор, и мама идёт на шаг впереди, цокая высокими каблуками чёрных лодочек. Она у меня молодая, стройная и очень красивая. Ей всего тридцать девять лет, у неё длинные волнистые волосы и прекрасная фигура, несмотря.

Мама уверено и грациозно начинает спускаться по лестнице, в то время как у меня подкашиваются колени, а сердце так громко бьётся о рёбра, что, кажется, стук стоит на весь дом.

Я уже слышу мужские голоса из гостиной, один точно принадлежит отцу, а второй мне не знаком, значит это либо мой жених, либо его отец.

— Добрый день, — говорит мама, едва миновав проём.

— Здравствуй, Наталия, — отвечает ей тот же незнакомый голос и, судя по обращению, это точно не мой суженый. — Ты с каждым годом всё лучше и лучше выглядишь.

— Скажешь тоже, — красиво смеётся родительница. — Спасибо, — добавляет. — Таня, рада тебя видеть, — обращается к статной женщине.

— Взаимно, дорогая, — они обмениваются вежливыми объятиями.

— Марк, — пожав руку моему жениху, мама поворачивает голову назад. — Позвольте представить нашу дочь, Милану, — проговаривает и тянет руку ко мне.

— Здравствуйте, — здороваюсь и растягиваю губы в полуулыбке.

— Добрый день, — кивает мужчина в тёмно-сером костюме и белой рубашке.

— Очень красивая девушка, вся в тебя, Наташа, — говорит Татьяна.

Чувствую, как краснеют мои щёки, пока я подхожу к гостям, потому что ощущаю его взгляд на себе. Осмеливаюсь перевести на него глаза, и сердце в груди застывает на пару секунд. Дыхание на миг перехватывает, разряд тока пронзает от макушки до пяток, шаг сбивается, и я быстро принимаю решение застыть на месте, пока не свалилась на пол.

— Гены хорошие, — говорит папа, и периферическим зрением отмечаю, что он подходит к маме.

Я же не могу отвести взгляд от своего жениха, осознавая, что те фото в интернете не передают и доли его реальной привлекательности. Он просто мечта любой девушки, как с обложки мужского журнала в этом чёрном с тонкой полоской костюме, белой рубашке с расстёгнутыми верхними пуговицами. Волосы зачёсаны набок, глаза пронзительные, оценивающие.

— Здравствуйте, — пищу как мышка и тут же краснею ещё больше.

— Здравствуй, Милана, — отвечает парень, и по коже табун мурашек пробегает от бархатистого голоса, а потом ещё раз от прикосновения его пальцев к моей руке, когда он сжимает и, чуть наклонившись, целует тыльную сторону ладони.

И вызовите скорую, ведь я вот-вот грохнусь в обморок от его обаяния, невероятной мужской красоты и исходящего от него дымного запаха с нотками осеней листвы.

1.2

Милана

Мне так и хочется закричать, позвать на помощь, потому что я не могу отвести от него глаз, не говоря уже о том, чтобы сдвинуться с места.

— Прогуляемся? У вас замечательный сад, — говорит жених, но я скорее читаю по губам, чем слышу.

Ответить не получается, язык словно прилип к нёбу, а голос и вовсе испарился. Что это со мной? Так выглядит любовь с первого взгляда? Кто придумал, что нужно превратиться в немую рыбу? Ведь сейчас я наверняка выгляжу очень глупо со стороны. Стою как вкопанная, молчу и ресницами хлопаю. Точно умственно отсталая.

Все эти мысли проносятся в голове за одну секунду, но ни к чему не приводят, потому как по итогу я всё равно только киваю в ответ. Парень же, в отличие от меня, ведёт себя очень уверенно. Значит ли это, что наша встреча на него никак не повлияла, что я ему не понравилась? Или он просто умеет себя контролировать и держать свои эмоции в узде?

Подойдя ближе, он кладёт мою руку себе на локоть, и направляется на выход, а я каким-то чудом делаю шаг на негнущихся ногах. Сердце так барабанит в груди, что уши закладывает. Нет, надо взять себя в руки, иначе оставлю плохое впечатление о себе, если буду вести себя как идиотка.

В своё оправдание я скажу, что это первый раз, когда я с парнем на таком близком расстоянии, и он первый, кто прикасался ко мне. Отец строго следил за моей жизнью и досугом. Я училась в закрытом пансионе, где были только девочки. На каникулах я была всегда рядом с родителями. Телефон у меня с ограничением, книги только целомудренные, и всё строго контролируется отцом, чтобы, не дай бог, мы с сестрой не поддались влиянию общества и не научились каким-то глупостям. В общем, у меня нет никакого опыта общения с парнями, наверно поэтому и такая реакция.

Мы с моим женихом шагаем по дорожке вглубь сада, где есть красивая беседка, обвитая плющом. Марк пропускает меня вперёд, и я едва не стону в голос, когда присаживаюсь, потому что ноги уже не держат. Парень садится напротив и, скрестив руки над столом из добротного дерева, принимается внимательно меня рассматривать.

— Ребёнок, — тихо произносит пару минут спустя и глубоко вдыхает.

— Что? — пищу я, но голос появился, и это уже хорошо.

— Тебе восемнадцать исполнилось в этом году? — спрашивает, и я киваю в ответ.

Господи, помоги мне справиться с волнением, ну ведь ничего страшного не происходит, просто знакомство с женихом, почему я так трясусь?

— Чем увлекаешься? — ещё один вопрос, на который я не могу ответить кивком.

Соберись, Милана, иначе и правда покажешься ему умственно отсталой.

— Читать люблю, — произношу осипшим голосом и, прочистив горло, глубоко вдыхаю. — Иногда рисую картины по номерам.

— Это как? — хмурится парень напротив.

— Это холст с напечатанным рисунком, разбитый на множество мелких кусочков, и в каждом кусочке написан номер, а к каждому холсту в комплект идут баночки с красками, на которых тоже стоят номера, — поясняю, незаметно расслабляюсь и начинаю говорить уверено. — Нужно закрасить каждый кусочек холста краской с соответствующим номером.

— Интересно, — хмыкает Марк и откидывается на спинку лавочки.

— А… вы? — заикаюсь, когда задаю вопрос.

Ну вот, ненадолго меня хватило, но хоть не молчу, и на том спасибо.

— Обращайся ко мне на «ты», Милана, мы через месяц будем мужем и женой, — улыбается так обворожительно, что я на пару секунд выпадаю из реальности. — Увлечений у меня мало, работа занимает много времени, — отвечает на мой вопрос, и я понимающе киваю.

— Простите, — раздаётся недалеко от беседки голос Бориса. — Вас приглашают за стол, — сдержанно сообщает мужчина и, развернувшись, уходит так же бесшумно, как и появился.

— Идём, — Марк первым встаёт на ноги и подаёт мне руку.

Вкладываю свои дрожащие пальцы в его раскрытую ладонь, и парень притягивает меня к себе, буквально выдёргивая с лавочки, оставляя между нами жалкие сантиметры расстояния.

— Ты слишком зажата, — тихо проговаривает, а я едва на ногах держусь, чувствуя его горячее дыхание на своём виске. — Я не съем тебя, Милана, — его голос хрипнет, а я дрожу как лист на ветру от такой близости.

Силюсь улыбнуться, и, кажется, выходит у меня не очень, потому что Марк усмехается.

— Удивительная, — бросает, вздыхает и шагает прочь из беседки, утягивая меня за собой.

***

пы.сы. в моем телеграм канале "Ронни Траумер♡Автор" будут спойлеры и другие вкусняшки)

Глава 2. Необычные эмоции

Он ловил в себе странные реакции, которые никак не вписывались в его характер, и это бесило больше всего

Марк

По-царски накрытый длинный стол, вокруг него собрались сливки общества, это можно понять по гордым осанкам всех присутствующих. По тому, как изящно все орудуют приборами, как пользуются белоснежными салфетками, и по вежливым приторным улыбкам. И я тоже часть этого общества, точно такой же, как все тут собравшиеся. У меня сегодня помолвка, я должен знакомиться с юной девицей, на которой женюсь. Потому что так нужно для нашего бизнеса.

Беспокоит ли меня факт женитьбы на незнакомке? Нет, я всегда знал, что женюсь исключительно ради выгоды. Такие браки крепкие, потому что обе стороны выигрывают. В таких браках нет выноса мозга, сцен ревности и скандалов на ровном месте. И если заключать себя в оковы, в моём случае это обручальные кольца, то только ради дела. Очень выгодного слияния двух корпораций. Вернее, наш «YUS Capital» поглотит «НовБанк» семьи Новиковых.

Отец с юности, как только сел в кресло директора, всё пытался подмять под себя этот небольшой, по сравнению с нашим холдингом, банк. Новиковы слали нас каждый раз, когда им поступали предложения, но месяц назад дали согласие на слияние. На вопрос, с чего вдруг такая резкая смена курса, Игорь Семёнович ответил, что он стареет, сын у него так и не родился, а оставлять такой крупный бизнес на плечи дочери — не лучшая идея.

Я присутствовал на всех переговорах, как будущий директор, и сделал свои выводы на счёт Новикова. Он жёсткий сексист, который считает, что место женщины на кухне, и не важно, кто это, твоя дочь, жена или посторонняя особь противоположного пола.

По большому счёту, мне глубоко плевать на его позицию, главное, что получим его банк под своё покровительство. Мы договорились, что я женюсь на его дочери, чтобы девочка была обеспечена на всю жизнь. Она молодая, в этом году только школу закончила, красивая, очень хорошо и строго воспитана, потому что училась в каком-то закрытом пансионе «благородных девиц». И, нет, он не хвалил своего отпрыска, а расписывал так, словно пытается втюхать мне тачку.

Опять же, мне плевать, девочка и правда красивая, скромная и стеснительная. Стоит мне посмотреть на неё, как она покрывается румянцем. Сто процентов невинная, и это немного смущает, у неё явно нет никакого опыта с мужчиной, а жениться на той, которую нужно ещё и всему учить, — такое себе. Но и не так страшно, буду подстраивать под себя.

Нас посадили друг напротив друга, и я беспрерывно за ней наблюдаю. Она это чувствует, потому что краснеет как помидор, изящные, тонкие и длинные, как у пианистки, пальцы подрагивают, пока она орудует вилкой и ножом. Медленно выпрямляется, убирает прядь тёмных, словно шоколад, волос за ухо.

Красивая девочка, кукольное лицо, идеальная линия подбородка, прямой маленький нос, пухлые губы бантиком и чистая кожа, на которой минимум макияжа. А может, его вовсе нет, не всматривался настолько. Тело у неё тоже прекрасное, начиная от длинной шеи и аккуратных плечиков. Грудь точно второго с половиной размера, далее тонкая талия, переходящая в крутые бёдра и длинные стройные ножки. Кажется, такую фигуру называют песочными часами.

Чистая и настоящая, ещё пара годков, и могла бы покорять мужские сердца, но, увы, она выйдет замуж за испорченного меня. И максимум, что я смогу ей дать, — качественный секс. На большее я не способен и меняться ради юной благородной девицы не собираюсь. Выросла она наверняка в грёзах о большой любви с принцем на белом коне. Но её ждёт большое разочарование, ведь любви нет, есть только выгодный союз. А я далеко не принц, в её мире сказок меня можно отнести к тёмным лордам. Испорченный аристократ, который, в отличие от неё, в свои двадцать два уже успел многое повидать, попробовать и даже пресытиться какими-то вещами.

Отвлекаюсь от мыслей и наблюдения за своей невестой, а то она подавится салатом, если я продолжу, видно, что смущаю её своим вниманием. Бросаю взгляд в сторону её матери и понимаю, в кого Милана такая красивая. Мать у неё выглядит на все сто, чисто милфа, которая заведёт любого. Не помню, сколько ей лет, но выглядит она на тридцать с хвостиком.

А вот муж старый пердун, даже без паспорта заметна разница в возрасте. На висках уже седина, вокруг глаз морщины, да и, собственно, знаю я, что ему за шестьдесят.

Хм, что же получается, через тридцать лет мы с моей благоверной будем выглядеть так же? Нет, разница в пять годков не так заметна, и я слежу за собой, регулярно посещаю спортзал и питаюсь правильно, чтобы долго жить.

— А как же высшее образование? Милана не планирует учиться? — выводит из мыслей голос моего отца.

— Женщине это необязательно, — хмыкает Новиков. — Всё, что нужно, она знает, — добавляет с ухмылкой на лице.

— Я не против, если хочет учиться, буду поддерживать, — подаю голос и привлекаю внимание всех присутствующих к себе.

Но мой взгляд цепляется за загоревшиеся глаза напротив. В кофейных омутах восхищение, благодарность и счастье вперемешку с неверием.

Да, красотка, не все мужики как твой мудак-папаша. Я не сексист и считаю, что девушка, которая тянется к знаниям и саморазвитию, намного привлекательнее, чем та, которая умеет готовить. В сегодняшнем мире, когда в любое время дня и ночи можно заказать доставку всего, чего угодно, это не так уж и важно.

— Правда? — шёпотом спрашивает моя невеста.

— Ну да, а что в этом такого? Я не боюсь умных женщин, — улыбаюсь, кинув камень в огород Новикова, и тут же получаю пинок по ногам от отца.

Да ладно, я ведь не оскорблял его, так, слегка задел. Ну а кто он, если не трус? Что за средневековье в голове у этого мужика? Почему он так принижает женский пол? Тупоголовый… так, спокойно Марк, ты не в кругу своих друзей, где можешь быть собой. Сегодня у тебя роль воспитанного парня из приличной семьи, надо придерживаться этого амплуа до конца.

***

2.2

Марк

После обеда мы перемещаемся в гостиную, где нам подают кофе, и на этот раз Милана усаживается в кресло рядом с моим. Пока наши родители обсуждают спад акций какой-то компании, я решаю продолжить знакомство с невестой.

Сажусь в пол-оборота и впиваюсь взглядом в девушку, её щёки моментально розовеют. Ну какая святая простота, наивность, невинность. И что я с ней буду делать? Нянчить? Да если я потрогаю, она в обморок упадёт. Какой будет секс с ней? Сто процентов ни черта об этом не знает. Так, ладно, сам же сказал, что буду подстраивать её под себя. Да и невозможно ничего о сексе не знать в нашем современном мире.

— На кого хочешь учиться? — спрашиваю тихо, и Милана поворачивается ко мне.

— На педиатра, — сипло отвечает и нервничает, это заметно по тому, как она судорожно проводит ладонями по коленям.

— Ого, неожиданно, — искренне удивляюсь. — Благородная профессия, — улыбаюсь и получаю скромное и смущённое хлопание ресницами в ответ. — Сколько там учиться? Лет десять?

— Шесть и плюс ещё два в ординатуре, — говорит, и глаза начинают загораться.

— Уже подала документы? — на мой вопрос она отрицательно качает головой и отводит взгляд.

Ах, да, её папаша против того, чтобы у женщины было образование.

Во мне вдруг просыпается жалость к этой девушке и даже к её матери. Жить столько лет с этим мудаком, который тебя ни во что не ставит, такое себе.

Моя мама, к примеру, кандидат экономических наук и вице-президент по экономике и стратегии нашей банковской группы. Отец председатель Совета директоров, а я пока лишь заместитель директора стратегического департамента, которого понемногу готовят на главное место.

А в семье Новиковых женщины не то что не занимают высокие должности, они вообще никаких должностей не занимают. В других филиалах может и есть, а в головном офисе я не видел ни одной представительницы женского пола.

Мудак и сексист. Я поддержу Милану не только потому, что не против, но и ему назло.

— Заберу тебя на днях и поедем в медицинский, собери все нужные документы, — говорю намеренно громко, и разговоры на диванах стихают.

— Ты понимаешь, что учёба заберёт у тебя жену? — подаёт голос Новиков.

— Понимаю, — отвечаю и смотрю на него с вызовом.

— А если она надумает работать пойти? Там и вовсе, бесконечные дежурства, в том числе ночные, — продолжает меня пугать мужчина.

— Что значит надумает? Она будет работать, если захочет, а Милана захочет, восемь лет зубрёжки всё же, — стою на своём и получаю удовольствие от перекошенного лица Игоря Семёновича.

— Это плохая идея, — качает он головой, словно перед ним капризный мальчишка. — Жена должна сидеть дома и ждать мужа…

— Кому должна? — перебиваю его, распаляясь не на шутку от этих дебатов.

— Юноша… — вздыхает и немного приподнимается, явно собираясь прочитать мне лекцию.

— Она моя жена, и я буду решать, что она должна, — не даю ему и слова вставить.

— Ещё не жена, — хмыкает, но по глазам вижу, что мужик готов встать и подправить мне челюсть.

— Вопрос времени, — заявляю и достаю бархатную коробочку из кармана.

Поднимаюсь с кресла, встаю перед Миланой на одно колено и открыв этот дурацкий футляр, протягиваю его девушке.

— Новикова Милана Игоревна, будешь моей женой? — спрашиваю, отгоняя от себя все мысли.

Начиная с того, что мы должны были ждать журналистов, и заканчивая тем, что я, вашу мать, стою на одном колене перед незнакомой девицей.

Милана, перед тем как ответить, поднимает глаза и смотрит поверх моей головы. Ну, конечно. Конечно, блин. Даже в такой момент без одобрения папочки ни шагу.

— Буду, — спустя вечность тихо отвечает и протягивает мне руку.

Напялив на её тонкий пальчик кольцо с огромным бриллиантом, встаю на ноги, тяну девушку вверх, обнимаю за талию и, притянув к себе, целую. Раздаётся писк, глубокий вдох, и Милана в моих руках вздрагивает. Меня же прошибает током от головы до пят, волосы встают дыбом по всему телу. И пока мой рот поедает мягкие губы моей невесты, давая странную эйфорию всему телу, я забываю, где нахожусь и что вообще здесь делаю.

Почему-то испытываю максимально необычные эмоции. Смущение, страсть, возбуждение, волнение, жар в солнечном сплетении, желание сожрать девчушку целиком, попробовать на вкус не только губы, но и всё её тело. У меня даже долбаные мурашки по коже пробегают. Какая-то нездоровая хрень. Я так не реагирую на женский пол, это они должны ощущать дрожь и таять в умелых руках.

***

Напоминаю, что в моем тг канале "Ронни Траумер♡Автор" выходят спойлеры следующих глав
А ещё сегодня действует скидка на книгу про друга Марка (скоро встретим) и это последняя низкая цена, после завершения цена будет выше
"Ты мой огонь"

https://litnet.com/shrt/Xvt0

— Не трогай меня! Никогда! — цежу сквозь зубы, тыкая в него пальцем.
Он смотрит на меня, дерзко ухмыляется и… обхватывает мой палец губами.
— Ты маньяк?! — выдыхаю.
— Может быть. С тех пор, как тебя увидел, у меня проснулись маниакальные наклонности.
— Не приближайся ко мне, иначе...
— Иначе что, Снежинка? — он делает шаг вперёд.
Я пячусь и упираюсь в подоконник.
— Я на тебя заявление напишу.
— Это даже интересно. — он усаживает меня на край, вжимается между ног.
— Ты…ты...
— Не волнуйся. Девушки часто теряют дар речи при мне.
⠀
Она не хочет чувств. Он не верит в любовь.
Но между ними — не просто искры. Между ними — пожар.

Глава 3. Аномалия

То, как резко его накрыло, не похоже было ни на желание, ни на страсть, лишь на странный внутренний сбой, который он не мог объяснить

Марк

Я так увлёкся процессом, что, если бы не громкое и недовольное покашливание за спиной, наверное, пошёл намного дальше, нарушив все правила приличия. Это всё настолько выбивает меня из колеи, что я отшатываюсь от девушки, словно ошпаренный. Долго смотрю на неё, дышу так, будто пробежал марафон на время. Она же не держится на ногах и буквально падает в кресло, покрываясь не румянцем, а кроваво-красными пятнами.

— Простите, — хриплю, но больше обращаюсь к ней, чем к остальным.

Плюхаюсь обратно на своё место и пытаюсь выровнять дыхание. Не знаю, что это за аномалия, но мне не нравится от слова совсем. Я вроде и не голодный, утром только выпроводил очередную девицу, которая высосала из меня все соки. В прямом и переносном смысле. Так что же случилось, что я повёл себя, как прыщавый подросток, которому впервые разрешили до девушки дотронуться? Да я даже в пятнадцать был куда сдержаннее и хладнокровнее.

Чёрт! Долго нам ещё тут торчать? Вроде миссия выполнена, предложение сделано, может, пора уже и честь знать?

— Это было не по плану, — подаёт голос мой отец, разрушая тишину. — Ты должен был сделать предложение в ресторане…

— Да какая разница? — перебиваю, отмахнувшись. — Кому нужен этот фарс?..

— Всем нам это нужно! — едва ли не рявкает Новиков. — Это важно для бизнеса…

— Не кипятитесь, я могу сделать это ещё раз для прессы, не надо раздувать из мухи слона, — огрызаюсь, да.

Потому что я в лёгком шоке от собственных эмоций, и мне хочется уже свалить отсюда.

Краем глаза отмечаю, что Милана сидит неподвижно, и, повернувшись к ней, вижу, что от красных пятен не осталось ни следа. Она уже побледнела так, что может слиться со стеной в больнице.

— Пошли на воздух, — говорю и, встав на ноги, беру её за руку и почти силой веду вон из дома.

Взбесился на собственную реакцию, поэтому движения у меня резкие, дёрганые. Меня разрывает изнутри, как будто что-то вырвалось из-под контроля, и теперь я сам не понимаю, куда девать эту вспышку. Шаги размашистые, спешные, нервные, и, судя по цоканью каблуков, Милана едва успевает за мной. И это только сильнее раздражает. Не она, а собственная невозможность привести себя в чувство.

Но, вашу же мать, у меня впервые такое. Реально впервые. Как будто кто-то ударил током, причём прямо в грудь, и теперь рёбра дрожат. Меня ещё ни разу так не косило от обычного поцелуя. От нескольких секунд касания к чужим губами. Да что вообще происходит? Но губы у неё такие мягкие, как бархат, и сладкие. И эта сладость прилипла ко мне, будто я всё ещё чувствую её дыхание у своего рта. От девушки пахнет малиной, такой свежей, которая ещё не сорвана с куста. И чёртов запах пробился слишком глубоко.

Ну всё, Марк, крыша потекла. Её уже и не остановить, понесло куда-то не туда. А главное, что непонятно, чего такого особенного? Как это вообще возможно? Я что, первый раз поцеловался, чтобы так поплыть. Ну бред же, но почему-то сердце продолжает бешено колотиться.

Толкаю девушку в беседку, заставив сесть, и сам падаю на стул по другую сторону стола.

— Дыши, — бросаю, но от чего-то звучит как приказ.

Милана опускает голову на свои руки, волнистые волосы скрывают её лицо, но я замечаю, как медленно бледность отступает, возвращая коже естественный цвет.

Веду себя не очень адекватно, но оно и понятно. Новиков со своими тупыми принципами, эта скорая свадьба, невеста как нежный цветочек, ничего в этой жизни непонимающая.

Меня вообще устраивает её учёба, мне выгодно, что она будет занята, меньше вопросов появится, где я и чем так занят, что домой не прихожу.

Я, собственно, не планировал быть примерным мужем, и, честно, думал, что будущая жена будет согласна со мной. Но провёл рядом с ней все эти часы и понял, что ни черта. Она так на меня смотрит, словно уже давно и безвозвратно влюблена. Но мы не были знакомы до этого дня. Короче, взаимовыгодного союза не выйдет, а терпеть скандалы… хотя, о чём это я? Она явно не способна на скандалы. Такая тихая, робкая, неопытная, будет танцевать, как я спою.

— Всё нормально? — спрашиваю некоторое время спустя, когда уже и сам немного успокоился.

Милана кивает в ответ, но голову так и не поднимает.

— Посмотри на меня, — требую и вижу, как вздымается её грудь от участившегося дыхания. — Милана! — обращаюсь к ней, и голос звучит раздражённо.

Чёрт! Кажется, я её напугал своими необдуманными действиями. Ну захотелось мне побесить этого мудака, папашу её, потому что он взбесил меня своими высказываниями. Но трясущаяся жена мне не нужна, я-то парень нормальный. Да, люблю свою свободу, но адекватный.

— Посмотри на меня, — говорю уже мягче и дёргаюсь встать, но тут же торможу себя.

Если я приближусь к ней, есть риск, что полезу целоваться и не смогу остановиться. Чёрт, я знаю себя, стоит податься хоть на миллиметр, и меня понесёт так, что уже никто не остановит. Ни здравый смысл, ни остатки самоконтроля.

Мне срочно нужно спустить пар, возможно, было мало прошлой ночью. Настолько мало, что сейчас всё внутри дрожит от перенапряжения, будто тело само требует продолжения. Голова не соображает, мысли скачут, как бешеные, и вся эта смесь желания и злости бьёт по вискам.

Милана поднимает наивный взгляд и нервно кусает нижнюю губу, мои глаза ловят это её движение, и происходит взрыв внутри меня, который разливает огонь по венам. Ну что за хрень, мать вашу? Что такого необычного? Сколько заигрываний и флирта я видел в своей жизни? Не сосчитать. Но какого-то чёрта, её такой невинный взгляд будоражит во мне кровь.

— Я завтра заеду за тобой, мы поедем в ресторан, и при прессе сделаю предложение ещё раз, — сообщаю, не убирая взгляда с её прикушенных губ.

Они снова цепляют внимание, раздражают, притягивают, заставляя меня чувствовать, что я не хозяин собственных инстинктов. И это бесит ещё сильнее.