Магия близости: Руководство для ведьмы и дракона

Глава 1. Обычный день и тридцать три несчастья

— Мяяяяууу! Хочу винаааа! — нечеловеческим голосом заявляет моя кошка Матильда, пушистая, чёрная бестия, восседая на краю дубового стола и с вызовом глядя на меня жёлтыми глазами.

Я поднимаю взгляд от котла, где бурлит зелье бодрости — сегодня оно почему‑то отдаёт оттенком уныния, будто чувствует моё настроение.

— Ехидна милосердная, да куда же в тебя столько лезет? Такими темпами нам никаких запасов до следующего урожая не хватит! — зло говорю я.

Матильда возмущённо распушает хвост.

— Ах, тебе жалко?! Ну всё, пойду я, пожалуй, поищу другую хозяйку. Которая не будет ущемлять моих желаний! — неуклюже разворачивается и, конечно же, спотыкаясь на ровном месте, дефилирует в сторону двери. При этом, пытаясь спрыгнуть со стола, она нечаянно цепляется когтем за скатерть — та ползёт следом, увлекая за собой ступку с сушёными мухоморами, пучок лаванды и три флакона с настойками.

Бах!

Ступка опрокидывается, мухоморы рассыпаются по полу. Флаконы летят в разные стороны: один разбивается о ножку стола, второй чудом приземляется на лапы Матильды, третий — с настоем успокоительного — катится прямо к очагу.

— Матильда! — я бросаюсь спасать зелье, и успеваю подхватить флакон в последний момент, когда он уже почти переваливается через край каминной полки.

Кошка замирает на месте, виновато поджимает уши, потом оборачивается и с самым невинным видом мяукает:

— Ну… может, останусь ещё ненадолго. Если ты угостишь меня парой капель. Для успокоения нервов.

Вздыхаю, ставлю флакон на полку и отряхиваю руки.

Нет, вино она сегодня не пила — без моей помощи ей не пробраться к запасам, всё‑таки у неё лапки. Просто она… вот такая. Вечно ворчащая, недовольная и антиграциозная. Но всё равно моя — самая верная, самая преданная, самая лучшая подруга на свете.

Подхожу к ней, осторожно поднимаю на руки и несу обратно к столу. Матильда тут же устраивается поудобнее, мурлычет и трётся мордочкой о мой подбородок.

— Ладно, — говорю я, — дам тебе каплю, за твои безграничные способности. Умудриться устроить апокалипсис из трёх флаконов и горсти грибов — талант, не иначе.

— Это не апокалипсис, а творческий беспорядок, — важно поправляет она, пока я откупориваю бутылку старого виноградного вина, собранного ещё в те времена, когда люди не боялись ведьм.

Наливаю пару капель в её любимую фарфоровую чашечку с отбитым краешком — подарок от какой‑то доброй души лет двести назад, если не больше.

Матильда принюхивается, делает глоток, зажмуривается от удовольствия и мурлычет:
— Вот теперь можно и зелья варить. А то без вина вдохновение не приходит.

Ставлю перед ней блюдце с вяленой рыбой — её ужин и награда за то, что почти ничего не разрушила сегодня в доме.

Пока кошка с наслаждением поглощает угощение, возвращаюсь к котлу, мимолетом поглядывая в зеркало.

На меня смотрит симпатичная девушка, на вид лет двадцати семи, с длинной копной ярких рыжих волос и счастливыми зелеными глазами. Я люблю нашу жизнь такой, какая она есть.

Продолжаю помешивать зелье против часовой стрелки, бормоча под нос заклинание — и оно наконец‑то приобретает нужный золотистый оттенок.

— Видишь? — подмигиваю Матильде. — Всё получается, даже когда ты устраиваешь хаос.
— Хаос — это основа магии, — глубокомысленно замечает она, облизывая усы. — А я просто помогаю тебе поддерживать баланс.

Улыбаюсь, качаю головой и ставлю на огонь чайник — пора устроить маленький перерыв. В конце концов, даже трёхсотлетняя ведьма имеет право на чашку чая в компании самой саркастичной, неуклюжей и любимой говорящей кошки на свете.

Пока вода закипает, бросаю в чашку щепотку сушёной мяты, пару ягод можжевельника и листик серебристого папоротника — для лёгкого успокоительного эффекта. Матильда с интересом следит за моими действиями, потом вдруг подскочила и встрепенулась:

— А знаешь, что я сегодня видела? — заговорщицки понижает голос. — За опушкой, у старого дуба, мелькнула тень. И не простая тень, а с рогами!

Замираю с чашкой в руках:
— Рогатая тень? Ты уверена?
— Абсолютно! — Матильда важно кивает.

Конечно же ей показалось, я давным-давно обезопасила наше жилище отводящими чарами. И никто даже за версту не сможет подойти к нашей опушке. Но решаю всё же подыграть ей.

— И давно это было? — спрашиваю с едва заметной ухмылкой, ставя чашку на стол.
— Да часа два назад, — Матильда потягивается. — Я хотела пойти проверить, но тут как раз мухоморы рассыпались, и я решила, что важнее помочь с уборкой.

Невольно улыбаюсь:
— Спасибо, что выбрала уборку.
— Не за что, — кошка гордо задирает нос. — Я всегда ставлю тебя выше любопытства. Ну, почти всегда.

Подхожу к окну, вглядываясь в лесную чащу. Деревья стоят неподвижно, листва не шелохнётся. Тишина.

Мы живём так уже лет двести. С тех самых пор, как драконы, объявив себя высшей расой, устроили охоту на таких, как я. На ведьм.

Лишение сил и бессмертия — это было самое безобидное, из того, что они учиняли в те времена.

Внезапно мой взгляд цепляется за едва заметную тень среди деревьев, движение. Быстро моргаю — может мне показалось?

Но в следующую секунду я чувствую — что‑то изменилось. Магия вокруг нашего надёжного жилища дрогнула, словно предупреждая. Внутри начинает нарастать напряжение.

— Матильда, — тихо говорю я, — будь начеку. Если заметишь что‑то странное — сразу скажи.
— Конечно, Мона! — она вскакивает на подоконник рядом со мной. — Я буду самым бдительным стражем на свете!

И тут же, пытаясь принять величественную позу, теряет равновесие и чуть не вываливается наружу. Успеваю схватить её за хвост в самый последний момент.

— Ну вот, — ворчит она, возвращаясь на подоконник. — Опять не получилось быть героической.
— Зато ты у меня настоящая, — глажу её за ухом. — И это важнее героизма.