Малефик

Прелюдия

Стояли звери

Около двери …

Тусклый свет пыльной лампочки, робко трогающий сумрачные углы бетонной норы. Искрящая, древняя, лохматая пылью электропроводка под потолком. А ещё, долбящая прямо в мозг неумолимая капель, с прохудившейся, насквозь ржавой трубы. Неравномерно заполняющая водой впадинку в каменном, с сохранившейся местами плиткой, полу. Что решала проблему с водой, которой не всегда хватало. Можно лечь и сделать пару глотков, если совсем не в моготу. Обстановка … Сырость и полумрак старого заброшенного военного объекта, пережиток времён холодной войны и брежневского «изобилия». Вид на отрезок пустого мрачного коридора, местами подсвеченного такими же «лампочками Ильича», сквозь маленькое окошко камеры, убивает остатки надежды и ставит крест на вере в светлое будущее и долгую жизнь. Дерьмо … такое вот …

Наверное не так должна была начинаться эта история. Декорации играют немалую роль и в жизни. Создают настроение, фон, оттеняют сюжет и наполняют красками или тенями развитие событий.

А нет что бы по другому … Подъехать к Машке в институт, на чёрном Мерсе к главному входу и … не, проще, зачем фантазии, оставить старенькое Жигули за углом, что бы не смешить в глазах подруг-соперниц. Встретить с букетом цветов, дерзко сорванных на глазах изумлённых бабулек с городской клумбы. Получить в награду сладкий, чувственный поцелуй с волнующими объятиями на глазах студенческой братии или так, сухое - Привет, и быстро сопроводить на сиденье классики автопрома. Дабы не бросаться в глаза и не вызывать желание похохмить и поглумиться над ухажёром. Казалась бы - какая разница? Ведь я - это я, при чём здесь какая-то жестянка. Человек, личность …

Кстати, кто такая Маша? В голове вьётся нечто светлое, волшебное, воздушное, вызывающее странное стеснение в груди, учащённое сердцебиение и приток крови к разным гм, конечностям. Это … В прошлом. До начала времён… И лица уже совсем не помню ... клубиться туманом ... память явно подводит, как и чувство реальности. И в остальном … какая там Маша… Я не помню своё прошлое, не понимаю настоящее, не верю в будущее. Откуда появился и каким гиблым ветром занесло в эту жопу …

Боль. Вечная, нескончаемая, к которой невозможно привыкнуть. Я с ней просыпался, с ней засыпал …

Мой собеседник снова растворился под утро лёгкой туманной дымкой в сторону поста охраны. Ну хоть так ... Наверно я давно сошёл с ума и Док плод моего больного воображения. Личный глюк воспалённого мозга. Но только так меня ещё не оставляет бессмысленное желание жить, тянуть бесконечное ожидание конца, не надеясь уже ни на что. Отдушина, собеседник. Пусть он и существуют у меня в голове. Я так устал умирать раз за разом. Кто я? Зачем это всё? Почему ...

За толстым бронированным стеклом сверкнул жёлтым аварийный сигнал. Время завтрака. В коридоре стало ощутимо светлее. Включили дополнительное освещение. Здравствуй реальность и новый день. Через полчаса повезёт свою тележку Хромой, раздавая утренний набор корма и жидкостей. Раньше было интересно строить догадки - кому из моих «соседей» можно скормить набор свежих костей, свиную голову и живых голубей. Или мерзость в закрытых контейнерах, что так плохо удерживают запах гнилой тухлятины. Не завидую. Сия чаша меня уже миновала. Хотя … пакетам с кровью давно не удивляюсь. Одно время сидел на подобной «диете». Впрочем чем только не утолял вечно сосущее чувство голода. Странно что зубы до сих пор целы и почти не болят. А какой только дрянью не поили и кидали в алюминиевую шлёнку. После чего можно было опорожнить желудок и, чего уж там, обосраться по полной. Такое вот казино. (Вспомнить что это, спросить у Дока). Благо в моём теперешнем жилище можно было и помыться и облегчиться. Дырка в полу и латунный кран, метром выше, над ней, не вдохновляли простотой и аскетизмом. Не то что раньше … Стерильная палата с мягкими стенами. Чистое бельё. Нормальная еда. Было же … Пожалуй всё, списали. Выбраковка. Давно на процедуры не выводят. Еда - чистые помои. Скоро самого на корм пустят, вышло моё время. Из одежды давно ничего не осталось. Сгнило, стлело, обвалилось лохмотьями. Но мне всё равно. Кого стесняться? Хромому по фиг. «Обезьянам» с охраны тем более. Им есть над кем поглумиться в нашем «зоопарке». Видел иногда особей женского пола. Даже свежих, с воли. Не обломанных. Пока …«Обезьянам» главное - порядок. На первых порах они славно по мне оторвались. Это помню. В лёжку валялся сутками, жрать не мог. Потом потеряли интерес. Впрочем я и сам давно не дёргаюсь. После очередных опытов Хозяина приходиться иногда ползком добираться до «кормушки», маленького окошка с дверцей, на уровне пола. Судя по количеству посуды с холодной бурдой - снова выпал из реальности не на один день. Как всё обрыгло ...

Ухнул гулкий удар по ушам. С потолка посыпалась пыль. Мигнуло освещение в камере и коридоре. Сирена противным визгом ввинтилась в уши. Странные ритмичные звуки очередями и вразнобой. Это что … Стреляют? Визг обитателей «зоопарка». Неплохое начало нового дня …

Глава 1

Прошло … месяцев …

- Следующий!

- Объект номер пятнадцать дробь три - Александр Шамаев. Возраст … Отсутствовал больше двух лет до момента обнаружения. Пропал при не выясненных обстоятельствах. Родители умерли. Ближайший родственник - тётка, сестра матери. Исходным данным соответствует.

- Есть сомнения?

- Пока всё чисто. Опознан свидетелями.

- ДНК, отпечатки?

- Родители умерли. Отпечатки по нашей базе не проходили. Не судим. В квартире, самозахватом, проживала семья с Кавказа. Старые отпечатки не сохранились, как и ДНК.

- Связаны с пропажей объекта?

- Нет. Проверяли. Заехали позже. Соседям рассказывали, что купили.

- Квартиру переоформили?

- Нет. Возможно не успели. Разбираемся. Валят на старого участкового. Не проверить. Инсульт, кома. Недавно похоронили.

- Ладно. Вернёмся к объекту. Специализация? Направленность?

- Не выявлено. Серьёзных отклонений от нормы не замечено. Способностей нет. Пустышка.

- Что по документам?

- Увы, часть архива при захвате была уничтожена. На объект данные не сохранились

- В «Бункере» не было статистов. Два года - серьёзный срок. Пустышек списывали в утиль быстро

- Возможно - побочная ветвь, тупиковая. Не все разработки имели положительный результат. Кроме известных проектов группы, с чем сейчас работает отдел, осталось несколько нулевых объектов. Назначение не определено. Состояние группы не стабильно. Все нуждаются в серьёзной реабилитации для жизни в обществе. Последствия сильного стресса и условий содержания. Пятнадцатый - исключение. Быстро пришёл в норму

- Общее состояние?

- Полностью адаптирован. Отклонений не замечено. Частичная потеря памяти. Физическое состояние соответствует возрасту. Здоров. Выявлены переломы и шрамы на теле и конечностях. Операция на грудной клетке. Явных причин для хирургического вмешательства не обнаружено. Из подопытных быстрее всех социализировался. Контактен. Не навязчив. Не агрессивен. Доброжелателен. Близко ни с кем не сошёлся. Психологически устойчив. Адекватен.

- Решение?

- Можно выпускать в мир. Все тесты прошёл. Спецам не интересен. Смысла содержать «пустышку» нет. Проверка в естественных условиях

- Контроль?

- Подписка о неразглашении. Учёт в психдиспансере. «Наш» лечащий врач. Негласные проверки местного отдела.

- Хорошо капитан. Запускайте процедуру

***

Господи! Хорошо то как!

Я сидел, развалившись вольно, на древней лавочке, вросшей на половину в землю, подпирая спиной крашеную в несколько слоёв горбатую спинку. Любимое местечко на высоком берегу Оки. Бутылка прохладного пива в руке, расстегнутая до пупа рубашка. Солнышко, по весеннему мягкое, тёплое, ласково нагревало кожу. Ветерок нежно касался отросших волос, пробегая тихонько по лицу и открытой груди. Не было желания шевелиться, и сами мысли … текли лениво, неторопливо, как прекрасная русская река под моими ногами. Чисто нирвана. Как мне этого всего не хватало. Хорошо …

- Александр, добрый день!

Вот же ж … Прилетело вороньё, мясцо поклевать

- Добрый, Игорь Петрович

Пришлось открывать глаза и рисовать на лице улыбку. Сама доброжелательность. Шорох по дорожке из редкого песка и гравия я услышал давно, шагов за пятьдесят. Но … Пожалуй расслабился чересчур, не обратил должного внимания. По тропинке, вдоль берега, иногда забредали отдыхающие и больные. Место укромное и совсем не тайное. Есть и другие любители уединиться. Всё одно - территория больницы. Хотя именно эти шаги отличались от обычных, если прислушаться. Специфические такие … словно охотник не хочет спугнуть зверя раньше времени. Как в лесу. С носка на пяточку … Неприятно. Больше за свою беспечность. Не почувствовал опасности и прозевал.

Невысокий, ладно скроенный, издающий мало посторонних звуков и лишних движений индивидуум. Такой … Рациональный что ли, вот подходящее слово. Словно кот средних лет и размеров. Добрый, мягкий, пушистый. Обаятельный гад. Внешне. Всегда в отглаженном костюме и свежей рубашке. Наверное на большинство людей Игорь Петрович производил благоприятное впечатление свой доброжелательностью и хорошими манерами. У меня же всё внутри напрягалось. От дисбаланса внешнего и внутренней сути. Снаружи тепло, внутри спокойно и … холодно. Словно не человек, а что то неживое, бесчувственное. Механизм. Приходилось делать усилие и изображать «нормального» человека. С учётом нашего заведения. И во избежание. Главное не сорваться. Не верил я ему. Настоящим было желание оказаться подальше от мнимого сотрудника по реабилитации, посредством - ноги в руки и айда через забор, крапиву, колючую проволоку не глядя. Невзирая на потери в виде порванных штанов и мелких царапин. Отпускало не сразу. Я не большой специалист по определению человеческих типов и характеров. Не то образование. Само чувство неприятия возникало на уровне подсознания. Нет, не кот, а змея, холодная, равнодушная, целеустремленная. Ужалит не задумываясь. Если момент такой возникнет, рабочий. Какие эмоции, о чём вы? Всё только по делу. Поэтому не верил Игорю Петровичу, ни на грош. Непростой человек. Несущий проблемы. В данном случае конкретно мне.

Числился сей товарищ по одной должности, но напрашивалось как то само собою понятие особист или где то рядом. И от его мнения и характеристики зависело слишком многое. Приходиться терпеть, улыбаться и соответствовать.

Подвинувшись на скамейке, уступил место куратору. Игорь Петрович присел, достал сигарету, жестом предложил, отфутболил кистью - спасибо, не надо.

- Ну что, готов?

- Как пионер

- А так, вообще … настроение?

Туманный вопрос порождает такой же ответ

- Вполне

- Отдыхаешь, после трудов праведных?

- Труд в радость, отдых - в сладость. Народная мудрость

- Нравиться?

- Конечно. Работа на свежем воздухе. Крыша над головой. Пансион полный. Ешь - не хочу. Библиотека. Жаль к интернету не пускают и телефон не дают.

Глава 2

Первый день, моей оставшейся жизни

Утро началось с приятной суеты. Ощущения праздника включилось, стоило только открыть глаза. Оставались кой какие делишки на посошок. Хотелось по человечески попрощаться с немногими, кто отнёсся ко мне с вниманием и добротой. Удивительно, но были такие люди. Вот с психами я не сошёлся. Чужой среди своих. Тем кто был в разуме - не интересен. Ни званий, ни знакомств, ни блата. Даже передачек с воли нет. Реально больным людям - не нужен. Свой мир, свои игрушки. Иная реальность. Не всегда понятная, часто душная и неприятная по ощущениям. С медбратьями ... да ну нафиг. Псы цепные. Специально не бьют, но … Если что, вдруг - пара тычков и ноги еле волочишь. До туалета по стенке добираешься. И болит долго. Профессионалы однако

Повезло последние пару месяцев поработать на больничном хозяйстве, с перерывами на очередные тесты и проверки. Которые верно сходили на нет. Так как «психом» я был не буйным, больше вежливым и спокойным, то с разрешения зав. отделением был передан в распоряжение местному завхозу. Пришлось неделю ходить за врачом с выражением собачьей преданности в глазах и наглядным желанием свернуть горы на благо родного медицинского учреждения. Исследования по мне почти закончились. Ноль, он и в Африке ноль, как недовольно выразился один из исследователей. Дорогие лекарства другим пригодятся, более «благодарным» клиентам. Ну а я , если честно, устал от безделья, белых стен и неприятных соседей. Обрыгло

Может и нравиться кому весь день слоняться по отделению, с перерывами на приём пищи, прогулку, досугом в виде книг, телевизора в обществе психов. По мне так тоска смертная. Дежавю, день сурка. Одно и то же каждый день. Бег по кругу, как у хомячка в клетке. Книги, правда, я читал запойно, всё что под руку попадалось. Глотал, по выражению уважаемой Галины Павловны, пребывающей в звании вечного библиотекаря последних лет двадцать. От классики до женских детективных романов. Надо чем то пустоту в голове заполнить. К сожалению осталось там ничтожно мало, от прежней жизни. Кой какие моменты из детства и юности. Остальное, как корова языком слизнула. Как то так …

Интернет, по неведомым причинам мне запретили. Дабы мозг сберечь от потрясений, мол только-только стабилизировали, во вред пойдёт. Поэтому доступ в комнату с компьютерами перекрыли наглухо. А добрых людей, способных одарить меня любым старым смартфоном, к сожалению рядом не оказалось. Жадный народ пошёл ноне, скупы на добрые дела.

Завхоз обрадовался бесплатному работнику. И началось: принеси, подай, покрась, убери. Трудотерапия одним словом. Принцип старый как мир: чем больше копаешь - тем меньше пакостишь. Поэтому сваливал я с самого утра и возвращался в палату под дружный храп соседей. Утолить жажду и аппетит теперь можно было в любое время, пока работала столовая. С добрыми поварихами сошёлся на короткой ноге, не отказывая в мелких просьбах подсобить, занести и передвинуть. А почему и нет? Мне не сложно, когда вежливо просят. Им приятно. Жизнь вошла в нормальное русло. И если бы не Док …

- А, Саня, привет! Куда такой нарядный?

- Домой Семёныч

- Всё таки уезжаешь? Жаль. Может надо чего в дорогу?

- Не, спасибо, всё есть.

Пал Палыч, наш завхоз, подарил на выход старую одежду сына, из которой тот давно вырос. Так как пошёл в батю - не в рост, а в ширь. Не новые, вполне носибельный джинсы, недорогие кроссовки, футболка и кофта с капюшоном. Худи кажется называется. Рюкзачок со сменкой - трусы, носки, мыльно-рыльные, вот и всё моё имущество. Типа, студентик из провинции. Всё своё ношу с собой

Крепкое рукопожатие:

- Ну, в добрый путь Саша. Если что ... возвращайся. Всегда рад тебя видеть.

Классный старик. Сейчас Семёныч на пенсии. Дома не сидится, устроился садовником в наше учреждение. Работать вместе - сплошное удовольствие. В прошлом старик сменил не одну профессию. Помотался по стране от края до края. Хлебнул лаптём полную чашу. Хороший рассказчик и душевный собеседник. Много интересного и полезного узнал.

Старик сквозь пальцы смотрел на мой трудовой режим и сильно не напрягал. Сам от работы не бегал, не отлынивал никогда. Вечерами, после трудовой смены, расположившись на той самой скамеечке, в дальнем углу больничного парка, велись задушевные беседы под пиво, которое он уважал, а изредка и чего покрепче, уже без меня. Нельзя говорят, последствия тяжёлые могут быть. К тому времени аллеи пустели от больных и служивых. Доку посиделки тоже нравилось. Пристроившись третьим он больше помалкивал и замирал, словно вслушиваясь в что то недоступное нам, пока шла неспешная беседа расслабленных тружеников здравоохранения.

- Вот скажи Санёк, Зюганов же гад, перерожденец проклятый! Мог ведь власть тогда взять …

- Согласен Семёныч. Не те уже коммунисты, редиски ...

Начинались наши разговоры за политику и мирно расползались на все стороны жизни. Приятные воспоминания. И человек хороший, добрый, правильный.

Забежал к Марьиванне. Главная повариха относилась ко мне почти по матерински. Не знаю, может напоминал кого из близких, или затронул что в душе и сердце. Лишний стакан компота и хороший кусок мяса всегда были на подносе. Жалела наверное. Тоже работала из за внуков. Дочери, неудачливые в браке, кроме как детьми порадовать бабушку ничем не смогли. Марьиванна внуков обожала, а дочерей хоть поругивала на людях, но, на деле отдавала последнее, потому что любила. Благодаря такому вниманию начал потихонечку поправляться. До старого веса далеко, но такими темпами, ещё полгода - вернулась бы отдышка и прочие неудобства офисного работника. Почему манагера? Напомнили о прошлой жизни. А я и забыл. Совсем.

- Береги себя Саша

Обняла, поцеловала в лоб. Совсем как моя бабушка в детстве. Это помню. Погладила ласково по плечу и сунула свёрток с бутербродами.

Завхоз нахмурив брови заставил расписаться в ведомости. И выдал целых девять тысяч рублей с копейками. Чем поразил в самое сердце. Круть. Не ждал, приятно

Глава 3

Скрипнул под боком старый диванчик. Сон нехотя отпустил из своих объятий. Не очень то и хотелось. Вру, просто жаль. В кои веки что нибудь хорошее присниться. Море, ветер, парус. Гибкая загорелая девичья фигурка на носу яхты. Она весело улыбалась и махала рукой. Где ты там? Почему так долго? Иди быстрей ко мне, будем вместе радоваться жизни и вообще … Миг, и мир подёрнулся дымкой, истончаясь и исчезая. Нет. Только не сейчас, дайте досмотреть, ещё чуть-чуть, совсем немного …

Открыл глаза. Не поверил. Закрыл, снова открыл. Я дома! Хоть и не помнил, как попал в квартиру. Дикий восторг охватил меня так, что не удержавшись я сиганул с дивана чуть не влетев головой в потолок, практически коснувшись волосами перекрытия. Фу, осторожнее! Голову береги! Спокойно! Не может быть!!!

Как невообразимо круто проснуться дома!

Я ходил по квартире, рассматривал такие старые и знакомые вещи с бесконечным удовольствием и наслаждением, что казалось будь я маленькой сентиментальной девочкой из диснеевского мультика, то ближайшие часы пел бы песенки и танцевал, размахивая букетиком полевых цветочков. Как будто вернулся в мир детства, где всё прекрасно и замечательно. Яркие свежие краски и обалденные запахи. Вспомнилось детство, когда меня отправляли на лето в деревню. Бабушка приготовит кашу, нальёт молока и будет с удовольствием смотреть, подперев лицо ладонью, как я размазываю нехитрое блюдо, капризничая больше по привычке. Запах парного молока и аромат свежевыпеченного хлеба. Какая благодать. Ни забот, ни опасностей. Маленькие смешные детские проблемы. Островок беспечной жизни. Кайф.

На кухне включил чайник. В шкафчике отыскалась пачка чая и сахар. В холодильнике ... там шаром покати. Ну да, здесь же не живёт никто давно. Тётя в другом городе, с мужем. Я не стал сообщать ей о своей выписке. Суеверие наверное. Не верил до последнего момента. Да и зачем? Новая семья, новая жизнь, новый дом. Мимо меня. Не, всё в порядке. Конечно обрадовалась когда я «нашёлся». В себя более-менее пришёл. По легенде - память потерял. Что на самом деле чистая правда. Приезжала в больницу, плакала, обнимала. Созвонимся. Навещу обязательно. Вот только оклемаюсь немного ...

Что там по сусекам? О, макароны, бульонные кубики, пачка вегеты. В прихожей ящик с овощами. Точнее пятью картофелинами и двумя луковицами. И то и другое проросло. Чудом сохранились? Наверное Серафим заезжал. Дальний родственник из деревни. У него свои ключи от квартиры, мама доверяла. Иначе откуда овощи. Родительницы давно нет. Ладно. Бывали дни и похуже. Можно до магазина пройтись. Заодно цены посмотрю, на сколько поменялись. Потом к пацанам в гаражи снова заскочу.

Вспомнился финал посиделок. Настроение резко пропало. Мы основательно так нагрузились вчера, поминая товарища. Его нашли возле дома, ночью, в лужи крови. Буквально в двадцати шагах от подъезда. Два ножевых в печень и скорая конечно не успела. Вернее успела … нет, не так, задержалась. Пять минут разницы так много значат порой.

Сегодня же похороны! Глянул на часы - успеваю. Если потороплюсь.

Холодный душ. Кружка крепкого чая без сахара. Голова не болит, хорошо. Рядом автобусная остановка, как раз мимо кладбища маршрут.

Две гвоздики. Не густо. Кому они нужны в принципе. Традиция, ритуал. Так положено

Хмурые кивки знакомым и соболезнование родителям. Маринка ... когда то мы ухлёстывали вдвоём за нашей одноклассницей, Сергей выиграл этот приз. Никаких обид, дружба важнее. Завидовал немного, да. Красивая, даже сейчас. Не решился подойти, что то остановило. Кажется она на грани, «резьбу» бы не сорвало. Стрельнул сигарету и отошёл в сторону. Сто лет не курил. С наслаждением затянулся. Табачный дым заполнил лёгкие, настроение ни к чёрту.

Посмотрел на небо, погода сегодня так себе, облачно, по ходу к дождю. Ни зонта, ни ветровки. Опустил глаза и упёрся взглядом в покойного. Резко выдохнул, умудрившись не закашляться. Сергей стоял рядом, с грустью смотря на Марину. Однако ...

- Привет Серый

Тихо сказал. Сергей не веряще посмотрел на меня, оглянулся. Никто не смотрел в нашу сторону

- Саня?

- Да

- Ты видишь меня? Почему?

- Да как то так … неважно

- Я умер?

- Не сомневайся

Мой старый приятель хоть и не изменился внешне, выглядел скорее как виртуальная проекция. Через которую легко проглядывался окружающий пейзаж.

- Саня! Брат! Помоги!

Резко попытался схватить за «грудки» и ... руки пролетели сквозь меня. От неожиданности я сделал шаг назад, почти отскочил, невольно привлекая внимание. Замер и прикрыл глаза.

- Саня, Саня, Саня ....

Как заведённый повторял Сергей.

- Заткнись.

Резко оборвал причитания. Гроб тем временем опустили в могилу и люди по очереди начали подходить прощаться и кидать горсть земли по старому обычаю. Подошёл и я. Кивнул Марине, положил цветы. И замерев на несколько мгновений, развернулся и пошёл к выходу.

- Саша! Поминки ... останься …

Кажется Серёгина мама. Нет, извините. Махнул рукой не оглядываясь. Не задумываясь свернул на боковую аллею. Не хочу. Увольте.

Далеко я не ушёл. Не знаю что остановило меня. Скорее обида за Марину и ненависть к тому ублюдку, что посчитал вправе забрать чужую жизнь. И сделать несчастными нескольких человек. Животное ... Вспомнил своё недавнее прошлое и кровь застучала в моих висках сводя с ума ... уничтожу

Через час я вернулся. Прогулка среди могил успокоила. Свежий холмик. Цветы, много цветов. Еловые лапы по традиции. Деревянный крест. Табличка с фотографией. И Серый. Что сидел на соседней могиле, грустный и тихий.

- Я знал что ты придёшь

- Кто?

- Да это не главное Саня, сам виноват. По заслугам ...

- Серый! Ты гонишь. Кто?

- Поверь, это уже не важно