Малышка для (не) фиктивного папы

Пролог

– Аня?

Всё во мне замирает, отзываясь на этот голос.

Я слышала его разным. Обольстительно мягким и наполненным любовью, задыхающимся от страсти… холодным, как лёд.

Поднимаю глаза от книги, которую взяла с собой, чтобы полистать, пока дочка спит. Ну и как он здесь оказался?

– Борис, – киваю обладателю голоса.

Моему мужу. Бывшему. Фиктивному. Любимому… Точнее, бывшему любимым когда-то. До того, как он обвинил меня во всех грехах и моментально оформил наш развод. Хотя… для него это была просто удачная сделка.

– Что ты здесь…

– Тише, будь добр, – сдвигаюсь, тянусь к коляске и покачиваю её.

Он переводит взгляд в ту сторону, и уголок губ у него дёргается в намёке на эмоцию. Неужели не заметил сразу? Хотя я специально отодвинула коляску немного за скамейку, чтобы она стояла в тени.

– Всё-таки сделала искусственное оплодотворение, как и хотела, – теперь его голос звучит тихо, но зло.

Вглядываюсь в лицо, которое, как мне когда-то казалось, я знала до последней чёрточки, и замечаю в глазах намёк на… боль? Ну что ж, справедливо. Мне тоже было больно. Только ему было наплевать.

– Можно? – Борис, помедлив, делает шаг в сторону коляски.

Вот ведь… полез бы без разрешения, и я бы быстро опустила лёгкую кружевную сетку, которая сейчас откинута. Чтобы не увидел личико моей девочки. Но спросил. В этом он весь. Ухитряется чувствовать людей, интуитивно знает, где, когда и что сказать – поэтому так успешен в своём деле. Со мной только коса на камень нашла.

Киваю, давая разрешение, и мужчина подходит ближе, чуть наклоняется, рассматривая спящую малышку. Свою дочь. От которой он отказался – отказался заранее, даже не зная о её существовании.

– Она похожа на тебя, – выпрямляется, кидает на меня быстрый взгляд.

– На отца, – говорю машинально, как привыкла отвечать на эту фразу, и тут же прикрываю рот. Ой, ду-ура…

– На… отца?! Ты что, знаешь, кто…

Его взгляд мечется между мной и ребёнком, а потом он, прищурившись, спрашивает:

– Когда она родилась?

Глава 1

– Антон, отстань, – отмахиваюсь от мужчины, торопливо идя к выходу из офиса.

– Нет уж, не торопись! – он снова преграждает мне путь, вытягивает руку, упираясь в стену возле моей головы.

– Я не буду работать с Варламовым! – делаю шаг назад и закатываю глаза.

Мы с Антоном в разводе уже два года. Самое правильное решение в моей жизни. Жаль, что мне понадобилось несколько лет – и три замерших беременности – чтобы это решение принять.

– Ты, дорогая моя, забыла, что до сих пор не отработала ещё одну сделку?

Стискиваю челюсти, силясь успокоиться. Это было условием развода. Антон был настроен потрепать мне нервы, а у меня в то время не было на это сил. Вот я и согласилась довести до ума несколько незавершённых проектов его фирмы, которые курировала как архитектор. Проблема в том, что один из клиентов слился – а в нашем с бывшим мужем договоре, к несчастью, было прописано количество сделок.

– Так вот, меня не волнует, что ты там хочешь или не хочешь! Варламов сказал, что будет работать только с тобой! А мне нужен этот контракт!

Прикусываю губу и нехотя киваю. Выбора мне всё равно никто не даст. Хотя Борис Варламов бесит меня просто невероятно. Мы с ним уже сталкивались однажды по работе, и расстались не сказать что друзьями. Зачем я ему понадобилась сейчас – вопрос вопросов.

– Вот и отлично, – Антон расплывается в довольной улыбке. – Будь паинькой! – тянет ко мне руку.

– Сдурел?! – сбрасываю с себя наглую конечность.

– Может, поужинаем вместе по старой памяти? – бывший муж ухмыляется. – У тебя же всё равно никого нет, оно и понятно, кому нужно… – замолкает, не договорив.

– А что, тебя мать отпустит ужинать со ущербной и обузой? – спрашиваю язвительно.

Ухмылка сползает с его лица, а я продолжаю:

– Неужели тебе ещё не подобрали кандидатку в очередные жёны?

– А ты ревнуешь? – выплёвывает Антон. – Да только не рассчитывай, умолять будешь – не вернусь!

– Упаси боже меня от такого счастья, – хмыкаю и, обогнув мужчину, иду к выходу.

– Свяжись с Варламовым! – раздаётся мне вслед. – И не вздумай накосячить!

Хотелось бы, да не выйдет, вздыхаю я про себя. И достаю телефон. Лучше уж сразу разобраться с неприятным делом.

– Здравствуйте, Борис Яковлевич, – говорю в трубку, когда на мой звонок отвечают. – Это Анна…

– …Климова, – раздаётся низкий голос. – Я вас узнал. Добрый день, Анна. Не ожидал, что вы позвоните сами.

– Мне передали ваше пожелание насчёт работы над проектом, – начинаю быстро.

– Пожелание? – в его голосе слышна лёгкая язвительность, и я стискиваю зубы.

Ну да, конечно, скорее уж повеление. Варламов привык к тому, что все вокруг, стоит ему пошевелить пальцем, бросаются исполнять его поручения.

– Я предлагаю договориться о встрече, – стараюсь сделать голос спокойным, – чтобы обсудить детали. Когда вам будет удобно?

– Через час, – отвечает он. – Подъезжайте в мой офис.

И отключается. Самовлюблённый гад! Ему даже в голову не приходит, что у кого-то могут быть другие планы!

Попыхтев в раздражении, решаю, что оно и к лучшему. Всё быстренько обсудим, и я сделаю ему проект в максимально сжатые сроки. Удалённо, чтобы поменьше видеть этого напыщенного индюка.

В компанию «СтройТех», принадлежащую Варламову, я приезжаю через сорок минут. Поднимаюсь в приёмную, сообщаю секретарше, кто я и зачем мне нужен её сиятельный босс. Сколько повидала таких секретарей – они словно каждого посетителя подозревают в том, что он сейчас будет занимать драгоценное время шефа, который из-за этого не успеет решить очередную задачу мирового значения.

– Анна, – Варламов не просто вызывает меня к себе, он даже выходит ко мне из кабинета!

С чего бы вдруг такая честь?

– Добрый день, Борис Яковлевич, – киваю мужчине. – У меня с собой ноутбук, если хотите, могу сразу показать вам примеры проектов, чтобы вы могли…

– Подождите немного, – он останавливает меня. – Пойдёмте пообедаем.

– Пообе… Что?! – смотрю на него растерянно.

– Пообедаем, Анна, – мне слышится лёгкая насмешка в его голосе. – Знаете, людям иногда свойственно принимать пищу.

– А я и не знала, – не удержавшись, тихо ворчу себе под нос, но он слышит.

– Не удивлён, – качает головой, глядя на меня. – По вам это как раз заметно.

Вспыхиваю под его взглядом. Ну да, я сильно похудела с тех пор, как мы виделись в последний раз. Но не думала, что это настолько заметно! Да и вообще, меня всё устраивает в моей фигуре!

– Идёмте! – Варламов уже проходит к выходу из приёмной и ждёт меня возле двери.

Под недовольным взглядом секретарши иду следом. Молчу всё время, пока мы спускаемся на первый этаж – там находится очень неплохой ресторан, который тоже принадлежит мужчине, идущему рядом со мной. Он вообще успешен во всём, за что берётся.

На входе к нам тут же подскакивает официант, моментально узнавший хозяина, без всяких вопросов проводит к отдельному, расположенному в самом удачном углу помещения столику у панорамных окон, отгороженному от остального зала.

Глава 2

– Вы серьёзно? – смотрю на него с недоверчивой улыбкой.

– Вполне, – Борис тоже улыбается, и я замечаю, как в глубине его глаз что-то вспыхивает.

Мне становится не по себе. Появляется ни на чём не основанное ощущение, что он долго готовился к этому разговору, а теперь терпение у него заканчивается. Слишком быстро заканчивается.

– Анна, прежде чем ответить отказом, подумайте как следует, – Варламов подаётся чуть вперёд. – Я знаю о вашем договоре с бывшим мужем.

Поджимаю губы. Наверняка Антон растрепал кому-то не тому…

– Так вот, у меня есть информация, которая вас заинтересует, – он снова откидывается на спинку кресла. – Ваш бывший муж планирует обратиться в суд для признания сделок недействительными из-за нарушения вами условий договора. Чтобы заставить вас и дальше работать на него.

– Но… я ничего не нарушала! – чуть не подскакиваю с места, но вовремя торможу.

– Это неважно, – Борис качает головой. – Он уже договорился с кем надо.

– Зараза! – шепчу, запуская пальцы в волосы.

Только этого мне не хватало! Мало того, что я вынуждена была работать на бывшего за значительно меньшие деньги, чем брала обычно за свои проекты. Так он ещё хочет подорвать доверие клиентов ко мне! Потому что эта история с нарушением условий договора наверняка станет известна. А репутация значит очень много!

– Я предлагаю вам решение этой проблемы взамен на вашу помощь, – продолжает Варламов. – У меня в перспективе заключение важного контракта с иностранными партнёрами, мне нужна жена. Честная, умная, образованная, понимающая толк в нашем деле.

Молчу, потому что не знаю, что сказать. Нам приносят еду, и Борис умолкает, видимо, давая мне подумать. Аппетита у меня нет совсем, поэтому вяло ковыряюсь в рыбе и запечённых овощах. Мужчина же ест быстро и, закончив, поднимается, глядя на меня.

– Анна, вы разумная женщина. Я буду ждать вашего решения, позвоните мне, – кивает и быстро уходит, словно не может больше и минуты провести здесь.

Откладываю вилку и сжимаю ледяными пальцами горячий лоб. Что же делать, чёрт побери? А может быть, он… наврал?! Может, ничего Антон и не планирует?!

Стоит мне подумать об этом, как вибрирует мобильный.

– Надеюсь, ты договорилась с Варламовым о встрече, – не здороваясь, говорит бывший. – И, кстати, тебе нужно заехать ко мне, – тон становится неприятным, почти злорадным. – У нас тут пара ошибок в твоей проектной документации обнаружилась.

По позвоночнику у меня ползёт холодок. Не наврал. И, сбросив звонок Антона, я быстро нахожу в контактах и набираю нужный номер.

– Я согласна, – выпаливаю, зажмурившись, не давая себе времени передумать.

* * *

Наша свадьба становится событием для журналистов, да и не только для них – для всей бизнес-тусовки, от которой я старательно отгораживалась все эти годы. Знала многих, работала с многими – как у действительно хорошего архитектора и ответственного специалиста, заказов у меня было немало – но общаться ни с кем близко не хотела.

Подруга – настоящая подруга – у меня одна. И она приходит на свадьбу вместе со своим теперь уже мужем Владиславом Горским и детьми, моими крестниками, которых я помогала растить первый год их жизни. Моё счастье. Единственная возможность держать на руках малышей, раз уж своих мне Бог не дал.

– Анечка, какая ты красавица! – восхищённо шепчет мне Агния.

Устав от фальшивых поздравлений, я подсаживаюсь к подруге, чтобы хоть немного расслабиться.

– Вы такая красивая пара! – Агния качает головой, хитро смотрит на меня. – А я знала, что он сразу в тебя влюбился!

Мне удаётся улыбнуться ей в ответ. Я не стала рассказывать подруге о том, что наш брак – по большому счёту сделка. Борис выполнил свою часть, отвадив от меня бывшего, который теперь в мою сторону и смотреть боиться, а я выполню свою.

– Кто знает, Анют, – тем временем продолжает она. – Мне вот всегда казалось, что твои проблемы с беременностями были связаны с твоим этим гадом бывшим! Уверена, у вас с Борисом всё получится! – поддерживающе улыбается, обнимая меня.

– Твои бы слова да Богу в уши, – обнимаю её в ответ.

Агния знает, что моя самая заветная мечта – забеременеть и родить. С другим человеком разговор на такую тему я бы даже из вежливости не поддержала. Но с подругой, которая в курсе всех моих проблем – другое дело. Не говорить ей о том, что наш с Варламовым брак договорной, я решила, чтобы она не переживала за меня. Ей ещё недавно хватало своих сложностей в жизни, но сейчас Агния любит и любима, муж с неё и детей пылинки сдувает, так пусть побудет счастливой – за нас двоих!

– Плох тот муж, от которого жена успевает сбежать ещё на свадьбе, – раздаётся за нами низкий мягкий голос, и меня обнимают крепкие руки. Борис.

Мы договорились, что на людях ведём себя, как любящая пара. Но, если честно, мне от этого очень не по себе. Потому что… за последние два месяца, которые мы провели в качестве жениха и невесты, я успела привыкнуть к нему. Обнаружила, что у него прекрасное чувство юмора. Что Борис умён и профессионал своего дела, я и так знала. И теперь больше всего боюсь влюбиться в мужа, который ясно дал мне понять, что наш брак – взаимовыгодная сделка.

Глава 3

– Что… ты о чём? – теряюсь от его напора.

– Ты… там, на этом приёме! О тебя же все встречные мужики ломают глаза! А ты ещё такое платье надела! – он почти рычит.

– Какое такое? – возмущаюсь, упираясь ладонями в его грудь. – Оно же закрытое!

– Ты не понимаешь, – Борис вдруг измученно смеётся. – Это ещё сексуальнее. В открытом всё видно сразу. А в закрытом… ты и вообразить себе не можешь, как разыгрывается фантазия, когда я представляю, как ты выглядишь… без него.

У меня пересыхает во рту. Я как-то не думала, что муж представляет меня без одежды.

– Мне казалось, что… ну, что я тебе неинтересна в этом плане, – шепчу смущённо.

– Я идиот, – шепчет в ответ Борис и сминает поцелуем мои губы.

Его руки просто везде – то поглаживают талию, спускаясь к бёдрам, то оттягивают назад волосы, заставляя подставлять шею под поцелуи, которые чем дальше – тем становятся горячее… К счастью, водитель быстро подаёт нам машину.

Мы безостановочно целуемся всю дорогу до дома. Дойти до двери Борис мне не даёт – сразу после выхода из автомобиля подхватывает на руки.

– Я не сделал этого после свадьбы, солнце моё, а должен был! – шепчет, на секунду разомкнув наши губы, и, толкнув створку, переносит меня через порог.

Позже я так и не могу вспомнить, как мы оказываемся в его спальне. Он нёс меня на руках?.. Или мы шли вместе?.. Но это и неважно – важен только этот мужчина, мой мужчина, мой муж, который своей страстью сводит меня с ума.

– Жена… моя жена… как же я мечтал об этом, солнце моё! – задыхающийся жаркий шёпот заставляет меня выгибаться, прижимаясь к нему сильнее.

Мы оба не сдерживаем стонов, дышим одним воздухом, двигаемся в одном ритме – и к финалу приходим одновременно. Борис, не отпуская меня ни на секунду, прижимает к себе, обнимает, продолжая шептать на ухо такое, от чего я краснею и смущаюсь. Мне всегда казалось, что мужчине нужно время, чтобы прийти в себя после… Но, похоже, к Борису это не относится! Потому что мне не дают и пяти минут передышки.

На следующее утро я просыпаюсь поздно, еле-еле сползаю с кровати. Уф-ф, ощущение, словно по мне каток проехал! Тело с трудом слушается, но одновременно накатывает такое чувство удовлетворения, какого я вообще не припомню.

Накинув халат, спускаюсь на кухню. И замираю на входе. У плиты стоит мой муж. В одних сползших на бёдра спортивных брюках! И… готовит что-то!

– А я уже собирался идти тебя будить, – оглядывается на меня и улыбается, явно заметив взгляд, которым я пожираю мускулистую грудь, плечи, руки.

– Что ты делаешь? – спрашиваю, подходя ближе.

– Готовлю тебе завтрак, солнышко, – ухмыляется он, и я просто таю от его слов. – Садись! Ела когда-нибудь шакшуку?

– Нет, – качаю головой.

– Надеюсь, тебе понравится, – Борис целует меня сначала в губы, заставляя прижмуриться от удовольствия, потом в макушку, ставит передо мной тарелку. – Это яйца в соусе из помидоров, острого перца и лука.

– Очень вкусно! – сообщаю, отправляя в рот первые несколько кусочков.

– Я рад, – муж улыбается мне, садясь рядом. – Какие у тебя планы на сегодня?

– А… ты не поедешь на работу? – спрашиваю с надеждой.

– Нет, – он немного хрипнет, но тут же откашливается. – Я планировал провести этот день с тобой.

– Серьёзно? – я до сих пор не верю до конца тому, что происходит.

– Конечно, солнышко, – Борис тянется вперёд, касается пальцем уголка моих губ.

– Я испачкалась? – торопливо хватаю салфетку.

– Нет, – мужчина качает головой и подаётся вперёд, словно не в силах удержаться. – Нет…

Снова целует, не давая дышать, поднимает меня, подсаживая на стол, закидывает мои руки себе на плечи, ноги – на бёдра… Как же хорошо, что мы уже доели – тарелки чуть не летят на пол, но нам так хорошо, что наплевать абсолютно на всё!

– Я от тебя с ума схожу! – стонет он мне на ухо, не прекращая гладить везде, где только дотягиваются руки.

– И я от тебя… – выдыхаю ему.

Нам настолько мало друг друга, что все ближайшие дни мы проводим вместе. То и дело отвлекаемся, я – от своих проектов, Борис – от работы. Ему ничего не стоит вырубить электричество, вытащить меня из-за стола и уволочь в спальню прямо посреди удалённой конференции с клиентом. Я потом извиняюсь и объясняю, что у нас был скачок интернета, поэтому звонок прервался так внезапно. А сама, чтобы отомстить, приезжаю к нему в офис в платье – и без белья под ним. Боря после этого случая практически умоляет, чтобы я так больше никогда не делала, потому что он свихнётся от возбуждения, представляя меня в таком виде на совещаниях.

Недели летят одна за другой, вот только реальность настигает меня в очередной раз, когда – как всегда с опозданием – начинаются ежемесячные женские дела.

– Аня, в чём дело? Солнышко, ну открой же! Что случилось?! – Борис стучит в ванную, где я сижу последние полчаса, всхлипывая.

Мы не предохранялись эти недели. Совсем не предохранялись. Но я не забеременела. Врач предупреждал меня после последней замершей беременности, что с высокой долей вероятности могут начаться проблемы и с зачатием тоже.

Глава 4

– Солнышко, что случилось?! – Боря обнимает меня, не давая вырваться. – С чего бы вдруг нам разводиться?

– Я тебе не подхожу! Я… я… – меня душат слёзы.

– Так, ну-ка иди сюда! – муж не даёт мне сделать какую-нибудь глупость, прижимает к себе крепче, садиться вместе со мной в ближайшее кресло. – А теперь спокойно и по порядку!

– Я не беременна, – всхлипываю, утыкаясь лбом ему в плечо.

– Ань, насколько мне известно, беременность не всегда наступает сразу, – осторожно говорит Борис. – И я, честно сказать, полагал, что ты предохраняешься… Прости, солнце, у меня от тебя совсем крыша уехала. Нам бы надо было с тобой обсудить этот вопрос. Я как-то пока не думал о детях. Понимаю, что рано или поздно они могут появиться, но…

– Я не смогу родить тебе ребёнка, – качаю головой.

– Почему ты так решила? – мужчина хмурится.

– У меня проблемы со здоровьем, – делаю несколько вдохов, стараясь успокоиться.

Рассказываю Борису о своих неудачных беременностях. О том, что мне говорил мой врач. Муж выслушивает меня, не перебивая, но продолжает обнимать так же крепко.

– Так, а теперь послушай меня, – говорит уверенно, когда я заканчиваю. – Во-первых, на мой взгляд, ты торопишься и паниковать рано. Во-вторых, медицина шагнула далеко вперёд, и есть разные способы завести ребёнка – в случае чего можно будет попробовать все варианты! И в-третьих, милая, я не хочу слышать от тебя о разводе, ты поняла меня?

– Я тебя люблю, – обнимаю его за талию и прижимаюсь сильнее.

Муж целует меня в макушку, но молчит. Он ещё ни разу не говорил мне, что любит меня, но я не настаиваю. Мужчинам иногда бывает сложно произнести эти слова. Скажет, когда будет готов.

– Я пока ещё не готов тебя ни с кем делить, – усмехается Борис.

И хотя меня немножко царапает эта фраза, я слишком в него влюблена, чтобы зацикливаться на деталях.

Спустя ещё несколько недель я спрашиваю у Бориса, что у него с тем зарубежным контрактом, про который он говорил, когда делал мне своё «деловое предложение». Муж в последнее время пропадает на работе, и хоть ночи – всегда наши, я по нему скучаю. Но в этот вечер он приходит раньше и довольный.

– Солнце, мы на завершающей стадии! – отвечает на мой вопрос, подхватывает меня на руки и кружит, а я вскрикиваю и смеюсь.

– Почему же ты молчал? – целую его. – Я даже спрашивать боялась!

– Сложностей было много, – честно признаёт Борис. – Да и сейчас ещё есть. Но уверен, совсем скоро подпишем документы! И поедем с тобой налаживать производство с той стороны!

– Куда поедем?! – смотрю на него удивлённо. – Надолго?

– Как куда? – муж пожимает плечами, называет страну. – Ну, на год-полтора примерно. Может, чуть больше.

– Но… – я растерянно отхожу в сторонку, сажусь на стул, – ...ты же не говорил мне… Я думала, что все вопросы ты будешь решать здесь.

– Это невозможно, солнце, ты же понимаешь, – Борис качает головой. – Да, конечно, мне придётся мотаться между двумя странами, но там нужно будет держать руку на пульсе. Здесь работа компании у меня отлажена, без моего присутствия всё может работать какое-то время. А в зарубежном филиале – пока наберём надёжных людей, пока настроим все процессы…

– Но я не планировала уезжать надолго, – смотрю на него внимательно. – А как же моя работа? Мои друзья, крестники…

– Ты моя жена, солнце, – Борис поднимает меня из кресла, прижимается губами к шее. – Работа тебе и там найдётся, хорошие архитекторы нам понадобятся. А друзья… ну, будете созваниваться, видеться время от времени. Крестники – этого я, уж извини, вообще не понимаю, они ещё маленькие, да и это же не твои дети…

Резко вырываюсь из его объятий, обхватываю себя руками и отворачиваюсь.

– Прости, солнце, я сказал, не подумав, – муж осторожно обнимает меня за плечи. – Извини, правда. Но ведь мы же с тобой семья. И мы будем вместе!

– Да, конечно, – улыбаюсь через силу.

– Иди сюда! Я соскучился! – Борис снова поворачивает меня к себе, тянет вниз тонкие лямки майки, и я поддаюсь его страсти.

Вот только ночью, пока муж спит, лежу без сна, думая и сомневаясь. Я уже один раз обожглась. А уехав вместе с Борей, я стану полностью от него зависима – в чужой стране, без друзей и семьи, работа у мужа... Ни к чему хорошему это не приведёт.

Мы ещё так мало знаем друг друга. Только недавно наш брак, который изначально был вообще-то договорным, стал настоящим… Не в силах заснуть, накидываю халат и спускаюсь вниз, на кухню. Готовлю себе травяной отвар и медленно, по глоточку, пью ароматный напиток. Задумываюсь, что бы сказала мне мама?

Мои родители погибли в автокатастрофе несколько лет назад. И я стараюсь не вспоминать их слишком часто – их гибель стала для меня настолько внезапной, что боль так и не улеглась, до сих пор слёзы наворачиваются на глаза, стоит мне посмотреть на старые фотографии. Но сейчас, словно наяву, вижу улыбающееся мамино лицо и слышу её слова:

– Главное, не обманывай сама себя, доченька! Если в чём-то сомневаешься, задай себе прямой вопрос – и дай на него честный ответ, а уж потом думай, как поступать.

Глава 5

– Альберт? – теряюсь, а потом вспоминаю того мужчину, от которого на приёме меня увёл муж. – Ах, да, здравствуйте, Альберт, прошу прощения, я не сразу вас узнала.

– Ничего, значит, богатым буду, – усмехается мой собеседник. – Я тоже прошу прощения, что звоню вам вот так, напрямую, но мне вас рекомендовали как прекрасного архитектора.

Мужчина называет фамилию моих недавних клиентов, которым я выполняла сложный индивидуальный проект дома.

– Я могу вам чем-то помочь? – уточняю у него, параллельно ища свой ежедневник, чтобы посмотреть уровень занятости.

С тех пор как наши отношения с Борисом перешли на новый уровень, я перестала хвататься за все заказы подряд, освобождая время для мужа. Но, судя по всему, Альберт – не простой клиент. Если учесть, что он был на том приёме… В моём деле частные рекомендации имеют большой вес.

– Да, вы знаете, я хотел бы заказать вам дизайн-проект дома.

– Я архитектор, не дизайнер, – уточняю специально. – Разумеется, у меня есть нужные знания, но обычно я работаю с дизайнером в связке.

– Понимаю, – Альберт реагирует спокойно. – Может быть, мы встретимся лично и обсудим детали подробнее?

– Конечно, как насчёт… – быстро перелистываю пару страниц, проверяя график, – будущей недели? Скажем, во вторник днём?

– Отлично, мне подходит, – по голосу слышу, что потенциальный клиент доволен. – До встречи, Анна, я буду ждать с нетерпением!

Вежливо попрощавшись, заканчиваю разговор. Что-то меня настораживает, но не пойму, что именно. И, наверное, из-за этого чувства – а ещё потому, что Борис в тот раз приревновал меня к Альберту – я решаю пока не говорить мужу о звонке.

Хотя он меня и не спрашивает. Всё время у него сейчас занято его собственной работой.

С Альбертом мы встречаемся, как и договорились. Мужчина объясняет мне свою идею, и, честно сказать, я ей загораюсь – такого рода проекты мне делать ещё не приходилось. Мы в подробностях обсуждаем техническое задание, и я погружаюсь в поиск подходящих фактур, форм и конструкций. Настоящий вызов моему профессионализму – а заодно и фантазии.

Параллельно решаю по совету врача пройти очередной курс профилактического лечения. Борис, которому говорю об этом, только отмахивается, говоря, что я могу делать всё, что мне необходимо. Его сделка затягивается, и муж всё время слегка на взводе.

Единственная, с кем я могу отвести душу – это Агния, которая теперь с детьми, моими крестниками, переехала к своему будущему мужу.

– Анют, ну что тут поделаешь, если у них бизнес на первом месте, – подруга, к которой я приехала в очередной раз, наливает мне чай.

Двойняшек она уложила на дневной сон, и у нас есть время поболтать.

– Что-то я не заметила, чтобы у Влада был на первом месте бизнес, – улыбаюсь, говоря про её жениха, отца её детей, и подруга краснеет и смущается.

– Ну у нас просто ситуация немножко другая, – пожимает плечами, задумчиво улыбается.

Отвожу взгляд. Я безумно рада за подругу, но мне так не хватает малышей.

– Анечка, всё наладится, – Агния как всегда чутко понимает моё настроение. – Вот увидишь. Подпишет Борис этот контракт, вы выдохнете, съездите куда-нибудь в отпуск, глядишь, оттуда вернётесь уже не вдвоём, а втроём, – подмигивает мне. – Как твоё лечение?

– Врач доволен результатами, – пожимаю плечами. – Последние анализы, сказал, в абсолютной норме. Порекомендовал теперь пропить противозачаточные пару месяцев, а потом отменить – и на фоне отмены вероятность беременности будет выше всего.

– Ну вот! – Агния довольно кивает. – Уверена, всё получится!

– Как-то Борис не высказал особого энтузиазма в тот раз, когда мы говорили о детях… – признаюсь наконец в своём самом большом страхе.

– Ань, вы ведь женаты, он сам тебе говорил, что если понадобится, то испробуете все способы, помнишь, ты мне рассказывала, – подруга качает головой. – Просто такой период у вас сейчас.

– Ты права! – киваю решительно. – В любом случае, нет смысла бояться того, что ещё не произошло.

Агния улыбается мне, и мы переводим разговор на другую тему. Потом просыпаются дети, становится не до того, а к вечеру, когда уже приезжает Горский, муж подруги, я собираюсь домой.

Борис написал, что задерживается, поэтому не тороплюсь – решаю немного прогуляться, отпускаю такси у въезда в посёлок и медленно иду к дому пешком. Но не дойдя совсем немного, слышу в кустах какой-то жалобный скулёж.

Глава 6

Останавливаюсь и верчу головой. Откуда это? Прислушиваюсь, и снова до меня доносится тихое поскуливание. Лезу в заросли кустарника возле дороги и после нескольких минут поиска обнаруживаю… щенка!

Мохнатый комок с влажными грустными глазами и свалявшейся шерстью скулит и облизывает мне пальцы.

– Ну и откуда ты тут такой взялся? – спрашиваю его растерянно, будто он может ответить. – И что мне с тобой делать? Не бросать же тебя…

Осторожно вытаскиваю малыша, беру на руки. Футболку, конечно, после этого можно будет выкинуть, ну и чёрт с ней.

– Для начала нужно тебя отмыть, – сообщаю дрожащему, прижимающемуся ко мне щенку. – А потом посмотрим!

Хорошо, что до дома буквально несколько шагов. Неясно только, откуда в закрытом посёлке взялась собака. Может, сбежал от кого-то из соседей?

Зайдя в дом, ставлю щенка на пол, и он тут же ложится, словно боится двигаться с места. Покачав головой, решаю позвонить охране посёлка, но выясняется, что о пропаже собаки никто не заявлял. Ну что ж… Снова беру лохматика и несу его в ванную. Выясняю в интернете, что взрослым шампунем собак мыть нельзя, зато можно детским. Вздохнув, достаю дорогущее гипоаллергенное средство, которое покупала двойняшкам, но в последний раз забыла им отвезти.

После часа в ванной и почти половины бутылки шампуня выясняется, что шёрстка у щенка удивительного тёмно-золотистого цвета, и вообще он самый настоящий красавчик.

Вожусь с ним до самого вечера. Сложно сказать почему, но я словно сразу прикипела к нему всей душой. Малыш ещё нервничает немного, но уже значительно меньше, и почти засыпает у меня под боком на диване, когда хлопает входная дверь.

– Боря? – зову мужа негромко.

– Почему моя жена меня не встречает? – шутит Борис, заходя в комнату, но тут же останавливается, увидев рядом со мной собаку. – А это ещё что такое? Откуда оно взялось?

– Это не оно, это он, – говорю укоризненно. – я нашла его в кустах возле дома.

– Ну так там бы и оставила, – морщится муж. – Зачем ты его притащила?

– Ты серьёзно? – смотрю на него сначала растерянно, а потом во мне поднимается злость. – Борис, как ты можешь так говорить?

– Прости, солнце, но мне сейчас только собаки не хватает, – мужчина устало качает головой. – Он наверняка чей-то. Нужно позвонить охране…

– Я уже звонила, – поджимаю губы. – Ни у кого из соседей собака не терялась.

– А ты подумала, что нам некуда будет его деть, когда мы уедем? – Борис начинает раздражаться.

Прикусываю губу. Мы так и не говорили больше о переезде. И чем дальше, тем чётче я осознаю: мне совершенно не хочется никуда уезжать. Но и мужа оставлять не хочется тоже…

Борис воспринимает моё замешательство по-своему.

– Я понимаю, ты не подумала, – кивает мне, подходит, целует в висок. – Ничего, время ещё есть. Можно узнать насчёт приютов для животных.

Во мне изнутри поднимается протест, но я пока молчу.

– Я разберусь, Борь, – говорю наконец, вот только имею в виду совсем не то, что он говорил.

– Ну и хорошо, – он сдерживает зевок. – Солнце, я дико устал. Пойду лягу. Ты идёшь?

– Да, сейчас, пару минут, – киваю, улыбаюсь машинально.

Почему у меня такое ощущение, что всё в нашей жизни идёт наперекосяк? Словно ещё шаг – и я улечу куда-то в пропасть, выбраться откуда не получится.

Поглаживаю мягкие ушки уснувшего щенка и думаю, думаю, думаю… Что же мне делать?

С утра просыпаюсь поздно. Мужа уже опять нет. Спускаюсь, зевая, вниз на кухню.

– Анна Викторовна, доброе утро, – приветствует меня домработница и экономка в одном лице, Клавдия Петровна.

– Доброе утро, а где щенок? – спрашиваю у неё. – Он вчера засыпал здесь, в гостиной.

Женщина поджимает губы. Она работает у Бориса уже очень давно. Первый месяц после нашей свадьбы её не было – уезжала к дочери в отпуск, но потом вернулась. И мы с ней как-то до сих пор так и не сошлись. Может быть, так оно и должно быть, что работающий на тебя человек держит дистанцию, но… Клавдия Петровна делает это как-то уж слишком демонстративно. Хотя никакого неуважения или намёков себе не позволяет.

– Собаке в доме делать нечего, – говорит хмуро. – Он на веранде.

Не удержавшись, смотрю на неё сердито и иду к щенку. Что они, сговорились все?! Забираю малыша с собой и под неодобрительным взглядом женщины завтракаю на кухне. Вернее, пытаюсь – кусок в горло не лезет.

– Я на работу, – сообщаю наконец и встаю из-за стола.

У меня сегодня назначена встреча с Альбертом. Щенка придётся взять с собой, просто страшно его оставлять – кто знает, что взбредёт в голову Клавдии. Звоню клиенту и объясняю ему ситуацию. Я обычно приезжала к Альберту в офис, но не могу же без предупреждения заявиться туда с собакой. И оставлять его в машине тоже неправильно – кто знает, как животное отреагирует.

– Ничего страшного, Анна, – спокойно говорит Альберт. – Можно и в офис приехать, ваш щенок, думаю, не помешает, но я предлагаю встретиться и пройтись немного, тем более что погода отличная. Кое-какие детали можно и на планшете посмотреть, не проблема.

Глава 7

На лице мужа ледяное выражение, и я невольно чувствую себя виноватой – хотя вообще-то ничего плохого не делала.

– Аня, ты не отвечала на звонки, – голос тоже как замороженный.

Мне хочется сказать, что вообще-то он мне уже давно не звонит в середине дня из-за своей постоянной занятости, но сдерживаюсь, не желая обострять и без того накалённую обстановку.

– Я всегда выключаю звук на время встречи с клиентом, – пожимаю плечами.

Борис переводит взгляд на Альберта.

– С клиентом, вот как?

– Здравствуй, Борис, – Альберт безукоризненно вежлив и спокоен, слегка улыбается. – Анна согласилась взяться за индивидуальный проект моего дома, и я ей очень признателен, – кивает мне с благодарностью. – Приятно работать с профессионалом.

– Спасибо, – немного нервно улыбаюсь. – Я внесу все правки, которые мы сегодня обсудили, в течение нескольких дней, и отправлю вам.

– Буду ждать, – Альберт кивает нам обоим и, попрощавшись, уходит.

Мы с Борисом остаёмся, можно сказать, наедине. Но по бульвару всё равно гуляют люди, и я вижу, что муж сдерживается, хоть и с трудом.

– Почему ты не сказала? – на его челюстях ходят желваки.

– Борис, а ты не обратил внимания? – спрашиваю у него устало, у меня как-то разом кончились силы. – Последние несколько недель тебя вообще не интересует, где я, что я делаю, с кем работаю… Тебе нужно только, чтобы я встречала тебя дома, как положено идеальной супруге.

– Ты и есть моя жена, – слышу уже в который раз.

– Я об этом помню, – киваю, стараясь сохранить спокойствие, – а вот ты, похоже, забыл, что ты мой муж.

– Чего ты от меня хочешь?! – он на взводе делает несколько шагов в одну, в другую сторону, запускает руку в волосы. – Ты прекрасно знаешь, что у меня сейчас тяжёлый период на работе! Неужели нельзя потерпеть до нашего отъезда?!

– Я не хочу никуда ехать, Борис, – решаюсь наконец сказать и смотрю на него прямо. – Ты не спросил. Не дал выбора. Ты просто поставил меня перед фактом, не подумав, что вся моя жизнь – здесь.

Мужчина тяжело дышит, глядя на меня в упор, но я не отступаю, не отвожу взгляда. Либо мы научимся слышать друг друга, либо наш брак обречён. На одной страсти долго не протянешь, а я даже не уверена, любит ли он меня – он же ни разу так и не сказал.

– А что касается тяжёлого периода, – качаю головой, – можно подумать, переезд решит проблемы. Там их будет столько же, сколько и здесь, да ещё новые добавятся.

– Позволь тебе напомнить, что, когда я предлагал тебе брак, у нас с тобой была определённая договорённость, – Борис цедит сквозь зубы, но не злость в его голосе заставляет меня съёжиться, а его слова.

Я полагала, что последние месяцы всё изменили. Что между нами уже не договорённость, а… что? Не знаю. Чувства… с моей стороны. А с его? Одно только физическое влечение?

Закусываю щёку изнутри, стараясь не показать свою боль. Но мужчина всё-таки замечает и, словно опомнившись, подходит ко мне.

– Солнце… я не должен был так говорить, – обхватывает меня за плечи, притягивает к себе. – Серьёзно, я просто… взбеленился, когда увидел тебя рядом с этим хлыщом. И у нас опять очередные проблемы с контрактом, такое впечатление, что кто-то… – он тормозит, обрывает сам себя на середине слова. – Ладно, ты тут ни при чём. Давай всё обсудим, солнце, хорошо? Сегодня вечером! Поужинаем вместе, только ты и я! Обещаю, я прислушаюсь к твоим аргументам, договорились?

– Хорошо, – неуверенно улыбаюсь, немного выдохнув.

Всё-таки он готов идти на диалог. Мне даже становится неловко – может, и правда я перегнула палку? Увидела то, чего нет?

– А он что тут делает? – Борис только сейчас замечает подбежавшего Декстера, который всё это время копошился в отдалении на траве – я купила длинный поводок-рулетку, и щенок мог отходить довольно далеко.

– Не могла же я собаку дома оставить, – пожимаю плечами, хмурюсь, – Клавдия его на веранду выставила, едва пришла!

– Ну ладно, не забудь выяснить насчёт приюта, – муж качает головой, легко меня целует. – Так, солнце, мне пора, обещаю сегодня не задерживаться, буду ждать нашего ужина.

– Хорошо, – киваю ему, смотрю вслед мужчине, который, махнув мне рукой, уходит в сторону автомобильной стоянки.

Только спустя минуту меня осеняет: а как Борис вообще меня нашёл? Ведь не просто же так мы случайно столкнулись здесь, хотя офис у него в другом месте? Ладно, спрошу вечером.

Приезжаю домой вместе с Декстером, мою ему лапы, кормлю. Надо будет отвезти его ветеринару в ближайшее время! Правда, мне тут же вспоминается недовольное выражение на лице мужа, когда он смотрит на собаку. Но решаю, что и это мы можем обсудить за ужином.

Вот только Борис, вопреки своему обещанию, опаздывает.

Глава 8

Борис

В последние несколько недель всё идёт наперекосяк настолько, что я постоянно на взводе. И неожиданная встреча с женой, гуляющей – прогуливающейся! – с человеком, который мне крайне неприятен, становится просто вишенкой на торте.

Чёртов Альберт, поняв, что не может выйти на меня напрямую, решил действовать через Аню? Понимаю, что жена тут скорее всего ни при чём, но это не помогает – я уже давно понял, что ревную её ко всем без исключения представителям мужского пола.

А ведь как всё спокойно начиналось. Когда я случайно познакомился с ней несколько лет назад, она была замужем. Бывший у неё – слизняк без чести и совести, да ещё и маменькин сынок. Но не в моих правилах было увлекаться чужими женщинами. Поэтому постарался побыстрее выкинуть её из головы, заменил другими, хотя нет-нет да и вспоминал иногда.

А потом проект, который, как оказалось, делала она, хотя я был уверен, что его выполняет мой сотрудник. Идиот просто сделал ей заказ, понадеявшись, что я не узнаю, и выдал её работу за свою. Разумеется, его я сразу уволил, а об Ане навёл справки. И узнал, что она давно в разводе.

У меня словно спусковой крючок в голове сработал. Захотелось её себе – сразу и насовсем! Я не собирался её принуждать. В конце концов, любую женщину можно расположить – схемы отработаны: цветы, рестораны-свидания, подарки, постель… Но тут очень удачно выяснилось, что бывший готовит ей подставу.

Идея о фиктивном браке пришла в голову моментально. Убивал сразу двух зайцев – приобретал женатый статус, действительно необходимый к тому времени, плюс женщина, которую хотел, всё время была рядом со мной. Вот только что-то в моих расчётах пошло не так.

Во-первых, она не настаивала на внимании, деньгах и вообще всём том, чего обычно хотели от меня женщины. Во-вторых, спокойно реагировала на мои просьбы, которые – я это и сам сознавал – больше были похожи на требования: пойти со мной туда, куда нужно, пообщаться с партнёрами и их жёнами, проверить и исправить проект, который чуть не запорол очередной недавно принятый на работу сотрудник компании…

В-третьих, она работала сама! Не ходила по салонам красоты, не спускала деньги на фирменные тряпки, хотя я ни в чём её не ограничивал… Набрала заказов и как приклеенная сидела за ноутбуком или водила стилусом по планшету. И, честно сказать, я в первый раз в жизни растерялся.

Аня не подпадала под привычные схемы. Выбивалась из строя одинаковых женщин, которых я привык видеть на приёмах, да и не только там, в качестве жён и спутниц партнёров и конкурентов. И было совершенно непонятно, что мне с этим делать.

А потом пришла ревность.

Наверное, это было удачей. Ведь оказалось, что жена любит меня – во всяком случае, так она говорила. Признавалась в постели, сходя с ума под моими ласками и сводя с ума меня. Стоило бы жениться на ней только ради нашего крышесносного секса. Ни с кем до неё такого чувства удовлетворения у меня не было. Всегда оставалась какая-то… механичность, что ли. Хоть я этого и не осознавал – до Ани.

Как раз когда семейная жизнь стала налаживаться, на работе всё пошло вразнос. Международный контракт, заключение которого многое решало, откладывался, проблемы нарастали как снежный ком. Отношения с женой были для меня отдушиной – Аня обеспечивала тот «тыл», которого мне не хватало. Поэтому момент с её расстройством из-за предполагаемого ребёнка стал неприятной неожиданностью.

Детей я в ближайшее время не планировал. А тут выяснилось, что это чуть ли не единственная мечта моей супруги. Промелькнула даже постыдная мыслишка, что её невозможность зачать – в определённой степени удача сейчас. Пусть лучше так. Сначала разберёмся с делами, а через несколько лет можно будет и о ребёнке подумать. Медицина далеко шагнула в этом смысле.

Вот только разобраться не получалось. Активизировались конкуренты, причём стало понятно, что кто-то сливает им информацию. Не слишком важную, но этот слив тормозил все процессы.

В центр я приехал как раз для того, чтобы встретиться со специалистом и получить отчёт – может, ему удалось что-то выяснить. Пришлось нанять профессионала со стороны, чтобы не впутывать своих и попытаться найти крысу.

И тут… грёбаный Альберт! Вот вроде не прямой конкурент, но бесит меня не по-детски. И моя жена с этой псиной, которую она умудрилась где-то подобрать! Да ещё и сообщающая, что, оказывается, не хочет ехать со мной в поездку, которую я запланировал уже давно – и предупреждал о ней! Что за блажь ей в голову взбрела?!

Мне всё же удаётся взять себя в руки. Обещаю Ане, что мы обязательно поговорим, ещё не зная, что спустя несколько часов всё окончательно полетит к чёрту.

– Борис Яковлевич, у меня есть подозрения, что проблемы связаны с вашей женой, – осторожно сообщает мне глава детективного агентства, который лично выполнял мой заказ.

– Какого?... – от злости в глазах темнеет. – Что ещё за подозрения?! Мне доказательства нужны, а не подозрения! За что я вам деньги плачу?!

Мужчина спокойно реагирует на моё рычание.

– Дело в том, что последние несколько недель ваша жена плотно общается с Альбертом Выготским. Она несколько раз приезжала к нему в офис с ноутбуком…

– Она выполняет его заказ, – резко опускаю ладонь на стол. – Он заказал ей индивидуальный проект дома!

Глава 9

Борис

– Это чушь, – говорю хрипло. – Это абсолютная ерунда! Она не могла…

– Борис Яковлевич, я не настаиваю на том, что мои выводы – единственно верное объяснение, – детектив пододвигает ко мне все бумаги и то, что собрал. – Вы можете изучить информацию. Можете подумать. Поговорить с женой. Иногда всё действительно совсем не так, как кажется. Мы видим одну картину на основе собранных нами доказательств, но никто не может быть уверен, что это все доказательства, какие есть.

– Я понял, – киваю, резко встаю из-за стола, забираю всё, что он мне отдал.

Не верю, что это может быть правдой. Даже если допустить, что Аня притворялась… В груди вдруг становится больно. Если допустить, что её слова о любви ко мне были враньём…

Не то чтобы я и правда считал, что существует какая-то там особенная любовь. Всё это по большому счёту реклама и прочая чушь, просто веками сложившиеся традиции использовать это слово. Есть страсть, привязанность, взаимное уважение, ну, дружеские чувства. Но любовь там, или не любовь – зато я хорошо знаю, что такое предательство.

Еду к себе в офис и внимательно, строчку за строчкой, изучаю все документы, которые для меня подготовил детектив. Прямых доказательств участия Ани во всём этом бардаке действительно нет. Только косвенные. Ну и только сейчас я начинаю задумываться… Может быть, всё это её невинное поведение, отсутствие всякого рода требований – может быть, всё это было как раз для того, чтобы усыпить мою бдительность?

Дьявол! Так можно додуматься до чего угодно! Проверяю время и спохватываюсь – я ведь обещал жене, что буду сегодня вовремя! А сам уже два лишних часа торчу на работе.

Так и не решив, стоит ли рассказывать Ане и пытаться выяснить у неё, как она может быть связана с происходящим, приезжаю домой.

– Борис Яковлевич, добрый вечер, – меня встречает стоящая в дверях домработница.

– Добрый, – киваю ей.

Клавдия работает у меня настолько давно, что я привык её не замечать. Сейчас она, видимо, уже собирается уходить, поэтому мы с ней здесь и столкнулись.

– Борис Яковлевич… – женщина мнётся, и я торможу, оборачиваюсь к ней.

– Что такое?

– Вы же меня знаете, Борис Яковлевич, я никогда нос в ваши дела не совала, – извиняющимся тоном начинает Клавдия. – Вы простите меня, если я сейчас…

– Да в чём дело? – хмурюсь раздражённо, перебивая её.

Надоели мне все эти реверансы!

– Я просто вам отдать хотела, – негромко говорит она, протягивая какую-то пластиковую папку обычного формата без опознавательных знаков. – Порядок наводила сегодня и случайно нашла.

Забираю документы из её рук и смотрю на них, словно это ядовитая змея. Изнутри поднимается противное чувство. Почему-то я уверен, что это не просто забытый договор или чеки из магазинов. Открываю.

Ничего не могу понять. Это, похоже… результаты анализов, что ли? Какие-то чёрно-белые медицинские снимки, заключения, анкеты… Анкеты?

Сжимаю бумагу так, что она чуть не рвётся. Это… анкеты доноров. Для искусственного оплодотворения. И с первой же фотографии на меня смотрит смазливая физиономия Альберта.

Аня

– Боря? – услышав хлопок входной двери, поднимаюсь с дивана, на котором сидела в обнимку с заснувшим Декстером.

Времени уже девять вечера. Я сама чуть не заснула, пока ждала мужа.

– Ты говорил, что приедешь пораньше, – не могу сдержать упрёка в голосе, когда мужчина заходит в гостиную.

Приглядываюсь и понимаю, что произошло что-то… ужасное…

– Боря?! Что случилось?! – подбегаю к нему, но он делает шаг в сторону, не позволяя себя коснуться.

– Ну здравствуй, дорогая супруга, – голос сочится ядом. – Мы вроде с тобой собирались поговорить. Поговорим?

Отхожу назад и опускаюсь на диван, с которого только что встала. Щенок спрыгивает вниз и заползает в какой-то угол. Мне становится почти страшно – таким я Бориса никогда не видела… А он разъярённо меряет шагами гостиную.

– Ты можешь объяснить, что произошло? – спрашиваю наконец тихо.

– Это ты мне объясни!

Передо мной на стол летит папка, веером рассыпаются бумаги. Замечаю знакомые врачебные заключения и старые снимки УЗИ – это мои, я их так долго читала и рассматривала, что выучила почти наизусть. А вот это непонятно что. Какие-то анкеты, к каждой прикреплена детская фотография… Одна даже взрослая есть. Поднимаю снимок и тут же отбрасываю, узнав человека на фото. Альберт.

– Борь, я не понимаю… – смотрю на мужа испуганно. – Что это?

– Это? – он зло хмыкает. – Не изображай из себя святую невинность! Тебе лучше знать, ты же подбирала анкеты на роль донора!

– Но… – я действительно растеряна.

– Решили сначала сорвать мне сделку, а потом сделать ребёнка? – ядовито интересуется Борис. – Или ты планировала выдать его ребёнка за моего?

Глава 10

– Я ухожу, Борис, – говорю, превозмогая боль в груди, заставляя себя не показывать, как мне плохо.

– Что значит уходишь?!

– Ухожу и подаю на развод, – иду к лестнице, поднимаюсь на второй этаж, мужчина идёт за мной следом.

– Так, значит? Добилась своего – и теперь можно не терпеть фиктивного мужа? – язвительность в его голосе зашкаливает.

– Наш брак был ошибкой, – разворачиваюсь к нему лицом. – Я сразу могла бы это понять. Не может выйти ничего хорошего из таких сделок. Ты воспользовался тем, что у меня по сути не было выбора, а я... я поверила.

– Во что ты поверила? – он презрительно прищуривается.

– В нас поверила, – выдыхаю, не в силах больше держать лицо, а муж скептически хмыкает. – Дай мне час. Я соберу вещи.

– Поедешь к нему, да?! – Борис, моментально вскипев, подлетает ко мне, хватает за плечо, встряхивает. – К нему?!

– А тебе не всё равно? – морщусь.

Глаза в глаза. Не опускаю взгляда. Нет, я не буду унижаться перед ним. Не буду умолять, не буду оправдываться. Стоит только начать – и я разрыдаюсь. Не хочу быть жалкой в его глазах.

– Ты права, – он отпускает меня, отходит назад. – Уже всё равно.

Теперь на его лице холодная, ничего не выражающая маска. Таким я его видела до брака. И думала, что никогда больше не увижу. Ошиблась. Во всём ошиблась. Как же больно...

Меньше чем через час я, собрав сумку и чемодан, с которыми и приехала сюда, оглядываю спальню. Я так и не стала здесь настоящей хозяйкой. Ну а теперь пора и честь знать. Спускаюсь вниз, вызываю такси в приложении. Подумав секунду, прохожу в гостиную, собираю рассыпанные по столу документы, отделяя анкеты – порву и выброшу в ближайший мусорный бак, нечего им здесь делать. Оставляю в центре стола ключи.

– Декстер? – зову щенка, наклоняясь и оглядывая углы. – Декстер, где ты? Идём, милый!

Пёсик в конце концов вылезает из-за кресла. Торопливо пристёгиваю ему поводок к ошейнику. Слышу из кухни-столовой какие-то звуки.

– Пойдём скорее! – прошу щенка шёпотом, тяну за собой, мы выскакиваем из дома, и до меня через закрывающуюся дверь доносится ужасающий грохот – словно разбилось одновременно много стекла.

Втягиваю голову плечи и вместе с Декстером выношусь за ворота. Такси очень удачно уже выворачивает из-за угла, водитель помогает мне закинуть вещи в багажник, и я со щенком в обнимку плюхаюсь на сиденье.

Приезжаю в свою пустую квартирку, где последние два года жила вместе с подругой и её детьми. Без двойняшек ужасно пусто. Хорошо хоть, я теперь с собакой… Декстер не позволяет мне погрузиться в отчаяние до конца, поскуливает, лижет руки, и я наконец разражаюсь слезами, утыкаясь в его шёрстку, а потом и засыпаю с ним в обнимку прямо на кровати.

* * *

– Анечка, я ничего не понимаю, – подруга смотрит на меня растерянно, почти испуганно.

– Я тоже, – вздыхаю.

Естественно, через пару дней, когда наревелась всласть и привела себя в относительный порядок, я приезжаю к Горским.

– Почему ты не поговорила с ним? – требовательно спрашивает меня Агния. – Такие обвинения! Ты должна была ему сказать…

– Агнюш, я просто не смогла, – устало качаю головой. – Не смогла и всё тут.

– Ань, может быть, всё-таки… – осторожно начинает подруга.

– Нет, не может быть, – опускаю глаза. – Я подала заявление о разводе. Теперь это можно сделать удалённо, через госуслуги, представляешь, – хмыкаю с грустной иронией. – И Борис его уже подписал. У нас нет взаимных претензий, никто не претендует ни на чьё имущество… И детей нет, – выдыхаю хрипло.

– Вот же козёл! – возмущается Агния. – Ну и хрен с ним! Он сам не понимает, какую женщину потерял!

– Да плевать ему, – вздыхаю. – Наш брак был фиктивным.

– Что-о? – подруга смотрит на меня круглыми глазами.

Киваю и наконец рассказываю Агнии правду – всю историю с самого начала.

– Ах он ….!

– Агния! – ахаю, первый раз слышу, чтобы она материлась.

– Прости, – подруга слегка краснеет. – Но я от своих слов не отступлю!

– И не надо! – фыркаю внезапно.

– Вот и молодец! – подружка улыбается. – Он тебя недостоин! – припечатывает уверенно и встаёт.

Откидываюсь на стену и с улыбкой смотрю, как она лезет в духовку, проверяя какой-то свой очередной кулинарный шедевр. Пусть мне больно, и эта боль не пройдёт сразу, но я справлюсь.

– Анют, я тут такую рыбку приготовила – закачаешься! – подруга достаёт противень с завёрнутой в фольгу рыбой. – Тебе поесть надо! Помнишь, когда я родила и двойняшкам несколько месяцев было, ты мне говорила, что меня ветром сносить будет? Вот с тобой теперь такая же фигня! Сейчас я тебе побольше кусочек положу!

Я не успеваю согласиться. Агния разворачивает фольгу, и мне в нос бьёт рыбный запах. Ничего не успев сообразить, подскакиваю с места и несусь в туалет. Господи, неужели отравилась чем-то? Или ещё хуже – вирус какой-нибудь?! Не дай Бог Марка с Марусей заражу!

Глава 11

– Да нет, – растерянно, неверяще смотрю на подругу. – Да ну нет, не может этого…

– Ань, мы с тобой сидели и разговаривали, ты прекрасно себя чувствовала, а стоило тебе унюхать рыбу, как ты рванула в туалет, – Агния скептически качает головой. – Уж это-то я не понимаю, это ж не высшая математика. Меня точно так же от запахов тошнило на раннем сроке.

– Но при прошлых беременностях тошноты не было, – всё ещё боюсь поверить, что это правда.

– Так это же прекрасно! – подруга радостно улыбается. – Значит, в этот раз всё по-другому! Ребёнок закрепился и начал развиваться! Начал менять твой организм! Ну что, дать тебе тест? Или хочешь сделать потом?

– Откуда у тебя тест-то взялся? – непроизвольно обхватываю руками живот.

– Да у меня тут задержка тоже случилась, я перепугалась, аж пять штук купила, – Агния хмыкает немного смущённо. – Мы пока с Владом не планировали ещё детей, хочется, чтобы двойняшки подросли немного. Ну?

– Давай! – решаюсь и киваю.

Через пять минут трясущимися руками переворачиваю тест, который положила на раковину окошком вниз.

– Ну что?! – Агния ждёт меня на выходе.

Чувствую, как дрожат губы, и расплываюсь в улыбке. У подруги проясняется лицо, она тоже улыбается.

– Да? – спрашивает почему-то шёпотом.

Киваю, не в силах говорить, и меня тут же сжимают в объятиях.

– Господи, Анечка, как я за тебя рада!!!

Мы с подругой всхлипываем вместе.

– Осторожно, не дави так, а то ещё рожу раньше времени, – качаю головой.

– Ты родишь вовремя! – Агния отпускает меня. – Ты родишь так, как надо, и всё у тебя будет в порядке! И не нужен тебе никакой придурок-муж для этого, у тебя мы есть!

– Спасибо, – вытираю навернувшиеся слёзы.

– Да за что спасибо-то?! Это же я тебе стольким обязана! – подруга приобнимает меня за талию. – Пойдём, будем опытным путём выяснять, что тебе хочется сейчас поесть!

С улыбкой подчиняюсь. Нужно пойти к врачу, встать на учёт… И молчать на тему беременности! Агния знает – а больше никому знать не нужно!

* * *

– Так, Климова, всё, срок подошёл и прошёл, – акушер-гинеколог в роддоме смотрит мою карту. – А у вас тенденция к переносу, незрелость родовых путей и ни одного признака родовой деятельности несмотря на стимуляцию последние несколько дней. Готовим на завтра плановое кесарево, – отдаёт распоряжение медсестре.

– Может, не надо всё-таки резать? – спрашиваю робко. – Может, подождём ещё денёчек?

– Да некуда уже ждать, Климова, некуда, – строго грозит мне пальцем врач. – И не расстраивайтесь и не злитесь на нас – у вас все предпосылки к операции, дальше задержка может привести ко всяким неприятным ситуациям, причём не только для вас, но и для ребёнка.

Вздыхаю и нежно поглаживаю свой огромный живот. Беременность протекала легко. Тошнота закончилась, продлившись положенные – как по учебнику – сроки. Все анализы были в норме, я прекрасно себя чувствовала – правда, и к врачу бегала постоянно, боясь, как бы чего не случилось. Ну и, конечно, легла в роддом заранее, это было единственно возможное условие, если учесть три моих предыдущих неудачных попытки.

И вот уже сорок первая неделя подходит к концу, а моя малышка не торопится появляться на свет. Своему врачу я доверяю, иначе не выбрала бы его – он отличный, очень опытный специалист. Ну что ж, значит, будет кесарево.

На следующее утро мне делают анестезию и транспортируют в операционную. Я в сознании, слышу тихо переговаривающихся врачей, но жду – отчаянно жду только одного: голоса своей дочки! И когда, наконец, слышу его, то слёзы непроизвольно начинают катиться из глаз.

– Где она? Покажите мне её!

– Вот она, вот, – дочку кладут мне на грудь, и я плачу теперь уже навзрыд, целуя мокрую темноволосую головку. – Так, мамочка, успокаиваемся, ребёнка отдаём, сейчас его неонатолог обработает и осмотрит, потом снова получите!

С неохотой позволяю акушерке забрать мою малышку. Катеньку. Катюшу. Я уже давно решила, как её назову.

Кесарево неосложнённое, поэтому после нескольких часов под наблюдением меня переводят в обычную палату и привозят дочку в прозрачной роддомовской люльке. Вместе с ней приходит неонатолог.

– Сначала я поговорю, а потом уже дадите все указания, – просит акушерку, и та кивает.

– О чём поговорите? – я осторожно, стараясь не морщиться, сажусь на кровати.

Действие анестезии давно закончилось, мне, конечно, дали специальные обезболивающие, но до конца неприятные ощущения не проходят.

– Что-то не так с ребёнком? – пугаюсь чуть не до темноты в глазах, встаю, покачнувшись.

– Спокойно, спокойно, – врач поддерживает меня. – Всё совсем не страшно и не критично! Просто у вашей дочери обнаружилась одна особенность.

Глава 12

– Что за особенность?! – вцепляюсь руками в люльку так, что пальцы белеют.

– Синдактилия, – отвечает неонатолог. – Вы сядьте, сядьте пока.

Распелёнывает дочку и показывает мне одну из её ножек.

– Вот, видите? Средний и указательный пальцы? Это неосложнённый вариант, простая кожная синдактилия, одна фаланга пальчиков, у основания, срослась, пока ребёнок находился ещё в утробе. Чаще всего такое происходит, если у одного из родителей есть этот порок, – врач смотрит на меня вопросительно.

– У меня нет… – качаю головой.

Чёрт, а у Бориса? Я не помню… Вроде ничего такого не было.

– Ну ладно, – неонатолог кивает. – У девочки очень лёгкая степень, мешать ей это скорее всего не будет, никаких операций не потребуется. Единственное, нам нужно будет сделать несколько дополнительных анализов, чтобы исключить другие генетические нарушения.

– Да… Да, конечно, – выдавливаю, всё ещё не в состоянии прийти в себя. – Но это точно ей не повредит?

– Если анализы покажут, что в остальном всё в порядке – нет, не повредит, – качает головой врач. – Насчёт исследований я вам позже скажу. Думаю, успеем получить часть результатов, ещё пока вы будете здесь, после кесарева вам неделю у нас лежать. А остальное передадим в детскую поликлинику по месту жительства. Ну и с вами свяжутся, как только всё будет известно.

– Хорошо, – киваю ему, – спасибо вам.

– Не за что! – мужчина кивает и выходит из палаты.

Выдыхаю и слегка катаю туда-сюда люльку со спящей малышкой. Разглядываю пока ещё сморщенное личико, хотя щёчки у Катюши уже заметны – отъелась, не зря не торопилась рождаться!

Дочка, господи, у меня дочка! Спасибо, Боже! Любовь захлёстывает с такой силой, что я сдержаться не могу – слёзы сами капают. И невольно вспоминаю Бориса. Не могу не вспомнить. Как бы там ни было, именно он подарил мне ребёнка, исполнил, сам того не зная, мою самую заветную мечту. Что ж, такое бывает. Ему дети явно были не нужны. Он сейчас за границей, как и планировал – я хоть и не искала информацию о нём, кое-что до меня всё равно доходило. Надеюсь, там и останется.

Спустя восемь дней нас выписывают домой. Агния с мужем и детьми встречают меня из роддома и устраивают настоящий праздник, а потом и становятся крёстными моей малышки. Никакие подозрения на сопутствующие проблемы не подтверждаются, и я с головой погружаюсь в материнство.

Катюша растёт очень спокойной девочкой. После двойняшек, с которыми я помогала подруге, забота об одном-единственном ребёнке вообще не представляет для меня хлопот, так что спустя пару месяцев я даже соглашаюсь взять заказ от компании, с которой уже давно сотрудничаю. Денег у меня пока хватает, но запасы не бесконечны, да и квалификацию терять не хочется.

Узнав, что я вернулась к работе, другие мои заказчики от разных фирм как с цепи срываются – все хотят продолжать работать. Приходится выстраивать график и объяснять людям, что дочка для меня на первом месте. Кто-то соглашается подождать, кто-то решает обратиться к другим специалистам, в общем, жизнь потихоньку входит в колею.

Весной Катюшке исполняется восемь месяцев, она уже есть овощные пюрешки и гордо восседает в детском стульчике, когда наступает аномальная жара. Конец марта – а все ходят в летних платьях. В один из очередных жарких дней дочка капризничает дома, и я решаю пойти с ней на время её дневного сна в небольшой парк поблизости от нас – всё-таки на воздухе под деревьями попрохладнее, да и ветерок чувствуется. Собираю и усаживаю ребёнка в коляску, беру с собой Декстера, который тоже мучается от жары, и иду на улицу.

Катюша засыпает быстро, и я не спеша прогуливаюсь какое-то время, а потом выбираю лавочку в стороне от шумной детской площадки. Задвигаю коляску в тень за скамью. Декстер безмолвным охранником устраивается рядом с ней.

Я не перестаю благодарить провидение – или что это было – которое послало мне этого пса. Наш ветеринар называет его помесью лабрадора с носорогом. Декстер вымахал в здоровенную собаку размером чуть не с пони, при этом пёс невероятно умён, да ещё и дружелюбный красавчик с отливающей золотом шерстью. Правда, для его воспитания мне пришлось приложить некоторые усилия. Зато теперь лучшего охранника для нас с дочерью не найти.

Открываю книжку, которую взяла с собой, но стоит мне погрузиться в чтение, как на страницу падает тень, и я слышу удивлённо-недоверчивое:

– Аня?

Глава 13

Всё во мне замирает, отзываясь на этот голос.

Я слышала его разным. Обольстительно мягким и наполненным любовью, задыхающимся от страсти… холодным, как лёд.

Поднимаю глаза от книги. Ну и как он здесь оказался?

– Борис, – киваю обладателю голоса.

Бывший муж выглядит… странно. Вроде бы хорошо, но он как будто похудел. Волосы отросли сильнее, чем обычно, на лице густая щетина, словно он не брился несколько дней – тоже непривычно, в период нашего брака он всегда ходил гладко выбритым. И взгляд у него какой-то… не такой. Смотрит на меня, не отрываясь.

– Что ты здесь… – начинает говорить слишком громко.

– Тише, будь добр, – перебиваю, сдвигаюсь на скамье, тянусь к коляске и покачиваю её.

Он переводит взгляд в ту сторону, и уголок губ у него дёргается в намёке на эмоцию. Неужели не заметил сразу? Хотя я же специально отодвинула коляску немного за скамейку, чтобы она стояла в тени.

– Всё-таки сделала искусственное оплодотворение, как и хотела, – теперь его голос звучит тихо, но зло.

Вглядываюсь в лицо, которое, как мне когда-то казалось, я знала до последней чёрточки, и замечаю в глазах намёк на… боль? Ну что ж, справедливо. Мне тоже было больно. Только вот ему было на это наплевать.

– Можно? – Борис, помедлив, делает шаг в сторону коляски.

Вот ведь… полез бы без разрешения, и я бы быстро опустила лёгкую кружевную сетку, которая сейчас откинута. Чтобы не увидел личико моей девочки. Но спросил. В этом он весь. Ухитряется чувствовать людей, интуитивно знает, где, когда и что сказать – поэтому так успешен в своём деле. Со мной только коса на камень нашла.

Киваю, давая разрешение, и мужчина подходит ближе, чуть наклоняется, рассматривая спящую Катюшку. Она очень похожа на него – и чем старше становится, тем ярче проявляются его черты. Но, естественно, мужчины такое не замечают.

– Она похожа на тебя, – выпрямляется, кидает на меня быстрый взгляд.

Ну вот, кто бы сомневался.

– На отца, – говорю машинально, как привыкла отвечать на эту фразу и тут же прикрываю рот. Ой, ду-ура…

– На… отца?! Ты что, знаешь, кто…

Его взгляд мечется между мной и ребёнком, а потом он, прищурившись, спрашивает:

– Когда она родилась?

– Что за вопросы, Борис? – спокойно встречаю его взгляд. – И почему ты спрашиваешь, знаю ли я, кто отец? Конечно, знаю – ты что же, не помнишь, как сам тогда сунул мне под нос анкеты с фотографиями…

– Я… потом выяснил, что фото во взрослом возрасте к анкетам не прикладывают, – мужчина вдруг отводит глаза.

Смотрю на него растерянно. Интересно, и для чего ему понадобилось это выяснять? Начал подозревать, что поторопился с выводами?

Встряхнув головой, решаю, что мне это безразлично. Встаю, убираю книжку. Из-за коляски вылезает Декстер, зевает во всю пасть, показывая внушительные клыки.

– Это что, щенок, которого ты тогда подобрала? – Борис удивлённо смотрит на собаку. – Значит, оставила его себе?

– Извини, нам пора, – снимаю коляску с тормоза, перехватываю поудобнее поводок.

– Аня, подожди! – мужчина преграждает мне дорогу. – Нам нужно поговорить!

– Это тебе нужно, – приподнимаю брови. – А мне нет.

Торопливо иду к выходу из парка. Не хочу ни видеть его, ни говорить с ним! Оборачиваюсь и вижу, что Борис идёт за нами в отдалении. Передёргиваю плечами. Ну вот что ему надо?! Явился – не запылился! Полтора года прошло!

На границе парка проходит оживлённая дорога. Вот и пешеходный переход – только перейти, а там уже до дома рукой подать. Подхожу к зебре, с одной стороны тормозят несколько машин, пропуская меня. Но Декстер вдруг начинает скулить и тянет мою руку назад.

– Декстер, да что с тобой такое?! Идём! – перехватываю поводок ближе к ошейнику – пёс тяжёлый, с места его сдвинуть сложно.

Но он скулит ещё сильнее, вдруг хватает поводок зубами, пятится. Одна из машин начинает сигналить.

– Аня, стой!!! – слышу за спиной громкий голос Бориса, поднимаю голову, и дыхание у меня замирает, а сердце словно останавливается.

На скорости обогнув вереницу затормозивших машин, прямо на нас, медленно двигающихся по переходу, летит автомобиль. Всё происходит в какие-то доли секунды. Я успеваю только со всей силы оттолкнуть коляску с малышкой назад, за себя, уводя от столкновения, и обречённо зажмуриться.