Мама для наследника, или Сердцевед со стажем

Глава 1

Холод вцепился в меня, как озлобленный бульдог, аж до костей пробрало. «Кто врубил кондиционер на полную мощность?» — мысленно фыркнула я, еще не открыв глаза.

Потом до носа доплыл аромат… скажем так, богатый: сырая солома, застоявшаяся влага, нотка гнильцы.

«Если это новый аромат от Диор, то я категорически против».

С трудом разлепила веки. Вокруг было темно. Лишь где‑то вдалеке мерцал жалкий огонек, выхватывая из мрака каменные стены: грубые, будто их вытесывал пьяный каменщик.

Попыталась пошевелиться и тут же получила резкий рывок на запястье.

— Ой!

Звякнула цепь. Холодная, тяжелая, с характером. Она впивалась в кожу, как будто говоря: «Привет, ты тут надолго».

— Что за?.. — голос прозвучал хрипло и совершенно незнакомо. Будто кто‑то чужой решил позаимствовать мои голосовые связки без спроса.

Я кое‑как села. Тело отозвалось такой ломотой, что даже старые заключенные бы посочувствовали. Руки дрожали, как у новичка на первой смене.

Опустила взгляд на ладони: тонкие, с длинными пальцами, все в царапинах и въевшейся грязи. «Это чьи руки?!» — паника застучала в висках. Точно не мои. Мои — крепкие, с узловатыми пальцами и коротко остриженными ногтями.

Провела рукой по лицу, потом по волосам. Длинные, спутанные, как пакля после урагана. А ведь я всегда носила короткую стрижку. Стильную и удобную.

«Может быть, это парик?» — закралась логичная мысль.

Но нет. Стоило подергать себя за пряди, и кожа головы отозвалась вполне реальной болью.

— Черт возьми, это мои волосы?! — вырвалось у меня. — Да сколько их тут?! Я что, спала в гнезде у воронья?

Ощупала лицо: скулы острые, подбородок тонкий, будто я месяц сидела на одной воде.

С телом дела обстояли не лучше. Худое, почти подростковое, оно никак не могло принадлежать мне. «Ну, отлично. Я что, в машину времени попала? Где мой привычный размер 56‑й?»

А потом дошла до груди…

— Э‑э‑э… Что это?! Набухшая, чувствительная, будто я…

«О нет. Только не говорите, что я…»

— Да что происходит?! — вырвалось вслух. Мысли носились, как тараканы при включенном свете.

Первая версия (и самая логичная!): розыгрыш. Коллеги из ФСИН решили устроить мне «день погружения в экстремальные условия». Наверняка это молодой стажер Петров придумал, вечно он с этими своими шуточками. Действительно, нечего мне засиживаться в кабинете допоздна. Еще и засыпать на рабочем месте. Неудивительно, что все это привело к такому вот результату.

Однако…

Шутки шутками, но что поделать с ощущениями? Неужели я, сама опытный психолог, сердцевед со стажем, как меня окрестили пациенты, сошла с ума? Вот говорили мне, возьми отпуск, Раиса Семеновна. Отоспись как следует. Отдохни.

Но нет же, у меня работы непочатый край…

Теперь точно пора. Отдохнуть и отоспаться. Но для начала покончить с этим дуратским розыгрышем. Он зашел слишком далеко.

Я дернула цепь — металл звякнул о камень с таким звуком, будто смеялся надо мной.

— Отлично. Очень смешно. Сейчас я до вас доберусь, юмористы. Сорок с лишним лет помогаю заключенным и сотрудникам ФСИН, насмотрелась и набралась всякого. Но такого со мной еще не случалось.

И как я могла не пробудиться, когда меня перетаскивали из кабинета в этот полуподвал?.. Кстати, надо отдать должное шутникам. На декорации не поскупились. Выглядит вполне правдоподобно. Пахнет тоже. Помещение — чистый средневековый карцер. Стены неровные, дверь тяжелая, окошко под потолком — такое узкое, что даже кошка бы застряла. В углу — деревянная бадья. Запах подсказал: там не компот.

— Если это шутка, то крайне неудачная. Я требую компенсацию за моральный ущерб и чашку нормального кофе!

Снова потрогала грудь. Ощущение было странным: будто тело помнило то, чего я сама не переживала.

— Роды? Но как?! У меня нет детей. Никогда не было. Я даже котика не завела — времени нет!

«Так, отставить панику», — приказала себе.

Это розыгрыш. Всего лишь неудачный розыгрыш. Надо успокоиться, взять себя в руки и сориентироваться в ситуации. Словом, поступить так, как я делала всегда. Решительно и абсолютно спокойно.

Я сделала глубокий вдох, потом медленный выдох — техника, которую сама же учила применять в стрессовых ситуациях.

«Спокойствие, только спокойствие. Ты профессионал. Ты, Рая, разбиралась с куда более странными личностями, чем эти шутники».

Собрав волю в кулак, я решительно (насколько позволяла цепь) поднялась на ноги. Тело протестующе заныло, суставы хрустнули, словно старые дверные петли.

— Ну и разминка с утра пораньше, — пробормотала я, пытаясь разогнать кровь.

Первым делом — растереть руки. Энергично, до легкого жжения. Потом круговые движения плечами. Вверх‑вниз, вперед‑назад. «Так, теперь шея. Только осторожно, а то еще заклинит от этого средневекового комфорта».

Я медленно повернула голову влево, потом вправо, чувствуя, как похрустывают позвонки.