Марсианка, или Сфера Жара

Часть первая. Я начинаю заниматься спортом

«Марсианская кишка — это располагающийся рядом с кишечником орган, который позволяет человеку преобразовывать жизненные силы в природные явления. Эта кишка не только влияет на центральную нервную систему и вырабатывает некоторые гормоны, но и способна использовать энергию организма для её трансформации в так называемую магию. Например, данный орган в состоянии преобразовывать внутреннее тепло тела человека в поток огня, который может выходить из ладоней так, как носитель марсианской кишки пожелает. Впрочем, использовать заклинания (именно так принято называть явления, получающиеся с помощью кишки), на протяжении длительного времени невозможно без больших затрат жизненных сил. Таким образом, использование магии строго ограничено возможностями тела человека. Дадим определение магии:

Магия или же чародейство (реже волшебство) — это общепризнанное название способности использовать заклинания, которые марсианская кишка предоставляет человеку в пользование. Магия позволяет обученному человеку, который от рождения получает возможность интегрировать в себя магические основы и принципы, то есть имеет в организме марсианскую кишку, материализовывать желаемые предметы, в некотором смысле повелевать природными стихиями и оказывать влияние на живых существ.

Чародейство осуществляется с помощью специальных заклинаний, список которых закреплён в Международном Кодексе Магов, применение всех чар должно неразрывно следовать с моралью чародея, ни в коем случае не наносить ущерба людям и окружающей среде. Использование некоторых заговоров в своих корыстных целях преследуется по закону…»

«Маговедение и основы чародейства», выдержка из первого параграфа.

Учебник для всех форм обучения за авторством доцента кафедры «Магия и маговедение» Килопчёлова Климента Ивановича.

Не знаю, как так получилось, но уже с первого семестра моего обучения я не полюбил дополнительные занятия в университете. Вы наверняка захотите спросить, мол, каким образом, Илья? Ты же был примерным учеником в школе! А ответ весьма прост — они просто-напросто до безумия скучны: наш преподаватель постоянно на них опаздывает, да так, что даже не успевает пригладить последние седые волосы на стремительно лысеющей голове, потому что данная нам аудитория располагается у чёрта на куличиках, а большую часть времени мы сидим в полной тишине с лицами настоящих страдальцев и слушаем тишайшие комментарии по каким-то задачам, которые мы, как правило, забываем через час в лучшем случае.

В эту же самую ситуацию я и попал. В длинной и узкой аудитории разместилось сразу несколько групп с одного факультета, и десятки человек были заняты своими привычными студенческими делами: некоторые старательно учились и что-то записывали в свои тетрадки, преимущественно это были те, кто располагался на первых рядах парт, другие боролись в неравной схватке со сном, подпирая плоские подбородки ладонями, третьи же болтали о чём-то с одногруппниками, благодаря судьбу за то, что они пришли достаточно поздно, чтобы сесть на задние парты.

Я же сидел где-то в середине левой части кабинета и мысленно считал минуты до окончания пары, которые тянулись так медленно, словно специально дразнили всех присутствующих. Преподаватель стоял за кафедрой и что-то тихо-тихо рассказывал студентам, да так медленно и непонятно, что вся информация проходила сквозь мою голову. От скуки я разглядывал лица студентов с потока, очертания которых будто бы размывались… Нет, зрение не должно меня подводить — я не ношу очков, а если б и носил, то уж точно не забывал бы их надевать.

В это время синяя авторучка в моих руках крутилась и вертелась, всё норовя сорваться с моих двигающихся вперёд-назад пальцев, пока в один момент у неё это не получилось, и канцелярская принадлежность с ярким и мелодичным стуком сначала ударилась о парту, а потом упала на пол. Я почти на автомате повернулся и, наклонившись, потянулся за потерянным инструментом. Знаете, я всегда считал, что у меня весьма длинные руки, тем более это было даже логично, учитывая мой рост, однако в этой ситуации всё стало играть в совершенно не ту сторону: как бы я ни тянул и ни вытягивал кисть к ручке, она как будто всё удалялась и удалялась от меня. Что это такое? Преподаватель уже прочитал добрую треть лекции, а мой конспект остановился на пункте под названием «дата».

Я решил действовать решительнее и ещё сильнее пододвинулся на стуле, уйдя под парту практически с головой. Вот ещё момент, и… Когда мои указательные и большие пальцы обхватили корпус ручки, какой-то большой чёрный предмет вдруг навалился на мою принадлежность, не давая ему даже сдвинуться с места. Конечно, я опешил от такой наглости, кто бы её ни проявлял, и поднял глаза на моего объявившегося противника, который, к счастью, оказался лишь высокой платформой зимнего женского ботинка, шнуровка с язычком которого доходила до середины голени девушки.

— Ой, извини, — вдруг послышался её тихий, и даже какой-то совсем немного стесняющийся голосок.

После этих слов платформа отодвинулась назад, высвобождая из своего плена ручку. Наконец, я вернул её в своё распоряжение, а поэтому аккуратно поднялся и вышел к исходному положению.

Теперь в моих руках оказались все средства для учёбы и конспектирования, но… Вдруг меня охватило какое-то непреодолимое любопытство, ведь мне стало просто до жути интересно, как выглядела моя, как оказалось, соседка, которую я будто бы старательно игнорировал и которая заявила о себе лишь тогда, когда наступила на канцелярию. Я повернул голову направо, и моему взору предстала с первого взгляда неприметная и даже простая девушка, которых в университете десятки и сотни, если не тысячи. Её лицо было румяным и весьма округлым, все черты на нём были очень плавными и чересчур спокойными, завершали эту картину чуть пухлые губы и такой аккуратный и необычный нос, что мне показалось, будто его кончик даже немного отливал наивным розовым цветом. Очевидно, соседка заметила моё явно нездоровое внимание к её лику и повернула голову прямо на меня, осматривая меня таким подозрительным взглядом, что мне даже стало как-то не по себе. И этот взгляд был обязан не только её огромным, синим глазам, в которых достаточно легко читалось всё вселенское спокойствие, но и очкам с синей опрятной оправой и такими толстенными линзами, которые будто были призваны делать взгляды этой девчонки чрезвычайно острыми и пронзающими.

Часть вторая. Мы разрабатываем очень секретный план.

«…В современном обществе недопустимо разделять обыкновенных людей, магов и людей-животных, так как все они являются полноправными членами социума и имеют равные права во всех аспектах. Однако следует понимать, что во время организационных работ требуется учитывать особенности каждого индивида.

Обычные люди (в том числе маги и марсиане) обычно не вызывают проблем, так как не требуют индивидуальных условий для учёбы и работы. С людьми-животными ситуация обстоит сложнее, так, например, люди-жирафы отличаются от других большим ростом, следовательно, инфраструктура должна активно подстраиваться под эту задачу. Люди-шакалы и люди-раки не выделяют собой особые нужды. Люди-цихлиды являются самой сложной задачей, поскольку они, в силу строения своего организма, не имеют возможности длительное время обходиться без воды…»

«Организация доступности среды для различных людей», выдержка из первого параграфа.

Учебник для всех форм обучения за авторством доцента кафедры «Техносферная и магическая безопасности»

Дамира Владимировича Козлова.

Утро было холодным.

Шальной ветер, ничем не обремененный, будто не находил себе места, задувая протяжные песни на улицах, подбрасывая вверх на многие метры одинокие листья только для того, чтобы опустить их обратно где-то вдалеке. От своего серого безделья он заглядывал в окна суперхрущёвки, пытался дуть через закрытые окна, но после бросал эту затею и возвращался к пустым улицам возле кампуса.

Несмотря на то, что никто не прерывал мой сладкий сон, я проснулся с каким-то необъяснимым чувством недосказанности и, кажется, даже немного расстроенным.

Я обнаружил своё бренное тело в таком же положении, в котором и заснул, то есть в мятой постели. С утра моя квартира приобретала какой-то необъяснимый характер: тишина холостяцкого жилища будто бы давила на меня мыслью, что никто не может её разрушить, кроме меня. Что ж, такова взрослая жизнь. Одеяло, принявшее форму почти скрученного треугольника, съехавшая со своего места подушка, выбитая наволочка из-под матраса — всё указывало на беспокойную ночь. Возможно, причиной моего ночного движения оказалось странное сновидение, однако я не мог вспомнить его.

Полежав ещё пару минут в кровати, я с большим трудом выполз из постели и поймал себя на мысли, что идея о предстоящем выходном дне не придает мне никакой уверенности и точно не дарит радости. Увы, причину подобного настроя назвать я затруднялся.

Мой безжалостно побитый вчерашним утром будильник показывал, что время уже давно приближалось к обеду.

Глядя куда-то в потолок, я как следует потянулся, слушая хруст всего тела и чувствуя пронзительную и тупую боль, которой отзывались перегруженные вчерашней тренировкой мышцы. Наспех натянув домашнюю одежду в виде растянутой футболки и потёртых шорт, я начал прикидывать в голове варианты предстоящих дел.

Но мою утреннюю сонливость решили стереть в порошок, сделать это осмелился внезапный и от того пугающий стук, к тому же совсем не простой, а стук в окно!

Стук в окно. На каком этаже я живу?

Моё тело моментально дёрнулось всеми мышцами, будто пытаясь прыгнуть с места метров на пятьдесят вперёд, но вместо этого оно, как и всегда, лишь осталось в прежнем положении. В это же время мой будто бы облитый раскалённым свинцом мозг стал судорожно перебирать возможные причины паранормального явления: может быть, промышленный альпинист решил пожелать мне доброго утра или Ираида уговорила какого-нибудь старшекурсника наколдовать ей крылья… Короче говоря, подбирать варианты у него получалось довольно медлительно и непонятно, словно он дрожащими пальцами пытался пересчитать тяжелые папки в картотеке.

Не найдя нужного мне ответа, я вдруг прикинул, что стою на месте уже добрые несколько секунд. А что мне оставалось делать в состоянии шока? На пятках прыгать?! Действительно, мою неповоротливость подтвердил загадочный гость и повторил стук.

Я подошел к окну и одним ловким движением отодвинул шторы. За окном был… Кот. Минуту, кот?

И действительно, кто угодно в данный момент мог подтвердить, что я нахожусь в здравом уме, наблюдая прямо за окном моего жилища какое-то сказочное существо: почти полностью чёрный кот с большим белым пятном на груди махал какими-то неестественно большими белыми крыльями, как у пегаса (как будто наличие крыльев у кота является естественным!). Таким образом, он поддерживал своё тело в воздухе, прямо напротив моего окна, одной лапой он придерживал большую синюю сумку, которая непонятно как могла транспортироваться таким небольшим существом.

Я решил, что довольно неприлично беседовать со своим сумасшествием через стекло, поэтому я повернул ручку и отворил окно настежь.

— Доброе утро, суперхрущ! УрМПУ передает вам привет! — сказало своим механическим и бесполым голосом мифическое животное, даже не открывая пасти при этом, махая без устали крыльями, которые произрастали прямо из спины кошачьего.

Я выдохнул. Или выдохнулся. Это был Галстук, местная достопримечательность. Или почтальон. Или всё вместе.

Всё началось много лет назад, когда в нашем университете жила настоящая легенда — обычный чёрный кот, на груди которого красовалось громадное белое пятно в виде перевёрнутого треугольника, которое напоминало вожатский галстук, от этого и пошло его прозвище. Никто не знал или не помнил, как кот появился в университете, но Галстук каждое утро сидел у крыльца, провожал воодушевляющим взглядом студентов на занятия, а вечером отдыхал на лавочке у какого-нибудь общежития.

И никто не знал, какое именно здание выберет четвероногий, поэтому считалось, что обитателей удачливой общаги будет посещать невероятная удача на протяжении недели, например, незадачливый препод типа Килопчёлова закроет глаза на подсказывающего по Червоточине друга на зачёте или продавщица в столовой не заметит шоколадный батончик на подносе голодного студента.