Маска страсти

Глава 1

Дом Морленов всегда напоминал мне склеп — слишком безупречный, слишком холодный, слишком мрачный. Каждая деталь здесь была продумана до жутковатого совершенства, будто сам дом притворялся живым и внимательно следил за теми, кто осмеливался переступить его порог.

Мраморные полы, зеркальные лестницы, белые стены, картины, чьи взгляды словно цеплялись за спину. Всё выглядело идеально — до отвращения. Даже воздух казался каким-то... отфильтрованным. Дорогим. Не предназначенным для случайных вдохов.

Холодный октябрьский свет просачивался сквозь высокие окна, разливаясь по полу мертвенным сиянием. Я шла за Мией по длинному коридору, где наши отражения множились в зеркалах, превращаясь в призрачных двойников. Казалось, они шепчутся за спиной — тихо, почти неслышно.

Мне всегда было не по себе в этом доме. Но сегодня, в канун Хэллоуина, он ощущался особенно зловещим.

Мия двигалась легко, уверенно — будто эта мрачная роскошь не давила на неё, а подчёркивала. Высокие потолки, холодный блеск камня, приглушённый свет — всё это выглядело естественно рядом с ней. Она не замедляла шаг, не вслушивалась в эхо, не оглядывалась. Дом принимал её без сопротивления.

Я чувствовала это иначе. Не как угрозу — и не как дискомфорт. Скорее как напоминание: мы выросли в разных пространствах. Там, где Мия привыкла к тишине и свободе, я научилась жить в тесноте и шуме. Я шла осторожнее, замечала детали, а простой свитер на плечах вдруг казался неуместным. Хотя я знала — дело не в одежде.

Мы просто были разными. И, возможно, именно это делало нашу дружбу такой устойчивой.

— Ты снова смотришь по сторонам, — сказала Мия, не оборачиваясь. В её голосе звучала лёгкая усмешка. — Или ищешь монстров, чтобы не скучать?

— Здесь трудно не смотреть, — ответила я. — Такое ощущение, будто дом наблюдает.

Она тихо рассмеялась.

— Ты привыкнешь. Он просто... специфический, — произнесла она, слегка щёлкнув пальцами по перилам лестницы.

Я хмыкнула. Специфический — отличное слово для места, откуда хочется сбежать.

— Это просто тишина, — добавила она, остановившись и повернув голову на меня. — Ты не любишь, когда её слишком много.

Я не стала спорить. Тишина действительно давила — не резко, но настойчиво.

— Ты идёшь так, будто тебя ведут на казнь, — Мия обернулась, усмехаясь.

Я поправила рюкзак, чувствуя, как холодный воздух пробирается под свитер.

— Твой дом — идеальная локация для хоррора, — пробормотала я.

— О, это ещё цветочки, — она закатила глаза. — Подожди до вечера.

— Отлично, — произнесла я. — Дом-склеп к моим услугам.

Отличное место для жизни. Днём мрачно, ночью страшно... настоящий рай для любителей нервотрёпки.

— Не тормози, Ки, — её голос прозвучал непривычно громко в этой тишине. — У нас мало времени.

— Напомни, зачем я вообще осталась у вас на выходные? — пробормотала я, подтягивая рюкзак повыше.

— Потому что ты меня любишь, — невозмутимо ответила Мия. — И потому что сегодня Хэллоуин.

Я фыркнула.

— Самый бесполезный праздник.

Она закатила глаза.

— Это просто вечеринка. Немного костюмов, алкоголя, веселья. Тебе полезно, Ки, а то ты слишком много думаешь и слишком мало живёшь.

— И слишком много ненавижу Хэллоуин, — добавила я.

Миа засмеялась.

— Ты ненавидишь всё, что связано с толпами людей.

— Потому что толпы людей редко бывают приятными, — пожала я плечами.

Мия остановилась у двери кухни, слегка опершись на косяк.

— Ты говоришь так каждый год, — заметила Мия. — И каждый год всё равно куда-то идёшь.

— Это называется дружба, — вздохнула я. — Или слабость характера.

— Немного хаоса ещё никого не убило, — протянула Мия, поднимая бровь и оглядывая коридор.

— Пока что, — заметила я, отводя взгляд к окну.

— Ты просто слишком серьёзная, — добавила Мия.

— Или слишком трезво оцениваю происходящее, — парировала я.

Мия бросила на меня быстрый, внимательный взгляд, коснувшись кончиками пальцев дверной ручки.

— Ты говоришь так, будто боишься не людей.

— А того, что могу почувствовать, — тихо ответила я, поправляя рюкзак.

Она усмехнулась, слегка наклонившись вперед.

— Если тебя это утешит, мой брат не фанат вечеринок, — сказала она, проводя взглядом по пустой лестнице.

— Это не делает его менее напряжённым, — сказала я. — Он терпеть меня не может.

— Он всех терпеть не может, — пожала плечами Мия. — Особенно тех, кто не падает перед ним в обморок.

— Печально, но я, кажется, испортила ему статистику, — усмехнулась я. — Значит, я его разочарование.

— Скорее, становишься исключением, — тихо ответила она, поправляя воротник. — Исключения редко остаются незамеченными, Ки.

Она толкнула дверь кухни, шагнув внутрь и оставив меня на пороге, ощущая лёгкую вибрацию напряжения в воздухе.

Глава 2

Я последовала за Мией на кухню, слыша, как её каблуки тихо скользят по плитке. Она уже стояла у холодильника, перебирая бутылки с напитками, и время от времени бросала на меня быстрые взгляды, будто проверяла, не застряла ли я где-то на полпути.

— Не стой как привидение, Ки, — сказала она с лёгкой усмешкой, — выбирай что-нибудь, иначе я съем всё сама.

— Окей, босс, — произнесла я со смешком.

Свет пробивался на кухню сквозь панорамные окна, мягкий и приглушённый. Такое ощущение, как будто особняк Морленов поглощало всё вокруг, делая атмосферу мрачнее.

Я посмотрела в сторону и увидела его.

Итан Морлен.

Сердце делает глупые прыжки каждый раз, когда я его вижу. Да-да, Киара, ты прям та радость, что он терпеть не может. И да, как будто мне вообще интересно, что он на меня смотрит с такой ненавистью, как будто прихлопнуть хочет.

Он стоял у барной стойки, опершись о мрамор. Простая чёрная футболка, серые спортивные штаны — и всё равно он выглядел так, будто сошёл с обложки журнала. Влажные волосы слегка спадали на лоб, капля воды скользнула по шее, подчёркивая линии плеч и шеи.

Высокий, широкоплечий, подтянутый — каждый мускул был на своём месте. Уверенность в движениях делала его одновременно недосягаемым и хищным. Его руки были покрыты татуировками. Каждая линия, каждая тёмная спираль и знак казались продолжением его. Змеи, узлы, непонятные символы — татуировки плелись вдоль его мускулистых рук от кисти до плеча, словно каждый изгиб кожи подчёркивал его силу. Они не были просто рисунком, а частью самого Итана — холодного, опасного и совершенно неподдающегося.

Красивый — до раздражения. Идеальный — до злости.

Серые глаза сканировали комнату с холодной внимательностью, а взгляд, которым он задержался на мне, был острым, как лезвие. Тот, от которого хочется отвернуться, но невозможно.

— Доброе утро, — сказал он тихо, не поднимая взгляд от чашки кофе.

— О, великий затворник почтил нас своим присутствием, — Мия фыркнула, схватив яблоко из вазы. — Попробуй хоть раз сказать это так, будто тебе не плевать.

Он медленно поднял голову, взгляд скользнул по сестре, а затем задержался на мне. Наши взгляды встретились — и время будто дрогнуло. В его глазах всегда было что-то ледяное, как будто он видел насквозь, и это презрение... оно заставляло дрожать.

— Ты снова здесь, — произнес он, не вопрос, констатация.

— А тебе не всё ли равно? — ответила я, стараясь не отводить взгляд.

— Конечно. Просто удивительно, как часто ты оказываешься под нашей крышей, — он слегка приподнял уголок губ, как будто делал мне неприятное одолжение.

— Прекрати, — вмешалась Мия, закатывая глаза. — Она моя гостья. И вообще, мы вечером идём на вечеринку в честь Хэллоуина.

— Вечеринка, — протянул он. — Прекрасный способ провести ночь.

— Не начинай, — Миа отмахнулась. — Тебе-то что?

Он сделал глоток кофе, медленно, не спеша.

— Просто не думал, что твоя подруга любит шумные компании. Она же книжный червь, — говорит он.

Я прищурилась.

— Может, я и предпочитаю книги, но я хотя бы не играю роль надменного засранца 24/7.

Он приподнял бровь, словно ему было забавно.

— Острый язык, — сказал он тихо. — Осторожнее, Киара. Когда-нибудь кто-то захочет его укротить.

Сердце дрогнуло. Я почувствовала жар, но не стыд — смесь злости и чего-то странного, от чего кожа покрывалась мурашками.

— Ну, это будешь не ты, так что сбавь свои обороты мистер-неприступность-серьёзное лицо, — проворчала Мия, откусывая яблоко.

— Ты остаёшься на ночь, — сказал Итан. Это не было вопросом.

— Разве тебя это волнует? — спросила я.

— Меня? Нет. Но тебе стоит быть осторожнее, — его губы дрогнули в усмешке.

— О чём это ты? — я не отвела взгляда от него.

Его серые глаза — всегда такие презрительные, всегда такие... ненавидящие — изучали меня.

Он медленно сделал глоток кофе, непрерывая зрительного контакта.

— Хэллоуин — не просто праздник. Это ночь, когда границы стираются, — уверенно сказал Итан. — Когда все правила перестают действовать.

— О, Боже, — Мия закатила глаза. — Опять твои суеверия.

— Это не суеверия, — его голос стал тише, но от его голоса меня пробирали мурашки. — Это факт. Всё, от чего мы бежим и прячемся, может вылезти наружу.

— И что, по-твоему, должно случиться? — я скрестила руки на груди.

Он поставил чашку с глухим стуком и подошел ко мне.

— Знаешь, Киара, иногда происходят вещи, которые нас пугают, — протянул он. — Особенно в этом доме.

— Ой, всё, — воскликнула Мия, выкинув яблоко в урну. — Хватит её пугать, Итан.

Его глаза вспыхнули — впервые за всё время я увидела в них что-то, кроме презрения. Что-то... тёмное.

— Маски, Киара, — он сделал шаг ещё ближе, и воздух между нами стал плотным, почти электрическим. — Не все маски снимаются, когда праздник заканчивается.

— Твоя маска — это твоё высокомерие? — спросила, задирая голову, чтобы его видеть.

— Моя маска — это то, что ты никогда не увидишь.

И... тишина.

— Вы оба невыносимы, — с упрёком произнесла Мия, закатывая глаза.

Итан не отвёл взгляда и начал наклоняться ко мне. Сердце сделало кульбит от его близости тела.

— Сегодня ночью, — прошептал на ухо, чтобы слышала только я, — будь аккуратна.

— Спасибо за заботу, — ответила я с едкой ноткой сарказма. — Мы справимся.

— Не сомневаюсь, — его губы изогнулись в едва заметной усмешке.

Он прошёл мимо, оставив за собой лёгкий аромат кофе. Сердце сжалось от раздражения и от того странного чувства, которое я сразу решила отогнать.

— Ки, ты вообще с нами? — Мия щёлкнула пальцами перед моим лицом.

— Да, — выдохнула я, поправляя волосы. — Просто задумалась.

— Расслабься, — улыбнулась Мия. — Сегодня просто вечеринка. Переоденешься, выпьешь, может, кого-нибудь заметишь.

Я кивнула, но глубоко внутри мне не давали покоя его слова. Не все маски снимаются, когда праздник заканчивается. Почему он сказал это?