Маскарад

Глава 1.

Лиам.

Экран телефона взорвался от уведомлений. Ни секунды покоя.

В Честерфилде разрешено пользоваться лишь одной социальной сетью «Ч». Сегодня она работала на удивление исправно, безжалостно обрушивая поток неотложных проблем.

Вот что я понял за пару месяцев на посту главы касты: власть не облегчает жизнь — она ее усложняет. В любом случае я сделал свой выбор и не могу подвести доверие Рона — прошлого главы.

Телефон вновь затрезвонил. На экране высветилось имя, от которого сводило живот: «Кристианна».

— Малыш? — пропел слащавый голос в трубке. — Я вообще-то беспокоюсь.

— Кристи, я же сказал еще в прошлый раз: между нами все кончено. Не нужно беспокоиться обо мне.

— Тихо, успокойся. Ты просто устал. На тебе столько обязанностей… Ты сказал, что не любишь, но я-то понимаю, в чем дело. Мы поссорились, я не переборщила. Из-за этого у тебя нервный срыв случился.

Ее слова прошлись по нервам. Не только постоянные истерики и скандалы стали причиной моего решения выйти из отношений. Влюбленность испарилась, когда я наконец увидел ее новую сущность — завистливой, мстительной и озлобленной на мир души.

— Кристи…

— Идолы академии не могут расстаться, — перебила она, что вполне в ее стиле. — О нас постоянно пишут в блоге. Ты же не хочешь лишиться такой возможности напоминать о себе!

В академии все сходили с ума по сплетням. Именно поэтому проект «Журнал Академии Честерфилда» пестрел постами об «идеальной паре» — Лиаме и Кристи.

— Я говорил тебе при личной встрече, по телефонному разговору, в сообщениях, что не нуждаюсь в тебе. Я не люблю тебя.

— Это не имеет значения. Ты глава касты. Нужно смотреть вперед и думать о репутации.

— Ошибаешься.

— Сам подумай, я далеко не последний человек в академии. Я подруга Эрики. Ты сейчас теряешь шанс узнавать информацию из первых уст.

Эрика — глава первой касты элиты и ближайшая подруга Кристи.

— Ты серьезно пытаешься меня шантажировать? В этом вся ты, я даже не удивлен. Между нами все кончено. Мне пора.

Мне и вправду есть чем заняться, помимо пустых выяснений отношений. Дела копились, как мусор в комнате неряшливого первокурсника. Но даже среди горы проблем лишь одна вещь не давала мне покоя.

Очередная загадка на мою голову.

Сообщение от Майли: «016790».

Кэссиди.

Двенадцать часов в пути — семь в самолете, пять на машине. Все это время мой брат Даниель не затыкался ни на секунду. То сок слишком теплый, то лед слишком холодный. Вечный нытик.

С самого рождения у меня выработалась аллергия на Даниеля. Хоть мы и двойняшки, но в нас нет и никогда не было ничего общего. Не понимаю, почему родители вечно ставят его в пример. Каждый час рядом с ним словно десять лет в пылающем костре ада.

Наконец, мы приехали в эту дыру. Сплошной лес, никакой цивилизации. Интернет вообще не работает. Странный водитель такси остановился возле общежития. У входа уже поджидал Майкл — администратор второго корпуса, в который нас подселили.

— Из-за Ребекки все планы коту под хвост, — протараторил он, не давая вставить слово. — Ребекка — глава пятой касты, если вы не знаете, устроила прощальную с летом вечеринку. Ей вообще плевать, что в это время я хотел устроить экскурсию по территории общежития.

Я не стала допытывать Майкла, без того уставшего от потока первокурсников. Хоть я вообще не понимала, что за вечеринка, про касты немного слышала. В нашем роду потомственные студенты академии Честерфилда. Родители никогда не рассказывали подробностей, но мама очень любила упоминать ее участие в одной из элитных каст.

— Прощай, придурошная. Надеюсь, никогда не увидимся, — мерзким голоском пропищал брат. —

— Иди в пекло, Даниель.

Ключи, выданные Майклом, даже не понадобились, ведь номер оказался открытым.

Чисто из вежливости я решила постучаться. Музыка изнутри громыхала так, что стук оказался бессмысленным.

Передо мной открылась интересная картина: раскиданные вещи, включенная на полную громкость колонка и заплаканная шикарная девушка с черными волосами под каре. Ее дикие карие глаза сразу уставились на меня, и не сказать, что доброжелательно.

— Ты еще кто такая?! — начала она враждебным тоном.

— Очевидно, что соседка, — я поставила по очереди чемоданы внутрь и протянула руку в надежде на приветственное рукопожатие. — Кэссиди. Рада позна…

— Я Ханна, и мне совершенно наплевать на твое имя. Кристаллически, чистейше наплевать. Главный вопрос — почему ты здесь? Я должна жить одна. Ну ничего, я скажу Майклу, и он разберется.

Есть в Ханне нечто неосязаемое. Сногсшибательная горячая брюнетка с историей. Хоть она и пытается подать первым блюдом свою несгибаемость и стервозность, но что-то внутри подсказывает — все не так просто, как кажется на первый взгляд.

Она нырнула в сланцы и со слезами на глазах вышла, захлопнув дверь. Странно, почему она плакала? Благо, что подобным поведением меня не удивить. Спасибо Даниелю.

Пока соседка Ханна разбиралась с Майклом, я складывала вещи в новой комнате. Из вещей я взяла лишь самое необходимое. Не люблю беспорядок. Один из чемоданов полностью предназначался для оборудования — камеры, штативы, объективы, ноутбук. Во втором — небольшой набор из базовых вещей.

Благо, что в общежитии корпуса имеются отдельные комнаты для каждого ученика. Иначе бы я не знаю, как смогла ужиться с такой девушкой. Хотя мне не привыкать, я ведь целых девять месяцев теснилась рядом со своим братцем.

Когда Ханна вернулась, я предложила ей чай. Она не могла выдавить из себя хотя бы пару слов еще несколько часов.

Из своей комнаты она вышла в коротенькой юбке и с вызывающим вырезом на груди легкой кофточке.

— Ладно.

Я немного растерялась, но не подала виду.

— Что «ладно»?

— Здесь, в Честерфилде, есть кофейня. Предлагаю доехать туда на моей ласточке и выпить примирительный кофе.

Глава 2.

Лиам.

Кэссиди поразила меня. Вместо того чтобы прятаться, она встретилась с опасностью лицом к лицу. Ее хладнокровие и решительность удивили еще больше, когда она взяла ситуацию под контроль. Еще и умудрилась скомандовать мне.

— Теперь объясняйте, что произошло с Джефферсоном, — постарался сдержанно сказать я.

— Ой, да ладно тебе, чего тут объяснять. У него просто не все дома, забей, — решила замять вопрос Ким.

Всем своим видом я дал понять, что такой ответ меня не устраивает. Мой коронный томный взгляд убедил Ким окончательно. Она даже прекратила бесцеремонно чавкать жвачкой и продолжила с видом, будто делает мне одолжение.

— Мы обещали ему, что устроим в касту, если он будет нашей собачкой.

— Скорее крысой, — нелепо засмеялся Генри и словил подзатыльник от Алекса. — То есть… не крысой, а… Ну, в общем, я не хотел этого говорить.

Жизнь идет и меняется, но Генри остается прежним. Сколько раз он получал за свои слова, но так и не научился держать их при себе. В этом и есть его отличие от сестры-близнеца Меган. Она отбитая на голову, юмор у нее своеобразный и жестокий. Оба обещаниями не разбрасываются, верны до мозга костей третьей касте.

Ким все еще не привыкла ко мне. С первого курса я крутился возле Рона, установил контакт с Генри и Алексом. Ким же старался не касаться. Она предупреждала Рона, что я не справлюсь с ролью главы третьей касты, и я не виню ее за эти слова. Рон был слишком хорошим лидером, любимчиком публики. Он грамотно держал баланс между кастами, чтобы не поссорить всех окончательно.

— Скажу как есть, — начал Алекс. Его всегда раздражало поведение Генри, но это никак не мешало сохранять дружбу по сей день. — Джефферсон хотел узнать, есть ли какие-то лазейки, чтобы обойти систему прохождения в касту. Генри рассказал это нам, и мы решили его проучить. Пусть страдает так, как страдали остальные — так и решили, так и получилось. Пусть знает, что нечестным путем его в третьей касте никто ждать не собирается. Все мы оказались в третьей далеко не легким способом.

— Все, кроме тебя, Алекс. Твой род поколениями здесь обучается. Полюбому это как-то влияло на решение при распределении баллов.

— Ким, ты не знаешь, о чем говоришь. Мне пришлось пройти через то же, что и остальным.

— Да-да, рассказывай больше, — язвительным тоном начала Ким. — Я видела, как ты чуть ли не задницу не лизал Рону и кичился своим якобы древним родом.

— Ким, — встрял я, — Алекс вошел в лидеры во время последнего испытания от второй касты. Признай, на его месте ты бы уже давно покинула края Честерфилда.

— Чтобы покинуть Честерфилд, нужно либо умереть, либо получить диплом, — усмехнулась она. — К слову, я выпускаюсь в этом году. Надеюсь, что мы с Роном оставили третью касту в надежных руках.

Мы не можем быть уверенными в том, что случится. Для себя я решил, что сделаю все, чтобы старания Рона не были напрасными.

— Сейчас необходимо разобраться с Томасом. Если обвинения падут на нас, мы должны действовать быстро и повернуть ситуацию в свою пользу. Мне важно знать, за что нужно отстаивать честь третьей касты, — решил прервать неловкую тишину я. — Алекс, продолжай.

— Мы, откровенно говоря, издевались над ним, приправляя все сказками о легких баллах. Выдумывали ему задания, за которые обещали начислить крупную сумму.

— Боюсь даже слышать, что вы заставляли его делать.

— По началу все было безобидно. Подергать за хвостики рандомную девчонку, украсть вещи парней из душевой в спортзале. Мы звали его на тусовки, он разносил нам напитки, доставал наркотики.

Припоминаю. Томас Джефферсон носился как ошпаренный между ребятами. В этом есть моя вина, ведь я даже не захотел вникать в то, что происходило перед носом. Тогда я был ужасно занят обучением от Рона по руководству кастой и распределением бюджета.

— Он возомнил себя элитой, раз мы его везде зовем.

— Глупый мальчик, — подключилась Ким, — понадеялся, что после его признания в любви на моей вечеринке я кинусь на него с объятиями. Большего унижения я не испытывала никогда.

Картинки в голове сверкнули короткой вспышкой. Я был в тот день на вечеринке, правда, по большей части проводил время с Роном. Джефферсон тогда напился и залез на стол. В нетрезвом виде он танцевал, раздевшись догола. Признался Ким в любви. Сказал всем, что они переспали и теперь встречаются.

— Затем подключилась Меган, — продолжил Алекс, и мне сразу стало ясно: если появляется сестра Генри, то всем несдобровать. Ким и Меган — подруги. Горой стоят друг за друга. — Она заставила его употреблять по таблетке.

Та самая таблетка, названная в честь Ребекки. Рекки — сильное психогенное вещество по особой формуле пятой касты.

— Томас не смог сопротивляться зависимости. Поехала крыша у парня. Все свои заработанные баллы отдавал за таблетки. Неплохо так заработала на этом пятая каста.

Ситуация прояснилась. Никто и никак не сможет доказать причастность третьей касты — при условии, что ребята не проболтаются. Состояние Томаса — вина пятой касты. При этом никто не сможет обвинить пятых. Если бы все было просто, лавочку пятых давно бы уже прикрыли.

Пятые и четвертые — верные союзники, которые вечно прикрывают друг друга. Так сложилось исторически. Пятые делают химию, четвертые охраняют тайну лаборатории Рекки. Пятые распространяют, а четвертые предоставляют сильных ребят, которые в случае чего могут прилично поломать ребра. Они чисты, так как никто не знает, где находится их лаборатория, распространение происходит анонимно. Важный момент: шериф Роуз в курсе всего и активно прикрывает эту схему, ведь Сэм — глава четвертой касты, ее любимый племянник. Или у Роуз может быть иная причина? Вдруг она делит с ними долю или что-то в этом роде?

Когда экспертиза выявит наличие психоактивных веществ в крови Томаса, Роуз замнет дело и подключит связи в местной больнице, чтобы подделать справки и анализы.

— Вообще никак эта история не должна распространиться, — начал я. — Раз вы даже мне не рассказывали, значит, догадались, что вообще никому не нужно знать. Если до Эрики дойдет настоящая причина, мы получим огромный штраф. И все же, в качестве воспитательных мер, я отниму у вас баллы в качестве наказания.

Глава 3.

Кэссиди

— Он самый настоящий мудак, — все никак не могла успокоиться я.

Ханна, слегка помятая после сна, была в шоке, когда я рассказала ей о встрече с главой третьей касты.

— Знаешь ли, поговорить с самим Лиамом — это кристаллически круто. Я бы растаяла, как кусок мороженого на асфальте.

— Ханна! Я не мороженое, а он не асфальт, вернись на землю!

Ханна хихикнула и лизнула мороженое.

— Зачем ты вообще пошла ему глазки строить?

— У меня свои причины… — загадочно сказала она. — Как он там тебя называл, напомни?

— Малышка, мать его. Неужели так сложно называть человека по имени?

— Слушай, тебе дали прозвище. Радоваться надо.

У меня чуть брови к потолку не улетели.

— Если у Томаса тоже было прозвище, то ему оно точно не помогло. Все это глупости.

— Это не глупости, а Честерфилд, малышка.

***

Место встречи нашей группы назначено на первом этаже. Пока народ подтягивался, я успела разглядеть потускневшую фреску. Существо в виде маленького крылатого демона прячется за сожженным деревом, пока рядом смертные собирают яблоки с земли.

— Всем привет! — слишком радостно воскликнула маленького роста девушка. Ее рыжие и кудрявые волосы привлекали все внимание на себя. Россыпь веснушек украшает пухленькое милое личико. — Меня зовут Сара, ваш куратор. Буду стараться исполнять свои обязанности до вашего поступления в касту. После вы уйдете в свободное плавание и распределитесь по кастам. Кстати, о самом важном! Советую обедать именно в нашей столовой. Там такая вкусная чиабатта с сыром и орехами. Ох, а этот нежнейший пудинг… Кстати бесплатный.

Сара будто бы не вписывалась в картинку готической академии. Взбалмошная, наполненная эмоциями, лишенная хладнокровия, в отличие от многих в академии. Ее мысли путаются, отчего уловить связь становилось сложнее с каждым словом.

— Ты на каком факультете учишься? — спросил одногруппник, на что куратор мило захихикала.

— Ах да. Нужно о себе немного рассказать. В общем, я тоже на факультете искусства кино и режиссуры театра, кино и телевидения, третий курс. Но учусь на актрису. Кстати! Каждому из вас я выдам ссылки для скачивания нашей социальной сети «Ч». Если вы хорошенько изучили огромнейший договор при поступлении, то могли узнать много интересных вещей. Как правило, документы мало кто читает, поэтому стоит сделать ремарку. Или, может, кто-то знает, о чем я?

Без малейшего понятия, и стыдно это даже признать.

— В академии запрещены любые социальные сети, кроме нашей. Тут даже интернет с ограничениями.

— Верно, — она задумалась на пару секунд. — Джош… Да-да, я изучила каждого после того, как меня к вам назначили. Итак, Джош говорит правильно. Тогда добавлю еще кое-что, а мы пока пройдем по лестнице. Извиняюсь, сегодня лифт не дождаться из-за экскурсий.

К счастью, длинная лестница для меня не преграда. Запыхавшись, Сара пришла в себя и показала кабинеты, которые нам понадобятся в первом семестре.

— Как хорошо, что первокурсники обитают на втором этаже. Я бы с ума сошла подниматься без лифта еще выше. Этажи тут такие высокие…

В группе двадцать человек, судя по моим подсчетам. Каждый заинтересованно оглядывается по сторонам.

— Вернусь к договору. Вам, то есть нам всем, придется принять факт, что интернет тут с ограничениями. Выйти в реальный мир нельзя. Придется довольствоваться тем, что дают.

Послышались разочарованные возгласы.

— Да-да, таковы условия.

— Как нам тогда учиться? — спросила Викки, самая высокая девушка в группе.

— В том-то и проблемка. Учиться тут нужно без интернета. Точнее, вы сможете использовать локальную сеть в библиотеке, но все равно придется использовать книги.

— Цивилизация в сторонке плачет…

— Это с какой стороны посмотреть, ребятки-котятки. По задумке академии, отключая студентам доступ к быстрым ответам, повышается работоспособность студентов.

— Как мы тогда должны общаться с друзьями и родителями?

— Никак, к сожалению, но во время зимних каникул сможете запросить разрешение на выезд с территории. Без разрешения покидать Честерфилд запрещено.

— Тогда это уже не академия, а тюрьма, — буркнула Викки.

— Стоило читать документы прежде, чем поступать, — заворчал длинный и худощавый Джош и деловито скрестил руки на груди.

— Ты, походу, тут самый умный, — съязвила она. Викки встала в защитную позу.

— Видимо, умнее, чем некоторые, — парировал Джош.

— Ребята, нужно жить дружно! Нельзя в первый же день нахватать врагов. Совет лично от меня — старайтесь с пониманием относиться друг к другу. Все-таки умение выстраивать приятельские взаимоотношения в нашей академии — залог успешной жизни.

Викки и Джон по-ребячески разбрелись по сторонам, лишь бы не пересекаться взглядами.

— Вот и отлично. Никаких конфликтов.

— Из какой ты касты? — спросила я.

— Я из первой. К слову, если вы захотите попасть к нам, предстоит нелегкая работенка. Место в первой касте стоит двенадцать тысяч баллов. Так, ребята, время поджимает! Следуйте за мной. Сейчас начнется приветственная церемония.

Лиам.

— Твое место в заднем проходе, Адам. В самом вонючем и поношенном, — Сэм снова устроил перепалку с Адамом.

Вечно они как кошка с собакой. Любая ругань влияет на все остальные касты. Тем более если Сэм ненавидит Адама, значит, вся четвертая каста презирает вторую касту. Как бы избежать травли между кастами в этом году…

Адам из старичков. Четыре года как глава касты. Уходить он не собирается, если вспомнить, что в следующем году он соглашается на аспирантуру. Собственно, как и Эрика.

Когда я только попал в академию, познакомился с второкурсником-весельчаком по имени Сэм. Внимание никогда не обходило его стороной. Наши отношения дали трещину, когда на горизонте появились Кристи и его новая должность главы четвертой касты. Спустя год я и сам смог пробиться в ряды элиты элит.