Между мирами или Поцелуй для дракона

Пролог

Солнце нещадно било в темя, раскаляя добела песок и иссушая дыхание. Каждый вздох давался с трудом, будто я вдыхала тлеющие угли. Ноги в тонких сандалиях по щиколотку утопали в барханах. Воспаленные веки припухли, глаза слезились от обжигающих лучей, слепящих даже сквозь темные очки.

Что за дурацкая идея — поддаться на уговоры Майкла и отправиться в пеший тур в Вади - Рам! Авантюристка чертова, зачем только согласилась... Знала ведь, что ничего хорошего из моей тяги к приключениям не выйдет. Вот и плетусь теперь в хвосте группы, мечтая лишь об одном — глотке живительной влаги.

И будто в ответ на мои молитвы, впереди мелькнула тень. Я протерла глаза, не веря своему счастью. Колодец среди бескрайней пустыни — неприметный каменный круг, сулящий прохладу и спасение.

Ноги сами понесли меня к вожделенной цели. Плевать на окрики гида, плевать на недовольные взгляды попутчиков. Пусть идут своей дорогой, а я — своей. К воде, к жизни!

Запыхавшись, рухнула на колени у края, сдирая кожу о шершавый камень. Нетерпеливо отбросила сумку, склонилась над темным зевом... И в тот же миг чужая рука грубо вздернула меня за шиворот:

— Кто ты такая?! Как посмела явиться сюда?!

Я взвизгнула, пытаясь вырваться из стальной хватки. Извернулась и оцепенела.

Передо мной стоял молодой мужчина. Высокий, мощный, с гордой посадкой головы и бешеным огнем в глазах. Длинные смоляные волосы змеились по смуглым плечам, на гранитном торсе бугрились литые мышцы.

Не человек — воплощенный идеал, мечта любой женщины. Будь я на первом курсе, непременно бы растеклась лужицей от одного взгляда этого дикаря. Увы, те времена давно минули. И все же, что-то дрогнуло внутри, сладко заныло в животе. Первобытная мощь незнакомца, исходящий от него магнетизм будоражили кровь похлеще адреналина.

— Оливия, — выдавила я, чувствуя, как щеки заливает предательский румянец. — Оливия Ферб, археолог из Лондона. Приехала с группой... могу воды попить? Жарко очень.

Да уж, не самое удачное начало для светской беседы. Прозвучало жалко. Но мой визави явно не был настроен на обмен любезностями.

В ответ незнакомец лишь сильнее сдвинул точеные брови. В миндалевидных глазах полыхнуло раздражение пополам с подозрением.

— Что еще за "Оливия"? — передразнил он. — Что за дикое имя? И кто такие эти "свои", о которых ты говоришь? Отвечай, женщина!

Я опешила. Такой реакции я не ожидала. Неужели он не знает, что такое имя? И почему говорит так странно, будто явился из другой эпохи? Но жажда придала мне смелости.

— Ну, Оливия — это я. Меня так зовут. А "свои" — это моя группа, другие путешественники. Мы приехали посмотреть красоты вашей земли, древние развалины... Я археолог, ищу следы прошлого.

— Следы прошлого? — недоуменно переспросил незнакомец. В его золотистых глазах вспыхнуло подозрение пополам с любопытством.

— Ну да, — я неловко улыбнулась. — Мы раскапываем древние поселения, ищем останки людей, предметы быта, украшения. Изучаем, как жили наши предки. Это очень интересно! Я надеялась найти что-то подобное и здесь, в вашей стране.

Лицо мужчины сначала вытянулось от изумления, а потом потемнело от гнева. На скулах заходили желваки, в миндалевидных глазах вспыхнуло пламя.

— Останки? Предки? Да как ты смеешь! — незнакомец аж задохнулся от ярости. — Ты что же, явилась грабить могилы наших праотцов? Оскверняешь святыни древности своими грязными лапами?!

Я шарахнулась от этого рыка, налетела спиной на колодец. Древние камни больно впились в лопатки. А мужчина уже нависал надо мной, заслоняя солнце, испепеляя диким взглядом.

По спине побежали мурашки - то ли от близости к источнику воды, то ли от первобытной мощи, исходящей от незнакомца. Он был слишком реален для миража, слишком осязаем. Жар его тела, хищный блеск охровых глаз, терпкий мускусный запах — все это опьяняло похлеще горячительных напитков. Кожа покрылась испариной, дыхание участилось. Я тонула в расплавленном золоте его радужек, плавилась, как воск. Внизу живота разгорался пожар.

И тут мой взгляд упал на его одежду. Или вернее — на ее отсутствие. Кроме потрепанной набедренной повязки да пары кожаных ремешков, на смуглом теле не было ни клочка ткани. Зато на поясе в простых ножнах висел устрашающего вида кинжал.

Меня прошиб холодный пот. В голове зазвенели тревожные звоночки. Кто он такой, этот грозный полуголый красавец? Что ему нужно от меня? Ограбить, надругаться, убить?

Рука сама потянулась за спину, нащупала в кармане шорт нож. Маленький складной клинок — смешное оружие против такого воина. Но хоть что-то.

— Послушайте... — голос предательски задрожал. — Давайте успокоимся и поговорим как цивилизованные люди. Если вы из местных... хм... активистов по охране памятников, то зря беспокоитесь. У нас есть все разрешения, лицензии...

— Молчать! — рявкнул незнакомец. В один миг кинжал сверкнул возле моего лица. — Ты не из этого мира, я чую. От тебя веет колдовством древних, проклятая дочь Луны! Но мне не впервой укрощать таких, как ты.

От него пахнуло безумием вперемешку с дикой, неистовой верой в собственную правоту. Я похолодела. Кажется, я влипла по— крупному...

Незнакомец резко провел кинжалом. Лезвие чиркнуло по моей щеке, но вместо боли я ощутила... свободу? Спутанные волосы рассыпались по плечам, змеями заструились по разгоряченной коже. Только сейчас до меня дошло, что он срезал платок. Жест собственника. Или мужчины, пьянеющего от близости желанной женщины. Стыдно признать, но мне это польстило.

Мужчина застыл, глядя на мои белые пряди так, будто увидел привидение. Лицо его исказил почти суеверный ужас пополам с яростью:

— Значит, правду говорят легенды... Лунные девы вернулись в наш мир, неся погибель! Но я не допущу, чтобы зло вновь воцарилось на моей земле!

Не успела я и глазом моргнуть, как свистнул разрезающий воздух клинок. Сверкнула сталь, метя мне в горло. Сердце зашлось в бешеном ритме. Вот и все, Оливия Ферб, приплыли...

Глава 1

Оливия

— Лив, ты скоро?

Я потерла лицо, вытянула под столом затекшие ноги и некрасиво зевнула, откинув голову назад:

— Пока не придёт старость.

— Пойдём, сегодня пятница, сходим куда— нибудь развеяться. Может, познакомимся с симпатичными парнями, — Лора игриво подмигнула. — Шумерская мифология никуда не убежит.

— Да, но сама себя не напечатает и не отправит в электронный каталог. Сухарь ясно дала понять, что пока я не оцифрую всю стопку, — я кинула усталый взгляд на старые книги, — белого света мне не видать.

— Ну свет не обещаю, а вот задорную ночь… — Ло многозначительно хмыкнула, — вполне. Пойдём, сколько можно дышать библиотечной пылью?! — и потянула меня за руку. — Будет весело!

Я поддалась мимолётному соблазну и даже приподнялась в кресле, но как только взгляд вновь упал на раскрытую книгу, настроения поубавилось:

— Иди, я ещё поработаю.

Подруга нахмурилась, но настаивать больше не стала. Махнула на прощание и упорхнула веселиться, а я, подвинув светильник поближе, вернулась к древнему переводу и блеклому монитору.

Когда с шумерами было покончено, прошептала победоносное «Да!» и стала собираться домой. В архивах не было окон, но воображение ярко рисовало тьму за стенами. Бросив телефон и блокноты в сумочку, я направилась к выходу, но взглядом зацепилась за любопытную книгу, которую раньше не замечала. Может, Сухарь, наша старшая библиотекарь, незаметно подложила с ненавязчивым намеком, что я и её должна оцифровать?

Я взяла книгу в черном кожаном переплете, накрепко перехваченный ремешком, сунула в сумку и наконец покинула душное царство тишины и уединения, именуемое архивом центральной библиотеки.

Знала бы я, чем обернется мое решение стать археологом, ни за что не пошла бы в институт. Грезила о раскопках, открытиях, приключениях и громкой славе. А оказалась здесь - посреди пыльных стеллажей, перебирая никому не нужное старье.

Запахнув весеннее пальто, я погасила свет, выбежала в ночь… и опешила. Темнота — хоть глаз выколи. Фонари почему— то не горели, казалось, что вокруг абсолютная пустота. Нервно оглянувшись по сторонам, я вцепилась в сумочку и, стараясь не споткнуться, направилась на центральную площадь, где меня должно было ждать такси. Но и там оказалась лишь густая, липкая тьма. И, самое странное, тишина. Ни запоздалых прохожих, ни машин.

Но не это заставило сердце забиться быстрее и вызвало мурашки вдоль позвоночника, а пространство вокруг: оно пульсировало и дышало, в нём явственно ощущалось чужое присутствие.

Нет— нет, пожалуйста, только не сейчас…

Я поёжилась, закрыла глаза и сделала пару глубоких вдохов. Бежать не имело смысла.

Всякий раз, когда мне мерещилось подобное, я старалась взять себя в руки и подождать: тьма всегда развеивалась, скованность пропадала, и мир снова наполнялся красками, запахами и звуками. Вот и сейчас не прошло и минуты, как фары такси выхватили из темноты мою трясущуюся фигурку, застывшую у края обочины, и буквально вдохнули в меня жизнь.

Домой я ввалилась сгустком нервов, страхов и усталости. Сбросила пальто и туфли, побрела в спальню, по пути повсюду включая свет. Кот Кекс недовольно прищурился и жалобно мяукнул. Спящий красавец явно не одобрял моих ночных похождений.

– Прости, малыш, но твоя хозяйка немного не в себе и порой видит всякое, – я подошла к настенному календарю и обвела сегодняшнюю дату черным маркером. Нахмурилась:

– Если так пойдет и дальше, боюсь, придется всерьез задуматься о лечении, – темных кружков становилось все больше. – Интересно, меня вообще выпустят из дурки, если я расскажу им про свои глюки?

Кекс громко мяукнул, будто возмутился такому кощунству.

– Знаю-знаю, это невежливо – считать меня сумасшедшей! – я примирительно погладила мохнатое ухо. – Но, если честно, я и сама начинаю в этом сомневаться. С той памятной поездки в Вади-Рам, два года назад, я будто не в своем уме... Впрочем, ты прав, пушистый, нечего себя накручивать. С каждым может случиться обморок от перегрева. А то, что привиделось... галлюцинация, не более.

Но внутренний голос подсказывал: это не так. Та встреча в пустыне была более чем реальной. И последствия ее я расхлебывала до сих пор.

Вздохнув, я подхватила полотенце и направилась в ванную. Контрастный душ, надеялась я, немного остудит разыгравшееся воображение.

Однако стоило распахнуть дверь, как я застыла на пороге. Вместо тесной комнатки три на четыре с потрескавшейся плиткой и душевой кабинкой передо мной раскинулся мраморный зал с фонтанами, диковинными растениями и огромным бассейном, утопленным в пол и до краев наполненным дымящейся водой.

Я протерла глаза, не веря в реальность происходящего. Попятилась, зажмурилась.

– Мне это снится, – прошептала, надеясь, что сумасшествие вот-вот развеется, и я наконец проснусь в своей постели.

Но чудо не произошло. Когда я вновь робко заглянула в ванную, сказочная картина никуда не делась. Все тот же зачарованный грот, пропитанный ароматами благовоний и звуками струнных инструментов. Манящий прохладой и негой...

– Кекс, ты тоже это видишь?

Кот выгнул спину, злобно зашипел и стрелой метнулся на кухню. Вот трус! Или у него просто нет такого богатого воображения, как у меня?

Впрочем, я тоже не горела желанием исследовать открывшиеся чудеса. Бред больного разума пугал до дрожи. Но любопытство победило. Осторожно, держась за косяк, я шагнула за порог. Теплые испарения воды тут же окутали кожу. Терпкие ароматы масел и трав ударили в нос. Невероятно!

Понимая, что могу проснуться в любой момент — и приятная картинка развеется, как дым, я скинула платье, нижнее бельё и с детским восторгом подошла к краю чаши. Потрогала воду пальчиками ног. От ее тепла по телу побежали мурашки. Я зажмурилась от удовольствия и спустилась по пологим ступеням вниз, распустила волосы из тугого пучка и откинула голову назад.

Я не помнила, когда испытывала похожее блаженство, но это было поистине сказочно. Обжигающая вода расслабляла, ароматы благовоний дурманили.

Глава 2

Ияр

Купальню застилала удушливая пелена благовоний. Капли пота щекотно стекали по спине, впитываясь в льняную рубаху. Я стоял, будто громом пораженный, не в силах отвести взгляд от стены, где всего миг назад зияла тьма разлома. Оттуда, из небытия, явилась она - дитя Луны. Печать проклятого рода.

Тонкие пальчики Яффит впились в мое предплечье. Полные губы дрожали, точно лепестки мака под ветром.

— Владыка, умоляю, это ведь была Белая колдунья?

Я качнул головой, прогоняя наваждение. Яффит. Суженая, нареченная. Цветок, взращенный в тиши покоев для ложа повелителя. Мой якорь и утешение. Ее страх был почти осязаем - липкий, удушающий.

— Ашшур Суму-ла-Эль! — в голосе невесты звенела мольба пополам с обидой. Она желала защиты и ласки, не понимая, что сама лишь усугубляет смятение.

Едва сдерживая раздражение, я накинул на трепещущие плечи Яффит тонкую ткань. Поцелуй в макушку - и тихий приказ прислужницам:

— Госпожа утомлена. Проводите ее в покои.

Темные очи вспыхнули вызовом:

— Я хочу быть рядом с вами, повелитель!

— Позже. Обещаю.

В груди теплилась вина. Яффит так старалась, готовясь к нашей встрече. Умастила тело ароматами, облачилась в тончайший шелк. И все напрасно. По моей вине.

Уязвленная невеста присела в поклоне и удалилась - волна черных волос плеснула на прощание. А у меня перед глазами стояла иная - белокурая и светлоглазая, с телом, слепленным из лунного сияния. Дитя мрака. Или света?

Лязг оружия и гулкие шаги вырвали из раздумий. В купальню ворвался Акихар - брат по крови и духу, мой верный советник.

— Ияр, что произошло? Ведьма здесь?

Я устало прикрыл глаза. Голова раскалывалась, мысли разбегались.

— Была. Ушла сквозь камень.

Акихар недоверчиво покачал головой. Его скулы напряглись, словно перед прыжком. Мысли друга всегда были об одном - сражениях и славе. Даже сейчас чуял лишь угрозу, не понимая сути.

— Разлом меж мирами... — голос Акихара отдавал горечью полыни. — Но ведь древние маги, владевшие такой силой, давно истлели!

Я поморщился. Пальцы невольно потянулись к перевязи, где прежде покоился кинжал. Украденный. Как и покой.

— Это не обычная ведьма. Я узнал ее...

Акихар смерил меня тяжелым взглядом. Пришлось отвести глаза, пряча постыдную правду. Но разве скроешь что-то от того, кто знает тебя лучше, чем ты сам?

— Встреча у колодца. Два года назад.

Губы Акихара скривились в усмешке:

— Та самая, что свела тебя с ума дурманом грез?

Я стиснул зубы, пережидая приступ острой боли. Воспоминания хлынули в разум стремительным потоком, затапливая, погребая под собой. Синие омуты глаз, пряди волос, сверкающие, будто снег на солнце. Хрупкие плечи, трепет пульса на белой шее. Чары, опутавшие сердце липкой паутиной. Сколько ночей провел я без сна, раздираемый темным желанием и гневом? Сколько молитв вознес, прося избавления?

И все было тщетно. Годы не смыли горечи, не излечили недуг. Стоило колдунье явиться вновь - и зверь внутри вскинулся, жаждая добычи. Моя слабость, мой стыд.

Акихар хмурился, постукивая пальцами по эфесу меча:

— Но почему сейчас, спустя столько лет? Зачем ей потребовалось тревожить прошлое?

Я зажмурился до рези в глазах. Язык едва ворочался, выталкивая слова:

— Месть за убитых сестер? Безумие? Жажда хаоса? А может, ей нужны наши души. Или... только моя?

Друг смерил меня тяжелым взглядом. О его догадках нетрудно было судить по расширившимся зрачкам и побелевшим скулам.

— Твари тьмы коварны и злокозненны. Не мне тебе рассказывать...

Намек на белокурую прапрабабку из рода Акихара не прибавил спокойствия. Ее история - кровавое пятно на гобелене истории. Любовные зелья, подмененные младенцы, жертвоприношения. И костер во дворе дворца, пылавший трое суток.

Я с силой растер лицо ладонями, прогоняя видения. Ясность мысли была жизненно необходима.

— Надо усилить охрану. Стены глаза и уши. И пошли за Найрой - пусть очистит купальню. Яффит напугана. Ее нельзя оставлять одну.

— А другие невесты? — Акихар недобро прищурился.

Я поморщился. Интриги гарема - последнее, что меня заботило. Но традиции... Куда от них деться.

— Отправь к ним слуг с дарами. Только проследи, чтобы не сболтнули лишнего о случившемся. Никакой паники.

Акихар нехотя кивнул. Мне почудилась тень осуждения в его глазах. Или то был лишь отсвет моих собственных сомнений?

— А Яффит, стало быть, всё? Открытое покровительство?

Я стиснул челюсти. Друг танцевал по лезвию кинжала, испытывая мое терпение.

— Мой внутренний зверь давно выбрал ее. К чему притворяться?

— К миру в империи, не иначе. — В голосе Акихара прорезались ехидные нотки. — Высший совет не оценит такого пренебрежения дипломатией.

Я отмахнулся. Не время было обсуждать традиции и брачные союзы. Слишком свежа была рана. Слишком силен страх. Слишком громко выла тоска внутри, требуя утоления.

— Хватит болтать. Ступай. Мне нужно побыть одному. Подумать.

— Как прикажешь, владыка.

Акихар шутовски поклонился и растворился в тенях. Шаги его отдавались эхом, постепенно затихая, пока не слились с гулом крови в ушах.

Оставшись в одиночестве, я бездумно побрел по анфиладам. Ноги сами вынесли к потайной панели в стене. Там, за неприметной дверцей, таился ход в святая святых. В тайное хранилище, где испокон веков был сокрыт ключ к тайнам прошлого. Книга Тьмы.

Манускрипт, способный пролить свет на истинные цели Лунной девы. Ответить на вопрос, не дававший мне покоя долгие годы. Зачем? Зачем она явилась тогда, у старого колодца? Зачем всколыхнула уснувший было вулкан в моей груди? К чему эти намеки, недомолвки, повисшее в воздухе напряжение? Что за игру она затеяла?

С этими мыслями я пересек тайное хранилище, остановившись перед древним постаментом. Сердце колотилось где-то у горла, пальцы подрагивали от волнения. Сейчас, сию минуту я наконец узнаю правду!

Глава 3

Оливия

Я уже предвкушала, как погружусь в завораживающую пучину древних символов и загадочных образов, как ощущу дыхание веков и услышу шепот драконов. Сидя в машине, пока Лора ловко лавировала в потоке ночных огней, но куда там! Едва кончики пальцев скользнули по шершавому пергаменту, впитывая его тепло и аромат благовоний, как голос подруги безжалостно выдернул меня в реальность.

— Оливия, зачем ты взяла эту рухлядь? Мы же на вечеринку едем, а не в библиотеку! — Лора бросила на меня быстрый взгляд, прищурившись. За дежурной улыбкой проскальзывала тревога. То ли беспокоилась, что я слишком увлеклась книгой, то ли ревновала к ней - не знаю.

Не успела я и рта раскрыть, как наманикюренные пальчики подруги ловко выхватили фолиант и сунули в бардачок. Щелкнул замок, и Лора безапелляционно подытожила:

— Все, никаких книг! Сегодня будем танцевать до упаду, флиртовать и покорять мужские сердца. Уж я прослежу, чтобы от букиниста в тебе и следа не осталось.

Что ж, пришлось смириться. Может, она и права. Сегодня не время предаваться научным изысканиям. Не тогда, когда нас ждут огни ночного города, зажигательные танцы и, чем черт не шутит, настоящее приключение! Пора встряхнуться и не чураться живого общения. В конце концов, не могу же я вечно прятаться за пыльными страницами.

Решительно кивнув своим мыслям, я откинулась на спинку кресла. Что ж, Клеопатра так Клеопатра. Надеюсь, из меня получится сносная царица Египта. По крайней мере, костюм должен помочь вжиться в роль и покорить танцпол. А древние тайны и загадки - что ж, они никуда не денутся. Дождутся моего возвращения.

Так я думала, переступая порог клуба "Прайд". Но стоило окунуться в порочный полумрак, как меня охватило острое чувство нереальности происходящего. Все смешалось в безумном калейдоскопе - эпохи, стили, лица. Средневековые рыцари, томные гейши, залихватские пираты... Я даже заметила парочку инопланетян!

На миг почудилось, что мы угодили в кроличью нору - как Алиса в Стране чудес. Вот сейчас из-за шторы выскочит Белый кролик, и понесется бешеный хоровод!..

— Значит, египетская вечеринка? — с сомнением протянула я, разглядывая пеструю толпу.

— Сама в шоке, — хмыкнула Лора. — Представляешь, в городе не нашлось столько костюмов Древнего Египта! Вот народ и импровизирует.

Что ж, по крайней мере, в окружении столь разношерстной публики мы в своих нарядах смотрелись органично. Так, наверное, чувствовали себя Клеопатра и Нефертити на приеме у Цезаря - дивные экзотические цветы в римском соду.

Кстати о римлянах. Наши кавалеры - Цезарь-Дамир и еще один "легионер" - оказались весьма галантными господами. Вручили по бокалу шампанского, одарили комплиментами, пригласили на танец. Сама обходительность!

Правда, кое-что меня насторожило. Когда я спросила у Дамира о гостях, он обмолвился, что знать не знает добрую половину присутствующих. Как так? Разве можно закатывать пир на весь мир для совершенно левых людей?

Впрочем, размышлять над этой загадкой было некогда. Уже через минуту я плыла в танце, невольно улыбаясь и поддаваясь шарму своего партнера. А Дамир умел произвести впечатление! Взять хотя бы его внешность - высокий, статный, с пронзительными черными глазами и аккуратной бородкой. Настоящий восточный принц!

Стоп, кажется, меня пару раз назвали Клеопатрой? Выходит, я сегодня царица, а значит, достойна лучшего. И будь я проклята, если не получу желаемое!

С этой мыслью я окончательно отринула робость и позволила себе раствориться в музыке. Плавные движения сменялись резкими, покачивания бедрами - игривыми разворотами. Я то притягивала Дамира к себе, то ускользала, дразня и маня.

Краем глаза я видела, что Лора тоже не теряет времени даром. Ее каштановые кудри взметались огненным вихрем, звонкий смех покрывал даже биты. Подруга явно знала толк в веселье и брала от вечера все.

Не знаю, сколько времени прошло в этом сладком забытьи - час, два? В какой-то момент на танцпол пустили клубы разноцветного дыма, и реальность вдруг поплыла, задрожала, как марево в пустыне.

Краем глаза я заметила какое-то движение. Что-то знакомое, будоражащее, тревожное. Меня будто магнитом потянуло к зеркальной стене. И там, в серебристой глади, я вдруг увидела... Его!

Моего незнакомца. Моего варвара из снов.

На миг я застыла, будто громом пораженная. Не может быть! Не здесь, не сейчас! Просто похожий мужчина, просто игра света. Мне мерещится, чудится, это все дурман и вино...

Но видение не таяло. Напротив, становилось все четче, осязаемей. Смуглая кожа, литые мышцы, резкие, хищные черты лица. Да, это он. Тот, кто терзал мою душу, преследовал во снах. Тот, чей образ отпечатался на подкорке, въелся в самое нутро.

Он восседал на возвышении, увитом цветами, и небрежно цедил вино из золотого кубка. Поза полная лени и довольства. Ленивый хищник, упивающийся властью. У ног его, словно услужливые рабыни, извивались полуобнаженные девы. Покорные, сладкие, созданные для удовольствия.

Алая пелена застлала взор. В груди вскипело, забурлило, разрывая легкие. Ярость, боль, ревность - едкий коктейль, разъедающий душу. Будто этот варвар, этот сон наяву отнял что-то бесценное. Достоинство, гордость... сердце?

Это чувство было иррациональным, болезненно-острым. Но таким настоящим, всепоглощающим, что на миг я усомнилась в реальности происходящего. Может, я все еще сплю? Может, меня опоили наркотиком, и теперь сознание разыгрывает злую шутку?

Но вспышка неуверенности тут же угасла. Взгляды наши скрестились, будто клинки. И в черных, бездонных омутах напротив вспыхнуло узнавание. Изумление, сменившееся жадным интересом. Он смотрел на меня в упор, не мигая. Смотрел так, словно тоже не мог поверить в реальность момента.

Секунда, другая - и плотину прорвало.

Змеей скользила вдоль зеркальной глади. Гипнотизировала покачиванием бедер, зазывно ласкала себя руками. Билась трепещущей жилкой, пылала и сгорала без остатка. Мой танец был вызовом, был приглашением, был древним колдовским ритуалом.