Между мирами или Поцелуй огня

Глава 1

Психиатрическая лечебница ДаунтРей.

…Мигал желтый свет, и сирены не переставали звенеть, оповещая персонал лечебницы о чрезвычайном происшествии. Больница гудела как осиный рой. Санитары и врачи забегали с этажа на этаж: искали причину беспокойства. Пациенты метались по палатам. Кто-то бился головой о стену, кто-то вторил вою сирены, а кто-то раскачивался, затыкая уши руками. Охранник внимательно перелистывал картинки с камер наблюдения и потел. Как? Скажите, как он мог проглядеть одну из самых опасных пациенток? После вечернего обхода она ещё была в своей палате, мирно разговаривала с кем-то невидимым, а через десяток минут исчезла. -Нашли! У западного крыла, - в рации зашипело. - Будьте осторожны, она опасна. Код красный, повторяю код красный!

-Обтирая платком лысину, старый Эл упал в потертое кожаное кресло и усмирил одышку. Ну и славно, он впился в картинку на мониторе и достал из стола надкушенный сэндвич, излишне пропитанный горчичным соусом и майонезом, предвкушая неплохой вечер и эпическую битву между озверевшей пациенткой номер сто два и его молодыми жестокими коллегами. Но не успел Эл расслабиться, как над его головой разверзся Ад…

***

Два дня назад…

Били палками по ногам, пускали через тело ток, кололи иглами, устраивали пытки холодом, водой, голодом. Мозг просвечивали слепящим глаза светом: изучали как, инопланетянку, что случайно залетела не на ту планету и умудрилась не сдохнуть. Мои реакции, мой жизненный ресурс, мою голову. Голова, а вернее то, что в ней сидит, их интересовало больше всего.

Что за искаженное мировосприятие, если куда ни глянь, видятся монстры?

В столовой за едой. Или на прогулке, когда вглядывалась в зеленые холмы. Или в душе. Монстры были везде и всюду. При этом я честно надеялась: мне поверят, что не только я их вижу. Тщетно, клиника для душевнобольных не то место, где тебе верят. Выбить глупости палками — это пожалуйста, но не вести задушевные беседы и обещать, что всё наладится, никто не будет.

Хотя по первости они пытались. Доктор Рей, в честь кого была названа клиника, поначалу слушал, кивал головой, записывал в блокнот и проявлял бережное сочувствие. По крайней мере, я в это верила. Обещал, что вместе мы со всем разберемся. Но чем больше проходило времени, тем суровее становилось его немолодое лицо, тем больше было процедур, и тем чаще приходилось терпеть боль.

Но боль была пустотой, которая со временем притуплялась, и не шла в никакое сравнение с болью, что засела где-то там глубоко внутри. Боль, что каждый день заставляла впадать то в уныние, то в ярость. Боль, со множеством оттенков.

За что?

За что меня «прокляли» его бездушные глаза?

За что я должна всё это терпеть?

Да, говорят, что, перед тем как попасть сюда, я долго лежала в больнице, были множественные переломы, укусы, ссадины и рваные раны. Потеря крови, очень большая. Кома, из которой вышла через неделю, долгая реабилитация, а потом это... Я не должна была выжить, но выжила наперекор всему и стала главной диковинкой этого зоопарка.

И теперь, уже почти год, взирала на мир из-за высоких стен, где прячут самые тяжёлые случаи нарушения мозга. ДаунтРей. Хуже тюрьмы. Из тюрьмы есть возможность выйти, из этой клиники выходят только в черном полиэтиленовом пакете в печь. Крематорий, что находился за зданием больницы и хоть и не часто, но выпускал удушливый едкий дым горящей плоти.

Иногда, глядя на этот дым, я думала, что и меня ждёт та же участь, когда стану неинтересной, когда сломаюсь. Но не дождутся, пока в груди горит яростное пламя мести, пока я дышу ради того, чтобы найти того ублюдка, что перечеркнул мою жизнь, что однажды заставил посмотреть в темную бездну его золотых глаз. Я не сдохну. Ни здесь и не сейчас. Если в преисподнюю, то только вместе.

Сделав глубокую затяжку, я выбросила тонкую сигарету, и обернулась:

- Лизи, а вот и ты, -опять пугаешь Берту. А я между прочем уже не девочка, чтобы за вами бегать. - Пухленькая чернокожая женщина с вечно улыбающимся лицом, посмотрела на меня с укором. – Опять курила, и откуда ты их достаёшь? - Она покачала головой с аккуратно зачёсанными волосами, перехваченными облезлым ободком, грозно сдвинула брови и уперла руки в тучные бока.

Но на самом деле её этот вопрос не тревожил, она знала, что некоторые охранники меняют запрещенные, но не опасные вещи на интимную услугу, поэтому никогда не вдавалась в подробности. Жизнь, где бы она ни была, тянулась к мелким радостям, особенно по обоюдному согласию.

Пусть так и думает, ведь не буду я ей объяснять, что сигареты мне носят не охранники, а Сэт, мой воображаемый друг. И получает взамен не секс, как увальни охранники, а мою кровь. Насквозь пропахшую отчаяньем, болью и дрянными чувствами, от которых он впадал в экстаз. Он, конечно, мог и не спрашивать разрешения и брать то, что ему нужно, как другие его сородичи, но не стал. Я не знала почему. Просто поняла, что без моего разрешения он навсегда исчезнет из моей паршивой жизни и найдет себе другого донора. И тогда я окончательно сойду с ума.

На обед вонючая жижа, называющаяся кашей, стакан безвкусного морса и кусок пресного хлеба. Куча таблеток, которые я научилась глотать без воды, и, если повезёт и тебя сразу отправляют в палату, то выблёвывать. Жаль скудную еду, что уходила вместе с колесами, но зато это позволяло оставаться в сознании и не пускать слюни, думая о розовых слониках.

Потом прогулка, настольные игры для дебилов, просмотр мультиков. Кстати, тоже дебильных, с пометкой G. Вечерний разговор с доктором Реем и сон. Сон, что никогда не шёл из-за вечно включенного света. Иногда мне казалась, что это пытка, изощренная таких что выматывают душу. Но эффективных, делающих человека покорным. Я научилась с этим жить, давно сделала себе повязку на глаза, оторвав край от простыни.

Глава 2

Проснулась раньше назначенного. Заправила кровать. Сделала подобие зарядки. Не знаю почему, возможно, осталось с прошлой жизни, но я любила изнурять свое тело тренировками. Да, сейчас оно было не в меру худым. Но зато мышцы были крепкими. Да и выйти я хотела из лечебницы не в виде желе, что задохнется на первой сотне метров, а более-менее подготовленной. Врачам моя активность нравилась, чего-то дурного в ней не видели, поэтому не запрещали.

Потом стала спешно собирать по полу рисунки. Не хватало, чтобы доктор начал в них копаться, анализировать, ставить новые диагнозы. По крайней мере не сегодня. А посмотреть там было на что. Помимо изображения глаз, что намертво впечаталось в мою память, и размытого лица того, кого я должна найти и наказать, среди моих рисунков были фэйри.

Большинство, конечно же, посвящено Сэту. Этот пройдоха помимо любви к еде, ещё обладал недюжинным тщеславием и обожал мне позировать. Каждый второй набросок изображал его. Потом, лица и фигуры тех фей, что оказывались неподалёку. Они не знали, что я их вижу, поэтому не тревожились, неспешно проплывали по своим делам. Я же тихонько наблюдала, запоминала черты, повадки, особенности, приводящие в ужас нормального человека. Берта, например, после одного из рисунков, чуть не слегла с инфарктом, она сказала, что я нарисовала демона, пожирающего души. Может и так, я лишь пожала плечами и убрала рисунок в пузатую папку, что ширилась день ото дня.

Доктор Рей, как всегда, был свеж и опрятен: щеки чисто выбриты, голубая рубашка отглажена и заправлена в светлые брюки со стрелками, на плечах накрахмаленный белый халат, на груди табличка с его инициалами. Дорогой парфюм щекотал ноздри. Руки скованы за спиной в замок, взгляд сквозь очки-половинки острый, изучающий.

- Ну, и как себя чувствует моя самая любимая пациентка?

- Замечательно, -вытянулась я в струнку и приветливо улыбнулась. Жаль не было зеркал, чтобы оценить степень приветливости. Тут же с грустью вспомнилось, что в зеркала я не смотрелась очень давно и, как я выгляжу, представляла плохо. Пыталась рассмотреть себя в отражении оконного стекла и отполированной железной миски, тщетно. Если бы спросили, какого цвета у меня глаза, я бы пожала плечами. Волосы? Волосы темные, насыщенного-каштанового оттенка, но и то я смогла ответить на этот вопрос далеко не сразу. Лишь когда они достаточно отросли. Ведь когда меня сюда привезли, я была коротко острижена, а на затылке, под пальцами ощущался шрам. Нос прямой, щеки впалые. Мне страсть как хотелось себя увидеть, но доктор сказал, что это может травмировать. Если я себя ощущаю кем-то другим, то это приведёт к рецидиву, и я могу окончательно спятить. По мне, глупая отговорка, он просто боялся, что я разобью зеркало, а его осколки использую как оружие. И правильно боялся, я бы так и сделала. А ещё воспоминание о зеркалах заставляло меня впадать в ступор, я отчаянно старалась вспомнить, что-то очень важное, связанное с ними. Но от натуги начинала кружиться голова, и темнело в глазах. И лицо в этот момент выражало отнюдь не эрудицию. После очередного приступа я упала в обморок и постаралась о зеркалах не думать.

Чувствуя, что щеки сводит от натуги, я расслабила мышцы лица. Доктор при этом недовольно поджал губы. Придвинул к себе единственный стул, уселся. Охранника за спиной попросил подождать за дверью.

Ну, что не так?

- Лизи, покажи мне свои руки.

Я нехотя протянула запястья, на которых зарубцевались порезы.

-Новых не делала? - его палец прошелся по белёсым шрамам.

Я качнула головой.

-Хорошо, значит, тревожное расстройство отступило.

Ага, ждите, мое тревожное расстройство стояло за спиной у доктора и выглядывало из-под его подмышки. Такая наглая, хитрая рожа, с отвратным оскалом акулы. И почему фейри не такие, как в книжках, прекрасные?- Лизи, о чём задумалась?

Я часто заморгала, выходя из грез, где радужные феи в воздушных нарядах танцевали на благоухающих полянах в окружении цветов. Пожала плечами:

- Хочу большую кружку кофе с молоком, но знаете с пенкой, и чтобы сверху цветная посыпка в виде сердечка и круассан с темным шоколадом. -Я не знаю откуда, но, когда вздохнула, мне показалось, что я чувствую кофейный аромат, тонкий дразнящий. А рядом круассан, такой огромный, что, если его съесть, измажешь щеки в пудре. А пудры тоже много, кондитер не поскупился, целое облако вокруг моего угощения. А внутри растекающийся шоколад с горчинкой. Ммм, я зажмурилась, ощущая воображаемый вкус.

- Лизи, ты сегодня необычайно рассеянна. Что-то случилось, возможно, ты хочешь о чём-то мне рассказать? Давай, я внимательно выслушаю, ты же знаешь. А насчёт кофе у нас правила, он запрещен.

- Конечно, в этом чертовом месте запрещено всё, кроме скудной и отвратной еды! Ни нормальных белков, ни углеводов. Мясо только по праздникам, и то похожее на подошву. Наверное, специально такое делают, чтобы мы страдали.

- А как твой невидимый друг, он тебя не беспокоит?

Невидимый друг сел к доктору на колени, нежно приобнял, как ребенок обнимает мать и уставился на меня немигающим взглядом. Жутко до дрожи, но в то же время весело. Доктор, ничего ненормального не ощущал, только непонятную тяжесть, что заставила вытянуть ноги вперед и потереть бедро.

- Нет. Я уже давно никого не вижу. Мне кажется, что лечение помогает. Возможно, я скоро смогу отсюда выйти? - Риторический вопрос, потому что мы оба знали: я никогда отсюда не выйду.

Доктор прищурился, хотел вновь что-то спросить, но тут же сморщился и повел носом. – Чем это пахнет? - Стал тщательнее принюхиваться.

Я же закрыла рот рукой, чтобы не засмеяться. – С невинным видом Сэт цепляясь за рукав доктора выпрямился и заглядывая в лицо мужчине дыхнул на него. Надо отдать мужчине должное, он по-деловому откашлялся, и вернулся к доброжелательному спокойствию. – Скажу санитарке, что бы лучше прибиралась, мне кажется, здесь где-то сдохла крыса.

Ага, «крыса» мелкая, противная с волосатой жопой, что маячит перед твоим лицом.

Глава 3

- Лора, Лора вставай.

- Пошел к черту, Сэт, - я отпихнула назойливого фейри, и тяжело сглотнула. Судороги не отпускали. Охранник, как сорвавшаяся с цепи собака, жалил и жалил своим оружием, заставляя меня слезно просить прощения и умолять остановиться. Кажется, в какой-то момент я потеряла голос, и даже сознание, но ток, проходящий через тело, было не остановить. С извращенным удовольствием этот ублюдок продолжал меня пытать. После он так и оставил меня валяться на полу, пнув на прощанье тяжелым ботинком.

- Лора, ну прости меня, хочешь я отомщу охраннику? Он сломает себе руку или ногу, а может быть все вместе.

- Нет! – Прошептала я, пересохшими губами. Приподнялась на локтях давая себе минутку. Потом стала медленно собирать истоптанные и изорванные рисунки, разбросанные по полу. Тщательно, словно это помогало собраться с мыслями и не упасть в пропасть, в которую меня затягивало. Если вновь затянет воронка, во второй раз не справлюсь, и, возможно, это станет моим концом. Но нет. Не на того напали. Слизнув с искусанных губ кровь, я поднялась на ноги. Задержала взгляд на мятом листке поверх стопки, с которого на меня смотрела и, кажется, ухмылялась драконья рожа.

- Ну, говори, что тебе нужно, крови?

Фейри виновато опустил взгляд в пол и болезненно осунулся:

- Я сделал всё, о чем ты меня просила.

- Просила?

- Ну, договорился с друзьями о помощи.

- Помощи?

- Лора, зачем ты повторяешь слова, тебе повредили голову? - раскаяние Сэта как рукой сняло, он вновь стал язвой с противным характером. Забрался на подоконник, закинул ногу на ногу и выставил на мое обозрение чахлую голую жопу и крохотные гениталии.

- Ты уверен?

- Конечно, я уверен, это же мои друзья.

Я уселась на кровать, подозрительно щурясь. Маленькая надежда разгоралась быстро, но мне не хотелось превращать её в пламя, чтобы не было очередного разочарования.

- Чем они могут помочь? Какова плата?

- Плата не нужна, они возьмут всё, что им нужно, с охранников и санитаров.

- А что им нужно?

- Ай, ничего особенного, гнилые зубы, волосы, плоть...

- Они их убьют? - Ужаснулась я, сдерживая новую порцию дрожи.

- Нет, договор фейри нарушать не могут, они не возьмут больше, чем требуется для утоления голода, люди останутся в живых. Да и вообще, чего ты переживать начала? Они так с тобой обращались, что как минимум заслуживают гнить заживо.

-Нет, стой, я не согласна. Да, свобода заманчива, но не ценой страданий других…Сколько бы я ни проклинала персонал и доктора Рея, натравливать на них фейри я не желала.

Сэт спрыгнул с подоконника и на вялых крылышках поднял себя на кровать. – Я обещаю, что они сильно не пострадают. Не переживай, пострадает только их гордость, когда под утро они обнаружат на голове лысины и осознают, что к стоматологам им больше не нужно.

Я хмурилась, хоть фейри и не лгут, они изворотливо умеют подбирать слова. Но кажется, в этот раз Сэт был честен. Может совесть проснулась? Хотя я уже знала, что совесть и фейри понятия несовместимые. Фейри не обременены чувствами, как люди, и у них другие понятия о чести, долге и обещаниях. Весь их мир — это хитрость в угоду своим желаниям.

- Хорошо, когда?

-Сегодня.

-Так скоро?

-Ну, в другой день они очень заняты.

Очень сомнительная отговорка, зная по Сэту, что занятость фейри измеряется выгодой и настроением.

-Их много?

-Достаточно, чтобы ты смогла уйти. И вот, - Сэт разжал кулак и на его ладони появилась зеленый листик, спрячь куда-нибудь и тебя не тронут. Пикси не выносят аромата мяты.

***

Ужин проходил в тягостном ожидании, ела быстро и сосредоточенно. Выискивая взглядом того, кто мне нужен. С облегчением выдохнула, когда увидела, что сегодня смена Томми. А это значило, что всё могло получиться.

Поборов внутреннее отвращение, я украдкой огляделась, чтобы поблизости не оказалось других санитаров и просто любопытствующих, и направилась к мужчине. Молодой, лет двадцати пяти, качок, как все санитары, но в отличие от других, помешанный на своей внешности и члене. Будь его воля, трахал бы всё, что шевелится. Никогда не думала, что эта его черта особенно будет мне на руку.

-Привет.

Мужчина хмыкнул и уставился вопрошающим взглядом водянистых глаз. В которых блеска безумия было куда больше, чем у половины пациентов клиники.

-Томми, я хорошо подумала и согласна…- На что согласна, озвучивать было не нужно. Томми предлагал мне с ним переспать не единожды. Нет, он, конечно, мог взять меня силой, но тот единственный раз, когда осмелился, я прокусила ему руку, и чуть не выдавила глаз. И теперь он меня опасался, возможно, боялся, а не откушу ли я ему член. А я могла бы. Что взять с сумасшедшей? Но вот сейчас мне потребовались вся моя выдержка и терпение, чтобы его завлечь.

-Прошу, - прошептала, подойдя ближе, - мне так не хватает мужской ласки. Целый год без мужчины, это довольно долго.

Мужчина окинул меня подозрительным взглядом. – Кажется, в прошлый раз ты была не сильно сговорчива. – Он закатал рукав и показал полумесяц шрама, оставленный моими зубами.

- Прости, ретроградный Меркурий, и все такое …- решила пошутить я, но Томми мои слова не тронули, тогда, поборов приступ тошноты, я коснулась его руки, осторожно потерла пальчиками, горячо зашептала: - После того, как Пэт рассказала, что ты с ней делал, - я пожевала губу, изображая смущение, - в общем я тоже так хочу.

Во взгляде напротив запрыгали черти, губы разъехались в довольной улыбке. Ну как же, его не просто порекомендовали, а ещё и накидали восторженных отзывов.

Томми мгновенно схватил за талию и жестко прижал к себе. Свободной рукой очертил овал моего лица, потер большим пальцем щёку, растрескавшиеся губы. Убрал прядь коротких волос за ухо.

- А что хочешь взамен? Ты же не просто так себя продаешь, тебе явно что-то нужно, Лизи.

- Ничего, только близости.

Глава 4

Как только я попала в психиатрическую клинику ДаунтРей, все мои мысли занимал побег. Но я не думала о том, что будет после. Куда идти? Как вернуть стертое из памяти? Единственная ниточка — это мятый рисунок в моем кармане, но искать человека по глазам — настоящее безумие. Да, цвет глаз редкий, кофе с расплавленным золотом, но не будешь заглядывать всем встречным в глаза. Надо найти интернет, вдруг что-то найду и вспомню. А пока...

Я бежала наперегонки с ужасом. Бежала в зияющую дыру распахнутых настежь ворот. Туда, где бескрайние луга, леса и дорога, серпантином уходящая в даль. Бежала наперегонки с ледяным ветром, что дергал за волосы и одежду в ночном тумане, оседающем на коже моросью. И когда сил не осталось, а мрачное здание скрылось далеко позади я упала в ближайший куст и распласталась на спине, не сдерживая счастливой улыбки. Я свободна! Наконец-то Лора, ты выбралась из этого ада!

Знала бы я тогда, что ад, только начинается.

Приподнялась на локтях чувствуя, как прилив эйфории отступает вместе с теплом, что вытягивает промозглая земля, а мысли приходят в порядок.

... добраться до города, сменить одежду и найти приют. Звучало как план, но это оказалось не так-то просто.

Ближайший город не так близко, как хотелось думать. Только к рассвету я добралась до первого клочка цивилизации – заправочной станции. Слава богу, в такой ранний час никого не было и я зашла в уютный магазинчик с автотоварами и всякой мелочью.

Приветливо звякнул колокольчик, и парень, дремавший за стойкой, встрепенулся, сгоняя сонную дрёму. Открыл рот для приветствия и тут же его захлопнул, подозрительно уставившись на меня, а потом на парковку, где не обнаружилось машины. Или того транспортного средства, на котором могло занести такую странную гостью.

Придумывать ложь и оправдания не было не сил ни желания. Прошла мимо него кутаясь в растянутую кофту и петляя между прилавками зашла в уборную, прихватив с полки дорожный набор и шоколадку.

Несколько долгих мгновений разбирала косметичку выложила зубную щётку с пастой, кусочек твердого мыла, салфетки, крем для рук и только после затянувшейся паузы подняла взгляд и посмотрела на себя в зеркало.

Я была готова к любому чудовищу, но оказалась миловидной девушкой лет двадцати пяти, с крупными синими глазами с мелкими крапинками, похожими на россыпь звезд. Прямым носиком. И губами, хоть и сухими, потрескавшимися, но ярким пятном выделяющиеся на бледной коже. И все это в обрамлении каштановых волос, от влажности и грязи свернувшихся в лёгкие кольца.

Теперь понятно почему санитары смотрели на меня маслянистым взглядом. Без ложной скромности я была красивой, даже белесый шрам, тянувшийся с виска на щеку, придавал легкое очарование.

- Ну здравствуй Лора, приятно с тобой познакомиться. - Вымученно улыбнулась и начала тщательно смывать с себя грязь. Потом наскоро причесалась, почистила зубы, и даже намазала кремом руки, но как только дверь дёрнули в панике отскочила в сторону. Прислушалась и, взглянув на себя последний раз, вышла. У туалета ожидала, уткнувшись в розовый смартфон, девушка в спортивном костюме .

- Простите, - я посторонилась и поспешила к выходу, но парень за стойкой меня окликнул.

- Эй, мисс, возможно вам нужна помощь?

Я ускорила шаг, но он был стремительнее, поймал меня за край кофты заставляя оглянуться.

-Ничего дурного, простите, если напугал, - он поднял руки вверх, - скажите, что с вами случилось и почему вы в пижаме, возможно, я смогу вам помочь?

- Нет, -пятясь к выходу выдохнула я, - со мной все в порядке.

- Может полицию вызвать?

- Нет! – уже совсем грубо бросила я, но он опять преградил мне дорогу.

Тогда вот, возьмите, он сунул мне в руки две мятые купюры.

- Вы не думайте, просто я вижу, что вам нужна помощь, тут немного, но думаю лишними не будут, и ещё я договорился с той девушкой, он указал на туалет, она едет в сторону города и вас подбросит, если, конечно, вам не нужно в сторону ДаунРей.

От упоминания клиники внутренности скрутило узлом, но я взяла себя в руки и улыбнулась: - Спасибо…

- Роби, меня зовут Роби!

- Спасибо. Роби!

И пока парень не начал настаивать, наконец, вырвалась наружу. К этому моменту на стоянке припарковалась ещё одна машина, здоровенный пикап, отражающий блики утреннего солнца хромированными боками и тонированными стеклами. Хотя нет, окна как раз свет поглощали и не давали увидеть, кто был за рулем.

Шальная мысль подсказала, что это за мной, но вышедший из машины мужчина был мне незнаком, и прошёл мимо, словно меня не существовало. Обернулась, провожая обладателя широкой спины любопытствующим взглядом, а после, не давая себе сомневаться, рванула к его пикапу. Осторожно приподняла край брезента, накрывающий кузов и нырнула внутрь. Да, возможно стоило поехать с девушкой на удобном сидении, или того же мужчину попросить подбросить до города, думаю, мне бы не отказали. Но я была не готова отвечать на вопросы, которые они начнут задавать. Нет, лучше в жестком кузове отбить бока, чем через пару километров быть выкинутой на обочину, или возвращенной в ДаунтРей.

Отбивать бока не пришлось, среди странных приборов и инструментов, заколоченных ящиков и мешков набитыми чем-то мягким я нашла спальный мешок, аккуратно уложенный в сумку для кемпинга. Когда машина набрала ход, я осторожно его вытащила, и подвернула под себя. Свободным краем накрылась с головой.

Ехали довольно долго. Я честно пыталась держаться и не закрывать осоловевшие глаза, но теплое одеяло, мерное покачивание и рокот мотора сделали свое дело. Я крепко уснула, а когда проснулась, машина не двигалась. Но это не значило, что я могла выбраться и уйти, неподалеку беседовали двое мужчин спины которых виднелись сквозь щель, между бортами кузова и брезентом.

- …И что ты думаешь? – Спросил черноволосый мужчина моего «водителя» приложив палец к виску. - Возмущение полей очень сильное.

Глава 5

Замахнулась ножом, не задумываясь, но реакция незнакомца была стремительнее, он ловко увернулся, заломил мне руку за спину. Сталь выскользнула из ослабевших пальцев.

-Что здесь происходит?!

- Алекс! Сучка, которую ты нам подкинул, оказалась бешеной, она меня укусила, а Джоша порезала, - пожаловался блондин и оскалился.

-Рыжий бородач рассмеялся.

- Девчонка — огонь, не попала под чары этих неудачников, еще и задницы им надрала. Она мне нравится, кем бы ни была.

- Ничего не понимаю.

- Да, что тут понимать, ты девчонку к нам посылал? – прорычал брюнет, проводя пальцем по алой полосе на щеке.

- Нет.

-Тогда откуда она здесь взялась?!

-Рыжебородый великан подался вперед.

- Сладенькая, скажи, ты одна из этих, - он брезгливо поморщился, - прислужников Ши? Как ты сюда пробралась, не задев ни одного охранного заклятия? Тебе помог какой-то артефакт?

Четыре пары глаз уставились так, словно сейчас из меня польется божественный свет.

- Просто искала выход…

- Чтобы искать выход, нужно сначала найти вход. А это, сладенькая, невозможно.

- Я приехала с ним. - Кивнула за спину.

- Алекс?!

Мужчина позади скептически хмыкнул.

– Что за глупые выдумки?

Я выдернула руку и потерла запястье.

- Это правда. Я тайком забралась в кузов машины. Простите, я не должна была этого делать, просто хотела добраться до города. И мне очень жаль, если вас это оскорбило. Давайте я просто уйду, и забудем об этом недоразумении.

- В кузове моей машины?! – с непонятным выражением спросил незнакомец, но я отмахнулась:

- Да. Мне вообще не важно было, в какой машине ехать, ваша показалась более удобной.

Теперь мужчины смотрели так, словно я сказала несусветную глупость. А потом дружно рассмеялись, кроме Александра. Он, кажется, был раздосадован и зол. Вновь больно схватил и потащил за собой.

- Ну хватит глупостей. Ты думаешь, мы поверим в эту чушь?

- Что я такого сказала?

- Эй Алекс, когда с ней наиграешься, отдай её нам, мы тоже позабавимся.

Я упиралась, но меня всё равно втащили в комнату на первом этаже, похожую на библиотеку, с пузатыми шкафами до потолка, широким столом под огромным окном и мягкими красными креслами.

Толкнули на одно из них.

- Прежде чем мы продолжим, мисс, попрошу вас снять рубашку…

– Вы ненормальный?

Попыталась вновь сбежать. Но мужчина усадил обратно. Вдавил меня в спинку кресла и навис, припечатывая жестким взглядом льдистых глаз.

Я поняла, что Даунт Рей и кровожадные пикси были не самым страшным поворотом моей жизни. А вот этот незнакомец — настоящий монстр. Нет, демоном- подселенцем тут и не пахло. Но было что-то другое, осязаемое на тонком, невидимом глазу уровне. Облизнула пересохшие губы намертво вцепилась в края рубашки и покачала головой. - Вы не имеете права!

Льда во взгляде напротив стало больше. Минуту незнакомец напряженно о чем-то думал, застыв изваянием.Завораживающе, но не настолько, чтобы поддаться очарованию. Вряд ли он хотел меня очаровать. Тут было что-то иное.

- Скажите, что вам от меня нужно, и я уйду.

- Ты меня не слышишь…

- Как я могу вас слышать, если вы перестали говорить?

- Мысли. Ты не слышишь, что я тебе приказываю? – Александр сказал это так растерянно, что я перестала его бояться.

- Нет, а должна?

- Кто ты черт возьми такая?

- Лора Бенч…, а вы кажется Александр. И кстати, можно на ты, не люблю все эти формальности.

Мужчина выпрямился, но буравить взглядом не перестал.

- Александр Вебер Фокс.

-Хотелось бы мне сказать, что приятно познакомиться. Но, прости, не привыкла лгать.

- Тогда скажи правду, как ты сюда попала?

- Ты так об этом говоришь, как будто это что-то из ряда вон выходящее. Я же сказала: приехала на твоей машине. Можешь заглянуть в кузов, там развернут спальный мешок. Пришлось воспользоваться, чтобы бока не отбить. А ещё у тебя там странные приборы и опечатанные ящики. Я честно не заглядывала, если хочешь, можешь проверить.

Мужчина выпрямился и кивнул кому-то неведомому за моей спиной.

Я обернулась, но тайный подслушиватель исчез, только затихающие, торопливые шаги намекали, что он был.

- Если хочешь, чтобы я начал тебе доверять, Лора… ты должна снять рубашку.

- Зачем? -спросила буднично, но голос предательски дрогнул.

- Должен убедиться, что ты не одна из зачарованных, слуг Ши.

- И как голая грудь об этом поведает, споет? И что за Ши, какая-то секта?

Мужчина хмыкнул.

- На груди должны быть символы, клеймо принадлежности к тому или иному двору. Высшие феи любят помечать своих слуг особыми чернилами и заклятиями.

Почему я узнаю об этом у первого встречного, а не от Сэта? Любопытно. Эти люди знают о теневом мире гораздо больше моего. Узнать бы что-то еще. Но я лишь плотнее сжала губы. Выдавать, что я вижу фей не хотелось. - А если я откажусь?

- Тогда разговора не будет, продолжу считать тебя лгуньей и отдам ребятам, они церемониться не станут, быстро выведают все твои секреты. Но их способы тебе вряд ли понравятся.

Гнев вихрем взметнулся в душе. Мне не оставили выбора. Я вскочила на ноги.

- Хочешь глянуть, есть ли у меня клеймо? Да пожалуйста! - я резко стянула кофту и швырнула в него, а после, не расстегивая пуговицы, стянула через голову рубашку.

Слышала ли я, что такое стыд и смущение? Слышала, но не помню, когда последний раз ими пользовалась. Помню только, что в душе за нами частенько подглядывали санитары и охранники. В палатах от любопытствующего глаза видео камеры не укрывались переодевания. А в минуты безумства, когда тебя привязывают к кровати, накачивая лекарствами, шарят по телу руками. Возможно, и насиловали, когда я была в отключке, но думать об этом не хотелось. Как и сейчас не хотелось больших неприятностей. Подняла взгляд к потолку, уткнувшись в лепнину, ощущая легкое головокружение и покалывание по всему телу. Нет не оголенная грудь тревожила, а шрамы. Их было столько на моем животе, груди и боках, что для клейма не осталось бы просто места.