Между нами молния

Глава 1. Майя

Майя «Молния» Миронова пропускает серию мощнейших ударов.

Нокдаун.

Дина Корнеева ликует.

Один, два, три, четыре…восемь.

Миронова поднимается.

Брейк.

Корнеева прогибается и наносит левый апперкот.

Миронова на лопатках.

Новая чемпионка в суперлегком весе – Дина Корнеева!

***

Я делаю громкость в наушниках на полное звучание и выбегаю на дорожку, что тянется вдоль Набережной. Рассветное солнце, будит таких же преданных фанатиков спорта, как и я. Многим из них, нужно забыться, растрясти глупые мысли, что якорем тянут на мутное дно. Какая-то девчонка обегает меня перед поворотом к мосту, и я замедляю бег. Ноги еще не привыкли к такой нагрузке, и больно щемит под коленями. Полгода я колесила по Европе с подружкой и совсем забыла о боксе. А теперь, благодаря тренеру, вновь прихожу в форму. На это уйдет много времени и сил. Терпения же еще больше. Черт! Не могу не думать о том дне. Что сукин сын сделал со мной? Почему я расклеилась и оказалась на больничной койке с переломом ребер, сотрясением и обширными душевными ранами.

Марат отребье. Он воспользовался моей временной слабостью и поиграл на чувствах, как профессиональный пианист. Аня предупреждала, что разница в возрасте обернется против меня, но я была так увлечена им, что наплевала на всё. Так кто же такой Марат? Из-за тренировок, я пропускала кучу лекций, зачетов, экзаменов и мои родители, наняли репетитора. Учитель с опытом, оказался растлителем малолетних детей. Ну, как малолетних, по факту мне..., неважно. Я чувствую и веду себя, как двадцатилетняя девушка. Может причина в том, что я не выгляжу, как, ну, скажем, школьница? Эти бицепсы, пресс, взгляд хищницы, точно не делают из меня милую старшеклассницу. Жаль, что я почти не была обычным подростком, с вечеринками, выпивкой и сексом на хате одного из одноклассников. Где в обнимку с каким-нибудь парнем, прячущим в штанах вулкан, пускала бы дымовые колечки. В моем расписании нет даже свободного вдоха, плюс правильное питание, что необходимо для мышц, чтобы они пружинили и могли перенести немалые нагрузки. Что уж говорить о развлечениях, которые вряд ли потеснят плотный график.

Шаг за шагом и я срезаю путь через тенистый парк с ароматными липами и молодыми кленами. Вибрация Айфона в поясной сумке, напоминает о том, что скоро я должна быть за завтраком в кругу семьи. Мама очень любит утренние посиделки и готовит кучу вкусностей, что я не употребляю. Я смотрю на часы и, просчитав время до секунды, улыбаюсь. У меня есть десять минут, чтобы остановиться и поболтать с Аней по видеосвязи. Подруга приезжает только завтра и мне ужасно тоскливо без нее. Сколько себя помню, мы с ней дружим. Наверно, еще с тех пор, как в моду вошли памперсы.

***

Половина десятого, а семья Мироновых уже в сборе за овальным столом, в кухне, что объединена с залом.

- Твой завтрак в холодильнике, детка. Возьмешь сама? – мама целует мой мокрый висок. Полчаса назад я приняла душ, и волосы еще не успевают высохнуть полностью.

- Конечно.

Женщина походкой, свойственной королеве, носящей титул «Мисс Сочи 1994» и дважды мисс Университета управления и связей с общественностью, проходит мимо кухонного островка с двумя блюдами в руках и загадочно улыбается. Я щурюсь, подобно только что вылупившейся из кокона бабочке и беру еду с верхней полки холодильника. Розовый контейнер до краев наполнен протеинами и белками. Всем боксерам известно, что за один час на ринге, можно потратить 1000 ккал, а в ходе боя, мы теряем по паре килограмм. Творог с персиками и стакан грейпфрутового сока, мой сегодняшний запас энергии до обеда.

- Привет, плакса. – Сева, треплет меня за макушку и чмокает в щеку. Он называет меня плаксой с шести лет, когда я устроила ему такую истерику, что соседи взвыли, и родителям пришлось вернуться из гостей и объяснять им, что я всего лишь переволновалась. С тех пор, братец, чувствует себя королем в ржавой короне. Но я люблю его и не хочу, чтоб он уезжал в кемпинг с друзьями в понедельник.

- Итак, папа снова общается с поставщиками? – выгоревшая копна волос Севы, топорщится от маминой ладони.

- Ваш отец много работает, чтобы вы жили так, как живете. – Спокойно заключает мама и предлагает брату омлет. У меня слюнки текут! Перевожу взгляд на прозрачную тару перед собой и ненарочно шумно выдыхаю.

- Смирись, Плакса, иначе, не видать тебе побед.

Я бы убила Севку, только он слишком милый, даже когда полный засранец.

- Детка, тебе нужно есть, давай.

Мама пялится в упор, и я не могу не взять вилку. Пережевывая первую порцию, получаю одобрительный кивок Элеоноры великолепной и слышу топот отца, что эхом доносится из дальнего коридора. У нас современный дом с умными примочками, построенный недалеко от леса. Однажды к нам приходили фотографы из журнала и размещали снимки на первой странице.

- Доброе утро! – бодро и звонко появляется папа, размахивая перед нашими лицами какой-то бумажкой. Он безгранично счастлив. – Я получу их!

- Кого? – спрашиваем в голос я и Сева.

- Королевских мидий!

- Боже, - мама крутит головой и смеется. – Денис, ты неподражаем.

- Вы хоть представляете, что это значит? Наши рестораны, станут единственными в городе, где будут подавать королевских мидий!

Я никогда не понимала, почему для него так важны мидии, креветки, осьминоги и прочая живность, что готовят повара в его «Рыбине». Вот отец иного мнения. Бизнес, что он построил с нуля, должен приносить не только хороший доход и оплачивать учебу Севки, мои тренировки и поездки, а также реабилитации и мамин космический шопинг, но и привлекать новых посетителей и мелькать в кулинарных кругах. Бесконечное колесо, что двигается бесперебойно уже десяток лет.

- Вау, так здорово! – восклицаю я, и папа широко улыбается, играя со мной в зрительный бой.

- Да, круть. – Без эмоций подключается Сева.

- Дорогой, шикарно! Я рада, что ты добился своего. – Мама льнет к его груди, стоит ему сесть за стол.

Глава 2. Руслан

Частный поселок «Зеленая роща» состоит из нескольких не уступающих друг другу в величии коттеджей, крытого бассейна, отдельного дома для обслуживающего персонала, теннисного корта, автомобильного парка на десяток раритетных машин и зимнего сада с редкими видами растений.

Я пинаю булыжник, что попадается под ногу, и метко прицелившись, сбиваю фигурку лесной феи, что украшает гравийную дорожку во дворе. Точно в цель! Башка этой крошки, отлетает на пару метров и плюхается в пруд. Я усмехаюсь и вынимаю из внутреннего кармана пачку сигарет. Во рту насрали голуби, и хочется, смыть этот привкус хорошей затяжкой, раз не пригубить водки в семь часов утра. Маня маячит на горизонте в своем белом переднике и машет мне рукой. Ясно, семейка проснулась. Давным-давно, мы с Маней сговорились и она до сих пор, подает мне знаки, чтобы меня снова не посадили под домашний арест. Тупоголовая пышка.

- Руслан! – кричит мама, и я оборачиваюсь. Видимо, мой внешний вид, приводит ее в шок. Ну, подумаешь, потусовался в гостях Люськи. Она целыми днями трясет сиськами передо мной и наконец, получает желаемый подарок.

- Привет. – Я откидываю челку, кивком головы.

- Боже, ты похож на бомжа. Немедленно отправляйся в душ и приведи себя в порядок.

- С какой стати? Мне и так хорошо.

- Послушай маму, иначе, я за тебя возьмусь. – Отец расправляет галстук, что удавкой свисает с шеи.

Какого хера, они берутся за мое воспитание? Продолжайте строить из себя счастливую парочку и отвалите от меня.

- Это стиль такой и он мне нравится. – Отвечаю им, оттягивая край рваной футболки.

Отец хватает меня за ухо, как щенка и тащит в стеклянные двери трехэтажного жилища. Мамуля бежит за нами и умоляет его, не делать мне больно.

- Ты достаточно потрепал нам нервы, Рустик, больше такого удовольствия мы тебе не доставим. Иди в свою комнату и собирай вещи! – рычит Альберт Юнусович, пихая меня к широкой лестнице с золотыми перилами.

- Чего? Отправите к бабуле к черту на кулички? – я сую руки в карманы потрепанных джинсов, что едва держатся на бедрах.

- Гораздо лучше, поедешь туда, где быстро собьют с тебя спесь. – Коротко парирует отец.

Я дергаю плечами и, перепрыгивая ступени, заскакиваю наверх, в два счета. В моей вонючей конуре, царит хаос. Электрогитара покоится на груде носков, под которыми, наверняка, созрел мох. Вид спальни приводит меня в восторг. Я заваливаюсь на кровать и, вытащив таки сигарету из пачки, секунду жую ее и лишь, потом поджигаю. Благородная горечь, согревает горло, и я расслабляюсь. В паху начинает чесаться, и я заглядываю под пояс, размышляя, не одарила ли меня позавчерашняя шалава из клуба порцией генитальной заразы.

***

Сорок восемь часов назад.

Федька качается, выбираясь из моего «Мерса», что я заполучил благодаря папуле в день своего восемнадцатилетия. Он пьян в стельку и еле соображает, куда мы приехали. Один из парней Борьки, посоветовал нам этот клуб с гламурным названием, куда ходят самые крутые девчонки Сочи. То, что доктор прописал в нашем случае. Днем, мы обчистили пару тачек и расплатились с Борькой, оставшись со всеми пальцами на руках.

- Будем танцевать? – заплетающимся языком спрашивает Федька.

- Просто нажремся и трахнем какую-нибудь чику.

Друг сплевывает в лужу под ногами и скалится. Я знаю его лучше матери и сейчас в его мозгах сплошной алкогольный дурман вперемешку с таблеточками, что по моим предложениям, только усиливает действие водки.

Нам не составляет труда раскрутить телку на трах в подворотне. Дорогие коктейли, непристойные словечки и она сама идет за нами. Пока, Федька мочится в сторонке, я трахаю незнакомку сзади, запрещая смотреть мне в лицо. Ее пальчики царапают бетонную стену, и она стонет, как последняя сука.

- Моя очередь. – Друг толкает меня плечом, и я отхожу, не пряча член в штаны, потому-что через минуту, она будет работать ртом. Так и выходит. Федя заставляет девчонку прогнуться и та, заглатывает мой ствол, вынуждая протирать лопатками шершавое здание. Кайф! От его толчков, она насаживается глубже и глубже, и даже не может вскрикнуть, когда он разрывает ее попку, имея в узкое, неподготовленное отверстие. Мы с другом переглядываемся, понимая, чего хотим дальше. Он шлепает по упругой заднице и тянет ее за хвостик, чтоб она посмотрела мне в глаза. Когда карие искры, шлют мне привет, я ударяю девчонку по щеке и слышу всхлип. Капля крови, сгущается в уголке ее рта, и я чуть отталкиваю дуру, чтобы снова ударить.

- Мне больно, вы…- она пытается покончить с нами, но Федя крепко держит ее за талию, а я зажимаю член рукой и обвожу окровавленные губы, вталкивая его обратно ей в глотку.

- Соси, если не хочешь обращаться к пластическому хирургу.

Слезы текут рекой по ее лицу и от этой картины, я почти кончаю. Друг вторгается в аппетитный зад и тоже в шаге от извержения. Несколько минут и сука наполняется нашей спермой до краев. Федя отстраняется и с омерзением глазеет на девчонку, что пребывает в полном шоке. Я же, скорее прикуриваю и двигаюсь в сторону машины.

- Спасибо крошка, нам было клёво.

- Да пошли вы!!! – вопит полуобнаженная фифа.

Мы смеемся и быстро шагаем прочь. Я замечаю, что Федич протрезвел и чувствует себя на высоте. Как только дверцы тачки захлопываются, он спрашивает:

- И долго мы будем искать адреналин в однодневных шлюхах?

- Пока они есть, а там посмотрим. – Я опускаю окно, и ветер взъерошивает мои волосы, что отец называет пережитком прошлого.

- Не думал, что надо переключиться на что-то иное? Я вижу твой член, чаще, чем свой, это фиаско, друг.

- Не завидуй. – Ржу во весь голос и давлю на газ, когда въезжаем на мост. Рассвет играет тенями и фильтрует лучи сквозь облака. Мой взгляд падает на тех бегающих девчонок в парке, что заботятся только о своем имидже. С высоты птичьего полета их хорошо видно. Они задумчивы и погружены в собственные мысли. Некоторых я бы с удовольствием подбросил до дома. Как-то на прошлой неделе, я притормозил, разглядывая одну из них. У нее было такое серьезное, и в тоже время привлекательное лицо. Но мне ничего не светит с такими малышками. Я не из их списка желаний. Если только, я хорошенько не врежу им, прежде чем сделать шаг.

Глава 3. Майя

Подъемы, разминки на центральной равнине, мне привычны. Я много месяцев проводила на спортивных сборах и без проблем, могу встать в пять утра, чтобы сделать зарядку и принять душ. Моя соседка – пышноволосая, рыжая фурия, спит до последнего, а потом срывается, как ошпаренная курица и бежит в ванну. Целую неделю, я рассказываю о ней Ане, с которой довелось встретиться лишь однажды до моего отъезда. Подружка является лицом модного бренда и практически никогда не бывает в Сочи. Теперь, когда она целый месяц будет тусоваться под родительским крылом, я должна заботиться о кучке разгильдяев. На вчерашней встрече, одна девчонка по имени Алена, вела себя отвратно и постоянно комментировала поставленные мной задачи. То ей трудно сгибаться пополам, то она не в силах подтянуться два раза. Своими жалобами, я уже конкретно довожу Аню и подруга, просит говорить по-существу. Ей куда важнее узнать о симпатичных парнях, чем о лагерной жизни и моих конфликтах с богатенькими сучками. Но что мне сказать на вопрос о парнях? Здесь кругом одни обкуренные идиоты и избалованные лентяи, которым море по колено. Лишь один на секунду привлек мое внимание. Он смотрел на меня исподлобья в столовой и так эротично откусывал кусок ветчины, что у меня заурчало в животе. Нет, это не несварение, а самое настоящее возбуждение. Имеется лишь одна маленькая проблемка: у него на теле много татуировок. Парочку я разглядела в вырезе рубашки, а одну на правой руке. Не понимаю, зачем уродовать себя и быть как все эти мальчики из Мобиграма. Инстинктивно морщусь, вновь вспомнив его рисунки.

Тропинка в сосновом лесу сужается и выводит меня на скалистый выступ. Передо мной открывается сумасшедший вид: изумрудное озеро, с нефритовым дном и разбросанные по каменистому берегу огромные валуны. Такое ощущение, что я попадаю в сказку или в отдаленные места Карелии.

Где-то внизу, слышатся голоса и смех. Я подхожу к самому краю и вижу группу подростков, что по очереди спрыгивает с веревки прямо в воду. К единственному дереву, привязано колесо, и оно трещит от веса обнаженных тел. Они соревнуются, у кого получится залететь дальше: у тех, кто на веревке, или у тех, кто держится за покрышку. Я улыбаюсь, представляя, как лечу ввысь, не ощущая никакого страха. Было дело, что прыгала с тарзанки с моста. Я выгибаюсь ниже и замечаю, как одну из моих подопечных, скромную девочку лет шестнадцати, насильно усаживают внутрь колеса и сильно раскачивают. Она кричит, что не умеет плавать. Напряжение пробивает мои внутренности и коктейль злости, вот-вот расколет сосуды. Снова громкие крики и длинноволосая девчонка идет ко дну. Секунда, две, она не выныривает. Высокорослый блондин, начинает почесывать затылок, вместо того, чтобы вытащить бедняжку. Еще три секунды и моему терпению приходит конец. Я сигаю с обрыва и жестко вхожу в воду. Мне быстро удается найти холодную ладонь и дернуть на себя. На берегу творится вакханалия и толпа сбивается в кучку. Все ждут. Я шумно появляюсь на поверхности, вытягивая хрупкую девчонку. Мне вызывается помочь тот парень, что исследовал взглядом за обедом. Вдвоем, мы укладываем ее на брошенные, на гальке вещи и я склоняюсь, чтобы проверить дыхание. Знания по оказанию первой помощи, приходятся кстати, и вскоре карие глаза, медленно открываются. Сгустки проглоченной жидкости, выплескиваются из ее рта, и она ослаблено ложится на спину.

- Вы хоть понимаете, что она могла утонуть?! – я прихожу в себя и собираю мокрые волосы в низкий пучок. Под футболкой и шортами, просвечивается оранжевый купальник. И это всё, что волнует большинство собравшихся в круг. – Я сообщу об этом Шамилю.

- Да, пожалуйста, все подтвердят, что она сама того, полезла в воду. – Фальшиво улыбается Алена.

- Ага, мы отговаривали, а она нас не слушала. – Добавляет здоровяк с глупой рожей хоккеиста, что гоняет шайбу в каком-нибудь пятом дивизионе. Понятия не имею, сколько их у хоккеистов, но он точно плетется в хвосте.

- Так, - я выпрямляюсь и с высоты своего мышиного роста, понижаю басы голоса. – Мне плевать, кто виноват, ответите все.

Мой помощник с длинной шевелюрой, грызет зубочистку и молчит. Наши глаза встречаются и микроскопические молнии, пронзают тонкую кожу.

- Не спорьте с ней, она же боксерша. Правда, продула конопатой стерве с лошадиной мордой. – Бросает кто-то из второго ряда.

Я закипаю от гнева, и кулаки неосознанно предвкушают хруст костей. Нельзя, Майя, они же всего лишь зазнавшиеся выскочки. Один удар и ты за решеткой. Ни говоря, ни слова в ответ, разворачиваюсь и, хлюпая кроссами, покидаю «тепленький прием». Спасенная мной девчонка, догоняет у лесной развилки и тяжело дыша, говорит:

- Спасибо, Майя, можно я как-нибудь отблагодарю тебя?

- Иди в домик и переоденься, если не хочешь объяснять все подряд, что стряслось.

- Да…ты права, но можно…- она перебирает прядь за ухом.

- Как тебя зовут?

- Маша.

- Так вот, Маша, - я резко торможу. – Я не завожу друзей. Они мне не нужны. А ты, подружись с кем-нибудь другим.

- Но…

Я ускоряю шаг и до самого домика, иду напролом, не замечая никого на своем пути.

***

Шамиль Вернигоров, проводит для нас с братом разъяснительную беседу перед отбоем и мы с Севкой, уже довольно поздно, расходимся спать. Я не стала рассказывать брату про случай на озере, иначе, он заставит привести Машу, чтобы осмотреть. Нет, Сева хороший специалист и у него не водится дурных мыслей, наверно, возможно…пока фонендоскоп прилипает к загорелой коже, он рассмотрит округлости…черт! Я трясу головой и запинаюсь о торчащий из земли корень. Травма напоминает о себе. Перелом ноги, долгая реабилитация, проигрыш Корнеевой – я снова схожу с ума. Лунный диск, обтирается об пуховые облака и блестит еще ярче. Я замедляюсь и решаю посидеть на крыльце, к которому приближаюсь. Деревянные ступеньки принимают мой зад, а ржавый гвоздь, пробивает большой палец. Я шиплю и засовываю его в рот. Прямо перед моим лицом, мелькает красная бандана с какими-то надписями. Я медленно поднимаю взгляд и вижу двойника Джонни Деппа.

Глава 4. Руслан

Я рад, что Домин составляет мне компанию в лесном заточении. Друг, умеет создавать бесшабашную атмосферу на пустом месте и подводить мой уставший внутренний механизм своими шутками. Позавчера, после болтовни с боксершей, я так сильно накурился, что уснул под каким-то бревном. А утром, перед самым подъемом, Федька, окатил меня ведром воды и отвел проблеваться в уличный туалет. Благодарен ему за заботу и внимание.

Свежий воздух, должен выветривать дурь из башки, а не наоборот. Уже подходит к концу вторая неделя, но ничего существенно не меняется. Всё те же бредовые мысли и те же слайды перед глазами. Не надоедает любоваться только Мироновой. Она постоянно вертится в поле зрения и вынуждает рассматривать свои изгибы. Никогда не видел у девчонок таких мышц и плоского живота с кубиками пресса. Здесь явно затрачено много усилий и тонны протеиновой еды.

- Чем так заинтересован? – я не успеваю ответить, потому что Федя прослеживает линию моего взгляда и ухмыляется. – Понятно. Парочка упругих задниц, и Минагаров плывет.

- Не парочка, - чтобы не проколоться, незаметно моргаю в сторону обтянутой в черные леггинсы красотки. – Одна.

- Охренеть, на тебя влияет хвойный аромат или отсыревшая подушка, в которую ты спишь, уткнувшись рожей?

Я даю другу локтем в бок и улыбаюсь, когда Вернигоров показывает мне знак двумя пальцами – «я за тобой слежу», направляя их от своих глаз в мои глаза. Наверняка, папаша справлялся о моем поведении или мама прислала кучу голосовых сообщений. Ненавижу их.

- Иди в жопу, мудак. – Бормочет Федя и мы оба, ждем, пока Шамиль скроется за высокими кустарниками.

- Придурок.

- Согласен. Сейчас бы надраться в каком-нибудь клубе или присунуть девчонке, что приехала на летние каникулы.

Федя мечтательно витает в облаках, а я продолжаю наблюдение за Мироновой. Что-то назревает. Алена Акулова, орет, сбивая сухую грязь со своего желтого спортивного костюма, а потом подначивает других девчонок не молчать. Самые смелые из них, выкрикивают протесты и садятся на бревенчатую скамью. Постепенно, на заварушку потягиваются парни из пятнадцатого и восемнадцатого домиков. Они готовятся к женской драке. Но Миронова, краснея и хрипя от злости, доказывает свою правоту. Сколько же в ней силы и терпения. Браво!

- Идем ближе? – предлагает очнувшийся от грез Домин.

- Ага.

Мы пробираемся через толпу и я слышу:

- Засунь свои тренировки куда подальше, стерва! Ты пустышка!

- Не нравится, милости прошу в кабинет Вернигорова, посмотрим, что ты скажешь своим родителям. Они ведь упекли тебя сюда. – Спорит с Акуловой разгоряченная девчонка с косичками, как у африканских женщин.

- Плевать мне на родителей, я больше не буду потеть на твоих занятиях. Все равно толку нет, ведь с нами занимается аутсайдер из самой низшей лиги!

Миронова поджимает пухлые губы и подходит к Алене нос к носу. Бл*ть, неужели наваляет этой сучке? Я ошибаюсь, и мои ставки падают, как и у большинства случайных зрителей. Спортсменка, ростом сто шестьдесят семь сантиметров (читал об этом в интернете), брызжет слюнями в лицо блондинки, произнося:

- Ни шмотки, ни миленькое личико, ни упругая попка, не делают из тебя хорошего человека. А я всю жизнь преодолеваю трудности и добиваюсь всего сама. Да, я далека от крутых высот, но я там буду. Вот ты, я не уверена. Максимум на что ты способна, так это выйти замуж за богатенького папика, который будет трахать молоденьких стерв, направо и налево. Пока ты, будешь жариться в спа, и выбирать цвет лака для ногтей.

Акулова завывает, как разъяренная кошка и, махнув хвостом, сворачивает удочки, вместе со своими заносчивыми подружками. Я не выдаю своего присутствия, но Миронова, улавливает мой невидимый посыл. Наши глаза встречаются, и она разводит руками, разгоняя зевак.

- Давайте, ступайте по своим делам!

Я пихаю Федьку, а он шлет ей воздушный поцелуй и бросает на ходу:

- Молодец, я болел за тебя!

Конченый! Как только скроемся из виду, свяжу ему язык морским узлом. Удача не на моей стороне. Вернигоров ловит друга и просит идти за ним. Хоть бы, его наказали на пару дней и запретили шастать по периметру! Я же, сворачиваю к постройке, где парни восстанавливают старенькую «шестерку». Несколько дней, я конкретно, зависаю под капотом, перебирая детали и общаясь с такими же любителями железок, о том, что поможет оживить эту развалину. Помню, лет так в одиннадцать, отцовский друг, подарил мне на день рождения модель самолета времен второй мировой войны. Я почти месяц, скрупулезно собирал макет и запустил его с крыши гаража прямо в соседский надувной бассейн. Было круто!

***

После ужина, я и Федя решаем пройтись вдоль соснового бора и тайно заправиться дурью. Спать с жужжащими, стрекочущими насекомыми нереальная жесть. Поэтому, я предпочитаю отключаться, едва принимая горизонтальное положение. Нашим кайфовым планам мешают блики фонариков и истеричный смех. Домин быстро меняет траекторию движения, и мы спешим к верхней площадке, где обычно проходят лагерные советы. Кстати, насчет советов. Оказывается, Вернигоров вынудил друга, стать гласом народа. То есть, быть связистом между ним и необузданными студентами. Ясно, почему выбор падает на Домина. Он активно высказывается в адрес руководства и уже сгладил пару конфликтов в младшем составе.

- Неплохие комплекты?! – громко и звонко хохочет Акулова, освещая фонариком нижнее белье Майи, что висит на веревке, натянутой меж двумя домиками.

- Это ты сделала?!!! – надрывно кричит разъяренная Миронова, стараясь допрыгнуть до своих трусиков-шортиков.

- Больно надо. Я даже не прикоснусь к этому старью с бабушкиного сундука!- давясь ехидством, смеется Алена. Никто не пытается усмирить блондинку и покончить с позором, что разворачиваются при десятке людей. Федька чувствует мое напряжение и выставляет руку, когда я хочу разобраться с ганд*нами в лифчиках. Майя все-таки сдергивает парочку вещей и сует за пазуху толстовки, что скрывает ее тело до самых колен.

Глава 5. Майя

- Привет. – Я не гляжу через плечо, зная, что там тот, кому я врезала не разобравшись пару часов назад. Рыжие кроссовки парня, рассекают воздух в свободном пространстве, и кажется, ему приятно. Он долго копается во внутреннем кармане своей худи и вынимает сигарету. Серьезно? Снова в ту же реку?

- Это просто табак, Майя. – Опережает меня с ответом Руслан.

- Да мне плевать, как ты прожигаешь свое здоровье.

- Здоровье? Если моим предкам плевать, то мне тем более. – С усмешкой язвит он и, причесав волосы пальцами, обращается ко мне.

- А у тебя как с родителями? Ты похожа на примерную девочку.

У меня саднит на языке, спросить больно ли ему после моих ударов, но беру курс на ничего не значащую болтовню.

- У моего отца сеть рыбных ресторанов. Может, слышал о «Рыбине»?

- Обалдеть! Я там праздновал свой день рождения!

- Что? Ты лжешь! – я сужаю глаза, и Руслан громко голосит:

- Я ел устриц в ресторане «Рыбин»!!!

Я щипаю его за коленку, и он замолкает, но ненадолго. В безмятежных, игривых зрачках, что окружены «голубыми океанами», зарождается уйма вопросительных знаков. Они прыгают так шустро, что я никогда не поймаю их и не смогу подыскать верных объяснений. Руслан, бесспорно знает, чем зацепить девчонку.

- Извини. – Выдавливаю из себя и отсаживаюсь подальше от него. Парень придвигается и, взяв меня за руку, прикладывает к небу.

- Представь, что ты смотришь в телескоп и находишь в какой-нибудь крутой обсерватории. Какое созвездие ты бы хотела увидеть?

- Дельфина.

- Расскажи о нем.

- Ну, оно редкое и чаще всего проявляется осенью. А еще, я обожаю дельфинов. Они умеют плакать и смеяться.

- Почему ты плакала, когда я пришел?

На таком расстоянии, на котором мы сейчас, я могу разглядеть, каждую неровную, каждую угловатую морщинку на переносице Руслана. Моя ладонь, по-прежнему в его горячей руке и дельфины плещутся глубоко внутри меня.

- Минутная слабость. Я не реву по пустякам лет с девяти.

- Значит, я свидетель уникального явления? – улыбка парня, застает врасплох, словно я застываю в прыжке.

- Наверное, - я карабкаюсь, чтобы встать на ноги, и хрупкое равновесие нарушается. – Надо идти спать. У меня завтра ранняя тренировка.

- Тебя проводить?

- Эм, нет. Я знаю дорогу. Прогуляюсь, приведу мысли в порядок. Спокойной ночи.

- Пока.

Я бью все рекорды скорости и теряюсь в караване сосен, что хаотично возвышаются над моей головой. Страшновато, но это ерунда, в сравнении с тем, как меня испугал своим нормальным поведением Руслан. Порой, наблюдая за ним издалека, я думала, что хуже парня представить сложно. Он открыто, таращится на девчонок, сыплет им комплименты и всякие непристойные словечки, а в компании друга, просто невыносим. Возможно, моя встряска после происшествия с нижним бельем, ставит его мозги на нужное место.

***

Пять утра. Хмурые тучи, впитавшие всю влагу, готовы лопнуть от тяжести и пролить на «Надежду» отменный ливень под грозовую дробь. Я растираю и разминаю ступни, щиколотки, бедра, перед тем, как обежать холм, с северной стороны лагеря. Также прикидываю, какова его протяженность. Хотя меня это мало волнует. Прежде брала более крутые маршруты. Наконец, я готова к пробежке и выхожу на влажное от росы крыльцо домика. Мелкие капли дождя начинают ставить точки на листьях деревьев и моей коже, только мне все равно. Я надеваю куртку цвета авокадо и застегиваюсь под горло, чтобы не сквозило. Музыка в наушниках, любимые песни на повторе и остается сделать шаг по ступеням.

Откуда не возьмись, вырисовывается Маша и выглядит, как несчастный олененок. Черт, я не могу просто сделать вид, что ее нет. Дергаю проводок из наушник выпадает из левого уха.

- Ты как? Что-то случилось?

- Мне не с кем поговорить.

- Бежать и разговаривать сможешь?

- Не знаю. – Кротко откликается прирученное мной милое создание.

- Ладно, будем просто быстро идти.

Я беру Машу под руку и веду к лесу, где ветви деревьев, опустили свои зеленые кисти, ожидая непогоду.

- Так что произошло? Всего пять утра, а ты бодрая.

- Мне плохо живется с девчонками.

- Ты про соседок?

- Да. Они все время обсуждают парней и говорят о, - девушка переходит на шепот. – О сексе.

Я оставляю при себе умные высказывания, боясь, что Машка так далека от пестиков и тычинок, как я от мишуры с косметикой и нарядами.

- Хочешь, я что-нибудь придумаю и посоветуюсь с Вернигоровым?

- Я уже все придумала! Можно переехать к тебе? – ее ручки сложенные в мольбе, не дают мне права выбора.

- И кто тебя считает беззащитной и стеснительной?

Мы обе улыбаемся, и когда я соглашаюсь, Машка скачет по тропинке, придерживая грудь. Кстати, она у нее, весьма хороша для шестнадцати лет.

- Спасибо, Майя!

- Да, пожалуйста. – Расслаблено вздыхаю я, размышляя, как она отнесется к игрушкам моей соседки. Иногда, среди ночи, мне хочется придушить ту, за один жужжащий звук.

- А могу я еще кое о чем спросить?

- Давай, похоже, сегодня не день бега.

- Прости, я во всем виновата, я такая коза!

- Спрашивай уже.

- А как ты здесь оказалась? У тебя серьезный долг перед Шамилем? Он мафиози и пригрозил тебе?

- Ты пересмотрела фильмов Гая Ричи? – хохочу от глупых гипотез Маши.

- Только сериал «Острые козырьки». – Смущается моя новоиспеченная подруга. Странно, но с ней я болтаю, как с Анькой, что за тысячу километров от этого живописного рая. Разница лишь в возрасте и в подвешенном языке Ани.

- Шамиль, был моим учителем верховой езды в детстве и попросил отца помочь наладить атмосферу в лагере. Плюс, это отдых для нас с братом.

- Да, Сева милый и подарил мне упаковку цветных пластырей.

- Когда ты его видела?

- Вчера вечером. – Маша прячет взгляд, и я замечаю перемену ее голоса.

- Маш?

- Акулова обхаживала его после отбоя, а я выходила пописать и…

Глава 6. Руслан

В виски вкручивают забористые винты, размером с большой палец и тошнота подступает к горлу, вытаскивая из дурацкого сна, в котором, мне восемь и я еду с родителями в трейлере к озеру, что в двадцати километрах к югу от нашего дома. Мама безумолку рассказывает о том, как провела неделю в столице, посещая модные рестораны и встречаясь с университетскими подругами. Носки моих кед, таранят водительское сидение и отец, тихо рычит, слегка повернув голову к правому плечу. Я улыбаюсь и продолжаю проказничать. Возле ближайшей заправки, меня вытаскивают из салона и пихают прогуляться в супермаркет за газировкой и дорожной картой. Помню, как уходя, слышал обрывки их разговора о том, что шанс завести еще одного ребенка потерян. Мне было так обидно. Будто какой-то даже не существующий ребенок, постепенно вытесняет меня из их жизни. Немногим позже, по прибытию на стоянку трейлеров, я познакомился с Федькой. Там же, мы впервые стащили сигареты у его папаши и так накурились, что отрубились между двух высоченных сосен.

Смачный рвотный позыв и не переваренное содержимое вчерашнего вечера, выплескивается в кусты близ домика. Я перевешиваюсь через перила и от этого мутит сильнее. Восходящее солнце, поблескивает на листьях, придавая им оттенок жженой карамели. Бля! Меня никогда так не скручивало, как сегодня.

- Все в порядке? – тоненький голосок, немного бесит, но я вытираю рот о запястье и, развернувшись, вижу Машку. Девчонка хмурится и куксится, как ребенок, хотя как я слышал, она первокурсница. До этой минуты, я ни разу не обменялся с ней и словом.

- Привет. Всё супер.

- У меня есть аспирин и…

- Маша, да? – скромный кивок на мой вопрос. – Иди к себе, скоро подъем.

- Почему ты не хочешь принять мою помощь?

- Потому-что обо мне есть, кому позаботиться. Извини за грубость.

- Ничего…да…я…понимаю. Еще увидимся?

- Конечно.

Твою мать, сколько ей лет? Шестнадцать или чуть больше на год? Не удивлюсь, если я единственный парень, с кем она пообщалась. Совесть пробуждается внутри меня, и я бью ногой балку, окрашенную в синий цвет. Почему меня одолевают сомнения? Я же даже не обратил внимания на ее фигуру, как обычно бывает и тем более, не поймал себя на мысли, что с ней приятно болтать. Просто ничто. Пустошь. А в моем случае, это означает, что данное знакомство ни к чему не приведет. Я люблю полный комплект – мозг, фигура, общие темы. А как же Майя? Противный скрип на зубах и я снова над кустами, на которых скоро зацветут макароны. Охереть, зачем я припоминаю их!

***

Часам к двум дня, я в свежей (старой) футболке с дырами на груди, бреду по тропинке за Вернигоровым и парнями. Шамиль решает показать тупым снобам, будущим абитуриентам крутых ВУЗов, как колоть дрова, разжигать костер и вечером нас ждет подобие экзамена. За это, нам разрешат позвонить родителям. Не очень-то и хочется. Федька сболтнул по дороге к сараю с инструментами, что мой отец, приезжал поздно вечером, и они с Вернигоровым о чем-то трепались. У меня нет желания звонить тому, кто, находясь в лагере, не считает нужным со мной повидаться.

- Итак, разбираем топоры, пилы и становимся в ряд! – командный голос Шамиля, подходит для тренировки желторотиков в армии.

Мы выстраиваемся лицом к нему и со скучающим видом, таращимся на бородатого мужика в дедовской рубашке.

- Целый час, мы будем натирать мозоли на ваших нежных ручках. Советую, не ныть, я не из тех, кто будет подтирать сопли. Ясно?

Частые наклоны десятка голов, вызывают улыбку на физиономии Вернигорова. Меня разрывает от вопроса по поводу отца. Что ему понадобилось в «Надежде» в час ночи и какого хера, он не заглянул в мое бунгало!

- Попов, замахнись размашистее!!! – приказывает Шамиль, волосатому чуваку хлипкого телосложения.

- Скорее он рухнет с топором на землю. – Высмеивает парня Федос и получает подзатыльник от командира нашего взвода отбросов.

- Минагаров молодец. Доводилось разжигать огонь самому?

- Было дело.

Федька еле проглатывает смешок, зная, что я устроил на уроке химии в восьмом классе. Училка вызывала мать к директору, а мама, заставила меня вычистить клумбы в саду и лично, высадить луковицы лилий и следить за ними, чтобы они не превратились в отходы. Тогда я понял, какой это тяжелый труд.

- Может, покажешь соплеменникам, как должен гореть костер?

- А давайте вечером? Соберемся на центральной площадке и поджарим картошку? – внедряется рослый футболист. С чего вдруг футболист? Да у него на роже написано: я лучший, мать его, нападающий в мире!

- Отличное предложение, Максим. Запасов картошки, хватит еще на одно лето. – Шамиль расстегивает рубашку, подставляя шею палящему солнцу. Да, жарковато становится. Федя изворачивается и дает мне под зад пяткой, чтобы я взглянул в сторону девчачьей коалиции во главе с Майей. Моя нижняя челюсть, под тяжестью слюны, вытягивается до пупка. На ней ни черта не скрывающие шортики, и лифчик. Всё. Друг шепотом объясняет, что это нормальная спортивная одежда, а я уже хреново количество дней без секса и поэтому кончаю от одного взгляда на задницу и сиськи. А «девочки» весьма соблазнительные в момент тряски. Ну, то есть, когда Майя наклоняется, проделывает штуки своей задницей и выгибается, как сонная кошка на спинке кресла. Я залипаю, и Вернигоров просекает мою отгороженность. Щелчки пальцев перед моим лицом и я вновь на земной орбите.

- Примите холодный душ господин Минагаров и готовьтесь зажечь вечером. – Спокойно произносит Шамиль, возвращаясь к парням, что как и я, зависают на формах девчонок.

Я оставляю топор в пне, обтираю ладони о бедра и, сделав невозмутимый вид, прохожу мимо Майи, которая, так не вовремя нагибается…Святые небеса! Алена хихикает от того, как я запинаюсь о крошечный камень, и показывает член за щекой. Тупая стерва! Мой едва заметный фак ю, долетает до глаз блондинки, но ускользает от обернувшейся Мироновой. Бля, сколько гнева в этом взгляде. Да, я накосячил в столовой, но было весело. То, как дерутся красивые малышки, очень возбуждает!

Глава 7. Майя

Мне требуется вся воля, когда я гляжу на плакат Кости Цзю над изголовьем своей кровати. Вчерашний разговор с Русланом плотно оседает в мыслях, в основном из-за того, что он никак не ассоциируется с парнем, способным сопереживать и сочувствовать. Я до сих пор гадаю, как ему повезло пронести запрещенные вещества на территорию «Надежды». Зная Вернигорова по конной школе, могу сказать, что он дотошный хозяин и немного разочарована, что не нашла ни одного намека на пограничный досмотр. В конюшне, он не разрешал подходить к лошадям без его присмотра, запрещал приводить друзей и отвлекаться на всякие глупости помимо верховой езды. Я была такой счастливой, когда отец, увидев меня за просмотром «Малышки на миллион», спросил, не хочу ли я попробовать себя в боксе. Самый лучший день в моей жизни! С тех пор, они с мамой, ходят на все бои, сидят в vip-зоне и поддерживают меня так, как никто на свете.

- Идешь на завтрак? – спрашивает Машка, и я переключаюсь на ее милое личико.

- Да, а ты уже собралась?

- Как видишь. – Девочка кружится в платье из тонкой ткани с мелкими цветочками, а на ногах грубые ботинки. Наверное, сейчас модно так одеваться.

- Ты словно на свидание собралась, - я перекатываюсь по матрасу и, опустив ноги на доски, натягиваю кеды. – Федя о тебе расспрашивал. Не его ли стараешься удивить?

- Этот дурак? – по-детски морщится Маша и ждет, что я буду переодеваться, но мне хорошо и в джинсовом комбинезоне с подвернутыми штанинами. – Реально в этом?

Я дергаю ее за руку и вывожу на улицу.

- Есть один секретик, - прикладываю ладонь ко рту. – Кому нужно, разглядит мои прелести и под тонной одежды.

Маша хохочет, и мы прыгаем по ступенькам, замечая девчонок из соседнего домика.

***

В столовой невероятное нашествие. У стола, за которым сидят парни из одиннадцатого шалаша, смех Алены взмывается громкими залпами под скаты крыши. Над чем же она так веселится? Маша умоляюще выгибает губы, и я шагаю за ней. В паре метров слева, ловлю фигуру брата. С момента нашего приезда, он все время занят. Я согласна, что работы в лагере много, но найти минутку для любимой сестры можно ведь. Севка дерзко подмигивает и одними бровями интересуется все ли у меня в порядке. Я дважды моргаю и врезаюсь в спину Руслана, что секунду назад, по-королевски восседал за столом.

- Доброе утро.

- Привет.

На нем грязная бейсболка с какой-то непонятной символикой. Любопытно.

- Как настроение? Хочется расправиться с кем-нибудь?

- Еще слишком рано для вендетты, - не хочу узнавать, как он, а выходит глупость за глупостью. – Было приятно вчера поболтать.

- Зачем без предупреждения бьешь мне в сердце. – Руслан улыбается, и его ладонь сжимает футболку на груди.

- Я не то имела в виду, я…

- Да, неплохо потусили, встретимся в походе. – Жалкая, едва похожая на улыбку улыбка, образуется на симметрично пухлых губах парня.

- Что?

Руслан машет Федьке и Алене, усаживается на скамью, притянув к себе тарелку с омлетом. Позже, парни уходят в неизвестном мне направлении, и я чувствую на себе десяток взглядов.

- Научись скрывать эмоции, Миронова. – Бросает Алена, откусывая кусок хлеба.

Маша сжимается в комок и тупо молчит. Как эта скромница, оказывается в месте для неуправляемых студентов? Надо бы выяснить у нее, что к чему. Наконец, я сажусь за стол и понимаю, что не взяла ничего из еды. Сева приходит на помощь и угощает меня порцией фруктов. Брат отталкивает мою задницу в сторону и умещается у самого края. Алена искажает гримасу и будто бы завидует мне. И ладно. Плевать на безмозглую куклу.

- Ты меня избегаешь, сестренка?

- Кто бы говорил.

- Прости, не думал, что ссадины, порезы и ушибы, станут моим страшным сном.

Я хихикаю и разжевываю банан, наслаждаясь бархатистой текстурой во рту.

- Мама с папой не звонили?

- Не нам.

- Как это?

- Я слышал, как Вернигоров общался с Денис. Как считаешь, тут много отцов по имени Денис?

- Нет, наверно. И о чем они разговаривали?

- Если б я знал, плакса. Но Вернигоров скрипел зубами. – Брат приставляет вилку ко лбу и выпускает невидимую пулю.

- Надо же, скрываются.

- Ага. Странно?

- Ты меня заинтриговал Сев.

- Может, удастся пробраться в стан врага, тогда узнаем больше.

Мы с братом прищуриваемся и как в детстве обмениваемся бредовыми мыслями с помощью супер способностей, что сами придумали. Я всегда девочка-гений, с умением сбивать с ног одним ударом. Он мальчик-трансформер, секунда и никто не узнает, кем он был раньше.

Покончив с завтраком, я и Сева расходимся по насущным делам. Алена уже накопила цистерну яда и скоро я получу ожог четвертой степени на разминке на поле.

***

Пот струится по разогретой коже, впитываясь в тесную, но очень удобную одежду. К полудню, солнце не щадит никого, даже себя. Оно отсвечивается в озерной воде и сжигает свое отражение. Я отпускаю девчонок в душ, а сама сажусь на бревно и склоняю голову к коленям. Дрожь тревожит мышцы, и я испытываю непередаваемый кайф. Ощущения сродни схватке на ринге. Никто не в курсе, но изо дня в день, на общих или одиночных тренировках, я представляю Дину Корнееву. Я снова на лучшей арене страны, снова принимаю удар за ударом, проклиная Марата. Какого черта, я доверяла ему?!

- М-м-айя!!! – истошно кричит Маша и несется прямо на меня.

- Что стряслось?

- Федька, придурок, добрался до пчел!!!

Я срываюсь с места и бегу за ней. Как только мы проносимся вдоль административного корпуса, натыкаемся на орущую толпу. Идиоты, даже не позвали моего брата! Я распихиваю народ и наблюдаю Федьку с опухшим глазом и щекой. Также несколько волдырей соскочили на шее и руках. Блин! Парень стонет на земле, а Руслан пытается отправить кого-нибудь за медиком. Ни никто не торопится помогать.

- Маш, беги в мед. пункт и скажи Севе, чтобы готовился принять пациента. Поняла? - грубо, но действенно командую я, и девчонка разгоняется, что есть мочи, чтобы выполнить мой приказ.

Глава 8. Руслан

Я стучу по москитной сетке, прежде чем шагнуть за порог лазарета и застать Алену, приглаживающую рубашку Севы на груди. Пальчики блондинки, даже как-то мелодично прыгают по пуговицам, а язык уже не раз облизнул малиновые губы. Заметно, по тому, какие они ярко-красные.

- Извините, я помешал?

Всеволод Миронов, ретируется от своего стола, к которому прилип пятой точкой и протягивает мне ладонь.

- Рад, что ты заглянул, Руслан. Есть разговор.

Алена рассекает бедрами воздух и выходит, наградив меня самой убийственной улыбкой.

- О чем будем разговаривать?

- О твоем друге, конечно. – Быстро отвечает он, и я понимаю, что задал двусмысленный вопрос.

- А, ну да. Он в норме?

- Я уже отпустил его на волю, но проблема никуда не делась. Что вы принимаете?

Я в усмешке оголяю зубы и цокаю в пустоту.

- Мне ничего неизвестно об этой хрени. На самом деле док.

- И я тебе охотно верю. – Улыбается Сева, вытаскивая из шкафа толстенную книгу.

- Хотите стряхнуть пыль с этого фолианта?

Сева молчит и перелистывает страницы, видимо, до той, что ему очень нужна.

- Подойди.

Я ровняюсь с ним и опускаю взгляд на желтый лист с мелкими буквами. Миронов тычет в строчку с названием препарата и говорит:

- Вот, что я нашел в крови твоего друга. Сильнейшее психотропное вещество, что влияет на функции мозга и делает из человека растение. Пришлось даже съездить в город, чтобы провести анализ. Это не шутки, парень. Вы оба можете умереть, если слегка переборщите с дозировкой.

Сухость во рту, не дает мне ответить чуваку в «белом халате». Рой мыслей жужжит в голове, и я покрываюсь испаринами, представляя, что могло случиться с Федькой, если бы не Майя и ее брат.

- Спасибо, мы всё решим. Больше этого не повториться.

- Развлечение развлечению рознь. Не переходите границы.

- Знаю.

Уже на выходе, Сева вновь решает высказаться.

- У моей сестры слишком мало друзей. Не стань еще одним в списке врагов.

Мой сжатый кулак, с небольшой силой входит в дверной наличник, перед тем, как я выхожу. Он прав. Три дня назад, я поступил как мудак и наговорил Майе то, чего не хотел. Я был вне себя из-за Федьки и бесился, потому-что она проявила участие. Мы с Доминым всегда одни и никому не позволяем вмешиваться в нашу дружбу. Майя же, бестактно сует свой нос туда, где воняет тухлятиной!

***

Дневные посиделки у озера, нравятся почти всем, кроме нас с Федосом. Да и я не настроен пялиться на девчонок в бикини. Маша чертит уже пятую линию перед моими глазами, а я перебираю гальку, сидя на берегу и жду появления Майи. Пока, понятия не имею, как буду извиняться. Я приносил извинения всего-то раз в своей жизни. И это совсем не одно и то же. Тогда я украл самокат у соседской девчонки и мама, за шиворот отвела меня к ней, чтобы я произнес «прости».

- Знаешь, не круто валяться одному на больничной койке. – Нарушает тишину Федя.

- Ты снова купил таблетки у него?

- А то ты не покупал. В нашем районе, он единственный, кто продает товар соплякам, как мы.

- Ты мог сдохнуть.

- И что? Кто будет лить по мне слезы?

- У тебя хорошие предки, и бабка любящая.

- Решил податься в ангелочки? Насрать мне на них и на тебя, если после всего, ты, как и все, будешь грызть мой мозг.

- Я просто не хочу, чтобы ты захлебнулся блевотиной, и мне пришлось объяснять почему, ты отошел в мир иной.

- Тогда заткнись и наслаждайся жизнью. Смотри, как Манюня кругами ходит возле тебя! – Федя кивает на девчонку в миленьком купальнике с рюшами.

- Плевать мне на нее.

- Точно, забыл я о спортсменке с упругой задницей.

Мы улыбаемся и по-идиотски трясем плечами, будто прорезаются крылья.

- Ладно, пойду я прогуляюсь. – Предупреждаю друга и встаю с камня, чтобы еще раз оглядеть пляж в поисках Майи.

***

Бродить без причины по «Надежде» занятие для душевнобольного пациента психиатрической клиники. На каждом шагу, кто-то чем-то занимается. Несколько девчонок играют в волейбол, на площадке для костра, Вернигоров проводит мастер-класс по завязыванию морских узлов. Я слоняюсь по территории, и ноги приводят меня к бунгало Мироновой. Оно, как и все, построено на сваях, под которыми растет трава, и шуршат ежи. Видел одного колючего зверя вчера вечером. Подъем из пяти ступеней, занимает минуту. Я возношу руку, чтобы постучать, но замираю, видя за стеклом Майя в одном нижнем белье. Очевидно, она только что пришла из уличного душа. Джинсовая ткань ниже пояса, не дает стояку упереться в дверь. Биение сердца, отдается в виски, гоняя кровь, по горящим от желания сосудам. Свободные трусики, демонстрируют ложбинку между ягодицами, и меня не спасет даже ведро ледяной воды. Майя поворачивается и мне хочется убрать мокрые волосы с ее потрясающей груди, спрятанной в красивый лифчик с таким эффектом, что дает объем. Не помню, как правильно называется.

- Минагаров!!! – вопль девчонки и я понимаю, что пойман с поличным.

- Извини, я собирался постучаться, я…

Она облачается в футболку и идет мне навстречу. Я моментально оказываюсь, выставлен за пределы порога. Только Майя не перестает толкать меня до тех пор, пока, я не слетаю с лестницы. Лишь лежа на спине, кричу ей вслед:

- Прости меня!

Хищница с пылающими глазами возвращается и, приставив руки к бокам, проговаривает по слогам:

- Мне не нужны твои извинения. Ты не был под кайфом, пьяный или,…в общем, вали отсюда!

Я сажусь и отряхиваю ладони друг о друга.

- Я знаю и помню, что говорил. И даже не стану приплетать Федьку.

- Тогда что? Тебе больше нечего добавить!

- Майя?

Моя улыбка и голова, склоненная к плечу, вводит ее в онемение.

- Прекрати так делать.

- Делать что? – я шевелю бровями, и ей приходится спуститься, чтобы разорвать мою игру. Едва она приближается, я ловлю девчонку за лодыжки, и она превращается в статую. – У тебя очень нежная и гладкая кожа.

Глава 9. Майя

Я зажимаю рот рукой, когда поворачиваю кран подачи холодной воды в летнем душе. Мои крики не должны разбудить мирно спящих подруг, что всю ночь болтали об умении Алены сочетать желтый и голубой цвета. Видимо, им понравился ее впечатляющий купальник из четырех кусочков ткани. Я не сомневаюсь, что она красуется перед Севкой. Брат слегка отстранен от действительности в связи с приключением Домина. Вчера вечером, прогуливаясь от столовой до мед.пункта, мы отлично поговорили о том, что творится на душе у обоих. Хоть Севка и не перестает дразнить меня плаксой, нас нельзя назвать кошкой и собакой. Скорее мы напоминаем пса из кинологического клуба и молодого, но очень амбициозного терьера. Я замечаю, что брат загружен мыслями еще за завтраком и поэтому пытаю его до тех пор, пока, он не изливает на меня свои переживания по поводу Домина и Минагарова. Да уж, самой довелось стать свидетелем того, как Руслан превращает физиономию парня из дальнего домика в кашеобразное месиво. В тот случайный момент, я просто выбрала образ невидимки и проскользнула к своей хижине за считанные секунды. Сердце и сейчас бурно отзывается на воспоминания о бедном парнишке, зажатом между двумя сросшимися дубами. Мне, конечно, не следует копаться в таком дерьме, но что-то подсказывает, что друзьям не впервой мочить кого-то в кромешной темноте.

Волосы обмотаны полотенцем, и я отворяю дверцу деревянной кабинки, выкрашенной в цвет горькой вишни. На ступенях домика, вальяжно, почти бессовестно раскинулся Руслан. Мысли материализуются из моей головы, что после двухчасовой тренировки, совсем не соображает.

- Приветик. – Лижет взглядом Руслан и я крепко цепляюсь руками за шелковистую ткань над грудью.

- Что ты тут делаешь?

- Придешь смотреть кино сегодня?

- Еще только семь утра, а ты уже приготовил для меня бензопилу?

- Чего? – вечно сведенные брови, глубже сминаются на переносице, и я качаю тюрбаном, наверченным на макушке.

- Я говорю, что вместо «как дела Майя», «что новенького», ты рубишь с плеча.

Руслан без затруднений скатывается по ограждению, и я ловлю ветерок, что исходит от него вперемешку с ароматами мха, можжевельника и вроде как булочек с маком. Ерунда!

- Мне понравилось находить с тобой в одном крошечном пространстве. Тебе ведь тоже?

Внезапная дрожь и подскочившее давление, переносят меня во вчерашний слёт на центральной площадке и каждый позвонок, словно теряет способность держать спину прямо. Я сутулюсь, а Руслан обводит обнаженную косточку моего плеча средним пальцем, на котором искрит серебряное кольцо с мелкими фигурками черепков и шипит, как змей-искуситель:

- Отличного дня, плакса.

Непринужденный взгляд, которым он встречает мой искрометный взор, засекречивает все мысли, что проникают в его мозг. Блин! Я только с уходом Руслана, прокручиваю сказанные им слова и притопываю, на прозвище «плакса». Если знает он, то быть может и весь «Надежда» в курсе. Но загвоздка не в этом, а в том, что у него не мужские губы. И глаза. К одним, я хочу прильнуть и вкусить сочную мякоть. В другие, мечтаю прыгнуть с высокого обрыва и бесконечно грести к берегу, а воды будут тянуть обратно в синюю бездну. Маша подмечает мой осунувшийся вид и трясущиеся руки, но отмалчивается. На днях, она призналась мне, что в лагере есть парень, что снится ей в диких снах. Да, ей восемнадцать, но такое контролировать невозможно. Помню, себя два года назад…

***

Двумя годами ранее.

Аня заказывает огромный стакан клубничного коктейля и ждет меня у стойки в нашем излюбленном кафе на Набережной. Я перевозбуждена и невозможно напряжена. Шаги выдают мое приподнятое до небес настроение.

- Боже мой, ты, что переспала с ним?

Точное заключение Ани, и смешки за столами, порождают во мне демона. Я с грохотом отодвигаю стул и, пригвоздив зад, залпом опустошаю половину граненой емкости с розовой трубочкой и кусочком клубники на бортике.

- Еще сообщи всем, что он лишил меня девственности! Пусть пустят парочку искрометных шуточек!

- Ой, да ладно тебе, - отмахивается подруга. – Будто ты единственная совершила героический подвиг!

- Ну, знаешь, я думала, ты будешь более милосердной по отношению ко мне.

Я обиженно закусываю щеку изнутри, потому-что реально обиделась и прошу парня за стойкой, добавить в этот коктейль, шарик мороженого. Анька куксится, заботясь лишь о своей фигуре. Но я непреклонна. Через минуту, малиновый холод, обжигает мое нёбо.

- Прости. – Наконец, сдается подруга и кладет ладонь мне на колено.

- С тебя поход в «Адидас».

- Заметано, – с ревом выдыхает Лукова, и я чувствую себя победителем.- А сейчас, попрошу подробности. Помнишь, я тебе детально описала свой первый секс с Максом.

- И я вряд ли это забуду. Горошинка Макса, так и скачет перед глазами, как в той рекламе консервированных овощей.

Анька и я взрываемся от смеха и посетители, шикают на нас, как на премьере «Аватара».

- Давай-давай, не уходи от пикантной темы. Я вся горю.

***

В тот день, я расписала Ане, каждый мускул Марата и загиб полового органа. Как же я сожалела о своем длинном языке потом, когда она хихикала и спрашивала, туда ли я повернула свой зад, чтобы он попал в цель. Сейчас передо мной Машка и смущаясь, а она, как глазастая рыбка в аквариуме, надеялась, что я скормлю ей парочку советов. Я обнимаю девочку и шепчу, что в ее жизни, будет много симпатичных и интересных парней, что заполонят не только сны, но и действительность. Она немного расслабляется и помогает мне привести в порядок прическу. Ее умелые ручки, создают на голове пушистое волшебство. Спустя полтора часа, мы встречаемся за завтраком с девчонками с моих тренировок и поедаем творожную запеканку. Точнее, они едят, а я ковыряюсь в творожной массе, приправленной вареной сгущенкой. Всё это время, Руслан играет бровями в мою сторону, и я дословно могу повторить его недавний монолог про мизерное пространство. Как-то не по себе. Я сбегаю, когда Федя отвлекает его тем, что слизывает с локтя йогурт. Ну что за идиот!