Между настоящим и прошлым

«Детская дружба — начало истории»

Алисе семь лет.

Она кружила по комнате, словно порхающая бабочка, счастье переполняло её маленькое сердечко. Завтра наступит долгожданный день — первая школьная линейка. Целых два месяца эта маленькая принцесса жила ожиданием своего первого школьного звонка. Сегодня она была особенно нарядной: на ней красовался элегантный чёрный сарафан.

— Алиса, перестань кружиться, у тебя же голова закружится! — упрекнула мама, стараясь поймать дочь в объектив камеры.
— Мамочка, а правда, что я завтра буду самой красивой?
Наконец-то девочка замерла, позволяя маме запечатлеть волшебный миг.
— Правда, доченька, а теперь отправляйся спать, ведь утром предстоит ранний подъём!

Мама переоделась девочку в ночную сорочку, нежно поцеловала перед сном и тихонько покинула комнату. Однако Алиса ещё долго ворочалась, вновь и вновь представляя себе счастливое утро следующего дня.

Первый школьный звонок звучал торжественно и волнующе. Родители привели детей на праздник, сопровождая каждого шага улыбками и гордостью. Рядом шли соседи — близкие друзья семьи, чьи судьбы тесно переплетались с самого начала.

Алиса и Даня были неразлучны с младенчества. Их родители приобрели квартиры практически одновременно, быстро став друзьями. Дети росли вместе, поддерживая друг друга на каждом этапе взросления.

Анна Николаевна ласково посмотрела на сына подруги:

— Аннушка, посмотри какая прелесть твой Данечка вырос, красавец настоящий!

— Добрый день, Анна Николаевна, — тихо произнесла Алиса, крепче прижимаясь к другу детства. Даня тепло ответил ей взаимностью

Анну захлестнули эмоции:

— Асенька, разве возможно представить, какими большими стали наши детишки...

Ася Владимировна, была администратором ресторана, разведённая мать Алисы, внимательно слушала подругу. После расставания с супругом, когда дочери едва исполнился второй годик, женщина нашла силы двигаться дальше одна. Её жизнь строилась вокруг любимой девочки.

Семья Дани оставалась полной: папа обожал единственного наследника и неустанно трудился, обеспечивая сыну достойную жизнь.

До девяти лет Алиса и Даня проводили ночи друг у друга дома, будто единое целое. Они гуляли за руки, смеялись над одними шутками и играли в общие игры. Учителя нередко принимали их за брата и сестру, хотя разные фамилии никого не смущали. Даня всегда проявлял заботу о своей маленькой спутнице: оберегал её от мелких неприятностей, отгонял насекомых и старался защитить её сердце.

Однажды он признался девочке, что мечтает видеть её своей будущей женой. Но Алиса лишь засмеялась и твердо сказала, что никогда не сможет выйти замуж за мальчика, которого знала всю свою короткую жизнь.

Однако, достигнув десятилетнего возраста, Даня стал заметно меняться. Подростковые перемены сделали своё дело: однажды он заявил Алисе, что они больше не смогут проводить ночи вдвоём, потому что не являются мужем и женой.

Алисе 16 лет.

Это последний учебный год, впереди выпускной и серьёзные размышления о будущем вузе. Когда-то давно мы твёрдо решили поступить вместе с Даней в один университет, но взрослея всё яснее осознаём, что выбор должен исходить от сердца, а не основываться лишь на привязанности друг к другу.

Даня, конечно же, был далеко не единственным близким человеком в моей жизни. Моя лучшая подруга появилась, когда мне было ровно десять лет. Мы стали неразлучны, словно две сестры, наши имена звучали единым целым — Алина и Алиса. Даня шутил, что каждый раз, когда мы собирались втроём, непременно случалось какое-нибудь приключение или даже небольшая неприятность.

— Алиса, домашнее задание не сделано, выручай!

Подруга стояла рядом, нервно теребя кончик волос. Я закатила глаза и молча придвинула ей свою тетрадь. Хотя я не была отличницей, учёба давалась относительно легко.

— Видела сегодня Даньку? У него новая игрушка, — пробормотала Алина, торопливо переписывая мои записи.

— Что значит «игрушка»?

— Настя Литвинова, кажется... Они теперь везде вместе, заметила?

— Ну да, красивая девчонка...

Хотя внешне мой голос оставался спокойным, сердце сжалось болезненно. Ведь именно с четырнадцати лет Даня начал превращаться в настоящего красавца, резко обозначились взрослые мужские черты лица, спортивная фигура притягивала взгляды всех девушек нашей школы.

Буквально за минуту до звонка в классе неожиданно появились герои наших недавних разговоров. Настя шла, стараясь держаться как можно ближе к Дане, будто пытаясь показать всем вокруг, что они пара. Сам же Даня уверенно направлялся прямо ко мне.

— Чего такая кислая, Алиска-крыска? — привычно хмыкнул он, вальяжно присаживаясь на край моей парты.

— Грустная, потому что ты решил-таки показаться в школе! Давай слезай немедленно, нечего тут рассиживаться! — возмущённо буркнула я, изо всех сил делая вид, что совершенно равнодушна к происходящему.

Однако моё негодование только развеселило его ещё сильнее.

— Ты бы точно пожалела обо мне дома, будь я сейчас там, признавайся! Без меня вообще жить не можешь, — издевательски ухмыляясь, продолжал подтрунивать надо мной Даня.

Но я лишь демонстративно закатила глаза, показывая своё полное пренебрежение его словами.

— Дымков, прекрати висеть над Лисицкой! Немедленно займись делом, — прервал нашу забавную перебранку учитель, вошедший в класс аккурат перед звонком.

Переменка не принесла облегчения: Даня снова принялся дразнить меня, наслаждаясь каждой секундой нашего взаимодействия. Конечно, такое поведение выводило из себя не только меня, но и Настю, ведь девушка открыто демонстрировала недовольство каждым словом, брошенным мною.

Её раздражение было понятно: едва Даня начинал что-то говорить, она тут же отводила его подальше, почти физически оттягивая прочь. Моё собственное терпение таяло быстрее снежинки на солнце, особенно больно ранил тот факт, насколько послушно парень шёл следом за ней.

Я тяжело вздохнула, сидя в школьном буфете и наблюдая, как Даня и Настя сидят за соседним столиком. Она громко смеялась и щебетала, вызывая ощущение внутреннего раздражения.

«Тайны зимней ночи»

Вернувшись домой, мама, как обычно, засыпала меня вопросами о школьной жизни и последнем учебном годе, непременно упомянув Даньку. Его имя давно стало привычным звуком в нашем доме.

— Твоя любимая выпечка, — улыбнулась мама, доставая ароматный пирог. — Говорит, Даня столько не съест, пришлось отобрать!

Это лакомство с детства вызывало у нас обоих настоящую борьбу за каждый кусочек.

— Наверное, теперь Даня каждую ночь будет являться мне во сне, пытаясь вернуть свою долю, — пошутила я.

Посмеявшись вместе со мной, мама принялась наводить порядок на кухне. Обычно после занятий я занимаюсь уроками и отдыхаю дома, особенно зимой, когда снег заметает улицы настолько, что кажется, будто погружаешься в бескрайнее море белого снега. Уже много лет я не видела такую суровую зиму.

Тут пришло сообщение от Даньки:

Даня: Эй, снова сидишь в своем замке?

Скептически закатывая глаза, я подумала: «Ну почему именно мне надо писать?» Пусть уж лучше общается со своей Настенькой.

Но вскоре последовало продолжение:

Даня: Следи за глазами, а то потеряешь их навсегда!

Разумеется, он прекрасно меня понимал.

Алиса: Что тебе нужно, Дымков?

Даня: Выходи на улицу.

Еще бы, выйти в зимнюю стужу... хотя на самом деле мороз не казался таким уж сильным. Но зная мою миниатюрность, я была уверена, что Даня запросто сможет зарыть меня в первом же сугробе.

Алиса: И куда это ты собрался пойти без моей поддержки?

Даня: Кто моя самая близкая подруга, скажи честно! Быстренько, я жду тебя возле подъезда!

Возле подъезда? Почему не внутри подъезда? Ведь живет-то он всего этажом выше...

Набросив на себя всю самую теплую одежду, я пулей метнулась к лифту. Увидев меня, Даня мгновенно убрал телефон, увлеченно читавший какое-то сообщение.

— Ты, как всегда, быстрота и точность. За это я тебя и ценю.

Естественно, я вновь выразительно закатила глаза — это было моим фирменным жестом.

Естественно, первым делом он предложил заняться любимым детским занятием — слепить снеговика. Мы еще ни разу не занимались этим после первого снега. Прошлой зимой снега вообще почти не было, поэтому традиция осталась невыполненной.

Каждый раз, когда Даня нарушал мои идеально гладкие снежные шары, я начинала возмущённо кричать и колотить его кулаками. В результате несколько раз он от души швырял меня в глубокий сугроб, вот почему я оделась теплее обычного.

— Снег забился в шею! — гневно прокричала я, отправляя огромную снежную бомбу прямиком в сторону друга.

— Ну, теперь пожалеть придется, — ответил он.

Почти целый час мы самозабвенно сражались в снежки, пока я снова не оказалась погружённой в белый пушистый плен.

Нам никогда не бывало скучно вдвоем, ни зимой, ни летом. Конечно, про учебу я никогда не забывала, и Даня тоже не отличался глупостью, хотя порой я удивлялась, как он умудрялся совмещать учебу если постоянно то гуляет то в спорт зале. Меня воспитывала мама, которая была для меня единственным близким человеком, поэтому я изо всех сил стремилась стать её гордостью и радостью. Она часто повторяла, что дочь вроде меня — настоящий дар небес.

И вот снова в школе приходится выслушивать восторженный рассказ Насти о Дане. Я никак не пойму, зачем ей вообще рассказывать обо всём этом именно мне, ведь мы никогда особо не дружили.

— В общем, Алиса, я безумно счастлива с Даней, — закончила свой эмоциональный монолог Настя.

— Ну что ж, поздравляю, — ответила я, стараясь искренне улыбнуться.

Весь день она делала всё возможное, чтобы помешать нашему общению с Даней. Она открыто соперничает со мной, хотя это выглядит абсурдно: ведь Даня всего лишь мой хороший друг, и я вовсе не воспринимаю его как потенциального молодого человека.

Алина же весь этот день вела себя странно: выглядела подавленной, грустила, словно ей было что-то важно высказать. Я долго терпела её молчание, но наконец решилась задать прямой вопрос:

— Алина, что с тобой творится? Ты явно хочешь обсудить что-то важное.

Она сидела на подоконнике, опустив взгляд и чувствуя вину передо мной. Сердце забилось тревожнее обычного, интуиция подсказывала, что новость вряд ли окажется приятной.

— Я даже не представляю, как правильно тебе это объяснить...

— Мы столько лет вместе, неужели нельзя говорить откровенно?

— Похоже... я влюбилась в Даню.

Казалось, мир замер и звуки вокруг затихли. Эти слова были последними, которые я ожидала услышать. Моё дыхание перехватило, грудь сдавило тяжестью: моя близкая подруга признаётся в чувствах к моему лучшему другу. Это невозможно!