Мелодия надежды

От автора

Посвящаю эту книгу моей маме, которая поддерживала меня в трудные времена. Мысли о ней и моих героях помогали мне пережить все проблемы.

Цикл "Эльфийские баллады". Книга 3

Рейтинг 18+ (Без постельных сцен)

Пролог

За каждым великим героем стоит великое личное горе. Восхищает ведь нас не маленькое счастье одинокой судьбы, а трагическая судьба большого несчастья. Герои — идеальные кандидатуры. Они проходят через такое количество личных трагедий, но выживают, что вызывают неподдельное восхищение обычных, счастливых эльфов. Они ведь не осознают, что за громкие победы герои платят собственной болью.

Раньше Ловэль тоже восхищался королями древности. Лисэн — вот был правитель! Сплотил разрозненный народ, победил некромантов… Вот только сколько боли было за этими победами? Что должно было произойти в семье Леранэ, чтобы братья бросили друг друга? Чтобы Лисэн проклял свою сестру? Жалел ли он об этом? Горевал ли по потерянным родичам? Или сердце его закаменело? Ведь недаром именно в его эпоху появилась эта странная поговорка про королевскую кровь. Разве у них холодная кровь? Совсем обычная. А вот сердца у некоторых леденеют. Ловэль видел, как это происходит с отцом, как он умирает на их глазах. Он сам перестал верить, что в нем бьется теплое сердце. Вот же глупости! Он ведь самый лучший! И кровь у него горячая, как и его сердце, которое болело за каждого из них!

— Пап, — неуверенно позвал Ловэль. Несмотря на то, что совсем скоро ему должно было исполниться четырнадцать весен, он оставался все таким же невысоким и худым. Мелкий, как сказал бы Лидэль.

— Что случилось, Вэль? — устало спросил отец.

Ловэль неловко переступил с ноги на ногу, но грустный взгляд любимого папы заставил его стать храбрее. Он быстро обогнул стол и обнял отца за шею, благо тот сидел.

— Мы так тебя все любим, — с чувством произнес Вэль, понимая, что сейчас расплачется. — Ты нам всем нужен. Не грусти.

— Не буду, — заверил его отец, в ответ приобнимая сына. Вэль всегда был самым хрупким и чувствительным из его детей. Словно хрустальная статуэтка, которую необходимо беречь. И вся семья заботилась о нем и любила. Как и он их.

— Я тоже люблю тебя, Ловэль.

Часть 1. Жар песка

Глава 1. Обжигающее солнце

Выбраться из столицы труда не составило, да и потом Лидэль знал, как вывести их из облавы. А что она будет, он не сомневался. Только ближе к границе инициативу взял на себя Нарель Миратэ. В прошлом он часто бывал на западе Рассветного Леса и хорошо знал те места. Они успешно продвигались к границе, когда на реке их настигли преследователи. Спасло их чутье Лидэля, пребывающего в постоянном напряжении со дня побега. В последний момент он оттолкнул Нареля в реку. Стрела прочертила воздух в том месте, где мгновение назад была голова лорда Миратэ. Тот, слава Свету, оказавшись в воде, не растерялся и нырнул глубже. А потом над рекой пролетели еще несколько стрел. Но Лидэль тоже не медлил и, перекувырнувшись, метнул прямо с земли два ножа. При этом он отчаянно пытался не думать, что может убить ни в чем не повинных эльфов. Своих сородичей. Кто шел по их следу: простые ищейки или эльфы предателя? Кому можно было верить? Никому. И Лидэль безжалостно убивал тех, кого ему по долгу крови нужно было защищать. Потому оба ножа нашли свои цели, и из кустов выпало два тела. Стрела прочертила воздух над правым ухом Лидэля. Придя к выводу, что долго так продолжаться не может, он одним быстрым движением оказался у воды и присоединился к Нарелю. Течение здесь было хоть и не быстрое, но глубина — достаточная, чтобы лучники не могли выцелить их. К тому моменту, когда Лидэль успел проплыть едва ли несколько десятков метров, лорд Миратэ уже вынырнул на другом береге далеко от места нападения. Однако и преследователи не отставали. Лидэль выбрался на пологий берег только для того, чтобы увидеть, как тонкая эльфийская стрела вонзается в грудь Нареля. Тот покачнулся, но меча не отпустил и успел подсечь нападавшего на него воина. А потом рухнул на бежевый песок. Лидэль так и остался стоять по колено в воде, рука потянулась к поясу с метательными ножами — у него осталось еще восемь, — но тут зычный голос скомандовал:

— Стоять! Не двигаться!

Лидэль замер, облизывая губы. Вода в реке была чистой — это не человеческие земли, где все отравлено, — однако ему казалось, что он сглотнул яд.

— Вытяни вперед руки! — приказал все тот же светловолосый эльф, выходя из кустов. Он держал лук с натянутой тетивой. Острая стрела грозилась в любой момент сорваться и пронзить лоб неразумного принца. Вслед за командиром на берег реки высыпал весь остальной отряд. Не сводя глаз с главного эльфа, Лидэль быстро пересчитал всех бойцов — семь. Четыре лучника, включая командира, и три воина. Плохо. Надо их отвлечь.

— К принцу обращаются на "вы". Или взяв в руки оружие, вы позабыли о манерах? — весело поинтересовался Лидэль, чувствуя, как ноги начинает сковывать льдом. Хоть вода в реке и была теплая — спасибо вечному лету, — но долгое нахождение в ней все же не способствовало приятным ощущениям.

— Ты больше не принц, — презрительно бросил командир и даже немного опустил лук. — Король отрекся от своего сына, Лидэль.

— О, — совершенно спокойно отреагировал Лидэль, опуская голову, — значит, папа сделал свой выбор. Что ж, — он поднял голову, на его лице лежала веселая ухмылка, — теперь вы можете мне "тыкать". Давно хотелось?

— У предателя нет чести, — пафосно ответил командир, совсем опуская лук.

— Как мило. А что же вы меня тогда не убьете?

— Мы бы так и сделали, — с досадой произнес эльф. — Ты бы умер, как и этот пес Миратэ, но король лишь отрекся от тебя, но не приказывал убивать. Нам велено доставить тебя в столицу, где тебя будут судить.

— Ох, так папочка спас мне жизнь, — развеселился Лидэль. — Это так мило. Все же он не забыл про меня.

— Не смей поганить своим языком имя короля. Ты не достоин больше звать его отцом.

— Ну вот опять у нас разногласия, — деланно пожаловался Лидэль, и только близкие могли бы заметить, что бывший принц зол. Но здесь не было ни его братьев, ни сестры, поэтому он успешно продолжал играть роль беззаботного пленника. — Вам придется проявить милосердие и позволить мне звать эльфа, подарившего мне жизнь, отцом. Это логично, не находите?

— Нет, — огрызнулся командир. Он все больше и больше начинал подозревать, что его дурят. А Лидэль меж тем спокойно прошел по берегу реки, вышел из воды, потряс сапогами, поморщился и тяжело вздохнул. Пока он устраивал весь этот спектакль, то не спускал глаз с отряда и только поэтому успел заметить, как стоящий за спиной командира лучник спустил тетиву. Решил нарушить приказ? Или у него был свой собственный? Размышлять не было времени, Лидэль ловко ушел от стрелы, метая ножи сразу с двух рук. Лучник и командир рухнули на песок, из горла у них торчали острые лезвия. Другие бойцы не дремали, и скоро принцу пришлось уходить сразу от двух стрех и трех мечей. На его счастье, двигался он быстрее воинов, а лучников он устранил, метнув еще пару ножей. К этому моменту до него добрался один из бойцов, и Лидэль, мысленно поблагодарив старшего брата, хорошо натаскавшего его на бой с мечами, отразил удар, выхватывая из ножен свой клинок. Возможно, воины Керанэ и были хороши, но им было далеко до того, кого тренировали лучшие — отец никогда не скупился на учителей для сыновей. Да и поединки с Лоренсом, прошедшим реальные бои на востоке и школу выживания на севере, давали о себе знать. Так что из схватки с тремя бойцами Керанэ не совсем честный Лидэль вышел победителем. А о том, что одного из своих противников он убил ножом в спину, все равно никто не узнает. Это только в древних балладах герои благородно дерутся по правилам.

Глава 2. Искушение пустыни

Пустыня простиралась по всему югу их мира. Ей не было конца. Если Северный Хребет расчерчивал весь север, с запада на восток, то бескрайние пески делали то же самое на юге. Появилась пустыня, если верить древним книгам, еще во время Великого Нашествия, хотя некоторые историки утверждали, что это произошло намного раньше. Так или иначе, а край песков был не менее древним, чем Северный Хребет. И все же привлекал он сюда главным образом лишь торговцев, да глупых искателей приключений. Купцы из Рестании, Столицы Мира, по полноводной Асдель (с эльфийского "великая"), расчерчивающей центральные земли с севера на юг, пускали корабли до самых песков. Там великая река оканчивала свой путь в озере возле Эльтарела. Это был единственный торговый город в центре пустыни, остальные располагались на западном побережье. Там, где пески переходили в открытое море, была россыпь населенных пунктов. Деревни и города по всему побережью торговали с пиратскими островами и Темной Империей. Конечно, купцы ездили и через границу, благо темные жили севернее них, но морем товары доставлять было намного удобнее и быстрее (если, конечно, избегать встречи с пиратами). Именно основание более тысячелетия назад Темной Империи позволило разрастись западным городам пустыни. Народ песков был единственным, с кем темные торговали открыто. Поэтому Лидэль сразу решил, что на запад ему не нужно. В поисках древних знаний следовало отправиться в Шарэт, но из опасений он сначала решил наведаться к его соседу, в Эльтарел. Этот город хоть и был менее древним, однако славился не только своим рынком, но и библиотекой. Здесь жило много пустынных магов, и именно с этого города Лидэль решил начать свои поиски.

Внешне Эльтарел представлял из себя огромный куполообразный храм, возвышающийся посреди пустыни. Его высокие бежевые стены опоясывали город. Асдель здесь делалась совсем узкой, но по ней еще ходили корабли. Ворота Эльтарела были открыты днем и ночью — это Лидэль узнал на собственном опыте. Выйдя утром к городу, он вынужден был еще с полдня блуждать вокруг него, ища те самые ворота. Проклиная жару, песок и пустынных эльфов, которые не могут нормально построить город, он долго ходил мимо прекрасных стен, вид которых к вечеру не вызывал ничего, кроме раздражения. Где порт, Лидэль нашел, но он был в черте города. Не нырять же ему! Вот смех, огромный Эльтарел — а он был немаленьким даже в сравнении с величественным Листерэлем, — но ворот не видно! Проблема была в том, что город частично находился на возвышенности, и Лидэль далеко не сразу сообразил, что вход как раз находится с этой стороны, а дорога к нему, с другой. В итоге он все же нашел крутую и достаточно широкую — на ней бы спокойно разминулись две повозки — тропинку, змеей опоясывающую Эльтарел.

«Проклятье! Сожрите меня демоны Глубин! — мысленно ругался Лидэль, едва волоча ноги вверх по барханам. — Едва ли не крупнейший город пустыни, сюда привозят товары с запада и с севера, а по дороге не прошелся даже самый тощий ишак! Где караваны с золотом и шелком? Где отряды пустынных воинов? Или это все сказки, а я, как Ловэль, повелся на сплетни людей?»

Ответ на свой вопрос Лидэль получил совсем скоро, когда все же переступил черту города. Стражники на входе даже не обратили на него внимание, хотя время уже было ночное — измученный дорогой грязный путник. Таких ходило множество по дорогам пустыни, они стекались в Эльтарел в надежде найти лучшую жизнь, а в итоге сгорали в пламени костров. К тому же путник был квагром, а на них внимания обращали еще меньше. Вот если бы проехал какой-нибудь купец, с него можно было бы содрать хорошую мзду, а таких одиночек проще было пропустить, чем допрашивать. Так Лидэль незамеченным попал в один из крупнейших городов пустыни. Он шел по заполненным народом улицам и тихо изумлялся. Не таким он представлял себе Эльтарел. С вида чинный и достаточно простой, изнутри он был похож на кипящий муравейник. По улицам ходили мелкие торговцы, закутанные в грубые тряпки человеческие девицы, одетые в шелка пустынные эльфийки — оценить их красоту Лидэль не смог, потому что прелестницы прятали свои лица за платками. По городу ходили воины в черных одеждах и с парными клинками. Лидэль быстро узнал, что это были ассасины — элитные воины. Среди них он не заметил ни одного человека, лишь пустынных эльфов и очень редко — оборотней. Хмыкнув и поняв, что любоваться красотами улиц можно долго, Лидэль попытался найти более-менее приличную таверну. Хотелось есть и спать, а с золотом у бывшего принца проблем не было: перед тем, как окончательно покинуть Рассветный Лес, он разорил один из своих тайников. Так что спокойную ночь он мог себе купить. Оставалось найти место. Побродив с полчаса, он решил наконец обратиться к одному из воинов — обычных, не ассасинов. Тот вместе со своим отрядом как раз стоял у колодца и обсуждал достоинства новых рабынь Азмира. Кто такой Азмир, Лидэль не знал, но рабыни его, выставленные тут же на помостах, пришлись светлому эльфу по душе.

— Красивые, — констатировал он громко, обращаясь главным образом к отряду воинов. — А еще говорят, что только эльфийки могут пленять взор.

— Да, и наши девицы ничего, — поддержал Лидэля один из бойцов. — А ты откуда путь держишь?

— С севера. Наше село едва ли не на границе стояло, пока проклятые солнцем кочевники все не сожгли. Вот пришел в большой город, ищу ночлег подешевле, — простецки рассказал эльф, подмигивая особенно красивой девушке. Рабыни на бедного путника внимание не обращали — они знали себе цену и метили в собственность к богатым господам, — зато с воинами контакт наладился. Бравые бойцы быстро подобрали уставшему товарищу местечко для ночлега, попутно дав с три десятка советов разной степени полезности. От них же Лидэль узнал много важных мелочей. К примеру, что квагров в пустыне не жалуют, потому что тех не привечают ни пустынные эльфы, считающие себя правителями песком, ни люди, которые привыкли кланяться. Так что гордые полукровки часто оставались за дорогой жизни. Но бывали и исключения. Вот Лидэль оказался квагром очень дружелюбным, поэтому ему с радостью помогли. Вообще, среди полукровок находились и вполне достойные личности. Особенно много их было среди ассасинов.

Глава 3. Песчаный златоцвет

Спустя три месяца

Пустыня

Зириэн все же не удержалась и обернулась: полукровка шел за ней. Тот заметил ее внимание и ухмыльнулся, но промолчал. Разумно. Он вообще был достаточно разумным. Зириэн он нравился, и интуиция подсказывала, что он свой. Бродящих в тени нельзя увидеть, их можно лишь почувствовать.

Пустынная эльфийка вела квагра узкими улочками Шарэта. Мало кто знал о существовании этих трущоб, все богатые и знатные господа жили в хороших больших домах, полных охраны. А стражники, словно стервятники, питались за счет бедняков. Хотя все они, а не только выросшие здесь нищие, знали, кто настоящий хозяин узких темных улочек. Тощие пустынные хорьки, бегающие по окутанным тьмой углам, покосившиеся лестницы, сломанные двери и утоптанный песок под ногами — все это была изнанка величественного Шарэта. Древний город был окружен неприступной стеной, выдержавшей немало войн за прошедшие столетия. Попасть за нее чужаку было практически невозможно — стража пропускала не просто жителей пустыни, а привилегированных, прославившихся чем-то и заслуживших хорошую репутацию среди местной верхушки власти. Естественно, не все достигали подобных результатов, а вот надобность попасть в Шарэт была у многих. Там где не помогал меч, в дело вступала тонкая игла.

Зириэн остановилась в одном из тупиков. Здесь пахло так, что даже привычная ко всему эльфийка едва сдерживалась. Однако ее спутник оставался невозмутимым. Добавив ему еще пару достоинств, Зириэн подошла вплотную к непроницаемой стене, сложенной из огромных каменных блоков цвета песка. Здесь все было таким. Эльфийка нежно провела по грубой шершавой поверхности, пережившей почти три тысячелетия, и легонько толкнула — перед ними разверзся проход. Зириэн обернулась, однако чужак опять смог удивить ее — он остался равнодушен и лишь многозначительно приподнял бровь, поймав взгляд эльфийка. Та одернула себя и шагнула в темный проход, квагр последовал за нею. Они спустились по крутой лестнице, мокрые ступени которой могли одарить беспечного путника сломанной шеей, пересекли короткий узкий коридор и после непродолжительных манипуляций эльфийки со стеной оказались в освещенной комнатке. По количеству плетеных корзин и глиняных кувшинов она напоминала небольшой подвал. Им она по сути и была. Зириэн легко проскользнула мимо всех этих хрупких вещей и поманила за собой квагра. Мужчину два раза звать не нужно было, он с не меньшей ловкость добрался до выхода из подвала. Поднявшись по длинной крученной лестнице, мимо которой постоянно мелькали другие двери и слышались приглушенные голоса, пара оказалась на небольшой площадке. С нее вело еще четыре коридора. Они шагнули в самый правый. Затем было еще множество дверей, коридоров и даже комнат. Зириэн с легкостью вела своего путника по этому лабиринту. Любое другое существо уже давно бы безнадежно запуталось, но, прожившая жизнь в этих хитросплетениях древнего Шарэта, пустынная эльфийка ориентировалась здесь так же легко, как это бы сделал светлый эльф в лесу.

Наконец они пришли. Эта комната явно принадлежала не слугам: слишком богатая обстановка, к тому же она была закрыта — на ключ — и не имела пустых арок, так любимых южанами. Единственная дверь была сделана из прочного дерева, да и стены оказались выложены из камня, а не из глины. Квагр с любопытством оглядел висящие под потолком картины — окон здесь не было. Легкой походкой Зириэн прошла вглубь комнаты за ширму. Здесь оказался большой и мягкий диван цвета охры, на который эльфийка пригласила полукровку.

— Чудесные дары мне делает пустыня, — приятным баритоном произнес мужчина, целуя девушке руку. Та хоть и была опытна в подобных делах, но не смогла удержаться от торжествующей улыбки. Этот хитрый и таинственный квагр давно ходил вокруг Шарэта — в переносном смысле слова. Он явно что-то искал — путь в древний город? — и именно так познакомился с Зириэн. Поначалу эльфийка едва ли обратила внимание на простого полукровку. Но тот был настойчив, да и репутация среди бродящих в тени у него сложилась грозная. В итоге Зириэн решила выяснить, кто же этот чудак, а заодно — поиграть. Только вот добыча впервые оказалась не по зубам коварной соблазнительнице. Они долго кружили в этом танце страсти, то отдаляясь, то приближаясь, но ни разу Зириэн не удалось забраться под маску квагра. Игра приобрела особую важность — она будоражило сознание амбициозной эльфийки. Наконец Зириэн решилась на последний свой трюк — победить врага на своей территории. Лицезреть желанного мужчину среди шелковых подушек собственной гостиной было приятно. Почему-то даже в пыльной простой одежде он выглядел как принц. И Зириэн невероятно тянуло к этому таинственному мужчине.

— Побеседуем?

Она склонилась над ним, используя свою самую соблазнительную улыбку, а потом резко отстранилась и прошла за ширму.

— Займемся чем-нибудь более интересным? Беседа — это так скучно.

— Сложно не согласиться… Но что же ты сможешь показать мне, чтобы это не было скучно? — поддразнил он.

«Увидишь», — мысленно промурлыкала Зириэн, расстегивая застежки своего простого платья. Оно предназначалось исключительно для трущоб Шарэта, а для этого квагра у нее было кое-что особенное.

— Наша культура славится разными искусствами. Но одно особенно нравится мужчинам.

— Порази меня, — его бархатный баритон окутал комнату.

Она шагнула из-за ширмы, когда уже закончилось вино в его бокале. Увидев ее, он впервые замер, и хоть не было произнесено ни слова, она видела восхищение в его глазах. Изящной походкой Зириэн прошлась по комнате. Он не сводил с нее взгляда, поигрывая пустым бокалом. Многочисленные золотые браслеты — каждый был произведением искусства — звенели в такт ее движениям. Тонкий шелк, совершенно невесомый, укрывал ее бедра и грудь, оставляя все остальное взору мужских глаз. Смуглая кожа блестела в свете ламп, а каштановые волосы волной спадали на спину — в них тоже были вплетены звенящие золотые украшения. Зириэн была одним единым воплощением мужской мечты, и только одна деталь могла смутить наблюдателя — парные клинки в ее руках. Это были изогнутые волной длинные кинжалы, на лезвии которых были высечены рисунки. Красивое оружие — это сказал бы любой, кто имеет отношение к воинскому искусству. Оценил его и квагр, однако менее любопытным его взгляд не стал.

Глава 4. Страж пустыни, или Плата за знания

Скорпионы… Конечно, были существа и похуже — Лидэль успел понаблюдать еще один вид казни пустынников, когда голого заключенного опускали в бочку к жукам-трупоедам, делавшим из него всего за пару минут объеденные кости. Таких жуков выводили специально, и Лидэлю искренне хотелось узнать, что творилось в голове у того человека или нелюдя, который занялся подобным. Но все равно скорпионы тоже были ему неприятны — хотя бы потому, что они были слишком большими, слишком прыткими и слишком опасными.

«А жизнь становится все интереснее и интереснее», — с мрачным весельем, присущим только ему, подумал Лидэль. Он преодолел расстояние от Шарэта до окрестностей Эльтарела за рекордные две недели — так спешил. Лоренс предупреждал, что времени совсем мало. Возможно, Лидэлю уже некуда было возвращаться. Именно поэтому он был менее, чем обычно, разборчив в средствах. А еще он спешил, потому что знал — убийство в пустыне может остаться незаметным, а может вызвать серьезные последствия. Это был страшный край, где, умертвив сотню рабов, ты оказываешься безнаказанным, а перерезав горло какому-то толстяку в дорогих шелках или особо красивой блуднице — окажешься в той самой бочке с жуками. И предсказать результат иногда было очень сложно, но вот что Лидэль точно знал, так это то, что убийство наложницы в Шарэте не останется незамеченным. И те же ассасины пойдут по его следу, не говоря уже о теневых покровителях Зириэн. Время утекало быстрее, чем песок сквозь пальцы, и Лидэль бы соврал, если бы сказал, что, лежа сейчас на потрескавшейся крыше храма, он думал только о скорпионах, ползающих внизу. Заставив себя не отвлекаться на лишние мысли, он вновь посмотрел вниз. Храм был построен несколько столетий назад и уже успел уйти под песок. К счастью — не весь. Даже вход был расчищен: то ли природой, то ли "заботливыми" стражами. Только вот пройти к нему было нельзя — мешали все те же скорпионы и огромная каменная плита. Зато Лидэлю удалось забраться (по практически гладкой!) стене храма на его крышу. Слава Свету, она была не только плоской, но и имела отверстие, через которое особо удачливый и ловкий эльф мог бы пробраться внутрь. Оставалось только два вопроса: первый — как ему потом выбираться, и второй — что делать с бродящими внизу скорпионами. Те же, похоже, оказались ребятами ответственными и сторожили храм не только снаружи, но и изнутри.

«Да пусть меня сожрут демоны Глубин! — мысленно ругнулся Лидэль. — Как же мне пройти мимо вас? Я не умею превращаться в невидимку».

И тут его сознание посетила неожиданная и безумная идея. Он потрогал висящий на груди амулет — Пелену Карсена, — помолился Свету — больше по привычке, чем в надежде, что покровитель услышит голос его мятежной души — и спрыгнул вниз. За последние месяцы он наловчился пользоваться артефактом, похищенным сестрой, но все равно сейчас лишь в последний момент успел поменять облик. Еще и больно ударился — все же высота большая. Стражи обернулись и замерли. Замер и Лидэль, пытаясь понять, сработало или нет. Но скорпионы продолжали стоять и смотреть, не пытаясь атаковать. И Лидэль двинулся вглубь храма. Глянул вниз — и едва удержался от свиста. Карсен, и правда, был уникальным магом, пусть и человеком — Лидэль принял облик стража храма. Впору радоваться, да только ощущения были слишком странным.

«Наверное, потому что слишком сильно отличается от моего тела», — подумал Лидэль. Ему пришла в голову непрошенная мысль, что он уже позабыл, как выглядит. Интересно, помнит ли Эстель? Проклятье, вот о чем он думает?! Он уже заметил, что стал все чаще отвлекаться на задании. Все же раньше у него были перерывы, а сейчас он уже почти полгода жил в постоянном напряжении и чувствовал, что начинает сдавать. Проявляет слабость.

«Нельзя», — набатом прозвучал в голове голос отца — почему его, а не Лоренса? Может, потому что брат бы его пожалел. А отец нет.

«Вот и не жалей, а работай», — приказал себе Лидэль. Он уже полчаса блуждал по коридорам храма. Надо сказать, что тот маг, который построил этого каменного великана, определенно был человеком (или эльфом?) разумным, и Лидэль легко ориентировался в достаточно просторных проходах и комнатах. Здешний храм действительно представлял из себя одну сплошную библиотеку. Лидэль даже проникся уважением к ее уже мертвому хозяину — тот приложил колоссальное количество сил, чтобы создать ее. И это того стоило: многочисленные залы были заставлены фолиантами, из которых не меньше трети были времен едва ли не Раскола. Даже удивительно, что библиотеку забросили после смерти хозяина. Лидэль сильно сомневался, что отряд хороших наемников — мелочь, которую мог позволить себе любой обеспеченный эльф пустыни — остановили бы стражи храма. Возможно, скорпионы были не единственной опасностью… Эта мысль пришла в голову Лидэлю слишком поздно — когда он спустя несколько часов случайно не наткнулся на нужную книгу. Тогда, склонившись в тусклом пламени горящей излучины, он читал косые строки и радовался, что написано было достаточно современным языком, пусть и пустынных эльфов. Шаэ'рет хоть и был одной сплошной вязью, сводящей с ума мозг, но хотя бы был знаком Лидэлю. А вот тот же древнешесский — язык вампиров — не изучали даже в Темной Империи, на нем говорила лишь верхушка темных. И некоторые особенно безумные маги. Но, как уже думалось Лидэлю, здешний хозяин был на редкость разумным и все записи вел на понятном языке. Именно на этой мысли в сознание светлого эльфа проник звук — тихий шорох. Медленно, словно его парализовало, Лидэль обернулся, так и держа в руках раскрытый том и почти догоревшую излучину. Через порог комнаты пересыпался песок, как будто храм стал уходить вниз, под барханы. Но это было безумием! Храм не двигался, уж толчки землетрясения Лидэль с его координацией эльфа почувствовал бы точно! А тут полный покой — и песок, медленно заполняющий зал.