Мент по соседству

Глава 1. Сойка

— Ты, когда за аренду заплатишь? — голос матери прилетает из гостиной так резко, что я вздрагиваю.

Да бли-ин… Не успела уйти.

Я надеялась проскочить, пока она спит, но у матери слух как у собаки.

Хватаю ботинки, куртку, уже тянусь к замку, когда она вырастает в прихожей.

Вид у нее помятый после сна, но взгляд — стальной.

— Зоя! Ты оглохла?

— Нет, — отвечаю, не оборачиваясь. — Просто пытаюсь вспоминать, почему мать меня так ненавидит.

— Подерзи мне еще. Если не можешь платить, я быстро найду тех, кто сможет. У меня деньги кончились, за свет не оплачено. Если завтра утром не принесешь — выметайся.

— И что, прям выгонишь? — я наконец разворачиваюсь, глядя ей в глаза.

— Вещи твои выкину и замки поменяю. Даже рука не дрогнет.

Я знаю, что не дрогнет. Выкинет. И глазом не моргнёт. В этом вся моя «мамочка».

— Я тебя услышала… — бурчу под нос и буквально вываливаюсь из квартиры в подъезд.

Злость клокочет где-то в горле, мешая дышать.

Бросаю кроссовки на грязный пол, наклоняюсь, чтобы всунуть ноги… и замираю.

Прямо перед моим носом — мужские ноги в серых домашних штанах, которые держатся на честном слове где-то опасно низко на бедрах.

А чуть выше — плоский, чертовски рельефный живот.

Кожа покрытая лёгкой темной порослью, которая уходит тонкой дорожкой вниз, за резинку штанов, заставляя воображение работать против моей воли.

Поднимаю взгляд выше: мощная грудь с перекатывающимися мышцами, такая широкая, что, кажется, занимает всё пространство тесного коридора. Я скольжу взглядом за татуировкой дракона на его шее, который уходит от шеи на мощное плечо.

Невольно задираю голову, спотыкаясь о тяжелый, немигающий взгляд незнакомца.

На вид лет тридцать.

Наверное, если бы меня попросили его описать одним словом, я бы просто сказала – подозрительный. Хотя бы потому что такому мужику делать в нашем зашкварном доме. Тем более мужику, который курит такие дорогие сигареты, на запах которых так остро реагирует моя нервная система.

Незнакомец стоит, небрежно облокотившись о перила. В пальцах зажата сигарета, тонкая струйка дыма медленно поднимается вверх.

Он не прячет взгляд — наоборот, нагло и неспешно «ощупывает» меня глазами от кончиков пальцев до макушки.

Так смотрят на товар, который прикидывают, стоит ли покупать.

Я резко выпрямляюсь, подхватывая куртку. Внутри всё сжимается от этой его беспардонности.

Только собираюсь сорваться вниз по лестнице, как слышу его голос.

— Могу решить твои проблемы.

Голос у него такой, что офигеть можно…

Под стать этим всем его мышцам.

Низкий, гортанный баритон пробирается под кожу, вызывая мгновенную тахикардию.

Пульс начинает долбить в висках.

Значит, новый сосед из квартиры, напротив.

— Что? — я резко разворачиваюсь, ожидая подвоха.

— Дуру из себя не строй.

Я дура?

— Да просто… Что вы можете знать о моих проблемах?

— Как минимум про одну — точно слышал. Стены и двери тут, надо сказать, очень тонкие. Так что залетай, — кивает он на черную железную дверь. — У меня в квартире есть свободная комната.

Это конечно круто, что она у него свободна. Только непонятно зачем.

— У меня нет денег, чтобы снимать у вас комнату, — уже бы уйти надо. Но вдруг… Ну вдруг он добрый самаритянин, который увидел во мне «младшую сестренку», которой захотел помочь? Ну есть же еще добрые люди? Есть же?

— А я за деньги и не предлагаю.

— А за что тогда? – по телу проходит озноб. Это как найти лотерейный билет и надеяться, что он принесёт тебе миллионы. Умом-то понимаешь, что шанс маленький, но надежда никуда не девается.

Сосед выпускает облако дыма и кривит губы в подобии усмешки:

— Регулярный секс без обязательств. Я в Питере на месяц застрял. Развлечешь меня, Зойка - Сойка.

— Что? – никогда еще не чувствовала себя такой глупой.

— Сиськи, говорю, у тебя бодрые. Дай помять.

Резко смотрю вниз — на футболку.

Вырез и правда великоват — видимо, когда наклонялась, вывалила всё свое богатство.

Да у меня его, собственно, всего два: левая и правая.

Мне остаётся только челюсть уронить.

Нет, мне предлагали секс — вот так, без каких-либо прелюдий, но настолько нагло — впервые.

— Я ещё не настолько в отчаянии, чтобы продавать свои «бодрые» части тела в рабство невоспитанному мужлану, — цежу я, чувствуя, как щеки заливает краска — то ли от злости, то ли от его взгляда, который он даже не думает прятать. — И прикройтесь, а то проткнёте кого-нибудь своими сосками. Вы же в культурной столице в конце концов.