Мёртвая смена

Пролог

Запись переговоров. Военный объект «Берег-4».

— Алло, дежурная часть?

— Да, слушаю.

— Это объект «Берег». У нас... у нас произошёл инцидент.

— Какой инцидент?

— Разгерметизация. Хранилище «Б». Повторяю — разгерметизация хранилища «Б».

— Понял. Масштаб?

— Полный. Выброс в атмосферу. Ветер северо-западный, скорость... блять, скорость восемь метров в секунду.

— Эвакуация персонала?

— Проводится. Четверо не вышли на связь. Идём искать.

— Что за вещество?

— ...

— Алло? Что за вещество, я спрашиваю!

— Биологический агент. Образец «Н-17». Класс опасности... максимальный.

— Господи. Связывайтесь со столицей. Немедленно. И никому ни слова. Понял? Никому!

12 ноября 2024 года, 06:15

Телефонный разговор. Минобороны РФ.

— Товарищ полковник, ситуация критическая. Выброс подтверждён. Облако движется в сторону населённых пунктов.

— Какие населённые пункты?

— Деревня Осиново, посёлок Заря... и город N. Расстояние до города — семьдесят километров. При текущей скорости ветра облако достигнет городской черты через... через восемь часов.

— Население?

— Триста тысяч человек.

— ...Чёрт. Эвакуация возможна?

— Нет времени. И... товарищ полковник, если мы начнём эвакуацию, это вызовет панику. Вопросы. СМИ.

— Понял. Значит так. Объект закрываем. Персонал изолируем. Всех, кто был на смене. Карантин. Информацию не распространять. Готовьте официальное заявление — техническая неисправность, угроз населению нет.

— Но облако...

— Я сказал — угроз населению нет. Это приказ.

12 ноября 2024 года, 09:00

Сводка ТАСС.

«В ночь на 12 ноября на военном объекте произошла техногенная авария. По предварительным данным, причиной стала неисправность вентиляционной системы. Пострадавших нет. Ситуация находится под контролем. Угрозы для населения не зафиксировано. Специалисты работают на месте. Подробности сообщат позже.»

12 ноября 2024 года, 14:32

Сообщение метеостанции, город N.

«Внимание. С 14:00 в городе и пригородах фиксируется плотный туман. Видимость менее 50 метров. Водителям рекомендуется соблюдать осторожность. Причины появления тумана выясняются. По предварительной информации, явление связано с погодными условиями и не представляет опасности.»

12 ноября 2024 года, 18:00

Запись с камеры наблюдения. Въезд в город N.

Серый туман стелется по дороге. Плотный, неподвижный. Машины едут медленно, включив фары. Фонари горят сквозь пелену тускло, как сквозь молоко.

Люди идут по тротуарам, укутанные в куртки, шарфы закрывают лица. Кто-то кашляет. Кто-то морщится, вдыхая воздух.

Туман пахнет странно. Сладковато. Химически.

Но никто не обращает внимания.

Это просто туман.

12 ноября 2024 года, 22:47

Внутренняя записка. Минобороны РФ. Гриф «Совершенно секретно».

«Биологический агент «Н-17» — экспериментальный патоген, разработанный в рамках закрытой программы 1980-х годов. Воздействие на живые организмы: некроз тканей с сохранением двигательной активности. Механизм неизвестен. Инкубационный период — от 18 до 36 часов. Противоядие отсутствует.

Выброс 12 ноября привёл к распространению агента на территории радиусом 120 км. Предположительное количество заражённых — неизвестно. Рекомендуется полная информационная блокада. Карантинные меры — в стадии обсуждения.»

13 ноября 2024 года, 00:00

Туман всё ещё лежит над городом N.

Густой. Неподвижный. Неестественный.

И в моргах, и в больницах, и в домах престарелых — там, где лежат мёртвые — начинается что-то странное.

Что-то, чего никто не ждал.

Что-то, что нельзя остановить.

Глава 1

Алексей проснулся от звонка будильника в 13:40. Голова раскалывалась — вчерашняя пятница затянулась далеко за полночь. Он лежал, глядя в потолок, и слушал, как телефон противно пищит на тумбочке.

Тянуться к нему не хотелось.

Через минуту писк стих, и Алексей выдохнул. Хорошо. Можно ещё поспать.

Но телефон завибрировал снова. Пропущенный. Потом ещё один. И ещё.

Алексей нехотя повернул голову и посмотрел на экран. Четыре пропущенных от Марины.

Марина Сергеевна Комарова, старший санитар морга городской больницы №4. Пятьдесят два года, из которых двадцать семь она проработала с мёртвыми телами. Железная баба с вечно поджатыми губами и привычкой читать нотации. Алексей её недолюбливал, но уважал — она знала своё дело и не брезговала самой грязной работой.

Он посмотрел на часы. Чёрт. Смена началась два часа назад.

Алексей откинулся обратно на подушку. Голова гудела, во рту было сухо, и мысль о том, что надо вставать, одеваться и тащиться в морг, вызывала почти физическую боль. Холодильные камеры, запах формалина, бесконечная возня с документами и телами.

Нет. Не сегодня.

Пусть Марина сама справляется. У них там и без него двое на смене.

Телефон снова завибрировал.

Алексей нехотя взял трубку.

— Алексей, ты где? — голос Марины звучал устало. — Ты вообще помнишь, что у тебя смена?

— Болею, — буркнул он, не особо стараясь звучать убедительно. — Температура, ломота. Лежу.

Пауза. Марина явно не верила, но спорить не стала.

— Ясно, — сухо сказала она. — Выздоравливай.

Она сбросила.

Алексей бросил телефон на кровать и поплёлся на кухню. Странно, что Марина так легко отстала. Обычно она могла полчаса распинаться про ответственность и долг. Может, устала спорить. Или правда там не так загружены сегодня.

День прошёл спокойно. Алексей приготовил себе яичницу, посмотрел пару серий старого сериала, который уже видел раз пять, и задремал на диване. За окном моросил дождь — типичный ноябрьский вторник в городе N.

Город N. Триста тысяч населения, промышленный центр области, про который никто ничего особо не знал и знать не хотел. Завод, больница, несколько школ, торговый центр на окраине и панельные многоэтажки, построенные ещё при Союзе. Алексей родился здесь, вырос здесь, и единственный раз выезжал отсюда — в армию. Вернулся, устроился в морг. Вот уже шесть лет он работал санитаром.

Работа была странная, но Алексея она устраивала. Мёртвые не жаловались, не хамили, не требовали к себе внимания. Они просто лежали. Тихо. Спокойно. Его задача — привести их в порядок, заполнить бумаги, сложить в камеру. Всё просто.

Живые люди раздражали его гораздо больше.

К вечеру он включил телевизор. Новости. Какой-то депутат говорил про ремонт дорог. Потом показали сюжет про открытие нового детского сада. Алексей зевнул и переключил на канал со старыми боевиками.

Телефон лежал на столе и молчал. Марина больше не звонила. Хорошо.

Алексей лёг спать около полуночи. За окном шумел ветер, где-то внизу хлопала дверь подъезда. Обычные ночные звуки спального района.

Он закрыл глаза и почти сразу провалился в сон.

Разбудил его шум. Резкий, громкий — вой сирены где-то совсем близко.

Алексей открыл глаза и посмотрел на телефон. 03:47. Он застонал и перевернулся на другой бок, натянув одеяло на голову. Скорая помощь. Обычное дело. В их районе скорые мотались каждую ночь — то пьяный свалился, то у бабки сердце прихватило.

Сирена выла минут пять, потом стихла.

Алексей снова заснул.

Утром Алексей проснулся от собачьего лая. Он нехотя встал и подошёл к окну. Внизу, у детской площадки, соседка с пятого этажа пыталась утихомирить свою таксу. Собака визжала и рвалась с поводка, глядя куда-то в сторону мусорных баков.

— Тихо, Тишка! Тихо! — кричала женщина, но такса не слушалась.

Алексей зевнул. За окном висел туман. Густой, серый, неподвижный. Странный для ноября. Обычно туманы рассеивались к обеду, а этот лежал плотной пеленой с самого утра. Видимость — метров тридцать, не больше.

Алексей отошёл от окна. Ему было всё равно, что там собака нашла. Наверное, кошку или крысу.

Он сделал себе кофе и включил телевизор.

Утренние новости. Та же ведущая с приклеенной улыбкой. Губернатор области поздравил медиков с профессиональным праздником. Потом мелькнул сюжет про какую-то аварию — «техногенная неисправность на промышленном объекте», «ситуация под контролем», «угроз для населения нет». Алексей не вслушивался. Показали сюжет про ремонт школы в соседнем районе. Погода на неделю — дожди, температура около нуля.

Ничего интересного.

Алексей допил кофе и полез в телефон. Пролистал ленту — мемы, какие-то посты про политику, фотография Димона с вчерашней вечеринки.

Дмитрий Викторович Соловьёв, тридцать четыре года, работал водителем на станции скорой помощи. Они с Алексеем дружили ещё со школы, и каждую пятницу ходили в бар на углу улицы Ленина. Димон был весёлый, шумный, любил выпить и рассказывал байки про своих пациентов с таким смаком, что Алексей иногда завидовал. У него, в морге, байки были куда менее живые.

Телефон завибрировал. Сообщение в рабочем чате.

Марина: Алексей, как самочувствие?

Алексей нахмурился. Странно. Марина обычно не интересовалась его здоровьем.

Алексей: Нормально. Завтра выйду.

Марина: Хорошо. Нам тут помощь нужна. Завтра приходи пораньше, ладно?

Алексей: Что случилось?

Пауза. Марина печатала долго.

Марина: Много работы. Расскажу завтра.

Алексей пожал плечами и бросил телефон на диван. Много работы в морге — обычное дело. Зима близко, старики начинают мереть пачками. Ничего нового.

Он вернулся к телевизору и досмотрел боевик.