Месть. Без права на прощение

Глава 1

Едва я покинула зал ресторана и выскочила на улицу за порцией свежего воздуха, как сразу заметила свою начальницу, которая задумчиво стояла на углу здания, сощурив глаза и плотно сжав губы. Я только было открыла рот и махнула рукой, чтобы обозначить своё присутствие, как она приложила палец к губам, призывая меня к тишине. Объяснять дважды было не нужно. Я тут же кивнула и крадучись направилась к ней, услышав, что за углом кто-то шепчется.

– Полина, ну подожди ты немного, – доносится до меня свистящий шёпот моего мужа Дениса. – Благодаря этому проекту мы сможем избавиться от Людки. Она ведь мне полностью доверяет, не проверяет ничего из той информации, которую я ей даю. Её ведь только цифры интересуют. Дурацкие цифры! Она ведь не человек, а робот!

– Слушай, я всё понимаю, но ты обещал, что разведёшься с ней сразу после Нового года. А сейчас уже конец января. Совесть у тебя есть, Денис? – плаксиво отвечает Полина.

– Ну, малыш, ты ведь понимаешь, что я тебя люблю, но нам очень нужны деньги. Ты ведь любишь красиво одеваться, вкусно есть и путешествовать. Но не могу я обеспечить все твои хотелки на свою довольно скромную зарплату.

Начальница, Елена Викторовна, оглянулась и посмотрела на меня достаточно выразительно, чтобы я поняла, что она думает о словах моего мужа. Зарплата у него, на самом деле, была более чем хорошая, и все эти жалобы не имели ничего общего с правдой.

– Ты представь, мы за эту сделку сможем получить три миллиона. Понимаешь? Три миллиона! Это моя зарплата за год, малыш. А когда Людку уволят и посадят, мне ещё и повышение дадут. Скорее всего, не станут искать никого на её должность, побоявшись снова нарваться на какую-нибудь мошенницу. И я получу её место. А это уже двойная зарплата!

– Ладно, я готова подождать, – недовольно произносит Полина. – Но учти, у меня терпение не резиновое.

Из-за угла послышалась какая-то возня, и в этот же момент Елена Викторовна схватила меня за руку и потащила к ресторану.

– Да это что сейчас было? – ошарашенно спрашиваю я, как только мы входим в помещение.

– А это, моя дорогая, плата за то, что ты много лет была чьей-то женой. Мужчины очень любят так отблагодарить супругу за годы верности…

– Я ничего не понимаю, – честно признаюсь я. – Он ведь несерьёзно говорил… Это, наверное, какая-то шутка. Да, точно, шутка! Если бы он действительно так думал, он бы не стал беседовать практически у входа в ресторан. Побоялся бы, что его могут услышать.

– Ох, поверь мне, дорогая, такие вот, как он, ничего не боятся, – усмехается начальница. – Ни чёрта, ни бога. И всё это правда. Он действительно задумал тебя подставить, чтобы получить твою должность и заработать несколько миллионов рублей.

– Так, Елена Викторовна, – я растягиваю губы в глупой улыбке. – Это же ведь розыгрыш, да? Вы решили меня разыграть? С моим мужем сговорились… Слушайте, это не смешно. Я ведь чуть не поверила.

– Людмила, не разочаровывай меня, – фыркает начальница, закатывая глаза. – За кого ты меня принимаешь? Ещё бы я розыгрыши подобные устраивала. Мне что, заняться больше нечем?

Я смотрю в ее холодные глаза и ёжусь от холода.

Значит это все правда… Сердце пропускает удар, а во рту мгновенно пересыхает.

– Ну да… Простите, – опускаю я взгляд и обнимаю себя руками за плечи. – То есть вы хотите сказать, что всё это правда? Мой муж собирается повесить на меня недостачу в три миллиона, развестись и жениться на этой Полине?

– Люда, я ничего не хочу сказать, – поджимает она губы. – Ты ведь сама все слышала…

– Так, стоп… а Полина… Это же ваша племянница. Я всё верно поняла?

– Верно, – вздыхает Елена Викторовна. – Племянница, которую я устроила к себе, потому что эта глупая девчонка не могла найти другую работу. И вот вместо благодарности эта гадина решила меня обворовать, повесив всё на тебя.

Племянница Елены Викторовны была невероятно хороша собой. Огромные голубые глаза, пухлые губы и длинные платиновые волосы. При этом у неё была прекрасная фигура и миниатюрный рост, позволяющий ей стать желанным трофеем для любого мужчины. Но Полина была безнадежно глупа. Она была из тех девушек, которые считают, что луна и солнце – это одно и то же, что киты это выдумка и что где-то на земле действительно летают драконы, которых показывают в зарубежных сериалах. Поэтому, несмотря на внешнюю красоту, с мужчинами бедняжке не везло. Не каждый готов был терпеть её болтовню, которая могла умилять лишь первые пару часов, а затем начинала раздражать.

А вот мой Денис, видимо, не искал лёгких путей и решил, что он готов потерпеть ради того, чтобы заполучить эту красавицу. Но мне давно стоило опасаться чего-то подобного…

Дело в том, что моего мужа воспитывала родная тётка после того, как его родителей не стало. И эта женщина была довольно сложным человеком. Так и не родив своих детей и не заведя семью, она искренне считала, что Денис – это её собственность, и когда он станет взрослым, он станет её содержать. Да, его тётушка искренне верила, что он никогда не женится. А тут, едва ему исполнилось двадцать пять лет, на горизонте нарисовалась я. Конечно, тётка была в ярости. И с тех пор все шестнадцать лет, сколько мы живём вместе, она твердит, что я ему не пара.

Раньше говорила, что у меня образование неподходящее, потом начала указывать на моё незнатное происхождение, как будто они с Денисом были какими-то князьями. А теперь завела пластинку о том, что я старая, а Дениска достоин завести семью с молодой и красивой. Тем более, что наследника я ему так и не родила, и у нас была только пятнадцатилетняя дочь, у которой сейчас характер был такой, что мама не горюй. Конечно, тётушка мою дочь за внучку не считала и всячески указывала на то, что у неё сейчас не переходный возраст, а просто характер матушкин вылез наружу. Да-да, именно мой характер. И вот, похоже, Денис внял мольбам своей опекунши и решил заменить меня на более молодую версию.

– Так, Людмила, а теперь слушай сюда, – шипит Елена Викторовна, уставившись мне в глаза. – Ты ничего не слышала, поняла? Будешь вести себя, как ни в чём не бывало, пока я не выведу этих двоих на чистую воду.

Глава 2

Денис возвращается домой за полночь, раскрасневшийся, лохматый, в ослабленном галстуке и с мечтательной улыбкой на губах.

– Зря ты так рано ушла, – замечает он, входя в спальню, где я лежу на кровати с книгой в руках.

Не могу даже смотреть на него без содрогания. Стоит, улыбается, а сам уже давно вынес мне несправедливый приговор.

Но я понимаю, что мне стоит взять себя в руки и делать вид, что я ничего не знаю. Притворяться всё той же глупой Людмилой, которую так легко обвести вокруг пальца…

– Я же тебе объяснила, у меня голова разболелась, – сухо напоминаю я и возвращаюсь к чтению.

– Ну да, я помню. А что это ты такая странная? Случилось что-то?

– Да, случилось, – я захлопываю детектив и кладу его на тумбочку. – Мне Саша сказала, что твоя тётушка распускает по всему дому сплетни о том, что ты скоро меня бросишь.

Я выпаливаю это на одном дыхании и во все глаза смотрю на мужа, который даже бровью не ведёт в ответ на мои обвинения. Он криво усмехается, расстёгивает рубашку и небрежно швыряет её на стул.

– Ты нашла, кому верить. Саше, – заявляет он, закатывая глаза. – Она же врёт, как дышит. С чего бы моей тётке рассказывать подобные глупости? Наша дочь неуправляемая. Её нужно отправить на какое-то время в интернат, чтобы она увидела, как живут другие дети, и начала ценить то, что у неё есть.

– А почему ты обвиняешь нашу дочь, а не свою тётю? Она ведь уже попадалась на чём-то подобном. Ей доставляет удовольствие придумывать всякие гадости и разносить их по нашим знакомым.

– Да что ты всё время к ней цепляешься? – фыркает Денис. – Не такая уж она и плохая. И я больше верю ей, чем Саше, которая в последнее время только и делает, что нервы мне треплет.

– Вот как, – вздыхаю я, сощурив глаза. – Значит, наша дочь - обманщица, по которой плачет интернат, а твоя сумасшедшая тётка вот-вот обзаведётся ангельскими крыльями.

– Ну может и не так утрированно, – кивает он, швыряет поверх рубашки свои брюки, стягивает носки и забирается под одеяло, обдавая меня запахом сигарет и женских духов.

– Ты бы хоть в душ сходил, – морщусь я.

– Отстань, Люд, – фыркает он, переворачивается на другой бок и натягивает одеяло на голову.

Я специально передала мужу наш разговор с дочерью, хотела посмотреть, как он отреагирует. Думала, что он хотя бы испугается. Но Денис как будто готовился к этому разговору. Возможно, он даже специально растрепал всё своей тётке, зная её вздорный характер и привычку рассказывать обо всём, что происходит в её семье, соседям. Но теперь он почему-то решил обвинить во лжи Сашу.

Удобно устроился, ничего не скажешь.

Хорошо, когда есть на кого всё свалить. В частности, на девочку-подростка, у которой сейчас гормоны так бушуют, что она едва может держать себя в руках. И этот взрослый мужчина, который должен души в ней не чаять, защищать её от всего и всех, на полном серьёзе говорит, что она пытается нас рассорить. И как я могу спокойно жить с ним дальше под одной крышей, позволять ему лежать в моей постели? Как я вообще могу разговаривать с ним, не пытаясь пристукнуть чем-то тяжёлым? Он ведь полностью заслуживает наказания.

Ещё вчера я могла с уверенностью сказать, что уверена в своём муже. Да, у нас бывают проблемы, мелкие конфликты и недопонимания, но мы всегда берегли чувства друг друга и относились с пониманием к тараканам, которые живут в наших головах. И что теперь? Во что превратилась моя любовь? А я скажу – в пепел. В обычный пепел…

Я смотрю на взбугрившееся одеяло рядом с собой, на тёмную макушку, которая мирно покоится на подушке, и не ощущаю ничего. Только леденящий душу холод и желание сходить в душ и сменить постельное бельё на своей половине кровати.

Утром Денис просыпается в прекрасном настроении и ведёт себя, как будто ничего не случилось, как будто он не говорил вчера о своей дочери так, словно она малолетняя преступница.

– Что на завтрак? – спрашивает он, входя на кухню и потягивается.

– Омлет, – ровно отвечаю я, стараясь не смотреть в сторону мужа.

– Слушай, у нас действительно всё в порядке? – уточняет Денис хмуро, взглянув на меня. – Ты со вчерашнего дня какая-то странная.

– Со вчерашнего вечера, – поправляю я. – Было бы странно, если бы я веселилась после нашего разговора.

– Какого именно? – уточняет супруг, подтягивая к себе свою кружку и кофейник.

– А ты уже забыл? – спрашиваю я.

– Я говорю о том, что ты вчера про Сашу наговорил.

– Да ничего я не наговорил, – морщится он. – Правду сказал. Перестань уже вести себя, как будто у тебя паранойя. Сашка действительно совсем от рук отбились. И всё это из-за тебя. Ты слишком много ей позволяешь. Не находишь?

– Хочешь сказать, что я её разбаловала? – интересуюсь я.

– Именно так, – кивает он, делает глоток кофе и морщится. – Фу, гадость какая. Что ты туда добавила?

– Гвоздику, – спокойно ответила я. – Начинается сезон простуд, нужно укреплять иммунитет.

– Так, Люд, ты вот иммунитет укрепляй, а мне давай сделай нормальный кофе. Я эту гадость пить не буду.

– Денис, я вроде бы не твоя прислуга, – скрестив руки на груди, напоминаю я. – Если тебе не нравится то, что я готовлю, ты запросто сможешь сделать по-своему.

– Серьёзно? – округлив глаза, интересуется он. – Я теперь должен для себя готовить, потому что правду сказал о нашей дочери?

– Никакой правды ты не говорил. И я тебе настоятельно рекомендую побеседовать со своей тётей. Не хочу, чтобы она в итоге своими сплетнями сломала психику моему ребёнку. И да, Саша не избалованная. Она учится практически на одни пятёрки, является старостой класса. И то, что она сейчас иногда выходит из себя, обусловлено не плохим воспитанием, а тем, что у неё гормоны бушуют. Она вообще-то подросток. У неё переходный возраст.

– А вот у меня переходного возраста не было, – с наглой улыбкой заявляет Денис. – Потому что меня воспитывали правильно. Может быть, стоит отправить её на время к моей тётке, чтобы она ей мозги вправила.