Метаморфы

Глава 1. Встреча

В лесу было холодно, я зябко ёжилась и куталась в шубейку, корни той самой травы упорно не находились. Я уже час бродила среди деревьев, но видимо сегодня духи леса не хотели быть ко мне благосклонными. И вот выйдя на опушку и побродив по ней в безуспешных попытках, я спустилась снова в лес и замерла. Передо мной стоял барс. Снежно-белый и красивый, чуть поодаль из-за кустов вышла, кажется, волчица, отливающая серебром. Оба зверя уставились на меня, а я на них. Затем я вдруг произнесла:

- Удачной дороги.

И развернувшись, продолжила свой путь, сердце колотилось, как сумасшедшее, и я пыталась уговорить себя, что все будет нормально. Я ведь не трогала их и не лезла в их дела, и даже не нападала на них, а значит они не должны преследовать меня. Зачем им это делать? Я прислушалась к шуму позади себя, не сбавляя шага. Сзади было тихо, ни шага, ни дыхания. Не сдержавшись, я все же обернулась. Никого не было. Облегчённый вдох помимо моей воли вырвался из меня. Я ходила по лесу, раздумывая о том, что это странно, что барс, такой прекрасный и гордый зверь, бродит тут, в захолустье? Допустим, волк ещё понятно, здесь часто их видеть стали. Не нападают, просто видят людей и уходят. Кстати, как раз волчицу и видели… я призадумалась.

Забыв про всякие уже корешки, я решила двигаться домой, сегодня погода не радовала совсем, дул промозглый ветер и от него задубели руки так, что я не чувствовала пальцев. Неожиданно я словно почувствовала какую-то волну воздуха, едва не сбившую меня с ног и ещё холод, не такой, который был вокруг, а такой холод, от которого поднимаются волосы на ногах дыбом. Я поёжилась и беспомощно оглянулась, и даже вздрогнула, когда раздалось волчий вой.

Та волчица… неужели что-то случилось? Чтобы могла означать эта волна?

До дома оставалось совсем немного, когда вдруг передо мной выскочила та самая волчица, она резко затормозила, и мы пару мгновений смотрели друг на друга, затем она подскочила ко мне и вцепилась в полу шубейки. Я дёрнулась, пытаясь вырваться, но волчица явно не собиралась меня кусать, она тянула меня за собой. Первые мгновения мне захотелось оттолкнуть её любыми силами, но видя её какое-то отчаяние и слыша странное по-собачьи поскуливание, я вдруг сдалась, и мы понеслись по снегу в глушь леса. Она неслась впереди, иногда останавливаясь, чтобы посмотреть добежала ли я. Я бежала следом, мне было жарко, а горло обжигал холод, я взмокла и раскраснелась наверняка, и меня мучили всякие мысли. Я и представить не могла, что может случится с гордым и большим в принципе зверем настолько плохое, что его не смогла спасти волчица, и она попросила помощи у меня, маленькой травницы из глуши, скачущую по сугробам в рваной шубейке не со своего плеча.

Мы неожиданно вылетели на полянку, волчица затормозила у дерева и, скуля подползла к сугробу, и тихонько завыла, вся её поза вызывала боль и тревогу. Я медленно подошла, это был не сугроб, а барс, но его тело почти было не заметно на фоне снега, лишь когда он раскрыл свои глаза и посмотрел на меня, я заметила его среди этой белизны. Я упала рядом с ним на колени, ему было больно, я почти физически чувствовала эту боль, но меня больше терзало отчаянье. Я не могла ему помочь. Осмотр ничего не дал, никаких повреждений, а его дыхание становилось все слабее. А глаза бледнее. Что с ним? Что?

Волчица снова завыла, да так, что мурашки взметнулись вверх, я положила руки на тело барса и, закрыв глаза, поводила ими над ним. Странный способ, но говорят у женщин есть интуиция, и она часто помогает лечить людей. Правда он не человек, впрочем, он и не похож на обычного зверя. Звери такого плана не ходят странными компаниями по заснеженному лесу и не воют так от боли и страданий, я думаю.

Я приоткрыла глаза и ойкнула, отдёргивая руки. Видение пропало. Просто тело, ничего больше, я снова прикрыла глаза и постаралась настроиться как в первый раз. Приоткрыв глаза, я внимательно всмотрелась в то, что меня так напугало сначала. Тёмное пятно прям напротив сердца, похожее на ураган. Оно кружилось, словно поглощая тело барса и на фоне его белой шерсти казалось ещё более темным. И оно становилось больше. Я не могла его коснуться, хоть и старалась.

- Не трогай его!

Я вздрогнула и, обернувшись, отползла немного в сторону. Среди деревьев появился парень, высокий и тёмный, он тяжело дышал и переводил взгляд с меня на барса, потом на волчицу и опять на меня. Я подняла в примиряющем жесте руки. В его руках было что-то, шар..? Похоже он маг...

- Отойди от него, ты!

Я медленно начала вставать, его шар был направлен прямо на меня, но вдруг передо мной встала волчица, словно бы защищая меня и опять завыла, я опомнилась.

- Ему нужна помощь, но я не могу ему помочь.

- Помощь? – Парень нахмурился ещё сильнее и посмотрел на меня так, словно пытаясь прочитать у меня лбу, вру я или нет, потом перевёл тяжёлый взгляд на волчицу.

- Да… Она меня сюда привела… к нему, но я не могу помочь ему, правда. На нем нет ран.

Про пятно тьмы я говорить не стала, это звучит слишком... странно, что ли? Нет, магия - это конечно здорово, но я не слишком опытна в этом деле и не могу сказать точно, что я видела. Может мне вообще показалось… парень, не слушая меня, потушил магический шар в своих руках и бросился к барсу. Осмотрев его, он видимо пришёл к тем же выводам, что и я, потом снял с себя накидку и бросил мне, и подхватив браса, потащил его с опушки. При чём сделал это так легко словно не нёс гигантскую кошку на руках, а просто прогуливался по лесу. Я присоединилась к нему, неся его куртку. Наверняка он наложил на себя какое-то заклинание, вряд ли бы такому не слишком выдающемуся силой парню удалось бы поднять барса без этого. Волчица неслышно бежала за нашей странной процессией.

Вскоре мы подошли к порталу, и парень вместе с волчицей просто скрылись в нем. Я задержалась немного перед ним, чтобы попытаться всё обдумать, но мне было слишком любопытно, да и к тому же я почему-то действительно переживала за этого барса. Портал принял меня как родную и схлопнулся за моей спиной, словно там никогда и не было сияющего круга-двери в другое пространство. Мы прибыли в точно такой же, по моему мнению, лес, только ветра тут было меньше, а я пришла как раз вовремя чтобы застать злые слова мага и потерять от них дар речи:

Глава 2. Тьма наступает

Я замерла, глядя уже совсем другим взглядом на него. Саймон? Никогда бы не подумала, что такое худощавое тело, может превратиться в гигантскую белую кошку. Если Лейла и Рэйн хоть немного советовали своим реальным обликам и животной наружности, то тут совпадений не было никаких.

- Саймон? Это ты?

- Да, - снова тёплая улыбка.

- Божечки, - я босиком кинулась к нему и обняла, на плечах его был снег, мне было холодно и зябко, но мне так хотелось, наконец, увидеть его реального, а не слушать о том, как у него все хорошо там, где-то. Его объятия были нежными, даже, по-моему, нежнее, чем у Рэйна порой.

- Спасибо. – Тихий шёпот в самую макушку, все-таки он куда выше меня и даже выше Рэйна. Я хихикнула и подняла на него голову, было немного странно вот так стоять и обнимать его, а руки он с меня не убирал. Его лицо было так близко, он осмотрел меня своими тёплыми как летнее небо глазами.

- Хм.. а ты красивее, чем мне рассказывали о тебе. - Я смутилась, отступая… - Что же мы тут стоим?

Лёгким движением меня подняли на руки и перенесли внутрь. При чём Саймон сделал это всё так непринуждённо и словно знал, что я не буду протестовать и кричать, что я тут мол невинная девица, к которой пришёл малознакомый гость. Мне нравилась его странная уверенность, что он все делает правильно, признаюсь, у меня мелькнули мысли о том, что вот этой кошачьей грации не хватает Рэйну и вот этой уверенности тоже. Меня осторожно поставили на пол, прикрыли дверь, и он начал снимать одежду. Он был высок и складен, но всё же из-за болезни, наверное, так худ, что мне искренне захотелось его накормить. Впрочем, без верхней одежды он мне нравился больше.

- Нравлюсь? – поймал мой взгляд Саймон, я смутилась и отвернулась к печке.

- Кушать будешь?

- С удовольствием, ты же готовила. - Он прошёл и сел за стол, наблюдая за мной с какой-то странной улыбкой, от которой у меня дрожали руки, и я едва не уронила горшок с щами.

- Помочь? - Я вздрогнула от испуга и помощь мне всё-таки понадобилась, я почти все уронила. Как он так бесшумно передвигается? – Прости, я не хотел тебя напугать.

- Но напугал… - сердце билось как сумасшедшее, я прижала к груди руку, слушая как оно трепещет внутри.

- Прости, - его рука задержалась на моем плече, пожалуй, дольше, чем стоило, прежде, чем он убрал её, помогая мне накрыть на стол.

Ели в тишине. Мне периодами и правда казалось, что сквозь него просвечивает большая кошка, столько грации было в его движениях, столько игривости во взгляде. Ни дать, ни взять большой кот.

- Я тебя совсем по-другому представляла, - наконец, закончив нагло разглядывать его, сообщила ему я.

- Правда? – Не поднимая глаз, осведомился пожиратель третьей тарелки щей.

- Да… просто ты же белый в другой ипостаси… - я смутилась от чего-то, - да и в письмах ты мне тоже по-другому представлялся.

Его хитроватые глаза все же оторвались от тарелки.

- Оригинал лучше преставлений или хуже?.. - Он едва сдерживал улыбку, я тоже улыбнулась ему в ответ.

- Лучше.

- Я рад. Как я уже говорил, мне тебя примерно так и описывали, но забыли добавить, что ты так красива…

Саймон так говорил это, словно это было так обычно. Даже Рэйн и тот говорил мне это всего пару раз за все время нашего знакомства, а тут… видимо, он и правда так считал. Как приятно…

- Ты правда считаешь меня красивой? – Мне не терпелось узнать ответ. Он помолчал, вытер губы и задумчиво наклонил голову, словно осматривая меня. Я напрашивалась на комплимент. Это было нечестно, и он это знал и, эта игра сводила меня с ума.

- Да. Длинные волосы, очень приятные наощупь, вкусно пахнешь, вкусно готовишь, добрая, улыбчивая и тёплые золотые глаза. Ну сокровище же.

Я поняла, что краснею, и явно сильнее, чем я прошлые разы. Я попыталась встать и уйти из-за стола под предлогом уборки посуды. Но мне не дали, Саймон успел поймать меня за руку, наклоняя ближе к себе.

- Ты просто очаровательна… - прошептал он, потом его рука осторожно коснулась моей щеки. – Если бы не твои письма, я бы сошёл с ума в этом лазарете, там кромешная скука была. Признаюсь, ты скрасила многие деньки мне… - Его ладонь была горячей, а глаза словно гипнотизировали меня. – И я все ещё не поблагодарил тебя за мою жизнь…

Сердце пропустило удар, ещё один… он поцеловал меня. Не в губы, а куда-то в уголок губ, чем вызвал оторопь во всем моем теле. Это было неправильно и правильно одновременно. Рэйну понадобились недели, чтобы я поняла, что немного симпатизирую ему и недели же, чтобы он решился на что-то серьёзнее взгляда, и то только с моего разрешения и покраснений с обеих сторон. А тут… никогда не думала, что меня будет тянуть к кому-то с такой силой, и этот почти украденный поцелуй, сказал мне больше, чем Рэйн за все эти недели.

Я отодвинулась, разрывая контакт с Саймоном. Он смотрел на меня и улыбался, он не смутился и даже не чувствовал себя виноватым, просто он сделал, что хотел и что ему нравилось, а теперь наслаждался результатом: смущённой и оторопелой мной. Но он не настаивал, будто бы поняв что-то, и дальше держался на расстоянии со мной. Оставшийся вечер прошёл без инцидентов, он не касался меня, хоть порой и поглядывал так с интересом, и признаюсь, мне хотелось от него больше настойчивости, но я даже не подавала виду. К ночи он ушёл, напоследок сжав мою руку сильнее, и я успела ответить ему тем же, на что он замер, и как-то очень внимательно оглядел меня. Мне показалось это очень важным моментом, поэтому в тишине ночной я подошла к нему и обняла напоследок.

- Удачи.

Мне казалось, что этим я словно даю ему разрешение на что-то, что не должна… но мне этого так хотелось, в голову лезли умные мысли, но я отгоняла их, глупо и счастливо улыбаясь вслед уходящему Саймону. Видеться с Рэйном не хотелось, я чувствовала лёгкую вину по отношению к нему, с остальными тоже, поэтому я не пошла к ним, весь день просидев дома и втайне надеясь, что он вернётся.

Глава 3. Разрыв

Мои дни снова вернулись к жалкому подобию существования. Я сидела в домике, собирала травы и помогала людям с хворями. Ни Саймон, ни Рэйн, ни кто-либо ещё не являлся ко мне. Первые дни мне было больно, странно и одиноко. Но я смогла пережить это, переступить практически, просто не думать так часто и много об этом и жить дальше. Да и работа с деревенскими помогала отвлечься. А её вдруг стало многовато…

Марлина пришла ко мне уже второй раз за неделю, с её сыном творилось неладное, и она не знала, что… мальчишка чувствовал себя плохо и симптомы были, как у отравления, если бы не тот факт, что он раньше практически не болел и вообще был очень здоровым по жизни. В первый раз я долго ломала голову, так и не зная, что с ним, я не сталкивалась с таким, но потом мне вспомнился один случай. Когда Саймон лежал в лазарете, ему запретили обращаться в свою вторую ипостась, и кто-то из них тогда сказала, что это добавит новых симптомов лишь ему, потому что в звериной шкуре он поправиться ещё быстрее. А если ему запрещать организм начнёт бунтовать. Так что может быть?..

- Метаморф? – Устало уточнила я, ночью поспать не удалось, опять снилось что-то жуткое. Так что что к лирике и тонкостям я сегодня не была предрасположена. Марлина испуганно глянула на меня, потом как-то обречённо кивнула. Много их, и что-то часто они стали мне встречаться. Наугад уточнила. – Волк?

Опять кивок. Так вот кого видят все же соседи по лесам. Волчицу и волчат.

- Нормально обращается? Проблемы есть?

Марлина кивнула, опуская глаза.

- Он не может обратиться… у него не получается…

В голове снова пролетели разные обрывки знаний о метаморфах, об их строении, все что я могла услышать.

- Догадки есть?

- Наверное, из-за споров с братом… они часто соревнуются, и у старшего выходит лучше.

Она озабочена выглянула в окно, я посмотрела вслед за ней, Алек бегал по снегу со своим братом, медленно с отдышкой, но бегал., - пытаясь вспомнить что мне говорил об этом: Саймон или Рэйн.

- Ладно, Марлин, давайте так сделаем, вот вам травы, они тонизирующие и успокаивающие, а Алеку скажите, что она поможет ему перевоплотиться. Ему это необходимо, его организм бунтует.

- Похоже… я не сталкивалась с таким ещё. А вы неплохо разбираетесь даже в этом.

- Просто удалось познакомиться поближе с несколькими метаморфами, - я выдавила из себя улыбку.

Пока она одевалась, я провожала её взглядом, мальчишки были все в снегу, румяные с мороза, я улыбнулась им. Хорошенькие такие. Когда они уже почти ушли, я сказала им вслед:

- Не выходите за деревню, я слышала там были тёмные, – мальчишки испуганно переглянулись, теснее прижимаясь к матери, Марлин побледнела, но все же кивнула. – Я поставлю барьеры вокруг деревни так, что все будет нормально…

- Спасибо тебе…

Они ушли, я же зевая отправилась спать. Спала я долго и слава богу без снов, затем меня затянули домашние хлопоты и лишь после обеда я вспомнила про своё обещание. Я оделась и вышла из домика. Барьеры ставились долго, я до самого вечера ставила и ставила по кругу барьеры, только и думая о том, как спасти трёх волчат и их маму, которые живут в моей деревне и за которых я теперь отвечаю. Когда барьеры были сделаны я устало шла вдоль одного из них, чтобы проверить стык конца и начала защитного круга. Барьерам научил меня Лойель, как маг специализирующийся на защите от темных и всем, что с этим связано. Мысль о друзьях заставила меня поморщиться и ускорить шаг, но ноги заплетались, и я, спотыкнувшись о корягу, полетела вперёд, не удержав равновесие. Мою левую руку обожгло болью, я коснулась в полете барьера, да не просто так, а всей поверхностью ладони. Я встала с земли, шипя от боли и тряся рукой, на ней начали проступать волдыри. А кулон, к которому была привязана барьерная есть, неистово сокращался. Я снова зашипела, но уже от другого чувства и снова шарахнула по барьеру рукой. Боль ударила с новой силой почти роняя меня колени, я держала руку словно горящую огнем… барьер от темных же… Неужели всё таки?..

Сзади раздался тихий скулёж, сквозь слезы я обернулась и увидела улепётывающих волчат. Вот черт… до дома я добралась быстро, потому что почти летела в избушку, да и заговор от боли на руке постоянно нужно было поддерживать, а иначе руку жгло. Но едва я зашла внутрь, на пороге распахнутой избушки появилась Марлина, её лицо было перекошено от боли и страха, увидев меня, она некоторое время просто стояла и сверлила меня взглядом.

- Ты тёмная. – Наконец выдавила я из себя сквозь зубы.

- Лишь капля, - раздражённо бросила я.

- Это не так уж важно.

- Разве? – Сейчас я была зла, а она злила меня ещё больше, руку дёргало, а отвар и мазь мало помогали, так как вся ладонь была покрыта волдырями. Ух угораздило же меня… чёртовы метаморфы, что б вам…

- Твоя мама всего была странной, очень странной. Якшалась с темными, точнее с одним… Да, ты очень на него похожа, - я прервалась и обратила на неё внимание, - А твоя бабка её покрывала. – Горечь и яд, сочившиеся из уст женщины благодарно обнимавшей меня совсем недавно, дававшей лечить её детей, сжали моё сердце ещё большей болью, словно заново я переживала предательство, но теперь и уже не друзьями…

Глава 4. Мама

Я вышла из кареты и помогла спуститься Оливии, она брезгливо переступила через лужу ровно перед которой стоял лакей и свысока поглядывал на неё.

- Посидишь в карете, как и договаривались, я не долго, - Оливия радостно подмигнула мне и, все также брезгливо посматривая под ноги, пошла по ступеням.

Я сидела в карете, ка мне и было сказано, рассматривала дам и их кавалеров, отмечая красивые платья, украшения и искусные причёски. Вдруг среди гостей, поднимающихся по ступеням наверх, мелькнуло знакомое лицо. В голове пронеслось - МАМА?! Конечно же, я задней мыслью понимала, что мама никоим образом не могла здесь находиться, она погибла в тот день, когда родилась я, её могила находилась недалеко от того домика, где мы жили с бабушкой. Она часто носила туда цветы… И всё же это лицо я знала очень хорошо. На чердаке у бабули находился портрет, написанный её рукой, на нем бережно было выведено «Мэриэнн» - полное имя моей мамы.  Картина была хороша, на ней была изображена женщина, моя мама, смотрящаяся в зеркало, только вот в зеркале женщина смотрела в другую сторону и улыбалась даже по-другому, но бабушка говорила, что это она специально так нарисовала. Я верила ей. Нежные тонкие черты, которые я разглядывала долгими чертами, веснушки на прямом, точёном носу, лукавые карие глаза и темно-рыжие волосы, до которых мне так хотелось до коснуться в детстве, да и сейчас. Я заучила эти черты наизусть, запечатлела в своей памяти, и эта женщина, проскользнувшая сейчас внутрь, была точно она, я была уверена в этом также хорошо, как в самой себе. Но как? Промелькнула предательская мысль о том, что, возможно, мама жива каким-то чудом…

Я вышла из кареты, мне нужен был воздух, я смотрела туда, где в темнеющем и становившемся холоднее воздухе сиял ярким светом проход на светский раут. Неужели и правда она? Неужели я?.. А если ошиблась? Я не могла… Я так разволновалась, что мне перестало хватать дыхания. Я ухватилась за край перил лестницы и начала дышать глубокими вдохами, но все равно в глазах как-то сгустилась тьма и в ушах зашумело.

- Ох этой даме плохо! Ей плохо! - Словно сквозь вату проскользнули чьи-то слова. Я почувствовала сильные руки, подхватывающие меня и несущие куда-то. Голова словно пребывала в калейдоскопе.

- Вы в порядке?  - Голос прорвался ко мне сквозь пелену, и я уставилась в золотые глаза, а затем вскрикнула и отстранилась. Да, эти глаза были красивы, но они были так похожи на мои...

- Спокойно я не причиню вам вреда, - его голос бархатным и очень приятным для слуха. Я обратила внимание на обладателя этих глаз, я хотела вернутся к изучению его лица, но его руки, поднятые в успокаивающем жесте, привлекли моё внимание. Точнее это пятно на ладони. Родимое.

- Нет-нет-нет, - я встала и отгородилась от него ладонями в таком же жесте, как и он, при чём сделала это не специально, но похоже взгляд мужчины упал на мою ладонь, также как и секунду до этого мой - на его.

- О нет, - мужчина шарахнулся от меня назад, покачав головой, мы одновременно посмотрели друг на друга и хором закончили:

- Нееет.

- Чарльз, в чем дело? Что-то случилось? Мне сказали ты тут.

Я оглянулась, мы были недалеко от входа в дом, там, где мне вдруг стало дурно, меня посадили на скамейку, и сейчас я стояла рядом с ней напротив меня странный мужчина, а к нам подошла та женщина… Та самая. Мама...

Женщина удивлённо покосилась на меня, кажется я произнесла это вслух.

- Чарльз, идём, нас ждут.

- Ах да, конечно…

Мужчина устало потёр глаза, затем снова взглянув на свои руки усмехнулся, женщина взяла его под руку, и они собирались уйти.

- Энн? – Я шагнула им вслед, пытаясь в отчаянии использовать свой последний шанс, единственную ниточку.

- Боюсь, вы обознались, милочка, - проговорила женщина, окидывая меня оценивающим взглядом и поглядывая на своего кавалера. - Идём же, Чарльз.

Я осталась стоять в сумраке наступающей ночи, чувствуя, как ветер холодит застывшие слезы. Это было глупо, но это были похоже мои родители. Ну по крайней мере отец точно, те же глаза и черты, Марлина сказала, что я очень похожа на него, но даже если это и можно было списать на совпадение, то родимое пятно. Он узнал его, и он понял, кто я… И это его не интересовало. Я даже не знала, что больнее, не знать его столько лет или видеть, как он понимает, кто я, и всё же не хочет общаться со мной. А эта женщина она так похожа на маму, но если бы она была моей мамой, она не могла не узнать меня, однако она очень тревожно поглядывала на меня, словно все же что-то знала. Почему они так быстро сбежали...?  Я должна подойти ещё раз к ним. Мне нужен ещё один шанс.

Почти полвечера я проторчала у выхода, замёрзнув в конец, Оливия даже если и сказала, что ненадолго, всё равно наверняка увлеклась кавалерами и танцами, так я не беспокоилась об этом. Да и в случае чего она бы поняла меня. Мне улыбнулась удача, когда я совсем потеряла всякое терпение, и готова была уйти в карету, дверь приоткрылась и оттуда вышла Она. Она была одна и очень задумчива, она спустилась в парк и пошла по одной из мощёных дорожек. Я шла за ней некоторое время и наконец окликнула:

- Подождите.

Женщин вздрогнула и с удивлением обернулась, и её лицо вмиг стало испуганным, едва она взглянула на меня. А я, подходя ближе, жадно разглядывала её черты. Не такие молодые как на картине, но такие знакомые…

Глава 5. Тьма

В полутьме я нашла нашу с Оливией карету и не прошло и пяти минут как она вернулась с Зоуи, её закадычной подружкой, весь путь до дома Оливии они проболтали, а я и не смела вставить и слова в барский диалог. Дома же все завертелось и лишь перед сном, поймав Оливию в библиотеке, я села к ней и рассказала, что произошло. Как я и ожидала, Оливия с готовностью выслушала меня, вздыхая, пуская слезу и всплёскивая руками, она всегда очень эмоционально реагировала на такие новости. И мне нравилось это.

Закончив рассказ, я выдохнула, рассматривая лицо Оливии. Она молчала, а когда о=подняла глаза, они были тревожны. За дверью раздался шум, и мы обе вздрогнули.

- Говори тише, - посоветовала я, - Вечно там Сония ходит под дверями подслушивает.

- Моя б воля, давно эту сплетницу вышвырнула, - произнесла дежурную фразу Оливия, однако в её голосе не было энтузиазма, что-то сильно тревожило её. – Если мы говорим обо одним и тех же людях, то это Мэри и Чарльз Роцки… Рыженькая такая? – Я кивнула, Оливия отвернулась на мгновение от меня. – Не связывайся с этим людьми, Аселия, лучше не надо. Не ищи с ними ни связи не родства. Они плохие люди. Они замешаны во многих темных и грязных делах. Они мошенники, обманщики…

Каждое её слово звучало словно гвоздь в крышку моего гроба. Темные дела, мошенники, плохие… мой отец и моя тётя плохие? Но они же мои единственные родственники! Как же так… как это несправедливо.

Моя барышня выдохнула в тишину комнаты:

- Они тёмные.

Я подняла на неё глаза, мне было страшно. Мне один давний родственник по ошибке затесавшийся в родословную – тёмный, не прапра, а отец. В горле встал ком, по щекам потекли слезы. Саймон был не прав, видимо то, что во мне есть тьма — это не случайность, это моя жизнь. Я тёмная…

- О, дорогая, не плачь, прошу тебя…

- Я такая же, да?..

- Нет, ты добрая, ты милая, ты никогда никого не обидишь.

Голос Оливии утешал меня и взывал к моему разуму, тот боролся изо всех сил, отгоняя сомнения и страхи прочь. Мы просидели так совсем немного, затем отправились спать. Спалось мне плохо, я ворочалась, мне то мерещился шум, то стук, то шуршание, то что-то ещё мешало заснуть. Я очень нервничала из-за этого, мне было жизненно важно высыпаться, потому что стоило мне не выспаться хотя бы один раз, то моя сила становилась неуправляемой и поддавалась любым моим эмоциям, я могла спалить салфетки при сервировке стола, раскалить вилки или сделать что-то ещё. Как-то раз у меня был подобный день, и он мне дорого обошёлся, меня любили в этом доме, но порча имущества, хотя и непонятно как для них, уже тогда практически лишила работы. Тогда меня спасла удача и Оливия. И как назло сон пришёл только к утру…

Утром же я встала словно сомнамбула, глаза опухли от слёз и ночных мыслей, голова была ватная и я засыпала на ходу, естественно думать о том, тёмная или нет сил у меня уже не было, поэтому я старалась не возвращаться к мысли о том, что я могу всё же быть… Сервировка мне удалась, прожжённую салфетку удалось убрать прежде чем кто-либо её увидел. Неся тарелку горячего супа барыне, я старательно повторяла про себя, лишь бы ничего не случилось, лишь бы ничего не случилось, однако вдруг я почувствовала удар в районе лопаток и с криком растянулась на полу. Звон тарелок и плеск возвестил меня, что ни одной целой посуды не осталось, а мне светит уборка…

- О, боже, Аселия ты не можешь потеши, у меня мигрень, - барыня Шерпская переступила через осколки и прикладывая к голове платок, все повторяла: «Как шумно, как шумно!». Когда у барыни начинали мигрени, все в доме должны были ходить на цыпочках. Я обернулась, позади была кухня на меня таращилась повариха и Сония, горничная. Она улыбнулась мне коварной улыбкой, а потом тут же сменив эту улыбку бросилась мне помогать. Мне показалось это странным, но Сония и так не вызывала у меня положительных эмоций. После уборки оказалось, что суп в спальню барыне уже отнесла Сония, и в моей помощи не нуждаются. Меня мягко, но твёрдо выставили за дверь. Это было неприятно. Я была на хорошем счету в доме, но с тех пор как появилась Сония, она постоянно пыталась свернуть мне кровь, правда чаще всего перепалками.

- Так тебе и надо, тёмная, -  услышала себе в спину я, собираясь спуститься на первый этаж, я окаменела. Что? Что она сказала? Я обернулась, Сония стояла в проходе. – Да, я вчера слышала ваш разговор, теперь у меня есть аргумент, который точно выкинет тебя из этого дома.

- Что я тебя сделала? – только и могла спросить я, я недоумевала по этому поводу с самого первого дня её тут.

- Ничего, просто тебе все прощается за красивые глаза, а когда тебя не станет, я буду гувернанткой Оливии, а ты будешь где-то в другом месте скрести столы.

Она прошла мимо меня, толкнув плечом. Всего лишь из-за места гувернантки, там даже платят не так уж много. Из спальни Оливии высунулась её взлохмаченная головушка:

- Что за дела?

- Сония, - просто ответила ей я, закрывая за собой дверь в её спальню и помогая одеться. – Она слышала наш вчерашний разговор, решила использовать это как аргумент чтобы лишить меня места.

- Правда? – Оливия нахмурилась, глядя в зеркало, - если бы существовали доказательства кроме наших слов, то папенька и правда бы не позволил тебе работать тут.