Министерство Зла

Глава 1

Внимание!

Пожарная тревога!

Просьба всем сотрудникам покинуть здание и собраться на внутренней территории!

Равнодушный женский голос, сообщающий о пожарной тревоге, вернул меня к действительности: все утро я размышляла о бесполезности своей работы. Вроде бы и организация серьезная, и даже документы о неразглашении тайны я подписывала… но в итоге – ничего интересного. Какая-то бестолковая рутина, и никто вокруг не в состоянии объяснить, а кому эти все бумажки вообще нужны. Все утро прошло в тяжелых думах, но в конце концов я нашла в своей работе несомненный плюс: на вопросы знакомых об организации, я с гордостью называла место и тут же сообщала, что больше ничего сказать не могу. Эта тайна. И после ловила на себе восхищенные и завистливые взгляды: ясно же, раз есть тайна, значит, чем-то я интересным занимаюсь.

Внимание!

Пожарная тревога!

Просьба всем сотрудникам покинуть здание и собраться на внутренней территории!

Черт, опять вот отвлеклась. Я подняла взгляд: никакого намека на панику в нашем отделе не наблюдалось, разве что все отвлеклись от дел и начали переглядываться. Будто каждый ожидал, кто же первый отреагирует на сигнализацию и решит, что нам всем предпринимать.

Желающих не нашлось.

В воздухе витало недоумение. Дело в том, что о плановой сигнализации нам сообщали за неделю как минимум. Каждый полгода проводилось подобное мероприятие и подготовка к нему была на высоте: начальника отдела вызывали наверх (в глобальном смысле, на самом деле он вниз на пару этажей спускался) и выдавали инструкцию: подготовить свой отдел к эвакуации.

Конечно, можно допустить мысль, что я, как водится, задумалась, замечталась и о плановой эвакуации все прослушала, но дело в том, что такое попросту невозможно. Прослушать я могла один раз, даже пять. Но о ней все знали за неделю. За неделю! За это время тему обсудили бы не меньше пятисот раз, и это только в нашем отделе. Еще во время обеденного перерыва в столовой все бы только об одном и говорили, а еще утром, по пути от остановки, вечером, по пути обратно… а еще я время от времени пользуюсь лифтом, а там тоже люди. Короче, невозможно быть настолько невнимательной.

Новость явно успела бы набить оскомину, и утром я бы не о смысле перебирания бумажек думала, а мечтала бы поскорее эвакуироваться. Такие уж они, большие коллективы: каждая новость обсасывалась с разных сторон, разрасталась и превращалась в информационного Франкенштейна. А у нас более шестисот человек работает!

Помню, как-то в здание проникла кошка, так ее забег не меньше недели смаковали! Еще бы, животное проникло на охраняемую территорию, да еще и до седьмого этажа поднялось! Трудилась я как раз на седьмом, так что побывала, как говорится, в самой гуще событий. Охранники бегали мимо нашего кабинета, смешно разводя руками и веселя всех сотрудников.

Внимание!

Пожарная тревога!

Просьба всем сотрудникам покинуть здание и собраться на внутренней территории!

Опять я отвлеклась. А коллеги все так же удивленно моргают, никто не торопится проявить инициативу. Придется все брать в свои руки.

— Может, нам стоит одеться и выйти? Тревога же… — нерешительно подала я голос, нарушив всеобщее молчание.

Все единогласно согласились, и через пять минут (почему-то особо не верилось, что у нас пожар, оттого никто не торопился) дружной гурьбой мы покинули помещение. Уже в коридоре выяснилось, что впопыхах вышла я в балетках, и всем пришлось подождать, пока я вернусь и переобуюсь в полусапожки. Неизвестно, сколько придется топтаться на улице, а на улице еще не лето и довольно прохладно. Я переобулась и присоединилась к остальным, мы прошли по длинному коридору и оказались возле запасного выхода, что вел на лестничную клетку.

— Закрыто, — подергав дверь, с некоторым испугом в голосе констатировал Юрец, формально он числился начальником отдела.

— Вообще-то ключ висит рядом, — ядовито заметила Елена Валериевна, ткнув костлявым пальцем в красную коробочку, которую не заметил бы разве что слепой. Но Юрец у нас не особо внимательный, так что его слепоте никто не удивился.

Внимание!

Пожарная тревога!

Просьба всем сотрудникам покинуть здание и собраться на внутренней территории!

Совместными усилиями удалось добыть ключ и открыть злополучную дверь, на что ушло еще минут десять. Я некстати подумала, что этаж уже совершенно пустой, все давно покинули свои рабочие места, а ну как и правда пожар? Неплохо бы поторопиться… но лучше пока не нервничать, а то коллеги на это обратят внимание, начнется паника и беготня. Не хватало еще, чтобы кто-нибудь себе ноги ненароком переломал.

Мы спустились друг за другом вниз, но на втором этаже вышла заминка: лестница была завалена каким-то строительным хламом, спуститься дальше не представлялось возможным. Пришлось делать крюк и выходить через основную лестницу, ту, что рядом с лифтами. В коридорах дымом не пахло, что обнадеживало, ведь случись пожар, мы бы не выбрались, так и застряли бы возле строительного хлама. А там даже в окно не выпрыгнешь, потому что окна нет.

Глава 2

В себя я пришла уже возле нашего кабинета. Кто-то догадался привалить меня к стене, Елена Валерьевна трясла меня за плечи, словно тряпичную куклу, а Алина Николаевна зачем-то дула в лицо.

— Васька, — услышала я будто издалека. — Васька, черт тебя подери!

Женщины утроили усилия.

Я промычала нечто нечленораздельное, мечтая, чтобы от меня отстали. Перед глазами так и стояла увиденная ранее картина: девушка с закатившимися назад глазами, приоткрытым ртом и лицом землистого цвета. Такого я еще никогда не видела, честно. И девушка была мертва, без сомнений. Я не эксперт, но такие вещи сразу видно.

И о сне по ночам теперь точно можно забыть. Да что там по ночам! На рабочем месте-то больше не вздремнёшь нормально…

— Что ты стоишь, придурок? Не видишь, девушке плохо? — «ласковые» слова адресовались Костику.

Меня тут же подхватили под руки с двух сторон и отвели в наш кабинет, усадили на диван и вручили стакан воды. Сначала инициативный Костик собирался вылить воду мне на голову, аргументируя недавно увиденным фильмом, где человека как раз так в чувство и привели. К счастью, Алина Николаевна вовремя вмешалась и сунула мне стакан в руки. Хорошо бы я выглядела, вылей Костик на меня воды.

— Васька, ты чего? Надышалась небось?

— Там, т-там…

— Дышать нечем? — подсказывали нетерпеливые коллеги.

— Может, окно открыть? Как раз давно не проветривали…

— Даша, — выдохнула я, опять припомнив ужасное зрелище. Поначалу девушку я не признала, что с таким цветом лица неудивительно, но темные волосы… это Даша.

— Что Даша?

— Думаю, она сказала «дышать», — настаивала на своем Елена Валерьевна.

— Даша! — рявкнула я.

— Застукала тебя что ли? Ты поэтому убежала?

— Где Даша?

— Какая Даша?

— Там Даша! — рявкнула я что есть силы, уже теряя терпение.

— Я ж говорю, застукала, — самодовольно кивнула Елена Валериевна. — Напугала, небось, нашу Ваську, даром что ли ведьма. Ух, волосищи черные выкрасила!

— И где же тогда она?

— Как это где? В химлаборатории!

Но я на перепалки коллег внимания не обращала:

— Надо в полицию позвонить, — бормотала я. — Или в скорую. В полицию точно, а они потом, наверное, сами скорую вызовут.

— Ты что, зачем вот так сразу в полицию, ты же просто заглянула в лабораторию! Не вызовет она никакую полицию, ты что, Васька! Не пугайся ты так, — Алина Николаевна приобняла меня за плечи.

— А где Ибрагим? — не к месту поинтересовался Юрец.

— Он коридор сторожит.

— Зачем?

— Как зачем? А вдруг кто-то бы к нам поднялся и Ваську застукал?

— Так Васька же здесь, — совсем растерялся начальник.

— Вы что, его не позвали? — с наездом спросила Елена Валерьевна.

— Так не до него было!

— Вот ведь люди! — поддержала подругу Алина Николаевна. — Ничего доверить им нельзя! Человека забыли… так сходите за ним, чего столбом стоять!

За Ибрагимом ушел Костик, Юрец потянулся за ним, думаю, чтобы не оставаться в женской компании в одиночестве и совсем без поддержки. Никто такого не выдержит. С тоской глядя парням вслед, я силилась прийти в себя. И пила уже третий стакан воды, а у нас на этаже туалетная комната ремонтируется… но это, конечно, мелочи. Главное – донести до коллег суть увиденного, да так, чтобы они не перебивали и свои предположения не вставляли.

— Елена Валерьевна, позвоните, пожалуйста, в скорую, — начала я.

— Тебе совсем плохо? — сразу же насторожилась женщина: очевидно, понимать меня тут никто не желает.

Тут в кабинет влетели мужчины, уже в полном составе. Первым забежал Костик, с тем самым выражением лица, которое не оставляло сомнений: что-то из ряда вон произошло. Юрец беспокойно выглядывал из-за плеча товарища, и по виду очень нервничал. А на круглой физиономии Ибрагима как всегда не читалось ни единой эмоции, но, судя по тому, что он умудрился не отстать от коллег, его тоже что-то впечатлило. Я уже догадывалась, что именно произошло и порадовалась: наконец хоть кто-то сможет вызвать скорую с полицией, раз я пока не в состоянии.

— В химлаборатории что-то произошло! Пришли химики, все взволнованные, в службу охраны звонили, — коротко отрапортовал Костик.

Бабушки (обычно так я звала коллег женского пола, объединяя двоих в одну) вопросительно уставились на меня.

— Там Даша, — отрезала я и прикрыла глаза.

— С ума с вами сойдешь, — разозлилась Алина Николаевна, поняв, что большего от меня не добиться. Наверняка сейчас жалела, что воду мне на голову не вылила, как советовал Костик.

— Самой легче узнать, — поддакнула ее подруга, и они шустро покинули помещение, оставив меня на попечение мужчин.

Вернулись они через полчаса, крайне взволнованные, и поведали то, что я и так уже успела рассказать мужчинам. Если не отвлекаться на лишние подробности и словесные перепалки, суть их рассказа сводилась к следующему: химики вернулись в лабораторию и обнаружили лежащую на полу Дашу. Сначала подумали, что девушка без сознания, но почти сразу выяснилось, что сознание ее и впрямь покинуло, но уже навсегда. Во время эвакуации Дашу никто не видел и все дружно решили, что она на время вышла, например, в туалет на шестой этаж спустилась. И уже оттуда услышит сигнал тревоги и выйдет с остальными. А Даша, оказывается, в кабинете осталась, и все химики сейчас гадали, как это ее никто не заметил. Все ругались и валили вину друг на друга, все-таки уйти, забыв сотрудника, это как-то не очень красиво.