Мишень Номер Один

Мишень Номер Один

Вета Мур

Мишень Номер Один

Посвящается всем тем, кто ценит искреннюю любовь

и чувства.

Пролог

Пролог

БОЛЬ. НАСМЕШКИ. СЛЁЗЫ.

Горячие, горькие слёзы стекали по щекам и падали на зеленоватую плитку убитого университетского туалета. Валентина. Или Валечка, как её называл отец не знала, что жизнь. Новая жизнь. Повернётся к ней вовсе не передом. И всему виной. Он. Хлыстов. Андрей.

Ей казалось, что это имя она запомнит на всю жизнь. Ведь именно по его вине она стала посмешищем на всю оставшуюся учёбу.

– Ублюдок, - повторяла она, словно проклятие.

Ей хотелось выцарапать ему глаза. Она не из тех, кто прощает подобное. Никому. Тем более, какому-то повелителю фотошопа, который учился по курсам на Ютубе. Всем было понятно, что её фото в белье в красный горошек не более чем подделка. Но всем всё равно. Они нашли новую жертву. Только длинноволосая девушка жертвой себя не считает.

Ладонями, Валя попыталась вытереть слёзы. Нет, не для того, чтобы вернутся. Чтобы уйти. Уйти красиво. С гордо поднятой головой. А потом найти Хлыстова и уничтожить ему жизнь. Если он таким способом хотел привлечь её внимание, то поздравляю. У него получилось. Гнев Оленьевой направлен на него.

Девушка неумело, нелепо поднялась. Поправила тесные джинсы, которые подчёркивали длинные худые ноги, но двигаться мешали. А затем подойдя к тусклому зеркалу, которое показывало только тёмную тень. Силуэт. Попыталась поправить волосы.

Всё вокруг плыло.

Даже не от выпитого алкоголя. Хоть выпила она и немало. Еле на ногах держалась.

Больше от слепоты.

Какой-то придурок во время позора решил толкнуть её. Когда Валя пыталась скрыться. Хватило же наглости.

На душе было так гадко, что хотелось выть. Она не привыкла показывать слабость, но даже сильным людям нужен отдых. От других людей.

Быстро схватив телефон и увидя несколько пропущенных от матери, Валя выдохнула. Но когда увидела пропущенный от отца. Один. Единственный. Затаила дыхание.

«Что-то случилось…» - повторяла она про себя.

Тут же закинула телефон в маленький чёрный клатч и побрела к двери. Но не успела она её открыть, как её озарил жёлтый. Ослепляющий. Свет.

Валя тут же прикрыла белоснежное лицо, покрытое чёрными дорожками от слёз, которые смешались с тушью. Благо, стрелки остались на месте.

Послышались шаги, тяжёлые, уверенные. Мужские.

Девушка, чьи волосы начали закручиваться от влаги только шикнула:

– Что надо? Не видишь, что занято?

Она попыталась посмотреть через ладонь, кто же там. Но увидела лишь тёмный силуэт. Расплывчатый. Большой. Во всём тёмном. Он выше неё на две головы, но её это не пугало.

Мужчина двинулся вперёд. Переступая через порог и входя в темноту.

Он ухмылялся. Его не беспокоила судьба девушки. И то, как с ней себя повели.

– Прости… я не хотел, - тихо, будто боялся спугнуть бедную девочку, произнёс мужчина.

Валя сразу поняла кто это. Хлыстов. Сам пришёл. Ведь просто так не извиняются?

– Совесть замучила? Или стыдно стало?

Мужчина ничего не ответил, только посильнее сжал очки. В чёрной оправе, которые Валя так тщательно выбирала у окулиста, чтобы не быть последним посмешищем.

Он протянул ей их. Невзначай, будто случайно.

Но девушка ничего не видела. Даже не дёрнулась. Она пыталась разглядеть его лицо. Того, кого будет ненавидеть все следующие четыре года. Если не больше. Но ничего не получалось. Только глаза стали сильнее болеть.

– Пришёл посмотреть, как я страдаю и мучаюсь? – Валя специально встала на носочки, чтобы всмотреться в лицо мужчины. Но только пошатнулась и почти упала на плитку.

Если бы не сильные мужские руки, которые в моменте крепко схватили её за плечи.

У Вали всегда в голове был один ветер, который переплетался с желанием получить свежие эмоции. Любым способом. Ей нравиться играть. И выигрывать в её же игре. Правила ведь её.

В детстве она устраивала концерты родителям. Да такие, что Оленьевы были готовы рвать волосы на голове.

То она сбежит в другой отдел пока они выбирают продукты. Там ведь куколки и игрушки. Это намного веселее взрослых покупок.

Доведёт надоедливую тётку своими словами и поведением до больницы. Только из-за того, что она посмела нагрубить матери.

То при помощи интриг и уговоров заставит подраться мальчиков. Так скажем, за её сердце.

Или залезет на дерево, чтобы спасти бездомную кошку, а потом не может спуститься. Ведь, как оказывается она боится высоты.

Родители, вся семья думала, что со возрастом она изменится. Но не получилось.

Валя только улыбнулась. Алкоголь уже давно ударил в голову. Только это была некая бомба замедленного действия.

Как можно отомстить человеку, который испортил тебе жизнь?

Правильно.

Заставь его думать о тебе.

Каждый день. Каждую секунду. Чтобы он пожалел о том, что сделал.

Часть 1. Глава 1

Часть 1. Глава 1

Два года и несколько месяцев спустя.

ВЕЧЕР. ДОЖДЬ. ОСЕНЬ.

Маленькая и душная аудитория наполнилась тихим сопением (кто-то уже уснул от очень интересной лекции) и тихими шёпотами.

Сплетни. Кто-то не сдал экзамен на права. Кого-то бросил парень. А кто-то, как я, просто умирал от скуки и тихого бормотания самого занудного препода на потоке. Это не я его наградила. А так… другие. Точно не я. Нет.

Сидя за последней партой и стуча ноготками по столу хотелось только одного. Домой. Спать. Есть. Смотреть сериалы. Ну уж точно не сидеть здесь.

Многие уже волком посматривают на Виталия Михайловича. Но я их не виню. Сама такая. Это ведь пятая лекция. Еще и пятница. Был бы он нормальным человеком… давно бы отпустил. А лучше бы и не приходил вовсе. Теперь пусть терпит эти колкие взгляды в свою строну.

Потянувшись и положив голову на парту, а точнее на тетрадку. Абсолютно пустую. Как и этот предмет, который не нёс в себе ничего полезного, я повернулась к Катьке. Которая, кажется, была единственной в группе с отличным настроением. С чего бы это?

Быстро, почти незаметно, я бросила один маленький взгляд в её телефон.

Зайчик?! Котик?!

Господи. Такой зоопарк может быть связанным только с одним животным.

Максимка. Черти бы его побрали.

– Зайка, ты покушала? – прочла я одну из строк.

Катя, чьи глаза уже кричали: Я ЕДУ!

Повернулась ко мне и фыркнула:

– Валька, не начинай.

– Это ты не начинай. Не с ним.

Она закатила глаза.

Из всех её бывших, его я ненавижу больше всего. Идиот одним словом. Запрещал нам общаться. Видите ли, я плохо на неё влияю. Тоже мне святоша… Сам козни против неё строил. А Катька… Что с неё взять? Влюблённая дурочка. Но она моя дурочка. За которую я горой.

– Максим предложил встретится?

Я рассмеялась. Тихо, чтобы препод не заметил. Это даже смешно.

– И что? Сильно плакал? – фыркнула я. Зная, что подруга не согласиться.

- Ну… Я согласилась.

Честно? Я никогда не думала, что Катюшка может наступать на одни и те же грабли несколько раз. Ладно один. Но несколько? Это даже для неё слишком.

У меня даже глаза полезли на лоб от услышанного. Где такое видано? Чтобы таким козликам горным давали второй шанс?

– Не смешно, – хмыкнула я. До последнего надеясь, что это не смешная шутка.

Но подруга лишь сжала губы и повернула экран телефона.

– Как мило. Еще и экран весь в сердечках. Ну прям любовная-любовь. Когда свадьба будет, чтобы я в календарике отметила.

– Он поменялся. Правда. Я ведь не просто так согласилась. Максим стал другим человеком. Я столько приятных слов в жизни не слышала.

Я громко выдохнула.

Приятные слова. Конечно. Лапшу на уши повесил, а она и радуется.

– Максимка – гад последний, – покосилась я в её сторону собирая волосы в небрежный пучок. – Нашла героя-любовничка. С таким же успехом ты можешь познакомиться со случайным парнем в клубе и переспать по-быстрому. Может, на пару ночей вас хватит.

– Мы ведь год встречались. Не чужие друг другу. Я ведь ничего о тебе с Андреем не говорю. Кстати, где он?

Конечно, я ведь должна знать о каждом шаге этого урода. То, что мы остались друзьями ничего не значит. Мы ведь не решили всё вернуть. Да, пару раз пытались попробовать сначала. Но я поняла, что это тоже самое, как склеить разбитую вазу. Выглядит прилично, но вода вытекает.

– Во-первых, ты говорила, что нам лучше не общаться, чтобы не вспоминать прошлое, – набрала я воздух в лёгкие. – Во-вторых, я понятия не имею, где этот человек. А в третьих, ты сама с сим общаешься и дружишь. Почти за ручки ходите вместе.

– Дружим? Это громко сказано. Общаюсь с ним только из-за тебя. Если он только глазок бросит в твою строну…

Катюшка жестом показала, что тогда моему дорогому бывшему не жить. Останется без своей светлой головки надежды семьи, которая не приняла меня. Видите ли у них есть кандидатура получше. Серьёзно? Лучше меня?

Перечислим мои плюсы.

Я красивая, умная, образованная, весёлая, добрая, верная, уверенная в себе и… И вообще-то, я – Оленьева. А это уже ничего себе. Дочь самого Валентина. Известного бизнесмена.

Лучше меня точно никого нет.

Но раз уж он так любит свою мамочку, то пусть и живёт с ней и дальше. Пускай женится на ком хочет. На блондиночке с косметичкой вместо мозга и с огромным эго, больше, чем у Хлыстова в штанах. Удачки им и деток побольше. Надеюсь, хоть на свадьбу пригласят. Поесть я люблю.

За окном прогремел гром и блеснула молния. Я тут же поёжилась. И вжалась в стул.

– БУ! Страшно? – рассмеялась Катька.

– Страшнее твоего Максимки никого нет.

Подруга рассмеялась, а тут, как в той самой мелодраме, которая идёт по телевизору, на первом, ворвался Андрей.

2.

2.

В серой толстовке. Наушники в ушах, волосы мокрые, видимо бежал сюда с другого корпуса. Он быстро прошёл между рядов. Даже не поздоровался с Виталием Михайловичем, который явно не рад его появлению.

Девочки, с группы тут же проснулись, как сонные мухи и начали прихорашиваться. Волосы, помада, духи. Конечно, надеются, что золотой мальчик на них посмотрит. Но Андрюша даже не удостоил их взглядом. Быстро подошёл к нам и поставив рядом со мной стул, плюхнулся рядом.

Его белоснежные волосы потемнели от влаги, а голубые глаза пылали синим пламенем.

Чёртик в моей душе пел и радовался жизни. Ну люблю я, когда страдают бывшие, особенно Хлыстов, который принёс немало боли. И не меньше слёз. Измены, фото, сплетни. И моё самое любимое… Эмоциональные качели. Да что уж там. Американские горки.

Катька не упустила момент посмеяться над Андреем:

– Что стряслось? Снова закончился твой любимый гель для укладки?

Я хихикнула, а Катька подмигнула мне. Видимо, вспомнив, как я проторчала на морозе два часа, потому что у милого Андрюши закончился гель для укладки. Который продаётся только в одном магазине. И без которого он не выйдет из дома.

– Очень смешно, Гвоздикова, твой уголовник научил тебя таким шуткам? – попытался ответить Андрей.

– Смотри аккуратнее, а то её, как ты выразился уголовник порубает тебя на кусочки, – попыталась защитить я подругу и тем самым напугать Андрея. Зная, как он его боится.

Хлыстов лишь хмыкнул и закинул ногу на ногу. Сжимая скулы и смотря в окно. И в следующий момент:

– Вы знали, что в универе новый препод? – отбросил он наушники на стол.

Дело серьёзные. Наушники он не снимал, даже во время свидания. Даже когда знакомился с моими родителями, даже когда… А нет, тогда снимал, потому что они постоянно вылетали из ушей. Неудобно.

– Ого… Через месяц сессия, а тут новый преподаватель. – удивилась я.

– Конечно. Новый он только у меня. Вы ведь на философии в другой группе.

– Так он философ! – встрянула Катюшка. – Красивый хоть?

– Вы думаете, меня его красота интересует?

Катя подняла бровь и тут же взглянула на меня. Все мы знаем, что Хлыстова интересует только он и его сомнительная красота, которую он постоянно шлифует в салонах на деньги родителей.

– Короче, этот философ на ножках испортит мне не только сессию, а и диплом в будущем, – цокнул Андрей.

– Андрюша, ты действуй по старым методам. Немного денежек, может, чего-то покрепче и всё. Ты ведь всегда так делаешь. Зачем изменять традициям?

Видимо, моя фраза задела его за живое.

– Да ты что? Умная такая? Я слышал от других, что за такие приколы он меня даже на порог аудитории не пустит.

– Тогда другие методы, – встряла Катька. – Юбку покороче, улыбку пошире, декольте побольше.

Мы с подругой рассмеялась в голос и тут же встретиться глазами с несколькими недовольными однокурсниками, которым мы мешали спать. А также с недовольным преподавателем, который недовольно выдохнул. Но ничего не сказал. За это я и люблю лекции с ним. Она знает, что предмет не профильный и совсем ненужный. Наверное, сам не понимает, зачем он нам в программе?

– Девочки, вы думаете, можно всё решить короткой юбкой? – скривился Андрей, явно поглядывая на меня.

Кто я такая, чтобы оставлять вопрос без ответа?

– Смотря насколько короткая юбка и что под ней. Твоё добро ему вряд-ли понравится.

– Думаешь, твоё понравится?

– Многим нравится.

Андрей тут же посмотрел на меня стеклянными глазами. Катька тоже открыла рот и начала на меня поглядывать. Не буду я говорить ему, что после наших отношений у меня ни с кем ничего не было. Слишком больно и горько. В отличие от этого придурка, который в день нашего расставания пошёл к одной из своих подружек.

– Интересно… кому нравится? Я его знаю? – вспыхнули глаза Андрея. Он уже почти пылал огнём. А я наслаждалась.

– Конечно знаешь, ты ведь здесь всех знаешь.

Под партой, он сжал свои кулаки. Неужели всё ещё любит? Вряд-ли. Скорее всего, просто хочет, чтобы его игрушка была только его. Но не тут то было.

– Говоришь, можешь любого подцепить короткой юбкой? – внезапно выдал Андрей.

– Да.

– Спорим, что ты не сможешь влюбить в себя нового препода по философии.

Катька тут же встряла, пока я пыталась отойти от шока:

– Хлыстов, что за игры?

– Никаких игр. Чистый интерес. Сможет ли наша местная соблазнительница соблазнить местную ледышку в очках.

Играть с чувствами? Это конечно интересно. Но, я ведь даже не знаю противника. Так играть намного сложнее.

– В чём твой интерес? – поинтересовалась я.

Андрей не ответил. Только достал телефон и начал снимать всё на камеру. Поворачивая её то к себе, то ко мне.

– Оленьева Валентина Валентиновна, я ведь правильно понял, что вы согласились на правила спора?

3.

3.

МОЙ ПЛАН БЫЛ ПРОСТ. И в то же время, гениален. Как и всё, что я делаю. Он не только продуманный, но и уже почти реализован. В моей голове так точно.

С самого утра я приводила себя в порядок. Даже проснулась в пять утра, чтобы выглядеть на все сто. Точнее, тысячу. На сто я выгляжу каждый день.

Выпрямила свои кудрявые волосы, которые как ветки запутываются во время сна. Спасибо, за отличную генетику и повышенную кудрявость. Которую Андрей называл лапшой быстрого приготовления. Он шутил. Но меня задевало. Каждый раз. Теперь это стало моей рутиной. Утюжок мой лучший друг. Как и косметика, которая помогает скрыть синяки от бессонных ночей.

Наверное, нервишки шалят. Или беспокойство о будущем. Нет, всё-таки нервишки. Будущее у меня простое и ясное.

Стану главой папиной фирмы и буду до конца своих дней заниматься тем, что ненавижу. Числа. Бумажки. Деньги. Хоть эти красивые купюры я и люблю, но возится не очень.

С самого рождения мне дана миссия. Ноша, которую тянуть я не хочу, но буду. Я не могу разочаровать папу. Да и что мне делать? Отдать бизнес Олесе? Я бы с радостью. Только папа наотрез отказывается от этой идеи, после того, как сестра связалась с каким-то наркоманом. Посчитал её неблагоразумной и пустоголовой.

С этим я согласна.

Привезти в дом человека, который вместе завтрака съедает несколько радужных таблеток, а то и не только съедает.

Идиотка. Идиотка, которую я прикрывала. Она ведь моя Леся.

Одев мягкую блузку, которая струилась и спускалась мягкими белыми волнами по плечам, я улыбнулась себе в зеркало. И нанесла помаду вишнёвого цвета. Матовую и стойкую, чтобы ни одно университетское кофе её не съело. Тем более, целоваться ни с кем я сегодня не собиралась.

Только если старичок с грязными мыслишками сам не полезет. Тогда придётся убегать. Или подарить поцелуй, но в лоб. Как покойника. Ему и так долго не осталось.

Ну хороша. Ничего не скажешь.

А эти ноги…

Люблю подчёркивать их юбками. Чем покороче. Мужчины любят ведь женские ноги? Или что им там нравится?

Выдохнув, я схватила телефон и зайдя в поиск вбила:

«Что нравится взрослым мужчинам в девушках?»

Сразу выбило очень интересный ответ.

– Взрослых мужчин интересует не только женская красота, но и её ум. Это немало важно.

Я посмотрела на свой шкаф с книгами, где лежала разная литература. От детских сказок, которые я люблю время от времени перечитывать вспоминая не только детство, но и представляя себя в роли принцессы. Только принца не было.

До сегодняшнего дня.

«Прям красавица и чудовище» – рассмеялась я в мыслях.

Вот тебе и мечты.

Лучше это, чем ужастики Кинга, чтобы этот мужчина был неким монстром.

Короче говоря, мозг и интеллект у меня на месте. Ничего лишнего.

– Шутите. Мужчины любят женский юмор…

М-да… Конечно. Что-то я не замечала, что мужчины падают на пол хвастаясь за живот после моих шуток, связанных со школьным туалетом и позеленевшим одноклассником.

Обычно, на меня смотрят, как на дурочку.

Но смотрят ведь, значит, что-то их цепляет.

Главное, улыбаться и посмеиваться. Ну, что мне тоже интересно и смешно.

Таким образом я почти заполучила первого красавчика школы, который потом насмехался надо мной. Называя Клыкастым Оленем. Я была близка к тому, чтобы перегрызть этому смазливому красавчику его смазливое горлышко.

Бросив телефон подальше, с его глупыми советами. Я сама знаю, что делать. Соблазнять.

Итак, правила соблазнения взрослых и состоятельных мужчин.

Ладно, будем честны. Правила соблазнения старых и немощных.

Во-первых, короткая чёрная юбка с чёрными колготками, которые показывают, что я деловая девушка, но готова пересмотреть наши отношения в немного не деловом ключе.

Во-вторых, распущенные волосы, которые вкусно пахнут, чтобы мужчина хотел утонуть в них. Нюхая их и радуясь жизни. Тем более, жить осталось недолго.

И ещё, естественность. Это обязательно. Вести себя нужно, как ни в чём не бывало. Даже если ты несёшь полную ересь вперемешку с фантастикой.

Можно ещё немного смахивать на дурочку, закидывать ногу на ногу и удивляться каждому общеизвестному факту, который даже ребёнок знает.

Тут должно спасти актёрское мастерство.

А если его нет… Тогда к короткой юбке добавляем расстёгнутую блузку. Чтобы отвлечь этого мужчину. Пусть лучше утонет в глубоком декольте, а не в разочарование в женщинах, что мы только притворяется глупышками.

Мужчины это те же дети, только с работой и деньгами в кармане.

Правда, верят они не в Дед Мороза или в то, что его нашли в капусте, а в то, что девушке не нужен мозг, она живёт без него. Ведь, зачем он ей, когда рядом есть любящий мужчина, который тыкнет в любую ошибку.

Хлыстов. Ты меня прям нигде не отпускаешь.

4.

4.

Громко выдохнув, я набросила на себя чёрное пальто с золотыми пуговками и пшыкнув несколько раз любимыми духами, закинула сумочку на плечо и выбежала из комнаты стуча сапогами на высоком каблуке. Пока не ударилась плечом в сонного отца.

– Валюша, ты куда так рано? – удивлённо посмотрел на меня посидевший отец. Я ведь даже не заметила, когда он успел постареть.

Я улыбнулась и тут же откинула волосы назад.

– Пап, ты время видел? Мне пора на учёбу.

Папа посмотрел на настенные часы, которые стояли в самом углу коридора и тут же настороженно бросил на меня тёмный взгляд. Полный недоверия. В этом весь Оленьев.

– В семь утра? – настороженно осмотрел меня папа. – Ты ведь раньше десяти не просыпаешься?

Вот тебе и Шерлок в семейках и растянутой футболке. Вроде, не бедный человек, но ходит в обносках. Его счастливая футболка. В которой ему мама сказала «да». «Да», которое он ждал пять лет. Теперь не снимает. А на секундочку прошло почти тридцать лет. Как она ещё не трещит по швам?

– Папочка, всё меняется. И твоя дочь меняется. Вот и решила прийти на учёбу вовремя.

Он тут же вскинул бровь. Боже, как я это ненавижу. Папа всегда так делает, когда не верит.

– Что ты говоришь? А ничего, что у тебя пары начинаются в двенадцать?

– Ты что моё расписание выучил?

– Просто интересовался.

– Может, ещё составишь мне график посещения туалета, чтобы я случайно не потерялась в четырёх стенах и ты всегда мог меня найти.

Он помедлил, а потом ответил:

– Составлю и повешу напротив своей кровати, если понадобится.

Папа и его контроль бесят буквально всех. Не только я нервничаю по этому поводу. Даже когда мы начали встречаться с Андреем, он забирал меня со свиданий. Только потом смирился. Правда, ему понадобилось пол года. Хоть Андрей ему и не нравился. Как он говорил?...

А! Точно. Глаза у него лживые и хитрые, такие обычно вырастают последними уродами. Если им вовремя мозги не вправить.

– Правду скажи, – скрестил папа руки на груди. Прям как в детстве.

Я сделала тоже самое.

И мы замолчали сверля друг друга взглядом. Я ведь не скажу ему, что пойду соблазнять его ровесника, даже старше.

Он стоял неподвижно. Думал, что я сдамся, но я лишь переносила вес с ноги на ногу. Не забывая держать каменное лицо. Я уже не в том возрасте, чтобы меня контролировать. А потом дверь родительской спальни открылась.

И зевая и потирая глаза, оттуда вышла мама с гулькой на голове и чёрном халате, который я ей подарила на день рождение.

Она обвела нас взглядом и тут же усмехнулась:

– Что за переглядки вы тут с самого утра устроили?

Папа молчал. А потом переведя взгляд на маму и её недовольное лицо, которое было наигранным, громко выдохнул и бросил:

– Валя специально самого утра уже куда-то собралась.

Мама посмотрела на меня и тут же улыбнулась.

– И?

– И? В семь утра в таком виде? – бросил папа, показывая на мой красивый наряд.

– Очень красиво. Мне нравится, – подошла мама к папе и поставила ему руку на плечо.

Папа одарил маму не самым приятным взглядом.

– Конечно тебе нравится. Сама бы не прочь в таком походить.

– Не прочь, – обаятельно улыбнулась мама.

– Перед кем это ты не прочь?...

– Пап, – я не успела вставить своих пять копеек, как папа уже потерял ко мне всякий интерес.

А мама закатила глаза. Зная, что будет дальше. Она лишь кивнула мне на выход.

– Не для Васильева ты бы так оделась?

– Господи, Оленьев, это было сто лет назад, – вздёрнула бровь мама. – Я с ним встречалась в десятом классе.

– Но ты с ним встречалась.

Мама тут же усмехнулась и сложила руки на груди. Теперь мы так стояли втроём. Но только я уже немного подальше. Мне нужно окучивать моего любимого, а не смотреть на папина ревность. Он Васильева вспоминает постоянно. Маме только нужно дать повод.

Зато, в такие моменты он теряет интерес ко всему, кроме мамы и Васильева. Это какая-то живая легенда. Это единственный человек, которого папа ненавидит и презирает. Кто же знал, что мамина первая любовь может спасти меня от допроса.

Мелкими шажками я двигалась к выходу. Слушая очень даже милые споры родителей.

– Милый, если ты вспомнил Васильева, – мама помедлила. – Тогда давай вспомнив Морозову и еще множество твоих пассий.

Маму тут же отвернулась от папы и подошла к двери, и как только прикоснулась к ручке, папа схватил её за талию и сказал тише:

– Натулёк, прости. Я не хотел тебя обидеть.

Но мама лишь отбросила его руку.

– Оленьев, тебе нужно было женится на Васильеве, если ты так им одержим.

5.

5.

СИДЯ НА ХОЛОДНОМ ПОДОКОННИКЕ, который не красили уже давно, я болтала ногами и нервно поглядывала на время. Этот Светлый скоро должен прийти на пару. Не зря я прошерстила все резервы и пересмотрела все расписания, чтобы найти одного-единственного преподавателя. Видимо, со столетним стажем, учитывая сколько групп ему дали. Но, найти удалось, не без психов.

Его родители явно юмористы. С такой фамилией назвать Романом. Получается, Светлый Роман. Умора. Давно я так не смеялась.

Часы уже стремительно двигались к началу лекции. Сонные ученики один за одним толпились и приближались к старенькой двери университета с красивыми цифрами «143». Странно, что не «666».

Судя по лицам этих бедолаг, они идут прямиком к дьяволу. Все такие бледные, напуганные, а как пот медленно стекает по лбу парня, который почти впечатался спиной в стенку, будто пытаясь раствориться в ней.

Я громко выдохнула и стуча каблучками и виляя бёдрами подошла к одному из этих мучеников. Нужно узнать об этот герое-любовнике побольше.

Остановившись рядом с пареньком, который был ниже меня на две головы, и который своими глазами прожигал зону моей груди. Я сказала:

– Глаза у меня выше.

Он неловко прокашлялся и поднял голову вверх, сжимая губы до крови.

Я решила спрашивать издалека. Невзначай.

– Эм… Вы тут преподавателя ждёте?

Господи, ну и вопрос. Нет, они ждут прихода Христа.

Паренёк лишь кивнул и начал оглядываться по сторонам.

– У меня есть девушка, – быстро произнёс он.

– Правда что-ли? – сделала я наигранный голос. – Я думала, что ты свободен и мы сможем сходить на пару-тройку свиданий.

Тот улыбнулся и застенчиво посмотрел в пол. Ну милота. Впервые вижу, чтобы парень так краснел от одной только моей фразы. Все бы так реагировали.

– Прости. Моя девушка будет против, – произнёс он. – Хотя, подожди… Давай ты притворишься моей сестрой. Двоюродной. И тогда мы сможем пойти погулять.

Так. На это я не договаривалась. Это уже что за игры? Рыжик, ты ничего не перепутал? Ну ладно. Мне же веселее.

– Нет, мне будет очень грустно от того, что у тебя есть другая, – сделала я жалостливое лицо.

– Нет-нет. Ты не расстраивайся.

Его маленькие ручки уже потянулись к моим плечам, видимо, чтобы успокоить. Но я быстро отвернулась. Будто плача и прикрывая лицо волосами.

– С тобой не получилось, так ещё и новый препод по философии… Светлый Роман, – проскулила я.

Паренёк тут же положил руку мне на спину. И начал подбадривать, как друг. Надеюсь.

– Не переживай ты так. Да, он урод последний. Но даже уроды бывают добрыми.

– Правда? – резко повернулась к нему я, шмыгая носом и потирая глаза. – А что ему нравится? Или кто?

Тот выдохнул и потёр почти лысую макушку.

– Насколько я понял, ему нравится, когда не опаздывают на лекции, когда внимательно слушают и не перебивают.

– О! Я это всё умею, – обрадовалась я. – А у этого деда сильно глаз вытекает или терпимо?

– Деда?...

Но не успел он ответить, как на плечо Рыжего легла чужая рука. Видимо, его дружок.

– Ванёк, пошли уже, – его друг окинул меня взглядом.

Не скажу, что самым приятным.

– Ладно, ещё пообщаемся. Я найду тебя.

– Мы. Найдём тебя, – подмигнул мне его черноволосый друг с выбритыми висками и перегаром вместо свежего дыхания.

Я лишь закатила глаза и тут же ответила:

– Ты следи за своими глазиками, а то найдётся тот, кто выбьет их, – улыбнулась я.

Ну уж очень люблю этих псевдо-мачо, которые пьют пиво по вечерам и представляют, как сидят за ручку с какой-то однокурсницей, в которую влюблены с первого курса университета, если не со школы.

Черноволосый непонимающе посмотрел на меня, а я лишь улыбалась и наблюдала за тем, как студенты один за одним входили в аудиторию.

Я тут же подбежала к двери и встав на цыпочки, крепко держа сумку в правой руке и телефон в левой, которые крепко прижимала к груди, начала смотреть, высматривать. Через поток людей.

– Аккуратнее! – прошипела я на то, что кто-то ударил меня в плечо.

Так. Ну и где же вы? Я посмотрела на преподавательский стол, но увидела там лишь папку и старомодную сумку. Знаете, такую чёрную, кожаную с металлическими вставками, с которыми только пенсионеры и ходят.

Ясно одно. У него ещё нет вкуса и стиля.

Цокая и медленно выворачивая шею, чтобы увидеть что-то помимо недовольных студентов, я ходила со стороны в сторону. С угла дверного прохода в другой угол. Зайти я как-то боялась. Я ведь не его студентка. Что скажу? Что забрела сюда случайно? Подумает, что дурочка какая-то.

Но не успела я найти глазами своего принца на белом конечно, как кто-то сбоку громко прокашлялся. Так, что сердце ушло в пятки.

6.

6.

Люди в первых рядах открыли рот от удивления, последние же с усмешкой наблюдали за происходящим поддавая масла в огонь восторженными, тихими криками. Видимо, чтобы этот мачо не услышал.

– Имя и фамилия, – холодно произнёс мужчина.

– Ещё чего? Ты кто такой, чтобы указывать мне, что делать? Пуп земли или некое местное божество с голливудской укладкой?

Он медленно, неспешно, подошёл к доске и взяв мел, начал писать.

Буквы выводились умело, но не спеша. Я улыбалась. Но с каждым новым движением… моя улыбка становилась всё тускнее.

«Светлый Роман Андреевич.»

Было написано белым на зелёным. Ещё такая мерзкая точка в конце, как будто приговор мне подписал.

Только не это.

Это ведь должен быть старик со вставным взглядом, а не мачо с голливудской укладкой и фанатизмом доводить людей до сердечного приступа.

Он повернулся ко мне и взглядом прожёг дыру, размером с колодец.

Все затихли. А моё сердце билось где-то в горле.

Я нервно улыбнулась, во все свои белоснежные зубы.

Вот и соблазнила мужчину. Да, он симпатичнее, чем я себе представляла. Может, это будет даже приятно. Правда, первое впечатление подпорчено.

Я уверена, что он скоро это забудет. Всякое бывает.

– Это написано специально для вас, – сверлил он меня взглядом. – Раз уж вас не было на прошлой лекции.

– Вы меня простите. Я просто сегодня сама не своя. Видимо, погода так влияет, – почувствовала я, как пот медленно стекает по моему лбу. – Уверена у вас такое частенько.

Он тут же выгнул бровь. А я поняла, что за глупость сморозила.

Молодец, Оленьева, даже извиняясь ты умудрилась задеть его возраст. Отлично. Чёрт бы тебя побрал, Светлый.

– Можете садиться, – указал он на несколько свободных мест взглядом. – Но можете не рассчитывать лёгкую сдачу сессии. Уверяю, моё имя вы запомните надолго.

– В этом я не сомневаюсь.

Ситуация…

И что делать дальше? Притворяться его студенткой и сесть на свободное место? Нет, после этого выкрутиться будет ещё сложнее. Увидит же, что меня нет в его списке студентов.

Я тут же начала отходить назад.

– Роман Андреевич, здесь такая ситуация… – начала я. – Я не студентка. То есть студентка, но не ваша.

Господи, видели бы вы его лицо.

Эта левая бровь почти в космос улетела. Он взглянул на студентов, которые начали кивать своими умными головами. И не поворачиваясь ко мне, он спросил:

– Тогда что вы здесь забыли?

Долго думать я не стала. Да и не умела.

– Я пришла к своему парню, – быстро нашла взглядом я Рыжего. – Правда, Ванечка?

Вся группа тут же повернулась к побледневшему парню, который стеклянными глазами смотрел на меня.

Это первое, что пришло в голову.

И тут же я увидела, как рядом сидящая беловолосая девочка в розовой кофточке резко подскочила. И тут же влепила пощёчину Рыжему.

– Урод! – прокричала девушка схватив свою сумку и побежав на выход.

На выходе, она специально задела меня плечом. На её были слёзы.

Что же я наделала?

Ванёк тут же побежал за ней с криками:

– Котёнок! Котёнок, подожди!

Десятки глаз, некоторые с презрением смотрели на меня, а Светлый лишь выдохнул и присел на стул, начиная раскладывать свои книжечки и какие-то папочки.

Никакой реакции?

Но тут он сказал:

– Это всё? Представление закончено?

– Да? – не знала я что ответить. Впервые в жизни.

Он кивнул.

– Тогда попрошу вас покинуть аудиторию и больше здесь не появляться.

– Вы не можете меня выгнать.

– Могу и выгоню, если не уйдёте сами, – бросил он на меня убийственный взгляд.

Моя гордость задета. Но я ведь должна ему понравится. Поэтому пришлось засунуть её подальше и с улыбкой выйти в коридор.

– До встречи, Роман Андреевич, – закрыла я за собой дверь ловля его последний взгляд.

Звучало, как угроза. Может, так оно и есть.

Что я получила?

Разрушила одни отношения, поссорилась с еще одним преподавателем, которого должна была соблазнить, опозорилась и выставила себя дурочкой перед студентами.

Ничего нового. Обычный день Оленьевой.

Пусть простит меня Ванёк и его Котёнок.

Я попытаюсь всё объяснить, если они не убьют меня раньше.

7.

7.

ОН НАКОНЕЦ-ТО СТАЛ МОИМ.

Почти что.

Сидя на мягкой кровати в объятиях тёплого пледа цвета ванильного мороженного, я блуждала глазами по группе, путь в которую мне открыл некий Максим Леонидович.

Ну как открыл… Я сама его открыла. Притворяясь преподавателем по высшей математике, у которого даже телефона не было. О какой группе идёт речь? Благо, что меня нет выгнали. И теперь я могу сидеть здесь и узнавать новые преподавательские сплетни.

У кого-то украли кружку, кто-то забыл закрыть аудиторию, кто-то не отдал кому-то книгу.

Скука смертная.

Но не сейчас.

Мне пришло уведомление, что некий Светлый Роман добавился в группу.

И это стало моим шансом. Я тут же зашла на его профиль и только фыркнула.

– Ну и ну…

Ни одной фотки. Ничего. Никакой информации и только подписки на какие-то заумные группы. У него и друзей нет?

Где фотки с клуба, чьего-то дня рождения?

А.

Ему же уже за тридцать. У таких мужчин другие интересы.

Где фотки с большим карасём или трупиком убитого животного. Или хотя-бы с заумной книгой, чтобы показать, что я не такой, как все?

Занудный тип с занудным профилем и занудными интересами.

За окном уже темнело. Мои мысли тоже становились темнее и страшнее. Что если сделать фото в игровом стиле и выслать ему? Это его убьёт или просто покалечит?

Главное, не с аккаунта Максима Леонидовича. Вряд-ли, Светлый поверит, что у семидесятилетнего преподавателя такие формы.

Качая ножками, я быстро скинула профиль Светлого себе и тут же начала придумывать предлог, чтобы написать. Ненавязчиво.

Так…

Может, скажу, что хочу попросить прощение? Это покажет меня с положительной стороны. Такая правильная девочка с правильными принципами. Идеальная будущая жена.

Или, может, лучше сделать вид, что я в смертельной опасности и он единственный, кто может мне помочь?

Бред севой кобылы.

А если спросит, как я его нашла? По случайности или кто-то посоветовал?

Закусив губу до боли, пальцы уже начали стучать по клавиатуре. Довольно уверено. Учитывая, какой бред я начала писать.

«Никитка, ты собираешься вернуть мне сотку, которую занял неделю назад?» – быстро всплыло в нашем чате.

Ну и позорище.

Никитка. Даже знакомых таких нету.

Ладно, хуже нашей первой встречи нечего быть не может. Будет Никиткой. Временно.

Я притворяюсь дурочкой. Пусть он тоже притвориться идиотом. Хотя, ему даже притворяться не нужно.

Я начала пристально следить за его статусом. Который никак не менялся.

Не в сети.

Буркнув себе под нос что-то нецелесообразное, я тут же закатила глаза и начала представлять наши с ним отношения.

Это ведь будет буря. Ураган.

Он меня доведёт своим ужасным характером. Даже не успеет влюбиться. Я убью его раньше. Всажу свои остренькие ногтики цвета сгнившей вишни прямо в его артерию.

Ох… мечты, мечты…

Тут же пришёл долгожданный звук уведомления. От стресса, телефон начал выскальзывать у меня из рук. Пришлось ловить его, чтобы он не рухнул экраном вниз.

«Какой ещё Никитка?» – увидела я ответ Светлого и тут же заулыбалась во все тридцать два.

Вот и попала рыбка в Оленьевы сети.

«Тот, которому я пишу. Никит, не смешно. Дело срочное.» – ответила я быстро продолжая играть.

Я уже представила, как этот любитель философии и издевательств над студентами закатил глаза, поправил очёчки и начал придумывать что-то саркастическое, чтобы ответить.

«Сначала разберитесь кому вы пишете. У вас явно проблемы.» – пришёл ответ.

«Ой! Простите. Я ошиблась, – написала я. – Предлагаю встретиться где-то и обсудить это недоразумение.»

Ответ пришёл быстро.

«Обсудить?»

«Ну да. За чашечкой кофе. Узнаем друг друга получше.»

И тут же он вышел из сети. А я вышла из себя. Очень некультурно выходить из чата, когда идёт беседа.

«Пожалуй, откажусь.» – пришло новое сообщение.

Откажусь? Вот ведь индюк напыщенный. Как будто ему часто предлагают сходить на свидание такие девушки, как я. Особенно, как я.

Я ему и так и сяк, а он ни в какую. Весь такой недоступный.

8.

8.

Первым, из-за моей ярости пострадал тапочек в виде кролика, который улетел в дальний угол соскользнув с моей ноги, когда я от неожиданности резко махнула ею.

«Это ещё почему?» – пытаясь не выдать свою злость ответила я.

Тишина.

«Не гуляю с незнакомцами и вам не советую.»

«Неужели был негативный опыт? – попыталась я развязать диалог. – Какая-то таинственная незнакомка решила протянуть к вам свои грязные ручёнки?»

Светлый ответил в своём стиле.

«Таинственная студентка, которой вы, скорее всего, и являетесь.»

«Так быстро рассекретили меня?»

«Не очень то вы и скрывались. Я вас по фото узнал.»

«Рассматривали значит? Роман Андреевич, а вы не так просты.»

Я тут же начала улыбаться в экран от удовольствия.

Запомнил, может, даже вспоминал ночью. Думая, что он такого хорошего сделал, что ему такая звёздочка в руки упала.

«Не рассматривал, просто проблем с памятью нет, – пришло первое сообщение. – И если мне не изменяет память, вы назвали меня божеством с голливудской укладкой, который пускает солнечные зайчики очками.»

«Укладка ведь голливудская…»

«Не позорьтесь. И меня не позорьте.»

Позорю значит? Ты ещё не знаешь, что нас ждёт в будущем, милый мой.

«Не стройте из себя жертву, Роман Андреевич, – ответила я. – Включили уже кокетку.»

«Что? Не забывайте, кому вы пишете.»

«Мужчине, который вызвал у меня особый интерес.»

Сидит и кокетничает со мной. Не на ту нарвался.

«Вы пьяны?»

«Пьяна я только вами, а так трезва, как стёклышко.»

Он начал что-то писать, но три летающие точки резко прекратились. Я боялась, что он меня заблокирует.

Но он просто не ответил.

Я ждала. Легла на кровать, смотря в потолок и крепко держа телефон в руке.

Прошёл час, два. И ничего.

Хоть я и вздрагивала от каждой вибрации телефона, надеясь, что Светлый ответил.

Не дожидаясь ответа, я написала:

«Сладких снов, Роман Андреевич. Знаю, вы думаете обо мне, как и я думаю о вас.»

Я уже и не верила, что он прочтёт. Но в сеть зашёл быстро.

«Не люблю думать о проблемах.»

«Я буду вашей самой приятной проблемой.»

Мой флирт это лучшее, что могло быть в его жизни. Уверена, он сейчас улыбается в телефон, как маленький ребёнок.

«Идите уже проспитесь.» – ответил Светлый.

«Это вместо сладких снов?»

«Это вместо до свидания.»

«Свидание? Отлично. Когда и во сколько?»

Я не надеялась, что он ответит. Но уж очень нравится мне над ним издеваться. Хоть издевательством это назвать сложно.

«В понедельник. В кабинете декана. Время выбирайте сами.»

«Роман Андреевич, а вы с юмором. Люблю таких мужчин.»

Юмором там и не пахнет.

«Соболезную.»

«Кому?» – поинтересовалась я.

«Себе.»

Ну и зря. Очень зря.

Я укуталась в плед с носом и тут же хотела написать что-то ещё. Но вовремя себя остановила. Хватит с него на сегодня потрясений.

Заблокировав телефон, я отбросила его в сторону. Но экраном к верху.

Всё-таки, я жду его сообщение.

Повалившись на подушку и прикрыв глаза, я почти провалилась в сон. Пока резкий звук не разбудил меня.

Одним глазом, я подсмотрела в телефон, ожидая сообщение от Светлого, ну или от Катьки. Но не тут то было.

«Валя, скоро встретимся.» – короткое сообщение.

Я даже не сразу поверила в происходящее.

Тут же подскочила и начала перечитывать сообщение.

– Не может быть, – тихо сказала я.

Олеся уехала из дома, когда ей стукнуло двадцать два. После чего, не появлялась дома. Не писала ни мне, ни маме.

Никогда не понимала, почему она бросила нас. Меня. Мы всегда были близки, но видимо, не настолько, чтобы рассказать, почему она просто отрубила все связи с семьёй. И к чему были те слова во время нашего последнего разговора.

Улыбка не сходила с моего лица. Но вместе с ней появилось и куча вопросов.

Почему именно сейчас?

Почему решила вернуться?

Почему?

9.

9.

ВЫПЛЁВЫВАЯ КРОВЬ И ТИХО ШАГАЯ по протоптанной тропинке, парень разглядывал знакомые улицы, на которых во всю кипела жизнь.

Беспризорник с психическими отклонениями – таким его считали учителя и даже некоторые одноклассники.

Вечно хмурый, без настроения и желания учиться. Не задумывается о будущем, не старается получить похвалу взрослых. Просто существует.

Остановившись у соседнего дома коричневого оттенка, парень всматривался в окна родного жилья пытаясь увидеть знакомые тени. Димы и матери. Чтобы найти причину не возвращаться.

Его дом не пах уютом и ванильными пирогами матери. Не было того тепла и любви, которым окутывали родители чужих детей. Он был неправильным. Бракованной версией человека.

Однако, парню хотелось верить, что его любят, как и Диму. Хотя-бы на десять процентов этой любви.

Фыркнув и пнув камень, он выругался себе под нос и засунув руки в карманы старых потёртых брюк, которым было несколько лет, уже хотел направиться домой, но услышал чей-то голос:

– Ты в порядке? – сказал нежный девичий голос.

Повернувшись, парень увидел ангела. Именно такими он себе их и представлял.

Хрупкая девушка в лёгком цветочном платье розового цвета. Голубые глаза, в которых отблёскивали последние солнечные лучи этого дня. И нежная белоснежная кожа, которая будто никогда не видела солнца.

Она стояла прислонившись к забору и сложив руки на небольшой груди.

Ангельская улыбка.

Видимо, она дана ему самими небесами.

«Мой ангел хранитель?» – пронеслось в мыслях парня.

Он жил здесь с самого рождения и не видел её раньше.

Только переехала? Почему именно сейчас? Когда ему хуже некуда?

Улыбнувшись, он поправив волосы, которые были длиннее, чем он привык. Но сколько бы он не уговаривал мать сделать с этим что-то – молчание.

Парень не привык общаться с девушками. Обычно они обходили его десятой дорогой. Нет, он не был уродом или тем самым придурком, который пьёт за школой и избивает местных ботанов. Просто был неинтересным. Без богатых родителей или крутых увлечений. Тёмная лошадка в школьном окружение. Которая часто подверглась насилию со стороны сверстников.

Его пинали, рвали одежду, закрывали в туалете, избивали до синяков и кровоточащих ран. Он пытался защищаться. Но что может сделать один мальчик против десятка парней с не самым приятным прошлым. Некоторые в своём юном возрасте уже имели условку. И не одну.

– А ты кто такая? – сказал он немного грубее, чем хотелось.

Она не рассердилась. Наоборот, добродушно улыбнулась и подошла ближе.

Запах полевых цветов и мёда ударил нос. Он почти был уверен, что влюбиться. Может, просто хотел в это верить. Жизнь с любовью ощущалась легче, понятливее. Правда, он даже не знал, как это. Любить.

– Твоя новая соседка, – она посмотрела в недоверчивые глаза, которые не выражали никаких эмоций.

Влюблённость? Это как?

Знакомые парни говорили, что это как будто у тебя сердечный приступ, который устроил новогодний огонёк. Ты чувствуешь трепет внутри. Сердце замирает или наоборот выпрыгивает из груди. Пытается попасть внутрь к её сердцу. Однако его молчало. Даже не дрогнуло.

Девушка привлекла его внешне. Красивая до чёртиков. Правда, сердце не потянулось. Да и кому оно нужно? Любви нет. Как тебя может любить чужая женщина, если даже родная мать ненавидит?

– Рома, – протянул ей руку парень. Он даже не сразу заметил, что она была немного в запёкшейся крови.

Парень заметил, как её лицо изменилось на секунду. Она брезгливо посмотрела руку, а затем крепко пожала её. Только пальцы.

– Олеся.

Два подростка улыбнулись друг другу. И замолчали.

О чём разговаривать?

Рома никогда не обращал внимания на этот дом. Был и был. Но всё изменилось. Здесь живёт Олеся.

Двухэтажный. Выложенный из коричневых кирпичиков. С большим балконом. Огромными окнами, из которых виден весь город, если не мир.

– Кто тебя так? – покосилась Олеся.

– Есть там один урод.

– Надеюсь, школу он уже закончил. Не хочу учиться вместе с уголовниками.

– Не переживай, – потупил тот глаза в яркую зелень. – Я буду рядом.

Сколько мыслей было в его голове.

Сколько ей лет?

Будут ли они одноклассниками?

Есть ли у неё парень?

Какая у неё любимая музыкальная группа?

А цвет?

– Ты… Может, зайти хочешь?

– Приглашаешь людей с улицы?

Она рассмеялась. Легко и игриво.

– Приглашаю, – немного склонила голову девушка. – Но ты учти, у моего отца висит ружьё напротив кровати. Да и на уголовника ты не похож. Больше на пострадавшего.

Рома тут же виновато поднял руки вверх, будто сдаётся. И закусил губу до боли, с которой продолжала сочиться кровь.

10.

10.

В дворе лежало куча коробок с разными подписями. Книги, одежда, посуда. Переехали вчера или сегодня?

Олеся вскинула руки и показала на дом сказав:

– Красиво, правда?

– Правда. Кучу бабла стоило?

Девушка лишь пожала плечами.

Рома почувствовал себя не в своей тарелке. Он никогда не бывал в таком шикарном месте. Для него всё больше коробки будет выглядеть шикарно. Но сколько раз парень представлял себя кем-то значимым в жизни каждого. Чтобы его уважали, боялись, ценили. Любили. Ему хотелось заработать много денег, иметь успешную работу и красавицу модель рядом с собой, чтобы все пацаны со школы завидовали. Чтобы больше никто не посмел его упрекнуть, что он не такой, что он не заслуживает жизни.

Громкий голос прорезал тишину:

– Валя!

Но не успел парень даже подумать, что случилось, как из угла выбежала маленькая девочка с двумя хвостиками, перевязанными розовыми бантиками. На смешных «взрослых» каблуках неплохой высоты.

Одета в длинное красное платье. Видимо, её мамы или кого-то другого.

С измазанным в косметике лице. Из неё получился неплохой клоун с красными щёчками и голубыми тенями на глазах.

Она смеялась и просто бежала. В сторону новых знакомых. Размахивая руками.

За ней бежал мужчина в синей рубашке, классических брюках и с лёгкой залысиной. Весь такой важный. Но бегает за какой-то букашкой, которая прячется за огромные коробки.

– Валентина! – пробежал рядом мужчина, даже не обращая внимания на гостя.

Рома лишь хмыкнул:

– Достанется же кому-то беда.

– Мг… Уже досталась. Мне, – оскалилась Олеся.

Она не была похожа на любящую сестру. Но оно и понятно. Такое часто происходит в семьях с несколькими детьми. С возрастом пройдёт. Однако, с возрастом эта неприязнь не всегда проходит.

Мужчина наконец-то поймал девочку с тёмными кудрявыми волосами и закинул её себе на плечо.

Сначала та вырвалась, била маленьким кулачком по плечу своего отца, а потом просто смирилась. Расслабила ручки, которые безвольно опустились. Она положила голову на плечо мужчины и начала с интересом поглядывать в сторону Олеси, которая задумчиво смотрела на Рому.

Мужчина с девочкой, которую по всей видимости зовут Валя, остановился рядом с ними.

– Я пойду умою это безобразие, – подкинул он девочку на плече. – А ты, пожалуйста, помоги маме разложить вещи на кухне.

Его цепкий взгляд остановился на мне. Изучающий.

– Боец?

Я лишь кивнул.

Тот одобрительно прищурился.

– Смотри мне, – выдохнул тот снова подбросив девочку. – Упырей не люблю. Тем более, когда они бродят рядом с моей семьёй.

Маленькие карие глаза выглянули и посмотрели на Рому. Девочка улыбнулась.

– Пап, можно мне за него замуж?

У парня глаза стали по пять копеек. Не рановато замуж? Не успел во двор войти, как уже женят.

– Валюша, подумаем об этом, когда ты вырастишь.

Та лишь сердито выдохнула и сказала:

– Он тоже вырастит. Станет старым и не красивым, – выдохнула девочка. – А ты обещал мне, что я могу выбрать любого.

«Милое создание. Почти что.» – цокнул про себя Роман.

Олеся тут же улыбнулась и положила руку одервеневшее плечо. Так по-собственнечески.

– Поздно, он уже мой.

Но Валя не растерялась.

– Был твоим, а станет моим, – сказала та и показала язык сестре. Олеся показала язык в ответ.

Детский сад. Рома уже тысячу раз пожалел о том, что согласился войти. Теперь он между двух огней.

– Парень, только попробуй обидеть мою дочь, – сказал глава семьи.

– Какую из? – усмехнулся Роман смотря на двух сестёр, которые продолжали дурачиться.

– А ты сам подумай. Если мозгов хватит.

Роман никогда не был дураком, он видел, что отец семейства человек не простой. Простые люди на такие дома не зарабатывают. Тем более, в наше время, когда всех и вся кто-то крышует.

Да и выглядит соответственно. Как бандит из 90х. Такой зальёт в бетон и поставить тебя в виде статуи прямо напротив кровати, чтобы всегда любоваться своими деяниями. А статуи останется только наблюдать за его блестящей лысиной.

Нет уж. Парень, который ещё жизни не повидал, явно к этому не готов. Только поздно сбегать.

Рука Олеси крепко сжала мальчишеское плечо. Слишком быстро они перешли к такому близкому контакту. Он даже не заметил, как в этот момент стал её.