Мисс Магадан

Пролог

КАТЯ

2016, Канны

Лазурный берег. Роскошь, от которой у обычного человека кружится голова. Собственный дворец, собственная же лодка. «Семейной лодкой» Катя Снегирева, женщина, чье имя давно превратилось в бренд, называет огромную яхту, на которой она вместе с мужем, дочерьми, шкипером и прислугой в прошлом году обошла весь Карибский бассейн.

Вова Пилягин, корреспондент четвертого канала, едва не споткнулся, когда, наконец, увидел хозяйку перед собой. Катя оказалась совсем не такой, какой он себе ее представлял. Белое хлопковое платье, босоножки без каблука и минимум косметики. Он пытался угадать, красит ли она волосы или этот чудесный светло-золотистый цвет и впрямь подарок природы. Из украшений – только жемчужные серьги. В ней не было ничего чересчур броского, и в то же время чувствовался класс. Пожалуй, топ-модели действительно не бывают бывшими.

Он, матерый московский папарацци, просто стоял и разглядывал хозяйку виллы, пока оператор, стокилограммовый Женька, менее чувствительный к женской красоте, настраивал камеру и устанавливал остальное оборудование.

-Куда мне лучше сесть? – живо спросила Катя.

-Начнем, пожалуй, здесь, - выдохнул Вова. – На веранде, за столиком.

Женька тем временем яростно вращал глазами (хорошо хоть пальцем у виска не крутил), и Вова вспомнил, наконец, что пора вешать «петли» - миниатюрные микрофоны и себе, и героине документального фильма.

-Вы позволите?

Катя кивнула, и Вова прицепил микрофон к лифу ее платья у самого выреза. Нет, это все-таки самая шикарная работа на свете! Такие моменты стоят того, чтобы пять лет учиться на журфаке.

-Если все готовы, можем начинать, - подал голос из-за камеры Женька, явно стараясь скрыть усмешку.

-Мотор! – скомандовал Вова и глубоко вздохнул. Все, теперь он «включился». Работа всегда успокаивает. И уже не важно, кто перед ним – президент или топ-модель. Или даже все сразу.

Пауза десять секунд. Пошла запись:

-Это сейчас у Екатерины Снегиревой, создательницы собственного бренда, президента компании «Снегирь», которая, как известно, занимается дистрибуцией фэшн-продуктов, всего много. А когда-то, в далекие девяностые этой красивой женщине пришлось расстаться на долгое время с дочерью от первого «русского» брака и отправить ее к родным в Москву, потому как одной в чужой тогда еще Италии, зарплаты портье еле-еле хватало на аренду жилья. На завтрак, обед и ужин ежедневно были рис и вода. Эффектная девушка, модель, молодая Снегирева пошла по пути наибольшего сопротивления - она решила «сделать себя» сама. Желание быть свободной, расти и развиваться толкнуло Екатерину на дорожку сурового бизнеса…

Катя слушала и не могла поверить, что это происходит с ней. Продюсеры четвертого канала несколько месяцев уговаривали ее на это интервью. Она долго отказывалась - хвастаться своими успехами казалось таким глупым. Настоял Франсуа – убедил, что съемка необходима для бизнеса. Муж собирался открывать филиал в России.

И вот теперь Катя сидела на террасе с видом на море, пила кофе из изящной фарфоровой чашки и слушала, как Вова Пилягин, лицо канала, человек, которого узнают даже здесь, во Франции, говорит о самых трудных для нее временах.

Мысли сами собой неслись в прошлое. Она вспоминала ту маленькую гостиницу, где останавливались русские челноки. Понимала ли она, что стоит у истоков грандиозного бизнеса? Нет, просто делала что могла. Знала ли, что сколотит состояние? Конечно, нет, просто пыталась заработать на хлеб для себя и дочери.

-«Хождение по углям» - так Екатерина Снегирева называет первые пять лет своей бизнес карьеры, - говорил Вова. У него на любой случай было готово меткое словцо.

Да уж, по углям – это точно. «Или посадят, или как-то прорвемся» - говорила она тогда.

Прорвалась. Да так, что в конце девяносто девятого года Катя Снегирева положила на счет в банке свой первый миллион долларов и тут… она встретила Франсуа.

ЛИЗА

2016, Москва

Лиза оглядела голые стены квартиры на Шабаловке. Квартиры, где ей предстояло начать новую жизнь. Одной, без мужа и детей.

Она уже даже забыла, как это – жить в обычной многоэтажке, убираться, самой готовить еду.

…Проснулась с утра, помогла няням собрать детей в школу, съездила по магазинам, выпила шампанского с подружками. После обеда к тебе приезжает собственный косметолог, мастер по маникюру, стилист. Вечером ты нарядная и красивая едешь с мужем на очередную тусовку. Там, конечно, снова коктейли. Возвращаешься часа в три ночи. И так по кругу…

А что теперь? Стоять в очереди в супермаркете, потом горбатиться над мясорубкой (кстати, мясорубку еще надо на что-то купить), потом часами прыгать у плиты. И все это, чтобы всего-то приготовить котлеты.

Впрочем, есть-то и не хочется. Хочется удавиться.

А ведь когда-то Шумилов влюбился в нее с первого взгляда. Тогда многие бизнесмены женились на победительницах конкурсов красоты. Аркадий говорит, что все решил сразу. Еще до того, как узнал про титул и корону.

И еще – он вовсе не мнил себя олигархом (в отличие от большинства мало-мальски известных бизнесменов того времени). Всегда говорил: «Я – простой банкир».

Черный «Мерс», красный «Мазератти», вечеринки в закрытых клубах - «простой банкир» Шумилов умел жить красиво. И жена ему нужна была самая лучшая.

Лиза Каменовская блистала на раутах, о ней писали в светской хронике. Она даже выпустила музыкальный диск, но все как-то без особого успеха. Впрочем, ее вполне устраивала роль жены и мамы троих сыновей. К тому же обязанности хозяйки дома на Рублевке тоже никто не отменял. В приемах и банкетах Лиза знала толк. Все Шумилову завидовали. Это сейчас вдруг выяснилось, что никакая она не хозяйка. До ЗАГСа они с Аркадием так и не дошли.

Почему? В интервью вечно приходилось оправдываться: мол, мы-то с Аркашей очень хотим пожениться. И уже трижды пытались, но мешала бумажная волокита. Странное оправдание, не находите? Девицы из журналов деловито кивали и делали вид, что верят. Ссориться с Лизой Каменовской, королевой светских раутов, никто не хотел. Мигом вылетишь из тусовки!

Глава 1

1991, МАГАДАН

Катя всегда была везучей. Шутка ли попасть в Париж прямо из булочной? «Магаданская золушка», «Будущая топ-модель торговала булочками» писали потом городские газеты. «Всего за несколько месяцев обычная школьница сумела стать звездой подиума». Газеты, конечно же, любят приврать, приукрасить, так сказать, действительность ради броской обложки. Во-первых, никакая она пока еще не звезда, а просто подающая надежды юная русская модель.

Во-вторых, Катя вовсе не была продавщицей. На самом деле, в хлебном работала мама, а Катя просто однажды вышла на смену вместо нее, чтобы та не вылетела с работы из-за болезни. Школу, конечно, пришлось прогулять, но в данном случае мамина работа была важнее. Скромная зарплата продавщицы – их единственный источник дохода.

Мама растила их одна. У Кати было две младшие сестры – Алена и Рита. Отец появлялся в доме периодически, между отсидками, а потом пропал совсем. В целом все было хорошо, и Любовь Сергеевна кое-как сводила концы с концами, хоть и выбивалась из сил, чтобы прокормить трех дочерей. Но потом рухнула советская система, и в их доме поселилась нищета.

Мать-одиночка отчаянно пыталась устроить свою женскую судьбу, и Катя ее за это не осуждала. Но всякий раз вместо кормильца и надежной опоры в доме появлялся очередной алкоголик и нахлебник, от которого с большим трудом потом удавалось избавиться. В конце концов, мама перестала питать иллюзии в отношении мужчин, и дочери были ей за это признательны. Так и жили вчетвером.

В последнее время Любовь Сергеевна часто болела. Сначала были только сердечные приступы и высокое давление. Потом начались проблемы с легкими. Врачи говорили, что надо уезжать в другой регион, и что местный климат для пациентки губителен. Но об этом не могло быть и речи. Переезд им было не осилить.

И это было по-настоящему страшно, значительно страшнее всего, что доводилось испытывать в жизни – видеть, как мама умирает, слабеет на глазах, сдает с каждым днем и быть не в силах не то что даже вылечить, а хотя бы просто облегчить ее состояние. На все нужны были деньги. Даже врачи районной поликлиники через раз намекали на взятки. Мама не злилась, не устраивала скандалов, не плакала, она просто смотрела на своих девочек грустным и полным жалости взглядом. Казалось, она гораздо больше жалеет их, чем себя. Катя с ужасом думала, как сумеет выжить и вытянуть сестер, если мамы вдруг не станет? Она помогала ей, замещала на работе, таскала тяжелые ящики (грузчиков в хлебном уволили сразу, едва в стране начался финансовый кризис).

В тот раз все началось с банального гриппа. Ослабленный организм матери не сумел справиться с болезнью без последствий, так что Любовь Сергеевна лежала в постели с бронхитом, а Катя стояла вместо нее за прилавком.

Она заметила эту красивую, элегантную даму не сразу. Женщина в шубе из светлой норки ходила вдоль полок вот уже минут двадцать, время от времени бросая быстрый взгляд на девушку и будто бы изучая ассортимент. Хотя, что тут изучать? Белый, черный и выпечка.

Наконец незнакомка решилась. Катя ободряюще улыбнулась ей, подумав, что бывают же такие люди, которые даже по поводу хлеба сомневаются. Ну что ей - батон или половинку черного?

Женщина улыбнулась красиво накрашенными губами и сказала совсем не то, что Катя ожидала услышать.

-Добрый день, меня зовут Анна Егорова, и я - директор модельного агентства «Подиум старз». Хочу пригласить вас к нам, - и еще раз зорко взглянув на нее, добавила, - у вас исключительные данные.

Анна облокотилась на прилавок обеими руками, как бы невзначай блеснув свежим маникюром. Шуба распахнулась, продемонстрировав темно-синий деловой костюм. Егорова чем-то напоминала завуча из их школы в тот момент, когда та ловит на черной лестнице курильщиков. Было ясно, что сбежать не получится.

Катя стояла перед ней – тощая, долговязая, неуклюжая девочка-подросток. Мамин рабочий фартук слишком короткий для ее метра восьмидесяти, светлые волосы заплетены в простую косу, на лице ни грамма косметики.

Ее приглашают в модельное агентство? Похоже, это просто нелепая шутка богатой дамы.

Но очень скоро выяснилось, что Анна не шутила.

Здесь, в Магаданской булочной, среди всех этих батонов и плюшек она нашла роскошный, необработанный драгоценный камень, который в конечном итоге принес ее маленькому провинциальному агентству мировую известность.

Дальнейшие события развивались стремительно. Уже на следующей день в агентстве «Подиум старз» Кате сделали профессиональное портфолио, научили позировать перед камерой и ходить по подиуму. Это был самый настоящий экспресс-курс! Анна считала, что с обучением стоит поторопиться, потому что знала – стоит ей отправить фотографии девушки европейским агентствам, и они ухватятся за нее. Катя приползала домой изможденная, а школу пришлось бросить совсем. Анна Егорова поговорила с Катиной мамой и сумела убедить ее, что это – шанс для семьи выбраться из нищеты, и, быть может, из Магаданской глуши. Увидев, в каких условиях живет семья новой подопечной, Егорова пошла против своих правил и взяла на себя смелость пообещать это. Обычно она никому и ничего не гарантировала заранее, но сейчас была убеждена, что интуиция не подведет и что карьера модели у Кати сложится, хотя еще и не подозревала, насколько успешно.

Анна настойчиво предлагала кандидатуру Кати самым известным мировым модельным агентствам. И приглашения не заставили себя ждать.

Спустя несколько недель Катя оказалась в Париже – городе, где чьи-то мечты сбываются, а чьи-то умирают в толпе, и ветер несет их пепел по Елисейским полям.

Метр восемьдесят, невероятно длинные ноги, роскошные пшеничные волосы, детское личико и пронзительный взрослый взгляд – она была обречена на успех. Специалистам это стало ясно сразу, едва Катя перешагнула порог французского агентства. И, хотя жизнь модели в Париже сперва оказалась не такой шикарной, как ей представлялось, Катю это не смутило. Не испугала ни крохотная квартирка на окраине, которую пришлось делить с тремя другими моделями, ни скудные гонорары, ни полное непонимание того, что будет завтра.

Глава 2

ГЛАВА 2

Утром Катя отправилась в родное агентство. Начинающие модели смотрели на нее, как на настоящую звезду, и наперебой расспрашивали о работе во Франции. Каждая из них мечтала выйти на лучшие мировые подиумы и появиться на обложках всемирно известных модных журналов, но далеко не каждой это удастся. Большинство этих девушек ждет, увы, обычная жизнь. Кто-то, наплевав на девичьи мечты, поступит в институт и приобретет на радость родителям «нормальную» профессию; кто-то выйдет замуж, и будет с гордостью рассказывать детям, что «в молодости работала моделью, и могла бы жить сейчас в Париже, если б не ваш отец»; а кто-то так и будет до последнего обретаться на задворках модельного бизнеса, пока возраст (или вес – у кого как) не достигнет критической отметки. Но Катин пример вселял в их души надежду. Три года в Париже - шутка ли! Теперь они знали, что возможно все. И даже простая девчонка из самой бедной Магаданской семьи может однажды очутиться на Елисейских полях. Они хотели знать все: с какими дизайнерами она работала, каких знаменитостей встречала, в какие магазины ходила… В конце концов, директор агентства просто взяла Катю за плечи и увела в свой кабинет.

Анна попросила ее поучаствовать в местном конкурсе красоты. Появление парижской модели должно было поднять престиж мероприятия.

-Понимаешь, мы впервые это делаем официально. И важно сейчас показать уровень. Тогда мы станем постоянным партнером конкурса, и каждый год будем проводить местный тур… Нас ведь атакуют конкуренты, ты уже слышала, наверное. Агентство «Магадан-студио». Наглым образом переманивают наших моделей. Мы находим девочек, разрабатываем имидж, оттачиваем технику дефиле, а они просто берут готовое, - при упоминании конкурентов Егорова так разнервничалась, что даже закурила длинную тонкую сигарету. - В основном перекупают, конечно. Стать официальным партнером конкурса для «Подиум старз» жизненно важно. А ты работала в Париже. С лучшими модными домами. Теперь Нью-Йорк тебя купил! И при этом ты - наша находка. Мы – твое материнское агентство, понимаешь? В общем, мне нужно, чтобы ты участвовала.

-Да без проблем. Достаточно того, что это нужно тебе, - улыбнулась Катя.

И вдруг подумала, что стать официальной королевой красоты родного города, пожалуй, не менее престижно, чем сняться для известного бренда. Хотя в детстве она даже не считала себя красивой, наоборот, стеснялась своей внешности. А уж как над ней одноклассники издевались… Звали «лыжной палкой», «докой», «страшилой», спасибо, Лиза всегда защищала.

А теперь вот Катя так спокойно планирует победу в конкурсе красоты. Не мечтает, а планирует. Моделей ее уровня в Магадане просто нет. Это факт.

-Я должна буду ходить на репетиции? – уточнила Катя.

-Пожалуй, да. Зачем нам лишние кривотолки. Если можно избежать ссор, лучше это сделать. А если ты начнешь вести себя как приглашенная звезда, девочки тут же придут в бешенство. Уж поверь мне.

-Мне не сложно ходить, - покладисто согласилась Катя.

-Вот и отлично. Да, тебе еще нужно будет сфотографироваться для каталога. Все участницы уже сделали это, - Анна потянулась к стопке с фотографиями. – Вот. Хочешь, кстати, взглянуть на соперниц?

Катя кивнула и принялась листать снимки. Все девушки обладали интересной внешностью, типажи были разнообразными, но, в то же время при отборе учли мировые тенденции, «моду на лица». Словом, организаторы постарались на славу.

-Это что, Лизка что ли?! – Катя вскрикнула от неожиданности.

Анна бегло взглянула на фото.

-Да, Елизавета Каменовская. Пришла на кастинг и подошла нам по параметрам. Лицо интересное. Правда, рост несколько маловат для подиума… Ты ее знаешь, что ли?

В этом не было ровным счетом ничего особенного. Магадан – небольшой провинциальный город, здесь все друг друга знают.

Катя кивнула.

-Это моя лучшая подруга. Но она же должна быть в Москве. Она там учится. В Юридической академии.

-Ну, ради конкурса красоты учеба может и подождать, - резонно заметила Анна.

Глава 3

В отличие от Кати, Лиза Каменовская всегда твердо знала, что очень красива. Огненно-рыжие волосы, картинными кудрями спадающие на плечи, даже не требовали особого ухода: провела расческой – и прическа готова. Большие миндалевидные глаза, высокие скулы и аккуратный носик, пожалуй, она не могла припомнить парня, который остался бы равнодушен к ее внешности.

При этом девушка отлично училась, не раз побеждала в школьных олимпиадах и даже становилась призером городских соревнований. Острый ум и красоту Лиза унаследовала от матери – работницы прокуратуры.

Мама, хоть и была потрясающей женщиной, всю жизнь проходила в любовницах большого московского начальника. Одно хорошо – хоть карьеру сделала: заместитель прокурора областного города – это вам не шутки.

Кристина Валерьевна настояла на поступлении в Московскую государственную Юридическую академию. Если честно, Лиза вовсе не мечтала о том, чтобы повторить мамин подвиг и принести себя в жертву слепой Фемиде. Ну, уж нет, дудки. Она хочет много детей и богатого мужа. И найдет такого.

Другой вопрос, что диплом престижного вуза в этом деле неплохое подспорье. Так сказать, приятный довесок к ослепительной красоте. Учеба ей все равно легко дается, да и искать будущего супруга лучше в столице. Поэтому Лиза спорить не стала. Пусть будет юридическая академия.

Москва немного поумерила пыл девушки – она быстро поняла, что охотиться на принца придется в условиях жесткой конкуренции. Столица – место для самых красивых и самоуверенных. Ну, а олигархи… Олигархи выбирают лучших.

Лиза решила – чтобы победить в этой битве и получить достойный приз, ей нужна корона. Самая настоящая. Корона королевы красоты. Нужно, чтобы ее официально признали самой красивой, пускай для начала и в родном городе.

Пройти кастинг оказалось несложно, и вот уже она – одна из участниц конкурса. Изматывающие репетиции, тщательная подготовка, адреналин от предвкушения скорого триумфа. А в том, что она победит, Лиза не сомневалась. Она умела побеждать.

Звонок в дверь отвлек Лизу от честолюбивых мыслей. Кто там еще…

-Катя!!! Катюха, звезда моя!!! Как ты здесь оказалась? Откуда взялась? Неужели прямо из Парижа?

Катя была единственным человеком кроме мамы, с кем Лиза разговаривала на равных. На всех прочих она смотрела свысока. На женщин – потому что в большинстве своем они были далеко не так красивы, как Лиза, на мужчин – потому, что они, как правило, были Лизы недостойны.

-Ага, из Парижа, - улыбнулась Катя. - Правда, мне недолго осталось там работать – еду по контракту в Нью-Йорк. А ты-то чего из Москвы сбежала?

-Я не сбежала. Это часть моего плана. Да что ты в дверях-то стоишь? Проходи на кухню. Мамы еще нет, успеем все обсудить.

Квартира была просторной и светлой. Она ничем не напоминала тот барак, в котором выросла Катя. Кухня щеголяла новенькими фотообоями, изображавшими неведомые тропические острова. На потолке – хрустальная люстра, в серванте – сервиз «Мадонна», словом, все точно так, как и должно быть у приличных людей.

-Эх, Катька, через несколько лет будем сидеть с тобой не в Магадане на кухне, а на Мальдивах под пальмами. Ты – топ-модель, я – жена миллиардера. Будем пить коктейли через трубочку, и смотреть на океан, - Лиза сверкала удивительными глазами, смеялась и разливала чай по перламутровым кружкам.

-Я так далеко не загадываю, - хмыкнула Катюша. – Мне бы маму с сестрами отсюда забрать. Ты же знаешь, у нее со здоровьем не очень.

-Это да. И что, когда планируешь?

-Вот приеду в Нью-Йорк, осмотрюсь, сниму подходящую квартиру и займусь этим вопросом.

- Ох, непросто это будет, - вздохнула подруга.

-Да я понимаю. Но ведь у них вся надежда только на меня. Ты знаешь, какими глазами они смотрят?

-Понимаю, Катюха. Только тебе бы сначала самой как следует на ноги встать, а уж потом ярмо на шею вешать.

-Ну… вот нет у моей мамы этого времени. Потом поздно может быть. Придется как-то выкручиваться.

-Может, тебе замуж удачно выйти?

-Ага. Мама моя трижды выходила. Это только если официальных супругов считать. Помнишь Сулеймана, который за нами с ножом гонялся? А как Виктора прямо из душа милиция забрала? Весь подъезд сбежался, до сих пор вспоминают. И главное, каждый раз – надежды, слезы… И что в итоге? Нет уж. Я постараюсь сама пробиться, а вот потом, может быть…

Катя покрутила изящной ручкой, давая понять, что замужество не только в данный момент не актуально, но и в принципе под большим вопросом.

-А я вот наоборот, хочу начать с замужества, - призналась Лиза. – Ты пирог будешь? Вишневый!

-Да мне ж нельзя.

-Ну, мне-то, вообще-то тоже. А мы чуть-чуть!

-Тогда один кусок на двоих!

Они дружили с первого класса, правда, это вышло не сразу. В детстве Катя была не просто скромной, а болезненно-застенчивой. Ей столько раз приходилось прятаться от маминых ухажеров, притворяться тихой и незаметной, чтобы не вызвать гнев очередного озверевшего алкоголика, что она привыкла молчать и сторониться людей. Живая, избалованная Лизочка была полной противоположностью. И надо ж было учительнице посадить их вместе!

-У тебя стерка есть? – спросила Лиза на первом же уроке.

Катя молчала.

-Ты меня слышишь?! Стерка у тебя есть, спрашиваю?!

Соседка по парте продолжала сидеть с отрешенным видом.

-Ты глухая?!!! – вышла из себя Лиза. Эта белобрысая тихоня начинала ее раздражать. - Стерка есть?!!!

Катя молча покачала головой.

На следующий день история повторилась. Катя Снегирева оказалась невероятной тихоней – она все время молчала, говорила лишь иногда, да и то, отвечая на вопросы учителя. На переменах оставалась сидеть за партой вместо того чтобы носиться по коридору с другими детьми.

Лиза злилась все больше и больше. Она не собиралась терпеть того, что эта зазнайка ее игнорирует.

-Ты разговаривать вообще умеешь?! – предприняла она очередную попытку, – Ты знаешь, что нужно отвечать, когда тебя спрашивают?!!

Глава 4

Как и следовало ожидать, Анна Егорова не позволила Кате отказаться от участия в конкурсе. Теперь она ежедневно ходила на репетиции, которые превратились в настоящую пытку – Лиза с ней не разговаривала. Более того, стоило подруге подойти ближе, чем на три метра, Каменовская демонстративно отворачивалась.

Миша во всем поддерживал Катю, уверял, что Лиза скоро отмякнет и все станет как прежде. Он даже пытался поговорить с ней, но девушка едва не выцарапала Мише глаза. Какими словами она его только не называла!

-Кать, я не понимаю, как вообще вышло, что вы подружились. Ты такая добрая, а эта рыжая… просто стерва! К тому же расчетливая дрянь.

-Не говори так. На самом деле Лиза хорошая. Просто амбиций у нее через край. Да, ищет она олигарха. Ну а что плохого? Так везде. Думаешь, в Париже по-другому? То же самое. Многие красивые девушки ищут богатого мужа, только не говорят об этом так открыто. Вот и вся разница. Ну, хочет человек выбиться в люди! Силы воли ей, кстати, не занимать.

-Да пусть выбивается! Но только не за чужой счет!

-Не пойму, с чего вы все решили, что я стану «мисс». Там, между прочим, будет жюри. И вполне возможно, что победу присудят Лизе или вообще какой-нибудь другой участнице.

-Кать, ты сама-то в это веришь? Ты – перспективная модель международного класса. А они кто? Обычные девчонки!

-Ты знаешь, Миш, а я ведь тоже обычная девчонка. То, что мне удалось попасть на подиум - удача, фарт. По сути, это фантик, который в любой момент сорвут и выкинут. И что останется?

-Не выдумывай. Останется роскошная супермодель, как ни крути.

Но Катя так вовсе не думала.

Однажды Миша пришел встретить подругу с репетиции. Анна, едва увидев его, присвистнула.

-Молодой человек, а вы никогда себя в модельном бизнесе не пробовали? – сходу поинтересовалась она.

-Н-нет, - опешил Михаил. Он заикался в детстве и теперь иногда, если волновался сильно. – Эт-то все для девчонок. Я вообще автомеханик. Вы эт… Если что с машиной н-не так, обращайтесь.

-И зубы ровные, - пробормотала себе под нос Анна.

-Чего-чего?

-Вы в курсе, что могли бы сделать неплохую карьеру в той же сфере, что и ваша подруга?

-Эт-то по подиуму что ли ходить? – усмехнулся Миша. – У меня, вы знаете, с ориентацией все нормально.

-Не сомневаюсь. Но это тут не причем. У вас отличные данные, вы могли бы уехать заграницу и зарабатывать, как минимум, в десятки раз больше, чем сейчас.

-Да л-ладно вам эт.. ерунду говорить! – отмахнулся Миша от назойливой дамы. – Катя, собирайся, пойдем.

Но Анна уже знала, что нашла еще один бриллиант, причем на той же самой улице.

«Нормальные герои всегда идут в обход», любила повторять мама Лизы. В первый момент девушка почти отчаялась, и даже хотела отказаться от участия в конкурсе. Зачем вступать в соревнование, которое заведомо проиграно? Но потом… Она успокоилась, взглянула на ситуацию со стороны и увидела другой путь. Объездную дорогу, которая приведет ее к победе.

Спонсором конкурса красоты должен бы выступить не кто иной, как Андрей Павлович Черепов, больше известный в городе как Череп, официально – крупный Магаданский бизнесмен, неофициально – глава преступной группировки. Он же будет председателем жюри. А ведь кто платит, тот, как известно, и выбирает королеву.

Узнать, где бывает Череп, для дочери прокурорского работника не составило труда. Авторитет ежедневно обедал в ресторане «Бельведер» который, собственно, ему и принадлежал.

В тот день она собиралась долго и тщательно, ведь это должен был быть выстрел на поражение. Зеленое платье подчеркивало редкий цвет огромных глаз и очень шло к волосам. Широкий пояс обнимал осиную, в пятьдесят пять сантиметров талию. И да, сюда нужен мамин бобровый полушубок. Он ни в коем случае не должен решить, что Лиза нуждается в деньгах.

В половине второго (Череп обычно приезжал в «Бельведер» около двух) Лиза устроилась за столиком «Бельведера». Выбрав в меню самые дорогие и сложные в приготовлении блюда она открыла томик, прихваченный из домашней библиотеки. «Три возраста Окини сан» Пикуля. Андрей Павлович, к слову, происходил из интеллигентской семьи: его покойный отец был в городе крупной партийной шишкой, так что на простушку такой мужчина может и не клюнуть.

Он приехал в пять минут третьего. В окружении охранников и под руку с какой-то блондинкой. Девица выглядела вульгарно, но эффектно: метр восемьдесят (то есть на две головы выше самого Черепа), невероятно худая, даже костлявая, короткие желтоватые волосы, будто только вчера вытравленные перекисью и собранные в куцый хвостик. Лет на пятнадцать моложе Андрея Павловича, но при этом лет на семь старше Лизы, лицо при этом не обезображено интеллектом. Лиза осталась довольна осмотром и решила, что верно выбрала тактику.

Череп заметил Лизу почти сразу. Любой бы заметил. Быстрый взгляд темных глаз скользнул по ее лицу и груди. Секунда. Стоило ей чуть повернуть голову, как он уткнулся в меню.

Ну что ж, рыбка заглотила наживку. Впрочем, из рыб Черепа можно было сравнить разве что с пираньей. Он был хищником до мозга костей, и это моментально бросалась в глаза: сильные руки, резкие движения, цепкий, внимательный взгляд - пожалуй, Андрея Павловича можно было бы назвать даже красивым, если бы он не внушал страх каждому, с кем говорил. Причем делал он это как-то походя, будто случайно. Не сыпал угрозами и не повышал голоса, более того, всегда был предельно вежлив с окружающими.

На секунду даже отчаянная Лиза усомнилась в том, что правильно поступает. Как бы рыбка не съела рыбака. Но отступать было не в ее правилах.

Она продолжала делать вид, что читает, время от времени отвлекаясь на филе в каком-то необычном, но не слишком вкусном соусе. Она наблюдала за ним из-под ресниц. И он не раз бросал на нее быстрый взгляд.

Наконец блондинка отправилась в дамскую комнату. Череп тут же встал и подошел к Лизиному столику.

Глава 5

Это была последняя репетиция. Вернее не репетиция даже, а рекламная съемка для автосалона господина Черепова, генерального спонсора мероприятия. Сам Босс приехать не смог, за что заочно извинился и прислал доверенное лицо, которое отчаянно напоминало мордоворота-телохранителя, но весь положенный в таких случаях почет парню был оказан. Он сидел в дальнем углу студии и наслаждался потрясающим зрелищем: красотки в сексуальных нарядах позировали на фоне шикарных автомобилей.

Лиза чувствовала себя как рыба в воде. Ведь это автосалон ее мужчины. Ха! Да если бы она захотела, легко могла бы стать мадам Череповой, только ей это на фиг ненужно! Осточертел этот серый город, продуваемый всеми ветрами. Не зря сюда свозят преступников со всей страны, а когда-то ссылали людей на каторгу. И вот теперь потомки этих людей отчаянно мечтают вернуться в большую Россию. Пожалуй, как раз у моделей шанс есть. И Лиза не такая дура, чтоб его упустить!

Она вложила всю страсть в эту съемку. В конце концов, они украсят улицы города. В отличие от большинства конкурсанток, она точно знала, чьи фотографии выберет генеральный спонсор для рекламы своего автосалона.

После Лизы настал черед еще одной конкурсантки, жгучей брюнетки. А потом позировала Катя. Она отработала быстрее всех, и как-то менее театрально, но фотограф все равно отчего-то довольно хмыкнул.

Роман с Череповым каким-то чудом пока удавалось сохранить в тайне. Конкурс через три дня, репетиций больше не будет, значит, никто ничего так и не узнает. Она победила. Все-таки неплохо к потрясающей внешности иметь еще и потрясающие мозги.

Анна присутствовала на всех репетициях на правах организатора конкурса. В конце концов, это было первое мероприятие подобного уровня в их городе и его просто необходимо было провести достойно. Некоторым из девушек она планировала предложить контракты со своим агентством, но главной (и, надо заметить, совершенно случайной) находкой был Михаил, друг Катюши. Этот парень имел все шансы стать настоящей звездой подиумов, но даже не помышлял об этом.

После съемки Анна предложила Кате выпить по чашечке капучино в ближайшем кафе, и девушка с радостью согласилась.

-Расскажи мне о Мише, - без обиняков попросила она.

-Ну, ему девятнадцать лет. Живет в соседнем со мной доме. Мы с ним с раннего детства дружим, с песочницы. По большому счету я и не помню себя без Миши. У него был чудесный папа, механик. Он и Мишку с детства своему делу обучал. Потом папа умер, а Мишка так и остался в мастерской работать. Теперь вот братишку младшего, Даню, собирается туда пристроить. А мама у них дворником работает. В общем, живут они хорошо, только очень бедно.

-Тогда ты тем более должна его убедить. Нельзя упускать свой шанс, уж ты-то должна это знать.

-А вы действительно думаете, что у него большое будущее?

Анна энергично закивала и от волнения сделала слишком большой глоток обжигающего напитка.

-А я тебя когда-нибудь обманывала? – Анна смачно затянулась сигаретой и выпустила дым. - Если честно, он может оказаться даже успешнее, чем ты. Уговори его прийти к нам и сделать снимки для портфолио, и я добуду для Миши контракт.

-Если все так серьезно, я, конечно, поговорю с ним, - кивнула Катя. - Деньги им не помешают.

-Сделай это, и через пару лет у твоего друга будет собственный автосервис.

Вечером Лиза пила текилу на даче у Черепа, а он тем временем рассматривал фотографии.

-Ну кааак? – кокетливо протянула девушка.

-Я горжусь тобой, моя красота, - вполне искренне отозвался Череп. – Думаю, для наружной рекламы возьмем троих – тебя, Виолетту Шевцову и эту блондинку, приглашенную звезду… Как ее?

-Катя… Слушай, а можно ее не брать? Разве недостаточно одной модели для билбордов? Там и одежда разная и позы…

-Ну, ты же понимаешь, малышка, что три красотки шикарнее…

-Не понимаю! Давай хотя бы без Кати!

-Рекламщики хотят блондинку, брюнетку, и рыжую.

-Какая разница, что они хотят! Решаешь ведь ты!

-Конечно, но ведь это разумно. Я вкладываю столько денег, логично использовать все возможности.

-Хотя бы замени Катю!

-Но она международная модель! Я не хочу сказать, малыш, что она красивей тебя, но эта девушка – профессионал…

-Ради меня. Возьми любую другую блондинку.

Она подошла к Черепу сзади и слегка прикусила мочку его уха так, как он любил. Генеральный спонсор конкурса красоты дал себя уговорить.

После секса он вдруг предложил прогуляться, и Лиза не нашла повода отказать. Вечер был чудесным. Они поужинали в ресторане, а потом просто бродили по городу, взявшись за руки. Джип с охраной следовал за ними на некотором отдалении, но оба выпили уже достаточно, чтобы не обращать на этот факт никакого внимания.

Лиза сама не поняла, как они оказались на Катиной улице. Подруга выходила из автосервиса вместе с Мишей. Сматываться было поздно. Да и как объяснить бегство Черепову? Вот надо же… В последний день, накануне…

-Привет! – расплылась в улыбке Катя.

-Здравствуйте, - поздоровался Андрей Павлович. –А вы случайно не…?

Он вопросительно уставился на Лизу.

-Да, познакомься, это и есть та самая знаменитая Катя Снегирева, - съехидничала Лиза. – А это.. Это Миша.

Лиза пренебрежительно махнула рукой, давая понять, что Катин спутник не стоит внимания.

-С Мишей мы знакомы, он отличный механик, - кивнул Черепов и неожиданно для Лизы пожал парню руку.

Глава 6

Гримерка Лизе и Кате досталась одна на двоих. Их распределяли в самом начале - все знали, что они лучшие подруги. А потом, когда девчонки поссорились, забыли поменять. Зря, между прочим. Обстановка была настолько взрывоопасной, что для пожара было достаточно крошечной искорки.

«Пожалуй, худшее, что может случиться с человеком - это бывшие друзья», - думала Лиза.

Пламя ярости пожирало ее изнутри, грозясь накрыть с головой. Нет, ну как она могла? Катюха, ее Катюха, которую все вокруг считают сущим ангелом. После всего, что они с мамой для нее сделали. После того, как она защищала ее от издевательств мальчишек, смеявшихся над Катиным нестандартным ростом, болезненной худобой, выпирающими ключицами и от девчонок, которые плевались в нее, изгоя класса, бумажными шариками. Лиза, между прочим, рисковала собственным авторитетом, выступая против коллектива. После всех тех джинсов и платьев, которые Лизина мама покупала для нищей подруги дочери, используя любой ничтожный повод, самый незначительный праздник, чтобы ни в коем случае не унизить Снегиреву. Мало Катьке, видите ли, международной славы. Нет, она и здесь, в Магадане, хочет быть первой и единственной.

Нет, человек, распределивший их в одну гримерку, явно сильно рисковал.

Кстати, на самих гримерах, организаторы, как водится, сэкономили. Поэтому красились девчонки самостоятельно. В полной тишине. Они не то что не разговаривали, но даже не смотрели друг на друга.

Лиза закончила первая, бросила последний придирчивый взгляд и, убедившись, что макияж безупречен, вернулась к укладке, в очередной раз взбивая рукой природные рыжие кудри. Во время подготовки к конкурсу она пробовала множество самых разных вариантов, но Анна посоветовала остановиться на самом естественном.

-Если у вас есть, чем похвастаться, вы должны это подчеркивать. Если, например грудь как у меня, выбирайте декольте, – томным голосом учила директор модельного агентства и демонстрировала им явно силиконовую грудь четвертого размера. – Если губы сексуальные, они должны быть яркими. Ни в коем случае не делайте яркими тонкие губы! Вы меня поняли? Боже упаси!

Главным достоинством Лизы безоговорочно были признаны рыжие волосы. Потому что зеленые глаза, пусть и более мутных оттенков, были еще у трех участниц. А вот огненные кудри – только у Лизы.

Впрочем, главным основанием для ее уверенности в победе были, конечно, вовсе не роскошные волосы, а покровительство Андрея Павловича Черепова.

Вдруг что-то заметив в зеркале, Лиза схватила уже отложенную кисточку, слегка коснулась ею румян и вновь провела по скулам.

Теперь, наконец, она была вполне довольна своим отражением. Катька все еще копалась. Вытягивала свои длиннющие, прямые как палки волосы. И Лиза все-таки не выдержала:

-Ну, я думаю, ты понимаешь, что в данной ситуации шансов у тебя нет, - вся накопившаяся злость хлынула из нее яростным потоком. - Еще не поздно отказаться, кстати. Скажи, что тебя агентство срочно в Нью-Йорк вызывает. На съемки. Это лучше, чем проиграть.

Теперь Лизе мало было одной победы. Она жаждала отмщения. Хотела морально уничтожить соперницу, бывшую еще совсем недавно лучшей подругой.

Но Катя не сдалась. Не растерялась как прежде, во время их редких ссор. Три года в Париже изменили Снегиреву. От прежней скромницы осталась одна только ангельская внешность. За этой оболочкой теперь чувствовались характер и выдержка. Катя больше не пасовала. Что ж, если Лиза жаждет драки, она готова.

-Да с чего ты взяла, что я непременно проиграю? – повела пшеничной бровью Снегирева. В искусственном освещении она казалось невероятно худой. – Я профессиональная модель международного класса. У меня есть имя в этом бизнесе. Я останусь звездой вне зависимости от результатов конкурса. Если хочешь знать, Егорова уго-ва-ри-ва-ла меня участвовать, чтобы поднять уровень регионального мероприятия. Им просто повезло, что я семью повидать приехала. А ты… ты всего-навсего любовница генерального спонсора.

-Всего-навсего, ага, - усмехнулась Лиза, сверкнув зубами. – К тому же это конкурс красоты. А ты просто тощая вешалка для платьев. Ни груди, ни попы. Рост и худоба. Что в этом красивого?

-Зато у тебя с ростом проблемы, - парировала Катя. –Признайся, небось прибавила сантиметров пять. Иначе бы тебя не взяли! Да и формы твои – сомнительное преимущество. Думаю, через пару лет ты вообще расплывешься, если будешь столько жрать.

-Да наплевать, что будет через пару лет. Я тогда уже буду замужем. А прямо сейчас стану «Мисс» Ну, хочешь, поспорим? Любые ставки!

Катя вздрогнула и изменилась в лице.

-Что, боишься? – продолжала дожимать ее Лиза. Она уже просто не в силах была остановиться. Если Каменовская впадала в ярость, она не успокаивалась, пока не изольет злобу до конца и не выскажет собеседнику все, что о нем думает. И вот, судя по Катиным растерянным глазам, победа была близка. Но вдруг Лиза заметила, что Снегирева смотрит куда-то в сторону.

-Тебе не кажется…

В следующее мгновение они обе услышали, как в замке повернулся ключ. Кто-то запер дверь!

Девушки бросились к двери и стали колотить в нее, но все, что они услышали – быстрые шаги по коридору.

-Семь минут до выхода! – завопила Лиза.

-Да, похоже, ты здесь не самая наглая претендентка на корону, - хмыкнула Катя, но по дрожащему голосу ясно было, что она тоже в ужасе. – Вообще-то у меня есть идея, как отсюда по-быстрому выбраться, но тебе не скажу.

-С ума сошла, что ли? Рассказывай скорее!

-И не подумаю, - вдруг заявила Снегирева, пожав плечами. Она взяла себя в руки.

-Как это?! Мы же опоздаем.

-Опоздаем.

-Нас будут искать, и если не найдут, начнут без нас, - пыталась достучаться до Кати Лиза.

-Вполне возможно.

-Но тогда…

-Тогда корона достанется кому-то другому. Так тебе и надо.

-А тебе что, все равно?! – недоумевала Каменовская.

-Я же сказала – да, на моей карьере это никак не отразится.

Глава 7

Морозное утро было точно таким, каким должно быть зимнее утро: с узорчатыми от томных вздохов января стеклами, разношенными домашними тапочками и ароматным кофе, сваренным по традиции на старой плите общей кухни. Катя проснулась первой. И, как в детстве, пока другие обитатели барака спали, выскользнула за дверь, чтобы побродить по хрустящему нетронутому снегу.

Чудеса продолжались. Там, посреди пустынного заснеженного двора, стояла большая плетеная корзина, полная подснежников. Среди цветов был конверт, а на нем – ее имя.

«Прекраснейшей из лесных нимф» - и все. Имени дарителя не было.

Первым, о ком подумала Катя, был Миша. Но она тут же отмела эту идею. Подснежники… В Магадане… В январе… Это баснословно дорого. Да и не в Мишином это стиле. Если бы друг захотел подарить ей цветы, он подошел бы и подарил.

Но если это не Миша, кто тогда? Катя вздохнула. Да кто угодно. В Париже после показов мужчины частенько присылали ей цветы. Самые смелые подходили знакомиться во время фуршетов. Катя была с ними мила и улыбчива, но на все предложения неизменно отвечала вежливым отказом. Хотя многие модели соглашались. Это был реальный шанс обрести влиятельного покровителя, а то и богатого мужа. Катя не искала ни того, ни другого. Показ заканчивался, она смывала с лица косметику, заплетала волосы в косу, надевала туфли без каблука, заворачивалась в серое пальто и шла по улицам Парижа, не стремясь привлечь к себе внимание.

Она побаивалась мужчин, как в детстве одноклассников. Стоило кому-то из них переступить черту, попытаться поцеловать в губы или даже приобнять за талию, она терялась, смущалась и находила повод сбежать. Причем даже в том случае, если мужчина был ей симпатичен. В свои восемнадцать она ни разу не целовалась. Конечно, люди, которые не были близко знакомы с ней, ни за что не поверили бы в это. Вокруг ослепительной блондинки всегда роились поклонники.

Вчера она впервые вышла на подиум в родном городе. И, к тому же, получила корону. Конечно, найдутся те, кто захочет поухаживать. Это, как известно, издержки профессии.

Вот только Кате сейчас не до романов. Нужно как можно скорее обжиться в Нью-Йорке, обрасти связями, сделать все возможное, чтобы мама с сестрами смогли жить с ней. Возможно, гудящий, пропахший бензином мегаполис не лучшее место для больной женщины, но там качественная, хоть и дорогая, медицина и климат благоприятнее, чем здесь. А потом, глядишь, удастся заработать денег и купить для мамы маленький домик на берегу моря в какой-нибудь тихой стране.

Размечтавшись, Катя зарылась носом в цветы. И все же, подснежники прекрасны.

Миша был в мастерской – сегодня его смена. Пригнали довольно интересную машину – старенький японский кабриолет. Требовалось довести его до ума, по крайней мере, владелец просил, что бы автомобиль «летал, а не ездил». Миша обещал сделать. И сделает. Все знают, что руки у него растут откуда надо. Не ясно правда, зачем тому мужику кабриолет в Магадане, ну да это, как говорится, уже не наше дело. Мы что? Мы машины чиним.

Он подошел к окну и увидел Катю. Она стояла совсем одна посреди двора, в пуховике, с разметавшимися по плечам светлыми волосами. Миша подумал, что сейчас она даже красивее, чем вчера, на конкурсе. А он… Он так ее любит.

Катя держала в руках большую корзину с какими-то мелкими цветами. Отсюда было не разглядеть, с какими именно.

Уведут. Того и гляди, уведут.

Надо срочно что-то предпринимать.

Лизе казалось, что мир рухнул.

-Не понимаю, чем ты недовольна, - сказала за завтраком мама, слово в слово повторяя речь Черепа. Зампрокурора, сама того не зная, цитирует криминального авторитета. Смешно. – Я миллион раз говорила тебе, что ставку надо делать на мозги и связи. Красавиц на свете много, а хороших юристов поискать.

-Ты сделала ставку, - огрызнулась Лиза. – Теперь тебе сорок пять и ты одна.

-А я ни о чем не жалею, - ничуть не смутилась мать. – У меня есть ты, карьера, уважение людей и, что не менее важно, самоуважение. Поверь, это не так уж мало. А вот куда катишься ты? Неужели тебе хочется быть бандитской подстилкой?

Лиза только поморщилась и намазала себе бутерброд.

-Ой, не гуди. Между нами все кончено. Я ему этого не прощу.

-До чего ж ты амбициозна, моя милая. Ты стала вице–мисс. Это настоящий успех. Мне вчера звонили с поздравлениями, пока телефон из розетки не выдернула. Ну, неужели тебе мало – получить корону в довесок к будущему диплому престижной академии. Почему ты опять недовольна?

-Потому что я достойна первого места! Это был конкурс красоты, а не смотр моделей! Да тебе любой парень скажет из нашей школы, любой прохожий на улице, что я в миллион раз красивее Катьки! Скажешь, нет?

-Ты ярче. И наглее. У Кати красота более нежная, изысканная. Но дело вовсе не в этом. Ты о другом подумай. Пойми, ей деваться просто некуда. Катю некому кормить, пока она пять лет в вузе прохлаждается. Ей самой скоро придется обеспечивать всю семью. Любовь Сергеевна совсем слабенькая, того и гляди сляжет окончательно. А сестры еще маленькие. Пойми, у Кати совершенно другая ситуация. Это ее шанс, ее соломинка. И хорошо, что она выиграла! Я очень рада, например. Вспомни, сколько хорошего она для тебя сделала…

-Да причем тут это! Важно, что я красивее, - упрямо твердила Лиза, словно маленькая обиженная девочка. – Уж ты-то это признай!

Мама пожала плечами.

-Вы разные. Тут сколько людей, столько и мнений. Красота, знаешь ли, вообще явление относительное. А вот образование…

-Да что ты пристала со своим образованием! Я ведь не отказываюсь учиться.

-Это очень хорошо, потому что я уже взяла тебе билет. Завтра летишь.

-Но я вполне могла бы…

-Нет. Ты и так достаточно пропустила. И пора тебе ехать, а то ты тут еще чего-нибудь натворишь.

-Боишься, что я испорчу твою безупречную репутацию?

-Скорее боюсь за тебя. То, что ты творишь просто опасно. Перестань использовать мужчин. Особенно таких, как Черепов. Тебе это когда-нибудь боком выйдет.

Глава 8

Анна только громко вздохнула, когда услышала о Катиных планах.

-Вы не удивлены?

-Не слишком. Не секрет, что в нашей стране большинство девушек выходят на подиум, чтобы найти богатого мужа. Оно, наверное, правильно – век модели недолог, в топ выходят единицы. Но у тебя и впрямь могло быть большое будущее. Смотри, может, будешь еще локти кусать, когда Мишу своего увидишь на обложках.

-Он говорит, особо пока нет крутых предложений…

Анна загадочно улыбнулась.

-Предложение есть, и какое! Но ему пока не говори, мне еще только предстоит обсудить с агентством все детали. Так ты-то что, теперь совсем работать не будешь?

-Мы с Андреем, - как же приятно говорить «мы с Андреем», мысленно отметила Катя, - Договорились, что я выполню все свои обязательства в качестве «Мисс Магадан», представлю город на Всероссийском конкурсе и буду принимать участие в съемках и показах, которые проходят в нашем регионе. Может, позже удастся уговорить его на Москву. Но за границу точно не отпустит.

-Скорее всего, через несколько месяцев ты уже будешь беременна, - заметила Анна с легким сожалением. Ей не в первый раз приходилось терять перспективную модель по причине замужества. Егорова относилась к этому философски. Главное, чтобы девочка не пожалела потом о своем выборе.

-Знаете, я буду только рада, если забеременею.

-Когда хоть свадьба?

-Через год, как только контракт с организаторами конкурса закончится. Будете самым дорогим гостем. В конце концов, если бы вы меня тогда не заметили, мы бы, скорее всего, не встретились. Скоро пришлем официальное приглашение!

Но к маю Катя уже ждала от Андрея ребенка.

-Значит, на конкурс в Москву поедет Лиза, - железным тоном заявила Анна. – Ты знаешь правила.

-Конечно, пусть едет! Она же так этого хотела. Так что все к лучшему, – махнула рукой Катя. Свой приз она уже получила.

Будущая теща Черепова прошла лечение в Швейцарии. Женщина прекрасно перенесла операцию на сердце, а во время реабилитации совсем воспряла духом. В таких прекрасных условиях она не жила никогда прежде.

-Катя, ты знаешь, мне вот иногда кажется, что я все-таки умерла и теперь в раю. Это не санаторий, это чудо какое-то. Медсестры и доктора такие добренькие, миленькие, и при этом никому на лапу давать не надо. Просто чудо!

Катя не стала говорить маме, что Черепов уже отвалил клинике официально, через кассу, столько денег, сколько советские эскулапы в жизни не видели.

А когда отдохнувшая мама вернулась в Магадан, стали готовиться к свадьбе. Катя хотела пригласить всех своих соседей. Она мечтала, чтобы люди, среди которых прошло детство, были рядом в этот замечательный день. Черепов сперва немного ошалел, когда представил, что на их свадьбе будут гулять проститутки и алкоголики, но потом взял себя в руки и выдвинул встречное предложение – устроить отдельный фуршет для обитателей барака. После этого – загс, а дальше официальный свадебный банкет в «Бельведере» для первых лиц города.

Потом молодые отправились на медовый месяц в Италию, прихватив с собой всю Катину семью. Андрей Павлович снял симпатичную виллу, а в скором будущем планировал приобрести жилье. У него были там деловые контакты, а теперь вот назрела необходимость перевезти к теплому морю семью будущей жены, которая теперь станет и его семьей. Так что все к лучшему.

Сам Черепов пока останется жить в Магадане, вместе с Катей и будущим ребенком. Он был счастлив, что у них будет ребенок. И мечтал, что у этого ребенка будет совсем другая жизнь. Не такая, как у его папы.

Свадебное платье было ослепительно белым. Фата и расклешенные рукава – из кружев ручной работы. Наряд смотрелся просто и изысканно, как раз подстать королеве красоты и будущей жене самого желанного холостяка в городе.

Но главное – она его любила. Катя бросила все: Нью-Йорк, Париж, самые модные глянцевые журналы и самые престижные мировые подиумы. Она хотела лишь одного – быть женой Андрея и матерью его ребенка.

И вот сегодня эта мечта должна была сбыться.

Сестры были в одинаковых небесно-голубых платьях. Мама в синем костюме сияла от счастья и гордости. Мишин братишка Даня нарядился в костюм, в котором с непривычки чувствовал себя неловко.

Сам Миша был в джинсах и парадной рубашке. Через неделю лучший друг улетал в Париж по приглашению того самого модельного агентства, с которым до недавнего времени сотрудничала сама Катя.

Невеста наотрез отказалась ночевать накануне свадьбы в отеле. Она родилась здесь, в этом бараке, и вовсе его не стыдилась. Да, Катя выросла среди этих людей, значит, отсюда и забирать ее жениху. Черепов не возражал. Он вообще как-то размяк и почти во всем соглашался со своей любимой женщиной.

Соседи высыпали на улицу. Здесь для них были накрыты столы с угощением, а официанты во фраках наливали всем желающим вина, шампанского или водки. Черепов строго велел им обслуживать соседей невесты как самых дорогих гостей ресторана.

Жители барака были в восторге. Для них Катя была Золушкой, вдруг ставшей принцессой. Ее история давала надежду, заставляла поверить в то, что когда-нибудь и они смогут отсюда выбраться - вдруг, в один прекрасный день, переселиться на итальянскую виллу. Глядя на прекрасную невесту, каждый думал, что, быть может, и ему в жизни выпадет счастливый шанс.

Во двор въехал шестисотый «мерседес» Черепова, который накануне Катины сестры украсили цветами и лентами.

Но прежде чем распахнулась дверь, перед Катей возникла Лиза. Она была очень бледная, с растрепанными волосами и как будто даже пьяная.

-Что… Что с тобой?

-Что со мной? Ты спрашиваешь, что со мной? Ты, тварь, украла мою свадьбу и моего жениха. Мало тебе титула. Тебя ж в Нью-Йорк приглашали! Что ж ты не поехала? Что ж ты все на чужое-то заришься?

-Ты ведь знаешь, что это не так, - Катя сделала попытку обнять подругу, но та с силой оттолкнула ее.

-Иди к черту!

-Девочки, не ссорьтесь не время сейчас, - подошла Любовь Сергеевна.

Глава 9

Она очнулась в больнице. Больше всего на свете Катя хотела бы ничего не помнить, но, к сожалению, помнила в деталях. Белое платье с кружевными рукавами, как у царевны-лебедь, черный мерседес без тонировки и взрыв.

Бинты были только на голове. Тело совсем не болело, и Катя тут же соскочила с кровати. Надо немедленно узнать, что с ребенком и с Андреем.

-Лучше лежи, - посоветовала ей девушка с соседней койки с огромным животом. - После такого ребенка надо пожалеть.

-Он в порядке? Я беременна?

Соседка уверенно кивнула, и продолжила жевать грушу.

- Ты точно знаешь?

-Конечно. Ты на сохранении в гинекологии. Психуй поменьше и выносишь.

- Слава Богу… Я бы не пережила, если… И муж… Он так его хочет…

Девчонка отвела глаза.

-Ты знаешь, что с Андреем?

-Дык весь город знает. Но ты это, не нервничай, раз так родить хочешь. Давай я врача позову.

И соседка унеслась в коридор с завидным для женщины на сносях проворством, избегая смотреть Кате в глаза.

Через пару минут в палату вошел молодой ординатор.

-Доктор, скажите мне всю правду, не жалейте меня. Что с Андреем?

-Это не в моей компетенции. С вашим ребенком все хорошо. С вами тоже. Если не считать ожога на правой щеке. Но это не смертельно.

-А мой муж?

-Про мужа узнавайте у родственников, сегодня они смогут вас навестить.

-Но я же чувствую, что вы знаете! Ну не молчите! Он ранен? Насколько серьезно? Он в этой больнице? Я должна его видеть!

-Вы должны думать о ребенке!

-Но я все равно не смогу успокоиться, пока не узнаю…

Ординатор был молод и дежурил третьи сутки подряд. И все за мизерную зарплату. Кроме того, он начал подозревать, что любимая девушка вот-вот от него уйдет. Словом, он не имел ни малейшего желания нянчится с этой зажравшейся королевой красоты. Сохранить в такой ситуации ребенка – уже большая удача. И как эта дура не понимает?!

-Хорошо, раз вы настаиваете, я скажу как есть. Вашего несостоявшегося мужа, криминального авторитета Черепа, разорвало на куски взрывом бомбы, заложенной в его машине. Куски, к слову, по всему двору собирали. А могло разорвать вместе с вами и с ребенком. Так что радуйтесь, что остались живы. Надо меньше с бандитами связываться и на бабки вестись.

Высказавшись, парень вышел из палаты и захлопнул за собой дверь. Он отправился звонить своей девушке и умолять ее остаться.

А Катя уткнулась головой в подушку и зарыдала.

Потом приходил следователь. Он задавал ей какие-то странные ненужные вопросы. К чему что-то выяснять, если ничего уже не вернешь? Он долго что-то писал в своем блокноте, сказал, что вынужден навестить ее снова – после выписки.

Кате было решительно все равно, кто преступник, поймают его или нет. И как именно накажут. Жажды возмездия, по крайней мере, такой как в кино, почему-то не было совсем. Андрея невозможно оживить. Его нельзя даже собрать воедино. Все, что осталось от любимого мужа, похоронят в закрытом гробу. Он погиб в день их свадьбы, так и не успев побывать в загсе, но для Кати он останется мужем. Единственным и очень любимым. Отцом ребенка, которого она носит под сердцем.

Вечером пришли мама и сестры. Они сидели рядом, гладили ее по голове, утешали, как могли. Родные принесли домашнюю еду и чистую одежду.

Утром Катю выписали. Тело, по словам врачей, практически не пострадало, а вот лицо была изуродовано навсегда.

Похороны организовали соратники Черепа. Они прошли по всем законам жанра: роскошный гроб красного дерева с золотыми ручками, разумеется, закрытый. Гоша Кротов на правах лучшего друга предлагал вместо гроба купить Черепову новый «мерседес» и похоронить в нем, но Катя наотрез отказалась.

Пришли все теневые бизнесмены города со скорбными лицами и в безупречных костюмах. Было море цветов, монумент на кладбище в полный рост и газовая горелка рядом.

Все говорили речи, и пили за упокой души Черепова. За Катиной спиной перешептывались. На ее забинтованную голову показывали пальцами, но открыто выразить соболезнования подходили немногие. Ее не мучили физические боли, но внутри была такая пустота, что казалось, будто и она умерла вместе с Андреем, а здесь, на кладбище ее дух, который решил одним глазком взглянуть на собственные похороны.

Миша пришел на прощание с Андреем Павловичем Череповым, чтобы поддержать Катю. Ну не мог он оставить ее одну в такой момент.

Невероятно, но тот человек тоже был здесь. Он даже поднялся на трибуну и произнес самую проникновенную речь.

Когда он смахивал скупую мужскую слезу, Миша уже было собрался рассказать обо всем Кате. А может, не только ей, а всем сразу? Вот просто подняться сейчас на трибуну и обо всем рассказать?

Но в последний момент он вспомнил о маме и Дане. И передумал.

В назначенный срок Миша улетел в Париж, чтобы начать в столице моды новую жизнь. Катя провожала его и плакала.

Всю правду о своем физическом состоянии Катя узнала только спустя две недели, когда сняли бинты. Правая щека была обезображена ожогом. Врач сказал, что со временем состояние немного улучшится и прописал какие-то мази, но о полном восстановлении речь не шла.

-Вам еще повезло, что не пострадал глаз.

Девушку передернуло. «Вам повезло». Все последнее время твердят о каком-то фантастическом везении. Неужели люди и впрямь считают, что она должна прыгать от счастья, и радоваться, что жених погиб, а она осталась? Радоваться, что из королевы красоты превратилась в урода, но зато целы глаза.

-Неужели совсем ничего нельзя сделать? Я профессиональная модель, я больше ничего не умею, даже школу не закончила. Я этим семью кормлю, поймите. У меня мама больная.

Врач вздохнул.

-Потребуется дорогостоящая операция. Может, и не одна. Лучше всего заграницей, и то нет гарантий, что удастся полностью избавиться от шрама. Мне искренне жаль, поверьте. У меня дочь вашего возраста. Но видимо, вам придется искать другую работу.

Глава 10

Марко приехал в конце января, свалившись как снег на голову. Партнер Черепова по итальянскому проекту, он узнал, что с ним произошло, и каким-то чудом отыскал Катю в Москве.

-Надо было мне звонить! Почему ты ничего не сказать! Как же ты сам справляться! Бедный маленький девочка, - причитал он на ломаном русском со свойственной итальянцам эмоциональностью.

Он был простым, искренним и как-то сразу вызывал ассоциации с солнечной Италией, в которой Кате так и не пришлось побывать. А еще он действительно считал Черепова своим другом и скучал по нему, поэтому Катя с Марко быстро нашли общий язык. В выходные они могли часами говорить об Андрее, прогуливаясь с коляской в парке. Иногда их даже принимали за семейную пару. Смуглый черноволосый итальянец и хрупкая натуральная блондинка смотрелись вместе очень эффектно.

Катя не смогла бы ответить, как именно начался их роман. Это действительно случилось само собой. Марко умел утешать, а она нуждалась в утешении. Он был нежным и чутким. Он не требовал, чтобы Катя забыла Андрея и любила теперь его. Он просто предлагал ей свою поддержку, ни к чему не принуждая и как будто ничего не ожидая взамен.

Он часто уезжал в командировки, а она ждала его возвращения. Катя почему-то совсем не чувствовала вины перед Череповым. Ей казалось, что Андрей одобрил бы этот союз.

Катя даже не считала Марко своим любовником. Скорее они были друзьями, которые иногда занимаются сексом. Ей хотелось дать Марко хотя бы это, потому что больше ей нечего было ему дать. Ее чувства умерли вместе с любимым мужчиной.

Они вместе отметили годовщину смерти Катиного жениха. В тот день отправились гулять по Москве вдвоем, а маленькую Ульяну оставили с бабушкой.

Май был удивительно холодным. Катя и Марко сидели рядом на скамейке, смотрели на останкинский пруд и пили горькую водку из пластиковых стаканчиков. Разговаривать не хотелось. Оттого вдвойне странно в этой тишине прозвучал вопрос Марко.

-Ты поедешь со мной в Италию?

Как гром среди ясного неба: «Ты поедешь со мной?» Она вовсе не собиралась связывать свою жизнь с ним.

Это было так комично не похоже на романтичное предложение Черепова посреди заснеженного двора. Кате казалось, что это было в другой жизни, а на самом деле прошло чуть больше года. Тогда она была наивной, чистой девочкой, которая вздрагивала от прикосновения любимого мужчины. А теперь спит с итальянцем, которого и не любит-то по-настоящему. Тогда была королевой красоты, а теперь больше похожа на чудовище. Прежде она не прикасалась к спиртному, а теперь вот пьет водку стаканами. Раньше у нее были мечты, а теперь все надежды связаны с будущим Ульяны, для себя она уже ничего не хочет.

-Мой проект окончен, я возвращаюсь домой. Ты поедешь со мной в Рим? Это надо решать сейчас, чтобы я мог подготовить документы.

Но и представить свою жизнь без него тоже не могла. Марко – костыль, без которого она просто не выстоит.

-Ты хочешь забрать нас всех? – уточнила она.

-Я думать, что нам лучше поехать сначала вдвоем, - она не отвечала, и он стал волноваться, делая ошибки в русских фразах, как и всегда в таких случаях. Если Марко был совсем взвинчен, он мог изъясняться только на итальянском. – Мы обустроимся и заберем твою семью. Мы будем посылать им деньги. Девочки ходить школа. Все не есть просто. Они не знать нашего языка. Мы будем посылать им деньги.

-Без Ульяши я никуда не поеду, - отрезала Катя.

Марко тут же дал задний ход.

-Дочку можно брать. Конечно.

Катя задумалась. В конце концов, что она теряет? Раны никогда до конца не заживут, это ясно, но надо двигаться дальше. Ради дочки, ради мамы и сестер. Ради памяти Андрея, в конце концов. Она должна сделать карьеру, купить достойное жилье. Если понадобится, надо быть способной оплатить образование Ульяны. Теперь она живет исключительно для нее.

-А что я буду делать в Италии? – она улыбнулась, и Марко понял, что Катя почти согласна.

-Ты будешь любить меня, и воспитывать дочку. И если хочешь – работать. Но сначала надо учить язык.

-Прямо завтра начну, - кивнула Катя. И Марко понял, что она не шутит.

По дороге к дому они забрели в книжный и для начала купили итальянский разговорник.

-Поезжай! Даже и думать нечего! – заявила мама, как только услышала новость. – Он хороший человек, это сразу видно. Ульяше отец нужен.

-А можно мы к тебе на каникулы приедем?! – закричали сестры.

-В дальнейшем я планирую забрать вас совсем.

-Ур-р-ра!!!!!!

Катя даже не ожидала, что домашние настолько обрадуются. Они снова, в который раз провожали ее в новую, лучшую жизнь. На этот раз уже не одну, а с маленькой дочерью. И снова надеялись, что на сей раз все сложится удачно.

В Риме Кате очень понравилось. Марко жил в небольшой уютной квартирке, и Катя сразу поняла, почему нельзя было ехать всем вместе. С мамой и сестрами здесь было бы совсем тесно.

Марко, как и прежде, пропадал в командировках. Катя каждый день гуляла с дочерью, стараясь как можно больше общаться с итальянцами, чтобы совершенствовать разговорный язык.

Эта новая жизнь определенно нравилась девушке.

Ульяне исполнился год. Катя часто задумывалась о будущем дочери и до сих пор не могла поверить, что малышка вырастет среди итальянцев, но радовалась за Ульяну, и готова была на все, чтобы удержать удачу. Крошечная квартирка в мансарде казалась ей раем по сравнению с теми жуткими условиями, в которых выросла она сама. Катя знала, что если Марко предложит ей выйти за него, она согласится, хоть и не испытывает к нему любви. Она будет верной женой и если он попросит, родит ему детей. Она будет благодарна за эту новую жизнь, которую он ей дал. К счастью, Марко пока об этом не заговаривал, да и сама Катя не хотела торопить события.

Остался в прошлом ее собственный блистательный шанс: мировые подиумы и съемки для модных журналов, мир, где за один год можно заработать себе на достойную старость. Иногда Катя все еще слышала злые слова молодого доктора Магаданской городской больницы: «Не надо связываться с бандитами». Быть может, не свяжись она с Череповым, благополучно улетела бы в Нью-Йорк и была бы сейчас топ-моделью, а мама с сестрами жили бы в роскоши где-нибудь в Хэмптоне или даже в Бэверли Хиллс. Но тогда не было бы в ее жизни этой безумной, всепоглощающей любви к мужчине. Той самой, за которую не жалко все отдать. И главное, не было бы дочки – маленькой Ульяны, последнего подарка Андрея, а ведь она и есть смысл жизни.