Моё искушение

Глава 1

— Как же ты меня достала своей тупой ревностью! — гневно прокричал муж, громко хлопая дверью. А я сжала губы, пытаясь не зареветь. Опять он ушел. И опять виновата я. Всегда только я виновата в наших ссорах. Но почему? Разве я не имею права знать, кто такая «Любаша», с которой он так мило переписывался в социальной сети?
«Коллега по работе» — сухо объяснили мне, а потом отчитали за то, что вечно лезу к нему в соцсети, заглядываю в телефон и провожаю недоверчивым взглядом, если он уходит разговаривать в другую комнату. Но он ведь сам виноват, что вызывает у меня подозрения! Или нет? Или это я? Я действительно перегибаю палку?
«Хватит трахать мне мозг, Марина! — вспомнились его слова. — Доведешь ты меня! Я либо с тобой разведусь, либо и правда изменю!»
А я же просто спросила «Что это?». Мягко и ненавязчиво, ткнув пальчиком в экран. А он сразу весь напрягся, и его серые глаза стали острыми, как лед. И пошло-поехало. Хорошо, хоть дети спали. Не хотелось при них ругаться. Они хоть и маленькие, но уже все понимают.
Грустно вздохнув, пошла на кухню и включила чайник. Как только хлопнула дверь, вся моя злость куда-то исчезла и осталась только обида. Достала «Красный мак», бездумно сняла обертку и положила конфету в рот. Заедать стресс — не самое разумное решение, особенно учитывая лишний вес. Но испорченные нервы намного опасней лишних килограммов. К тому же, что еще мне остается делать в сложившийся ситуации?
Это уже третий раз, когда мы ссоримся до такой степени, что он уходит, хлопнув дверью. Первый раз я плакала, звонила, а он не отвечал и вернулся в час ночи. Сказал, что был с другом в пабе, что ему нужно было время подумать и остыть. В итоге мы помирились.
Второй раз его не было всю ночь. Утром с ним наконец появилась связь, и оказалось, что он с тем самым другом отправился на дачу на два дня.
А все начиналось с невинных замечаний, типа «для кого так наряжаешься на работу?». Может, я и правда переборщила? Но если мои опасения были беспочвенны, зачем так бурно реагировать?
Чайник закипел, и я продолжила поедать сладости, но уже запивая их чаем для похудения.
Сейчас даже звонить ему не хотелось. Интересно, когда в этот раз он соизволит придти домой? Завтра? Через неделю? Или никогда? Неужели это конец? Неужели я все испортила?
Он ведь всегда таким был. Обаятельный блондин, красивый, с чувством юмора, душа каждой компании, всегда в центре внимания.
Мы познакомились, когда я училась на первом курсе, он тогда заканчивал университет. За ним всегда увивалось много женщин, но он выбрал меня. Мне это льстило неимоверно, но весь этот нескончаемый список подруг и знакомых, с которыми он просто общался, со временем начал меня выводить из себя.
Безумно захотелось кому-то излить свою душу, и я позвонила своей лучшей подруге.
 — Все мужья изменяют своим женам! — совсем не подбодрила она. — Смирись, Мариш. Просто расслабься, убери ногу с его бедной шеи, отпусти и он сам к тебе прибежит. А лучше заведи себе любовника.
 — Не хочу, — буркнула я. Что это за семья тогда получится, если каждый гуляет налево и направо? — Хочу, чтобы он только меня любил.
 — Мужчины любят только себя, но обожают свободу и разнообразие. Ты лишила его и того, и другого, — чем больше Кристина меня якобы утешала, тем почему-то хуже мне становилось. Может, в ее словах и была доля правды, но верить в это не хотелось. Да и судит она по себе. Уже год тайно встречается с женатым. Я ее за это не корю, но слушая, как ловко ее хахаль скрывается от жены, и сама начала своего подозревать.
 — Думаешь, он мне на самом деле изменяет? — тихо спросила я, опасаясь страшного вердикта.
 — Не знаю. Но то, что он уходит куда-то на всю ночь, сильно увеличивает его шансы с кем-то переспать.
 — Кристин, ты вроде как утешать меня должна!
 — Мариш, лучший друг — это не тот, который даст тебе платок, когда ты упала и плачешь, а тот, который даст тебе подзатыльник и скажет: «А ну, не реви! Встала и пошла дальше!»
 — Ну, и что дальше? — вздохнула я. — Развестись?
 — Чего сразу в такие крайности впадать? Ну, поссорились. Все ссорятся. То, что он флиртует с коллегами, еще не значит, что он с ними спит. У него же манера общения такая. Сама говорила.
Это правда. Сашка, действительно, так общался — открыто и дружелюбно. Может, я и правда себя накрутила.
 — Не ревнуй его, Мариш, — по-умному заявила подруга, будто это было так же легко сделать, как сказать. — Если узнаешь, что изменил, тогда уходи с гордо поднятой головой. А так… от истерик только морщины появляются.
 
После разговора с Кристиной стало не легче, а наоборот, на душе появилась такая тяжесть, что боль в сердце не могли приглушить даже шоколадные конфеты.
 — Я не хочу… — прошептала, сжимая черно-красные обертки. Не хочу остаться одна с маленькими детьми. Не хочу лишиться любимого мужа. Не хочу, чтобы он достался другой.
Я должна что-то сделать, иначе именно так и случится. Его чувства ко мне изменились. Но он говорит, что изменилась я. Что я превратилась в наседку, которая опекает не только детей, но и мужу не дает жить спокойно. Неужели я и правда настолько ужасна?
Вздохнув, убрала бумажки и помыла чашку. И фигуру свою запустила. После родов я была похожа на бегемота. Но в течении года не только вернулась в свой прежний вес, но даже похудела. Двойняшки выпили из меня все соки. Я вообще была на тень похожа. А потом, когда кормить бросила, опять незаметно стала набирать. Все думала, что в погоне за двумя монстриками все калории сожгутся. Но они почему-то упрямо продолжали откладываться на бедрах.
В очередной раз вздохнув, решила оценить потенциальную конкурентку. Зашла в соцсеть, довольно быстро отыскала её в списке друзей мужа. Красивая. И младше меня на пять лет. Но я тоже в двадцать два выглядела получше.
Статус на странице: «Всё, что не идёт к нам в руки, пусть проплывает мимо».
Вот, ну сразу видно, что стерва. Саше всегда такие нравились. Хотя женился он на мне.
Решила посмотреть фотографии в альбомах. Селфи, селфи, селфи с букетами, она и какой-то мужик, снова они вместе, он один и подпись «Мой любимый».
Блин.
На душе сразу стало спокойно, а потом стыдно за своё поведение.
«То, что у неё есть парень, не даёт ему права с ней так любезничать» — тут же заступилась за саму себя. Да. Может, она со всеми спит. С неприкрытым омерзением посмотрела ещё пару фотографий, с болью отметила мужа среди множества лайкнувших и закрыла окно. Хватит! Права Кристина — вместо того, чтобы завидовать чужим упругим формам, нужно собой заниматься. От жалости к себе и самокопания ещё никто не похудел.
 
Собралась порыскать в интернете в поисках чудо-диеты и заметила у себя на странице напоминание — сегодня день рождения Павла Саратова. Надо же. Совсем забыла. А ведь раньше мы были лучшими друзьями. Сидели за одной партой, поступили в один университет. Я на экономику, а он на информационные технологии. Он всегда делал за меня домашку и даже в университете помогал с заданиями и курсовыми. Всегда был готов выслушать, поддержать и подставить плечо. Я делилась с ним всеми своими секретами и долгое время думала, что он гей. Но на последнем курсе, когда Саша сделал мне предложение, Паша внезапно признался в любви. Он не требовал ничего взамен, просто хотел, чтобы я знала. Может, он надеялся, что его признание что-то поменяет. Но я воспринимала его только как друга. Внешне он мне никогда не нравился: длинный, худой, с тёмными волосами ниже плеч. Всё, что его интересовало в жизни, это рок-музыка и компьютерные игры. Я никогда не понимала, почему он дружит со мной, до того момента, пока он не рассказал о своих чувствах. После этого общаться с ним мне было как-то неловко. Постепенно мы отдалились друг от друга. На нашу с Сашей свадьбу он так и не пришел. Какое-то время мы переписывались через соцсеть, но потом и это делать перестали.
Зашла на его страничку. Такая же пустынная, как и раньше. Ни одной его фотографии. На аватарке монстр с жутким оскалом из какой-то компьютерной игрушки. Он всегда был немного замкнутым и помешанным на своих играх и, похоже, со временем ничего не изменилось. Но, тем не менее, мне с ним никогда не было скучно. Я могла часами болтать по телефону о всякой всячине, и неважно, что являлось темой для нашего разговора — он всегда слушал внимательно. Под действием нахлынувшей ностальгии я щелкнула на «Написать сообщение».
«Пашка, с днём рождения! Желаю не стареть душой и почаще отлипать от компьютера!
Как у тебя дела? Женился? Детьми не обзавелся? Мы с тобой уже сто лет не общались! Может, как-нибудь встретимся?»
Мне действительно захотелось с ним увидеться. Даже жалко стало, что я так сильно отдалилась от хорошего друга. Он всегда давал дельные советы, когда мы с Сашей ссорились. А ведь тогда я не знала о его чувствах, и ему, скорее всего, было неприятно видеть нас вдвоем. Но вряд ли у него сохранилась ещё эта влюблённость. Мы не виделись больше пяти лет, да и я уже не та, что раньше. С сожалением сжав жирок на животе, решила с завтрашнего дня есть только яблоки и кефир, и отправилась спать.
 
Проснулась среди ночи от подозрительного шуршания. Посмотрела на часы — 03:17. В коридоре мелькнула фигура мужа, и я отвернулась к стене, делая вид, что сплю. Лишь бы детей не разбудил. Гуляка.
Кровать тихо скрипнула и прогнулась под его весом. Потом теплая ладонь по-хозяйски сжала мое бедро, а ухо обдало алкогольным перегаром.
 — И где ты был? — шепотом спросила я, убирая наглую лапу.
 — С Жекой. В баре, — муж снова сделал попытку меня приобнять. А я недовольно засопела.
Опять этот Жека! А потом он еще удивляется, почему я недолюбливаю его лучшего друга. И опять он ведёт себя так, словно ничего не случилось. Будто он не наговорил мне кучу гадостей, а потом ушел, хлопнув дверью. Мой муж редко просил прощения и ещё реже чувствовал себя виноватым.
 — И вы были только вдвоем? — недоверчиво поинтересовалась, почти сдаваясь под натиском пьяных ласк. Спорить и выяснять отношения желания не было. Хотелось, чтобы он обнял, сказал, что кроме меня ему никто не нужен, и пообещал больше не пропадать по ночам.
 — Ну а с кем? — возмущенно зашипел Саша. — Можешь сама позвонить ему, спросить. Марин, я тебе не изменяю. Научись доверять своему мужу! А если не можешь, то разведись! Достала уже…
Последние слова он практически прорычал, поворачиваясь ко мне спиной.
Э?
Опять?
Опять я виновата?
А я же даже не хотела ссорится. И вообще просто один вопрос задала. Или я и на это права не имею?
От обиды больно защипало в носу. Он, значит, может себе позволить вот так уходить и строить из себя обиженного. А я? А я не могу. Куда я с детьми уйду…
 
Утро для меня началось как всегда рано. Даже в субботу два маленьких и очень любимых монстрика не дадут поваляться.
И пока папа, накрывшись с головой, изображает спящий кокон, по которому прыгают и скачут, мама, то есть я, встает и идет готовить завтрак. Молочная кашка для Ани и Дани, яичница с беконом и сыром для муженька и яблоко с кефирчиком для меня.
Всю ночь я думала. Ворочалась, почти не спала. Поняла, что наши отношения с мужем медленно, но уверенно катятся в яму безысходности. И нужно их спасать. И именно мне, как мудрой женщине, нужно проявить гибкость и взять ситуацию в свои руки. Смогу ли я побороть свою ревность? Молчать каждый раз, когда слова сами норовят сорваться с губ? Не спрашивать его ни о чем? Не знаю.
Усиленное внимание женщин к его персоне мне никогда не нравилось. Вот только раньше он реагировал на это проще. Неужели и правда, мы дошли до предела и его терпение кончилось?
 — Сейчас как кого-то поймаю! — из спальни донеслось громкое рычание. Затем веселый визг и смех.
Потом на пороге кухни показался Саша с хохочущим Данькой под мышкой и повисшей на ноге Анютой.
 — И меня поймай! — требовала она. — И меня! Пап!
Последние слова утонули в веселом смехе, так как Саша подхватил ее свободной рукой.
Я невольно залюбовалась этой умилительной картиной. И как у него энергии хватает? Я после пяти минут активной игры уже еле ползаю, а он готов целый день их у себя на шее таскать. Ради таких моментов можно стерпеть любые размолвки.
 — Круизный лайнер с двумя пассажирами на завтрак прибыл, — опуская детей на стулья, пропыхтел он, — Марин, рубашку мне погладишь?
Я с удивлением выгнула бровь.
 — Зачем? Ты куда-то собрался? — или мой муж и по субботам решил костюмы надевать?
 — Ну да, — не глядя на меня, он приступил к поеданию завтрака. — Я же говорил, к нам партнеры приезжают из Испании. Нужно их свозить на производство…
В первый раз слышу.
 — В субботу?
 — Конечно.
 — Так у вас завод находится в другом городе.
 — Угу, — кивнул он с набитым ртом. — Вернусь в понедельник вечером.
 — А почему это поручили тебе? Ты же простой инженер.
 — Вот именно. Тот, кто рассчитывает на повышение, должен проявлять инициативу.
 — Вечно они на тебя одного всё вешают, — проворчала я.
 — Почему одного? Со мной еще переводчик поедет.
 — Кто? — наливая чай, поинтересовалась я.
 — Ты все равно ее не знаешь, — намазывая хлеб маслом, отмахнулся муж.
Ее? Я замерла с чайником в руках. Спокойно, Марина! Ты обязана хранить молчание! Всё, что ты сейчас скажешь, будет потом использовано против тебя.
Огромной силой воли я подавила поток провокационных вопросов типа «Сколько ей лет?», «Как она выглядит?» и «Не с ней ли случайно у тебя служебный роман?». В моей голове чётко нарисовался образ молодой симпатичной девушки, немного наивной, которая стандартный флирт моего мужа расценивает как проявление особенных чувств, по уши в него влюблена и всю командировку будет его соблазнять. 
Нет, нет, нет. Переводчицы обычно некрасивые тетки предпенсионного возраста. Я попыталась себя убедить в этом, сверля мужа подозрительным взглядом. А что, если нет? И что, если жмот-директор в целях экономии решит поселить их в одном номере?
 — Что? Почему ты на меня так смотришь? — удивлённо спросил Саша.
 — Н… ничего… — замявшись, отвернулась я. Уверена, один вопрос, и он снова начнёт злиться. А так злилась я, наглаживая воротник рубашки. А муж, задорно насвистывая, принял душ, почистил зубы и вылил на себя, судя по запаху, литр одеколона. Так на свидание собираются, а не на работу. Да ещё и в выходной!
Может, мне и удалось промолчать, но не думать о всяких ужасных вещах я не могла.
 
 — У тебя просто слишком много свободного времени, — голосом знатока заявила Кристина по телефону, — вот и лезут глупости всякие в голову!
 — У меня? Времени свободного?! Ты шутишь? — нервно рассмеялась я, пытаясь уследить за бегающими по детской площадке малышами. И почему только глаза человека не могут смотреть одновременно в разные стороны? — Ты же в курсе, что у меня двое детей?
 — Вот именно, Мариш! У тебя, кроме детей, больше никаких интересов и не осталось! Вот ты и сходишь с ума, придумывая то, чего, возможно, и нет!
Я вздохнула, понимая, насколько подруга права.
 — Наверное.... ой! Даня! Не трогай! — и я побежала отнимать у ребёнка какую-то гадость, которую он вознамерился попробовать на вкус.
Вечером в гости приехала мама. Отсутствие зятя её только порадовало, ведь можно было остаться с ночёвкой, никого не напрягая. Квартира у нас хоть и двухкомнатная, но небольшая, а мама живёт в Крюково. Вроде и недалеко, но с пробками путь от вокзала до нашего дома занимает больше времени, чем сама поездка на электричке.
 
***
 
На следующий день, оставив детей на бабушку, я решила встретиться с Кристиной. Мне действительно надо было отвлечься от плохих мыслей и хоть как-то развеяться.
Вчерашний разговор с Сашей закончился очередным скандалом и бросанием трубки. Скандалила я, а трубку бросил он. А всё потому, что я чётко услышала женский голос на заднем фоне, спрашивающий: «Саш, ты какое вино будешь?», и это в восемь вечера!
«Марина! Ну что ты опять начинаешь?! Это деловой ужин!» — сказал он. Но накопленные с утра сомнения, словно дождавшись критической точки, выплеснулись, и обрушились на голову мужа потоком обвинений.
Эх.
И чего я добилась? Он обиделся и на мои звонки больше не отвечал. А потом и вовсе выключил телефон. Так что я так и не узнала, чем и когда закончился этот «деловой» ужин. Такое ощущение, что свои обиды он начал использовать, как повод отключить телефон или уйти из дома на всю ночь.
 
Вздохнув, я ещё раз посмотрела на часы. Кристина, как всегда, опаздывала.
 — У вас есть Wi-Fi? — поинтересовалась у проходящей мимо официантки. Та кивнула и протянула мне визитку с паролем.
Раз выдалась свободная минутка, решила зайти на страничку мужа и поискать в друзьях ту самую переводчицу. Если рассуждать логически, то она должна быть также и в друзьях у его сотрудников. Жаль только, что количество друзей мужа перевалило за пятую сотню, и так просто мне её не отыскать.
Господи, что я делаю? Права Кристина, мне, кроме детей и шпионажа за мужем, заняться нечем.
Стоило помянуть подругу, как на экране высветился входящий от неё.
 — Алло?
 — Мариш! Ты уже в Барбарисе? — послышался взволнованный голос Кристины. — Тут такое дело! Пожалуйста, ты только не сердись!
 — В пробке застряла?
 — Да, и это тоже. А ещё мне только что позвонил Димасик, говорит — «Срочно собирайся, полетишь со мной в Прагу». Я даже возразить ничего не успела, а он уже трубку бросил. А ты же знаешь, у нас с ним уговор, мне звонить ему нельзя, вдруг жена рядом. Вот не знаю, что мне делать…
Я вздохнула. А что тут делать? Я бы ещё давным-давно послала её Димасика куда подальше. Но Кристина влюблена. По-настоящему влюблена. Может, кто-то и подумает, что всё дело в дорогой машине, которую он ей подарил. Но я же знаю, что это не так. Вижу, как горят её глаза, когда она с ним. Вижу, как она страдает, когда его нет рядом. Она вроде как и счастлива по-своему, но мне всё равно её очень жаль.
 — Конечно же, ехать чемодан паковать.
 — А ты не обидишься? Точно не обидишься? Ты же знаешь, что для меня важнее подруга, а не ухажёр!
 — Конечно, знаю, — ответила я. Знаю, что всё совсем наоборот, — и не обижаюсь!
Но я и правда не обижалась. Жалко только, что встретиться не вышло.
Ещё раз вздохнув, зашла в соцсеть и заметила одно непрочитанное сообщение.
 
«Спасибо за поздравления! А кто это?
Шучу!
Твоё сообщение было весьма приятным сюрпризом. Я тоже хотел бы встретиться, вот мой номер: ХХХХХХХ. Будет проще созвониться и договориться по телефону.»
Это судьба — подумала я, набирая его номер. Трубку он взял не сразу.
 — Да. — жесткий отрывистый голос, совсем не похож на пашкин, так что я сперва опешила и подумала, что ошиблась номером.
 — Эм.. Паша? Привет! Это Марина.
Как только он узнал меня, его тон моментально изменился, словно телефон передали другому человеку. Если честно, набирая его номер, я думала, будет очень сложно начать разговор с человеком, с которым мы не общались несколько лет. Но слова нашлись сами собой, и между нами завязалась непринужденная беседа.
 — Так значит, Морозова тебя кинула?
 — Ага, представь!
 — А я тебе еще в универе говорил, что она ненадежный человек! Ладно. Говори адрес. Приеду спасать тебя от одиночества.
Я усмехнулась. Такое ощущение, будто он ничуть не изменился. Все тот же Пашка, которого я знала.
Сообщив, где нахожусь, решила заказать себе чай, чтобы не сидеть за пустым столом.
Попивая горячий напиток и вспоминая былые веселые времена в университете, заметила, как две девушки за столиком напротив внезапно прекратили оживленную беседу и начали поправлять прически и стрелять кому-то глазками. Машинально я тоже обернулась и замерла, приоткрыв рот. У входа, оглядываясь по сторонам, стоял высокий мужчина. Выглядел он так, словно кто-то вырезал его с обложки глянцевого журнала и зачем-то поместил сюда.
 — Красавчик… — донеслось до меня и с этим нельзя было не согласиться. Даже в обычных светлых джинсах и белом свитере, подчеркивающим идеально сложенную спортивную фигуру, он выглядел неестественно ярко на фоне невзрачного интерьера кафе. Его лицо показалось жутко знакомым. Может, это какой-то актер?
Поймав мой взгляд, мужчина широко улыбнулся и уверенным шагом направился ко мне.
 — Привет! — поздоровался он, словно я друг, с которым он тысячу лет не виделся. — Не узнала?
 — Паша? — не скрывая удивления, спросила я. 
Он радушно кивнул и распахнул руки для объятий. Мне ничего не осталось, кроме как встать и позволить прижать себя к крепкому и весьма накачанному телу. Нос уловил приятный аромат с ноткой цитруса, а сердце забилось чуть быстрее.
 — Ты так изменился! — отступая, пробормотала я. — Подстригся…
 — Ага, — кивнул он, задерживая руку у меня на талии. От прежнего Пашки остались только высоченный рост и добродушная улыбка. Даже взгляд мягких голубых глаз стал другим.
 — И так… — я запнулась, не находя слов, чтобы описать невероятные метаморфозы, произошедшие с моим другом.
 — Похудел? — весело подсказал он. Кажется, его забавляла моя реакция.
 — Наоборот!
 — Потолстел?
 — Возмужал! — наверное, это было самое подходящее слово, но Пашка расхохотался.
 — Моя бабушка тоже каждый раз так говорит при встрече!
Я рассмеялась в ответ и зачем-то обняла его еще раз. А потом смутилась. Наверное, повторные объятия были лишними, и я поспешила присесть. Но этот знакомый незнакомец потянул меня за руку и прижал к себе так сильно, что мне стало тяжело дышать.
 — Как же я соскучился! — выдохнул он мне в макушку, и я поняла, что тоже скучала по своему старому другу. По таким надежным и крепким объятиям. Хоть мы, вроде как, и не обнимались раньше так часто. А точнее вообще не обнимались. Но ведь в дружеских объятиях нет ничего такого? Если, конечно, они не затягиваются на неприлично долгое время. Прочистив горло, я отстранилась.
 — Может, присядем? — вкрадчиво предложила, так как Пашка на спешил выпускать меня из рук.
 — Ах да, конечно, — кивнул он, словно избавляясь от нахлынувшего наваждения, и галантно отодвинул для меня стул.
 — Просто подумал, что если отпущу тебя, ты исчезнешь, — едва слышно проговорил он, наклонившись над меню. 
 — Что? — переспросила, не расслышав его тихое бормотание.
 — Говорю, надо бы отметить нашу встречу и мой прошедший день рождения.
Упс. А подарка-то я и не приготовила! Невнятно извинилась и предложила заплатить за обед.
 — Нет. Так не пойдет! — категорично заявил Паша. — Угощаю я, а ты… — он склонил голову набок, почесывая висок, — ты выполнишь одно мое желание.
 — Желание? — я даже глазами от удивления похлопала.
 — Ну да. Я именинник, а значит, все мои желания должны исполняться, так?
 — И что я должна сделать? — мой вопрос вызвал хитрую ухмылку. Раньше он так не улыбался.
 — Всему свое время, — многозначительно ответил он и подозвал официантку.
Девушка, которая до этого приносила мне чай, сейчас прямо расцвела на глазах. Она улыбалась, всячески шутила и про каждое блюдо, которым интересовался мой друг, томно отвечала «это очень вкусно».
Я с удивлением смотрела на эту картину и в который раз поражалась, насколько сильно может измениться человек за каких-то пять лет. Раньше девушки будто и не замечали его. А он особо не переживал на этот счет. Поэтому я ошибочно и приписала ему любовь к сильному полу.
Не скажу, что в университете он был уродом, но худоба в комплексе с высоким ростом делала его похожим на шпалу. У него даже походка изменилась. Раньше он двигался, как неуклюжий жирафик. Я даже в шутку его так и называла. Лицо и тогда у него было приятным, а улыбка — открытой и доброй. Просто мне всегда нравились парни с хорошей фигурой. Наверное, поэтому я и влюбилась в Сашку по уши. Несмотря на относительно невысокий рост, он был хорошо сложен, двигался мягко и уверенно, словно холеный кот. Он знал, что нравится многим, и этот факт тешил его самолюбие.
А вот Паша даже на флирт этой официантки никак не реагировал.
Как только она приняла заказ и ушла, я заговорщицки наклонилась к нему через стол и тихо спросила:
 — Скажи, ты продал душу дьяволу?
 — Что? — сперва он явно не понял моего юмора, а потом весело рассмеялся. Это был тот же смех, что и раньше, но сейчас он словно принадлежал совсем другому мужчине. Да. Именно мужчине. Красивому, солидному и уверенному в себе. В моей голове никак не укладывалось, как нескладный мальчишка мог превратится в это? Волшебство, не иначе!
Я, разинув рот и повторяя время от времени восторженное: «Невероятно!», слушала своего друга. После университета он устроился в одну известную IT компанию, а спустя год организовал свою собственную. И за пару лет она выросла до невероятных размеров. А так как работа была малоподвижная, он по совету друга начал заниматься каждый день спортом. Минимум час.
 — В какой-то момент я понял — чтобы изменить свою жизнь, нужно самому измениться, — сказал он, доедая салат. — Кстати, а ты почему не ешь?
Мне было неловко признаться ему, что я вспомнила про свою диету уже после того, как принесли «Цезарь». Поэтому, замявшись, я ответила:
 — Я не голодна…
 — Ну, от десерта ты точно не сможешь отказаться, — соблазнительно улыбнулся он, толкая меня на скользкую дорожку нарушения диеты. Я попыталась отказаться, но сладкоежка внутри меня заявила, что я обязана съесть тортик в день рождения своего лучшего друга. И я сдалась.
 — Два тирамису, пожалуйста, — таков был мой приговор, вынесенный в присутствии официантки. Это был мой любимый десерт, и дьявол-искуситель про это прекрасно знал.
А когда его принесли, он спросил, как протекает моя семейная жизнь. Я вздохнула и, несмотря на всю накопленную горечь, выдавила «нормально». Не хотелось выглядеть полной неудачницей на фоне его успеха.
Поэтому я решила утешиться изумительным по вкусу десертом.
 — А с работой как? — поинтересовался мой удачливый друг.
 — Никак, — вздохнула я. Ситуация с работой была еще хуже, чем с мужем. На прежнем месте меня уже никто не ждал, а на новое брать молодую мамашу с двумя маленькими детьми никто не хотел. Хотя нельзя сказать, что я усердно занималась поисками.
 — А не хочешь у меня в компании поработать? — задумчиво прищурив глаза, спросил Паша.
 — Я? У тебя? Вам нужен экономист?
 — Не совсем. Мне нужен личный ассистент.
Я удивленно моргнула, а он продолжил:
 — Я уже давно думал взять себе помощника, но не мог найти достойной кандидатуры. Да и брать незнакомца с улицы и сразу давать доступ к личным данным как-то не хочется.
 — Но я никогда таким не занималась, — возразила, пытаясь сообразить, чем вообще личный ассистент должен заниматься.
 — Уверен, у тебя все получится, — ответил он так, словно я уже согласилась. — Ничего сложного. Просто слушай своего босса и делай все, о чем он попросит.
 — Подожди, — я даже как-то растерялась, — я вряд ли смогу на полный день.
 — Отлично! Работы немного, половины дня хватит.
 — Ну, я даже не знаю…
 — Давай так. Завтра я за тобой заеду. Покажу компанию и расскажу подробно, что нужно делать. Хорошо? — решительным тоном разогнали мои сомнения.
 — Ладно, — сдалась я. В тот момент я подумала, что это внезапное предложение станет тем самым выходом, который я искала. Я надеялась, что работа поможет мне побороть ревность и наладить отношения с мужем. Как же сильно я тогда ошибалась…

Глава 2

— Доброе утро. Я уже внизу, — бодрый голос Паши поверг меня в панику.
— Уже спускаюсь, — быстро ответила я и отключилась.
Пунктуальность, черта, которой должен обладать любой личный ассистент — может быть смело вычеркнута из списка моих личных качеств. С маленьким ребенком вообще сложно быть пунктуальным, а с двумя — тем более.
Так. Еще раз придирчиво посмотрела на себя в зеркало. Что-то мне не нравилось, а что именно, понять не могла. Светло-бежевая шифоновая блузка свободного кроя, заправленная в юбку-колокольчик коричневого цвета, смотрелась неплохо. Но выбирать в любом случае не приходилось — как ни прискорбно, это была единственная деловая одежда, в которую я смогла влезть. Широкие бедра были тщательно замаскированы, а живот можно было не втягивать. Но что-то все равно было не так. Точно! Прическа. Непослушные светло-каштановые локоны разной степени закрученности создавали некое подобие беспорядка на голове и в образ бизнес-вумен явно не вписывались. Быстро собрала их в высокий хвост и довольно улыбнулась. Вот, так значительно лучше.
Накинула пиджак, взяла Аню в одну руку, Даню в другую и наконец вышла из дома.
В сумке снова завибрировал телефон.
— Марина Анатольевна, — прозвучало почти строго, — мне кажется, вам следует узнать, как я наказываю подчиненных, которые смеют опаздывать и задерживать свое начальство.
— Павел Сергеевич, — ответила в тон ему, — мне кажется, вам сперва следует официально взять этого подчиненного на работу, а потом запугивать.
— Вот так значит? — фыркнул он.
— Именно так.
— Ну что ж. Я возьму тебя…
Связь внезапно прервалась, так как я зашла в лифт. Может, не надо так дерзить своему будущему боссу, еще, не дай бог, передумает. И вообще, пора прекращать злоупотреблять нашей дружбой. Мало того, что опаздываю, так еще и детей в садик попросила подвезти. Хотя нет, подвезти нас он предложил сам. Сказал, что по дороге, а я и не возражала.
Из подъезда вышла преисполненная решимости стать незаменимым и самым пунктуальным ассистентом.
— Привет, — встретил меня мягкий голос, теплые объятия и поцелуй в щеку. На секунду я попала в плен соблазнительно-волнующего аромата его туалетной воды, от которого слегка закружилась голова. — Прекрасно выглядишь. Такая… — он отстранился, внимательно меня разглядывая, — деловая.
— А ты в спортивном костюме, — удивлённо подметила я. Хотя это был не совсем костюм. Серые спортивные штаны и черная толстовка.
— А что не так?
— Директора так не одеваются, — пожала плечами, а он хитро улыбнулся.
— Ну, во-первых, я не директор, а владелец компании, — многозначительно произнес он, — и, во-вторых, у нас нет дресс-кода.
— Понятно, — поджала губы. Мог и раньше сказать, а то я вырядилась. Теперь буду как бельмо на глазу.
— Привет! — подмигнул он и наклонился к моим деткам, которые с подозрением посмотрели на «нового дядю». — Я Паша, а вас как зовут?
Двойняшки оставили вопрос без ответа и спрятались за мою спину.
— Они у меня такие стеснительные, — оправдала я малышей и громким шепотом попросила их поздороваться с дядей Пашей. Они, надув губы и нахмурив брови, просьбу не выполнили, а дядя Паша тем временем выпрямился и направился к своей машине.
— Ух ты! — с восторгом воскликнули дети, когда увидели в руках у того самого подозрительного дяди большую куклу барби и огромного робота на радиоуправлении. А я ошарашенно смотрела на автомобиль, из которого эти подарки достали. Mercedes GLS — точно такой же, как у Димасика Кристины. По её словам, стоит он чуть больше, чем наша квартира. Ничего себе! Сколько же зарабатывают владельцы IT-компаний?
— Это тебе, а это тебе, — Паша вручил игрушки детям, которые уже просто светились от счастья.
— Что нужно сказать? — решила напомнить я о вежливости.
— Я тя люблю! — повисла на пашиной ноге Аня.
— И я! — повис на другой ноге Даня.
— Видишь, твои дети меня любят, — гордо заявил мой щедрый товарищ, а я великодушно промолчала и не стала говорить, что любят они не его, а новые игрушки.
— Поехали, — сняла двойняшек с Пашки и усадила в машину.
 
— А это тебе, — мне протянули айфон последней модели и iPad, — я настроил тебе почту и синхронизировал твой календарь со своим. Ты знаешь, как добавлять события?
— Эм… нет, — замялась я.
— Не страшно. Я покажу тебе в офисе.
— Хоцю мультик! — Аня тут же потянула ручки к моим девайсам.
— И я! — присоединился к хору попрошаек Даня.
Я строго нахмурила брови и собралась напомнить наглецам, как нужно себя вести, но Паша со словами «вот, сейчас» принялся что-то включать. Я, не сдержавшись, улыбнулась. Со стороны это всё выглядело очень мило. Особенно довольные мордашки детишек.
Мы доставили их в садик, а сами направились в офис.
— Так и чем занимается твоя компания? — решила я разузнать побольше о своем будущем месте работы. Вчера после очередной телефонной ссоры с мужем, я пришла к выводу, что эта работа мне просто жизненно необходима. Иначе я сойду с ума от сидения дома, а муж уйдет к другой. Он прав, раньше я не была такой ревнивой. С появлением лишнего веса исчезла уверенность в себе. А работа — это еще один стимул хорошо выглядеть каждый день и наконец похудеть.
 — Разработка компьютерных игр. Наш основной проект Rise of the Dead, — торжественно объявил Паша и взглянул на меня, видимо ожидая реакции типа: «Вау! Да ну, не может быть?! Да ладно?!», но я лишь пожала плечами.
 — «Восстание Мертвых»? Не слышала? — искренне удивился он. — Про эту игру знают даже те, у кого компьютера нет!
 — Прости, всякие стрелялки — это не мое.
 — Это экшн-РПГ, — ответил Паша с такой обидой, словно я вытерла ноги об его одежду. Лишь моё чистосердечное признание, что даже эта аббревиатура ни о чём мне не говорит, заставила его снова улыбнуться и он принялся увлеченно рассказывать мне, какие виды игр вообще существуют и в чём принципиальная разница. Я правда пыталась запомнить все нюансы, но спустя какое-то время просто бросила эти тщетные попытки и на минуту залюбовалась восторженным блеском его глаз, окончательно теряя нить разговора. Удивительно, как этот человек сумел превратить свою одержимость компьютерными играми в прибыльный бизнес.
 
Офис компании компьютерного гения и по совместительству моего друга находился в новом бизнес-центре. Пикнув брелоком у шлагбаума, мы заехали в подземный паркинг и поднялись на лифте на двенадцатый этаж.
Всю дорогу Пашка посматривал на меня с нескрываемым предвкушением, словно ожидая моей реакции. И мое обалдевшее лицо его явно порадовало. Масштабы офиса не просто впечатляли, они поражали своим размером и размахом.
— А сколько у тебя сотрудников? — с интересом рассматривая современный интерьер и проходящих или проезжающих мимо на гироскутерах будущих коллег, спросила я. Прокатиться к пашкиному кабинету на этой штуковине я отказалась по причине высоких каблуков.
— В этом офисе? Человек двести.
— А есть и другие офисы?
— Конечно. В Сингапуре, Гонконге и два в США. Но они гораздо меньше, чем этот.
— Ничего себе! — не сдержала удивлённого вздоха, а он довольно усмехнулся.
Кто бы мог подумать, что игра, которую разработал Пашка, очень быстро станет популярной по всему миру, а компания разрастется до таких огромных размеров!
— Работы столько, что иногда приходится ночевать прямо здесь. И если ты не станешь моим ассистентом, я умру от переутомления, — заявили мне, не оставляя выбора. Ну и как тут было отказать? Моя помощь нужна была во всем, что не касалось разработки. Начиная от мелких личных поручений, заканчивая организацией ежегодных корпоративов. Самой организацией, естественно, занималась не я, а офис-менеджер вместе с HR отделом, но теперь я вместо Паши принимала окончательное решение. Об этом он объявил на ежемесячном собрании, где и представил меня остальным. Я смущалась и краснела, а он не скупился на лестные эпитеты, давая всем понять, что я его правая рука и меня нужно слушаться, холить и лелеять.
— А как же корпоратив в эту пятницу? — неуверенно спросила офис-менеджер. Симпатичная девчушка, которой на вид было лет двадцать. — Мы же почти всё с вами утвердили, осталось только выбрать меню. Вы хотели сегодня поехать со мной в ресторан и всё сами заказать...
Она закусила губу и растерянно приподняла широкие бровки. С таким выражением лица она стала похожа на милого щенка, который просит хозяина его выгулять.
 
— Да, совсем забыл, — великий босс с видом «все от меня чего-то хотят» устало помассировал переносицу. — Теперь этим будет заниматься Марина. У меня нет времени. Хорошо?
Я кивнула, а девчушка горестно вздохнула. Кажется, компания нашего начальника ей была больше по душе.
— На этом все. Если ни у кого вопросов больше нет…
Круглолицый мужчина в очках улыбнулся и поднял руку. Кажется, это был HR-директор. Его имени, как и остальных, Паша не назвал, и вообще, мое представление выглядело так: «Это Марина. Марина — это все».
 — Вопросов нет, но, если можно, я задержу всех еще на пару секунд.
Паша вздохнул, подарив ему кислый взгляд. И когда он успел стать таким нетерпеливым?
 — Прежде всего, Мариночка, добро пожаловать, так сказать, на борт корабля! К сожалению, наш капитан не часто балует нас пополнением в виде таких прелестных красавиц!
Я смущенно улыбнулась, а Паша раздражительно цокнул языком.
 — Она замужем, — произнес он таким тоном, словно это была неизлечимая и очень заразная болезнь.
Любитель делать комплименты сразу сник, а вот офис-менеджер, наоборот, радостно приподняла бровки домиком.
 — Ну, я, собственно, не об этом. Знаю, ты просил подождать до пятницы и не отвлекать тебя от работы, но мы просто не смогли сдержаться. Заноси! — он махнул кому-то рукой и под дружное пение: «С днем рождения тебя» внесли огромный торт. На нем был нарисован тот же монстр, что и у Паши на аватарке. В комнату, счастливо улыбаясь, натолкалась куча народу, желающего поздравить босса и отведать тортика. Судя по улыбке, Паша был доволен сюрпризом.
 — Мы не знали, что подарить человеку, у которого все есть, поэтому решили купить тебе эту большую красивую коробку! — торжественно объявил эйч-ар, а офис-менеджер, краснея от волнения, вручила Паше запакованный подарок и чмокнула в щеку. В ту же секунду крышка у коробки съехала и оттуда высунулась морда маленького пушистого щенка.
 
— Собака?! — не веря собственным глазам, изумился Паша. И это было далеко не восторженное выражение лица.
— Правда, он милый? — девчушка, которая сама была похожа на щенка, достала песика из коробки и прижала к себе.
— Милый, — согласился мой друг, мрачнея всё больше, — только у меня дома даже кактусы засохли. Да у меня элементарно нет времени себя покормить и выгулять! А тут собака!
Вместо того, чтобы проникнуться неизбежной участью бедного животного и посочувствовать, офисные садисты дружно рассмеялись.
— Ничего страшного! Мы всё продумали заранее! Он будет жить здесь, в офисе, — провозгласил эйч-ар и все дружно закивали, — у нас будет график прогулок, на кухне поставим кормушку.
— А на выходные я могу забирать его к себе, — добавила офис-менеджер, проникновенно заглядывая Паше в глаза, — конечно, это ваш пёсик, поэтому, если захотите, вы сможете наведаться к нему в любое время.
«А ещё лучше, сразу переезжайте ко мне жить» — так и говорило её выражение лица.
— Ладно… пусть остаётся, — с неохотой согласился именинник, вызывая у сотрудников дикий восторг. Народ обступил подаренное животное плотным кругом и, жуя торт, начал придумывать ему кличку.
— Такое ощущение, что они себе подарок сделали, — заметила я, подойдя ближе ко всеми забытому виновнику торжества.
— Ага, — кивнул он и посмотрел с явным укором, — а меня опять оставили без подарка.
— Между прочим, мы с тобой договорились, что я исполню одно желание! — ответила, защищаясь, — К тому же, что дарить человеку, у которого всё есть?
— У меня нет тебя… — сказал он тихо и, откашлявшись, добавил с абсолютно серьёзным видом, — Марина Анатольевна, согласитесь ли вы стать моим личным ассистентом?
— О боже, это прозвучало, как предложение руки и сердца, — хохотнула я.
— Я могу встать на одно колено, если хочешь.
— Не надо, — остановила его попытку опуститься, опасаясь, что его шутку неправильно поймут, — я согласна. Надо же кому-то тебя кормить и выгуливать.
— А ещё чесать за ушком, — промурлыкал, словно кот, Пашка.
— И гладить животик.
— М-м… да, животик нуждается в особом внимании, — мне вдруг показалось, что его голос приобрел какие-то интимные нотки, унося беседу в не то русло. Но прежде, чем я успела об этом подумать, раздался испуганный возглас сотрудников и дрожащий голос офис-менеджера:
— Ой! Я сейчас всё уберу!
 Упс.
Похоже, кое-кто сделал лужу, и Паша был явно этому не рад. Избегая гнева начальства, народ быстренько разбежался по своим делам, офис-менеджер осталась ликвидировать последствия под угрожающим взглядом, а я, ободряюще хлопнув Пашку по плечу, отправилась в отдел кадров, именуемый здесь не иначе как «HR».
Любвеобильного начальника отдела на месте не оказалось, а HR-менеджер, брюнетка с ровным коротким каре и в блузке в мелкую клетку, от которой рябило в глаза, строго спросила:
— А вы, собственно, кто?
— Я? Марина. Марина Кузнецова. Личный ассистент Паши. То есть Павла Сергеевича.
— Личный ассистент? У нас не было такой вакансии.
— Вакансии не было, а ассистент есть, — весело проговорил Казанова в очках, вовремя появившись на пороге своего кабинета, — давай, Катюш, меньше глупых вопросов, больше дела. Подготовь договор и всё что необходимо.
— Но, Андрей Викторович…
— Давай-давай, — перебил слабые попытки возразить начальник и передал мои документы удивлённо хлопающей глазами Катюше. И пока она, подозрительно поглядывая на меня, делала свою работу, Андрей успел перейти на ты, рассказать последние слухи, втереться в доверие и расспросить, откуда я знаю владельца компании. Естественно, всех подробностей я не рассказывала и старалась больше слушать, чем говорить.
— Готово. Осталось только уровень заработной платы указать, — сухо отрапортовала Катя, и Андрей, вежливо извинившись, пристроился за спиной своей подчиненной, подтягивая к себе клавиатуру и отбирая мышку. Такая наглая близость ничуть не смутила брюнетку, но вот когда начальник набрал необходимые цифры, она чуть челюсть не потеряла.
Признаюсь, меня такая реакция весьма заинтриговала. Тему оплаты мы с Пашей так и не обсудили, и я ожидала что-то чисто символическое. Но никак не сумму, превышающую зарплату моего мужа почти в два раза.
— Это не включая бонусы и оплату за переработку, — вставил Андрей, замечая моё замешательство.
— Ясно, — ответила с каменным лицом, изучая и подписывая остальные документы. Соразмерность оплаты своего труда лучше обсудить с щедрым владельцем, а не с его подчиненным. Когда с бумагами было покончено, с меня сняли отпечатки для пропускной системы и отпустили.
 

Глава 3

Немного побродив по офису, я наконец отыскала дорогу назад к пашиному кабинету. Но только взялась за ручку, как дверь резко распахнулась, и я повалилась вперёд. В ту же секунду меня подхватили за локти, удерживая в вертикальном положении.
— О! А я уже собрался идти тебя искать! Всё в порядке?
— Да… — неуверенно проговорила, ощущая, как большие тёплые ладони по-прежнему сжимают мои руки, заставляя забыть мысль, которая крутилась в голове. — То есть, нет. Моя зарплата…
Я отстранилась, позволяя ему выйти из кабинета, а себе перевести дыхание.
— Мало? Скажи, сколько ты хочешь, и я...
— Нет! Слишком много! Мы же договаривались на полдня…
— А, — выдохнул Паша, снова подхватывая меня под локоть и уводя по коридору. — Это не много. Все личные ассистенты получают столько. Так что это даже мало, с учётом всего, что ты будешь для меня делать.
— И что же я должна делать? — за такие деньги и представить страшно.
— Всё! Начнем с того, что ты запишешь мое расписание, — быстро шагая по коридору, он протянул мой iPad, оставленный в его кабинете. Я едва поспевала за его широкими шагами, семеня на своих каблуках. — С десяти до одиннадцати — спортзал. Затем совещание по скайпу с программистами из офиса в Сингапуре. Пока я буду занят, ты рассортируешь мою почту. Обед, обычно, с двенадцати.
Мы «добежали» до лифта и он, приобняв меня за талию, буквально втолкнул в уже закрывающиеся двери.
— Записала? — нависая надо мной, тихо спросил он.
— Ку… куда? — мой хриплый голос с трудом прорезался сквозь тяжелое дыхание после марафона по коридору. Сердце колотилось, отдаваясь гулкими ударами в горле, и мне вдруг показалось, что пространства, как и воздуха, катастрофически стало не хватать. В лифте мы оказались совершенно одни, но Паша стоял так близко, словно в переполненном автобусе в час пик.
— Сюда, — он медленно провёл пальцем по планшету, который я прижимала к груди. Невольно вздрогнула, словно он коснулся обнаженной кожи.
— Сейчас блокнот достану, — засуетилась я, слабо соображая как вообще можно что-либо записать в ту штуку. Руки почему-то задрожали, сумка съехала с плеча, а ручка выскользнула и упала на пол. Чертыхаясь, я ринулась ее поднимать, опускаясь на колени. Мой новоиспеченный начальник и не думал помогать. Даже с места не двинулся. Так и продолжал стоять истуканом, пока я в порыве дотянутся до убежавшей ручки не уперлась лбом в его штанину. Судорожный тяжелый выдох и на мою макушку опустилась его рука, заставляя поднять голову.
— Киселёва, — его голос прозвучал на удивление устрашающе, а голубые глаза показались практически чёрными в тусклом освещении лифта, — если ты сейчас же не поднимешься, я за себя не ручаюсь.
Я резко выпрямилась. Это что за наезд?
— На дворе двадцать первый век, оставь свою бумагу в средневековье. У тебя есть блокнот здесь, — умник отобрал у меня iPad, — вот смотри, заходишь сюда, выбираешь это, жмешь на картинку…
— Знаешь что, Саратов, не надо со мной, как с бабулей разговаривать! — разозлилась я. Ишь ты, средневековье его не устраивает! — Мне удобно записать в блокнот, значит, буду записывать туда!
— Да ты же время себе сэкономишь! Смотри!
И любитель инноваций принялся объяснять, как потом расписание можно загрузить в календарь, чтобы оно отображалось ежедневно. А затем просто вносить правки и добавлять события, исходя из текущих задач. К тому же наши календари были синхронизированы, и пашино расписание автоматически отображалось и у него. Поэтому я вынуждена была признать победу технологий и пробурчала «Ну ладно».
 
Фитнес клуб, в который мы, оказывается, и направлялись, находился в том же бизнес центре, но только на первом этаже.
Одна из девушек на ресепшене лучезарно улыбнулась, приветствуя Пашу, а я скромно присела на диванчик. О чем они говорили было не слышно, но девушка кивнула и посмотрела на меня. Сложно сказать, что выражал ее взгляд, но кажется, там промелькнула зависть.
Махнув на прощание рукой, Пашка направился улучшать свою и так идеальную фигуру, а девушка вышла из-за стойки ресепшена и направилась ко мне. Она вежливо поздоровалась и предложила провести небольшую экскурсию по фитнес клубу. Меня одолевало любопытство и желание посмотреть на элитный клуб изнутри, и так как свободного времени у меня было предостаточно, я согласилась. Девушка записала мои данные, выдала бахилы и мы отправились в мир подтянутых поп и накаченных бицепсов.
В наличии у «Фит Лайфа» имелся тренажерный и кардио зал, несколько залов для групповых занятий, бассейн и сауна. Все хорошо продумано: компактно и в то же время достаточно места. Завершив кружок, мы снова вернулись в основной зал и, поблагодарив девушку за потраченное время, я направилась к своему боссу. Заметив меня, Пашка сошел с беговой дорожки и, задирая футболку, вытер ею пот с лица.
 — Ну как? — тяжело дыша, спросил он.
 — Шикарно, — пробормотала, не сразу понимая, что он спрашивает про фитнес клуб, а не про свой идеальный пресс.
 — Мне тоже тут нравится! А самое главное, очень удобно, не нужно тратить время на дорогу, — улыбнулся Паша, — Так что не забудь завтра взять форму.
 — Форму? Какую форму?
 — Спортивную. И купальник можешь взять, если в бассейн захочешь пойти. Полотенца и халаты там выдают.
 — Ты что, купил мне абонемент? — наконец догадалась я. Вот почему та девушка на меня так поглядывала. Ещё бы! Боюсь даже представить, сколько может стоить посещение клуба такого уровня! — Паша, это уже слишком!
 — Что слишком? — не понял он.
 — Это! — обвела рукой тренажеры. — Сперва немыслимо высокая зарплата, теперь абонемент…
 — Марин, — он нетерпеливо перебил меня, и в его голосе внезапно появилось раздражение, словно я не понимаю очевидных вещей, — во-первых, ты мой личный ассистент, а значит должна везде меня сопровождать. Во-вторых, мне скучно заниматься одному. И в-третьих, все сотрудники моей компании получают абонемент на посещение фитнес клуба.
 — Все?! — изумилась я. И как он ещё не разорился?
 — Все, кто проработал на меня больше трёх лет, — невозмутимо поправил он. — А тебя я знаю гораздо больше.
 — Но…
 — Никаких возражений, — категорично отрезал он, и я поняла, что с начальством спорить невозможно. А ещё он пожаловался, что я отнимаю его драгоценное время глупыми спорами и отправил меня работать на диванчик.
 
Я присела, провожая завистливым взглядом стройную девушку в коротких спортивных шортах. Вернее взглядом я проводила её упругую попу. Интересно, если усиленно заниматься каждый день, у меня будет такая же?
Внезапная догадка пронзила сознание, заставляя в ужасе вздрогнуть. Точно! И как я сразу не поняла? Пашка ведь не просто так мне абонемент купил!
Я — жирная!
Он не мог не заметить, как сильно я растолстела с универа! И как настоящий друг, решил не унижать мою самооценку жестокой правдой, а молча и тактично вручить абонемент. Это как зубную щётку подарить тому, у кого изо рта попахивает. Ровно на секунду я почувствовала себя раздавленной, но потом встряхнула головой, прогоняя грусть. Кристина ведь постоянно меня критикует, открыто и в лицо, прямо и без утайки говорит, что я «унылая мамаша» и я на неё вовсе не обижаюсь. И на Пашу не должна. Наоборот, такому хорошему другу спасибо сказать надо. Хотя, что ему моя благодарность? В карман не положишь и на хлеб не намажешь. Нужно выразить свою признательность делом. Вот лучше организую ему самый классный корпоратив или чего-нибудь ещё полезного сделаю.
Перед тем, как ехать в ресторан и утверждать меню, я решила изучить всю информацию касательно запланированного мероприятия. Порывшись в пашиной электронной почте, в которой мне ещё предстояло навести порядок, я отыскала все письма от офис-менеджера и собрала их в отдельную папку. Про себя я отметила, что девушку-широкие-бровки зовут Оля, и что в почте творится полный кавардак. Многие письма с пометкой «очень важно» оставались неотвеченными. А несколько писем с просьбами утвердить бюджет, годовое повышение зарплат и какие-то новшества в офисе вовсе висели непрочитанными. Понятно, что, как и все гениальные люди, мой новый босс был склонен к творческому беспорядку, но, похоже, это начинало вредить его работе. Андрей упоминал, что его взяли для решения проблем с коммуникацией, но то, что главный нарушитель порядка — это основатель компании, тактично умолчал.
Попытавшись навести порядок в этом завале писем, сразу почувствовала себя золушкой. Но беда в том, что я понятия не имела, где чечевица, где горох, в смысле, какое письмо к какой папке отнести. Быстро осознав, что мои действия могут лишь усугубить ситуацию, я решила подождать, пока Паша освободится и уточнить некоторые моменты с ним.
Я увлеклась работой настолько, что не сразу заметила, как в сумке уже долгое время вибрировал телефон. Опять муж звонил. Вчера, выясняя отношения, он не стал слушать мои претензии, а грубо ответил «Не мешай! Я на работе!» и это почти в девять вечера. А я, обозвав его на прощание кобелем, бросила трубку. Перезванивать и уверять меня в обратном он не стал, но вот за последние пятнадцать минут позвонил целых семь раз. На восьмой вызов я соизволила ответить.
— Марина, ты где?
— А ты где? — безразлично поинтересовалась. Неужели вернулся? Говорил же, вечером только приедет.
— Дома, а тебя нет…
— Я на работе. Не мешай, — перебила, имитируя его вчерашний грубый тон и сбросила вызов.
Ха!
Вот бы сейчас посмотреть на его лицо!
Его шок продлился недолго, ровно через пару секунд он начал перезванивать. Проигнорировав три звонка, я наконец ответила.
— Да.
— Марина, какая ещё работа? Ты что, вернулась в банк?
— Нет, — там меня, несмотря на все заслуги, никто уже не ждал. — У меня новая работа.
— Как это новая работа? А… Э… — кажется я застала его врасплох. — А почему ты мне ничего не сказала?
Молчу.
— Как ты вообще могла согласится, даже со мной не посоветовавшись? Я думал, такие решения принимаются совместно! — его укоры я стерпеть не могла.
— А ты со мной советовался, уезжая в командировку на три дня? Или когда на всю ночь ушел гулять? Почему я обо всём должна докладывать?
— Потому что ты моя жена! А я твой муж! Спешил побыстрее вернуться, и, между прочим, приехал голодный! А дома, оказывается, меня уже никто не ждёт!
О, Господи, боже мой!
— Суп и котлеты в холодильнике. Я буду поздно!
Рыкнув, я кинула трубку, выключила телефон и откинулась на диван. Глубоко вдохнула и выдохнула, с опаской посматривая по сторонам. Надеюсь, я не сильно кричала по телефону.
Но как же надоело молчать! А скандалить надоело ещё больше! «Буду поздно» — усмехнулась собственным словам. Конечно. Заберу детей из садика и в четыре уже вернусь. А он, наверное, как всегда, пользуясь случаем, уйдёт гулять со своим Жекой. Или ещё с кем-нибудь.

Глава 4

Ресторан «Венеция», в котором планировали проводить корпоратив, находился недалеко от офиса. Белое здание с колоннами, приятная изысканная атмосфера внутри, симпатичный дизайн в гламурном стиле и журчащий фонтан с рыбками по центру зала. Всё неплохо, но ЦЕНЫ! Я листала меню, не веря собственным глазам.
— И почему Паша выбрал именно этот ресторан? — спросила я Олю, которая, хмуря бровки, что-то тщательно высматривала у себя в телефоне.
— Эм… он близко к офису. Тут красиво. И тут самые вкусные стейки, — ещё бы! И готовят их, судя по всему, из золотых слитков.
— А где администратор? — спросила я, в который раз поглядывая на часы. Ждали мы её уже минимум полчаса! Такое отношение к клиентам, которые собираются потратить уйму денег, было возмутительным!
— Обещала скоро быть, — ответила Оля, на секундочку оторвавшись от экрана своего смартфона. Её безразличие меня просто убивало. Хорошо, что Пашка с нами не поехал! С его катастрофической нехваткой времени, просто сидеть и ждать! Представить страшно!
— Добрый день! Прошу прощения за опоздание, — за наш столик присела ухоженная блондинка с идеально ровными волосами в элегантном сером деловом костюме. При каждом движении вырез узкого пиджака расходился, являя взору пару симметрично правильных круглых грудей. Силикон, не иначе. Она раскрыла ноутбук и мило улыбнулась. — Как вы и просили, я подготовила пример меню на ваш вечер. С расчетом семьсот грамм еды на человека. Я так понимаю, Павел будет позже?
— Его не будет, — холодным тоном ответила я. Так и хотелось сказать, что он уехал, так вас и не дождавшись, но вместо этого я по-деловому протянула ей руку, — Марина. Его личный ассистент. Все вопросы касательно корпоратива теперь решаю я.
Блондинка удивленно моргнула, мельком бросила взгляд на Олю и, пробормотав «Вот как», неуверенно протянула мне руку.
Странная реакция, подумалось мне, но больше меня удивило не это.
— А у вас нет банкетного меню? — спросила я, ошарашенно вглядываясь в итоговую сумму. Но она не уменьшалась, пугая своим нереальным размером. Цены на еду и алкоголь были такими же, как и в меню. Никаких скидок. Ничего.
— Мы обычно не обслуживаем банкеты, — ответила администратор. Еще бы. Кто же захочет разорится добровольно.
— А как насчет скидки?
— Мы и так пошли к вам навстречу, закрывая весь ресторан только под вас. К тому же вам не нужно доплачивать за нашего ди-джея и музыкантов.
Ничего себе! Неслыханная щедрость! А обычно они за музыку деньги с посетителей собирают? Высокомерие этой блондинки жутко раздражало. Пусть я одета намного проще и выгляжу не как порно звезда, но это еще не дает ей права так на меня смотреть и говорить со мной таким тоном. И вообще, после «разговора» с мужем у меня так и чесались руки кому-нибудь настучать по голове.
— А сколько у вас посадочных мест? — даже на глаз было видно, что места не так много.
— Сто пятьдесят.
— А у нас двести сотрудников!
— В прошлый раз мы обсудили это с Павлом. Часть столов мы уберем, чтобы сделать танцпол, закуски и напитки разместим на специальных стойках. Присесть можно будет за столик, либо на диван в лаунж-зоне. Или вас чем-то не устраивает фуршет?
Вопрос был задан таким тоном, словно я ничего не смыслю в организации вечеринок.
— Меня не устраивает ваше отношение к клиенту. Не знаю, какую прибыль вам приносит вечер пятницы, но явно меньше, чем наш корпоратив. И с вашей стороны следовало бы предложить нам что-то более существенное, чем ди-джей, который и так должен играть в этот вечер. Нам нужна скидка пятьдесят процентов и возможность принести алкоголь с собой.
Администратор поперхнулась воздухом от моей наглости.
— Максимальная скидка, которую я могу вам дать, это пять процентов, — ответила она твердо, — и, согласно правилам, свое приносить нельзя. Мы гарантируем качество наших продуктов и не можем нести ответственность за ваши.
Я фыркнула. Алкоголь, купленный в том же магазине, у них становится качественней, после того, как они накручивают его цену в десять раз.
— Я понимаю, — снисходительно улыбнулась, складывая руки на груди, — у вас недостаточно полномочий, чтобы принять такое решение самостоятельно. Позовите вашего директора, я поговорю с ним.
— Он занят! — кажется, администратора задело то, что ей указали ее место.
— Ну что ж. Если ваш ресторан не может уделить время крупному клиенту, то нам не о чем с вами разговаривать. Всего доброго! — с шумом отодвигая мягкий стул, я демонстративно поднялась.
 
Мисс Силикон в ужасе захлопала длинными ресницами, осознавая, что крупная рыбка вот-вот сорвется с крючка.
— Но мы не можем уйти! А как же корпоратив? — воскликнула Оля, хватая меня за рукав. Ее широкая бровь беспокойно задергалась, срывая мой план. Неужели она не поняла, что я блефую?! — Павел Сергеевич выбрал этот ресторан, и я уже рассылку всем сделала! Пять процентов хорошая скидка!
Мне захотелось ее пнуть, но вместо этого я одернула руку и посмотрела на администратора. Блондинка явно успокоилась и скривила пухлые губы в нахальной усмешке.
— Мы можем потратить вдвое меньше денег и заказать вдвое больше еды и выпивки. Не вижу смысла переплачивать за пафос, если здесь будет только наша компания. Фонтан с рыбками того не стоит, — я произнесла это глядя прямо администратору в глаза, а затем посмотрела на Олю и добавила, — уверена, Павел Сергеевич со мной согласится. А составить новое письмо можно за минуту. Пошли.
Широкие бровки на лице офис-менеджера удивлённо приподнялись.
— Может, лучше позвонить и уточн…
— Нет! Мы больше не будем тратить на это ни свое время, ни время Павла Сергеевича! — возможно, мой голос прозвучал резко, но она сама виновата, что испортила мою игру. Теперь я не шутила. Я была готова уйти. Ведь на одном этом ресторане свет не сошелся. — Надеюсь, у вас не будет проблем с начальством из-за того, что вы его вовремя не позвали.
Это я сказала уже блондинке, которая вдруг засуетилась и начала доставать телефон.
— Подождите, пожалуйста, минуточку, я сейчас ему позвоню.
— Не нужно. — отрезала я, нарочно медленно натягивая пиджак.
— Алексей Витальевич, спуститесь в зал, пожалуйста! Очень срочно! С вами насчет пятницы хотят поговорить!
Бесконечно надевать пиджак невозможно, поэтому я накинула сумку на плечо, изображая полную незаинтересованность и неспешным, но уверенным шагом направилась на выход.
— Пожалуйста, присядьте, — блондинка перегородила мне дорогу, — позвольте предложить вам кофе или чай. За счёт заведения.
О как мы заговорили.
— Алексей Витальевич сейчас подойдет, он уже спускается, — заюлила администратор. От того, как изменилось её поведение, стало противно и смешно.
— Американо с молоком, — снизошла я и снова присела за столик.
— И чай, — тут же нашлась Оля. Надеюсь, у нее хватит ума молчать и не встревать в переговоры.
Директор ресторана, несмотря на внешнюю схожесть с Карабасом-Барабасом был намного вежливее администратора. Он посмотрел меню, выслушал мою просьбу о скидке в пятьдесят процентов и свой алкоголь, задумчиво погладил бороду, затем откинулся на спинку мягкого стула и сложил руки в замок.
— Вы же понимаете, я не могу предоставить вам такую огромную скидку.
— Хорошо. Какое будет ваше предложение?
Если он скажет пять процентов, я выплесну ему кофе прямо в лицо.
— Пятнадцать на всё меню.
— Тридцать и свой алкоголь, — решила поторговаться.
— Простите, но нет. Наш шеф-повар — из Италии, он известен по всему миру. Учитывая зарплату, которую он получает, я не могу так сильно снизить цену. И я не могу разрешить вам свои напитки, так как в случае отравления или жалоб, репутация нашего ресторана может пострадать. Двадцать — моё последнее слово.
— Хорошо. Тогда моё последнее слово такое: на все напитки из меню я хочу, чтобы вы поставили цены, приближенные к рыночным. А на сырное, мясное и фруктовое ассорти сделали скидку тридцать процентов. Чтобы нарезать колбасу, не обязательно ведь быть итальянцем?
Карабас-барабас рассмеялся, а затем, почесав бороду, набрал что-то на ноутбуке.
— Такие цифры вас устроят?
Другое дело!
— С вами приятно иметь дело, — улыбнулась я, радуясь своей победе.
— К сожалению, не могу сказать о вас того же. Вы лишили нас половины прибыли, — ответил директор. Из-за бороды не было видно, улыбается он, или нет. — Кстати, я бы порекомендовал вам немного изменить меню. Слышал, у вас в коллективе преимущественно мужчины. Семьсот грамм это маловато.
Судя по круглому животу, судил он по себе, но доля правды в его словах была.
После небольших изменений и согласований, мы наконец пожали руки, внесли предоплату и пешком вернулись в офис.
Мне не терпелось поскорее рассказать Пашке о своем пусть и небольшом, но достижении. Но видимо, кому-то хотелось этого ещё больше.
Обгоняя меня на пороге, Оля первая впорхнула в кабинет.
— Павел Сергеевич! Угадайте что? Мы выбили скидку целых двадцать процентов и алкоголь по цене, как в магазине!
— Да ну?! — удивился Пашка.
Я тоже ошарашено моргнула. Какое нафиг «МЫ»?!
А широкие бровки тем временем взахлёб хвасталась, как МЫ потребовали директора, как настояли на своём и какие МЫ в общем-то молодцы! Я настолько поразилась её наглости, что даже и слова не смогла вставить. Да и выкрикивать «Это всё я! Я! САМА договорилась! А она чуть всё не испортила!» было по-детски глупо. В конце концов, она ведь не все заслуги себе приписала. Сказала мы, а не я. Номинально она присутствовала. Так что… Да и главное ведь результат. Пашка доволен. Прямо светится от счастья. Говорит: «Хорошая работа!» и улыбается этой воровке чужих достижений. А она под его тёплым взглядом растекается розовой лужицей, в которой плавают широкие бровки. А я стою и почему-то злюсь! Мне так хотелось показать Паше, что он не зря в меня поверил! Что не ошибся, взяв на работу!
Но, видимо, ей его внимание и одобрение нужно больше. Чего только не сделает женщина ради любви. А я ведь надеялась, что мы с ней подружимся. Но от таких подруженек лучше держаться подальше.
— Марин, ты обедала? — голос Паши вырвал меня из раздумий.
— Нет.
— Я тоже ещё не успел. Оль, сходи вниз, возьми мне как обычно. А ты, Марин, что будешь?
— Ну… эм… — я как-то растерялась. Мозг отчаянно подсказывал кефир и яблоки. А желудок требовал мяса с гарниром и чего-то на десерт. — У меня с собой. Не нужно.
Оля, кивнув, выпорхнула из кабинета, а Паша жестом попросил присесть рядом. Я подкатила стул на колёсиках, и он принялся объяснять и показывать, что нужно сделать с его почтой, а я все думала, не зря ли я промолчала. Может, следовало заткнуть эту бровястую малявку и забрать заслуженные лавры себе.
— Эй! — Паша легонько ткнул меня пальцем в бок. — Ты меня слушаешь?
— Да… прости, немного задумалась, — пробормотала, пытаясь сконцентрировать все внимание на экране.
— Так. Что случилось? — мой стул резко развернули и я оказалась лицом к лицу к своему начальнику.
— Все нормально, — попыталась вернуться на место, но он не дал, продолжая сверлить меня голубыми глазами.
— Киселева. Рассказывай. Я же вижу, что ты какая-то грустная.
— Я не грустная. И не Киселева уже, — отвернулась от настырного взгляда.
— Говори! А не то защекочу до смерти!
Пф! Насмешил! Я щекотки не боюсь, но и в партизанов играть не хотелось. Он всё равно не отстанет.
— Ты же в курсе, что нравишься Оле? — решила перевести разговор в другое русло. Говорить на тему «Мои таланты остались незамеченными» не было желания.
Пашка сперва нахмурился, а потом заулыбался. Хитро так.
— Серьёзно? И ты из-за этого расстроилась? Ревнуешь меня, да?
— Нет! — я вспыхнула всеми цветами радуги. — При чём здесь это? Просто, если бы не я, скидки бы не было! И пока я решала все вопросы, твоя Оля молча пила чай!
Пашка развеселился ещё больше.
— Во-первых, чего это она моя? А во-вторых, я сразу понял, что это всё ты.
— А зачем же ты её так нахваливал? — на мои возмущения ответили умилительным «Оу»
— Так ты хотела, чтобы я только тебя похвалил? — Пашка слегка наклонил голову набок, мило закусывая губу. — Иди сюда.
Прежде чем я успела что либо сказать, он сграбастал меня в охапку, крепко прижимая к груди.
— Моя ты умничка, — приговаривал он, поглаживая меня по волосам, а я возмущенно пыхтела, но вырваться было невозможно, — что бы я без тебя делал? Молодчиночка моя! Девочка моя хорошая! Выпишу тебе премию! Повышу зарплату…
— Курицы на гриле не было и я...
Дверь в кабинет открылась, и я, вздрогнув, скосила один глаз, замечая как широкие бровки ползут вверх к самой линии волос.
— Спасибо, поставь на стол, — несмотря на мои попытки вырваться, никто и не думал меня отпускать.
— Павел Сергеевич, что вы себе позволяете? Отпустите немедленно! — прорычала я. Ещё немного и начну кусаться.
Хватка моментально ослабла.
— Оль, не подумай ничего такого, — невозмутимо проговорил мой ненормальный босс, заглядывая в поставленный на стол пакет с едой, — это просто мотивирующие объятия. Для тех, кто недостаточно активен. Я бы и тебя обнял, но ты же у нас и так молодец! Тебя не нужно мотивировать! Так что иди и свершай новые подвиги!
— Ага, — невнятно промямлила офис-менеджер и её брови сложились в жалобный треугольник. Вздохнув напоследок, она вышла из кабинета.
— Ты совсем что ли? — моему возмущению не было предела. — Что она о нас подумает?
— Ничего, — Пашка пожал плечами, выкладывая еду себе на стол и наполняя кабинет соблазнительными запахами. — Я знаю её уже полгода, поверь, там нечем думать.
Я лишь фыркнула в ответ.
— После твоей дурацкой выходки с этими мотивирующими объятиями, она вообще работать перестанет.
— Ну тогда я её уволю.
— Ты жестокий!
— Я справедливый! — сказал мой невозмутимый друг. — Где там твоя еда?
Скептически посмотрев на мой кефир и яблоко, он скормил мне почти весь свой салат, угрожая объятиями для поднятия аппетита.
Я хотела поинтересоваться, есть ли у него объятия для снижения веса, но не стала.

Глава 5

Я стояла на пороге детского сада и тупо смотрела на воспитательницу. Смысл её слов почему-то сразу до меня не дошел, и я переспросила ещё раз:
— Что?
— Ваш муж забрал Данила и Анечку, — громко, внятно и медленно повторила Галина Ивановна. Представляю, как сейчас выгляжу в её глазах: горе-мамаша, которая даже не знает, где её собственные дети.
— Ясно. Спасибо, — пробормотала я и собралась уходить, но в последний момент обернулась: — И как давно?
— Сразу после тихого часа.
— Понятно. До свидания, — я направилась к выходу, растерянно почесывая лоб.
Неожиданно.
Паша ждал меня возле машины и тоже удивился отсутствию детей.
— А где?..
— Муж забрал.
— А почему тебе не сказал?
— А мы вроде как не разговариваем.
Паша заинтересованно выгнул бровь, явно ожидая продолжение.
— Мы поссорились немного, — вздохнула я. Как-то странно это. Взял и сам забрал детей. Может, уже и замки сменил, собрал мои вещи и выставил за дверь? Квартира-то его.
Да нет. Глупости. Не может же он из-за того, что я ему нагрубила по телефону, так поступить. Он, конечно, обидчивый до ужаса, но не до такой же степени. К тому же, он сам грубит мне постоянно, а мне, значит, нельзя?
Паша завёл автомобиль, видимо, понимая, что я не в настроении откровенничать и копаться в деталях своей неудачной семейной жизни.
— Поехали, отвезу тебя домой.
— Нет. Подожди, а как же костюм? — мы как раз собирались заехать после садика в торговый центр недалеко от моего дома и купить ему что-то новое на корпоратив.
— Если хочешь, выберем завтра.
— Вот ещё, опять тратить твоё время! — мне и так было неудобно, что он уехал из офиса раньше. — Поехали.
— Как скажешь. Если тебе вдруг нужны утешительные объятия…
— Спасибо, не надо, — усмехнувшись, фыркнула я.
 
По дороге в торговый центр любитель пообниматься признался, что терпеть не может шопинг. Но, тем не менее, быстро шагая по широкому коридору, он очень внимательно сканировал взглядом витрины магазинов. Внезапно взяв за руку, он потянул меня в какой-то расфуфыренный бутик. То, что там не было мужской одежды, Пашу даже не смутило. Может, я чего-то о нем не знаю?
Неуверенно осмотревшись по сторонам, он смущенно снял с вешалки красное шелковое платье, больше похожее на кусок ткани, которой во время корриды дразнят быка. Посмотрел. Нахмурился, и повесил обратно.
— Тебе какое нравится? — он нетерпеливо прошелся руками по ровному ряду разных нарядов.
— Даже не знаю. В любом из них ты будешь смотреться нелепо.
— Киселева, — Паша раздраженно цокнул языком, — мы сейчас покупаем платье тебе. Или ты думаешь, я шутил про бонус?
— А… да, мне платье не надо, — получилось неуверенно, потому как на самом деле надеть мне было нечего.
— Предпочитаешь получить бонус деньгами? Или хочешь, чтобы я натурой рассчитался? — пошленько улыбнулся и подмигнул мне мой начальник.
— Да никак не надо!
— Надо-надо, — уверенно кивнул сам себе упрямый босс, подзывая жестом девушку-консультанта. — Достижения должны поощряться.
— Ладно. Но с одним условием, иначе я не согласна, — при свидетелях спорить не хотелось.
— Каким?
— Стоимость платья ты вычтешь из моей зарплаты в конце месяца.
— Хорошо-хорошо, потом разберемся, — отмахнулся Пашка и принялся объяснять девушке, что мне нужно самое красивое платье. Меня осмотрели скептическим взглядом и предложили примерить то, что надето на манекене. Несомненно, платье было роскошное, но не для меня.
 — Может, что-то попроще? — задумчиво огляделась в поисках какого-нибудь длинного наряда в греческом стиле.
— А это тебе не нравится? — как-то разочарованно протянул Пашка.
Платье мне нравилось. Даже очень. Обтягивающее до колен, оно расходилось к полу красивыми волнами, открытые плечи и низкое декольте, украшенное мелкими камушками — на худеньком манекене всё это смотрелось идеально.
— Давай начнём с него? А потом померяешь те, которые понравились тебе, а я присяду тут и буду советовать, какое лучше, — вальяжно развалившись на розовом диванчике, он приготовился к представлению. А кто-то говорил, что терпеть не может по магазинам таскаться.
— Ой, к сожалению, остался только 46, — наигранно вздохнула девушка-консультант. — Хм. Я даже не знаю, есть ли у нас платья 52...
— 46 подойдёт, я как раз ношу этот размер! — ага, носила в далёкой молодости. Да я на вид максимум 48! Ладно, 50. Но 52?! Вырвала из рук тощей нахалки вешалку с платьем и потопала к раздевалкам.
 
— Вам помочь? — спустя десять минут послышалось за занавеской. — Там молния сзади, давайте я застегну.
— Не надо! — резко ответила я, — и так понятно.
Понятно, что я ни за что не влезу в это дорогущее платье.
— Маленькое? — ехидно поинтересовалась девушка.
— Нет. Как раз, — нагло соврала, и глазом не моргнув.
— Давай, покажись, — раздался заинтересованный голос Паши и занавеска угрожающе задрожала.
— Нет! Я уже его сняла, — быстро начала натягивать назад свою одежду.
— Почему? — расстроился мой любопытный начальник.
— Маленькое, наверное? — обрадовалась продавщица.
— Платье как раз! — выглянула из-за занавески, злобно сверкнув глазами. — Просто…
Язык не повернулся сказать, что оно мне не понравилось.
— Не хочу… — тихо добавив, вернула товар и снова спряталась в примерочной.
Заправила блузку в юбку и грустно вздохнула. Ну подумаешь, на пару сантиметров не сошлось. Это же не повод вешать нос, это повод заняться собой!
В этом магазине мне больше ничего мерить не хотелось. Пашка тоже не настаивал. И вообще подозрительно притих.
Как только мы вышли из магазина, он внезапно остановился.
— Закрой глаза на секунду, — таинственно потребовал он.
— Зачем?
— Закрой, узнаешь.
Подозрительно нахмурившись, я все-таки выполнила эту странную просьбу.
— Открывай! — торжественно объявили мне, и передо мной возник пакет с тем самым платьем.
— Ничего не говори. Просто возьми и надень его на корпоратив для меня, — пакет всунули мне в руки. — Девушка сказала, что тебя смутила его стоимость, поэтому ты не захотела его покупать. Но это бонус, так что не беспокойся о цене.
Я просто в шоке пялилась на пакет в руке. Паша вроде ж умный мужчина, а развели как ребенка малого. И что теперь мне делать?
«Худеть, худеть, худеть!» — кричал мозг. Ну, ради такого платья и умереть от истощения не жалко. Не возвращать же его обратно.
— Спасибо, — улыбнулся я Паше и он, довольный как слон, зашагал дальше.
— Нам сюда, — в этот раз за руку потянула его я. Бутик с красивым названием Renzo Rinaldi пустовал, и одиноко стоящая девушка-консультант, скучающая от безделья, явно обрадовалась нашему приходу. Она начала бегать и суетиться, предлагая всевозможные модели и фасоны, а Паша стоял с таким кислым лицом, словно он ребенок, которого заставляют съесть манную кашу.
— Может, этот костюм синего цвета и светло-голубая рубашка? — предложила я и мой капризный босс согласно кивнул.
— Берем. Заверните.
— Вы даже не примерите? — удивилась девушка.
— Времени нет, — сухо отрезал Пашка.
— Давай. Попробуй, вдруг не подойдет, — я присела на серый пуф. — А я тут посижу, буду советовать.
На меня бросили прищуренный взгляд с легкой обидой и отправились переодеваться.
Спустя пару минут, я услышала восторженное:
— Ой! Как вам идет!
Оторвав свой взгляд от планшета, я и сама раскрыла рот от восхищения. Костюм и Паша были созданы друг для друга. Идеально, гармонично, элегантно — пожалуй, так можно было описать то, как выглядел мой друг.
— Даже не знаю. Кажется, рубашка маловата, — он снял легкий пиджак и, сгибая-разгибая руки, продемонстрировал, как плотно натягивается ткань на дутых мышцах.
— Сейчас дам другую, — глотая слюни, метнулась к полке девушка.
Паша бегло расстегнул пуговицы и снял с себя рубашку, совершенно никого не стесняясь. Ни обалдевшую и застывшую на месте девушку, ни меня, смущенно спрятавшую взгляд. Хотя кому я вру. Я тоже бессовестно пялилась.
— Девушка, вы хотели дать мне рубашку, — напомнил о себе обладатель идеального торса. Хотя о нем никто и не забывал. Но глядя на гладкую кожу, рельефные мышцы и легкий загар, можно было забыть обо всем на свете.
Смутившись, девушка протянула одежду, с сожалением наблюдая, как красивое тело прячется под светло-голубую ткань.
— Да. Так лучше, — проговорил Паша, — заверните.
К превеликому разочарованию зрителей, раздевался он уже в примерочной.
 
Довольный покупками и тем, что эти покупки заняли немного времени, мой босс подвез меня домой. Поблагодарив за чудесный рабочий день, он высадил меня у подъезда и уехал.
Поглядывая на часы, я поднималась в лифте, стараясь не думать об очередном скандале, который меня ждет.
Но я ошиблась. Дома меня ждал букет цветов, тортик, разогретый ужин и муж, сложивший руки на груди с видом «давай, оправдывайся». Но я и не собиралась. Чмокнув детишек, счастливо прыгающих вокруг папашки, сняла туфли и направилась в ванную, руки мыть.
— Ты ничего не хочешь мне сказать? — поплелся за мной проигнорированный муж.
Я молча пожала плечами, старательно намыливая ладони. Пока не извинится, разговаривать с ним не буду!
— То есть, это нормально, да? Я вернулся пораньше. Хотел сделать сюрприз. Соскучился, а ты непонятно где, трубки бросаешь! Объясни, что происходит! И вообще, кто такой этот дядя Паша и почему он дарит нашим детям игрушки?
Я закрыла кран и шумно выдохнула.
— Просто коллега по работе. Ты же так обычно отвечаешь? — зашипела я. Эх. А ведь надеялась обойтись без нервотрепки. — Когда ты шляешься неизвестно где и с кем, бросаешь трубку, отключаешь телефон — то это, по-твоему, в порядке вещей?
Серые глаза полыхнули гневом. Ой. Сейчас начнётся.
— Мам, — меня потянули за край юбки маленькие ручки, отвлекая от ссоры.
— Не кичите, — серьёзно добавил Даня, теребя папку за штанину, и детки сделали такие мордашки, что злоба как-то сама куда-то ушла и захотелось затискать малышей. Мы с мужем как по команде подхватили их на руки, посмотрели друг на друга и… улыбнулись.
— В самом деле, чего мы ссоримся? — обнимая сына, Сашка таял, словно айсберг. — У нас ужин остывает.
— Мы шдали маму, — поцеловала меня в щёчку Аня.
— Я тебе цветы купил и всяких вкусняшек, — подмигнул муж. — Пойдём, расскажешь, что там у тебя за работа такая новая.
Пора бы привыкнуть, что Сашка почти никогда не просит прощения. Такой уж он человек. Что поделать.
— Помнишь Пашу Саратова? Одноклассник мой, с которым мы ещё в одном университете учились? — накрывая на стол, рассказывала я.
— А-а-а, тот худобырь очкастый?
— Нет. Со зрением у него всё в порядке, — даже обидно стало, что муж так неуважительно о моих друзьях говорит. Видел бы он, какой пресс сейчас у этого «худобыря». — И у него своя компания по разработке игр.
— Да? — удивился Сашка. — Ничего себе, как поднялся человек, а в универе задрот задротом был.
— Он всегда был нормальным, — поджала губы, защищая друга.
— Ага. Таскался вечно за тобой, будто других друзей не было, — я никогда не рассказывала мужу про чувства Паши. Тогда мне казалось, это может чем-то обидеть Сашу, ведь он всегда был такой ранимый, чуть что, сразу обижался. Мог не звонить несколько дней, пока я сама не бежала к нему с извинениями. Грустно осознавать, что о моих чувствах он так не заботился.
— Так вот, он предложил мне работу ассистента.
— Это что-то типа секретарши? Кофе-чай подносить? Марина, оно тебе надо? Ты ради этого училась пять лет в университете? Да и зарплата там мизерная. Будешь за копейки у кого-то на побегушках. А детьми кто будет заниматься? Вот, головой не подумаешь, с мужем не посоветуешься и принимаешь потом глупые решения.
— Работа на неполный день, зарплата хорошая и ассистент кофе-чай не подносит, — по крайней мере я не подносила. Даже за обедом Паша Олю отправил.
— И сколько?
Я назвала цифру значительно меньше реальной. Раза в три.
— Ого! И это за неполный день? Слушай, а менеджеры ему там не нужны?
— Вряд ли, — покачала головой.
— Жалко. Но ты спроси всё равно.
Я не стала объяснять мужу, что ни его опыт, ни образование не подойдут. Обидится ведь.
 

Глава 6

Наступил новый рабочий день. Я, напевая песенку, собирала себя и детей. Муж с утра пораньше был отправлен на работу и не путался под ногами. Радуясь отсутствию дресс-кода, надела джинсы и розовый свитерок. Мягкий и пушистый.
Захватив форму и детей, вышла даже чуть раньше, чем успел приехать мой пунктуальный босс.
— Доброе утро, — мне протянули ароматный латте в картонном стаканчике, — отлично выглядишь.
— Лучше, чем вчера? — запах кофе приятно защекотал ноздри, поднимая настроение ещё больше.
— Вчера тоже было хорошо, но с распущенными волосами ты намного красивее, — улыбнулся он, а я смущенно заправила локон за ушко. Отвыкла я как-то от комплиментов.
Обсуждая предстоящий день, мы отвезли детей в садик и направились в офис.
Остановившись на светофоре, Пашка повернулся и с интересом уставился на мою грудь.
— А что у тебя там написано? — спросил он блуждая глазами по каким-то каракулям, которые с моего ракурса было вообще не разобрать.
— Хм… не знаю, — заерзала на сиденье под пристальным взглядом, а когда он вдруг наклонился совсем неприлично близко к моим прелестям, я вдруг забыла, как дышать.
— Touch me here (англ. «Потрогай меня тут»), — прочитал любопытный босс и усмехнулся так, словно собрался действовать согласно описанной инструкции. — Ай-ай-ай, Киселева, как не стыдно провоцировать мужчин.
К моему облегчению, он выпрямился и снова обратил внимание на дорогу.
— Это ты провокатор! — возмутилась я, вспоминая его вчерашнее публичное оголение.
— Я? А при чем тут я? Я, между прочим, не ношу штанов со всякими надписями на попе типа «Шлепни меня, детка».
Ещё бы он носил такие! Представляю, какими обалдевшими взглядами его будут провожать подчиненные.
— Что? Думаешь, никто не позарится на мою упругую задницу?
— О! Думаю, желающих будет так много, что мне придется стать твоим телохранителем, — я едва сдерживала смех.
— Ты, наверное, хотела сказать «попахранителем»? — добавил Пашка, и мы оба расхохотались. Хорошо, что остановились на очередном светофоре, потому что так ржать за рулем чревато последствиями.
Переводя дух и смахивая внезапно выступившую слезу, я поймала на себе внимательный взгляд голубых глаз, в которых еще плясали искорки веселья.
— Я скучал по твоему смеху, — проговорил он тихо. — Он всегда был такой искренний и беззаботный.
В его глазах промелькнула грусть и, отвернувшись к дороге, он тронулся с места.
— Он всегда пропадал, когда вы с ним ссорились, — Пашка напряженно сжал руль, а я не сразу поняла, о ком это он. — Вы помирились с ним вчера, да?
— А… ну, типа того, — точнее сказать, просто замяли ситуацию и решили к ней больше не возвращаться. И мое хорошее настроение было связано вовсе не с мужем. — На самом деле это всё благодаря тебе.
Улыбнувшись, я похлопала Пашку по ноге. Твердой как камень. Я даже чуть сжала её в конце, чтоб убедится настоящая ли у моего босса конечность.
— Мне?! — не знаю, чему так сильно он удивился: моим словам или руке, которая поглаживала его колено.
— Ага, — кивнула и прекратила его трогать ради приличия, — ты даже не представляешь, как я рада, что мы встретились. Эта работа… как бальзам на душу. Я уже с ума сходить начинала дома и в депрессию впадать. А ты меня спас! Ты мой герой.
— Киселёва, прекращай.
— Что? — не поняла.
— Людей провоцировать на всякие необдуманные внезапные порывы.
— Ты сейчас о чём?
— Ни о чём. Проехали.
А точнее, приехали. В офис. Что Пашка имел в виду, я так и не поняла. У этих компьютерных гениев свой собственный слэнг и особый тип мышления, который нам, простым смертным, не понять.
Как только мы поднялись на пятнадцатый этаж, нас прямо у лифта встретила Оля.
— Павел Сергеевич! — тревожно задергались бровки, — у нас беда!
 — Беда? — переспросил Пашка, нахмурившись.
— Не беда, а бета… бета-тестирование! Вот! Вас все с самого утра ищут, а вас нет!
— Кошмар, ничего без меня сделать не могут, — заворчал Пашка. — И, Оль, запомни: не бетА, а бЕта. Ты ударение не туда ставишь.
— Ой, простите, больше не буду, — источник паники попыталась мило засмущаться. Получилось так себе.
— Подождешь меня в кабинете? — подмигнул мне всем необходимый босс и скрылся в неизвестном направлении.
— А что такое бета-тестирование? — поинтересовалась я.
— А ну это… эм… ну, когда… тестируют… вроде бы.
— Понятно, — нашла, у кого спросить.
— Просто Павел Сергеевич обычно в семь утра приходит, вот все и подумали, что он уже на рабочем месте, и начали тестировать, а там ошибка какая-то, — принялась объяснять Оля, активно двигая бровями, — а его нет! Исправить никто не может, а процесс запустили…
— В семь? — переспросила я. — Он обычно в семь приходит?
— Бывает и раньше. Но чтобы так поздно — никогда, — в словах офис-менеджера не было упрека, но совесть неприятно кольнула, заставляя искать оправдания. Он ведь сам предложил меня подвезти, и вчера, и сегодня. Хоть бы слово сказал, что его рабочий день начинается не в девять, а в семь. И что же я за личный ассистент, который вместо помощи только мешает?
Своими мыслями я, конечно, поделилась не с ней, а с Пашей, когда тот наконец появился в своем кабинете.
— А почему я должен приходить так рано? Я что, уже и выспаться не могу? — недовольно сложил руки на груди мой босс.
Я как-то даже растерялась. Не мне, конечно, говорить ему во сколько вставать по утрам.
— Просто не нужно меня больше забирать. Я сама доберусь, — произнесла я твердо.
— Хорошо. Как хочешь, — мне показалось, или он обиделся? В любом случае дулся он недолго. — Форму взяла?
Я кивнула, хотя после утреннего инцидента мне хотелось остаться и сделать побольше, но желание избавиться от лишних килограмм победило.
 
— А есть какое-нибудь упражнение, которое быстро уберет лишнее тут и тут? — переодевшись в форму, спросила я, ткнув себя сперва в живот, а потом в бедро. Пашка вызвался побыть моим личным тренером, и я решила получить из этого максимум пользы.
— Конечно, — его ухмылка мне сразу не понравилась, но я наивно полагала, что лучший друг не будет сильно издеваться.
Зря.
Ой, зря.
— Па…ша… хва…тит? — умирала на беговой дорожке, задыхаясь от неимоверно быстрого бега.
— Нет, — сама невозмутимость и равнодушие. Такой и руку тонущему не подаст. Изверг! Деспот!
— Ти… — хотела сказать, что он тиран, да побоялась, что еще пару скоростей добавит, — сам… почему… не… фух… заним…ах…эх…ся?
Шел бы уже пресс свой идеальный качать, а то стоит тут, понимаешь, мускулами под футболкой играет.
— Я занимаюсь, — невозмутимо улыбнулся, — смотрю на тебя, Киселева, и радуюсь. А радость, как известно, жизнь продлевает.
— С-с-с… — хотела ему сказать… нет, не обидное слово, хотя оно так и крутилось на языке. А то, что это смех жизнь продлевает, а не радость. И то, что я сейчас умру прямо здесь на этой чертовой беговой дорожке, а он проживет длинную и счастливую жизнь.
— Беги, беги. Ты же хотела убрать лишнее здесь, — весело проговорил он и легонько шлепнул по тому самому «здесь». Я чуть с дистанции от удивления не сошла. — Хотя как по мне, у тебя там все в порядке. Эстетически симпатично и аппетитно.
Еще и издевается, гад!
— Не… могу… больше! Пожал…ста! Па…ша, — я жалобно застонала его имя.
— Черт… Киселева, когда ты так дышишь и просишь, я не могу отказать, — сжалился он надо мной. — Давай еще три минутки, и все.
Я что-то говорила про жалость? Забудьте!
 
Беговой дорожкой мои мучения не закончились. Еще я познакомилась с ужасным упражнением, которое перевернуло все мое мироздание. Теперь при вполне безобидном слове «планка» я нервно содрогаюсь, а на глаза наворачиваются слезы. За две минуты в этой стойке, мне показалось, что я перенеслась во времена инквизиции. Мысленно проклиная день, когда судьба свела меня с бездушным садистом, я дала себе обещание больше никогда не есть сладкое.
Приятным завершением моей изматывающей тренировки стала сауна, где наконец не было этого раздражающего «Давай-давай! Киселева, ты сможешь!», а были только я и пара женщин, которые молча наслаждались жарой.
Переодевшись после душа, я, к своему удивлению, почувствовала прилив сил. Но это было затишье перед бурей — я знала, что завтра меня ждет очень веселое утро.
Возле ресепшена меня уже поджидал мой деспотичный босс.
— Ну как?
— Пока хорошо, — надо будет платье померить. А вдруг?
— Вот, возьми, — он протянул мне тюбик с мазью, — это, чтобы мышцы не болели. Намажешь перед сном.
— Спасибо, — улыбнулась я. А он не такой уж и плохой. Если это, конечно, не какая-нибудь мазь с перцем, от которой еще хуже будет. Тщательно изучив состав, я убедилась, что подвоха нет.
— Пойдем скорей, — приобняв за талию, читающую меня подтолкнули к лифту.
Но поехали мы почему-то не вверх, а вниз, на парковку.
— Сперва пообедаем, а потом заедем в одно место, — загадочно объяснил мне начальник.
— Куда? — не нравились мне его сюрпризы.
— Увидишь, — меня оставили без ответа и я, вздохнув, посмотрела в окошко. Ну хоть обедом накормят.
Ехали мы недолго и остановились возле ресторана «Белиссимо».
— Помнишь? — улыбаясь, открыл для меня дверь Паша.
— Точно! — вспомнила я. — Тут раньше была пиццерия.
Студентами мы часто приходили сюда поесть вкусной и недорогой пиццы.
— А теперь тут итальянский ресторан, — кивнул он. — Самое интересное, новый владелец почти не изменил интерьер.
Действительно, внутри все осталось почти таким же, как и прежде. Коллажи с пейзажами Итальянской Ривьеры на кирпичных стенах навевали ностальгию.
К моему удивлению, обычно переполненное студентами, кафе было достаточно пустынно. Вдоль стены появились мягкие полукруглые диванчики салатового цвета, на один из которых мы и присели. Открыв меню, я сразу поняла, почему тут нет такого ажиотажа, как раньше.
— Здесь очень вкусное тирамису, — подсказал мне мой подлый товарищ. Ну как так можно?
— Я худею, забыл? — но глазами я уже сканировала страничку с десертами.
— Ах да. Возьми тогда вот этот салат с рукколой, к нему подают такой вкусный соус, что хочется вылизать тарелку.
Я соблазнилась на описание, и мы заказали два таких салата и один стейк для голодного босса.
Поедая свой обед, он увлеченно рассказывал про то, как исправил какие-то баги сегодня, что третья часть игры должна быть еще популярней, чем первые две, ведь в озвучке примут участие голливудские звезды. Сперва я слушала очень внимательно, а потом мой взгляд привлекла полоска соуса, оставшаяся чуть ниже его губы. Я выразительно провела пальцем по своим губам, намекая, что он слегка испачкался. Пашка запнулся, пристально наблюдая за моими движениями, неспешно сглотнул и продолжил рассказывать, как ни в чем не бывало.
— Паш, у тебя тут соус на губе, — сказала я, осознав, что намеков он не понимает.
— О, спасибо, — он вытер рот салфеткой, но совсем в другом месте.
— Не там, а тут, — показала на себе. Он провел рукой и опять мимо.
— Да вот здесь, — едва сдерживая смех, подсказала я. Он с таким усердием тер лицо, и каждый раз соус оставался там, где и был.
— Киселева, хватит издеваться и помоги! — зарычал он, подставляя мне свою чумазую мордашку. Улыбаясь, я легко коснулась его щеки и провела большим пальцем по губе и вниз. Она была такой мягкой и нежной по сравнению с жесткой щетиной. Улыбка сползла, и я зависла, позволяя захватить себя в плен голубых глаз. И когда только его лицо стало таким мужественным и чертовски привлекательным?
Не сводя глаз, он притянул мою руку и медленно провел языком по большому пальцу.
— Спасибо, — хрипло прошептал он, а с меня словно наваждение спало.
— Ты что делаешь? — возмущенно отдернула руку, — Саратов, других людей облизывать неприлично, знаешь ли!
— Что? Я всего лишь слизнул соус, не пропадать же добру. Или ты хотела облизать его сама?
— Что?! Даже не собиралась!
— Ну-ну. Признайся, ты думала об этом, — засмеялся этот соусный маньяк.
— И в мыслях не было!
Я возмущалась, а он весело хохотал, подкалывая меня, будто это я ради соуса готова руки лизать!
 

Глава 7

— Хорошо, что мы пообедали именно там, — плавно обгоняя другие машины, улыбнулся сам себе Паша, — прям как в старые добрые времена.
— Ага. Когда ты ещё был бедным голодным студентом, — пробурчала я. Подумать только! Взять и облизать мой палец! Я никак не могла успокоиться, продолжая вспоминать этот момент. Момент, когда его глаза, лицо, и губы выглядели так провокационно-сексуально.
— Что? — не расслышал меня босс-извращенец.
— Ничего, — хватит придавать этому значение, а то ещё подумает, что мне понравилось, и будет снова подкалывать.
Молча мы проехали пару минут, а потом припарковались перед огромным стеклянным зданием автосалона.
— Это то самое место, куда ты хотел заехать? — поинтересовалась я, оглядываясь на новенькие, блестящие, словно ёлочные игрушки, машины.
— Ага.
— Ты хочешь купить себе ещё один мерседес?
— Угу.
Пф. Стоило из этого делать тайну. Если только…
— Тебе какой нравится? — кивая на модельный ряд автомобилей, хитро спросил он. Что-то это мне напомнило случай с платьем.
— Мне?
— Тебе.
— А при чем тут я? Ты же себе машину покупаешь.
— Видишь ли, Киселёва, в моей сфере скорость решает всё. И мой ассистент должен быть быстрым и мобильным. Поэтому рабочий автомобиль — это не роскошь, а необходимость. Как тебе этот? — он подошел к легкому спортивному SLR McLaren. — Суперкар для супервумен. А?
— Ты серьёзно? — сказать, что я была в шоке, это ничего не сказать.
— Конечно. Только представь, вжик — и ты на работе. Хотя, нет. Тебе ж детей в садик нужно отвозить, — задумчиво поджав губы, он подошел к другому авто.
— Это… — я даже слов подобрать не могла. — Нелогично и нерационально! Зачем покупать мне новую машину?
Он вздохнул, сложив руки на груди, и посмотрел на меня, слегка изогнув бровь, словно я ничего не понимаю в этой жизни.
— Во-первых, не тебе, а для тебя. Во-вторых, рабочая машина — это статус компании. В-третьих, я не могу себе позволить тратить время на починку какой-то развалюхи. И, в конце концов, может, тебе меня куда-нибудь придётся отвезти, а я, между прочим, привык к комфорту.
Махнув рукой, избалованный начальник подозвал консультанта, который, казалось, только и ждал его команды.
Я отказалась принимать участие в таком безобразном расточительстве и отошла в сторонку. Но мой настойчивый босс всё же уговорил меня на тест-драйв. Он знал, что невозможно не влюбиться в тихое рычание мотора, в мягкое кресло, точно повторяющее изгибы тела и в руль, покрытый чёрной кожей.
— Ты же не против, если я оформлю машину на тебя? — невинно поинтересовался Паша и, предугадывая мои вопросы, сразу начал объяснять: — Просто я и так много чего уже купил на своё имя в этом году. Не хочу лишний раз привлекать внимание налоговой. А на компанию оформлять — слишком много бумажной волокиты.
— Ну, я даже не знаю, — мне самой не хотелось привлекать внимание налоговой. — А ты не боишься, что я возьму твою тачку и исчезну?
— Ну, мы же друзья? А друзья так не поступают, — подмигнул мне мой чрезмерно доверчивый товарищ.
 Закончив с оформлением, я несмело взяла ключи от новенького Mercedes GLE. На такую машину даже дышать было страшно, не то, что за руль садиться. Опыт вождения у меня был, но далеко не таких дорогих машин. Хорошо, что мой начальник решил убедиться в сохранности своего приобретения и присел рядом, чтобы помочь с управлением по дороге. Свою машину он благополучно отправил на плановый техосмотр.
Рассматривая могучую панель, я почувствовала себя пилотом самолета, но это было лишь первое впечатление. На самом деле, управлять такой машиной было легко и приятно. Сперва было страшновато, но потом это чувство сменилось восхищением.
Я отвезла довольного новой покупкой босса в офис, а сама забрала детей и направилась домой. Там меня тоже ждал сюрприз. Но, к сожалению, совсем не такой приятный.
 
Накормив детей, я включила им мультики и в который раз зацепилась взглядом за чемодан мужа. Изъяв из него все самое необходимое, он оставил смятый ворох грязной одежды и прочего, видимо ожидая, что остальным, как всегда, займется жена. И я занялась. Сграбастав в охапку содержимое, замерла на месте. Одежда упала на пол, а в руках осталась его рубашка. Та самая, которую я так усердно гладила. На воротничке ярким полукругом розовел след помады. Я стиснула ткань, впиваясь глазами в маленькое пятнышко. И стоило только закрыть глаза, как передо мной тут же мелькнули образы: чужие губы шепчут непристойности, соблазняя моего мужа изведать запретных ласк, украдкой целуют шею, спускаясь все ниже и преступая все возможные грани дозволенного. Обида сдавила горло, и я с ненавистью отшвырнула рубашку. Значит, это правда? Он мне изменяет? Или это опять моё воображение? И следы помады — лишь нелепая неосторожность сотрудницы, которая, споткнувшись, случайно задела губами воротник? Ведь так он скорее всего скажет. А потом устроит скандал, как обычно, обвиняя во всех грехах именно меня. А я всего лишь хочу знать правду. Я устала от этих подозрений.
 
— Привет, — вернувшись очень поздно вечером, беззаботно поздоровался он. Как обычно, задержался на работе, или… даже думать не хотелось, где.
— Дети уже спят? — тихо спросил, разуваясь, а я коротко кивнула, пристально рассматривая мужа. Что я хотела увидеть? Доказательства? Следы помады на щеках, пиджаке, рубашке? Уловить тонкий запах духов другой женщины?
Глупая. Какая же я дура. Зачем простила его в тот раз? Поверила, что любит только меня. Тогда он извинялся, просил прощения чуть ли не впервые. Сказал, что я дороже всех и он без меня не сможет. Предложил пожениться и я простила. Попыталась забыть, как он целовался с какой-то девкой в клубе.
«Да она сама на меня вешалась! Марина, я не виноват!» — кричал он тогда, убеждая, что и не целовался вовсе. Что так падало освещение, что из-за темноты я себе нафантазировала лишнего.
Он никогда не был виноват. Он всегда был лишь бедной жертвой коварных женщин.
А кем была я? Той, что простит, промолчит, стерпит… Той, что вкусно готовит, убирает, стирает. Я была для него мамой номер два. Даже в этом — на втором месте. Во всем и всегда не первая. Не самая красивая, не самая любимая. Не по мне он сходил с ума. Почему? Что со мной не так?
— Почему? — почти беззвучно спросила я. Сил не было ругаться. Терпения не осталось слушать его оправдания. Да и надежды, что будет оправдываться, тоже не было. — Почему тебе мало меня одной?
Он не ответил. Даже не обернулся. Наверное, не услышал. Продолжал накладывать себе пюре и отбивные.
«Неужели любовница не накормила?» — захотелось мне спросить. Но я промолчала.
Я и так знала ответ. С ней он утоляет совсем другой голод.
Я молча отвернулась, чувствуя отвращение к себе, к нему, ко всему происходящему.
Это невыносимо! Хотелось разрыдаться. Швырнуть вазу в стену, а лучше, в голову неверного мужа. Разбить сервиз, подаренный его мамой, вдребезги. И лупить его той самой рубашкой, пока он сам во всем не признается. Но…
Это ничего не изменит.
Он не перестанет засматриваться на других, лайкать их фотографии, флиртовать, пачкать рубашки чужой помадой и ходить налево.
— Спасибо. Было очень вкусно, — проговорил Саша, вставая из-за стола. Даже не думая помыть за собой посуду. — Я послезавтра опять уезжаю на производство с партнерами. Постираешь мои вещи?
Убирая тарелку, я застыла на месте. Сосчитала до трех, чтобы справится с эмоциями. Выпрямилась и направилась в ванну, спрашивая на ходу:
— А эта переводчица едет с вами?
— Э… да, — смутился муж, — а что?
— У нее стойкая помада. Плохо отстирывается, — как можно безразличней ответила я и бросила в него рубашкой.
— Что? Помада? — он с удивлением развернул смятую ткань. — О?! Откуда она там взялась? Надо же! А это помада вообще? На краску какую-то похоже…
Кто бы сомневался. Наверное, даже если бы я застала его в постели с другой, он бы кричал: «Это не то, что ты думаешь!»
 

Глава 8

Изменяет или не изменяет? Вот в чем вопрос. Как я не пыталась погрузиться с головой в работу, но все равно возвращалась к этому вопросу. Все косвенные признаки кричали «ДА!» А муж, взглянув на меня уставшими глазами, спокойно ответил:
— Марин, ну чего ты так отчаянно пытаешься это доказать? Ты хочешь этого? Чтобы я тебе изменил? Или ты хочешь развестись? Я выбрал тебя, женился. Тебе мало? Что ты еще от меня хочешь?
— Скажи мне правду, — в тон ему спокойно попросила я.
— Я. Тебе. Не. Изменяю. Все. Спокойной ночи, — укрывшись одеялом, он сказал свое последнее слово.
 
И вот теперь я гуглила на работе: «Почему муж не признается в измене?». Несмотря на обещание не думать об этом, я все равно решила почитать мнение психологов и всяких блогеров.
«Может, ему не в чем признаваться?» — предполагали одни. Другие же считали, что муж не воспринимает измену как измену, или боится потерять семью, но со своей природой ничего поделать не может.
Но как вывести его на чистую воду, никто не говорил.
Детектива частного что ли нанять? Или взять у Паши выходной и самой за ним проследить? О своем рабочем автомобиле я стратегически умолчала, так что могу попытаться незаметно подкараулить его под офисом. Посмотреть, куда и с кем он едет после работы.
 
— По-моему, у тебя паранойя, — обнадежила меня Кристина. Она только вернулась из Праги и, терпеливо выслушав мои стенания по телефону, поставила неутешительный диагноз. — Мариш, хватит себя мучать. Забудь про свои подозрения, взгляни на ваши отношения со стороны и спроси себя, что именно тебя не устраивает. Вместо того, чтобы выискивать следы помады на рубашке, лучше бы напомнила ему, что он тебе эту самую помаду давно не покупал. Претензии к мужчинам должны быть конкретными! Знаешь, жена Димы тоже постоянно что-то там подозревает, и каждый раз ее подозрения заканчиваются, угадай, чем?
— Чем?
— То сережками, то шубкой новой, то сумочкой от Шанель. Вот так должна выяснять отношения умная женщина.
Я молча закатила глаза. Но доля правды в словах Кристины все же была. Мне надо отдохнуть от этого всего, иначе я просто сойду с ума.
 
Приближение корпоратива добавило мне забот и думать о сашиных изменах на работе не осталось времени.
Дома я возилась с детьми и старалась не представлять, чем занимается их папашка в командировке.
Время пролетело стремительно, и наконец наступила пятница. Я, как и все, с нетерпением ждала этого дня. Хотелось расслабиться, немного выпить и потанцевать. А еще я надеялась познакомиться поближе с коллективом, так как всю неделю из-за большого объема работы практически не покидала пределы пашиного кабинета. Сам он всё время проводил с веб-дизайнерами, и мы пересекались только в спортзале. И эти непродолжительные встречи отзывались дикой болью в моих мышцах. Каждый раз я молила о пощаде, и каждый раз он говорил «Нет», кровожадно улыбаясь. Потом он прибегал в свой кабинет, чтобы быстро перекусить и добродушно поинтересоваться моим самочувствием — не болит ли чего где и не нужен ли массаж. Прищурив глаза и не веря в такое чудесное перевоплощение, я просто отрицательно качала головой.
И вот, ковыляя на своих натруженных изнурительными тренеровками ноженьках, я покидала офис. В планах было забрать детей и встретить маму с вокзала. И всего один звонок спутал все мои планы.
 
— Алло, — слабый голос в телефоне заставил насторожиться.
— Мам?
— Маринчик, я, кажется, заболела. Пришла домой, морозить начало, температуру померяла — тридцать восемь и три. Сотрудница тоже гриппом болеет, наверное, от нее заразилась. Не знаю, как теперь к тебе ехать...
— Никуда не надо ехать! Дома сиди, лечись! — не хватало мне ещё детей заразить. Они и так любители болеть в самый неподходящий момент, прямо как бабушка.
— А как же твой корпоратив? Сашины родители ведь на дачу уехали?
— Да. Но ты не волнуйся, что-нибудь придумаю. А ты выздоравливай.
Эх. Ну почему все в этой жизни против меня? Детей больше оставить не с кем, не брать же их с собой?
Жалко, что пойти не получится, но я уже начинаю привыкать, что жизнь подсовывает мне одни лимоны. Надеюсь, Паша не обидится, что меня не будет. Ещё раз вздохнув, решила сообщить ему неприятное известие, но в самый последний момент набрала другой номер.
— Кристин, привет! Есть планы на сегодняшний вечер?
— Привет. А что?
— Может, заедешь ко мне, выпьем вина с вкусным сыром. Посидим, посекретничаем, — если сразу попросить присмотреть за малышами в пятницу вечером, уверена, у неё найдётся миллион отмазок. Но она — мой последний шанс, так что придётся пойти на хитрость,
— Можно, в принципе, я ничем не занята, — лениво ответила подруга. Есть! Первый пункт плана «Заманить Кристину к себе домой» выполнен.
По дороге домой сообщила Паше, что немного опоздаю. Потом позвонила Оле, дала четкие указания по организационным моментам и два раза переспросила, всё ли понятно. В принципе, всё уже готово и проблем быть не должно, но подстраховаться стоило. Затем заехала в магазин за вином и сыром. Забрала детишек и, дожидаясь Кристину, приготовила ужин и занялась макияжем.
— Ого! Это ты так на работу красишься? — с интересом разглядывая мой боевой раскрас, застыла на пороге пока ничего не подозревающая подруга.
— Кристина, скажи, мы ведь лучшие друзья? — перешла сразу в наступление.
— Да… а что? — прозвучало неуверенно.
— Выручай! У меня корпоратив, а детей оставить не с кем! Посидишь с ними пару часиков?
— Н-у-у… а когда у тебя корпоратив? — очень глубоко задумалась она.
— Сейчас.
— Сейчас?!
— Ага. Ты заходи, разувайся. Чувствуй себя как дома.
— Подожди, — попятилась она, но я уже закрыла дверь на два замка. — Я думала, мы вино пить будем... Ты что, меня обманула?
— А ты бы приехала, если бы я правду сказала?
Мы обе знали ответ на этот вопрос, поэтому Кристина промолчала.
— Ладно, — вздохнула она.
Я довольно улыбнулась и показала, где ужин для детей, как их купать, и где лежат пижамки.
— Надеюсь, ты вернешься раньше, чем мне придется укладывать их спать, — пробурчала подруга, наливая себе вино.
— Ты, между прочим, их крестная!
— Ага. Крестная фея. Показывай, что там Золушка на бал собралась надеть.
Взволнованно вздохнув, я достала то самое платье.
— Ух ты! — Кристина восторженно провела по расшитой камнями ткани, а потом посмотрела на меня с сомнением, — слушай, а ты в него влезешь?
 — Это нам и предстоит выяснить, — уверенно закатав рукава махрового халата, ответила я.
 
— Подожди, давай сперва я его померяю, — внезапно предложила Кристина.
— Зачем?
— Мне кажется, оно мне больше подходит и будет как раз. Логичней, если я пойду на корпоратив, а ты останешься дома с детьми!
Логика блондинок это нечто! Иногда так и хочется дать щелбан в светлое чело.
— Не черта это не логично! — отобрала у Кристины вешалку. — Мне туда по работе надо. Лучше застегнуть помоги!
 И тут началось.
— Выдохни! — пыхтела подруга, воюя с застежкой, — максимально!
— Мама в патье не вазит! Мама в патье не вазит! — прыгая вокруг нас и хлопая в ладошки, смеялись двойняшки и сбивали с серьезного настроя.
— Даже не вздумай улыбаться! — строго сказала Кристина и я, сцепив зубы, старалась даже не дышать.
— Так! Максимально натяни его с боков назад и на счет три выдохни! Один, два, три!
Я выдохнула весь воздух, втягивая живот так, что в глазах потемнело.
— Вжух! — радостно пропела молния и сердце замерло в груди от счастья. Влезла!
— Красота! — измученно вытерла пот со лба Кристина.
— Угу, — эта самая красота сдавила меня, словно тиски. Дышать в платье было невозможно, но зачем мне воздух, когда у меня такой классный вид?
Убедившись, что макияж и прическа выглядят безупречно, вызвала такси. Сесть в него было испытанием номер один, вылезти из него было испытанием номер два. Но я, кряхтя и охая, справилась.
Отчего-то волнуясь, я зашла в ресторан и сразу окунулась в приятную атмосферу веселья. Быстро отыскала глазами Олю, которая, попивая шампанское, весело беседовала с брюнеткой из HR-отдела и направилась к ним. Они были одеты в гламурные коктейльные платья и выглядели, словно две светские львицы.
— Ух ты! Ты такая красивая! — заметила меня издалека офис-менеджер, приветственно двигая бровями, а в холодном взгляде ее собеседницы так и читалось: «Ничего особенного».
— Спасибо! Ты тоже, — дружелюбно улыбнулась, — у нас все в порядке?
— У нас все отлично! Хорошо, что мы наняли этого ведущего, он такой молодец, все контролирует!
Опять это «мы»! Ведущего я сама нашла, между прочим!
— Мариночка! Чудесно выглядишь! — позади девчонок нарисовался Андрей, по-свойски обнимая за талию свою Катюшу. — Тебя там Паша искал. Кажется, он возле бара.
Я кивнула и отправилась на поиски своего начальника. От волнения сводило желудок, а может, это от того, что я целый день почти ничего не ела.
Я ловила на себе заинтересованные взгляды сотрудников, понимая, насколько мне этого не хватало. Давно я не ощущала себя такой привлекательной и сексуальной. Проходя мимо зеркала, впервые за долгое время я залюбовалась своим отражением. На меня смотрела другая я. Уверенная, грациозная, элегантная. Та самая девушка, которая уже несколько лет томилась в оболочке затюканной домохозяйки и вот наконец вырвалась на свободу. Захотелось сделать селфи и отправить своему мужу. Швырнуть ему под нос, что Марина-убери-принеси-подай может быть ТАКОЙ. Чтобы он пожалел, что лайкал фото какой-то сотрудницы вместо того, чтобы делать комплименты своей жене.
Мое сердце жаждало мести! И я собиралась сегодня веселиться, танцевать и флиртовать с другими мужчинами, позволяя себе все, что позволял себе мой муж. Возможно, я даже оставлю следы помады на чей-нибудь рубашке.
— Марина… — услышала я за спиной и, прежде чем обернуться, увидела в зеркале своего босса. Его взгляд медленно проскользил снизу вверх, пока не встретился с моим в отражении. Кровь ударила в голову, словно я выпила крепкого вина. Рядом с красивой женщиной стоял красивый мужчина. Не тот парень, с которым была знакома и дружила со школы, а мужчина, которого я, казалось, видела впервые. Мужчина, который смотрел на меня с таким нескрываемым восхищением, что дышать становилось все труднее.
Он сделал шаг ко мне, а я обернулась, опуская ресницы.
— Павел Сергеевич! — широкие бровки встряли между нами, разрушая то вязкое напряжение, которое повисло в воздухе. — Пойдемте скорее! Ведущий хочет предоставить вам слово.
Паша вопросительно взглянул на меня, словно спрашивая разрешения. Я молча кивнула, слегка улыбнувшись, и моего друга потащили к сцене. А я осталась одна, с грустью поглядывая на пьющих, едящих и танцующих вокруг людей. Есть в этом платье вряд ли получится, а танцевать и подавно. Чувствуя сжигающую горло жажду, я взяла себе бокал с белым вином и отошла подальше от стола с закусками, чтобы лишний раз себя не соблазнять.
Все подошли поближе к сцене, хором поздравляя начальника. А он со сцены начал рассказывать про предстоящий релиз, и что нужно будет много работать, возможно даже без выходных и с ночевками на работе.
Я отошла в сторону и решила присесть на мягкий глубокий диванчик. Осторожно опускаясь, я пыталась согнуться. Но платье словно стало еще меньше.
— Трск! — пугающий звук заставил замереть на месте, а внезапно почувствовавшая свободу пятая точка тревожно напряглась.
 Не может быть! Без труда я присела на диван, с опаской оглядываясь по сторонам. Никто особо повышенного внимания на меня не обращал. Может, показалось? Осторожно просунула руку назад и в ужасе закрыла глаза. Жопа! Просто жопа! Полная жопа и молния, которая на ней разошлось.
Может, это сон? Глупый кошмар? Сейчас ущипну себя и проснусь?
Увы, но нет.
Вот так в один миг рушатся надежды и весь мир впридачу. Отомстила она! Вся уверенность и элегантность треснула по швам вместе с платьем!
О-господи-боже-мой! Что же мне теперь делать?!
Осторожно встать и, прижимаясь к стеночке, незаметно покинуть ресторан? А если кто-то заметит? Позор на всю жизнь!
Лучше посидеть тут и подождать, пока все разойдутся по домам.
Но расходиться никто и не думал. Вечер был в самом разгаре и мне оставалось только надеяться на спасение свыше. И оно снизошло в виде моего лучшего друга.
Закончив выступление, мой начальник, купаясь в овациях, спустился со сцены. Моментально нашел меня глазами и направился в мою сторону. Вот он — мой шанс спасти свою честь. Не знаю как, но мне казалось, что он сможет мне помочь. Конечно, после того, как он узнает постыдную правду, мне придётся его убить, но это детали.
Внезапно заиграла медленная композиция и прямо перед ним выросла офис-менеджер. Я видела лишь её спину, но без труда смогла представить как в волнении дрожат её брови, когда она приглашает Пашу на танец. Лишь на секунду задумавшись, он подал ей руку.
Вот и всё. Это конец. Меня больше никто не спасёт.
Покружив Олю вокруг своей оси, мой находчивый босс выхватил из толпы какого-то сотрудника и ловко свёл их вместе. Широкие бровки нахмурились, но её уже обнимал в танце другой, а мой друг зашагал увереннее и быстрее в мою сторону.
— Потанцуем? — обаятельно улыбнулся мой спаситель.
— Я бы с удовольствием, но не могу. У меня тут небольшая проблемка возникла, — жутко смущаясь, проговорила я. Рассказывать об этом было не так просто, как я предполагала.
— Что случилось? — широкая улыбка сменилась беспокойством.
— Моё платье слегка испортилось, — решила не вдаваться в детали.
— В смысле испортилось? Ты пятно поставила?
Если бы. Даже самое огромное жирное пятно на платье выглядело бы не так позорно, как моя задница, на которой оно разошлось.
— Не совсем. Там молния сзади поломалась. Не мог бы ты, пожалуйста, одолжить мне свой пиджак?
Озадаченно кивнув, начальник снял и протянул мне свой синий пиджак. Его длины было как раз достаточно, чтобы прикрыть весь срам.
— Спасибо, — одевшись, сразу почувствовала себя увереннее. Поднялась и сожалением добавила, — прости, что так вышло, но мне надо домой. Пиджак верну в понедельник. Хорошего тебе вечера.
— Стой! Подожди! Почему ты уходишь? — Паша бросился меня догонять.
— Потому что я не могу оставаться здесь в таком виде! — пришлось остановиться и объяснить, так как он схватил меня за руку.
— Ну-ка, пойдем, — уверенно потянул меня в сторону мой настойчивый босс, и не успела я опомниться, как он уже завел меня в туалет и щёлкнул замком.
— Что ты делаешь? — от маниакального блеска в его глазах по коже пробежался холодок.
— Собираюсь починить твою молнию, — быстро ответил он и резко развернул меня к себе спиной. И прежде чем я успела сказать, что это очень плохая идея, он рывком стянул с меня пиджак.
 
— Эй! — вскрикнув от неожиданности, я развернулась обратно, встречаясь с растерянным взглядом своего чрезмерно наглого начальника.
— Я думал, у тебя молния на спине поломалась, — пробормотал он, а я почувствовала, как щеки обожгло румянцем. Хорошо, что тут освещение тусклое, и не видно, как я сгораю со стыда.
— А она там и сломалась! Просто расстегнулась ниже!
— Понятно. Давай, поворачивайся, посмотрим, что можно сделать.
А что, еще не нагляделся? — хотелось съязвить. И вообще чем-нибудь его стукнуть! Пусть только попробует посмеяться надо мной. Но он и не думал смеяться, даже не улыбался. Смотрел очень внимательно и серьезно. Так пристально, что хотелось куда-нибудь уйти.
— Не надо. Дай, пожалуйста, пиджак, я домой поеду, — я проклинала дурацкое платье и день, когда его купили. Зачем я вообще на него польстилась?! И явно польстила себе, решив, что в него влезу.
Но вместо того, чтобы вернуть мне свою одежду, он перекинул пиджак через руку и выгнул бровь.
— Что-то я не припомню, чтобы отпускал вас, Марина Анатольевна.
Я прямо так и застыла с открытым ртом. А он невозмутимо продолжал:
— Корпоратив — это рабочее мероприятие, где обязаны присутствовать как руководитель, так и его ассистент. А вы еще, ко всему прочему, занимались организацией. Пока все просто замечательно, но вдруг что-то пойдёт не так? Кто потом отвечать будет?
— Саратов, не зли меня, пожалуйста, — сквозь зубы процедила я, хотя и так уже была на грани срыва. — И прекрати издеваться! Это, между прочим, ты купил такое… некачественное платье!
— А я свою вину и не отрицаю. Я купил — я и починю, поворачивайся.
— Нет!
— Ты что, стесняешься, что ли? — спросил он так, словно в желании не показывать свой голый зад было что-то зазорное.
— Еще чего. Конечно, нет! — конечно, я стеснялась. И дернул меня черт надеть кружевные стринги, которые трусами можно было назвать с натяжкой. — Просто не вижу смысла терять время зря. Все равно ты не сможешь…
Запнулась и не стала говорить, что все равно он не сможет впихнуть меня в это платье обратно.
— Я не смогу? — похоже, кто-то решил, что ему бросили вызов. — Не стоит недооценивать свое начальство, Киселева!
Он шагнул ко мне, а я вжалась в стену, ясно ощущая прохладный кафель одним неприкрытым местом.
— Можешь даже не поворачиваться, я и так справлюсь, — заявил он воинственно и обвил руками, словно обнимая. — Так… все, что нужно сделать — это сперва расстегнуть молнию, а потом ее застегнуть…
Я… даже не поняла, что нужно делать в этот момент мне. Поэтому просто наблюдала за ним, затаив дыхание. Задумчиво прищурив глаза, он уверенно нащупал застежку в районе лопаток и потянул замочек вниз.
— Вот тут заклинило, — прокомментировал он шепотом прямо мне на ушко, словно пытался заглянуть через плечо, что же там мешает. Наверное, мне стоило возмутиться, отпихнуть его, сказать хоть что-нибудь. Но… эта ситуация завораживала и интриговала своей неоднозначностью.
— Сейчас… я… попробую… — его губы практически касались моих волос, и от этого было щекотно. Но моя легкая улыбка моментально исчезла, когда я вдруг почувствовала его горячую ладонь на своем прохладном полушарии.
— О. Прости. Случайно соскользнула, — он тут же убрал руку и отступил. — Думаю, тебе лучше снять платье.
— Что?!
— Чтобы я починил молнию, платье лучше снять, — произнес он, старательно отводя взгляд.
— Здесь?! — неужели меня одну смущает эта ситуация?
— Нет, конечно, не здесь, — согласно кивнул он. — Пойдем.
Осторожно выглянув в коридор, мой босс убедился, что вокруг пусто и, вернув пиджак, за руку повел меня какой-то неизвестной дорогой. Почему я сразу в тот момент не вырвалась и не убежала? Наверное, всему виной стало мое любопытство и то, что он отобрал мою сумочку с деньгами и телефоном.
— Давай скорей, пока двери не закрылись, — меня резко потянули за руку и мы оказались в лифте. — Мне завтра на работу надо, поэтому я тут номер снял, чтобы сэкономить время на дорогу и выспаться. Сейчас мы поднимемся ко мне, ты снимешь платье, и я все быстренько сделаю. Минута дела. Максимум три.
Я молча приподняла брови. В шоковом состоянии было сложно подобрать слова. Мне что, одной это всё кажется неправильным?

Глава 9

— Паш, серьезно, давай я лучше домой поеду, — в который раз предложила, наблюдая, как он возится с ключами. — У тебя там корпоратив в разгаре, а ты со мной время тратишь.
— Не трачу, а провожу с тем, кого я больше всего хотел видеть на этом самом корпоративе, — дверь поддалась и он жестом пригласил меня войти.
Слышать, что я самый желанный гость, было несомненно приятно, но что-то меня все-таки смущало.
— Слушай, а это нормально? Ну… ты… я… одни в номере? — нерешительно замерла на пороге, а Паша отрывисто рассмеялся.
— Киселева, уж не думаешь ли ты, что я к тебе приставать собрался? Мы же друзья!
Ну да. Друзья есть друзья. О чем я только думаю? Будь на его месте другой мужчина… а так, это же Пашка. Он приставать не станет. Решительно шагнула внутрь и вздрогнула от тяжелого стука закрывшейся двери.
— Ты можешь раздеться в ванной, — невозмутимо проговорил он и я направилась в указанном направлении.
Невероятно, как я поддалась на его уговоры. Просто он так заряжает своей уверенностью, что неволей начинаешь верить в то, что у него непременно все получится. Да и уезжать с корпоратива совсем не хотелось.
Стащив с себя платье, я надела пиджак, застегнув его на все пуговицы. Но даже это не придало мне целомудренного вида. V-образный вырез все равно был неприлично глубоким, а сам пиджак — жутко коротким, хоть и прикрывал все неприличные места. Но ничего другого под рукой у меня не было. Не в полотенце же мне заматываться?
— Вот, — вышла, протягивая платье. Мой босс стоял, небрежно расстегнув пару пуговиц на рубашке и закатав рукава, и безразлично щелкал каналы на плазме, которая висела на стене. Обернувшись, он замер с пультом в руках и открытым ртом, словно я голая вышла. Я мельком опустила глаза вниз. Нет, пиджак на месте.
 — Ты… — начал он и осекся, а потом тихо рассмеялся, отводя взгляд и почесывая подбородок. — До инфаркта меня доведешь…
— Что? — не расслышала, что он там бормочет.
— Ничего. Провокатор ты, Киселева. Вот что. Давай сюда свое платье, — вспомнил он наконец, зачем позвал в свой номер.
— Почему это я провокатор? — с этим моментом вдруг захотелось разобраться.
— Потому что, — тщательно разглядывая молнию на платье, ничего не объяснил он.
Хмыкнув себе под нос, я подошла ближе, с интересом наблюдая, как он безуспешно пытается реанимировать платье.
— Я же говорила, что ничего не получится.
Он поднял на меня свой взгляд, скользнул ниже, по губам, вдоль шеи, задерживаясь в глубоком вырезе пиджака. На секунду я забыла, как дышать. Затаившись, я наблюдала, как плавно ласкает меня его теплый взгляд, как рвано движется кадык, как нетерпеливо вздрагивают его губы. Мне даже показалось, что он провел языком по внутренней части зубов, словно облизываясь. На меня еще никогда не смотрели так… и это взгляд я уже видела раньше. Точно так же он смотрел на тот чертов салат с восхитительным соусом.
— Плоскогубцы… — выдохнул он.
— Что?
— Мне нужны плоскогубцы, — чуть увереннее произнес он, ероша волосы. — Чтобы починить твое платье. Я сейчас вернусь. Подожди тут.
Медленно сглотнув вязкий комок, я удивленно проводила его взглядом.
Как-то затянулась починка платья. Самое время ехать домой, только ушел он с моим платьем.
 
Оставшись в номере одна, решила позвонить и узнать, как там Кристина с детьми справляется. Достала телефон и с удивлением заметила пять пропущенных от мужа. Ого! Таким вниманием он меня давно не баловал! Может, у него что-то случилось? Пересилив любопытство, набрала сперва номер подруги.
— Ты уже напилась, мамаша? — поинтересовалась она.
— Ага, как же. Из-за этого платья ни поесть, ни выпить не получилось!
— Ну а что ты хотела? Красота требует жертв, — посмеялась она. — А мы телик смотрим. На, привет передай своим спиногрызикам.
В телефоне послышались невнятные «Аё», «Мама ты де?» и «Мы мутик смотим». Я улыбнулась и сразу захотелось домой. Где же Паша ходит с моим платьем?
Поймала себя на том, что стою и, задумчиво поглаживая воротник его пиджака, наслаждаюсь притягательно волнительным ароматом мужского одеколона.
— Ну ладно, я скоро приеду, — неловко отдернула руку, торопясь закончить разговор. Еще нужно Саше перезвонить, пока мой вкусно пахнущий босс не вернулся.
— Алло. Чего трубку не брала? — сразу начал с наезда муж.
— Не слышала, — решила тоже с ним не любезничать. — Если это все, что ты хотел спросить, то я…
— Подожди, Марин, не заводись, — сразу подобрел он. — Просто я волновался. Звоню тебе, звоню, а ты трубку не берешь. Ты уже дома?
Ха! Дома!
— На корпоративе. А ты? — небось, ужинает со своей переводчицей.
— В номере отеля. Сейчас пойду душ приму, потом спать лягу. Так устал сегодня. Весь день на ногах, едва поесть успел, — голос и правда вымотанный. — На кровать прилег и даже вставать не хочется. Глаза просто закрываются.
Мне почти его жалко.
— А как твой корпоратив? Тихий какой-то…
— Э-м-м, — я лихорадочно обернулась в поиске пульта, чтобы сделать громче, но его словно унесли вместе с платьем, — я в туалет вышла. Тут музыки почти не слышно.
Да. Я соврала. А что мне нужно было сказать? Платье порвалось, а я стою полуголая в номере отеля, жду, пока принесут плоскогубцы?
— Ясно, — поверил муж, — а как вообще? Весело?
— Да. Очень, — те полчаса, которые я провела на самом корпоративе, были весьма насыщены событиями и впечатлениями.
— Плоскогубцев я не нашел, — внезапно открывшаяся дверь и веселый громкий голос за спиной, заставили инстинктивно зажать микрофон ладонью, — зато я принес кое-что поинтересней.
— Ой! Ладно, я пойду. Потом тебе позвоню, — затараторила, не оборачиваясь. Лишь бы мой босс еще чего не ляпнул.
— А что это за мужской голос в твоем женском туалете? — строго поинтересовался муж.
— Это? Сантехник, наверное. Мимо проходил. Все, пока! — и я поскорее сбросила вызов, так и не расслышав последнюю реплику мужа.
— Сантехник? Мимо проходил? — улыбаясь во весь рот, поинтересовался мой самый громкий начальник. В руках, вместо плоскогубцев, он держал поднос со всякими закусками, а под мышкой была зажата бутылка вина. Моего платья, к слову, тоже не было. — И кого это мы так нагло обманываем?
— Того, кто правды явно не поймет, — раздраженно ответила я. Это он виноват, что я оказалась в такой глупой ситуации! А теперь еще и потешается. — Где мое платье?
Мой голос прозвучал наверное слишком резко, так как нахальный босс сразу улыбаться прекратил.
— На ресепшене сказали, что смогут починить, — мягко ответил он, поставив поднос и вино на стол. Я почувствовала себя диким зверем, которого приманивают лакомством. И как это вышло, что на подносе оказалось все то, что я так люблю? — Я решил, что, пока ждем, мы могли бы перекусить. Вина холодного выпить.
Он уже достал бокалы из мини-бара, с надеждой поглядывая на меня.
— У меня ведь все-таки день рождения, — всаживая штопор в пробку, обаятельно подмигнул он, — ты же не откажешь имениннику?
Я вздохнула, подбираясь ближе к столику и соблазнительной еде. И как тут сказать «Нет?»
 
***
 
— Нет! — сказала я твёрдо и даже головой мотнула для уверенности, отказываясь от вина. Какой уже по счёту это бокал? Пятый? Или седьмой? Судя по опустевшей бутылке и последним каплям, соскользнувших с горлышка в мой бокал, выпила я уже и так достаточно.
— А как же тост за именинника? — спросил этот самый именинник, разглядывая меня сквозь призму граненого стакана. От янтарного виски со льдом в его голубых глазах плясали золотые огоньки.
— За тебя мы пили в самом начале! — боже, как смешно прозвучал мой опьяневший голос.
— Нет. В самом начале мы пили за тебя, — ответил он, улыбаясь. А потом добавил, наклонившись ко мне поближе, — Я еще сказал, что ты чертовски сексуальна в моем пиджаке. Помнишь?
Как можно такое забыть? Я тогда чуть вином не поперхнулась. Снова смутившись, отвела глаза.
— Значит, второй тост был за тебя, — неуверенно взглянула на почти полный бокал.
— Второй тост был за мой самый лучший день рождения, — произнес он четко, будто и не пил вовсе.
— Значит, третий! — сдаваться не хотелось.
— Третий, по-традиции, был за любовь, — он тоже не уступал. И я сокрушенно вздохнула: за что мы пили дальше, я уже не помнила. — Давай, Киселева, скажи мне парочку приятных слов. Неужели я не заслужил?
И когда он успел стать таким настойчивым? Тихо застонав, я потянулась за бокалом, не замечая, как с ног соскользнул теплый плед. Я его накинула еще в самом начале… не помню зачем.
— Уважаемый Павел Сергеевич, — начала я, откашлявшись, — желаю вам счастья, здоровья, и чтобы сбывалось все, что только захотите!
Он усмехнулся, скользнул взглядом по моим ногам и, подавшись вперед, со звоном боднул мой бокал своим.
— А ты знаешь, что я сейчас хочу больше всего? — спросил он и выпитое вино опять встало поперек горла. Я с трудом сглотнула, чувствуя приятный жар внутри, и тихо поинтересовалась:
— Что?
Вместо ответа он протянул мне руку. Легкая улыбка гипнотизировала, заставляя без вопросов и возражений подчиниться. Я подалась к нему навстречу, словно мышка, которая следовала на звук волшебной дудочки, и, прежде чем взять мою руку в свою, он тихо произнес:
— Хочу с тобой потанцевать.
— По… танцевать? — запнулась я, неуверенно поднимаясь с кресла. Не то, чтобы я ожидала чего-то другого, но… — А как же музыка?
— Сейчас будет, — крепко сжимая мою ладонь, он быстро прошелся пультом по трек-листу, выбирая песню.
— И ты хочешь танцевать здесь? — я без труда узнала первые аккорды своей любимой песни Niagara «Pendant que les champs brulent». От этой сексуальной музыки желудок сводило в тугой узел, а тело само начинало двигаться в такт.
— А где? Ты же не собираешься спуститься вниз ко всем в моей одежде? — хитро улыбнулся коварный босс, вытягивая меня на середину комнаты. Ноги отказывались слушаться, а голова кружилась.
— Ну почему же? Ты же сам сказал, что в этом пиджаке я выгляжу даже лучше, чем в платье! — рассмеялась я, делая вид, что направляюсь к двери.
— Черта с два, я позволю тебе разгуливать в таком виде! — резко ответил он, и с силой потянул меня назад, прижимая к себе. — Я тебя сейчас никуда не отпущу.
 От неожиданности смех застрял в груди, а я, потеряв равновесие, вцепилась в его широкие крепкие плечи.
— Ты ведь обещала мне желание, — проговорил он тихо, заглядывая в мои глаза, — потанцуй со мной.
— Я едва на ногах держусь, — промямлила, отводя взгляд и тут же почувствовала, как начальник крепко сжал меня в районе талии, намертво припечатав к себе.
— Я поддержу, — сказал он уверенно, плавно двигаясь под музыку, касаясь моего тела своим. Господи, какая же я пьяная! Прикрыла глаза, стараясь не обмякнуть в сильных руках. Голова кружилась, и я откинулась назад, чувствуя, как его рука мягко переместилась на мой затылок. Слегка сжимая. Мягко массируя. Боже, как приятно!
— М-м-м… — я приоткрыла глаза. Его лицо было так близко. Опасно близко. Неприлично близко к моим губам. А глаза горели диким пламенем. Страстным пламенем. Таким пламенем, которое разжигается от желания. Безумного желания обладать женщиной.
— Какая же ты красивая, — прошептал он. Тихий голос взорвался громким эхом у меня в голове, опьяняя сильнее вина, кружа голову, вызывая зависимость. Мне не хватало этого. Как же мне не хватало этого внимания! Внимания мужчины, желания в его глазах, когда от простых комплиментов ты чувствуешь себя королевой.
— Нет… — не говори мне этого! Не заставляй меня чувствовать это. Не искушай меня… 
— Да, — его пальцы медленно ласкали мою шею. Плавно поглаживали под музыку. — Ты очень красивая… Что же ты делаешь со мной?
Он склонился ко мне настолько низко, что я ощутила его дыхание на щеке. Неспешно провел пальцем по подбородку и наши носы слегка соприкоснулись. Это невыносимо! Почему никто не останавливает это безумие?
— И что я делаю? — спросила я, тихо вздыхая, отворачиваясь, избегая неизбежного и предвкушая одновременно.
— Соблазняешь меня, и соблазняешься, — ответил он, прижимая меня ещё сильнее, ещё крепче, отбирая реальность и почву из-под ног.
— Я замужем и у меня двое детей, — сказала я негромко, но твердо. — У меня не тот статус, чтобы соблазнять.
Секунда, и он отстранился. Просто молча отступил, выпуская из объятий. Я стояла, опустив голову, не желая смотреть в его глаза, стараясь не думать о том, что он хотел сделать, запрещая себе вспоминать обжигающий взгляд и объятия. Это просто танец, а мы…
— Мы пьяны, — объяснила себе своё состояние, даже не замечая, что музыка давно стихла, а в комнате повисла напряженная тишина. — Мне надо… надо на воздух.

Глава 10

Не хотелось признаваться, но я боялась не его, а себя. Те чувства, которые разбудил его горящий взгляд, настораживали. А то, что этого взгляда в какой-то момент мне стало мало, испугало по-настоящему. Неужели в тот миг я и правда захотела, чтобы он меня поцеловал?

Нет. Конечно, нет! — Убеждала себя, но подсознание шептало противным голосом обратное.

— Твоё платье будет готово завтра утром, — сообщил мне Паша, но что-то мне подсказывало, что он знал об этом с самого начала.

— А в чём же я домой поеду? — его пиджак ну никак не вписывался в рамки приличия и для прогулок по ночному городу явно не годился.

— Если хочешь, можешь надеть мою футболку и спортивные штаны, они чистые. Я как раз их брал для завтрашней тренировки, — игнорируя мой ошарашенный взгляд, он невозмутимо выудил свою форму из спортивной сумки.

— А почему ты мне их сразу не дал? — вместо благодарности возмутилась я, выхватывая предложенную одежду.

— Я как-то забыл, — прозвучало не совсем уверенно. Ну да, конечно, он забыл! И поцеловал случайно! И я ему совсем не нравлюсь! Вот не верю я ни единому слову!

Фыркнув, пошла переодеваться в более приличную одежду. Такси решила вызвать ко входу отеля, чтобы случайно не столкнуться с кем-то из сотрудников.

— Уже уходишь? — с сожалением вздохнул мой босс и отправился меня провожать, обещая вернуть платье в понедельник.

Прощаясь возле такси, мне вдруг стало жутко неловко. Одетая в его одежду, пропитанная его запахом, возле входа в отель, я вдруг почувствовала себя не в своей тарелке. Словно между нами был не просто поцелуй, а целая ночь долгого и страстного секса. Эта неподобающая мысль захлестнула меня, ударяя кровью в виски, и я почувствовала, как закружилась голова, а ноги запутались друг о друга.

— Всё в порядке? — заботливо обнял меня за талию виновник моего состояния. Опоил, одурманил, лишил здравого смысла, а теперь ещё интересуется таким тоном, словно ни в чём не виноват.

— Нет… то есть да, — хаотично пытаясь нащупать ручку на машине, ответила я. Скорей домой. Принять душ. Поскорее смыть с себя его запах, иначе я задохнусь.

Он открыл дверь, помогая сесть внутрь. И как это у него получается? Быть всегда рядом? Быть таким заботливым? Таким обманчиво добрым?

— Спокойной ночи, — склонившись ко мне, проговорил он. Почему он смотрит так, словно не хочет отпускать? Почему я смотрю в ответ так, словно не хочу уезжать?

— Пока, — тихо отвечаю, опуская глаза, а он наклоняется и целует меня. Нежно. Едва осязаемо. В щёку.

— Спасибо за чудесный вечер, — лукаво улыбнулся он, отстранившись. — Ой. Ты же не подумала, что я только что поцеловал тебя, потому что у меня чувства?

Гад! Он что, издевается?!

— Сладких снов, Саратов! — громко хлопнула дверью перед самым носом наглого начальника. Пусть тебе какой-нибудь кошмар приснится! Чтобы ты понял, что нельзя так с людьми поступать. Нельзя так просто брать и целовать когда вздумается, а потом вести себя, словно ничего не произошло!

Когда я тихо открыла дверь в свою квартиру, Кристина спала на нашей кровати. С двух боков, мило свернувшись калачиком, посапывали малыши. На телевизоре беззвучно мелькали кадры мультфильма. На цыпочках я прокралась в ванную и переоделась.

— Как все прошло? — сонно спросила подруга, когда я вышла.

— Нормально, — натянуто ответила, вспоминая поцелуй и тут же прогоняя его из головы. — Давай завтра расскажу подробности. А то спать охота.

Кристина, зевая, согласилась и отправилась спать, а я, переложив малышей в их кроватки, еще долго ворочалась, все думая, не совершу ли я ошибку, продолжив с ним общаться.

О том, что мужу я так и не перезвонила, вспомнила лишь утром.

Точнее, он напомнил — трелью телефонного звонка. Я уснула под утро, и просыпаться, чтобы ему отвечать, не хотелось.

— Саша, привет! Это Кристина, — услышала веселый голос подружки. — Как это что? За детишками твоими присматриваю! Марина? Не знаю, еще не возвращалась.

Я оторвала голову от подушки, недовольно хмуря брови.

— Шучу-шучу. Вернулась вчера, не переживай. В целости и сохранности. Ну как, вернулась, мужик какой-то на руках принес пьяную вдрабадан. Сгрузил на диван, вежливо интересуясь: «Ваша?»

— Крист-и-и-и-на, — цокнула языком, требуя телефон.

— Да шучу я, расслабься, — она вовсю веселилась. — Сейчас дам ей трубочку, сама все расскажет. Нет, она уже не спит. Деткам завтрак готовила, вот и не ответила. А ты сразу про самое плохое думаешь! Как не стыдно! По себе людей не судят!

— Привет, — поднялась с кровати и взяла телефон, выглядывая на кухню. Там и правда готовился завтрак. Вернее, его готовила, к моему большому удивлению, Кристина. Двойняшки, заметив меня, моментально подбежали обниматься.

— Привет, — послышался пропитанный обидой голос в телефоне. — Как ты вчера погуляла?

— Нормально. Ты же слышал — вдрабадан, — неприятное чувство кольнуло в бок, потом прошлось холодком по спине, потом обдало жаром щеки, и я невольно прижала пальцы к губам. Нет! Это ничего не значило! Он сам меня поцеловал! Я ни в чем не виновата! Это было глупое стечение обстоятельств. Он просто поддался настроению, а я слишком расслабилась и не успела среагировать.

— Прости, — вырвалось у меня.

— За что? — насторожился муж.

— За то что не позвонила вчера.

Но совесть меня мучила не из-за этого.

— Да ладно, я все понимаю. Корпоратив. Он же дороже любимого мужа, — Саша никогда сам не извинялся, зато очень любил, когда прощение просили у него. И не один раз. Ему словно нравилось топтаться по чужому самолюбию, чувствуя собственное превосходство.

Глава 11

— Ну сколько можно дуться? — перегородил дорогу мой некогда хороший друг.

— Не понимаю, о чем это вы, Павел Сергеевич, — мой голос, словно многотонный айсберг. Холодный и непреклонный. А лишенный теплоты взгляд дрейфует по сторонам, избегая босса. Моя тактика безразличия сработала, и он, чувствуя вину, вымаливал прощения за свои грехи. То есть за свои глупые и развратные шутки.

— Я уже сто раз извинился, — и, кажется, на этом он решил остановиться. Да и, судя по абсолютно не серьезному тону, угрызений совести он так и не испытал. — Ну что ты хочешь, чтобы я сделал?

Хм. А это уже интересно.

— Хочешь, еще что-то из одежды тебе отдам?

Мда. Подкуп не удался. Раз фантазия не работает, пусть мучается дальше. Не меняя каменного выражения лица, обошла своего отчаявшегося начальника.

— Марин… — его мягкий голос, словно крючок зацепился за край одежды, потянул, заставил остановиться и обернуться. Твердый решительный взгляд дал понять, что он не отпустит. — Хватит обижаться, иначе обижусь я.

Ого.

Прозвучало, как угроза, но почему-то захотелось расхохотаться.

— Павел Сергеевич… — подавив смешок, начала было я, но тут вдруг в сумочке зазвонил телефон. Кристина.

— Алло, Мариш, ты на работе?

— Ага.

— Я тут как раз рядом с тобой. Может, пообедаем?

— Давай, — согласилась я.

— Я в Старгороде, знаешь, где это?

— Конечно. Буду там минут через десять. Пока.

Спрятала телефон в сумочку и взглянула на босса, который все это время нетерпеливо ожидал окончания моего разговора.

— Павел Сергеевич, — без тени улыбки произнесла я, — прошу меня извинить, я вынуждена вас покинуть. К сожалению, не навсегда, а всего лишь на обед. Вернусь ровно… — отсчитала сорок пять минут на наручных часиках, — в час пятьдесят пять.

— Марина Анатольевна, — он тоже ни разу не улыбнулся, — смею вам напомнить, что обедать с начальством — ваша прямая обязанность. Так что извольте насладиться моей компанией еще немного.

— Но я уже договорилась с Кристиной… — попыталась возразить.

— С Морозовой? Ладно, пусть обедает с нами, я не против.

Надо же. Его Величество не против! А мнение простых офисных смертных его не интересует?

Видимо, нет.

Весь короткий путь к назначенному месту я молчала, держась на безопасном расстоянии от любителя ткнуть пальцем в бок, обозвав при этом «букой». Но вел он себя хорошо, как джентльмен открывал передо мной двери и пропускал вперед.

Войдя в уютное кафе, я сразу увидела Кристину. Она приветливо помахала мне, а затем замерла с поднятой рукой. Ее взгляд намертво прилип к моему неотразимому боссу, который скромно шагал позади меня. Господи, подруга, хотя бы рот закрой!

— Привет! — поздоровался Пашка, когда мы подошли к столику.

— При-вет, — пропела она, словно самка в брачный период.

Я громко кашлянула, привлекая ее внимание, которое было уже сосредоточено на фигуре моего начальника.

— Кристин, ты же узнала Пашу Саратова?

— О! А? Э-э-э… — ее реакция стала бесценным дополнением коллекции самых дурацких выражений лица, которые я когда-либо видела.

И пока она отходила от шока, мой босс подозвал официантку и сделал заказ.

— Пойду руки помою, — сообщил он, поднимаясь. Я тоже решила составить ему компанию, но подруга удержала меня за рукав.

— Ого! Ты видела это?!

— Что?

— Саратов! Почему ты не сказала, что он стал таким?! — ее эмоции били через край. Она достала пудру и принялась поправлять макияж. — Как я выгляжу?

Кристина выглядела, как всегда, великолепно. Яркая блондинка со взглядом голодной волчицы.

— Нормально. А что это ты так засуетилась? — и почему у меня очень плохое предчувствие?

— Мариша! Это же судьба! — жарко заявила она.

— Ты о чем?

— Это просто невероятно! — чему-то удивляясь, она старательно красила губы. — Что мы так случайно встретились! Саратов ведь был в меня влюблен в университете!

— Чего?! — сказать, что я удивилась — это ничего не сказать. — Не может быть!

А как же я? Он ведь меня любил!

— Мариш, ну ты, как всегда, дальше своего носа ничего никогда не видела! Только слепой мог не заметить этого. Я думала, ты знала.

— Я не знала! — возмутилась, чувствуя, что меня нагло надули. Нет, я, конечно, понимала, что все мужики козлы, но Саратов? Во мне словно последняя надежда на спасение человечества умерла.

— Мне казалось, все вокруг это знали. Даже неудобно было как-то не отвечать ему взаимностью.

Нет, это бред какой-то!

— Знаешь, это прямо как в фильме: давние друзья встречаются после стольких лет разлуки, и забытые чувства разгораются вновь!

— Вы же никогда не дружили! Вечно ругались!

— Вот! Мужчина всегда злится на любимую женщину, которая ему не дает… в смысле, не отвечает взаимностью.

На меня он никогда не злился. Может, и правда, не любил? Но зачем тогда о своих чувствах говорить?

— И когда он тебе в любви признался? — подозрительно нахмурившись, спросила я. Неужели, после того, как Кристина его отвергла, он на меня переключился?

— Ты что! Саратова не помнишь? Он не признавался, только ходил за нами тенью повсюду. Понимал, что шансов у него нет, вот и молчал. Но сейчас я совсем даже не против... — Кристина мечтательно закатила глаза, а у меня будто гора с плеч упала, и все стало ясно. Про его признание я не говорила никому, даже своей лучшей подруге. Но, кажется, пора прояснить некоторое недоразумение.