Молот мертвеца

Глава 1. Серый рассвет

Сознание возвращалось медленно, с противным скрипом, будто старые петли отворяли дверь, которую давно не следовало трогать. Первым ощущением был холод. Не тот обычный холод, когда зябнешь в промозглую осень, а глубокий, въедливый, идущий изнутри — словно кто-то залил в вены жидкий свинец и забыл вынуть.

Артем попытался открыть глаза. Веки не слушались. Они были тяжёлыми, липкими, словно приклеенными. Он сделал усилие, и веки поддались — но вместо привычной серой общажной стены перед ним разверзлась тьма. Высокая, давящая, с едва различимым сводом где-то наверху.

Запах ударил следом. Сырая земля, тлен, что-то сладковато-приторное, от чего желудок болезненно сжался. Артем инстинктивно попытался втянуть носом воздух резче — и тут же закашлялся. Горло саднило, будто по нему провели наждаком.

— Твою мать, — прохрипел он, и собственный голос прозвучал чужим. Сиплым, низким, с непривычной вибрацией в грудной клетке.

Он попробовал пошевелиться. Тело слушалось с трудом, как после недельного запоя, когда каждый сустав скрипит, а мышцы превращаются в переваренные макароны. Артем оперся на руки и приподнялся. Пальцы утонули в чём-то рыхлом, влажном. Он опустил взгляд и в полумраке разглядел землю, перемешанную с гнилой соломой.

Склеп.

Мысль пришла сама собой, холодная и нелепая. Но стоило ей оформиться, как остальные детали начали складываться в цельную картину. Каменные стены, сложенные из грубого бутового камня. Низкий потолок, теряющийся во мраке. Тяжёлая деревянная дверь, перетянутая ржавым железом, в паре шагов от него.

И запах. Сладковато-приторный, от которого всё ещё мутило.

Артем перевел взгляд на свои руки и замер.

Они были чужими. Бледные, с длинными тонкими пальцами, испещрённые какими-то серыми разводами, похожими на венозную сетку. Ногти — неестественно тёмные, почти чёрные. На левом запястье тускло поблёскивал браслет из потускневшей бронзы с выгравированными символами, которых он никогда раньше не видел.

— Это не мои руки, — сказал он вслух, и в голосе прорезалась паника.

Он вскочил, но тело не слушалось — ноги подогнулись, и Артем рухнул на колени, едва успев выставить вперёд руки. Ладони обожгло острыми камешками, впившимися в кожу.

Склеп качнулся перед глазами. В висках запульсировало, и перед внутренним взором поплыли обрывки воспоминаний. Общага на окраине. Красный глаз индикатора на телефоне, показывающий пропущенные звонки от матери. Руки Димки, которые трясутся, пока он достаёт из кармана куртки сложенный в несколько раз пакетик. Собственные пальцы, сжимающие шприц.

Артем зажмурился, пытаясь отогнать картинку. Бесполезно. Он помнил всё до последнего мгновения. Серую стену напротив кровати. Тяжесть в голове, которая навалилась внезапно, как мешок с песком. И потом — пустоту. Долгую, тёмную, без единой мысли.

А теперь это.

— Я умер, — сказал он тихо. И эти слова не вызвали ужаса. Только глухое, тоскливое удивление.

Артем медленно поднялся на ноги, держась за стену. Ладонь ощутила холод камня, и этот холод был настоящим. Слишком настоящим для бреда или посмертной галлюцинации. Он никогда не верил в загробную жизнь. Да и сейчас не верил. Но факт оставался фактом: его тело — его старое тело — осталось там, в общаге, а он стоял в каменном мешке, глядя на чужие руки.

В левом углу зрения что-то дрогнуло.

Артем машинально повернул голову — и в следующую секунду его зрачки расширились от непонимания. Прямо перед глазами, в воздухе, парили полупрозрачные символы. Они слабо мерцали зеленоватым светом, складываясь в строки, которые он почему-то мог прочитать без усилий.

[Система инициализирована]
[Обнаружен носитель: Азгор, уровень 3]
[Статус: возрождение]
[Синхронизация души: 17%]

Артем моргнул. Строки не исчезли. Он протянул руку, пытаясь коснуться их, но пальцы прошли сквозь свечение, не встретив сопротивления.

— Что за хрень? — выдохнул он.

Символы дрогнули, и к ним добавились новые.

[Внимание! Обнаружена критическая нестабильность]
[Носитель души не соответствует базовым параметрам]
[Наложены штрафы: “Чужое тело” (-30% к силе, -30% к ловкости), “Отторжение” (-50% к восстановлению маны)]

Артем уставился на строки, чувствуя, как в груди нарастает паника. Он не понимал, что происходит, но каждое слово системы — он уже начал называть её про себя системой — звучало как приговор. Чужое тело. Отторжение. Критическая нестабильность.

— Я в игре, — прошептал он, и от этой мысли стало одновременно легче и тяжелее.

Легче — потому что игровой мир означал, что смерть, возможно, не окончательна. Тяжелее — потому что последние годы он избегал игр как чумы. Игры были для тех, у кого есть время и деньги. А у него не было ни того, ни другого. Только доза, очередная работа на стройке и мать, которая перестала звонить после того, как он пропустил её юбилей.

Он сделал шаг вперёд, к двери. Ноги дрожали, каждое движение давалось с трудом, будто его настоящее тело было упаковано в этот чужой скелет, как в тесный мешок. Системные строки не исчезали, а только множились, выскакивая с каждой секундой.

[Текущие характеристики:]
[Сила: 4 (-30%)]
[Ловкость: 3 (-30%)]
[Интеллект: 8]
[Мана: 12/40 (восстановление замедлено)]
[Здоровье: 18/45]

Артем добрался до двери и упёрся в неё плечом. Дерево заскрипело, но не поддалось. Он попробовал ещё раз, сильнее — дверь приоткрылась на пару сантиметров, и в склеп ворвался слабый серый свет. Холодный, утренний.

Артем просунул пальцы в щель и потянул на себя. Ржавые петли завыли, но дверь подалась. Он выбрался наружу, тяжело дыша, и прислонился спиной к каменной стене.

Он стоял на небольшом холме, поросшем жесткой, побуревшей травой. Внизу, в низине, темнел редкий лес — кривые, узловатые деревья с обломанными ветвями, похожие на скрюченные пальцы. Небо было серым, без единого просвета, и этот серый цвет казался бесконечным, давящим.

Глава 2. Ментальная связь

Артем не знал, что собирается делать. В голове не было ни плана, ни даже смутной идеи. Только тупая решимость и системные сообщения, которые сыпались одно за другим, заливая периферию зрения алым.

[Внимание! Вы обнаружены]
[Враждебные цели: 5]
[Уровни целей: 8, 10, 10, 12, 15]

Пятнадцатый уровень — это был всадник в металлических доспехах. Артем мельком глянул на собственные параметры: уровень 3, здоровье 14 из 45, мана 12 из 40. Разрыв был чудовищным. Он даже не представлял, как вообще можно компенсировать такую разницу. Но ноги продолжали двигаться, посох глухо стучал по грязной дороге, и он шёл вперёд, потому что остановиться было уже нельзя.

Первый стражник заметил его. Коротко стриженный мужчина с кривым шрамом через всю щеку, одетый в потёртый кожаный доспех. Он держал плеть, конец которой всё ещё был обмотан вокруг древка. Стражник дёрнулся, схватился за меч, но командир на лошади поднял руку, останавливая его.

— Ты кто такой? — голос всадника звучал равнодушно, с лёгкой скукой. — Проваливай, некромантская морда. Не видишь, идёт казнь изменницы.

Артем остановился в десяти шагах от отряда. Только сейчас он осознал, как выглядит со стороны. Худой, бледный, в рваных лохмотьях, опирающийся на трухлявый посох. Живой труп, который едва держится на ногах. Никакой угрозы. Никакой ценности.

Девушка на земле подняла голову. Глаза у неё были светлые, почти белые, и в них горела такая ярость, что Артему стало не по себе. Её лицо заливала кровь из рассечённой брови, но она смотрела на него с ненавистью, которая, казалось, могла испепелить и его, и стражников, и саму дорогу под ногами.

— Я... — начал Артем и запнулся. Он не знал, что сказать. Представиться? Попросить отпустить девушку? Угрожать?

Система выбросила новое сообщение, и он чуть не вздрогнул.

[Активировано пассивное умение: “Чужой среди чужих”]
[Вы видите скрытую информацию]

Перед глазами появились дополнительные строки, наложенные поверх силуэтов стражников. У каждого высветились краткие характеристики, но главное — Артем увидел маленькие иконки, мигающие возле фигур. У командира в доспехе горел жёлтый значок с надписью “Сомнение”. У стражника с плетью — красный “Агрессия”. У двух других, стоявших позади — “Ожидание”. А у девушки на земле иконка пульсировала багровым: “Предельная ярость. Готовность к прорыву”.

Командир на лошади наклонился в седле.

— Ты глухой, некромант? Я сказал — вали отсюда, пока я не решил, что твоя голова стоит дороже, чем её.

Он кивнул в сторону девушки, и один из стражников — тот, что стоял ближе всех к Артему — хихикнул, положив руку на эфес меча.

Артем перевёл взгляд на командира. Система подсказывала: у него есть единственное заклинание в активных навыках. “Ментальная связь”. Артем не знал, как оно работает, но в описании значилось: “Установить временную ментальную связь с целью. При успехе — наложить эффект замешательства на 5 секунд. Дальность — 10 метров. Стоимость — 20 маны”.

У него было 12 маны. Не хватало.

— Я не могу уйти, — сказал Артем, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — У меня здесь дело.

Стражники переглянулись. Командир прищурился.

— Дело? У некроманта? Какое ещё дело?

— Она должна мне деньги, — Артем указал на девушку. Слова слетали с языка сами собой, он почти не контролировал поток. — Большие деньги. Если вы её убьёте, я останусь в убытке. А я этого не люблю.

На секунду повисла тишина. Потом стражник с плетью расхохотался. Второй поддержал его, гоготнув. Командир на лошади усмехнулся, но в глазах у него оставалась настороженность.

— Ты в своём уме, чародей? Она — Брунгильда Разрушительница. За её голову объявлена награда в триста золотых. С каких пор такие, как ты, дают в долг берсеркам?

Артем лихорадочно соображал. Маны не хватало. Даже если бы хватало, что даст пять секунд замешательства? Он не сможет ничего сделать — ни ударить, ни убежать. А девушка связана и лежит на земле. Бесполезно.

Но системное сообщение, которое выскочило в тот же миг, заставило его замереть.

[Пассивное умение “Чужой среди чужих” активировано]
[Цель: Брунгильда, класс: Разрушительница]
[Обнаружена скрытая характеристика: “Оковы сломлены” — физические ограничения снижены на 70% при условии ментальной поддержки]

Артем понял. Всё встало на место. Ему не нужно было побеждать стражников. Нужно было дать ей шанс.

— Триста золотых? — переспросил он, изображая удивление. — А мне она должна пятьсот. И я привык получать своё.

Он сделал шаг вперёд. Командир на лошади выпрямился, рука его легла на рукоять меча.

— Стоять. Ещё шаг — и ты труп.

— Убьёте меня — не получите свои триста, — возразил Артем. — Я единственный, кто знает, где она прятала остатки клановой казны.

Девушка на земле дёрнулась. В её глазах промелькнуло недоумение, смешанное с яростью. Она не понимала, что он делает. Или делала вид, что не понимает.

Командир задумался. Жёлтая иконка “Сомнение” над его головой мигнула и сменилась на оранжевую “Колебание”.

— Клановую казну? — переспросил он медленно. — Говоришь, знаешь?

— Знаю, — твёрдо сказал Артем. — Но скажу только ей в лицо. И только после того, как вы развяжете ей руки.

— Это ещё зачем?

— Затем, что она не дура, чтобы отдавать приказ наёмникам. А я не дурак, чтобы отдавать информацию без гарантий. Развяжите ей правую руку, я подойду и скажу, где деньги. Вы получаете свою награду и кладовую вдобавок. Я получаю свои пятьсот. Все в прибыли.

Стражники переглянулись. Командир молчал несколько секунд, потом кивнул стражнику с плетью.

— Развяжи.

Стражник нехотя подошёл к девушке, нагнулся и перерезал верёвку, стягивающую её правую руку. Вторая рука оставалась привязанной к седлу, но Артем видел, как напряжение в её теле изменилось. Пальцы свободной руки сжались в кулак, побелели костяшки.

[Брунгильда, состояние: ожидание сигнала]
[Оковы сломлены: 1/2]