Монстр и его безумная красавица

Глава 1 | Анжелина

«Я люблю себя – за дрожащий рёв

За законный гонор!

Ибо я среди стерв – сама Горгона!»

– Неизвестный автор

Глава 1 | Анжелина

Вы когда нибудь думали о том что в мире есть человек, чья власть буквально движет миром? Я нет. Пока не вышла замуж на него. Барысбек Кхан Михей Альдоне – 34 летний глава клана Альдоне, которые обосновались в Италии, на острове Сицилия в 1854 году. Их клан это целая империя, у которых есть такая влиятельность, которой нету даже у президентов многих великих держав. Например: США, Великобритания, Италия, Франция или Китай. У них есть свои дворцы по всему миру. Недвижимости, яхты с размером в целый особняк, самые дорогие машины и спорт кары. А самое главное у них есть то, что оказывает влияние на таких влиятельных и опасных людей как: мафиози, короли, магнаты, владельцы мировых компаний и ткд. Даже сами президенты целуют дорогу по которой он шёл. Но самое страшное не то что у них есть такая власть, а именно то, какими людьми являются члены семьи Альдоне. Они буквально звери. Нет, не звери. Они даже хуже касаток которые убивают акул и тюленей ради забавы. Они известны своим безумием и кровожадностью. Я никогда раньше вживую не видела ни одного члена их семьи, но видела по фотографиям, которые действительно меня напугали. Их глаза горели чистым безумие, и наслаждением от взглядов наполненных страхом когда люди смотрели на них. Они настоящие дьяволы. Хотя скорее всего даже дьявол ужаснулся бы их традициям и поступкам. И сейчас я замужем за одним из них. А точнее вышла за самого главного. Я не знаю что в прошлом пережил мой муж - Барысбек, но явно не сказки на ночь и учения о том что, на холоде человек может умереть, без еды и воды. Потому что я никак не могу объяснить тот факт того что он буквально насильно запер меня в подвале своего дворца. Всего лишь за то что я сегодня утром пролила чашку кофе на его идеально чистый мраморный пол, на следующий день после нашей грандиозной свадьбы которую мы праздновали 7 дней. Серьёзно? Какой псих запирает свою жену за то что она пролила кофе на пол? Верно. Никто. Но мой муж не просто человек, а безумец в совмещении с дьяволом. Монстр. Он просто помешан на чистоте, и если бы я знала что из-за диагноза ОКР, мой муж будет запирать меня в подвале за каждое пролитое кофе, я бы скорее прыгнула с обрыва чем вышла за него. Но как говорится чему быть –того не миновать. Поэтому сейчас я отсаживаю своё наказание, и должна обдумать свой проступок по словами моего монстра-мужа.

В подвале замка сыро, темно и холодно. У меня уже успели пальцы окоченеть, и я не знаю сколько уже сижу здесь. Час? Два? Или может сутки? Понятия не имею, но единственное что я хочу сейчас так это попить, поесть, и согреться в теплом одеяле. А ещё надрать упругий зад моего мужа. Но это в последнюю очередь. А пока я тру свои руки, надеясь на то что кровь будет быстрее циркулировать по венам, и не даст мне умереть от холода. Я сижу на грязном, порванном матрасе, от которого воняет тухлым мясом, кровью, и мочой. Я с самого начала не хотела на него садится, но после того как моя жопа окаменела от сидения на каменном полу, я поменяла своё решение. В моей камере темно как в жопе моего мёртвого дяди (помилуй Господь его душу), зад которого я в жизни конечно не видела, но в детстве он лапал меня, поэтому я предполагаю что у него и зад чёрный от запора на который я его и проклинала. И даже малюсенькое окошко размером с моё лицо не приносит никакого света. В детстве я много думала о смерти. А сейчас хочу выжить только для того чтобы наконец-то сходить в туалет и убить моего мужа, его же тростью. Интересно, в загробном мире наказывают за муже-убийство, если муж запер тебя в подвале? Надеюсь что нет, потому что правосудие там тогда тоже такое же гнилое как и в нашем мире.

В конце концов я засыпаю. Не знаю сколько времени прошло, но просыпаюсь от того что слышу как отпирается замочная скважина, и стальная дверь со скрипучим звуком отпирается, а на моё лежащее тело на матрасе падает свет исходящий из подвального коридора. В дверном проёме стоит один из верных собачек моего мужа. Тот самый который схватил меня за запястье так сильно, что на нём остались синяки и приволок в этот Богом забытый подвал. А точнее в тюремную камеру. Не сомневаюсь в том что это – тюремная камера, в которой раньше в 20-ом веке держали врагов семьи Альдоне. А иначе зачем на стене есть кандалы с цепями которые предназначены для удержания пленника? Так их ещё штук сотни, если не больше. Новый поток моих мыслей перебивает откашливание охранника. Забыла как его зовут. Итан? Китон? В общем-то не имеет значения. Я всё равно запомнила его лицо. И в будущем поквитаюсь с ним за такое обращение со мной. Будем называть его Итан-собачка Барысбека. Итан-собачка откашливается снова, и говорит. Он заболел?

- Время вашего наказания подходит к концу, и босс велел выпустить вас. – чёртова собачка. Исполняет приказы моего мужа слово в слово. В нём даже нет сострадательности к бедной девушке которую заперли в подвале.

- Эмм…миссис Альдоне? – снова откашливается охранник, который теперь переминается с ноги на ногу, видимо видя в моих глазах желание убить кого-то.

- У тебя есть семья, Итан? Может быть родители, или жена, дети? – спрашиваю я, медленно поднимаясь с матраса, несмотря на потемнение в глазах, и головокружение из-за голода и холода.

– Нет, миссис Альдоне. Никого. Долг семье Альдоне заключается в том чтобы служить ей, и умереть за неё. А семья как правило это – слабость, которая будет мешать отдать жизнь за клан. – снова уже более храбро отвечает Итан-собачка Барысбека.

- Хммм, понятно. Значит никто не будет горевать по тебе если ты внезапно умрёшь упав с лестницы ведущей в подвал, или умерев от укуса питона моего мужа? – спрашиваю я, медленно подходя к Итану, и наблюдая за тем как расширяются его зрачки от осознания моих слов.

- …Все верно миссис Альдоне. – отвечает он, после секундного молчания.

- Хорошо. Будь аккуратен Итан. А то мало-ли что. Вдруг ты однажды проснешься заживо закопанным в гробу. – улыбаясь я говорю ему, после чего прохожу мимо его застывшего тела в коридор, а дальше вверх по лестнице на выход из этой злополучной камеры.