Море волнуется раз...

Глава 1

Олеся.

Что всплывает у вас в памяти, когда вы думаете о море?

Тёплый прибой, ласково обнимающий ваши ступни? Долгие прогулки по песчаному пляжу? Или, может, красивый янтарно-розовый закат, тихо тающий над потемневшей водной гладью?

Олеся помнила наизусть, её море - это всегда ледяные, серо-зелёные волны, уходящие за горизонт, и каменистый берег, состоящий из хаотично сваленных валунов.

В детстве она часто бывала на море, почти каждые каникулы она приезжала к тёте, которая была ей вместо бабушки.

В студенчестве появились друзья, дела, подработки, а затем она устроилась аналитиком в крупный холдинг “Парадигма” и её закрутило в водовороте рабочих проектов. Куча рабочих чатов, таблицы с цифрами, всегда всё срочно.

Когда завершился очередной выжимающий все силы проект, и рассыпались неудавшиеся отношения с таким же аналитиком, как она, Олеся решила, что поедет в отпуск. Ей просто необходимо подышать родным холодным морем и побыть наедине с собой.

***

— Просто я не умею выбирать мужчин, теть, - крикнула Олеся из другой комнаты, ныряя в просторный летний сарафан, затем заглянула на кухню: - Мы уже расстались.

— Ох, Олесь, знала бы - не спрашивала про него, - тётя задумчиво расправляла край ситцевого передника. - Только как это, Олесь? Уметь выбирать мужчин? Разве мы можем выбрать, в кого влюбиться? В наше время всё было просто, влюблялись и все, а у вас сейчас то карьера, то саморазвитие, то ещё что - не до любви.

— Да всё в порядке, теть, зато у меня есть такой верный и преданный кавалер, как наш Арчи. Правда, мальчик? - Олеся улыбнулась и ласково потрепала за ушами тёмную неуклюжую таксу, которую знала ещё несмышленым щенком.

Тёмный пес согласно вильнул в ответ хвостом и ткнулся в неё длинным мокрым носом, Олеся не удержалась и, негромко рассмеявшись, поцеловала собаку в покатый лоб.

— Мы пойдём прогуляемся на плато, - она подхватила поводок и подозвала к себе пса, хлопнув ладонью по бедру: — Арчи, идём!

— Не ходила бы ты одна, Олесь, - поправив очки, пеняла ей вслед тетя.

— Так я и не одна, со мной Арчи, - уже на пороге, улыбнувшись, ответила Олеся.

***

Узкая тропинка огибала кусты и становилась всё более каменистой, такой же, как и весь берег, к которому она вела. Осталось пройти ещё немного, и можно будет насладиться видом. Олесе с детства был знаком каждый шаг этой дороги до моря. Впереди неё, нетерпеливо натянув поводок и важно переваливаясь с боку на бок, семенил Арчи.

Берег состоял из булыжников и валунов, образующих небольшое плато, казалось, кто-то увеличил гальку во много раз и свалил её в хаотичном порядке. Приходилось всё время смотреть под ноги. Взобравшись на большой плоский камень, она отпустила Арчи с поводка, разместилась на покрывале и смогла поднять взгляд на море.

Наконец-то.

Олеся удовлетворенно выдохнула. Перед глазами раскинулась бескрайняя водная гладь, бликующая на ярком солнце.

— Море волнуется раз, море волнуется.. два.... - Олеся улыбнулась всплывшей из подкорки детской считалочке.

Море сегодня лишь слегка волновалось. Пока оно скрывало свою силу.

Очень холодные даже в середине лета серо-зеленые волны с плеском бились о прибрежные камни. Поплавать в такой воде отважились бы только моржи, к которым Олеся себя точно не относила. Но она и не за этим сюда пришла.

Море умеет забирать мысли. Словно впитывает в себя всё, о чем думаешь, пока вглядываешься в сине-зеленые волны и серую дымку вдали, помогает очистить голову и приносит умиротворение. Олеся могла подолгу сидеть так, прислушиваясь к шуму прибоя и дышать витающей в воздухе влагой и солью.

Справа на пригорке возвышался старый маяк, башня которого выделялась на каменистом берегу красно-белыми полосами. Работал ли маяк сейчас, она не знала, но территория на вид не казалась заброшенной, может быть, из него сделали музей.

Олеся достала бутылку с водой и сделала пару жадных глотков. Было жарковато, хоть с моря ветер и приносил приятную прохладу.

- Арчи, мальчик, иди сюда... - попыталась она приманить пса, чтобы дать ему воды, но тот лишь деловито обнюхивал территорию, затем погнался за чайкой.

Птица примостилась на камне, высоко выступающем над кромкой воды, и разразилась громким криком, показывая, кто тут главный. Арчи не собирался уступать, грозно тявкнул в ответ и стал приближаться к чайке.

- Арчи, Арчи!... - громко позвала Олеся, - Ко мне!

Но Арчи даже ухом не повёл и продолжил карабкаться на большой валун поблизости от воды, чайка тут же упорхнула при его приближении. Вот он взобрался на валун, обнюхал его мокрый край, а затем тонко пискнув, скатился с него в воду, исчезнув из поля зрения.

-Арчи! - Тут же подскочила на ноги Олеся и бросилась к краю камня, с которого соскользнул в воду пёс.

До воды было довольно далеко. Олеся легла на камень животом и свесила руки вниз, пытаясь достать пса. До него оставалось расстояние буквально в несколько ладоней, если бы его ещё не таскало туда-сюда прибоем.

- Арчи, конечно, ты не мог не потащиться за этой птицей, ну, помоги мне до тебя дотянуться, плыви ко мне, малыш! Давай же! - бесполезно бормотала Олеся, пытаясь сильнее свеситься с валуна, опуская ниже плечи и поднимая поясницу и бедра.

Хорошо, что на плато никого нет, подумала Олеся, понимая в какой позе она сейчас находится.

Через некоторое время стало ясно, что сам Арчи со своими невысокими лапами выбраться не сможет. Единственный вариант - спуститься к нему и попробовать выйти на берег чуть дальше, где камни пониже к воде. По её коже тут же прошёл мороз от мысли погрузиться в холодную воду.

- Стойте! А то вы сейчас тоже упадете! - раздался резкий оклик где-то за её спиной, заставив вздрогнуть от неожиданности. - Потом придётся вас обоих вытаскивать, - низкий мужской голос прозвучал уже совсем рядом.

Олеся заставила себя оторвать взгляд от пса, встала на колени, ощутив, как мелкая каменная крошка тут же впилась в кожу, затем села, подогнув под себя ноги, и обернулась на подошедшего мужчину.

Глава 2

Олеся.

Закрывая за собой серую деревянную калитку, ведущую во двор дома-дуплекса тёти Марины, Олеся думала о том, что всё же хорошо, что она сюда приехала. Здесь всё такое простое, родное и уютное.

Во дворе радовали глаз клумбы с разноцветными яркими ромашками. У дощатого крыльца стояли вазоны с любимыми тетиными сортовыми розами. Грунт здесь был каменистый и мало подходил для выращивания овощей, для этого требовалась теплица с привезенной почвой. Зато на территории росло много цветов и три старых грушевых дерева. Олеся и сейчас могла представить вкус небольших кисловатых груш, за которыми любила лазить в детстве.

Только вот в детстве у этих груш было меньше сухих веток, ведь их регулярно обрезали. Олеся прошлась внимательным взглядом по двору. На досках крыльца стала стираться краска, вазоны уже были кое-где со сколами, а траву давно не косили. Раньше дом был под строгим контролем тёти Марины, но уже становилось заметно, что на многое у них с дядей Мишей не хватает сил.

Олеся ощутила, как в груди полоснуло щемящее чувство, давно она не приезжала, а ведь время имеет над всем свою власть. И самое стыдное, что за эти годы она даже ни разу не спросила, нужна ли тёте какая-то помощь.

Арчи давно убежал вперёд и уже прыгал на крыльце, тарабаня лапами во входную дверь. Олеся поднялась по ступеням и впустила собаку в дом. Открыв дверь, она сразу ощутила, как с кухни доносится запах выпечки. Видимо, тётя опять колдует у плиты. Олеся помыла руки и прошла в небольшую кухню.

— О, Лисёнок, вы уже вернулись! - сразу же добродушно защебетала тётя. - Я как раз пожарила блинчиков.

Арчи уселся у стола и, подняв кверху черный нос, заглядывал на хозяйку в надежде на угощение.

— Нет, Арчи, тебе нельзя, доктор сказал, ничего жареного, - терпеливо объясняла псу тётя, включая чайник и выставляя на стол тарелку со стопкой блинов и пиалу с вареньем.

Пес в ответ улегся, положив голову на лапы и сделав самый несчастный вид из возможных в попытке разжалобить хозяйку.

— Ого, спасибо, тетя, пахнет обалденно, - сказала Олеся, подвигаясь к блинам. - А этот негодник Арчи сегодня погнался за чайкой, упал в море и не мог вылезти на валуны.

Тётя обернулась, вытерев руки о передник, завязанный поверх ситцевого цветастого халата, и поправила оправу очков.

— Ох, он что, заставил тебя лезть в холодную воду? Вот же неугомонный пес! Ведь вы оба можете простыть... - Тетя взволнованно оглядела Олесю и пса, только сейчас заметив, что они оба были немного мокрыми.

— Я не была в воде, - с трудом ответила Олеся, так как рот был набит вкусными блинами с малиновым вареньем. - Его вытащил сторож маяка.

— Иван Петрович?..

— Нет, он представился Андреем, - буднично ответила Олеся, прожевав очередной кусок.

— Ох, батюшки, этот новый сторож, про него такое говорят, - распереживалась тётя. - Олеся, не бродила бы ты одна. Вон, бери с собой хотя бы Сашку. Ведь вы раньше дружили, - мягко намекнула она.

Сашкой был соседний мальчишка, живший по ту сторону их дуплекса. Вернее, он был когда-то в детстве мальчишкой и бессменным товарищем по играм. В последний раз Олеся приезжала, когда ей самой было двадцать, а Саше едва стукнуло восемнадцать. Тогда у них закрутился роман. Почти курортный. Саша в силу бушующих гормонов воспылал чувствами к Олесе, а ей самой просто хотелось всех этих встреч и гуляний под луной, романтики словом. Ей были приятны его чувства и внимание, но она не тешила себя иллюзиями о долгой любви, так как знала, что через месяц уедет, и относилась к их встречам, как к возможности приобрести романтический опыт. И некий опыт они оба действительно получили, первый в их жизни. Олеся не была им впечатлена, но понимала, что не стоило требовать, чтобы в их возрасте они были умелыми любовниками. Слушать и понимать своё тело она научилась гораздо позже. А слушать и слышать свою душу, как ей кажется, не научилась до сих пор, чему в подтверждение были последние серьёзные и неудачные отношения, бонус - разбитое сердце в придачу.

Тётя Марина как будто ожидала, что они с Сашей снова подружатся, и её какая-то загрустившая племянница снова начнёт радоваться и жить полной жизнью. А вот у самой Олеси не было никакого желания ни проверять, может ли у них получиться что-то серьёзное, ни заводить роман, курортный или какой-либо другой. Выяснять, повысились ли любовные навыки Саши за годы встреч с местными девушками, она тем более не собиралась.

Поэтому, когда он повис на заборе между их дворами с приветствием в честь её приезда и томно прошёлся по ней взглядом, она вежливо поздоровалась, поговорила о погоде и ретировалась под благовидным предлогом.

— Теть Марин, а что такого говорят про сторожа-то? - поинтересовалась Олеся, допивая терпкий травяной чай.

— Ой, разное, - вздохнула тетя, - местные кумушки ходили на экскурсию к маяку, познакомиться с новым сторожем и заметили, что он почти всегда один, а на пальце у него след от обручального кольца. Говорят, что, возможно, он вышел из тюрьмы. А раз жены нет, то… - многозначительно округлила глаза тётя и не стала договаривать.

Она не любила плохие новости и грустные истории, и не хотела даже проговаривать вслух неприятные ей сплетни.

— Ух, прям Синяя борода… - усмехнулась Олеся, но тётю это только подначивало продолжить, ведь она ожидала, что Олеся впечатлится её рассказом и больше не будет гулять одна.

— Зря смеешься, ведь ты тоже не знаешь, вдруг так и есть, а местные красавицы ходили, пироги носили, он на них даже не смотрел, ничего о себе не рассказывал. Тоже странно. Может, боится, что сорвется и опять посадят...

— Ой, теть, местные любят сочинять, все скучно им живётся. Может, отверг подношения какой-нибудь холостячки и она насочиняла в отместку небылиц. - Олеся мысленно прокрутила в голове воспоминания, как сторож маяка пришёл на помощь и вытащил Арчи, потом вполне вежливо распрощался с ней, вроде бы ничего необычного за ним она не заметила.

Глава 3

Андрей.

В глазах при моргании словно скрипел песок. Бессонная ночь и утро, проведенные за компьютером, давали о себе знать. Вопросы, которые присылали на онлайн-портале юридических консультаций, в основном касались одного и того же: раздела имущества при наследовании или разводе. Как обычно, родственники хотят поделить какую-нибудь дедушкину квартиру, или узнать, как при разводе откусить кусочек имущества, которое было нажито до брака.

А ведь когда-то он работал в известной компании, лично сопровождал крупные сделки по купле-продаже недвижимости и казался себе первоклассным юристом. Как давно это было, словно в прошлой жизни.

Теперь он - сторож маяка не пойми где. А подработка онлайн-консультантом хотя бы не дает мыслям сворачивать в ненужном депрессивном направлении в течение длинных смен на маяке. Да и не хотелось бы совсем выпасть из профессии, утратив практику.

На потертом деревянном столе стоял дорогой ноутбук, а рядом с ним - видавшая виды походная эмалированная кружка. Между этими вещами был такой же контраст, как между его прошлой и настоящей жизнью. Какая ирония.

Андрей заглянул в кружку, от молотого кофе, залитого сверху кипятком, осталась только остывшая темная жижа. Если бы он использовал бумажный фильтр, то не приходилось бы глотать неосевшую горькую взвесь, но он не задумывался о таких вещах. Ему уже давно было все равно. Многое стало безразличным, иначе он бы не приехал сюда.

Андрей потер руками затекшую шею, запрокинул голову и шумно выдохнул, старый деревянный стул под ним тоскливо заскрипел. Он кинул быстрый взгляд на экран мобильника, где высветился входящий от его сменщика, затем смахнул иконку звонка.

— Да, Иван Петрович, слушаю, - немного хриплым от недосыпа голосом пробасил Андрей, одной рукой удерживая телефон, а другой потирая, наверняка, красные, как у вампира, глаза.

— Здорóво, Андрей, - глухо и раскатисто прозвучал из трубки голос Петровича, - я к тебе с просьбой. Слушай, не мог бы ты подменить меня сегодня ночью. У меня дочка с внучкой приезжают, сейчас их встречаю. Нехорошо получится, встретить и сразу уехать на смену…

— Я всё понял, Петрович, никаких проблем, - остановил его объяснения Андрей, - задержусь до завтра.

— Спасибо.

— Не вопрос, увидимся завтра вечером.

В трубке что-то крякнуло, и звонок был завершён.

Андрей подумал, что как раз к концу смены успеют просохнуть его штаны, висящие на изножье кровати, с которых в данный момент стекала каплями вода, образуя на полу небольшие лужицы. Повезло, что здесь была лишняя спецодежда. Зато он взбодрился, окунувшись утром в ледяную, как будто иголочками вонзившуюся в его тело, воду.

Задумавшись, он все еще держал в руке мобильник, но его палец остановился и завис над экраном, с фотографии на него смотрела и счастливо улыбалась светловолосая девчонка - Милана, его маленький ангел, его пятилетняя дочь. Она жила с матерью, с которой они были в разводе уже год. Голос внутри него тут же услужливо начал напоминать, как сильно он облажался. Во всём. И следом накатила волна усталости. Не той усталости, которая легко снимается сном или отдыхом. Это была усталость другого рода - от одних и тех же мыслей, постоянно и беспомощно бегающих по замкнутому кругу, словно протоптавших дорожки в его голове.

Он бросил мобильник на стол, погасив экран, и поднялся. Эта усталость заставляла его выйти на улицу, чтобы продышаться.

Андрей стал бездумно бродить по территории вокруг маяка. Он долго всматривался в окрестности и раскинувшееся до самого горизонта холодное серое море. Как будто оно могло дать ему какие-то ответы, или что-то исправить.

Погруженный в свои мысли, или же убегающий от них, Андрей бесцельно вышагивал, приминая ботинками стриженую траву.

Он неспешно рассматривал уползающий вдаль каменистый берег моря. Никого. Андрей в очередной раз прокрутил в голове неожиданное утреннее знакомство. Олеся. Имя как будто прозвучало у него в голове точно так же, как она представилась ему. В тот момент он не смог не улыбнуться в ответ на доброжелательную, легкую улыбку, озарившую все её лицо.

А ведь он мог не пойти на плато и не встретить её. По пути туда он всё ещё уговаривал себя, что его это совсем не касается, и он не занимается спасением собак, или девушек, или их всех вместе взятых, но внутренне решение уже было принято.

Так уж вышло, что у него есть две младшие сестры. С Лизой он всегда в детстве оставался за старшего, пока мама была на смене в больнице. А после развода родителей, когда в новой семье отца появилась Снежана, он был уже почти взрослым, но всё равно иногда присматривал и за второй сестрёнкой. Какое-то внедрившееся в подкорку и вышедшее на уровень рефлексов чувство ответственности за младших девчонок гнало его на помощь девушке с собакой.

Издали она была похожа на изящную и невесомую бабочку в своем разноцветном сарафане, ярким пятном выделяющимся на серых валунах. Сначала он спутал её с тинейджером, но когда спустился на плато, чтобы вытащить пса, и она повернулась к нему, с его глазами встретился уверенный и проницательный взгляд выразительных карих глаз. Несмотря на миловидное лицо и девичью фигурку, угадывающуюся под платьем, по взгляду сразу становилось понятно, что перед ним не подросток, а взрослый человек. Он надеялся, что не смутил её своим мини-стриптизом и тем, что, как болван, спросил её возраст, он всё же решил нырять в воду в штанах, ведь местные итак косо на него смотрели и при возможности охотно записали бы в маньяки.

По неизвестной причине он всё ещё думал об Олесе. Он привык, что периодически в округе мелькали стайки местных или туристов, выбравшихся к морю и к маяку на экскурсию, но обычно они предпочитали гулять в компании. Что она делала там одна.

Поток его мыслей был прерван внезапным стуком по металлической калитке у ворот.

Пришли посетители на маяк. Черт, нет, только не сегодня, быстро пронеслось у него в голове. Он уже жалел, что согласился сменить Петровича. Тот с удовольствием бы провёл экскурсию. В отличие от него, едкого саркастичного сноба, упивающегося своим угрюмым одиночеством.

Глава 4

Олеся.

Серые ватные облака постепенно заволакивали небо, пряча за собой солнце. Море на горизонте сливалось с темнеющими тучами, образуя серо-синюю завесу. Под кроссовками раздавался глухой хруст гравия, пока Олеся приближалась к решетчатому забору на холме. Рядом был припаркован солидный темно-серый внедорожник. Она удивленно выгнула бровь, странно работать сторожем, имея такое дорогое авто.

Дернув металлическую калитку за холодные прутья, она поняла, что та заперта. Вот об этом она как-то не подумала. Потоптавшись у забора несколько минут, она уже собиралась уходить, как увидела Андрея, выходящего из дверей технического помещения на территории маяка.

— Привет! - окликнула Олеся, он тут же вскинул голову и заметил её фигурку у забора.

Андрей подошёл к калитке и, отворив ее, остановился:

— Привет… - нерешительно, протянул он, - не ожидал тебя увидеть здесь… в смысле, ещё раз.

— Я слышала, что местные барышни приносят тебе пироги, пытаются подружиться, решила вступить в ряды и присоединиться к этой новой традиции, - иронично улыбнулась Олеся.

Андрей только теперь обратил внимание на бумажный пакет в её руке.

— Всё врут, а тех немногих, кто приходил, я своим кислым видом давно уже распугал, - приподнял уголки губ Андрей, в его глазах светилась сдерживаемая улыбка. - Разве тебе не говорили, что я ужасное хтоническое существо, от которого нужно держаться подальше, должны были предупреждать.

— Да, что-то такое припоминаю, только вместо всего хтонического, говорили, что ты кто-то вроде Синей бороды… - изображая задумчивость, шутливо продолжила Олеся.

Андрей поморщился, но в его морских глазах плескались лукавые огоньки.

— Значит, Петрович говорил правду, а я всё думал, что он шутит. Никакой фантазии у людей, даже обидно, могли бы наделить меня магическими способностями, назвали бы вампиром хотя бы, навеяли загадочности, а то так просто маньяк какой-то, - вздохнул он сокрушенно.

На секунду воцарилась тишина. Затем Олеся не удержалась, прыснула в ответ на его тираду и негромко рассмеялась. Андрей широко улыбнулся в ответ.

— Ладно, на самом деле, я принесла тебе угощение в благодарность за Арчи, - отсмеявшись, произнесла Олеся.

— Ну вот. А я надеялся, что ты, и правда, пришла с предложением дружбы, единственная из местных. Я уже загорелся идеей принять твое предложение, а оказалось, что это только благодарность, - иронично сетовал Андрей.

— Ничего, думаю, здесь ещё остались холостячки, которые захотят предложить пироги и дружбу. Да к тому же, я не из местных, я здесь в отпуске.

— Вряд ли найдутся желающие подружиться с Синей бородой. А то, что ты не местная, многое объясняет.

— Что, например? - иронично поинтересовалась Олеся.

— Хотя бы то, что у тебя не возникает желания хвататься за вилы и факелы при виде меня, - саркастично усмехнулся Андрей.

— Поживём - увидим, - поддела его в ответ Олеся.

Затем она протянула ему бумажный пакет с блинами.

— Спасибо, конечно, хотя и не стоило, - вежливо ответил Андрей, аккуратно принимая пакет.

По их рукам тут же ударили первые мелкие, холодные капли дождя. С каждой секундой всё чаще и отчётливее стал слышен их стук о поверхности дорожек, камней и забора.

Дождь расходился всё сильнее, капли дробью врезались в одежду, образуя на джинсах и футболке Олеси мокрые пятна. В этот раз она предусмотрительно надела бюстгальтер, будто предвидела, что намечается показ мокрых маек.

— Может, я проведу тебе экскурсию? Чтобы укрыться от дождя, - предложил Андрей, оглядывая небо, затянутое тучами. - Если ты, конечно, не будешь против компании Синей бороды, - он саркастично приподнял уголки губ.

— Скорее тебе нужно бояться, что окажешься запертым со мной в одном помещении, ведь я занудный финансовый аналитик, задаю много вопросов, - ухмыльнулась Олеся.

— Этим меня не запугать, я - юрист, - с улыбкой ответил Андрей. - Пойдём под крышу, пока не промокла. Я хотя бы попробую найти зонт, - уже более серьёзно предложил он и пропустил её на территорию маяка.

Олеся втянула пахнущий озоном воздух в легкие и шумно выдохнула, затем направилась к техпомещению, на которое махнув рукой, указал Андрей.

Внутри оно оказалось небольшим и по антуражу напоминало обычную сторожку при какой-нибудь промышленной территории: простой деревянный стол, узкая кровать в углу, скамейка с вешалкой и ещё одна дверь в санузел. Но в отличие от простой сторожки на стене слева располагались какие-то приборы и мерцали лампочки.

Андрей постоял в нерешительности у двери несколько секунд и оставил её открытой. Сквозь дверной проём виднелись струи воды, стекающие с крыши, и стена из дождя.

— Надеюсь, это из-за того, что в одном помещении собрались аналитик и юрист - душная компания, и тебе захотелось проветрить, - прокомментировала Олеся открытую дверь, затем повернулась, чтобы рассмотреть приборную панель, и не глядя на Андрея продолжила: - Ты можешь закрыть дверь, как делают все люди, ты же не на замок её закроешь.

— Это защита от сплетен, - ухмыльнулся Андрей, обернувшись к ней.

— Неужели тебя волнуют сплетни, в смысле, вряд ли они могут стать еще хуже, чем есть сейчас, - скептически проронила она, скрестив руки на груди.

— А это не ради меня, а ради твоей репутации. Если кто-то будет идти мимо, ты ненадолго зашла взять зонт, даже дверь не закрыла, у тебя и в мыслях не было дружить с Синей бородой, - иронично улыбнулся Андрей. - Кстати, зонт.

И он принялся рыться на вешалке среди спецодежды. Олеся обвела взглядом пространство, на столе стоял ноутбук, недопитый кофе, на изножье кровати висели для просушки штаны, утром побывавшие в воде. Не считая гулко тарабанящего по крыше дождя, здесь было тихо и даже спокойно.

— Мне всё равно, кто что подумает, можешь прикрыть дверь. А у тебя здесь довольно уютно. - Олеся провела рукой по волосам, растирая вдоль прядей мокрые капли.

Глава 5

Андрей.

Сумерки повисли в воздухе. На западе тихо догорала полоса заката, а над головой небо уже тонуло в индиго.

Андрей зажал пальцами брелок с ключами, и его внедорожник цвета “асфальт” пикнул и моргнул фарами в ответ. Он забрался внутрь, шумно выдохнул и потарабанил пальцами по кожаному рулю. На съемной квартире его ждал только небольшой телевизор и пустой холодильник. Похоже придётся тащиться в супермаркет за продуктами.

В его голове с прошлой смены всё ещё жил образ девушки-бабочки, мелькнувшей на каменистом плато. Прежде, чем завести мотор, он машинально мотнул головой в сторону пустого берега. Никого. Как и все дни до этого. Пора бы уже перестать возвращаться мыслями к Олесе, и её неожиданному визиту на маяк. Всего лишь дружескому визиту. А если быть честным, визиту вежливости.

Но что-то было такое в Олесе, отчего она вызывала в нём необъяснимое желание укрыть её, защитить, от того же дождя, ветра, согреть чашкой кофе. Когда она не могла этого заметить, он рассматривал её длинные каштановые волосы, курносый нос, широкие скулы, придающие лицу округлость, маленькую грудь-единичку, узкую талию и более широкие бёдра, обтянутые джинсой.

Он сказал правду, что невозможно не улыбнуться ей в ответ. Поэтому он улыбался и шутил, чувствуя, как к нему как будто стекаются невидимые ручейки, наполняющие его энергией.

Он больше не ощущал себя безжизненной тряпичной куклой, набитой пыльной соломой. Он снова чувствовал себя живым человеком.

Когда она, сидя напротив, взглянула на него своими карамельно-карими глазами, у него в мозгу, видимо, на секунду произошло короткое замыкание, так как он вдруг остро осознал, что стоит ему качнуться ей навстречу, и если она ответит тем же и слегка наклонится вперед, то он сможет узнать, каковы её губы на вкус.

Конечно, в его голове тут же сработала невидимая сигнализация, предупреждающая об опасности, не лучшее время и место, чтобы проверять её реакцию. Возможно, она верила тому, что о нём говорят, и опасалась его, и такой полу-маневр только испугал бы её.

Ему просто нужно выбросить это всё из головы. Это какой-то странный финт, который выкинул его мозг после затяжной депрессии. Возможно, ему лучше, раз в нём смог зародиться подобный интерес. Но это всего лишь мимолетная симпатия, которая быстро развеется. Вряд ли он столкнется с Олесей за остаток её отпуска, а через две недели она уедет. А его жизнь здесь продолжит течь в прежнем русле. И это даже к лучшему. Ему сейчас не стоило создавать себе новых проблем, когда он и со старыми-то ещё не до конца разобрался.

Андрей плавно зарулил на парковку у единственного крупного гипермаркета в этой части городка. Раздвижные двери распахнулись, обдувая теплым воздухом и пропуская его внутрь. Он смиренно стал катить за собой продуктовую тележку, бродя между рядами и разглядывая товары на полках. Повертев в руках упаковку с сыром, он привычно старался заглушить внутренний голос, который в очередной раз услужливо напоминал ему, какой он жалкий одиночка, раз на ужин у него дурацкие бутерброды. Сойдет. Сырная нарезка со шлепком упала на дно тележки в компанию к хлебу. Впереди был алкогольный отдел. Он подавил желание поддаться соблазну и пройтись по нему. Ну уж нет, больше он к этому не вернётся. Алкоголь никогда ничего не исправлял, из-за него становилось только хуже. Он уже намеревался резко свернуть в другой ряд, как до него вдруг донесся голос Олеси. Андрей остановился и огляделся. В алкогольном отделе крутилась компания из парней и девчонок, они о чем-то громко переговаривались, после реплик периодически раздавались смешки. Андрей глубоко вздохнул, ему уже мерещится Олесин голос, не хватало ещё свихнуться для полного везения. Однако же он снова её услышал, а затем Олеся показалась, вынырнув из-за полок, беседуя с друзьями и держа в руках бутылку из темного стекла. На ней были свободные джинсы и утепленная рубашка в красную клетку. Свободной рукой она откинула волосы за плечо, затем обернулась, и её взгляд встретился с его.

Мозг начал лихорадочно обдумывать дальнейшие действия. Вдруг она расценила то, что он пялился на неё в гипермаркете, как сталкеринг. В очередной раз он встаёт в ступор при ней, словно олень в свете фар.

Но через секунду ее губы растянулись в легкой улыбке, и она махнула ему рукой в приветственном жесте. Андрей выдохнул, даже не заметив, что до этого задерживал дыхание, и решил, что будет невежливо просто кивнуть и уйти, лучше подойти к ней и поздороваться.

Он приблизился к Олесе, волоча за собой тележку.

— Привет, надеялся, что мой сталкеринг останется незамеченным, но ты меня поймала, - саркастично ухмыльнулся Андрей, затем шутливо вздохнул, - теперь придётся выбирать другую жертву, не такую внимательную.

— Привет, - Олеся развернулась к нему, затем звонко рассмеялась на его выпад.

По телу едва заметно прошла волна облегчения, она сразу поняла, что он шутит и не преследует её на самом деле. Кудрявая блондинка с жирно накрашенными красными губами заметила его приближение и удивленно округлила глаза, но тут же поспешно отвернулась к парню, стоящему рядом.

— Мы собираемся на берег, отмечать День рождения, - повертела в руках бутылку Олеся и подняла на него свои карамельно-карие глаза.

— Что ж, мои поздравления имениннице, - произнёс Андрей.

— Имениннику, - подошёл к ним, услышав его слова, парень в спортивном костюме с короткой темной стрижкой, и представился: - Саша.

— Андрей, - протянул он руку.

Саша секунду смотрел на его руку, затем всё же решил её пожать. Андрей заметил, что Саша будто невзначай встал почти вплотную к Олесе, касаясь её своим плечом. Яснее свои притязания он мог бы выразить, только если бы написал фломастером на её футболке “моё”. Но Олеся переступила с ноги на ногу, незаметно отодвигаясь от парня. Так, а это уже интересно. Андрей негромко откашлялся в кулак, чтобы скрыть улыбку, вызванную её действиями.

— Ладно, не буду вам мешать, хорошего вечера, - примирительно произнёс он.