Мой напарник - вор

Глава 1. Фотослежка

Радана

Я перебежала дорогу, сжимая в руке устройство слежения. Автомобиль, на котором приехал интересующий меня человек, давно нуждался в ремонте. Пришлось поискать не ржавое место, чтобы прикрепить жучок. Моя машина не лучше.

Встав, я как ни в чем ни бывало, улыбнулась прохожему, который с удивлением наблюдал за тем, как я на коленях ползаю в грязном снегу у автомобиля.

— Думала, что колесо спустило, — небрежно кинула я и побежала уже к своей машине.

“Доброе утро, Астана! Сегодня седьмое декабря, и погода радует теплом, трескучих морозов не ожидается…» – весело болтал диджей по радио, когда я уселась на место и взяла камеру. Я опустила стекло наполовину, подкрутила зум и направила объектив в окно кафе через дорогу.

— Ну-ка, посмотрим, чем ты занят на этот раз.

Как только Карим Ахметов вернулся в страну, стало ясно: преступник снова вышел на дело. Вот мой шанс восстановить репутацию, отомстить за клиентов и за то, что гад почти разорил агентство, в котором я работаю.

— Что заставило тебя вернуться?

Карим вошел в кафе. Снял пальто, повесил аккуратно на плечики. Не спеша, демонстративно. Точно знал, что за ним наблюдают. Или он просто влюблен в собственную персону?

Мерзавец сиял. Будто пять минут назад покинул эксклюзивный барбершоп. Белоснежная рубашка, костюм сидит идеально, словно его только что отдал портной. А это выражение довольства на лице!

Кто он теперь? Все тот же бессовестный мошенник? вор? человек без принципов? Или уже кто-то более опасный?

Я прикусила губу в ожидании увидеть нового заказчика Карима. Его личность подскажет, зачем этот бессовестный человек вернулся в Казахстан.

Ахметов подсел к небритому, непричесанному мужчине лет сорока пяти. Его грязно-жёлтый свитер с катышками подкрашивал неприглядную картинку. Странно. Откуда у такого деньги для найма киберпреступника вроде Карима? Или это что-то личное, за что Карим берется не ради денег?

Ой, ну и глупость! Карим и бескорыстность — это антонимы, пусть и звучит похоже.

Я нажала на спуск. Один, второй, третий кадр. Крупным планом лицо собеседника.

“А теперь о происшествиях, — пробился через щелчки объектива голос диктора. — Вчера на горнолыжном курорте Шымбулак пропал бизнесмен Данияр Цхай. Были найдены его сноуборд и смартфон. По предварительной версии фуникулер остановился, когда Цхай сидел в каретке. Он попытался добраться до станции по канату, о чем свидетельствуют следы крови”.

Я отвлеклась от объектива и замерла, уставившись на старенькую магнитолу.

“Предположительно, бизнесмен сорвался, а волки утащили его в лес, поскольку тело до сих пор не найдено”.

Какая дикость! Быть съеденным зверями в наше время!

Я почти вернулась к слежке, но логика уже раскручивала новость. Зачем Цхаю понадобилось демонстрировать навыки новобранца, если у него был телефон? Или он не в курсе, что представляет собой стальной тросс? Почему не позвонил и не попросил спасти его?

Но сейчас думать нужно было о другом. Я снова повернулась к окну и вдруг уперлась в улыбающееся лицо подростка.

— Помыть окно н-н-нада? — спросил он, пародируя известный прикол с китайцем.

Какая мойка? Плюс пять на улице.

— Уйди, мальчик!

— Всего шестьсот тенге! — обиженно заявил мальчишка.

Я полезла в карман. Откуплюсь, лишь бы не мешал. Но он оказался проворнее. В его руке вдруг возникла губка с грудящейся на ней пеной, и он смачно шлепнул ей по ветровому окну. Брызги попали мне на лицо.

— Мальчик! — сквозь зубы вырвалось у меня. Я в спешке подняла стекло водительской двери, а он тут же намылил и его, закрыв мне обзор на кофейню. — Да… Ты… Блин, — я запнулась от досады.

Ну, только не сейчас! Не в этот чёртов момент! Пена стекала медленно, время словно приобрело разум и намеренно тянулось, издеваясь над моим терпением.

Пальцами я лихорадочно забарабанили по корпусу камеры. Выйти из машины? Прямо сейчас? Вряд ли Ахметов станет пялиться в окно во время деловой встречи.

— Ну знаешь ли!

Я включила дворники. Со скрипом те заелозили по окну. Раз, два. И тут глухой удар в стекло заставил вздрогнуть: мальчишка плеснул из ведра водой. Да только он уже был не один.

Я замерла. Сердце ухнуло вниз.

Карим.

Он стоял рядом с пацаном и… платил ему. Мальчишка отсалютовал мне с насмешкой. И тут же метнулся к следующей жертве в машине.

Ух, бесит! Где я прокололась? Как Ахметов понял, что я слежу за ним?

Он уставился на меня. Руки в карманах, голова чуть наклонена, как у родителя, заставшего ребёнка за шалостью, только родитель этот был мерзавцем, способным продать душу за пачку долларов и не спросить, в чьих руках окажется товар. Его губы тронула ленивая, насмешливая полуулыбка. Он наслаждался. Он всегда наслаждался, когда считал себя хозяином положения. Также он вел себя в суде, после как его оправдали.

Он смотрел на меня. Я на него. Он не отводил взгляда, и я знала: он ждал реакции. Как кобра, гипнотизирующая мышь.

Я нажала кнопку, и стекло, всё ещё мокрое, с жужжанием поползло вниз.

— Ну, и? — выдохнула я, уставившись на него. Слишком коротко, но иначе не вышло. Эмоциям было тесно в словах, а демонстрировать их не позволит гордость.

Карим наклонился к открытому окну. Порыв ветра окатил его, и я ощутила аромат парфюма. Что-то колко морозное, совсем как декабрьское утро, вперемешку с запахом уютной кофейни.

— Боже мой. Вот это встреча! — В его голосе слышалась насмешка. Та самая, от которой людей хочется бить по самодовольной физиономии.

Отвечать не хотелось. И осел бы понял, что он дает клиенту время уйти. И да, глянув ему за спину, я увидела, как помятый мужчина вышел и направился к своей ржавой развалюхе.

Карим продолжал:

— В таком большом городе, среди сотен тысяч людей… Хотя, постой. — Он поднял палец и дотронулся до собственного носа, как будто играл в дешёвое детективное шоу. — Ты следишь за мной, — добавил он негромко, но отчётливо, пристально глядя в глаза. — Но, насколько я помню, все обвинения сняты. Тогда что же это? Догадался! — Театральная пауза. — Ты меня хочешь.