Мой непокорный трофей

Глава 1

Зал гудел привычным шумом: стук перчаток о мешки, тяжёлые выдохи, редкие выкрики тренеров. В центре зала, у тяжёлого боксёрского мешка, работал Рик. Его тело блестело от пота, мышцы перекатывались под кожей с каждым ударом — мощные плечи, рельефные руки, стальной пресс. Каждое движение было отточенным, выверенным: прямой — боковой — апперкот, серия с ноги, быстрый уход в сторону.

Тренер Виктор, седовласый мужчина с жёстким взглядом и вечной скептической ухмылкой, следил за ним, прислонившись к стене. В руке он держал секундомер, который, казалось, ненавидел весь зал — особенно в дни спаррингов.

— Рик, опять заваливаешься вперёд на серии! Ты открываешься! Собери корпус, держи центр тяжести! Ты не шкаф, чтобы так заваливаться — ты боец! Или ты решил, что мешок — твой старый друг и его надо обнять?

Рик фыркнул, вытер пот со лба предплечьем и вернулся к мешку. Он сделал глубокий вдох, выровнял стойку и начал заново — на этот раз чётче, собраннее. Удары зазвучали гуще, ритмичнее.

— Вот так, — одобрительно бросил Виктор. — Теперь добавь скорость на последних трёх ударах. И не зажимай дыхание! Ты не черепаха в панцире — дыши! А то ещё отключишься посреди боя, а мне потом объясняться с твоей мамой.

Рик ускорился. Мешок раскачивался всё сильнее, цепи скрипели. Мышцы горели, но он не сбавлял темп. В голове снова всплыли слова судьи: «Дисквалификация за допинг. Результаты аннулированы». Клевета. Подстава. Он знал, кто это устроил — те, кому он мешал выигрывать честно.

Рядом, у зеркала, тренировались двое его друзей — Макс и Денис. Макс, коренастый и быстрый, отрабатывал уклоны и контратаки, при этом умудряясь подмигивать проходящим мимо девушкам. Одна из них, заметив это, демонстративно закатила глаза. Макс тут же сделал вид, что это был не подмиг, а внезапный нервный тик.

Денис, высокий и длиннорукий, работал над джебом — его удары были точными, как удары метронома.

— Эй, Рик, — крикнул Макс, прерывая свою серию и делая вид, что смертельно устал. Он театрально опёрся на мешок и вытер воображаемый пот со лба. — Опять на автопилоте? О чём задумался? Или это просто лицо такое серьёзное? Может, тебе просто надо чаще улыбаться — глядишь, и мешок перестанет убегать?

Рик сделал паузу, отдышался, опустил перчатки:
— Да так… О том, что меня сняли с соревнований ни за что.

Денис фыркнул, не прерывая ритм ударов:
— Эти крысы просто испугались, что ты их порвёшь. Ты же был в форме — лучше всех. А они — как те мыши, которые сыр не едят, но и другим не дают. Или как дети в песочнице: сами не играют, но и лопатку не отдают.

— Форма-то была, — хмуро ответил Рик. — А репутация теперь — ноль. Кто меня возьмёт?

Виктор, услышав разговор, подошёл ближе, скрестил руки на груди:
— Ты знаешь правду. И мы знаем. Остальное — пыль. Но если хочешь драться — драться можно и в других местах.

Рик поднял взгляд:
— Подпольные бои? Звучит как сюжет плохого боевика. Там, наверное, ещё и злодей в чёрном плаще есть?

Тренер закатил глаза:
— Ну да, там не красная дорожка и не аплодисменты. Зато там хотя бы не судят по доносам. Там судят по ударам. И если ты хорош — тебя уважают. А не обсуждают в кулуарах, кто кому сколько заплатил. И плащей там нет — только майки с пятнами пота.

Рик помолчал, потом снова повернулся к мешку. Сжал перчатки, выдохнул.
— Значит, буду драться там. Пока не докажу, что я — не тот, кого можно просто так выкинуть. И что мои кулаки говорят громче, чем чьи‑то языки.

Он начал новую серию — резче, злее. Прямой — боковой — апперкот. Мешок качнулся, словно отшатнулся. Макс одобрительно хлопнул в ладоши:
— Вот это настрой! Так их, Рик! Покажи им, где раки зимуют! А если не знают — объясни на пальцах. Точнее, на кулаках.

Денис, закончив серию, вытер лицо полотенцем и добавил с ухмылкой:
— Если решишься — мы рядом. Помочь, подстраховать, просто поболеть. А если что — я знаю хорошего адвоката. На всякий случай. И отличного бармена — чтобы отметить победу.

Рик рассмеялся впервые за день:
— Адвокат мне не нужен. А вот пара верных друзей, которые не дадут пропасть, — самое то. И бармен тоже сгодится.

Макс тут же принял драматическую позу:
— Мы не просто друзья — мы твоя личная армия! Ну, или как минимум взвод поддержки. Я — спецназ уклонов, Денис — артиллерия дальних ударов!

Денис тут же подхватил:
— А Виктор — наш главнокомандующий. Правда, командующий, мы правильно описали наши роли?

Виктор, слушая их болтовню, покачал головой:
— Армия, взвод… Вы тут цирк не устраивайте. Рик, вернись к работе. И помни: сила — в технике, а не в пафосе. Макс, хватит кривляться — отрабатывай уклоны. Денис, не маши руками, как ветряная мельница. У вас у всех ещё куча работы! И если ещё раз услышу про армию — заставлю отжиматься, пока не вспомните, что вы боксёры, а не солдаты!

Макс вздохнул:
— Эх, а я уже придумал себе погоны…

Рик снова встал в стойку. Удары зазвучали ровнее, мощнее. Он не сдастся. Он докажет, что его место — в бою. И пусть это будет не олимпийский ринг, а подвал с дурной славой. Главное — он будет драться. По‑честному. А рядом будут те, кто в него верит. И кто умеет вовремя рассмешить, когда всё кажется слишком серьёзным.

После серии интенсивных ударов Рик сделал паузу, чтобы перевести дух. Макс, который всё это время с важным видом наблюдал за другом, не выдержал:

— Рик, ты слишком серьёзен! Вот смотри, как надо расслабляться между подходами, — он принял пафосную позу, выпятил грудь и процитировал воображаемого комментатора: — «Гроза рингов, непобедимый Макс Великолепный готовится нанести сокрушительный удар!»

С этими словами он размахнулся и с силой ударил по мешку… но не рассчитал инерции: мешок качнулся назад и ударил его в живот. Макс охнул, согнулся пополам и отступил на пару шагов, потирая живот.

Денис, не сдержавшись, расхохотался:
— Ну что, «Великолепный», получил по заслугам? Может, следующий раз будешь меньше красоваться?