Моя любимая волчица

Глава 1

Вертикуляр — средство передвижения по воздуху.

Астрая

Я сижу на узкой кровати и смотрю на зарешеченное окно. Сегодня моя девятнадцатая весна. По идее, с завтрашнего дня меня официально имеют право выводить к покупателям. Не хочу, я не рабыня! Хотя кому я это докажу? С самого рождения я никто. Щенок номер ноль двадцать пять. Оборотень-полукровка, родившаяся от волка и человека с Земли. Хотя я придумала себе имя, только никому не говорю об этом, на самом деле меня зовут Астрая, что у нас означает звезда. Ни за что не смирюсь с тем именем, которое выберет мне хозяин. А когда меня повезут в его дом, сбегу, если будет возможность. Ведь нас не посвящают, каким образом идёт передача.

У нас высокоразвитая цивилизация. Мы летаем за пределы нашей системы, но до сих пор процветает рабство. В основном это брошенные в приюте полукровки. Люди с других планет ведут с нами торговые отношения и с удовольствием спят с девушками-оборотнями. Если случается внезапная беременность, мать рожает и бросает ребёнка в приюте, не зная, что с ним делать. Отцу такие дети тоже не нужны. Оборотни предпочитают только чистокровных. Такие, как мы, с рождения изгои.

Давным-давно правительство решило, что полукровок слишком много. Каждого нужно вырастить, потратив деньги, потом обеспечить жильём и работой. Чтобы сэкономить, было решено с восемнадцати лет переводить всех в специальное учебное заведение и год лепить из нас покорных слуг, умеющих делать всё. Единственное, что запрещено до продажи — лишать нас невинности. То, что мы ещё не потеряли девственность, свидетельствуют вторые ушки, как у волка. С первой близостью они исчезают. Это всё, что мне досталось от отца, потому что я не могу оборачиваться в волка.

Зато умею многое другое: стирать, убирать, гладить, всячески ублажать своего хозяина. Но у меня несносный характер, из-за которого мне часто доставалось, ведь я не желала покориться. Думала, меня отпустят на волю как бракованную. Ошиблась — не отпустили.

Посмотрела на улицу, ребята гуляют. Я тоже могу спокойно выйти из комнаты, но дальше забора никуда не уйдёшь. Он высокий, а на вышках стоит охрана, как будто мы находимся в тюрьме. Впрочем, тюрем давно нет, как и преступников, в этих местах теперь заведения для выращивания рабов.

Решила тоже выйти на улицу, сидеть в комнате надоело. Глянула перед выходом в зеркало и зарычала от досады. В вырезе футболки, чуть ниже ключицы, виднеется татуировка «ноль двадцать пять». Ненавижу, как же я их всех ненавижу! В первую очередь мать, которая не пожалела и бросила!

Путь на улицу пролегает коридором, мимо дверей администрации. У директора приоткрыта дверь. Я с детства любопытная, поэтому встала, вжавшись в стену, и прислушалась.

— Что будем делать с ноль двадцать пятой, Вайс? — говорит Дин, наш директор.

— Господин директор, ноль двадцать пять — бракованная волчица, не в меру любопытная, агрессивная. Нам так и не удалось воспитать из неё послушную служанку. Она знает и умеет всё, как и положено, но упрямится. Вчера укусила за руку учителя Таласа, когда тот пытался погладить её по щеке. Если мы продадим её, то придётся забирать назад через какое-то время. Хозяин ещё и компенсацию затребует за моральный или, не дай Луна, материальный ущерб, — отвечает Вайс.

Сволочь этот Вайс, он наш главный воспитатель, вечно юлит и выгораживает всех перед директором. Талас меня не по щеке погладил, а по заднице. Ещё и сказал вслух: «Какая у тебя сладкая попка, ноль двадцать пятая». Придурок!

— Я знаю о проблемах этой девушки, давал указание, чтобы к ней применили меры пожёстче. Девчонке несколько раз окрасили ягодицы в розовый цвет, но даже ремень не укротил её. Думаю, не стоит рисковать и выставлять её на осмотр. Через несколько дней договорюсь с братом, он заберёт её в свой бордель. Туда всех бракованных свозят, там её точно научат манерам. После десяти-пятнадцати клиентов в день станет как шёлковая.

— Хорошо, я предупрежу, чтобы к клиентам её не выводили. Сегодня приедет пять покупателей, три женщины и двое мужчин.

Я на цыпочках прошла мимо двери, а потом побежала. Меня отдадут в бордель?! Что может быть хуже этого?! Как же отсюда сбежать?! Я под видом прогулки уже облазила весь периметр, в заборе даже малейшей щёлки нет, а на воротах и калитке всегда охрана, туда ещё дойти нужно. Мы гуляем только на заднем дворе, который отгорожен от того места, куда подлетают вертикуляры. Ворота и передний двор я видела только в окно учебного класса.

Остановилась у раскидистого парикиса, положила руку на шершавый ствол, тяжело дыша. У каждого оборотня есть своё тотемное дерево. Если бы я была настоящим оборотнем, то это был бы именно парикис. У него разноцветные листья округлой формы. Сверху красные, а снизу жёлтые. Тух-тух-тух — слышу, как колотится сердце в груди. Что же теперь делать?

Бежать и умолять оставить меня здесь? Говорить, какой я стану послушной, лишь бы в бордель не отдавали? Нет, унижаться я ни за что не буду! Лучше дождусь, когда меня повезут в место для утех, и попытаюсь удрать.

Присела на лавочку и вздохнула. Со мной не особенно общались такие же, как я. Многие считали меня сумасшедшей, говорили, что я должна смириться со своей участью. Жизнь рабыни не так уж и плоха, особенно если тебя выкупит семья. Тогда ты будешь простой служанкой и ничего больше, зато будет кров, еда и одежда.

За грустными размышлениями я даже не заметила, как нас стали загонять в комнаты.

— Семнадцать часов, заходите в здание. В восемнадцать прилетят покупатели. Всем, кто уже выходит на осмотр, принять душ и одеть чистое, — крикнула воспитательница в систему громкой связи.

Ну, я мылась утром, выход к гостям мне не грозит, поэтому легла на кровать и отвернулась к окну.

Через пару минут пришла из душа моя соседка ноль двадцать четвёртая.

— Я ещё не поздравила тебя с девятнадцатой весной, — весело сказала она.

— И не нужно, ненавижу праздник весны. С каждым праздником становишься на год старше и, наконец, приходишь к тому, что тебя кому-то отдадут, — сказала я, повернувшись к ней.

Глава 2

Праздник весны — день рождения.

Вертакс — такси, летающее по воздуху.

Виртуалка — виртуальная газета в интернете.

Элемир

В моём доме непривычно шумно. Родители прилетели, чтобы в очередной раз поговорить со мной. Бесполезно это всё. Даже слушать ничего не хочу, но придётся. Проводил их в гостиную и усадил за чашечку чая. Отец, как всегда, развалился в массивном кресле, моём любимом, между прочим. Мы с мамой выбрали диван напротив.

— Элемир, я прошу тебя, помирись с Райнет. Как ты будешь воспитывать Ерана один. Ты же знаешь, при разрыве ребёнка отдадут тебе, потому что он мальчик, — говорит отец.

— Ты понимаешь, что ты говоришь, пап?! Сам бы простил измену маме?! Она спала с моим лучшим другом! Хотя какой он друг теперь, знать не хочу, ни её, ни его! Ах да, я забыл, Ерана тоже! Я сделал тест на отцовство! Его отец не я! Михай тоже сделал тест! Мимо, папа! Мы её прижали, она и сама не знает, от кого родила, шлюха поганая! Но одно врачи сказали точно. Еран чистокровный волк, — гневно произнёс я.

— Что, Еран не наш внук?! — взвизгнула мама.

— Вот именно, поэтому я и не хочу больше мириться с этой шалавой в моём доме. Пусть ещё скажет спасибо, что я её на улицу не выгнал. После развода они с Ераном получат квартиру в городе, где мы жили. Я останусь жить на острове.

— Хорошо. А слуги? Кто будет летать сюда? Заказывать постоянно вертакс — дорого. Это ты можешь себе позволить вертикуляр, но не все рабочие его имеют. И потом, с чего ты решил заделаться отшельником и уединиться на острове?

— Имею право побыть один. Мне в компании хватает общения, и постоянного мельтешения служащих перед глазами, — буркнул я, отпивая чай из кружки.

— Ну, конечно, все сотрудники ходят исключительно через твой директорский кабинет, — улыбнулась мама.

— Я знаю, почему ты уходишь ото всех. Недавно в виртуалке опубликовали статью о твоём предполагаемом разводе. Где-то раскопали об изменах жены. Этим писакам никого не жалко. Как ты будешь тут один? Тебе только тридцать два года, можно подобрать невесту, — нахмурился папа.

— О, вот подбирать я точно никого не буду. Сегодня полечу в питомник, куплю себе рабыню. Уже договорился, меня ждут к шести часам вечера.

— Тогда не будем задерживать, собирайся, а мы пойдём. Не провожай, — махнул рукой папа и встал.

Мама поднялась за ним, а потом они ушли.

Я задумался, надевая тёмно-синюю рубашку и такого же цвета костюм с отливом. После того как узнал о том, что жена изменяла мне и не с одним, я впал в ярость. Райнет работает главным диспетчером на космодроме. Она умудрялась даже с мужчинами с других планет трахаться. Вряд ли я в ближайшее время смогу терпеть рядом с собой девушку. Наверное, придётся брать в слуги паренька. В итоге от него ничего особенного не требуется, кроме умения жарить отбивную и гладить одежду. С такими мыслями отправился на улицу, а после сел в вертикуляр, стоящий у дома.

Через некоторое время приземлился на стоянке питомника. Ко мне подошёл охранник. Удостоверившись, что я записался на покупку щенка, проводил меня в комнату для гостей. Там встретил тучный оборотень с маленькими хитрыми пуговками глаз. На вид ему было около пятидесяти лет. Он был одет в белую рубашку и костюм бордового цвета, который делал его ещё полнее. Интересно, он ещё может оборачиваться с таким количеством жира.

— Добро пожаловать. Меня зовут Вайс. А вы господин Элемир Бодан? — расплылся в слащавой улыбке мужчина.

— Доброе утро. Совершенно верно, я Элемир Бодан.

— Прошу, присаживайтесь, — Вайс указал в кресло, — Вы прибыли последним, поэтому ваше право выбирать соответственно появлению здесь.

Кивнул присутствующим тут трём женщинам и мужчине. Мне ответили таким же вежливым кивком. Щенков ещё не привели, и я решил осмотреться. Помещение довольно большое, но мебели минимум. Только удобные кресла, полукругом, выставленные в три ряда. Перед каждым креслом маленький столик. На столах присутствующих стоял стакан с соком. Пить не стал, хотя заметил, что другие не преминули воспользоваться предложением.

Наконец-то, вышли строем волчата. На всех одинаковая серая роба, брюки и рубаха без пуговиц. По всей видимости, одежда пошита из самого дешёвого синтетического материала. Ещё бы, будут они тут на полукровок тратиться.

Ребята выстроились перед нами в ряд. Я насчитал двенадцать девочек и восемь мальчиков. Все смотрели на нас испуганно, будто мы монстры, потом опустили головы. Только у одного паренька во взгляде примешивалась искорка надежды, что его сегодня заберут. Увидел, как встала красивая светловолосая дама, что сидела первая в ряду. Она обошла строй. Посмотрела у всех ладони, подёргала волосы. Потом заглянула в рот, осматривая зубы. Фу, почему-то меня покоробило такое поведение. Женщина проходила мимо парней, осматривая только девушек. Наконец, она ткнула своим пальцем в грудь девушки со светло-коричневыми волосами и хорошей фигурой.

— Покупаю эту, — заявила она.

— Прекрасный выбор. Девушка ноль девятнадцать, перешагнула свою девятнадцатую весну три месяца назад. Прекрасно всему обучена. Прошу вас пройти за одним из воспитателей, для совершения сделки.

Следующим встал мужчина, прошёлся мимо строя, заложив руки за спину. Потом вернулся в начало цепочки и указал на одну из девушек. Их тоже увели, а я стал наблюдать за следующей покупательницей. Она, видимо, уже решила, кто ей подходит, забрала самую испуганную девушку. Вот последняя дама прошлась исключительно по мальчикам. Трогала мышцы, мяла в районе паха. Даме на вид около сорока, но очень даже симпатичная. Пышная грудь, тонкая талия, кукольное личико. Ищет себе слугу, а заодно и молодого любовника. В итоге она забрала того, кто с надеждой вглядывался в нас.

— Отличный выбор. Ноль двадцать три очень послушный и исполнительный парень. Он не доставит вам хлопот, — расплылся в улыбке толстяк.

Глава 3

Астрая

Меня вместе со всеми выводят в зал для гостей, я стою последней в ряду. Все покорно опускают головы, как только мы останавливаемся. Девушка, стоящая рядом, даже всхлипывает, сдерживая слёзы. Только я гордо поднимаю голову. С детства ни перед кем голову не склоняю и не собираюсь. Воспитатель одёргивает меня и голосом, и действием. Дёргает за рукав, сволочь, но я не подчиняюсь, только злобно рычу, нечего было меня дурой обзывать.

Тем временем Вайс испуганно приказывает увести меня прочь нерадивой воспитательнице, которая забывает об указании. По какой-то причине покупатель хочет меня оставить. Бегло осмотрев всех, он доходит до меня и смотрит удивлённо. Да, вот такая я необычная — высокая и светловолосая.

Я смотрю на этого мужчину и не вру, мне страшно. Он выглядит молодо, лет на тридцать два, не больше. Высокий, стройный, с красивой фигурой и лицом. Густая чёрная шевелюра зачёсана назад. Карие глаза будто насквозь пронзают.

Я много раз видела из окна класса прилетающих покупателей. Большинство из них — накачанные мужчины. Их мышцы не скрывают даже костюмы. Этот индивидуум, видимо, не занимается на тренажёрах, но всё равно от него веет альфой. Сильным, мощным зверем, не знающим пощады. Он говорит, что покупает меня.

Что, он меня покупает?! Вот это новость! Хотя судя по возрасту, у него должна быть семья. Мне крупно повезёт, если это так. Я смотрю на его правую руку и замираю на миг, у него нет брачного обруча. Да, след остался, там кожа белее, но самого обруча нет.

Одновременно с этим я слышу, как противный Вайс говорит, что меня планируют сдать в бордель, потому что я бракованная. Слегка вздрагиваю, нужно держать себя в руках. Оказаться в доме одинокого альфы лучше, чем в доме утех, но я ещё не отчаиваюсь, надеясь сбежать.

Тем временем незнакомец заверяет, что не будет меня возвращать и предъявлять претензии. Вайс спешит уйти, а нас ведёт куда-то та самая молодая воспитательница, что привела сюда, ещё и в спину толкает меня. Падла, чтоб тебе икалось целый день.

Нас приводят в небольшую комнату со столом и большим сейфом. В кресле с высокой спинкой сидит наш программер Коник. Он преподавал нам, рассказывая, как пользоваться интернетом и разными цифровыми гаджетами.

— Здравствуйте, господин. Вы уверены в своём выборе? Как бы… — начинает было Коник.

— Давайте без «как бы», уважаемый. Быстрее закончим, и я уеду.

— Хорошо. Девушка стоит двести тысяч золдонов. Хм, простите, звонок, — программер нажимает на круг, надетый на ухо. — Понял вас, всё сделаю.

Коник тянется к открытой двери сейфа и достаёт оттуда чёрный круг с бежевым дисплеем и маленьким железным кольцом.

— Директор Дин сказал, что поскольку волчица бракованная, сделать вам скидку в тридцать тысяч золдонов. Прошу вас оплатить покупку.

Он что-то щёлкает на клавиатуре минибука, и на столе загорается маленький плоский треугольник. Я знаю, что это считыватель. Покупатель вынимает из бумажника карточку, прикладывает к треугольнику, тот загорается красным.

— Спасибо, господин Бодан, оплата и идентификация личности прошла, — Коник подсоединяет круг к минибуку. — Как вы хотите назвать свою рабыню?

— Чики, — резко отвечает мужчина.

Ага, чик-чирики! Назвал словно птицу!

— Я не буду носить дурацкое прозвище, у меня уже есть имя! — взвиваюсь я.

— Оу, и позволь спросить какое? — удивляется покупатель. — Наверняка сама придумала?

— Да, сама, но оно мне нравится! Меня зовут Астрая! — рычу я.

— Что ж, пусть будет Астрая, — ехидно улыбнулся мужчина.

— Хорошо, так и запишем. Рабыня ноль двадцать пять по имени Астрая. Ага, впишем год рождения. Владелец — Элемир Бодан, телефон, адрес. Теперь будьте добры, ваш палец на считыватель.

Элемир. Оказывается, именно так его зовут. Он прикладывает указательный палец к треугольнику. Дисплей круга вспыхивает ярким светом и гаснет.

— Готово. Теперь каждый, кто нажмёт на дисплей, может увидеть, что это именно ваша рабыня. Её вам вернут, если она потеряется или, не дай Луна, сбежит. Снять ошейник можете только вы и надеть тоже. Кстати, обратите внимание на эти четыре маленькие мягкие подушечки внутри. Это датчики. Во-первых, они не дают ошейнику слишком плотно прилегать к телу, чтобы воздух циркулировал. Сами пропускают воздух. Во-вторых, они измеряют давление, пульс и температуру девушки. Если Астрая заболеет, вам немедленно поступит информация на тачфон. Ошейник абсолютно водонепроницаемый, в нём можно мыться, а ещё он способен передавать сигнал. Если скачаете специальное приложение, будет видно, где в данный момент находится Астрая.

Коник разглагольствует о достоинствах ошейника, а я в шоке и одновременно зверею.

— Я не стану носить ошейник, как какое-то животное, — злобно шиплю я и пятюсь назад.

Сзади стоит ещё один воспитатель, он хватает меня за руки и заламывает их назад. Я с ужасом смотрю, как Элемир подходит ко мне с расстёгнутым кругом. Начинаю вертеть головой и шеей, не давая надеть его на себя, но на помощь подскакивает Коник. Он фиксирует мою голову ладонями. Твари! Твари! Твари!

Я слышу, как ошейник щёлкает, а потом, шипя, сжимается вокруг шеи. Датчики касаются кожи, но не давят. С такой штукой далеко не убежишь.

Коник отстраняется от меня, и я вижу, как он подаёт покупателю кожаный поводок. Так вот, для чего кольцо, которое оказывается сбоку шеи. Ловкое движение руки, и поводок пристёгнут к ошейнику. Я обречённо опускаю голову, но покупатель поднимает её, ухватив пальцами за подбородок, потом заглядывает мне в глаза.

— Не рассчитывай, Астрая, что если я разрешил тебе выбрать себе имя, то буду потакать во всём. Это твоя обязанность, а не моя. Ты моя рабыня, и чем раньше ты с этим смиришься, тем будет легче и тебе, и мне, — строго говорит он. — Полетели, у нас ещё есть дела.

Он отстраняется и, попрощавшись с сотрудниками заведения, идёт на выход. Мне ничего не остаётся, как идти рядом, я же теперь как собака на поводке.

Глава 4

Элемир

Что на меня нашло, сам не понимаю. Отчитал девчонку я по делу, она должна обращаться ко мне правильно. Астрая — не простая служанка, которая работает за деньги и может в любой момент уволиться. Астрая — моя собственность, а я её хозяин. Но вот то, что я, прикоснувшись грубо к её подбородку для воспитательной меры, глажу её красивые губы пальцем, становится для меня самого шоком. Никогда не рассматривал женщин как запретных или недоступных, наоборот, они всегда были для меня естественным выбором, — но этот жест выходит за рамки обычного контроля. Он лишний, неправильный.

Я не отрицаю, что могу захотеть женщину в любой форме и в любом статусе. Никто не осуждает. По большому счёту всем наплевать, с кем ты спишь, пока не женился. В качестве сексуальной рабыни выбирают полукровок или представителей других цивилизаций. Лучше всех подходят люди с Земли. В человеческом обличии мы такие же, как они, даже гены в чём-то схожи, поэтому могут рождаться дети.

Астрая кусает меня за палец из-за моей неожиданной ласки. Потом говорит, что прирежет меня, если я к ней буду приставать. И что теперь, ножи в собственном доме прятать? Бред какой-то. Она всё равно будет готовить пищу. Я отвешиваю ей оплеуху и иду переодеваться в домашнее. Буквально кожей чувствую, как она сверлит злобно мою спину. Да, с девчонкой будет не просто интересно, а ещё и тяжело. Хорошо, что я подготовился к приёму своей рабыни.

Когда переодеваюсь, чувствую, как по венам проносится жар. Что это, приближается гон?! Сколько ещё до него, неделя, а может, меньше? Раз в году у каждого оборотня бывает гон, когда хочется трахать всё, что шевелится. Обычно он длится две недели. У каждого альфы он начинается по-разному. У кого-то зимой, у кого-то весной, у меня летом. В такое время дают отпуск, альфа закрывается дома и почти не выходит. Если у него есть жена, отпуск дают и ей. Если он одинок, к нему ходит любовница или девушка из борделя. Знаю, что один мой друг предпочитает на это время переселяться в дом утех, у него хватает денег на такую блажь.

Я всегда имел любовницу, а потом и вовсе женился. Почему ещё утром не заметил приближения гона? Если бы знал, то купил бы рабыню после него. Хотя в этом случае ноль двадцать пятую передали бы в дом утех, а я не получил бы такую забавную девушку. Она не просто забавная, в ней есть загадка, которую хочется разгадать.

Ещё там, в зале для гостей, она смотрела на меня со страхом, ненавистью и вызовом, а сейчас не боится выплюнуть мне в лицо слова о том, что прирежет меня как свинью. Ведь знает, что в этом мире она никто. Я могу сделать с ней всё что угодно: продать, подарить, отдать в дом утех, выколотить из неё дурь плетью. Могу посадить в своём доме на привязь как цепного пса. Есть у нас и такие животные, их привезли с Земли и теперь сами разводим. Единственное, что мне нельзя, калечить её и убивать, но всё равно наказаний много, а она бросает мне вызов, не склоняется перед хозяином.

Странно, но мне кажется, что в ней очень большая доля от волка. Даже если так, Астрая, тебе придётся пережить мой гон. Тут всего два варианта развития событий: либо ты сумеешь выстоять, либо я затрахаю тебя до невозможности нормально ходить.

Я выхожу обратно в холл, девушка расслабленно сидит в кресле. В моём любимом кресле. Я чувствую, как глаза наливаются кровью, а в ушах шумит от ярости. Гормоны шалят так, что туманят мозги. Это плохо, действительно приближается гон. Тихо, Элемир.

Разумеется, она не имеет никакого права сидеть в хозяйском кресле, но она ещё не освоилась. Я несколько раз медленно вдыхаю и выдыхаю, успокаиваясь, потом подхожу к ней.

— Я понимаю, Астрая, я тебе ещё ничего не показал. Ты всего несколько минут находишься в моём доме, но наглеешь с каждой секундой. Мне сказали, что ты бракованная, но уверили, что тебя обучили всему, что полагается. Сейчас мне кажется, что ты прогуливала абсолютно все занятия, — говорю я как можно спокойнее.

— Простите, я не должна сидеть в вашем присутствии, — она вскакивает с кресла, но уголки её губ подрагивают в улыбке.

— Мебель для рабыни существует только для того, чтобы стирать с неё пыль и мыть. Твоё место на полу, на специальной подушке. Я купил её для тебя, потом отдам. Ты должна была сказать: «простите, хозяин», — заявляю строго.

Астрая сжимает от злости челюсть, я даже слышу, как скрежещут её зубы. Упёртая девчонка, впрочем, не так уж и важно это обращение.

— Ты продолжаешь упрямиться, Астрая? Как-то ты должна ко мне обращаться. Я готов пойти на уступки, можешь называть меня господин Элемир. Так для тебя будет приемлемо? — усмехаюсь я.

— Да, господин Элемир, — отвечает она.

— Вот и славно. Бери пакеты с продуктами, покажу кухню. Ты должна знать: в холле стоят датчики движения. Как только ты заходишь, загорается свет. Если хочешь, чтобы он горел долго, хлопаешь в ладоши один раз. Нужно выключить свет — хлопаешь два раза. В остальных комнатах люстры реагируют только на хлопки. Лестница подсвечивается только на движение.

Мы приходим на кухню. Девчонка ставит пакеты на пол и начинает оглядываться. Я вынимаю из кармана тачфон.

— Дай сюда руку, Астрая. В этом тачфоне забит мой номер на всякий случай. Здесь же моё расписание, но я буду предупреждать, если задерживаюсь или лечу домой. Интернетом можешь пользоваться, если хочешь.

Я застёгиваю тачфон на её руке. Это гаджет с мягким браслетом и дисплеем в пять квадратных сантиметров. С одного бока крепится тонкий стилус. При нажатии на бок гаджета выдвигается такой же экран, и тачфон увеличивается.

— Заводи будильник в соответствии с моим расписанием и вставай раньше. Там указано, в какое время я завтракаю. Готовить ты будешь для двоих. Не забывай, ты не имеешь права сидеть за столом, но у меня есть для тебя подарок, Астрая, потом покажу. А теперь смотри, что где лежит, и раскладывай содержимое пакетов.

Глава 5

Астрая

Сволочь, постоянно напоминает мне о правилах, как будто я и сама их не знаю. Всё прекрасно помню, а в кресло села, чтобы его позлить. Не знаю почему, но мне хочется его злить. Хотя перебарщивать тоже не стоит. Вдруг его подарок — это плётка за непослушание.

Нас после совершеннолетия приучали к тому, как должны жить рабы. У нас не было мебели, кроме кровати и лавочки во дворе. Зимой в помещениях очень холодные полы, хоть комнаты и отапливаются, поэтому мы спали на кроватях. Дешевле купить их, чем потом лечить стаю щенков от простуды. Это чистокровные быстро регенерируют, а мы болеем почти так же, как и люди. А в остальном всё было, как и положено. Ели и учились, сидели на специальных подушках на полу. Если бы не холодный пол, то и спали бы на тонких матрасах. Ни один хозяин не купит для своей рабыни мебель. Зачем тратить деньги, когда можно кинуть подстилку, как верному псу, и крикнуть ему: «Место».

Вот и Элемир влепил мне пощёчину, рявкнув, чтобы я знала своё место. Но я решила его позлить и уселась в единственное кресло в холле. Знала, что могу огрести тумаков, что мне не справиться с чистокровным. Как бы я ни умела драться, альфа всегда будет сильнее. Как ни странно, было страшно и одновременно весело дразнить этого мужика. Это щекотало нервы. Не умею я быть тихой, покорной и скромной. До какой-то степени я всё ещё скромная, девственница всё же, но не настолько, чтобы можно было расстраиваться. Мне расстраиваться, разумеется, на Элемира я плевала с самого высокого дерева.

Мужчина сидел на стуле и сверлил меня глазами, пока я работала. Разложила продукты, он провёл меня по комнатам. Их было не так и много, спальня и кабинет на втором этаже. Спальня Элемира на третьем. Первый этаж — это холл-гостиная, кухня, ванная комната с душем и стиральной машиной, туалет отдельно. Рядом с кухней была ещё одна дверь. Туда, видимо, мы пойдём в последнюю очередь. Интересно, где буду спать я? На коврике у дверей? А что, с него станется. Но почему-то больше всего волновал другой вопрос.

— А можно спросить, господин Элемир? — осмелилась я, когда мы снова зашли на кухню.

— Спрашивай, — он кинул мне подушку в углу кухни. — Поужинаем сегодня по-простому. Ты видела, я купил пирог с мясом? Отрежь по куску себе и мне, налей стакан молока.

Я поставила на стол тарелку с пирогом и стакан молока. Взяла свою порцию, а после уселась на подушку.

— Я видела у вас след от брачного кольца. Мне интересно, вы женаты или нет?

— Женат, но брачное кольцо снял. Моя жена подписала документы на развод, через три дня их зарегистрируют. Я не обязан объяснять причины моего развода, но ты должна знать, что дороги назад у меня нет. Можно считать меня холостым уже сейчас, — беспечно ответил он.

— Тогда более насущный вопрос. Где я буду спать, у порога или на кухне?

— У тебя будет своя комната, Астрая.

Это что-то новое. Если рабыня не спит под лестницей или у порога, её отправляют в подвал. Но это в том случае, когда хозяин живёт в особняке. В городской квартире рабыня обычно спит на кухне. Мы доели, и Элемир дождался, пока я вымою посуду. Потом он приказал мне сходить в туалет.

— Ночью встаёшь в уборную? — зачем-то спросил он.

— Нет.

— Отлично, тогда идём спать. Завтра в семь утра должен быть готов мой завтрак, я полечу на работу. Посмотри меню на неделю в тачфоне.

Элемир привёл меня к комнате, в которой мы не были, потом открыл дверь.

— Заходи, это будет твоя комната. Мой подарок тебе, Астрая.

Я прошла в помещение, хлопнула в ладоши и обомлела. Тут было небольшое окно с ручкой. Это означало, что помещение можно будет проветривать. У стены стояла железная стойка с несколькими вешалками. Маленький стеллаж из двух полок, видимо, для нижнего белья, рядом деревянное кресло. Но удивительней всего было то, что посередине комнаты стояла круглая кровать. Она была окружена железными прутьями, упирающимися в пол и потолок. Между прутьями круглой клетки и кроватью оставалось место только для того, чтобы поставить стопы.

— Хороший сюрприз, правда, Астрая? Заходи внутрь.

Я встала у кровати, а он захлопнул дверь.

— Клетка открывается моим пальцем со считывателя. Замок также запрограммирован мною, завтра в шесть часов утра клетка разблокируется. Ну что, Астрая, всё ещё хочется прирезать меня ночью, как свинью? Боюсь, ты не призрак и не сможешь просочиться сквозь прутья, — сказал он ехидно.

Потом Элемир протянул руку и погладил моё волчье ухо. Я отшатнулась от этого прикосновения, упала спиной на кровать.

— Какая пугливая девственница. Должен предупредить, Астрая, у меня нет любовницы, с женой я тоже не сплю уже месяц, а не позднее чем через неделю у меня начинается гон. Это же чистая романтика, не находишь? Остров, который не покинуть, альфа, взявший отпуск на время гона, и его девственная рабыня. Ты не переживай, думаю, нам будет не скучно в этом доме вдвоём.

Он произнёс всё это с такой похотливой улыбочкой, что меня затрясло. И вот угораздило же меня попасть к одинокому альфе на пороге гона, который к тому же месяц не трахался. Он же меня порвёт на тысячу маленьких Астраек. Наверное, на моём лице читался испуг, потому что он присел на корточки и, протянув руки, погладил мои ноги.

— Не бойся, малышка. Всё будет хорошо, если ты не станешь сопротивляться, — голос был неожиданно ласковый.

— Не трогай меня, сука! — я отползла на середину кровати.

— Я и не собираюсь, пока не собираюсь. Спокойной ночи, Астрая, — он встал и пошёл на выход, а у дверей обернулся. — Астрая, тебе правила снова в мозг вбивать? На этот раз плёткой по заднице, не иначе.

— Спокойной ночи, господин Элемир, — ответила я, вздрогнув.

Когда он ушёл, я посмотрела на кровать и только сейчас заметила, что она уже застелена. Легла и укрылась тонким одеялом — всё же сейчас лето. Раздеваться не стала, вдруг ему приспичит, и он явится ночью. Хотя меня одежда не спасёт, если альфа закроет нас обоих в клетке. Хах, подарок он мне сделал, кровать, на которой собрался меня трахать. Придурок! Вот почему именно я?! В питомнике было много красивых девушек.

Глава 6

Элемир

Я посчитал, что игра будет нечестной, если девушка не будет знать, что я на пороге гона. Она должна подготовиться к тому, что её ждёт. Поэтому, когда мы зашли в комнату, я наслаждался её удивлением, а затем и испугом. Закрыл рабыню в клетке и объявил новость, погладив волчье ухо. Девушка отшатнулась и свалилась на кровать. Я воспользовался возможностью, присел на корточки и, протянув руки между прутьями, погладил её по ногам.

Какая же она красивая. Временами явно боится, но продолжает злиться. Прикосновение к её ногам сквозь тонкую ткань одежды обожгло ладони жаром. Хотелось зайти за решётку и, закрыв нас обоих, наброситься на девственное тело. Мозги не окончательно помутнели, я с трудом, но отринул от себя эту мысль.

— Не бойся, малышка. Всё будет хорошо, если ты не станешь сопротивляться, — сказал, и сам удивился, какой неожиданно ласковый был мой голос.

Девушка взвизгнула и даже обозвала меня, отползая на середину кровати. Я не стал заострять на этом внимание, но уходя, напомнил, что она должна была сказать. Астрая выдавила из себя пожелания спокойной ночи.

Поднялся к себе в спальню и стал раздеваться. Да, Астрая, не повезло тебе, у меня от одного почти невинного прикосновения стоит колом. Что будет, когда мы останемся тут вдвоём, а у меня окончательно откажут мозги?

Если начинается гон, альфа рассылает всем родственникам, знакомым и друзьям послание, чтобы его не беспокоили. Детей отдаёт родителям, потом запирается дома, вместе с женой и никого не принимает в гости. В семьях рабочих, если у половозрелого сына гон, но нет жены и любовницы, родители запирают его в спальне на замок. Несколько раз в неделю вызывают проститутку. А всё потому, что мозг съезжает и в нём только одна мысль и желание, секс, много секса. Если рядом никого нет, то альфа может выйти на улицу и затащить в дом первую попавшуюся девушку. Именно по этой причине, дают отпуск и под страхом наказания, запрещают появляться на улице.

Мне проще, есть остров, на котором я могу уединиться и гулять вволю. Есть деньги, на которые я могу пригласить сюда с десяток проституток, а после не вылезать из постели сутками. Я хочу именно Астраю, только сейчас, полируя свой стояк, я понял истину. Сегодня я выбирал не просто рабыню, а ту, кто вызовет сексуальное желание. Меня повело на этом взгляде голубых глаз, которые смотрели со смесью, страха, ненависти и вызова. Ещё тогда, захотелось сломать её, подмять под себя и трахать, выбивая из неё стоны наслаждения. В тот момент, я так чётко этого не осознавал, как сейчас.

Представил, как вхожу в неё на всю длину, потом наклоняюсь и оставляю следы своих клыков на её плече. От этого видения я быстро кончил, а в голове рассеялся туман. О чём я думаю, идиотина последняя?! Метку перестали ставить давно. Ещё тогда, когда цивилизация вышла на новый виток, а мы стали летать на другие планеты. Участились измены в семьях и, как следствие, разводы. Да, меченые оборотни могут изменять друг другу, но они не могут жить друг без друга, их тела нуждаются в подпитке генами партнёра. Это — слюна, сперма, соки влагалища, частицы которых просачиваются в кровь. Без подпитки меченый быстро умирает. Поэтому метки ставить перестали, чтобы в случае чего, спокойно развестись и жениться снова. Всё, спать, об остальном я подумаю завтра.

Летним утром я обычно предпочитаю поплавать в чистейшей воде океана вместо душа. Вода здесь пресная, поэтому мне не нужен никакой бассейн. А ещё тут никого нет кроме Астраи. Не буду же я, стесняться рабыни, которая через пару дней будет принимать меня в своей постели? Как и раньше, иду на пляж голый, даже не взяв с собой полотенце. Предпочитаю, чтобы капли воды на коже сами высохли на солнце, пока идёшь до дома.

Вышел из воды и тряхнул несколько раз головой, брызги с волос разлетелись в разные стороны. Медленно пошёл к дому. Вдруг увидел, что в окно кухни на меня ошалелыми глазами смотрит Астрая. Широко улыбнулся. Неожиданно, правда, моя сладкая невинная девушка.

Глава 7

Астрая

Вставать так рано для меня не проблема. Я бы проснулась по привычке, но предпочла на всякий случай завести будильник. В так называемой учебке нас будили в шесть часов утра. Потом выгоняли сонных к ряду умывальников. Воспитатель строгим тоном напоминал, что нам уже восемнадцать и детство закончилось. После чистки зубов и умывания нас волокли делать зарядку. Летом во двор, зимой в большой зал. Кроме примитивной физкультуры, для нас ничего не предусмотрели. Будущий раб не должен уметь драться. Потом нас вели в столовую и рассаживали на подушки. После завтрака начиналось наше обучение.

Рассказывали, как покормить младенца из бутылочки, поменять ему подгузник. С каждым днём занятия прибавлялись. Мы оттачивали навыки в приготовлении блюд, потом сами же и ели свою стряпню, делясь ею с другими. Учились варить множество вариантов кофе. Вот его нам пить было нельзя, этот напиток доставался только учителям.

На уроках стирки и глажки нам сваливали кучу учительской одежды, свою робу тоже стирали сами. Таким образом, мы могли учиться и работать до самого вечера, кроме двух стандартных выходных. Спать ложились в двадцать два часа.

За год я настолько привыкла вставать в шесть часов, что поднялась на минуту раньше будильника. Услышала, как щёлкнул замок, и вышла из клетки. Через несколько минут, сделав все утренние процедуры, я стояла у плиты. К счастью, Элемир был хоть немного адекватный. На первый свой завтрак он заказал яичницу с ветчиной, посыпанную тёртым сыром, а ещё кофе. Обедал он, видимо, не дома. А вот на ужин были продукты, требующие разморозки.

Яичница готовится быстро, поэтому я занялась тем, что ещё раз посмотрела и запомнила, что где лежит. Потом хотела заняться приготовлением пищи, но почему-то решила посмотреть в окно. Встала у подоконника, отодвинув кружевную занавесь, и буквально впала в ступор.

Элемир вышел из воды. После помотал головой, стряхивая воду с волос. Потом он неспешно пошёл в сторону дома. Он что, голый?! Вот так, не стесняясь меня, расхаживает тут нагим?! Я округлила глаза и смотрела на его тело. Нужно отметить, что оно очень красивое. За ним наверняка увивается толпа женщин. В животе что-то неприятно шевельнулось, а этот гад, увидев меня, ещё и улыбнулся. Я почувствовала, как даже уши запылали от этой улыбки и взгляда. Он как будто говорил мне: «Что, не ожидала? Скоро всё моё тело будет твоё».

Отскочила от окна и поспешила заняться готовкой. Я знала, что такое возбуждение, его приходилось испытывать довольно часто в последнее время. Мне, как и любой совершеннолетней девушке, уже снились эротические сны. Вот с оргазмом было труднее. С тобой в комнате спит соседка, в душе нет перегородок, только лейки на потолке в несколько рядов. В туалет с утра много желающих. Поэтому желание приходилось сбивать тем, что я представляла, как меня домогается противный жирдяй Вайс. Очень эффективное средство.

Сейчас, когда Элемир будет уезжать, у меня есть прекрасная возможность понять, что такое самоудовлетворение. О настоящем сексе и речи быть не может. Не с ним же мне спать? Не дамся, ни за что!

Как же вкусно пахнет кофе, попробовать бы хоть один разочек, хоть капельку. Это напиток элиты, его и простые работяги покупают раз в год, потому что очень дорого, а уж о нас и речи быть не может. Какой дурак будет угощать своего раба драгоценным напитком.

Да, ещё одна неприятность, ни один хозяин не даст рабыне выходной. Это в приюте у нас было два выходных, но исключительно по той причине, что они были у учителей. В приюте в эти дни оставалась только охрана и воспитатели, работающие посменно.

— Какие вкусные запахи, но это ещё ничего не значит. Если еда окажется отвратительной на вкус, ты будешь наказана, — на кухню зашёл Элемир.

— Доброе утро, господин Элемир.

Я поставила тарелку и кружку с кофе на стол. Старалась не смотреть на него, лучше сделать вид, что я покорилась своей участи, и не провоцировать его излишнее внимание к своей персоне.

— Доброе утро, Астрая. Ты себя хорошо чувствуешь? Какая-то ты странная с утра, — спросил он.

Ну вот, всё равно привлекла внимание.

— Я нормальная. Приятного аппетита, господин Элемир, — я направилась на выход.

— А куда это ты собралась? Садись завтракать, — он преградил мне дорогу.

— Спасибо, я поем позже, — тихо сказала я.

— Ты сейчас же сядешь и будешь есть вместе со мной! — прорычал он. — Сядь завтракать, Астрая!

Как обычно, я не смогла долго быть пай-девочкой. Схватила свою тарелку с разделочного стола и побежала.

— Поем на улице, — сказала злобно.

Уселась на крыльце дома и стала кушать. Никогда не смела плакать и показывать, как мне плохо, но сейчас слёзы невольно капнули на еду. Если бы он только знал, как унизительно, когда твоя тарелка стоит на полу. Ешь так, словно ты не человек вовсе, а животное.

В столовой, когда нас было много, как-то удавалось с этим мириться. Там была не я одна, и думалось, что плохо не только тебе одной. Сейчас была совсем другая обстановка, чувство несправедливости обострилось, больно ударяя в сердце и раня душу.

С трудом запихала в себя яичницу, а после поставила тарелку на приступок. Вытерла солёные слёзы рукавом рубахи. Я не буду больше плакать, не буду. Я сильная.

Неожиданно рядом присел Элемир.

— Завтрак был вкусный. Что случилось, Астрая? Чем ты расстроена?

— Как будто вам действительно есть до этого дело, — процедила я сквозь зубы.

— А что если так? Тебе не нравится, что я забочусь о тебе? — он протянул руку и погладил меня по голове, задевая волчьи уши.

— Не трогайте меня своими грязными лапами! — я вскочила, глядя на него гневно.

Он в несколько секунд поднялся и схватил меня за горло. Я даже не успела среагировать и убежать.

— Милая, скоро эти лапы пройдутся по твоему телу. Я уже сейчас хочу тебя и готов плюнуть на работу и остаться дома. Тебе вчера повезло, возможно, и сегодня, но не за горами тот день, когда ты будешь корчиться подо мной на кровати. И у меня к тебе единственная просьба, Астрая. Не провоцируй во мне зверя, это ничем хорошим для тебя не закончится.