Моя муза

Пролог

– А вот и новенькая, – меня схватили за руку и потащили в самый центр комнаты. Музыка стихла. Все собравшиеся уставились на меня. Я сжала кулаки и вздернула подбородок. Им меня не сломить!

– Какая миленькая? – Ко мне подошел один из парней. Его рука коснулась моих волос. Я вздрогнула. Ненавижу, чужие касания.

Меня выставили как цирковую зверушку на потеху всем. Чужие руки неожиданно обхватили меня сзади. Одна рука сжала мою талию, друга обхватила подбородок.

– Симпатичная мордашка, правда? – Шепот раздался у самого уха. – Милая, только скажи, я остановлю это, но тебе придется заплатить, – горячее дыхание коснулось моей шеи.

Я пыталась вырваться из хватки. Меня затошнило от чужих рук. Нет. Ни за что. Идите к черту!

В глазах парней я видела похоть, в глазах девушек насмешку и презрение. Эта компания, эти люди, они были мне противны. Я ощущала себя грязной, оскверненной. Каждый жест, каждое слово – всё это было направлено на то, чтобы унизить меня, сломать. Но я не собиралась поддаваться.

– Отпустите меня! – мой голос прозвучал неожиданно резко, в нем слышалась сталь. – Вы не имеете права так со мной поступать!

В ответ раздался смешок.

– Ого, какая дерзкая. Люблю таких.

И тут я почувствовала, как одна из рук скользнула вниз по моему платью, вызывая волну отвращения. Я закричала, пытаясь ударить, но меня крепко держали. Страх начал подкрадываться, холодный и липкий, но я боролась с ним, цепляясь за последние остатки самообладания.

– Не трогайте меня! – я снова закричала, но мой голос уже дрожал. – Я вас ненавижу!

Один из парней наклонился ближе. Его глаза горели похотью.

– Ты думаешь, твой крик что-то изменит? Ты здесь, потому что мы этого хотели. Ты будешь делать то, что тебе скажут. Поняла?

Я почувствовала, как по щекам текут слезы. Слезы ярости и бессилия. В этот момент я была готова на все, чтобы вырваться, чтобы убежать, чтобы исчезнуть.

– Покажи, на что способен этот ротик помимо криков и тогда, так уж и быть, я отпущу тебя, – он обхватил мой подбородок.

Второй парень продолжал удерживать меня.

А самое гнусное было в том, что никто не собирался мне помогать. Они все снимали на видео, делали кучу фотографий, чтобы запечатлеть мое падение.

Я зажмурилась. Исчезните. Пусть все исчезнет!

Чужая рука неожиданно пропала с моего лица. Послышался хруст, а затем истошный крик. Я распахнула глаза. Урод, который все это устроил, стоял на коленях и выл от боли, держась за руку, которая была выгнута под странным углом. Чужие руки также исчезли с моей талии.

По щекам продолжали течь слезы. Воцарилась тишина. Окружающее с ужасом смотрели за мою спину.

– Если узнаю, – глубокий голос раздался у меня за спиной, я вздрогнула, – что видео или фото, которые вы сейчас сделали, где-то появятся, каждый в этой комнате за это заплатит.

Я медленно обернулась и сразу же столкнулась с зелеными глазами, которые последний месяц снились мне в гребанных кошмарах. Я попятилась назад. Казалось, что все, что произошло минуту назад, было лишь детской забавой.

– Куда собралась? – Его губ коснулась хищная улыбка.

Чужие руки нашли мою талию. Он обхватил ее и притянул меня к себе впечатывая в тело.

– Кристэль Прайс - моя. Любой, кто прикоснется к ней, подпишет себе смертный приговор.

Он заявил на меня свои права можно сказать на всю академию. Все, кто находился в этой комнате, разнесут молву.

– Отпусти меня, – произнесла я, пытаясь избавиться от его сильных рук.

Он наклонился ко мне.

– Как будешь расплачиваться за спасение, ведьма? – Шептал он мне прямо в губы, – телом?

Я вцепилась в его черную футболку, стараясь увеличить между нами расстояние.

– Или душой? – Добавил он.

Мое сердце колотилось так громко, что заглушало все звуки. То, что я чувствовала ранее - ничто, по сравнению с тем, какой животный страх я испытывала сейчас.

Его зеленые глаза, безжалостные, как и пару дней назад, теперь смотрели на меня с новой, пугающей тьмой.

Он не спас меня, он приобрел меня.

– Ты не вправе…– начала я, но слова застряли в горле.

Его хватка на моей талии стала еще крепче. Я видела в его глазах холодную жестокость, почти такую же, как и у тех, кто минуту назад пытался меня унизить. Только отличие было лишь в том, что он делить меня ни с кем не собирался. Я только его игрушка. Он заклеймит меня, если потребуется, чтобы никто больше не смел даже смотреть на меня.

Я была в руках зверя, который был опаснее всех остальных вместе взятых.