Жизнь каждого человека — это своеобразные качели на- шего детства, когда ты можешь взлететь на пик славы, счастья и богатства, а в любой момент опуститься на
самые подлые поступки и стать полностью несчастным. Такой конечно же и является жизнь тех, о ком сейчас пойдёт речь.
Поздний вечер. Небосвод заволокло тучами цвета угля. В небе све- тились, искрились, а потом гасли змееподобные молнии. По крыше, подоконнику стучал дождь; капли, такие частые, резвые, били в стёкла, стучались, требуя, чтобы их впустили в дом.
Мы с Элис сидели в слабо освещённой гостиной. На столе стоял ро- зовый брют и два фужера. Она была моей лучшей подругой с самого детства. Нам никогда не мешало ни расстояние, ни разные интересы, ни жизненные позиции друг друга, в отличии от других людей, будто забывших обо всём...
— Не могу поверить, что мы уже совсем взрослые... — Грустным, слегка подвыпившим голосом протянула Элис. — Неужели нам уже по двадцать пять, Ванесса?
— Увы, дорогая... — Ответила я подруге, подливая нам в фужеры ещё шампанское.
— Мне хватит, — помахала она руками перед бутылкой.
— Ну допить то нужно... — Я настойчиво посмотрела на неё и разли- ла остатки по фужерам, затем на секунду застыла и понюхала пробку, валяющуюся на краю стола. — Приятная смесь... — Процедила я.
Мы чокнулись без тоста и я выпила всё до дна, почти не дав пузырькам вынырнуть наружу. Я буркнула.
— Слушай, А помнишь Петера и Стивена? — Перевела тему подруга. — Конечно. Как забудешь этих полудурков, — усмехнулась я, когда в моей памяти зашевелись древние, почти забытые, воспоминания.
— Интересно. Где они сейчас? Я слышала, что Стивен стал каким-то там тренером в одном из лучших фитнес клубов города.
— О, да, про это в курсе. А Петеру вроде перешла фирма деда по на- следству, теперь он занимается производством мебели, достаточно прибыльно кстати, хоть и очень затратно по времени.
— Хах, да уж. Помнишь время, когда мы были детьми?
— Безусловно, это было лучшим временем, не только для меня, — улыбнулась я, прокручивая всё то, что происходило в детстве. — С удовольствием вернулась бы в прошлое и пережила бы те годы зано- во.
— Рискнула бы?
— А почему нет?
— Меня от одной мысли о переходном возрасте в дрожь бросает... — Произнесла Элис; глаза её забегали по столу, найдя в глубокой чаш- ке самую красивую ягоду голубики, она закинула её в рот и пробор- мотала, — Хотя... А может быть и вернулась бы...