Мюзикл

Глава 1, ПЕРВОЕ СВИДАНИЕ

- Только не говори мне, что пойдешь ТАК?

Нет, я люблю тётушку Лиззи, честное слово, люблю, но порой она невыносима. Как по мне, так давно уже пора разочароваться в такой бестолковой женщине, как я, и бросить меня на произвол судьбы. Доживать свой одинокий век в обществе сорока кошек. Но нет, тётушка не сдается.

- Лиззи, что именно не так? – я с усилием засунула ламповый пистолет в ридикюль и не без труда защелкнула замочек. Извлечь, конечно, будет непросто, но, надеюсь, что сегодня он мне не понадобится.

- Что именно? – тетушка всплеснула пухлыми руками и укоризненно замолчала, предоставив мне додуматься своим умом.

Тут следовало бы подойти к зеркалу, внимательно изучить себя, а то и прокомментировать, но я и без того прекрасно знала, что именно там увижу.

- Сними хотя бы гогглы, - попросила она с очередным выматывающим вздохом.

- Щас, - злобно отозвалась я, одернув юбку, чтоб было не видно форменные ботинки. – По инструкции не положено стрелять с пистолета без очков. Может зацепить.

- Где ты собралась стрелять?

- Свинья везде грязь найдет. Да брось, мы идем на «Авиатора», все будут думать, что я фанатка. Спорим, там таких, как я, еще с десяток наберется?

Лиззи опять вздохнула, но её аргументы закончились.

Мы вышли. До премьеры было еще два часа, но надо же было купить цветы, чтобы подарить артистам, ну и съесть воздушное пирожное в буфете. Именно этот пункт меня привлекал больше всего.

Пирожное оказалось великолепным. Солист на любителя.

Воронцов. Блистал на сцене, еще когда я пешком под стол ходила. Хотя, ладно. Я придираюсь. Не настолько он и стар, в целом симпатичный, а голос действительно прекрасен.

- Можно с вами себяшку? – попросила я после концерта. Лиззи просияла и приотстала.

- Конечно, - дежурно улыбнулся мужчина и сделал красивое лицо. – Давайте лучше я.

Он выхватил у меня визку, на секунду презрительно скривившись, и вытянул в руке, наклонившись ко мне. Пахнуло духами. И тут визка рыбкой выскользнула из рук актера и хрястнулась на пол. Повисла пауза.

- Всегда считала, что у меня неубиваемая модель, - протянула я со вздохом. Вот только зарплату получила. Собиралась купить новый пистолет: вышла облегченная модель, как раз для дамской руки. И пару электро-гранат. Нам, конечно, выдавали, но всегда приятно иметь бонус.

- Я куплю вам новый, - виновато улыбнулся мужчина. И на секунду стал обычным человеком. Слегка помятым, уставшим и живым.

Я, как приличная барышня, хотела отказаться. Потом подумала про гранаты. Про пистолет.

- Может быть, сдать в ремонт? – подняла и поковыряла пальцем треснувший экран.

У меня была старая модель визофона: выпуклое стекло в бронзовой рамке, рычажок приема звонка, который вечно за всё цеплялся, но создатели его приделали крепко. А вот чего не учли – так это рукожопости местных знаменитостей. И мраморного пола. Хоть бы на ковер бросал, вредитель!

- Не переживайте, - отмахнулся этот хлыщ. – Попрошу вас подождать меня. Сейчас запланирована небольшая автограф-сессия, потом я переоденусь и сопровожу вас до лавки. Или прислать курьером?

- Я подожду, - поджала я губы. Ага, щас, курьером. Спорим, он забудет через пять минут о моем существовании. Тогда придётся самой раскошеливаться.

Тётушка одобрительно показала большой палец и отправилась в гардероб. Предательница. Я присела на бархатное сиденье стула в коридоре и приготовилась к длительному ожиданию. Более чем уверена, что ожидание затянется. Пока ждала, машинально вертела в руках свой визофон.

Чпуньк. На телефон шлепнулось сообщение от тетушки.

«Молодец! Хорошего вечера».

На миг захотелось встать и уйти. Работает же. Экран, конечно, пересекла трещина, да и стекло вон с краешка отошло, но сообщения приходили. Потом я подумала про гранаты. Такие ребристые. Приятные в руке. И осталась. Визка в любой момент сдохнет.

- А вот я, - улыбнулся актер. И часа не прошло. – Кстати, я – Александр.

- Ольга, - протянула я руку. Протянула низко, как для рукопожатия, но тот намёка не понял, облобызал. Фу!

- Ольга, вы же не против небольшой поездки на трамвае? Тут в паре остановок чудесный магазин, у них должна быть даже последняя модель «тыквы».

- Меня вполне устроит «гречка», - чопорно ответила я и оторопело уставилась на согнутую бубликом руку. Оттопыренную. Предполагалось, что я должна за неё уцепиться.

Александр терпеливо ждал. Пауза затягивалась. Я начала неловко надевать пальто, мужчина тут же кинулся помогать, и стало еще более неловко. Застегнула все пуговицы, небрежно намотала шарф.

- Благодарю, - кивнула я и прицепилась. Неудобно ужасно. Одна рука занята его рукавом, вторая ридикюлем этим дурацким. И как пистолет выхватывать, если вдруг что?!

Я ожидала, что на нас накинутся фанатки на выходе, но оказалось, что здесь есть чёрный вход. И на улице никто не кидался на актёра или за себяшкой. Люди спокойно шли мимо. Московия жила своей привычной жизнью.

Впрочем, в темном прямом пальто и дурацкой вязаной шапочке Александр мало напоминал известного актера. Мужик как мужик. Я бы не узнала.

- Магелланово Облако! – восхищенно прижала руки к лицу продавщица, - Господин Воронцов, можно автограф? Я ваша давняя фанатка! Обожаю вашу песню «Вдаль».

Александр улыбнулся, небрежно расписался в блокноте, для чего картинно отбросил назад длинные прямые волосы. Девушка забыла, как дышать.

Пока они любезничали, я прошлась перед витриной. Скосила глаза на «тыкву», приценилась и решила не наглеть. Тем более, глобально она ничем не отличалась. Все стимы только платные, корпус не металлический, да еще эта отделка золотом. Поджала губы и перешла к витрине попроще.

- Девушка, можно вот эту модель? – ткнула пальцем в такой же, как мой, почивший дурацкой смертью.

- Посмотрите вот, тоже «гречка», но новгородская сборка, увеличенная линза для себяшек, бронзовый корпус и усилитель низких частот. Давайте я вам включу послушать?

Глава 2, УТРО В ПОЛИЦИИ

- Мышь, ты опять? - буркнул дежурный. - У нас тут не ночлежка и не богадельня. Всех своих важных свидетелей, подзащитных и прочих бомжей сели у себя.

- Это ненадолго, - отмахнулась я. - Мне нужно одеяло, мыло и обогреватель. Капитан у себя?!

- Этому?

- Так точно. Необходимо привести его в приличный вид, отогреть и напоить чаем. У нас найдутся сухие штаны и носки?!

- Иди докладывай, где ты так отлично развлеклась, - недовольно ответил дежурный. – Дам твоему, что найду.

- Спасибо, буду должна.

- Я выставлю счёт.

- Я оплачу, - ввернул Александр, но я уже постучала в двери и шагнула за порог.

- Иди уже в душ, бомжара, - буркнул Волод, и дверь за моей спиной закрылась, отрезая звуки.

- Сержант Мышь, разрешите доложить? – рявкнула я, преданно пожирая глазами начальство, которое при моем эффектном появлении скривилось.

- Ольга, сойти с ковра, будь добра.

- Так точно!

- Мною было обнаружено скопление людей в чёрном, которые грузили коробки в кэб. Одна коробка была наполнена пакетами с неизвестным содержимым, серого цвета с золотистыми вкраплениями. Рядом находился ящик с медицинскими инструментами.

- И где ты это всё нашла? Намекаешь на «запретное удовольствие»?

Вместо ответа я положила на край стола пакетик.

- Простите, но на нем мои отпечатки пальцев, не успела надеть перчатки.

- Где?

Начальник подобрался и построжел. Да, возможно, содержимое пакета более безобидно, чем я себе нафантазировала. Например, это может оказаться декоративный песок, или новое лекарство, или еще что угодно. Но интуиция орала, что мы вляпались во что-то серьезное.

- Угол набережной, где раньше была скульптура батискафа, - чётко доложила я, но начальник поморщился. После чего достал рацию и отдал пару коротких указаний.

- Пар и молния, Мышь, почему ты не перестреляла их на месте?

- Превосходящие силы противника заставили меня выполнить тактическое отступление. И ещё пистолет был в сумочке. А на набережной куча гражданских. По инструкции нельзя стрелять из-за опасности повреждения гражданских лиц.

- Над формулировкой надо будет поработать. Не «повреждения гражданских», это же не роботы. А хотя бы «нанесения им повреждений». Жду отчёт через час, и вали домой. У тебя вообще-то выходной сегодня. И этого парня верни где взяла, только проблем с аристократами мне не хватало.

- Можно ему одежду сухую?! И мне...

Я как можно жалобнее шмыгнула носом, но капитана этим было не разжалобить.

- У тебя два комплекта формы.

- Было два. И еще пистолет разбился. В процессе сбора улик. И вот, пальто прострелили.

Я продемонстрировала дырку от пули того самого сорок четвертого калибра, которая удачно разместилась в подоле, уйдя «в молоко» и не зацепив мне ногу.

- Пальто оплачивать не буду! На пистолет, так и быть, напиши рапорт, докладную и ходатайство на выдачу внеурочного. И ладно, на форму тоже. Группу задержания я отправил, ты сама слышала. Но ты же понимаешь, что там уже никого нет.

- С гражданскими всё равно надо провести работу, прибрать там и…

- Рапорт, докладную и ходатайство. И у тебя завтра выходной. Поняла? Чтоб ноги твоей не было в отделении!

- Так точно! Разрешите исполнять?

- Вали, быстро, пока я не разозлился окончательно!

В нашем кабинете, который я делила еще с тремя коллегами, нашелся актёр. Выглядел он вполне себе бодро: сидел на краю моего стола, замотавшись в толстое ватное одеяло, болтал ногами в вязаных носочках и прихлебывал что-то явно горячее из огромной кружки. Рядом Бетси гладила его вещи, от которых поднимался пар.

- А еще я обожаю вашу песню «Тоска в разлуке», это такое глубокое произведение… - вещала девушка, бодро размахивая огромным утюгом. – Как вы вообще смогли его написать? Это же полностью ваше, я знаю. И слова, и музыка.

- Я тогда пил неделю, - пробормотал Александр, - ну… в смысле, тосковал, всё такое. А скажите, Бетси, Ольга она, в самом деле служит в полиции?

- Ну да, Ольга же после армии, куда ей, бедняжке, было еще пойти? Ни родственников, ни образования. А у нас недобор, вот она закончила курсы и быстренько в отдел реагирования. Там вечно людей не хватает. А вот ваша песня «Я устал», она о карьере или о любви? О чем вы думали?

- Да я тогда пил, в смысле, тосковал, хотел даже бросить театр, но деньги кончи… в смысле, понял, что петь – это моё предназначение. Я ведь больше ничего не уме… в смысле, так люблю это дело. А почему людей не хватает?

- Так ведь отдел реагирования всегда под пули первым лезет, - простодушно ответила девушка. – Естественная убыль. Но и требования туда невысокие.

- Мило, - пробормотал себе под нос Александр.

Тут мне надоело стоять столбом, и я прошла к своему столу.

– Я за мылом, - отчиталась зачем-то. – И, Бетси, капитан разрешил выдать мне новую форму и пистолет. Можешь помочь оформить бумаги, пока я мою голову?

- Что там мыть, - буркнула девушка. Но тут Александр улыбнулся ей, и она, тут же просияв, пообещала занести мне форму прям в душ.

- Бетси, вы такая милая и заботливая, - проворковал он. – А еще одной пары носочков у вас не найдется? Вы же сами вяжете? Они очень милые и забавные.

- Вам всё еще холодно? Может быть, добавить в чай побольше настойки?

- Нет- нет, у меня всё замечательно, но вот ваша коллега сегодня продрогла…

- Ольга-то? Да что ей сделается, она закалённая, даже как-то зимой в прорубь упала, и ничего, покашляла неделю и всё, мы, правда, боялись её в засады отправлять, чтоб маскировку не срывала.

- Вы такая добрая!

Дверь за мной захлопнулась, отсекая этот диалог. Я и так знала, что между мной и Бетси нет большой любви. Но хорошо, что она позаботилась об актёре. Надеюсь, у нас не будет проблем с театром. Иначе начальство точно будет орать. И премии лишит.

В душе я справилась быстро. Коллега была совершенно права: волос у меня было немного, и те острижены очень коротко. Еще лет пять назад меня бы осудили за столь смелую прическу, но с тех пор борцы за права женщин добились многих послаблений, а война выкосила немалую часть населения мужского. Так что незаметно люди перестали остро реагировать на женщин в брюках, военной форме или с короткими стрижками.

Глава 4, КРИМИНАЛЬНЫЙ ПУТЬ

- Мы можем в самом деле воспользоваться дирижаблем и отсидеться за границей или где-то на краю света. Или хотя бы убраться именно отсюда.

Александр застонал так, словно у него разболелись разом все зубы.

- Там будут нужны паспорта, - подал он первую разумную мысль, перестав исключительно страдать.

- Я попробую тряхнуть связями, - поморщилась я. – Скорее всего, их хватит. Но мне опять нужна визка. И немного денег.

- Тогда пошли в театр, - вздохнул актер. – Похоже, это единственное место, где нас некоторое время не тронут. И он недалеко. А еще у меня там есть деньги, немного.

- Я верну, - клятвенно пообещала я. Но тот только поморщился.

Оказалось, что Александр знает короткие пути к театру. Мы прошли два двора насквозь (я даже не знала, что они тут есть!), перебежали один переулок, потом вдоль длинного дома, под осуждающими взглядами вездесущих бабок, потом миновали парк, вспугнув стаю голубей и вышли к театру с обратной стороны.

Через служебный вход театр не производил такого возвышенного впечатления, как со входа для зрителей. Простая дверь, выкрашенная в чёрный цвет, ко всему прочему, закрытая на ключ. Но, как оказалось, пунктуальность не была сильной чертой актёров, поэтому запасной ключ нашёлся за водосточной трубой. За дверью обнаружился простой коридор, крашенный жёлтой краской, которая местами пошла пятнами. Кое-где без всякой системы висели светографии актёров в жизни и на сцене.

Александр не дал мне времени рассматривать, схватив за руку, он прошёл пустынным коридором и толкнул третью дверь слева.

- Это моя гримёрка. Мне, как приме, положена отдельная, - пояснил он и скорчил непередаваемую рожу. То ли непомерной гордости, от которой его распирало, то ли негодуя, что его выселили на задворки.

- А соседние двери? - наивно спросила я.

- Уборная, склад реквизита и кладовка.

Мысли о том, что остальные актёры просто отказались делить с ним пространство, усилились.

- Чтобы получить паспорта, мне будет нужна визка позвонить, - заметила я. - И одного только звонка будет недостаточно. Надо будет кое-куда съездить. К сожалению, такие вещи не доставить курьером.

- Зато курьером можно прекрасно доставить другие вещи, - с непонятным оптимизмом заметил актёр и, развернувшись к зеркалу, принялся колдовать над собственной внешностью.

Поскольку для меня никаких других указаний не последовало, то я подтащила стул к стене и уютно задремала сидя.

- Я готов.

После короткого сна я едва не упала со стула, встретившись взглядами с преображенным Александром. И вроде бы всё осталось как было, но вместе с тем он разительно переменился. Появились мерзкие, прилизанные усики, как ни странно, убавившие ему лет, свои длинные волосы он заплел в косичку, где они стали смотреться не роскошно, а жидковато и даже слегка немытыми. Но сильнее всего изменился взгляд: стал взглядом наглого хлыща, привыкшего к безнаказанности и высокопоставленным предкам, что покрывают его любые развлечения.

- Прекрасно, - потрясенно пробормотала я. - А со мной тоже можно так сделать?

- С тобой будет немного сложнее, - Александр пристально уставился мне в лицо. - Хм... а, впрочем, нет. Мы не будем ничего менять, всё равно ты не сумеешь убедительно сыграть роль. Поэтому ты будешь сама собой. Что ты говоришь, тебе надо? Визофон и сделать пару звонков? Минуту!

И он вышел из гримерки, и, пар и молния, он даже двигался совсем по-другому.

Александр принёс две визки, одну, с розовым бантиком на антенне, сунул мне, а по второй принялся звонить сам.

Я на мгновение задумалась, собираясь с мыслями, и, чего скрывать, с силами.

- Что значит, счёт заблокирован? - вскричал Александр. - У вас независимый, негосударственный банк! Вы гарантировали независимость и анонимность? В смысле, особый случай?!

Я наконец решилась и набрала по памяти цифры и пару знаков.

- Я ждал, - через пять длинных пыхов ответил скрипучий голос. - Это же ты, малышка Мышь? Можешь не отвечать, я и так по твоему злобному сопению понимаю, что полностью прав.

- Ты прав, - выдавила я. - И мне нужна...

- Помощь, верно, - захихикал мой визави. - Я обещал тебе, что помогу, и я не откажусь от своих слов даже под дулом твоего смешного пистолетика. Что именно ты хочешь от меня? Надёжное укрытие? Новую жизнь или работу? Денег? За деньги можно решить много проблем...

- Мне надо два новых паспорта, - выдохнула я, словно прыгала с обрыва. Вот и всё, я ступила на кривую дорожку криминала и теперь я в самом деле преступница.

- На тебя и того парня, верно. Что ж, это самое простое, что я мог бы для тебя сделать. Курьер привезёт их тебе через три часа, быстрее, прости, не успею. Кстати, а куда именно он их привезёт?

- Дирижабль «Мария Вторая».

Я злобно глянула на подсказывающего Александра, но повторила.

И нажала отбой.

- У тебя получилось отвратительное лицо, - честно призналась я, откладывая визку в сторону. - Вот уж не думала, что одними усами можно настолько испортить свой светлый лик.

- Ты же полицейская, вас должны были учить всякому такому?

- Я плохо училась, - легко призналась я и приуныла. – А теперь и вовсе ступила на кривую дорожку преступности. Той самой, борьбе с которой посвятила свои лучшие годы жизни!

Александр встал и, подойдя ко мне, неловко потрепал по плечу:

- Ну, не переживай. Это все закончится, мы вернемся, нас непременно оправдают, и ты снова будешь гоняться за плохими ребятами с пистолетом.

- А ты вернешься в театр и опять будешь петь для мамок всякое, - хмыкнула я, беря себя в руки. – Ладно, это все лирика. Я так понимаю, денег у тебя нет?

- Нуууу… - замялся актёр. – Не то, чтоб совсем нет, я нашел пару заначек, но для нашей безбедной жизни за границей этого будет недостаточно.

- Может быть, нам не уезжать?

- Ты предлагаешь сдаться и что?

- Посидим в камере, пока устанавливают нашу невиновность, - с каждым словом я всё сильнее понимала, как бредово оно звучит.

Глава 5, ЧЕТА ПЕТРОВЫХ

«Мария Вторая» поражала воображение. По крайней мере, моё поразила сразу. Мы подъехали к башне, к нашему кэбу тут же подскочили несколько стюардов и попытались выгрузить чемоданы, которых не было.

- Багаж приедет позднее, - с мерзкой ухмылкой, которая словно приклеилась к лицу, заметил актёр. Но по монетке каждому отжалел.

- Пойдем, дорогая, уверен, что наш багаж не потеряется!

Александр подхватил меня под руку и увлёк к огромному лифту, в который можно было запросто засунуть весь наш кабинет со всеми столами и барахлом, и даже осталось бы немного места. В лифте одну стену занимало огромное зеркало. Мне наконец выпала возможность увидеть, как я выгляжу в новом аристократичном образе. Что ж, пальто было прекрасным: фасона «халат», белое и длинное. Из-под него торчали мои короткие ножки в форменных ботинках. У одного был немного облупившийся нос, а к подошве другого пристал листочек. Шляпка тоже была выше всех похвал, пока не оказалась на моей голове, откуда она сползала в район ушей, то в одну, то в другую сторону. Из выреза пальто, там, где дизайнерами предполагался шарфик, интригующе торчали очки для стрельбы. Александр естественным жестом смахнул только ему видимую пыль с моего рукава и вновь крепко схватил меня за руку:

- Не обращай внимания, дорогая, ты прекрасна, - и этот царственный поганец, который как раз выглядел так, словно сошел с картинки, поправил на мне шляпку.

Из лифта мы вначале попали в большое фойе, из которого должны уже были пройти на посадку к нужному нам дирижаблю. И сделать это было нужно через регистрацию и предъявление паспорта, которого не было. И сдачу багажа.

- Расслабься, Оль, всё будет хорошо, - наклонился к моему уху Александр и опять поправил шляпку. – В крайнем случае, проникнем на борт другим способом. Я придумаю как.

Впрочем, впасть в отчаяние я не успела. Поскольку к нам спокойным шагом подошел парень в форме курьерской службы и протянул пакет.

- Вам просили передать, что теперь в расчёте, - произнес парень. – И вот, подарок от заведения.

Александр с недоумением уставился на дымовую шашку, а я наоборот понятливо кивнула. Жаль, что не пистолет и гранаты, но чаще всего так в жизни и происходит и приходится работать с тем, что есть.

- Осталось дождаться багаж, - светским тоном заметил актёр.

- Может, ну его, - тоскливо пробормотала я, дымовая шашка целиком не лезла в карман пальто и приходилось её прикрывать руками. Так что я в любой момент ожидала, что нашей колоритной парочкой заинтересуется пара охранников, сейчас лениво дремавших в углу.

- Вот еще! – воскликнул Александр, - его, между прочим, Дуська оплатила, билетёрша. Зря я, что ли, обещал следующую песню посвятить ей?

- Твои билеты за две монеты, - пробормотала я. – Не, ну если так, то еще подождем. Хотя, как по мне, так мы выглядим ОЧЕНЬ подозрительно, и я бы нас давно арестовала, просто так, на всякий случай.

- Повезло, что ты сегодня не на службе, - легкомысленно отмахнулся этот поганец и тут же воскликнул: - О, а вот и наш багаж!

Надо признаться, что Дуська явно отдала последнее. Или она копила на что-то крупное, или же я чего-то не знаю, и профессия билетёрши на самом деле крайне прибыльная. Чемоданы громоздились на двух тележках: собственно, сами чемоданы, пара шляпных коробок, маленькая дамская сумочка, деловой саквояж и зачем-то обруч для похудения в дорожном чехле. Я покосилась на последний с опаской, но комментировать не стала, мало ли, какие хобби у Александра.

- Вот теперь можно и на посадку идти, - заметил последний и приобнял меня за талию.

Но я поспешила его разочаровать:

- Дорогой, мне надо в туа... дамскую комнату, - поправилась я. - Обновить помаду.

- Не вижу на тебе помаду, - скривил он губы, - так бы и сказала, что боишься летать.

Я ткнула его локтем в бок и все же отправилась в нужную сторону.

Зайдя за угол, я повертела головой, три раза поймала дурацкую шляпку и, убедившись, что здесь камер нет, чиркнула запал о брюки в районе коленки и сунула шашку в мусорку. Теперь у нас есть всего пара минут, чтоб пройти досмотр.

- Дорогая, ты в порядке? - спросил Александр.

- Да, - как можно беспечнее улыбнулась. – Идем быстрее, не терпится уже начать наше свадебное путешествие.

Александр почему-то закашлялся.

Рамку детектора мы и наш багаж прошли без проблем. Дальше опять пришлось понервничать, пока сверяли нас с паспортами и проверяли билеты.

- Ну, почему так долго, - начал ворчать актёр. - Что там можно смотреть?! Почему я вообще должен терпеть все эти унизительные процедуры?! Я устал, я желаю бокал вина и возможно даже огневиски. Что вы там копаетесь?! Просто заберите всё это барахло моей супруги, унесите в нашу каюту и дайте мне выпить! Я не могу уже терпеть!

- Простите, сэр, это всё в целях вашей же безопасности!!!

- В моей безопасности заставлять меня бесконечно долго ждать?! Вы что-то путаете!!!

Но тут вдалеке бабахнуло и люди зашевелились. Охрана забегала. Даже те сонные дяденьки стали не такими сонными и вполне резво пробежали мимо нас.

Стюарды ещё сто раз извинились и мы, наконец, прошли в зал ожидания.

Портальная башня буквально пронизывала облака. Мы оказались в огромном зале с панорамными окнами, через которые было видно несколько пришвартованных дирижаблей.

- Наш вон, самый большой из этих малышей, - неаристократично ткнул пальцем Александр и тут же принял благообразный вид.

- Малышей? – удивленно переспросила я, обозревая настоящего гиганта. На его мощном бронированном боку вилась надпись: «Мария Вторая».

- Да, по сравнению с настоящим первым классом – это просто малышка. Кстати, мы летим в Империю Хань, ты смотрела билеты? Медовый отпуск на востоке - это так романтично!

- Честно говоря, нет, - я напряглась. – Я ни слова не знаю на ханьском.

- Уверен, мы выкрутимся!

Тут стали приглашать на посадку, и аристократы потянулись к огромным дверям жидким ручейком. Мы пристроились в хвост очереди и уже вполне быстро прошли последние формальности. Крытый трап под ногами пружинил, и я старалась не думать, сколько километров нам сейчас до земли. Александр тянул меня вперед, не давая толком осмотреться, и сейчас я не стала упираться и послушно ускорилась.

Глава 3, СПАСЕНИЕ

В себя пришла лежащей на полу, с мешком на голове. Сильно трясло. Судя по всему, нас засунули в тот самый кэб, который я успела заметить. Начало не сильно вдохновляло.

- Почему мы не вальнули их прямо там? – послышались негромкие голоса. Я затаила дыхание в надежде узнать побольше, даже перестала елозить в тщетных попытках освободиться. А вопрос-то в самом деле интересный. Почему мы живые и куда едем?!

- Велено привезти на разговор, - отозвался второй. – Главный сказал, есть пара вопросов.

Рядом кто-то завозился и застонал.

- Ольга, ты тут?

- Угу, - негромко ответила я. С одной стороны, то что Александр тут – это не очень хорошо. С другой, он жив – и это в целом неплохо.

- Пар и молния, я ещё слишком молод, чтобы умирать, - запричитал актёр. - Я ещё должен получить ту роль!

- Это какую? - не удержалась я от вопроса.

- Ту самую, которая прославит меня в веках!!! Обещаю, что если останусь жив, то брошу курить, беспорядочные половые связи и пить виски по утрам!

- А ты разве куришь?!

Но мой вопрос остался без ответа. Потому что мы приехали, и нас довольно бесцеремонно вытряхнули. Когда с головы пропал мешок, скрывающий обзор, я тут же завертела головой, оценивая обстановку. Мы оказались на пустыре, и, судя по угольным башням, видневшимся вдалеке – мы были в заводском квартале. Напротив нас встал высокий мужик в длинном чёрном плаще и полумаске, скрывающей лицо. А вот по бокам встало четверо других, трое из которых были с револьверами. Четвертый крутил в руках мой лучевой пистолет. МОЙ новый, пар и молния, табельный пистолет!

- Опустим момент знакомства, - сапог главного легонько ударил меня по ребрам. – Меня интересует главное – что именно ты видела и кому чего успела рассказать?

- Я видела достаточно, - твердо сказала я. – Рапорт подала. Так что вам не уйти от карающей руки правосудия!

- А всё – это что именно?! И самое главное: куда ты дела товар?

Новый тычок сапогом тоже был не сказать, чтоб сильным, но пришелся точно в старое место.

- Сдала на экспертизу, так что вам ни за что не отвертеться!

- Всю партию?

Я промолчала.

- А ты кто такой? – главный подошел к Александру и бесцеремонно повертел его голову, взяв за волосы. – Где-то я тебя уже видел.

- Я – Александр Воронцов. Известный актёр, а еще я сын того самого Воронцова!

- Главный будет недоволен, - поморщился, как оказалось, не самый главный. – Ладно, уже не так важно, что именно ты успела рассказать.

Тут у него завибрировало в кармане. Он вытащил визку и отошел. Я напрягла слух, но долетело только несколько фраз:

- Да. Понял. Хорошо.

Он обернулся посмотрел на нас. В глазах ничего не мелькнуло. Полное равнодушие.

- Ты и ты. Поехали. Вы двое приберитесь тут.

Я зажмурилась. Но бандиты почему-то медлили.

- Ребята, вы знаете кто я. И кто мой отец? – спросил Александр деловым тоном. Поскольку выстрела так и не последовало, я открыла глаза и скосила их вбок, на актёра.

- Ну, допустим. Только тебе он сейчас ничем не поможет.

- Давайте так: вы нас не убиваете, а я вам по пятьсот каждому? А мы свалим из страны, и вы о нас больше никогда не услышите. Можете даже до причала проводить и помахать платочком следом.

- Почему так мало?

У меня глаза еще сильнее распахнулись. Мало? Да у меня оклад меньше!

- По пять тыщ каждому! – вставил второй. – Хотя, ладно, легавая дешевле.

- У меня с собой столько нет.

- Конечно, нет, - согласился первый бандит. – Мы вас обыскали. У этой дамочки дрянной пистолет, визофон, который не работает, и десятка мелочью. А у тебя сотка, пара карт и банковский кристалл.

- Всё верно, я не ношу крупные суммы с собой. Раз уж я так известен, то вы должны знать, что у меня проблемы с алкоголем. И дисциплиной, если честно.

- Никогда не интересовался музыкой, - ответил первый. – С тех пор как провалил экзамен в школьный хор.

- А я тебя слышал, ты всякую муть поешь, для мамок, - признался второй. – Так и быть, давай деньги. Только та сотка в зачёт не идёт. Мы её и так уже отобрали. Вечером дирижабль «Мария Вторая» летит на восток. Вот на него вас обоих посадим и отчитаемся, что всё.

- Без проблем. Только деньги в банке или на квартире.

- Нашли дурака в банк идти, - снова первый. – Там охрана, тебе достаточно моргнуть, чтоб нас кинуть. Нет уж. Пошли к папочке. Он же не откажется дать тебе денег?

- Отец точно откажется, - поморщился Александр. – Пошли на квартиру. Там даже больше, чем десять тысяч. Копил на новую гитару.

Оказалось, что за пустырем стоял автомобиль. Пучеглазый, с открытым верхом по последней моде. Весёлого голубого цвета, который местами отходил пластами. В целом автомобиль выглядел ровесником моей бабушки, о чем тут же не преминул заявить Александр.

- Зато ты вряд ли доживешь до такого почтенного возраста, - отметил бандит, наклоняясь и ловко связывая нам еще и ноги.

- Эй, зачем, мы и так безобиднее барашков!

- Мемекать не вздумай. И вообще ведите себя тихо, а то мы можем в любой момент передумать и разорвать нашу сделку в одностороннем порядке.

- Приличные люди так не поступают.

Но бандиты на это замечание только расхохотались.

- К тому же, вы так останетесь без денег, - Александр ловко балансировал на связанных ногах и падать не собирался. Меня тоже не забыли связать, и действовали совсем не мягко.

- Оль, ты в порядке?

- Да, - односложно ответила я. Открытый верх исключал мешок на голову, но вырубить двух бандитов, один из которых за рулем – непростая задача для меня. Ладно, кому я вру – задача невыполнимая.

- Без глупостей.

- Да, Оль, пожалуйста, без глупостей. Да?

Но, вопреки моим ожиданиям, нас обоих запихнули в багажник. Прямо связанными. Забросили, как мешки с картошкой.

- Эй, - возмущенно крикнул Александр, - а как вы без меня найдете нужный адрес?

Глава 6, ПРОМЕНАД

- Нет, ну каков наглец, а! – воскликнул он, пыхтя, и пару раз стукнул кулаком по стене. – Как он только посмел!!! Да я его засужу! Нет, я найму ему киллера!

Я скинула тяжелые ботинки и хотела залезть с ногами на кровать, но обнаружила, что носки лучше постирать. Так что пока актёр разорялся и пытался пробиться с соседнюю каюту, я помыла ноги и постирала носки. За неимением сменки повесила эти на батарею.

Каюта у нас оказалась небольшая, после всего увиденного великолепия я почему-то ожидала чего-то более пафосного. У нас же оказались небольшие апартаменты, состоящие из микро-гостиной, из которой было две двери: в туалетную комнату и в очень скромную спальню, большую часть которой занимала огромная кровать. Половину гостиной занимал огромный плательный шкаф, в углу притулился диванчик (на который при стюардах я не рискнула сесть) с микро-столиком, на котором стоял засохший букет цветов. При такой стоимости билетов засохшие цветы могли бы и выкинуть!

Стенания Александра прервал стук в дверь, которую я поспешила открыть.

- Герцогиня Орлова распорядилась доставить вашей супруге, - любезно поклонился слуга в бархатном одеянии и поспешно вкатил тележку, уставленную блюдами. В самом центре композиции возвышалась моя недопитая кружка кофе.

- Передайте её светлости наши искренние благодарности, - с кривым лицом ответил актёр. - Можете сервировать вон тот столик, ибо для вашего здесь решительно нет места! Надо же, билеты стоят таких денег, а условия первого класса больше напоминают третий.

Слуга ничего не ответил на это бурчание, начав споро расставлять тарелки.

Я по-прежнему стояла как истукан возле открытой двери, не понимая, что именно я должна сделать.

Вскоре столик оказался заставлен блюдами, но для кофе места уже не было.

- Простите, гражданин, можно вас попросить выбросить эти несвежие цветы.

Слуга обернулся ко мне с таким выражением лица, словно с ним внезапно заговорила тумбочка.

- Простите?

Я ткнула пальцем в букет на столе. И заодно решила проблему с кофе, просто забрав кружку себе.

- Это декоративная композиция от модного дома Иваново!

Повисла неловкая пауза.

- Что ж, тогда можете не выбрасывать, - я оглядела комнату в поисках подсказки. Просто переставьте... в сортир.

Пауза стала ещё более напряжённой.

- Лучше использовать слово "уборная", - произнёс Александр, когда пауза стала настолько неестественной, что воздух вокруг застыл.

Стюард отмер и наконец подхватил злополучный букет.

- Будьте так любезны, передайте герцогине нашу искреннюю благодарность и унесите эту красоту, недоступную для понимания моей молодой супруги.

Я прихлебнула кофе, поперхнулась, плеснула напиток на штаны, ругнулась (очень тихо) и под конец чихнула так, что чёртов кофе пошёл носом.

За стюардом закрылась дверь, и Александр с чувством произнёс:

- Ты была великолепна!

Как ни странно, но после этого маленького инцидента он резко успокоился и с аппетитом приналег на еду.

- Итак, что мы имеем, - принялся он рассуждать, после того как умял целую тарелку мясного крепко перчёного рагу. - Нас обложили со всех сторон. И продолжают планомерно уничтожать.

Я кивнула, сооружая бутерброд: нежнейшая ветчина, масло с травами, тонко нарезанный сыр и капелька варенья сверху.

Александр с сомнением посмотрел на то, как я жую этот кулинарный шедевр, но, к его чести, не стал опускаться до шуток.

- Что мы должны сделать в этой ситуации?

Я пожала плечами и, облизав пальцы, соорудила ещё один бутерброд.

Александр молча протянул руку. Пришлось поделиться и начать сооружать третий.

- В целом, считаю наше положение неплохое, - оптимистично заметила я. - Мы в тепле, на свободе, сытые и, кстати, за еду нам никто не выставит счёт, потому что герцогиня по-любому оплатила.

- У нас вроде завтраки включены в стоимость перелёта. Надо бы уточнить этот момент, чтоб не попасть впросак.

Александр задумчиво почесал затылок.

- Сегодня вот и с ужином подфартило.

Я устало откинулась на стуле и некрасиво рыгнула.

- Оль, послушай, почему они так плотно за нас взялись?

Поскольку есть я уже не могла, а ответов у меня так и не появилось, то я схватила в руки кружку, но пить не стала.

- Давай я поделюсь своими мыслями, а ты меня поправишь?!

Я пожала плечами, а затем кивнула. Своих мыслей у меня было не много. Но Александр удовлетворился и этим.

- Итак, мы с тобой гуляем по набережной, потом за нами гонятся бандиты, мы уходим от погони, после чего нас похищают прям от дверей полиции.

Я кивнула. Пока всё верно.

- Вопрос! - актёр важно поднял указанный палец вверх. - Что такого важного произошло на набережной, что на поиски нас было брошено столько ресурсов?

- Я стала свидетелем передачи крупной партии наркотиков. Увидев данное противоправное деяние, я не смогла пресечь его на месте преступления, но доложила по форме начальству с целью дальнейшей поимки и наказания всех причастных лиц.

- Оль, - как к маленькой девочке обратился актёр ко мне. Он даже отобрал у меня чашку, поставил её на стол и аккуратно взял за руку. - Послушай, в Московии каждый день кто-то кому-то передаёт наркотики. Если каждый раз на поиски и устранение свидетелей пускать такие средства, наркобизнес станет совершенно неприбыльным.

- Я сперла один пакетик с места преступления, - призналась я. - Возможно, с ним что-то не то.

- Ты же служишь в полиции, - Александр выпустил мою руку и экспрессивно взмахнул своими. - Ловить преступников, распутывать преступления и всё такое... ты же должна уметь делать это.

- Маленькая поправочка: я работала в отделе реагирования. Я там не очень думала...

Наш мозговой штурм прервал стук в дверь, но в этот раз открыл Александр.

На пороге обнаружилась тётка неопределенного возраста с брезгливым выражением лица.

- Её светлость герцогиня Орлова приглашает вашу юную супругу присоединиться к вечернему променаду. Меня зовут Тамара Михайловна, я компаньонка Екатерины Николаевны. Собирайтесь. Я сопровожу. Негоже заставлять её светлость ждать.

Глава 7, РЕПУТАЦИЯ

Меня разбудил какой-то звук. Ещё не проснувшись, я скатилась с кровати и швырнула в источник раздражения подушкой. И лишь затем разлепила глаза.

Источник звука стоял на входе в спальню, одной рукой он зажимал нос, другой держался за голову.

- Никогда не думал, что подушка настолько опасна.

- Сорванная резьба, прости! - я поспешила поднять и вернуть на место снаряд. - Вообще-то ей можно запросто убить.

- Спасибо, я теперь знаю.

- Давай я посмотрю, - предложила довольно миролюбиво. - Кстати, где ты был?

- Пытался поправить наше финансовое положение.

Тут актёр самодовольно улыбнулся:

- И, представь себе, мне это вполне удалось. Теперь мы можем себе позволить не только завтраки.

- Карты? - предположила я.

- Скачки!

- Чтооооо?

Александр посмотрел на моё вытянутое лицо и пояснил:

- Тараканьи бега. Но эти ханьские тараканы к тому же неплохо прыгают. Поэтому называется "скачки". Ты же не думала, что здесь прячется табун лошадей?!

- Уже ничему не удивлюсь.

- Кстати, я пытался оплатить твои покупки и обнаружил, что всё оплачено. Как тебе это удалось?

Я пожала плечами:

- Герцогиня купила мне платье, я не смогла отказаться. А надо было? К тому же я ведь не знала, что ты так хорошо разбираешься в тараканах.

Александр внимательно посмотрел на меня:

- Платье - это то, что сейчас на тебе надето? А те коробки, которые навалены у входа - это что?

- Подожди, - я с силой потерла лицо и выглянула в первую комнату. - Главная шестерня коробки передач! Что это?!

- Это всё на твоё имя, я проверил. И оно оплачено!

- Так, кажется, я всё ещё сплю!

С этими словами я закрылась в отхожем месте. Но когда вышла, ситуация не изменилась. Коробки так и остались наваленными кучами. А Александр с увлеченным видом копался в них.

- Смотри, здесь есть нижнее белье. Ночная сорочка. Чулки.

- Пар и молния, избавь меня от необходимости это рассматривать и тем более мерить.

- А что, так можно?

- Я намерилась одежды на ближайшие пару лет.

Александр посмеялся и, закрыв коробки, прошёл в спальню, где развалился на кровати.

- Ужасно устал.

- Понимаю.

Сама не знаю зачем, щёлкнула тумблером ламповизора.

- И с вами снова я, Анна Фирштейн, и сегодня у нас в гостях мадам Фифи, известная балерина и любовница того самого Александра, которого полиция разыскивает уже третьи сутки!

- Невеста, - надула пухлые губки в кадре молодая кудрявая девица неопределенного возраста. - Я была его невеста, и это я расторгла помолвку.

- Ммм... как интересно. А что послужило причиной? Алкоголь? Наркотики? Неразборчивость в связях жениха???

- Ах, право, что за ерунду вы несёте, кого нынче в творческих кругах можно этим испугать?! Из запоя грамотно выводят в специальных местах, с наркотиками успешно борётся полиция...

- Так же успешно, как сейчас ловят вашего бывшего, - ведущая сделала многозначительную паузу.

- Я уверена, что ловят его не просто так, - снисходительно сделала вид, что не заметила, Фифи. - Александр - сложный человек, деньги и слава рано вскружили ему голову. Эта вседозволенность... Но я бы могла мириться со многими недостатками.

- Что же тогда послужило причиной? - репортёрша аж наклонилась вперёд, камера показала крупным планом её лицо и хищное выражение на нём.

- Его садистские наклонности!

- Чтооооо?

Александр вскочил с кровати и двинул кулаком по стене. На бежевых обоях остались пятнышки крови, но он даже не заметил этого.

- Овца! Да как так можно! После всего, что я сделал?!

- Александр, успокойся! - закричала я, но он в гневе выбежал в прихожую и пнул ни в чём не повинный столик.

- Он любит причинять боль, - продолжила нести свои откровения девица. - Плётки, цепи... я долго терпела...

- Ради денег и карьеры, - с понимающим лицом покивала Фирштейн.

- Именно ради карьеры я и прервала эту опасную связь. У меня ведущие партии в постановках! Я не могу себе позволить выйти на сцену со следами побоев!!!

Александр зарычал.

Я торопливо выключила ламповизор, но актёр уже рассвирепел. Видимо, в его отношениях с этой милой дамочкой всё было не так просто.

- Ради электричества, успокойся!

В ответ он нечленораздельно что-то прорычал.

Я подошла максимально близко, подпрыгнула и влепила ему пощёчину со всех сил.

В наступившей тишине он молча потёр щёку и вышел за дверь, которую прикрыл подчёркнуто тихо и аккуратно.

Первым моим порывом было стукнуть кулаком по стене. Вторым - швырнуть в стену пару коробок.

Я успешно подавила оба желания и открыла дверь, собираясь бежать следом.

Но сразу же увидела в коридоре у иллюминатора Александра. Рядом с ним стояла герцогиня Орлова.

Я аккуратно прикрыла дверь. Но захлопывать её, конечно, не стала. Сама не знаю, почему. То ли я хотела послушать, о чем они говорят, то ли бежать спасать пожилую женщину от разъярённого актёра.

- Я должна поговорить с вами, виконт! - размеренно и чётко произнесла герцогиня.

- Да? - бесцветно заметил Александр. - И о чём же?!

- На этих днях, неважно как...

Я задержала дыхание.

- Я знаю, что вы бьёте свою супругу!!! И я этого так не оставлю!

- Да вы сговорились, - грустно произнёс актёр. - Это она вам так сказала?!

- О, нееет, - герцогиня покачала пальцем перед его носом. - Бедная девочка - нема, как мышь!

В этом месте актёр неприлично хрюкнул, но тут же сделал более подобающее лицо.

- Олечка молчит. И даже на мой прямой вопрос начала вас оправдывать.

- Тогда почему вы делаете такой вывод относительно меня?!

- Я видела следы от веревок на её руках. На спине такие гематомы, словно вы пинаете её ногами! Хотя почему "словно"??? Девочка живёт в кошмаре под названием "счастливая семейная жизнь" и уже давно!

- Ну, почему сразу все мысли про меня? У меня вон тоже синяки вообще-то!

Глава 8, ВЕЧЕР ПОЭЗИИ

Мы довольно долго поднимались на лифте, а когда вышли, то оказались в совершенно бесподобном месте: огромный холл с полностью прозрачными стенами и частично открытым потолком. То есть по направлению движения дирижабля находился толстый прозрачный экран, а всё остальное пространство было открытым. Здесь было прохладно, но нам выдали тёплые жилетки и пледы и проводили за небольшой столик у борта. Несмотря на довольно раннее утро, мы здесь были не одни. Столик рядом с нами был свободным, а вот за следующим сидела толстая тётенька с не менее толстым ребёнком. Они бодро орудовали вилочками и громко обсуждали предстоящую помолвку Пиппы.

Следующий столик был снова пустым. Чуть дальше наслаждался утренней газетой старичок благообразного вида, он ещё курил толстую сигару, смахивая пепел за борт.

- Потрясающий вид, - честно призналась я. - Никогда не думала о том, насколько вид сверху завораживает.

- Я немного переживал, что ты боишься высоты, но потом подумал, что с учётом твоей работы, наверное, тебе понравится.

- О, мне на самом деле очень нравится наше приключение. Пока что так тихо и безопасно. И нет. Я не боюсь высоты.

Нам принесли завтрак: для меня кофе в большой чашке (но не огромной), какие-то маленькие бутербродики, чайная ложка чего-то сладкого и малюсенькая печенька. Для Александра бокал шампанского и непонятный плевок повара в огромной тарелке.

- Ты пьёшь шампанское по утрам?! - хихикнула я.

- Так делают аристократы, - противным голосом отозвался актёр и добавил: - и дегенераты, ну, ты знаешь...

Я аккуратно отпила свой напиток и постаралась не скривиться: зерна были с кислинкой и пережарены. Зато, пожалев молока, насыпали побольше сахара.

- Не нравится?!

Александр с сомнением разглядывал содержимое тарелки и не спеша потягивал шампанское.

- Попробуй бутерброд, - подвинула ему тарелку.

Александр в ответ подвинул ко мне свою. Отказываться было неудобно, кофе горчил, вид открывался шикарный, и я рискнула.

- Смотри, - я наклонилась к перилам, - ещё даже зелёное всё. А ведь осень.

- Пшеница? Её часто сажают под снег, и выглядит это весёлым зелёным цветом.

- Откуда ты это знаешь? Ты же не имеешь отношения к сельскому хозяйству?!

Невнятная бурда в тарелке оказалась непонятного вкуса и консистенции: вроде бы не противно, но и не вкусно.

- У меня были уроки географии, учителя что-то такое нудное рассказывали.

Александр развалился на стуле и взмахнул бокалом.

- Отличное шампанское. Может, заказать тебе вместо этой бурды?!

Но я покачала головой и отпила ещё глоток. Нет уж, какой бы неудачный ни был кофе, он оставался моим любимым напитком.

Внезапно сбоку кто-то заорал так, что чашка в моей руке дрогнула и мой новый светлый костюм оказался заляпан.

- Ааааа, мой круассан, мамулечка!!!

Я рефлекторно обернулась, одновременно выхватывая пистолет. Выстрелила, почти не целясь.

Тот самый круассан шлепнулся перед дедушкой с сигарой. Толстая девочка поперхнулась собственным воплем, а её мамаша, наоборот, завизжала.

- Это был орлан-белохвост, - невозмутимо заметил дедушка, складывая газету. - Между прочим, занесён в красную книгу.

- Простите, - ответила я, убирая пистолет. - Немного нервничаю сегодня.

- Убиииииийца!!!! Вы же могли попасть в мою деточку!!!

- Я попала туда, куда целилась, - не согласилась я с нелепыми обвинениями. Не имею привычки мазать!

- Оль, слушай, с такими твоими выходками нас раскроют.

Александр говорил негромко, но от этого мне стало ещё обиднее.

- Вот с этим я ничего не могу поделать, - буркнула несколько обиженно. - Это рефлекс.

- Я понимаю, - Александр аккуратно взял меня за руку. - Просто прошу тебя быть немного внимательнее и осторожнее. Повторим кофе, твой давно остыл?

- Нет, спасибо. Может, лучше посидим в каюте?! Меньше шансов проколоться.

- Ой, да ладно тебе. Уверен, что никаких проблем не будет!

К моему удивлению, никаких особых последствий моя выходка не имела. К орущим дамочкам вышел вежливый распорядитель, им принесли десерты и стало тихо. Дедушка продолжил читать газету, зачем-то поглаживая мёртвую птицу по голове.

К нам подходил кто-то из охраны, посмотрел разрешение на оружие, зачем-то извинился и предложил оплатить пулю.

Мы отказались и от пули, и от бесплатного десерта от шефа.

- Слушай, а пошли нормально пожрем, а?

Александр с недоумением уставился на меня:

- Ты не наелась?!

- Чем? - теперь я вылупилась на него как баран на новые ворота.

- Я, признаться, думал, что девушки по утрам питаются маковой росой.

- Если у нас нет денег, то я не настаиваю. Я в принципе могу около недели не есть. Правда, через пару дней начинаю плотоядно рассматривать людей на предмет, так ли им нужны две руки и две ноги.

Александр неприлично заржал и пригласил меня в ресторан, где мы вчера пытались ужинать.

- Бокал сухого игристого.

- Кофе средний с молоком, яичницу с сосисками и молодым картофелем и два бутерброда с домашней колбасой.

- Десерт?

Гарсон был предельно вежлив, несмотря на нелепость заказа.

- Мне, пожалуй, шарик мороженого, - дополнил свой заказ актёр.

- Воздержусь, - решила я.

Сегодня в ресторане, скорее всего, из-за раннего времени, было тихо. Аристократы отсыпались после вечерних приключений, и самыми голодными оказались мы (точнее, только я), да какая-то девочка с пожилой матроной в углу. Девочка оживленно смотрела по сторонам, изредка возила по тарелке ложкой и явно получала удовольствие от жизни, хотя и не от еды. Её гувернантка, наоборот, не получала удовольствия ни от чего.

Подали наш завтрак. Мне в обычной тарелке, а для Александра водрузили огромный аппарат, из которого ему пришлось наливать напиток самостоятельно.

- Это что, - с сосиской во рту не утерпела я. - Разве шампанское так делают?!

- Просто оригинальная подача, - скучающим тоном отозвался актёр, подставляя под кран свой бокал. - Надеюсь, здесь больше, чем один маленький бокальчик.