На осколках твоей любви

Глава 1

Майкл не танцевал. Это было единственное, хоть и слабое, утешение.

Диана стояла рядом с хозяйкой вечера, леди Марсдэн, дамой лет сорока пяти, завзятой салонной сплетницей, и вполуха слушала её разглагольствования. Тонкий визгливый голосок собеседницы раздражал. Так же, впрочем, как и всё остальное на этом балу.

Сегодня леди Марсдэн была в ударе. Причиной служила история миссис Ходжес, жены полковника Ходжеса, несколько дней назад неожиданно сбежавшей с молодым любовником - учителем греческого и латыни её собственного шестилетнего сына. Жена полковника была всего на год старше Дианы, которой минуло недавно двадцать четыре, и она считалась в обществе весьма почтенной и добродетельной женщиной, поэтому этот побег наделал очень много шума в Лондоне и служил вот уже десять дней предметом разговоров во всех столичных гостиных.

- Вы представляете, леди Диана, - экспрессивно всплескивала сухонькими ручками леди Марсдэн, - их уже обнаружили!

- Неужели? - лениво обмахиваясь веером и с трудом скрывая равнодушие, произнесла Диана.

- В Ливерпуле! Они собирались сесть на корабль. Они жили в гостинице. Но, поняв, что их вот-вот схватят, прямо в номере приняли яд. Полковник и его люди нашли уже холодные тела... Какой ужас, не правда ли?

Глаза леди Марсдэн так и горели. Диана подумала, что, представься этой женщине возможность, она непременно бы ввалилась в номер вместе с ищейками и обманутым мужем, - может быть даже, впереди всех, расталкивая локтями, - дабы увидеть всё самой.

А ещё ей пришло в голову, что миссис Ходжес и тот несчастный юноша, учитель, умерли прекрасной, хоть и очень печальной, смертью. В объятиях друг друга, поклявшись, наверное, он - ей, она - ему - в вечной любви… Как Ромео и Джульетта. И ей, Диане, представилось, что и она готова была бы вот так же умереть рядом с… Но она тут же отогнала эти мысли.

- Да, ужасно, - промолвила она, сдвинув брови, стараясь изобразить на лице крайнюю степень осуждения - чего и ждала от неё раскрасневшаяся собеседница. - Это… просто неприлично!

- Непристойно, - прошептала леди Марсдэн и оглянулась на своих пятерых некрасивых дочерей, которых за весь вечер пригласили всего по одному разу, и то военные, которым, как известно, старшие офицеры вменяют в обязанность приглашать простаивающих дам. - Совершенно непристойно, дорогая графиня! Бедный полковник Ходжес! Как я ему сочувствую! И, скажу вам, это для нас всех ещё один урок — как легко потерять всё, отдавшись во власть преступных страстей! Мы должны хранить наше целомудрие как зеницу ока, миледи, как зеницу ока! Нет дня, когда бы я не напоминала об этом своим милым девочкам! И вы, графиня, тоже непременно учите этому вашу прелестную Шарлотту.

- Обязательно, леди Марсдэн. Ваши советы всегда бесценны для меня, и я неукоснительно следую им, - как можно серьезнее сказала Диана.

- Вашей девочке ведь пять?

- Четыре, леди Марсдэн.

- Как раз тот возраст, когда ребенка пора учить таким вещам! У меня есть несколько замечательных брошюр о добродетели. Если хотите, я пришлю их вам.

- О, я буду вам чрезвычайно признательна. И непременно почитаю их Шарлотте… Но позвольте мне вернуться к мужу.

- Конечно, конечно! Ваше место рядом с супругом! Кстати, как, его самочувствие? Мне кажется, он немного бледен сегодня.

- Не беспокойтесь, ради Бога, с ним всё в порядке.

Диана улыбнулась собеседнице и медленно оглянулась. Она знала, что Майкл смотрит на неё. Что его взгляд, как и всегда, когда они вместе выезжали, направлен на неё. Он прожигал её полуобнаженную спину всё время, что она танцевала и общалась со знакомыми.

Так и есть: муж стоял рядом с каким-то пожилым джентльменом и говорил с ним, но светлые глаза его пожирали её, Диану. Она знала и это выражение лица Майкла, и с трудом подавила гримасу презрения. Собачья преданность - вот как называла она про себя то, что было вечно написано на физиономии супруга, когда он глядел на неё.

Нет, это не выражалось открыто, и никто, кроме Дианы, ни за что не мог бы догадаться, какие чувства обуревают надменного и спокойного графа Кэмпбелла. Но она прекрасно изучила мужа за годы брака, и этот затаённый взгляд - взгляд пса, ждущего хоть самой ничтожной ласки от своего хозяина - раздражал её донельзя...

Она направилась к нему. Довольно, она потанцевала, развлеклась хоть немного, пора возвращаться в Кэмпбелл-холл. Шарлотта, может быть, ещё не спит. Диане очень хотелось поцеловать дочку на ночь.

Малышка плохо спала, если родители отсутствовали. Особенно папа, - с горечью подумала Диана. Дочь любила его гораздо больше, чем её.

- Я хочу вернуться в Кэмпбелл-холл, - произнесла Диана, подходя к Майклу. Она никогда не называла дворец мужа домом. Это место так и не стало для неё таковым за столько лет брака. Великолепное, но чужое, холодное, оно стало для графини Кэмпбелл клеткой. Золотой клеткой, откуда ей никогда уже не выпорхнуть на волю.

- Как вам угодно, миледи, - церемонно ответил Майкл. - Я позабочусь, чтобы подали наш экипаж.

Он направился к распорядителю. Ногу он подволакивал больше, чем обычно, и Диана знала причину.Он только после обеда вернулся из своего северного поместья, трясся два дня, а то и больше, в карете по плохим дорогам, спеша к жене и дочери.

А Диана объявила, что очень хочет посетить вечером бал у леди Марсдэн. И Майкл не отказал ей, не сослался на усталость и боль в ноге. Впрочем, это было неудивительно: он всегда беспрекословно выполнял все пожелания жены.

На это она и рассчитывала. Да, ей хотелось увидеть, как он страдает. Очень хотелось!

А совесть? Нет, совесть нисколько её не мучила. Слишком долго она сама испытывает боль, слишком долго терпит. И отыграться на муже - это единственная, помимо любимой дочери, радость, - в череде уныло тянущихся, так похожих один на другой, скучных и тоскливых дней.

Глава 2

По возвращению в Кэмпбелл-холл, и посещения спальни дочери,Диана поднялась к себе, надеясь, что уставший после долгого дня Майкл не потревожит её. Хотя если подумать…Продолжить его мучения она тоже была бы не против. И ради этого она была готова мучится сама. Супружеский долг никогда не приносил ей радости. Она всегда покорно лежала в постели и плотно закрывала глаза,чем ужасно злила своего сдержанного супруга.После долгого отсутствия, Майкл обязательно захочет её навестить, графиня не сомневалась. И она собиралась устроить ему «радушный» приём.

Горничная Мими, уже ожидала её и с должным усердием принялась помогать ей избавляться от роскошного платья маринового цвета.(цвет светлой, морской волны)

Наблюдая как её роскошную, не испорченную родами фигуру скрывает строгая, белоснежная сорочка, Диана с трудом сдерживала кривую усмешку.

Майкл никогда не видел её прелестей. Всё, что ему оставалось, это любоваться участками обнаженной кожи которую демонстрировали её бальные наряды.

Когда Мими закончила заплетать её белокурые волосы в тяжелую косу, и Диана как можно скорей выпроводила её из спальни и поспешила забраться в постель. Натянув одеяло до самого подбородка, она стала прислушиваться к окружающим звукам, прекрасно зная, что шаги супруга можно услышать даже если он находился на другом конце дома.

Диана не ошиблась в своих расчётах. Вскоре дверь распахнулась и в комнату вошел Майкл. Они никогда не разговаривали в спальне, хотя в первое время её муж не оставлял попыток наладить с ней хотя бы физический контакт.

Всё с тем же взглядом преданной собаки, он посмотрел на неё, начав быстро, насколько это было вообще возможно с его увечьем, избавляться от халата, оставшись в одной ночной рубашке.

Опустившись на кровать, Майкл приподнялся на локте, чтобы в следующее мгновение осторожно коснуться её плотно сомкнутых губ,но получив от неё никакого отклика, он быстро оставил это дело. Его свободная рука приподняла её сорочку и легла ей на живот, стараясь возбудить и расслабить. Первого с ней никогда не случалось, а не расслаблялась она намеренно, стараясь вывести вечно собранного супруга из себя.

Диану одновременно раздражало и смешило его трепетное отношение в постели. Он обращался с ней как хрупкой вещью, когда она сама мечтала о большом. Но не с ним.

Рука которая до этого ласково поглаживала её живот замерла, а графиня продолжила испытывать терпение мужа, мёртвой хваткой впиваясь в перину, явно демонстрируя свое отвращение. Обычно это больше всего раздражало Майкла, но даже после этого он действовал хладнокровно и сдержанно.

Он снова приподнялся над ней, а потом всем своим весом опустился на неё, широко раздвинул своим здоровым коленом её ноги и расположился так, чтобы медленно войти в её тело. Графиня слышала его глубокое дыхание, и подозревала, что челюсти его плотно сжимаются, в тот миг, когда он всё глубже погружается в неё. Толчок. Ещё один. Диана знала, что мучения её подходят к концу.

Всего несколько минут и она будет свободна. Свободна и сможет закончить то, о чем так долго мечтает её тело.

Крепко зажмурив глаза, Диана ждала когда Майкл совершит несколько последних движений, получит освобождение, и оставит её в покое.

Поток горячего семени показался графини ядом, но она стерпела, не издав не звука,желая поскорее смыть с себя это яркое доказательство её супружеской жизни.

Поднявшись на ноги, Майкл оправил её сорочку, и накрыл её одеялом.

Диана наблюдала за тем, как он неуклюже натягивал на себя свою одежду, считая мгновения до того, как он закроет за собой дверь.

И вот, когда это наконец-то случилось она не смогла сдержать своей радости. Ловко вскочив на ноги, она направилась в уборную, где её ждал чистый сосуд с водой.

Потратив несколько минут на то, чтобы привести себя в порядок, Диана вернулась в комнату и поспешила забраться в постель.

История услышанная от леди Марсдэн разбудила в её душе давно забытые воспоминания и ощущения, которые ей вновь хотелось испытать. С мужчиной который разбудил в ней настоящую женщину и который исчез из неё жизни слишком быстро.

Тело давно не получавшее удовольствие было напряженно, и Диана решила не отказывать себе в этой малости.

Глава 3

Утром следующего дня Диана не чувствовала ничего кроме раздражения. Она по-прежнему испытывала неудовлетворение, а ночью ей приснился сон, увидев который графиня испытала самый настоящий ужас.

Проснувшись, она первым делом позвала к себе Мими.

Когда запыхавшаяся горничная вошла в комнату, графиня уже сидела на пуфике, нервно постукивая пальцами по поверхности туалетного столика.

-Вы что-то хотели, миледи?

-Принеси мой отвар, -тихо приказала она, зная, что Мими поймёт её без лишних слов.

И лишь когда горькая жидкость потекла по её горлу, Диана почувствовала облегчение. Несмотря на все ожидания мужа, она не собиралась рожать ему сына. Ей вполне хватило одной беременности во время которой она чувствовала себя просто ужасно. Но жалеть о том, что у неё есть Шарлотта она тоже не могла.

Вспомнив о дочке, Диана широко улыбнулась. Наверное малышка уже проснулась, и ей вдруг очень захотелось её увидеть и обнять. Вдохнуть её приятный детский запах, ведь только ради неё она и терпит жизнь в этой золотой клетке!

Мими быстро помогла ей одеться в простое домашнее платье из нежно-розового хлопка и стянула светлые локоны в узел на затылке.

Шарлотта играла на полу, собирая в башню множество цветных кубиков, но заметив мать, тут же оставила своё занятие.

-Доброе утро, мамочка.

Диана опустилась перед ней на колени, крепко обняв её хрупкое тельце. Малышка редко баловала её столь бурным проявлением любви.Её ласка и внимание всегда доставались Майклу.

С одной стороны графиня понимала, что на это есть причины, но с другой… Она ужасно ревновала, когда видела дочь и мужа вместе.

-Доброе утро, милая!- с улыбкой произнесла Диана, прежде чем расцеловать Шарлотту в пухлые щечки.- Отчего ты такая веселая?

-Папа обещал мне купить пони! А ещё он научит меня на нём кататься.

-Пони?-не в силах скрыть удивления, уточнила графиня.

Она не могла понять как при своём увечье, Майкл испытывает любовь к лошадям. А теперь ещё и внушает эту любовь Шарлотте.

-Да. Он подарит мне красивого кремового пони когда мне исполнится пять. А моё день рождение уже очень скоро!

Ласково коснувшись золотых кудряшек, Диана выпустила радостную дочь из своих объятий, поднялась на ноги и поняла, что немедленно должна поговорить с супругом. Он не имеет права принимать такие серьезные решения в одиночку. Шарлотте исполнится пять, но это не значит, что она достаточно взрослая для того чтобы заниматься верховой ездой. Это слишком опасно!

Майкла она нашла в кабинете. Граф стоял у окна, заложив руки за спину, чуть расставив ноги. Услышав её шаги, он обернулся.

Внешность супруга была достаточно заурядна. Не высокий, но и не низкий, Майкл не отличался атлетическим телосложением,однако при этом его нельзя было назвать хилым. Его зачесанные назад светлые волосы были не совсем русыми, но и не каштановыми,а глаза серыми, почти прозрачными.

-Что-то случилось, дорогая?- спокойной поинтересовался супруг, но в его взгляде Диана прочла напряжение. В этом не было ничего удивительного. Он привык к её бурным реакциям и всегда ожидал какого-то подвоха.

Сделав несколько шагов вперёд, она остановилась прямо перед ним.

-Я только что разговаривала с Шарлоттой и она рассказала, что вы собираетесь подарить ей пони.

-А вы имеете что-то против?

-Вы не можете решать такие вещи без меня, милорд! Шарлотта ещё слишком мала для верховой езды! Это опасно! Вы не можете просто так купить ей лошадь, как игрушку. Вы должны думать о её безопасности! Вы не имеете права подвергать мою дочь опасности!

Майкл поднял на неё свои серые глаза. Его лицо как всегда не выражало никаких признаков раздражения. Только спокойная рассудительность и никому не нужное обожание.

-Я знаю, что вы переживаете, Диана,- тихо начал он,осторожно положив руку ей на плечо, - но позвольте напомнить, что Шарлотта и моя дочь и я никогда не причиню ей вреда.

Графиня вздрогнула от его прикосновения, но смогла заставить себя сдержаться. Ей были неприятны даже самые невинные ласки мужа.

-До дня рождения Шарлотты осталось еще пара месяцев, поэтому мы сможем вернуться к обсуждению этого вопроса чуть позже. А пока я хотела бы узнать будем ли мы присутствовать на балу у Рашфордов?

-Если вы этого желаете, дорогая,- последовал сухой короткий ответ.

- Я очень этого хочу. Ведь Рашфорды устраивают маскарад, а это значит, что я могу танцевать и веселится всю ночь!

Глава 4

На бал у Рашфордов Диана решила надеть платье, отороченное черными бархатными лентами, из струящегося, подобно волнам, сверкающего муара цвета серебристого пиона, с глубоким декольте. Длинные перчатки выше локтей, веер с перламутровой ручкой и бархатная полумаска, украшенная перьями - все аксессуары также были черного цвета.

У Дианы было множество драгоценностей - подарки любящего мужа; порой Майкл просил надеть что-нибудь из них, но она отнюдь не всегда выполняла его просьбы. Вот и сегодня он сказал ей, что очень хотел бы видеть ее в бриллиантовом гарнитуре, который подарил ей на годовщину свадьбы в прошлом году.

Диана достала из шкатулки великолепные серьги, колье и браслет... сморщила нос - и пренебрежительным жестом кинула обратно в коробочку. И приколола к груди перед выходом лишь маленький букетик пармских фиалок. Фиалки - символ верности и любви… Но не к Майклу, нет!

Супруг, одетый в строгий темно-серый фрак и брюки такого же цвета, стоял в нижней зале и смотрел, как она величаво, с достоинством подлинной королевы спускается по лестнице, накинув на обнаженные плечи кружевную канзу* (платок типа палантина). Он заметил, однако, что бриллианты жена не надела, - и легкое облачко на секунду наползло на его сдержанное спокойное лицо. Диане это доставило удовольствие, увы, длившееся, правда, недолго; ибо тучка тотчас исчезла, и физиономия Майкла озарилась нескрываемым восхищением красотой супруги.

Он подал ей руку, и Диана оперлась на неё. Они вышли, сели в карету - и отправились на бал-маскарад.

По пути Диана равнодушно отметила, что муж, как всегда, не надел маску. И вспомнила разговор, когда-то состоявшийся между ними, когда они, в первый раз после бракосочетания, вместе выехали на маскарад. Тогда Майкл тоже был без маски и костюма, и Диана спросила у него, почему.

- Я не вижу ни в том, ни в другом необходимости, - спокойно ответил он на её вопрос, но губы его при этом сложились в ироничную усмешку. - Ведь всё равно меня мгновенно узнают по моей хромоте.

- Возможно, вы правы, - ответила она ему тогда, лениво обмахиваясь веером. - По крайней мере, мне будет легко найти вас в бальной зале, если вдруг захочется немного передохнуть от танцев, музыки и веселья.

Она знала, как язвительно звучат её слова, напоминая ему о том, чем она собиралась наслаждаться сполна - и чего он был лишен из-за своего увечья; но не смогла удержаться от колкости. О, как же она ненавидела его уже тогда, как он был противен ей - со своей вечно постной физиономией и с этим собачьим обожанием во взгляде!..

В этот момент карета плавно остановилась перед величественным особняком Рашфордов, и Диана, глубоко вздохнув, приготовилась веселиться всю ночь. Пусть ее муж - хромой тюфяк - подпирает, как обычно, стену, ей это нисколько не помешает танцевать и наслаждаться обожанием поклонников, которых у прекрасной графини Кэмпбелл всегда и везде предостаточно!

Опираясь на руку Майкла, графиня с восторгом озиралась вокруг. Бальный зал сиял сотнями свечей и уже был полон гостей. Легкий запах цветов, источаемый совсем недавно нарезанными букетами, наполнял воздух, а звуки музыки завораживали.

Супруг предсказуемо занял место у стены, вверяя жену в руки кавалеров, прекрасно зная, что после каждого танца она непременно вернётся к нему.

Один танец сменял другой. Диана от души веселилась, и только щенячий взгляд Майкл мешал ей получать полное удовольствие.

Диана любила находиться в центре внимания - а здесь этого было с избытком. Статная, высокая, стройная, с гордой осанкой, умеющая превосходно танцевать, она и в маске сводила мужчин с ума. Где и заниматься последним, как не на маскараде? Здесь можно и пофлиртовать, оставаясь не узнанной, и выслушать какую-нибудь нескромность, ответив на нее взрывом беззаботного смеха, и шутливо ударить веером по руке партнера, позволившего себе не допустимую в другом месте вольность.

Однако во время вальса, который Диана танцевала с молодым человеком, облаченным в костюм пирата, она вдруг поняла, что муж более не следит за ней.

Он по-прежнему стоял у стены, но теперь к нему присоединилась красивая молодая женщина в темном домино. Кружась в танце, Диана не могла её как следует разглядеть,но как только партнер вежливо поклонился ей, она тут же поспешила в их сторону.

Приблизившись,графиня краем глаза заметила, что вечно хмурый и сдержанный Майкл - улыбается. А оказавшись ближе,смогла услышать его хрипловатый смех. За пять лет брака она никогда не слышала как он смеется! Диане всегда казалось, что Майкл родился с той самой кислой миной, которую она привыкла видеть на его лице каждый день. Улыбка преобразила его, и на мгновение в голове графини мелькнула мысль о том, что её муж кажется немного красивым.

Было видно, что общение со стоящей рядом женщиной - доставляет ему настоящее удовольствие.

Приблизившись она взяла супруга под руку, хотя обычно не любила этого делать. Он тут же напрягся, но его привычная невозмутимость взяла вверх над какими-то либо эмоциями.

-Диана, позвольте познакомить вас с моей старой знакомой, миссис Винтерс,- представит её Майкл, и Диана стала с интересом разглядывать стоящую рядом молодую женщину.

Примерно одного с ней возраста, она была довольно хороша собой, если судить по тому, что не скрывала маска. Черные как смоль волосы, белоснежная кожа и огромные глаза необычного цвета.

Возможно… Кажется… Графиня неожиданно вспомнила то, о чем старалась не вспомнить последние пять лет.

-Леди Диана, рада познакомиться с вами,- заговорила миссис Винтерс, не пряча радушной улыбки,- ваш супруг только что рассказывал о вашей дочери. Увы, господь не подарил мне своих детей, но я очень их люблю!

-Дочь наша отрада,- искренне сказала графиня, как и любая мать тронутая таким вниманием к своему ребёнку.- Возможно вы смогли бы заглянуть к нам на чай? Скажем в будущую пятницу? Шарлотта всегда рада гостям.

-С огромным удовольствием,леди Диана,- благодарно произнесла миссис Винтерс.

Глава 5

Сквозь прорези черной маски на Диану смотрели самые любимые и самые красивые глаза на свете. Но, Боже, узнал ли он её?

Гадать долго ей не пришлось. Тот, кого она назвала Чарльзом, вежливо поклонился.

- Леди Кэмпбелл, добрый вечер, - холодно произнес он и повернулся, собираясь уйти прочь.

Диана заметила, с каким, хоть и очень сдержанным, но упреком Чарльз произнес её фамилию. Значит, ему известно о её замужестве!

В душе она понимала, что он имеет полное право говорить и вести себя с нею так. Но теперь, когда он вернулся, когда он тут, рядом, она не даст ему уйти, как поступила когда-то! Ей просто необходимо ему всё объяснить и попросить извинения за свои прошлые ошибки - такие ужасные, такие непростительные!!

- Чарльз, пожалуйста, - она умоляюще сложила руки перед собою, - уделите мне всего несколько минут! Нам нужно поговорить.

- А разве наш разговор что-то изменит, графиня? - В его голосе был лед, от которого по телу Дианы побежали мурашки. Но она не отступит, она обязана заставить его выслушать себя!!

- Я должна рассказать вам обо всем, что случилось пять лет назад. Всё обстоит совсем не так, как могло вам показаться!

- Не хотите ли вы сказать, что вышли замуж за своего калеку по каким-то иным причинам, нежели его титул и богатство? - всё так же холодно поинтересовался Чарльз. И с безжалостной прямотой добавил: - Действительно, зачем вам нужен был простой мистер Салливан, когда в вашем распоряжении оказался целый граф.

- Это не правда! - прошептала с горечью Диана. - Вы поймете, что всё было совсем не так, если мы поговорим с вами...

- Вы уверены, что вас не хватятся? Или ваш супруг вам безгранично доверяет? - Жестокая ирония этих слов заставила ее съежиться. Он прав, прав! Прав во всём!

Но она спохватилась. Её действительно могут начать искать, да и вести беседы о прошлом лучше подальше от людских ушей и глаз.

- Чарльз, я часто катаюсь верхом вблизи Кэмпбелл-холла. Я буду ждать вас завтра возле мельницы, что находится на окраине соснового леса в десять утра. Пожалуйста,Чарли приходите, это очень важно!

Хотя темная маска скрывала большую часть его лица, в его холодном и почти презрительном взгляде Диана уловила едва заметную искру интереса. О, как же она обрадовалась этому!

Значит, он не остался совсем равнодушным при встрече с нею! То, что связывало их в прошлом, не разорвано окончательно! Он придет, он должен внять ее отчаянному призыву, ведь это так важно не только для неё - но и для него! Она вымолит у него прощение за всё, что причинила ему, она откроет ему то, что так долго таила в самой глубине сердца!

-Так вы придёте?- прошептала она, вся трепеща от волнения.

Но он лишь молча поклонился ей,церемонно, как совершенно незнакомой даме - и, повернувшись, ушел,и шаги его стихли за углом коридора.

Диана постояла с минуту, затем поспешила обратно в бальную залу. Букетик фиалок, который незаметно для графини откололся от ее декольте, остался лежать на паркете. Чья-то рука в темной перчатке подняла его, когда Диана скрылась, и послышался звук, похожий на тихий вздох...

***

Домой они вернулись только под утро. Диана вздохнула с облегчением, когда муж, проводив её до дверей спальни, не стал навязывать ей своё общество.

- Вы выглядите усталой, дорогая, - отметил он, нежно целуя тыльную сторону её ладони, и графине безумно захотелось выдернуть пальцы из его противно-теплой руки. -Отдыхайте, сегодня я вас не потревожу.

Едва за супругом закрылась дверь, Диана кинулась на кровать - и проплакала все те несколько часов, что остались у неё на сон. Боже, теперь она точно не сможет терпеть этого ничтожного человека, которого жестокая судьба и родители выбрали ей в мужья, рядом с собой! Её скорей вырвет, вырвет прямо на него, нежели этот рохля вновь прикоснется к её телу!

Несмотря на недосып и явную раздраженность, утром Диана всё равно собиралась спуститься к завтраку, сожалея, что не сможет сразу же отправиться на встречу с Чарльзом. Для начала ей нужно было сообщить супругу о своём намерении прогуляться верхом.

Позволив Мими помочь ей облачиться в утреннее платье к завтраку, Диана поспешила спуститься в столовую.

Заняв свое место, она принялась наполнять тарелку. Аппетита от волнения из-за предстоящей встречи у молодой женщины абсолютно не было, но сидящий напротив Майкл внимательно наблюдал за ней - и мог заметить неладное. Что ж, притворяться ей было не впервой, она и сейчас сыграет свою роль, только бы поскорее выбраться из дома.

Взяв несколько тостов и щедро смазав их маслом и малиновым джемом, Диана начала трапезу.

- Как вы себя чувствуете?- поинтересовался супруг, когда она минут через десять с кислой гримаской отложила недоеденный тост и потянулась за чашкой чая. - Вас ничего не беспокоит? Может быть, стоит послать за доктором?

- За доктором? - непонимающе спросила Диана, посмотрев на него так, словно он сказал какую-то глупость.

- Вы в последнее время очень бледны и быстро устаёте, и я подумал… Быть может, - он понизил голос, чтоб не услышали лакеи, - это знак того, что вскоре нам стоит ожидать хорошие вести?

Графиня чуть не подавилась, осознав наконец, на что намекает Майкл. Она точно знала, что не ожидает никакого ребёнка, но его неожиданное предположение повергло её в ужас.

- Я просто очень устала, - резко ответила она, откладывая нож и вилку так, что они громко звякнули о край тарелки. - Немного свежего воздуха пойдёт мне на пользу. Я как раз собиралась проехаться верхом после завтрака.

Супруг снова посмотрел на неё взглядом преданной собаки, но сейчас Диане было абсолютно на него наплевать. Мысленно она уже находилась около мельницы наедине с Чарльзом, и забота и внимание Майкла вызвали у неё только отвращение.

- Если вы действительно считаете, что прогулка пойдёт вам на пользу, - будто не замечая её взвинченного состояния, согласился супруг. И мягко добавил: - Но, если вам будет нездоровиться, мы обязательно пошлем за мистером Гардниром.

Глава 6

Сменив утреннее платье на красивую амазонку карминного оттенка и надев шляпу с широкими полями и длинной полупрозрачной вуалью, Диана решила перед прогулкой верхом ненадолго заглянуть в детскую.

Шарлотта уже проснулась. Она сидела за маленьким столиком и заканчивала завтрак. Няня стояла рядом, следя за своей подопечной.

Увидев открывшую дверь мать, девочка тут же соскочила со своего стульчика и сделала подобающий юной леди книксен. Няня тоже присела, и Диана отпустила ее взмахом руки. Ей хотелось побыть наедине с дочкой.

- Доброе утро, мамочка, - сказала Шарлотта, серьезно и почтительно, как взрослая. И добавила, уже не сдержавшись, с детским восторгом: - Сегодня ты такая красивая! Особенно твоя огромная шляпка.

На лице графини расцвела счастливая улыбка. Диана подошла к дочери. Каждая черточка милого личика Шарлотты, эти огромные ярко-синие глазки и такие длинные, такие черные реснички…Всё это не могло оставить сердце матери равнодушным - тем более в такой день. День, когда она встретится с...

Не в силах сдержать обуревающие все существо эмоции, Диана подхватила малышку на руки, закружила по комнате, начала целовать румяные пухленькие щечки.

- Мой ангелок! Мой милый ангелок! - повторяла она, а затем прижала дочь к груди, блаженно вдыхая такой родной, теплый и вкусный запах. - Как же я люблю тебя! Как люблю!

Шарлотта залилась звонким смехом, крепко обняв мать за шею. Такие бурные ласки матери не были для неё привычными.

- Мамочка!.. Я тоже тебя очень-очень люблю, - прошептала она и уткнулась носиком в шею Дианы, которая чуть не расплакалась, настолько сильные чувства охватили её.

Графиня могла бы ещё долго наслаждаться этой близостью, но тут в комнату шагнул Майкл. Увидев любимого папу, дочь тут же потянула к нему ручки.

- Папочка, доброе утро, ты пришел со мной поиграть? Мама тоже пришла, мы будем играть вместе?

- Милая, я отправляюсь на прогулку, - целуя маленькие ладони дочки, сказала Диана, и улыбка сползла с её лица. - Но в следующий раз я обязательно к вам присоединюсь, - передавая дочь мужу, добавила она, отметив, что тот пристально смотрит на неё.

Интересно, давно ли он стоял в дверях, наблюдая за нею? И как он, с этой его хромотой, умудрился подойти так незаметно?

Похоже, он продолжает беспокоиться о её самочувствии… Иначе откуда этот взгляд? Как же ей претит его внимание и забота!.. Порой ей хотелось, чтоб он стал иным - не нежным и предупредительным, а равнодушным или даже грубым. Её бесило то, что он всегда уравновешен и никогда не выходит из себя, как бы она ни вела себя с ним. Его безграничная любовь и преданность - она знала, что у него нет любовниц, а ей так хотелось бы этого! - только раздражали её, вызывали еще большее желание мучить, оскорблять его, делать ему больно.

Дочка что-то залепетала, доверчиво прижавшись к отцовской груди. Диане нестерпимо захотелось вырвать из рук мужа Шарлотту, но ничего подобного графиня себе, конечно, не позволила. Лишь поцеловала дочь на прощание и, холодно кивнув Майклу и напомнив ему, что отправляется на прогулку, вышла из детской.

***

Диана торопливо вышла во двор, где сидящий верхом грум по имени Джонни - плечистый высокий парень с копной светлых волос и перебитым где-то, слегка кривым носом, - уже ждал её с оседланной лошадью. Диана не удивилась тому, что всё приготовлено - любое её желание выполнялось мужем как можно быстрее. Но это никогда не радовало, а, наоборот, всегда жутко раздражало её.

Молодая женщина подошла к своей кобылке, сжимая в руке маленький хлыст. Джонни соскочил с коня, чтобы помочь ей сесть в седло; но тут позади раздался спокойный голос Майкла, а его широкая ладонь легла на талию Дианы. От этого простого прикосновения графиню чуть не вывернуло наизнанку, но она заставила себя молча стерпеть.

И снова она поразилась, как супруг порой так тихо подходит сзади - при его хромоте это было странно. Хотя, занятая своими мыслями и волнением перед столь важной встречей, она была слишком погружена в себя.

- Джонни будет, как обычно, сопровождать вас, дорогая, - сказал муж, и уже через мгновение она словно взлетела в седло, поднятая вверх его сильными руками. - Мне так будет спокойнее. Думаю, и вам тоже. - Он посмотрел на грума: - Ты взял пистолет?

- Да, ваше сиятельство.

- Отлично.

Диана нервно прикусила губу: она совершенно забыла о слуге, который всюду следовал за ней тенью, стоило ей выехать на верховую прогулку. Майкл всегда требовал также, чтобы грум был вооружен, - для чего, скажите на милость? Диана не могла понять своего благоверного; такая охрана, учитывая, что прогулки совершались лишь вблизи поместья, казалась ей просто дикостью. Может, муж опасается, что на нее нападёт бешеный волк, которых отродясь здесь не водилось? Или - что было еще нелепее - бенгальский тигр? Однажды она даже в сердцах спросила Майкла, кого он опасается. Но супруг лишь коротко ответил, что «это делается для вашей безопасности, Диана». Чем же была вызвана такая излишняя предусмотрительность с его стороны? Ревностью? Нет, она ни разу не замечала в нем этого чувства. Для этого Майкл был слишком туповат и простодушен...

Итак, Джонни. Сейчас нужно было срочно придумать, как поступить с грумом. Предлагая встречу у мельницы, графиня забыла обо всем на свете, желая одного - объясниться с Чарльзом. Однако теперь ей предстояло решить, как избавиться от своего охранника, чтобы хотя бы ненадолго остаться наедине с любимым. Ну ничего, она что-нибудь придумает по дороге!

Сжав поводья так, что побелели костяшки пальцев, графиня холодно кивнула мужу и тронула лошадь. Оказавшись на длинной, обсаженной тополями аллее, ведущей к воротам парка, окружавшего поместье, Диана тут же пустила кобылу галопом, желая как можно скорее оказаться подальше от Майкла. Грум следовал за нею по пятам, не отставая.

Вначале она ехала молча, обдумывая, как договориться с Джонни. Когда они были уже в полумиле от мельницы, Диана натянула поводья, остановила лошадь и обернулась к слуге.

Глава 7

Вернувшись в Кэмпбелл-холл, Диана стремительно поднялась в свою спальню. Захлопнув за собой дверь, графиня прижалась к ней спиной, с трудом сдерживая рвавшиеся наружу слёзы. Но она не будет плакать. Нет. Сейчас ей нужно быть сильной - и дождаться следующей встречи с Чарльзом. Она будет жить только ради этого!

Приняв такое решение, Диана прошлась по комнате и остановилась перед огромным зеркалом, стоящим в простенке между окнами. В отражении она увидела яркую и страстную молодую женщину, с горящими зелёными глазами, с румянцем на обычно бледных щеках, - ту, в которую однажды влюбился Чарльз, а не сдержанную и благопристойную леди Кэмпбелл, которая в последние пять лет появлялась, такая холодная и неприступная, в высшем свете рука об руку с мужем.

Но о Майкле думать совершенно не хотелось. Чарльз, только Чарльз!.. Она улыбнулась, вспомнив, как в первый раз увидела своего любимого. Это был небольшой загородный приём, на котором ей было ужасно скучно…

Сколько ей было тогда? Восемнадцать? Да. Юная, мечтательная, обожавшая романы о любви и еще ни разу не испытавшая этого великого чувства, но страстно желавшая, чтобы оно пришло!

И вот, когда она вышла в сад, чтобы насладиться его красотами и полюбоваться разнообразием цветов и деревьев, она в первый раз увидела его. Чарльз в задумчивости стоял в тени огромного дерева, глядя куда-то вдаль. И, как только он поднял на неё свои красивые синие глаза, Диана поняла, что пропала. Это была та самая долгожданная любовь - с первого взгляда, с самого первого прикосновения! Их любовь была огнём, сжигающим их обоих, оставляющим за собой только пепел. И этот пепел до сих пор тлел в груди молодой женщины, заставляя ее осознавать всю горечь прошлых ошибок...

Диана вздохнула и присела к окну на кушетку, всё глубже погружаясь в свои воспоминания. Перед глазами будто наяву промелькнули полные жара и томления ночи, которые она и Чарли провели вместе, смелые поцелуи и клятвы в вечной любви, которые давали друг другу…

Почему, почему она сразу не смогла понять, что близкие люди так жестоко вмешались в её судьбу и разрушили её жизнь? Почему позволила им обмануть себя? Почему не выслушала Чарльза в ту их последнюю встречу, зачем оттолкнула его, оскорбила, нарушила свое обещание - и потеряла навеки, согласившись на ужасный брак с графом Кэмпбеллом?

«Я вернулся. И увидел вас у алтаря!» О, с каким лицом Чарльз произнес это!

Как же было ему, наверно, больно!!! Диана считала, что это только её сердце разбилось вдребезги в тот дождливый пасмурный день, когда она, в бесподобно роскошном подвенечном уборе, вошла в церковь, сопровождаемая отцом. Когда приблизилась к месту, где ждал её будущий муж, и, вся трепеща, протянула ему руку…

А, оказывается, Чарльз тоже там был и всё видел!.. Она представила себе, что он испытал, и глухо застонала, закрыв ладонями лицо.

...Она сама не знала, как долго просидела вот так, вглядываясь в начавший темнеть сад. Горничная несколько раз заходила и спрашивала, спустится ли миледи к обеду, потом - к ужину. Диана отвечала, что ничего не хочет, и отсылала девушку.

Наконец стало совсем темно. И тогда приближающийся звук неровных шагов заставил графиню вынырнуть из раздумий. Конечно же, это шел в её спальню Майкл - кто же ещё?..

Диане вдруг стало тяжело дышать. Она не могла представить, что позволит ему теперь, после встречи с Чарльзом, касаться себя. А ведь Майкл наверняка идёт сюда, чтобы потребовать от неё исполнения супружеского долга. О, этот ужасный, невыносимый, мерзкий до тошноты долг, который она никогда не хотела отдавать мужу, - потому, что никогда, никогда в жизни, ни на мгновение не принадлежала ему!

Майкл постучался - и вошел, и Диана сжалась, понимая, что скоро случится неизбежное. Ещё до того, как он приблизился к ней, она вскочила со своего места и отступила к стене, где находился камин. Она не знала, что будет делать, но она не позволит мужу даже пальцем коснуться себя!

- Диана, что с вами, дорогая? Отчего вы испугались? - спросил он негромко. - Я очень переживаю за вас. Вы не вышли ни к обеду, ни к ужину после вашей прогулки. И к Шарлотте не заглянули, а она так хотела показать вам новые игрушки, которые я ей подарил... Вы плохо себя чувствуете?

Снова этот омерзительный, собачий, преданный взгляд и тепло в низком голосе. Графиня с трудом контролировала приближающуюся истерику.

- Я устала. Я очень-очень устала! - быстро, захлебываясь словами, заговорила она, надеясь, что он оставит её в покое и уйдет. - И я никого не хочу видеть. Никого! Зачем вы явились?.. Для чего? Впрочем, вы никогда не понимали меня!

- О чём вы, Диана? Неужели я сделал что-то, что могло вас так расстроить? - Он был все так же спокоен. - Скажите мне. Не бойтесь быть со мною откровенной, я все пойму, обещаю.

Она молчала, глядя на него исподлобья и быстро дыша, как загнанный зверек. Майкл медленно приблизился к ней, сильно припадая на больную ногу.

- Смотрите, что я вам принес. Эта вещь так пойдет вашим глазам, любимая.

Он сунул руку в карман и извлек овальный футляр зеленого бархата с золотой застежкой. Открыл - и Диана увидела изумрудное колье сказочной красоты.

- Вы позволите мне надеть?

Ее затрясло, будто он собирался надеть ей на шею не драгоценность, а змею. И она не выдержала. Отшатнулась от него, как от прокаженного, схватила первую попавшуюся вазу с каминной полки - и запустила ею в противоположную стену. То же самое случилось и со старинными золотыми часами. На звон и грохот вбежала горничная, но Майкл сделал знак - и девушка исчезла за дверью.

- Колье?.. Вы думаете, мне это от вас нужно?.. - Она истерически рассмеялась. - Вы всё делаете не так! Всё! Я видеть вас не могу, не могу!!! И ваших подарков тоже!

- Диана, прошу вас, успокойтесь…

Но она уже не могла остановиться.

- Почему вы не заведете любовницу?! - кричала она в исступлении. - Идите к ней и дарите, что хотите! Хоть изумруды, хоть бриллианты! И с нею удовлетворяйте ваши низменные инстинкты! О, как же мне отвратительна ваша похоть, мерзкий вы человек!!!

Глава 8

Отправляясь на музыкальный вечер, Диана всё не могла поверить, как же ей повезло.После устроенной истерики супруг старался не попадаться ей на глаза и о Боже, какая радость! Майкл, который собирался пойти вместе с нею, неожиданно уехал по каким-то срочным делам, и она смогла без препятствий, тщательно и с наслаждением подготовиться к встрече с любимым.

На этот раз графиня выбрала платье из темно-зелёного бархата, выгодно облегающее её идеальную фигуру. Глубокое декольте обнажало белоснежные плечи, длинные черные перчатки и шелковая накидка такого же цвета довершали образ.

Белокурые волосы Дианы Мими уложила в высокую прическу, открывающую взору длинную статную шею, а несколько локонов обрамляли лицо, придавая облику Дианы нотку скрытого кокетства.

Отказавшись от роскошных украшений, графиня Кэмпбелл надела лишь скромные жемчужные сережки и тонкую золотую цепочку с маленьким кулоном.

По дороге к особняку маркизы Грейсон Диана долго думала, как же ей ускользнуть от множества любопытных глаз и при этом не нанести урон своей репутации, и решила, наконец, что, возможно, стоит действовать естественно. Она может отправиться, например, в дамскую комнату... И где-то по пути встретиться с Чарльзом. Он поймёт всё, стоит ей только посмотреть на него, Диана не сомневалась.

Когда она прибыла к леди Грейсон, музыкальная гостиная, где должен был выступить знаменитый лондонский пианист, уже была полна. Радушно приветствуя знакомых, Диана потихоньку выискивала взглядом только одного человека.

Чарльз уже был среди гостей, и, заметив его, графиня облегченно вздохнула. Она так боялась, что он не придёт! Не желая привлекать к себе лишнего внимания, молодая женщина выбрала место в самом последнем ряду. Довольная тем, что у неё получится незаметно выскользнуть из комнаты, а дальше они с Чарльзом найдут какое-нибудь укромное место для тайного свидания, Диана сидела, безмятежно улыбаясь и обмахиваясь веером. Никто бы ни за что не догадался, какая буря бушует в её груди, какие страсти кипят в ней.

Когда же на возвышении появился приглашенный виртуоз, занял свое место за роялем и полились звуки прекрасной моцартовской сонаты, Диана вовсе не погрузилась в чудесную мелодию. Все мысли были лишь о скорой встрече. Продолжая обмахиваться веером, графиня осторожно посмотрела туда, где сидел её возлюбленный… Но Чарльза не обнаружила. Он уже покинул свое место. Значит, и ей не стоит медлить.

Поднявшись, Диана с присущей ей грацией направилась прочь. Оказавшись вне гостиной, в полутемном коридоре, она немного растерялась. Но колебание её было недолгим. Чарльз, вероятно догадавшийся о том, что она окажется тут, неожиданно возник перед ней и, взяв за руку, быстро потянул за собой.

Через минуту графиня обнаружила себя стоящей в какой-то комнате, где, кроме них, не было ни души.

- Чарли, как я рада тебя видеть! - прошептала она.

- Сегодня вы явились без охраны, графиня? - невозмутимо поинтересовался Чарльз, повернувшись к ней лицом. - Где же ваш дражайший супруг? Или он слишком немощен не только для того, чтобы сопровождать вас в танце, но и для того, чтобы просто послушать музыку? - Он саркастически усмехнулся.

- Прошу тебя, давай не будем говорить о нём! - с мольбой воскликнула Диана, поморщившись, словно на язык попал кислый лимон. - Я хочу рассказать тебе, что случилось пять лет назад. Рассказать, как жестоко поступили со мной те, кого я считала самыми близкими людьми!

- И что же тогда случилось, миледи? - не отрывая от неё взгляда холодных сапфировых глаз, спросил Чарльз.

- О, это было ужасно!.. Родители устроили мне встречу с… С твоей любовницей. Так она сказала мне. Она показала мне записку, в которой ты клялся ей в вечной любви, - сбивчиво начала свой рассказ Диана, с болью вспоминая тот день, когда родители устроили для неё такой «сюрприз». - А ещё… Ещё она сказала, что ждёт от тебя ребёнка, - с болью прошептала она. - Но потом, однажды, через несколько месяцев… Я встретила её… И поняла, что она вовсе не в положении.

- Вот как, - процедил он. - Что ж, всё становится понятно… В записке было имя этой женщины?

- Нет. - Диана помнила это письмо наизусть; каждое слово, написанное в нём, отпечаталось в памяти огненными буквами навечно. - Имени не было, Чарльз… Но она была так убедительна! У меня не нашлось причин ей не поверить, тем более, что при встрече с нею присутствовала моя мать!

-Эту записку я писал тебе, Диана,- оборвал её тихим, полным еле сдерживаемого бешенства голосом Чарльз. - Твои родители перехватили её и всё подстроили! Теперь я ясно понимаю, как они добились своего и разрушили наше счастье! - Красивое смуглое лицо его исказилось, он зарычал в бессильной ярости.

- О Боже! - воскликнула графиня, закрывая рот ладошкой. - А я так жестоко обидела тебя, так оскорбила! Ты имеешь полное право меня ненавидеть за мои глупость и доверчивость… Но я все ещё люблю тебя, Чарли, только тебя, поверь мне! Не было дня, часа, минуты, когда бы я не любила тебя и не вспоминала о тебе!

- Поверю, если докажешь, - хрипло шепнул он, склоняясь к её лицу.

Диана вспомнила, как и в преддверии чего он говорил это раньше, и голова пошла кругом от охвативших её чувств. Он её не забыл, он любит её так же, как прежде!..

Руки её взлетели птицами, она обняла Чарльза за шею и коснулась его губ легким поцелуем. Он со стоном обнял её за талию и притянул к себе так плотно, что она низом живота отчетливо ощутила его возбуждение. Поцелуй стал глубже, объятия крепче, и Диану огнем охватило желание, от которого подкосились ноги.

Как давно она не испытывала подобного!.. Только с Чарльзом, с ним одним! Только он мог дать то, чего так жаждало её истосковавшееся по его ласкам тело.

И какое же это было счастье! Они любят друг друга, хотят друг друга! Но… Сейчас, увы, точно не время и не место!

- Чарли… - пробормотала она, тихонько упираясь ладонями в его сильную широкую грудь. - Чарли, прошу тебя… Мы не можем здесь…