Надежда для проклятого генерала

Глава 1

Я вяло тащилась по больнице в сторону душевой. Приходилось позорно опираться на стойку с капельницей. Силы почти оставили меня. Доктор не говорила, сколько мне осталось.

Я и сама знала.

Вот такой вот путь. Раньше я носила белый халат врача, теперь — белую робу пациента. Что дальше? Саван?

Старые тапочки скользили по плитке. Я уже кляла себя за то, что после переливания крови почувствовала особую самостоятельность и не позвала медсестру. Решила, что другим в паллеотивке нужнее.

А я что? А я сильная и независимая Надежда Петровна!

Нога поехала в сторону. Какая-то нехорошая женщина вымыла пол и забыла поставить табличку с предупреждением. А мое обессилевшее от операции тело со скользкой плиткой не справилось.

Вот я стою, а вот уже зависла в перевернутом положении. Ноги вверх, голова вниз. Кажется, я успела даже улыбнуться, прежде чем пол поцеловал меня в гладкий затылок.

***

— Надисс! Надисс, сейчас же поднимайся…

Да кто там шипит мне на ухо-то? Я приоткрыла один глаз, но из-за яркого света не могла ничего разглядеть. Кто так интернов учит? Они мне фонариком с телефона что ли в лицо светят? Вот же… Неучи!

— Изыди, — дружелюбно посоветовала я.

— Что?! — взвизгнула скандальная дамочка.

Я прикрыла глаза, рассчитывая, что меня сейчас погрузят на каталку и отпарвят делать снимок, но щеку обожгло пощечиной. Это меня привело в чувства мгновенно. Я подскочила с резвостью, не свойственной сорокалетней женщине с тикающими часиками обратного отчета.

Нахалка замахнулась второй раз. Прежде чем подумать, я двинула ей по лицу.

Ну а что больная пациентка паллеотивки может сделать здоровой дамочке с идеальной фигурой? Но то есть эдакому шарику из пирожных, самомнения и ненависти к несчастной мне.

Оказалось, много чего. Дамочка упала.

А я наконец рассмотрела людей, окружавших меня. Все они были одеты в наряды, вышедшие из моды не то что пару лет, а пару веков назад. Даже такой динозавр, как я, подобного не носил.

Вообще-то мне медсестры присвоили титул модной катострофы. Я даже расстроилась. Светка придет, точно передаст мои лавры этим ненормальным…

Я обернулась и обомлела. Рядом стоял самый настоящий батюшка в золотых ризах, по левую руку от меня сидел на троне мужчина, но это вообще не самое главное.

Я увидела свои волосы. Свои, но не свои. Я всю сознательную жизнь провела в облике миниатюрной крашеной блондинкой с каре и фигурой недоедающего подростка. И вечно отросшими корнями, само собой. Смены в больнице — они такие.

В огромном зеркале за спиной священника отражалась девица в белоснежном платье. У нее были длинные светлые волосы и весьма аппетитные округлости в нужных местах.

Я закашлялась.

И вдруг все пришло в движение. Священник подозрительно резво для своего преклонного возраста скакнул ко мне и нацепил на руку огромный золотой браслет.

— Объявляю вас мужем и женой! — проблеял он, косясь мне на спину.

— Кого, уважаемый? — возмутилась я. — Мы даже не знакомы! Я приличная женщина, позвольте мне хотя бы имя жертвы узнать.

— Что с ней? — ответила скандалистка, которую успели привести в чувство. — Надисс, ты в своем уме?

— Боюсь, я даже не в своем теле, — пробормотала я. — А вы кто, гражданочка?

В зале стало подозрительно тихо. И только мужчина с таким же золотым браслетом, как у меня на руке, продолжал сидеть на троне. И молчать.

Люблю таких. Тихих и стабильных.

— Что она выпила? — грубо произнесла другая женщина.

Она стояла чуть поодаль и отличалась от остальных короной на голове. Во всех смыслах этого слова. Ее тусклое высокомерное лицо с выщипанными в тонкую нитку бровями производило отталкивающее впечатление. Она вся была какая-то блеклая, невнятная.

И пыталась это компенсировать обилием золота в одежде. Ее наряду позавидовало бы все местное епископство. По вычурности она перещеголяла и местного священника, и нашего бедного Людовика. А уж тот знал толк в помпезности и необоснованных тратах!

— Ваше Величество, клянусь, ее сердце перестало биться, — пробормотал плюгавенький мужичок. — Как мы можем сделать ее женой наследного принца? Ритуал надо отменить. Тем более, девица потеряла память. Родную мать не узнала…

Родная мать, которая залепила полуобморочной мне пощечину, выпятила грудь вперед.

— Нет! Надисс стала женой лорда Марка Третьего, мы должны завершить сделку…

Она умолкла, поняв, что оговорилась, и бросила быстрый взгляд на королеву.

Ага, понятно. Произошла купля-продажа. Купили статус и земли, продали родную дочку. Только вот наследному принцу подобный брак нехорошо подсовывать. Брак — в смысле, порченный товар. А то двусмысленно получилось…

Я витала в облаках. Не каждый день из больницы выбираюсь, знаете ли! А тут все такое яркое, несуразное. Наверное, я сильно головой ударилась, вот и словила галлюцинации.